Философия образования, педагогическая психология

----------------------------------------------------------------------------------------------

 

 

ВЫЗОВЫ СОЦИАЛЬНОЙ ЭВОЛЮЦИИ НА ИЗЛОМЕ ЭПОХ: КАКИМ ДОЛЖЕН БЫТЬ ОТВЕТ НА ОЖИДАЕМУЮ СИНГУЛЯРНОСТЬ?

 

(Управляемый онтогенез сознания

как ответ на ожидаемую Сингулярность социальной эволюции)

 

 

 

 

 

 

 

 

Украина- 2012

 

 

 

Пивненко Анатолий Сергеевич

Вызовы социальной эволюции на изломе эпох: каким должен быть ответ на ожидаемую Сингулярность? (Управляемый онтогенез сознания как ответ на ожидаемую Сингулярность социальной эволюции).

 

Книга предлагает размышления о будущем человека. Современная эпоха считается критической в общем процессе эволюционного развития человека. В чём уникальность вызовов социальной эволюции в начале ІІІ-го тысячелетия? Какое будущее выберет человечество? Высказывая озабоченность и тревогу по поводу ожидаемого к 2045 году критического состояния социальной эволюции, научная общественность, тем не менее, практически ответов на вызовы эволюции никаких не предлагает.

Автор считает, что исходным пунктом поисков ответов на ожидаемую Сингулярность социальной эволюции должна стать системно-синергетическая точка зрения исследователей макроэволюции. Практическая реализация таких ответов должна начинаться с обновления содержания образования, прежде всего, среднего образования и ставить своей целью посредством управляемого онтогенеза сознания в процессе социализации человека его переход на уровень более развитого самосознания, включающего системное мышление и сознательную волевую регуляцию.

Самоосознавая себя, современный человек в начале ІІІ-его тысячелетия должен усвоить, прежде всего, истину о себе, что он преждевременно классифицирован в 1735 году шведским ученым-естествоиспытателем Карлом Линнеем как Homo sapiens (Человек разумный), он человек всё ещё остается преимущественно Homo instinctive emotional (Человек инстинктивный эмоциональный).

Книга рассчитана на широкий круг читателей: педагогов, психологов, социологов, философов, а также всех тех, кому не безразлично будущее своего Отечества как части человечества Земли и кто способен думать об этом на глубину не менее пяти лет.

Некоторые материалы предлагаемой темы популяризировались ранее на сайтах http://maxpark.ru/user/1419201322, http://zhurnal.lib.ru/p/piwnenko_a_s, http://osvita.ua.

 

 

 

 

 

 

 

 

СОДЕРЖАНИЕ

 

Стр.

ЧАСТЬ 1

ВЫЗОВЫ ЭВОЛЮЦИИ

 

Глава 1

Перемены, развитие, эволюция, прогресс – как воспринималось всё это мыслителями человечества в течение исторического времени, ранее и сейчас?

Об актуальности темы

 

 

 

6

Глава 2

Что есть вызовы социальной эволюции с позиций современного человекознания (попытки классификации)?

14

Глава 3

Какие видим мы вокруг себя перемены? И ускоряются ли они (из опыта нашей личной жизни)?

 

19

Глава 4

Вызовы социальной эволюции как предмет философии

и других гуманитарных наук

 

29

Глава 5

Вызовы минувших эпох как эндо-экзогенные кризисы

(пример применения методологии междисциплинарных исследований)

 

 

33

Глава 6

Трансгуманизм как одно из направлений современных взглядов на ожидаемые вызовы социальной эволюции

 

42

Глава 7

Что считать вызовами социальной эволюции на изломе эпох (уточняем содержание понятия)?

 

46

Заключение части 1

50

Вопросы для повторения

52

Литература к части 1

53

 

ЧАСТЬ 2

ОТВЕТЫ

 

Глава 8

Где искать ответы человеку на предстоящую Сингулярность социальной эволюции, чем отвечать (общая формулировка ответа)?

 

 

55

Глава 9

Что есть Homo sapiens (Человек разумный) сегодня

(взгляд с разных точек зрения)?

 

57

Глава 10

Какими должны быть ответы Homo sapiens (Человека разумного) на предстоящую Сингулярность социальной эволюции (общая формулировка первого из двух основных ответов)?

 

 

 

59

Глава 11

О биологических ограничениях возможностей человека

как главном препятствии на пути его индивидуального совершенствования, как обойти его (общая формулировка второго из двух основных ответов человека на вызовы социальной эволюции, на Сингулярность) ?

 

 

 

 

67

Глава 12

Явления предстоящей Сингулярности – какими они могут быть или уже есть (разведка на отдельных направлениях)?

 

74

Глава 13

А стоит ли бояться приближающейся Сингулярности?

И корректен ли такой вопрос?

 

89

Глава 14

Какими должны быть ответы Homo sapiens на предстоящую Сингулярность социальной эволюции (детализация ответов)?

 

94

Глава 15

Кто должен помочь человеку быть готовым к вызовам социальной эволюции, какая институция общества?

 

99

15.1.

Политикум или система образования?

99

15.2.

Психология: какова её готовность отвечать на вызовы социальной эволюции, на Сингулярность?

 

100

Заключение части 2

111

Вопросы для повторения

113

Литература к части 2

114

 

ЧАСТЬ 3

ПРОЕКТ

Примерная программа учебной дисциплины

«КОНЦЕНЦИИ СОВРЕМЕННОГО ЧЕЛОВЕКОЗНАНИЯ»

 

3.1.

Пояснительная записка

116

3.2.

Тематическое изложение Примерной программы

132

3.3.

Содержание учебного плана Примерной программы

136

3.4.

Список рекомендуемой литературы к курсу

166

 

ЧАСТЬ 4.

ПРИЛОЖЕНИЯ

 

Приложение 1

О конгрессе «GLOBAL FUTURE 2045». Если бы я был его участником, то выступил бы с таким текстом…

 

169

 

 

Приложение 2

Об учёте менталитета при реформировании и модернизации страны в процессе её социальной эволюции (по материалам дискуссий, проводимых Фондом “Либеральная миссия”, http://liberal.ru)

 

 

 

186

 

 

Приложение 3

О природе кризиса духовности, морального и социального упадка украинского общества и способах решения возникших проблем (по материалам дискуссионной площадки Инициативы “Первого декабря”, http://debate.1-12.org.ua)

 

 

 

 

201

 

 

Приложение 4

Самосознание Homo sapiens, современника и соотечественника, – когда оно возникло и на каком этапе своего развития сегодня пребывает?

 

 

215

 

 

Приложение 5

Краткий словарь терминов

245

 

 

Вместо вступления

...Может, был прав К.Г.Юнг, когда утверждал,

что человек, который познает сам себя,

ужасается увидеть свою истинную природу, собственное лицо

 

В. Роменець, І. Маноха.

Історія психології XX століття. К., 1998. – 992 с. С. 896.

 

То, что мы здесь имеем в виду, лучше всего объясняет пример о взгляде орла, с его острым и контрастным зрением, из поднебесной высоты на движущийся далеко внизу по шоссе автомобиль. Можно ли утверждать, что физиологическое зрение птицы слабее зрения человека? Наверное, нет! Но что видит орёл в сравнении со взглядом инженера станции технического обслуживания, которая расположена внизу вдоль шоссе? Орёл хорошо, в мельчайших деталях видит несъедобное движущееся пятно. Инженер-автомобилист видит вещь в контексте своего тезауруса знаний: в одно мгновение в его мозгу из памяти всплывают процессы конструирования и технологии изготовления, история и экономика автомобилестроения, маркетинг, спортивные соревнования (гонки) и показатели рекордов, детали под капотом и в салоне, марки бензина, тенденции и перспективы, и многое иное, связанное с автомобилем. Он видит, воспринимая наяву и, опираясь на память, в воображении. И всё это – содержание сознания.

Взгляд обычного (рядового) человека на такой автомобиль можно расположить где-то между взглядом орла на движущееся по шоссе “несъедобное пятно” и взглядом инженера со специальной профессиональной подготовкой и многолетним опытом работы. И так во всём: одни что-то различают в явлениях и вещах вокруг себя, другие не видят никаких деталей ни наяву, ни в воображении.

Приведенные выше рассуждения в какой-то мере объясняет невидение общественностью, в том числе и научной, проблем, связанных с вызовами социальной эволюции и ожидаемой в ней в ближайшие десятилетия Сингулярностью.

 

ЧАСТЬ 1. ВЫЗОВЫ ЭВОЛЮЦИИ

 Глава 1. Перемены, развитие, эволюция, прогресс - как воспринималось всё это мыслителями человечества в течение исторического времени, ранее и сейчас?

Об актуальности темы.

 

Сегодня нас, Homo Sapiens – Людей Разумных, в том локальном пространстве Вселенной, где мы пребываем, всё больше беспокоит факт ускоренного развития эволюционных процессов во Вселенной, в частности, процессов социальной эволюции на Земле. Эволюция (от лат. evolution – развёртывание) - естественный процесс развития природы, неживой и живой, “изменение от несвязной однородности к связной разнородности” [Spenser, 1862], “процесс структурной реорганизации во времени, в результате которой возникает форма или структура, качественно отличающаяся от предшествующей формы” [Voget, 1975; Claessen, 1982, 1996]. Таким есть первое и последнее определение понятия эволюции в науке. Сегодня ученые формулируют понятие эволюция всё ещё по разному, выделяя те или иные её характерные черты. Некоторые из них, различая понятия “эволюция”, “развитие”, “рост”, “прогресс”, пытаются связать их с динамикой соотношений таких субъективных категорий как “добро” и “зло” в историческом контексте, задавая вопрос: всегда ли эволюция означает для человека движение от хорошего к лучшему? Наверное, следует согласиться с А.В. Коротаевым, что “субъективные ощущения большинства становятся значимым фактором социокультурной эволюции общества” и игнорировать их нельзя [Коротаев А.В. Введение / Социальная эволюция: факторы, закономерности, тенденции. М., Изд. “Восточная литература” РАН, 2003] [1, Введение]. Мы соглашаемся также с исследователями макроэволюции, что касательно человека “вполне допустимо рассматривать биологическую и социальную макроэволюцию как единый эволюционный процесс” [Гринин Л.Е., Марков А.В., Коротаев А.В. Макроэволюция в живой природе и обществе / Отв. ред. Н.Н. Крадин. Изд. 2-е. – М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2009. – 248 с. - C. 7] [2, с. 7].

Если в античные времена и до эпохи Просвещения философы воспринимали жизнь как плоское движение по кругу, то в последние три-четыре столетия, начиная от Фрэнсиса Бэкона (Novum Organum, 1620) было замечено движение восходящее, прогресс. А на рубеже XIX-XX ст.ст. некоторые ученые увидели в прогрессе новую черту – ускорение. Ускорение, как мы знаем, графически отображается кривой, которая с течением времени всё больше отличается от прямой. По-видимому, первым, кто обратил внимание на ускорение прогресса в 1890-годах, был американский историк Генри Адамс (1838-1918). В 1904 году он написал эссе “Закон ускорения” [http://www.bartleby.com/159/34.html], затем всё четче формулировал мысль, что человечество в ближайшие 150 лет ждут весьма значительные перемены в отношениях между человеком и технологиями, назвав их фазовыми переходами. В статье “Закон фазового перехода применительно к истории” (1909) он высказал предположение, что история подчиняется закону квадратов, согласно которому каждый следующий период истории по своей длине равен квадратному корню из длины предыдущего периода. Согласно Адамсу, за “Религиозным периодом” следует “Механический период”, затем “Электрический период” и затем должен быть “Эфирный период”, которому наши современники дали название “Информационный период”. Сегодня, спустя 100 лет, мы восхищаемся прозорливостью ученого.

В XX веке прогресс ускорялся всё быстрее и сегодня ученые, различая биологическую, социальную и универсальную эволюцию Вселенной, всё больше говорят о переходе человечества в постиндустриальную эпоху, где ускорение социальной эволюции приведёт к некоему невиданному ранее качественному скачку.

Это ускорение наглядно (графически), обычно отображают экспонентой или гиперболой – кривой, которая в декартовой системе координат, начинаясь в доисторической древности почти горизонтально относительно оси времени, потом, в исторические времена всё больше и больше подымалась кверху, в наше время округливаясь быстро приближается к асимптоте (вертикальной прямой). Чем быстрее происходят эволюционные изменения (усложнения всего и везде вокруг нас), тем круче становится экспоненциальная (гиперболическая) кривая, отображающая скорость этих изменений. Что означают такие изменения для человека? Мир изменяется настолько быстро, что организм человека уже не успевает на это соответственно реагировать. Внутренний мир человека всё больше приобретает признаков виртуального пространства, оторванного от внешней действительности. Дети начинают жить совсем в ином мире, чем тот, в котором начинали жить их родители.

Современная эпоха невиданного ранее ускорения прогресса считается критической в общем процессе эволюционного развития человека. Имеются в виду совершенно новые вызовы, которые встают перед человеком как непредсказуемые сложности бытия, неведомые предыдущим поколениям и такие, решения которых избежать невозможно.

Люди всегда имели дело с переменами во внешней среде своей жизнедеятельности и воспринимали их как нежелательные неудобства. «И чтобы жить тебе в эпоху перемен!» – так звучит одно из давних китайских проклятий. Что имеется в виду, когда речь идёт сегодня о вызовах социальной эволюции? В чём состоит уникальность вызовов социальной эволюции в начале 3-го тысячелетия?

Казалось бы, что плохого в прогрессе? Однако, увеличение объемов знаний и сложности техники (искусственной природы) уже не добавляет человеку уверенности в будущем. Скорее наоборот (и это звучит парадоксально!?): «Рост объема знаний… он увеличивает риски общества… В наше время наука, рационализм, научно-технологическая активность оцениваются не как “Великая надежда человечества”, а как главный источник катастроф, рисков, глобальных угроз человеческому бытию» [Лук’янець В.С., Кравченко О.М, Озадовська Л.В. та ін. Науковий світогляд на зламі століть: Монографія – К.: Вид. ПАРАПАН, 2006. – 288 с. - С. 10, 13] [3, c. 10, 13].

Впервые на приемлемом для массового восприятия уровне эта проблема была сформулирована американским публицистом Элвином Тоффлером в книге «Шок будущего» (1970), которая была переведена на русский язык в 2002 году. Автор привлек внимание к невиданному доселе темпу социальной эволюции, который приводит к психологическому шоку и представляет собой большую угрозу человечеству, чем все минувшие или когда-либо ранее прогнозированные катастрофы.

Можно привести множество свидетельств озабоченности совремённых мыслителей феноменами прогресса социальной эволюции человека. На рубеже второго и третьего тысячелетий тема адаптации человека и человечества к изменению условий и способов бытия приобретает качественно новое содержание. Речь идёт уже не о переживаниях разрыва с предыдущими историческими этапами и не о ностальгии по более спокойному и понятному прошлому сообществ людей, а о возможности выбора разных вариантов будущего как отдельных сообществ, так и всего человечества.

Журнал РАН «Вопросы философии» в № 11 за 2009 год презентует материалы “круглого стола” по проблемам морали и духовности: «Что происходит сегодня? … мы столкнулись с такой ситуацией, с такой жизнью, непривычной для нас, когда ценности стали совсем иными. Вопрос в том, – спрашивает Даниил Гранин, писатель, – это свойственно лишь нашему обществу или вообще всему миру?». Ему отвечает Сергей Капица, ученый, доктор физико-математических наук: «…последние 100 лет… мы переключаемся на взрывное развитие со скоростью, какой раньше никогда не было. …Это одна из самых интересных и самых, на мой взгляд, больших проблем, какие есть в общественных науках. …С моей точки зрения, человечество …переживает то, что в физике называют фазовым переходом. …Мы находимся на великом цивилизационном изломе…».

В январе-феврале 2010 года СМИ сообщали о результатах Мирового экономического форума, название которого «Улучшить состояние планеты: переосмыслить, перепланировать, перестроить», авторитетного собрания экспертов и государственных деятелей, которые призваны верно рефлексировать процессы жизнедеятельности человечества и принимать стратегические решения о дальнейшем развитии после тяжёлого экономического кризиса предыдущих лет. Сообщали так, цитируя высказывания участников: «Серьёзные люди понимают, что сбой в системе был знаковым… Мир очнулся. Пришёл в себя. Понял, что он жив, и понял, что ему надо будет очень сильно меняться, но пока ещё не до конца понимая как... Никто толком не знает, как избежать новых провалов в будущем… Готовых рецептов ни у кого не оказалось… Реформы в отдельно взятой стране не дадут результата… Существует необходимость в наднациональном регулировании… Всё, что обсуждается, должно быть кем-то имплементировано, но кем – непонятно» [«Туман над Давосом», 31.01.2010, www.interfax.ru/txt.asp?id=121393&sec=1447].

Рефлексируя целостную научную картину мира (НКМ) сегодня, мы обращаем внимание на ускоренное развитие науки и техники в последние несколько десятилетий истории человечества. На семинарские занятия и развивающе-развлекательные мероприятия в учебных заведениях мы выносим на обсуждение научно-популярную тему “Что из последних достижений науки и техники может изменить всё?” и с ужасом открываем для себя передовые позиции науки – в ближайшие годы “изменить всё” могут десятки только что осуществлённых научно-технических изобретений.

Наиболее впечатляющим для нашего воображения показателем является сокращение временных периодов удвоения количества информации, которой овладевает и пользуется человечество. Эти временные промежутки заметно сокращаются уже при жизни одного поколения людей. Если в средневековье такое удвоение происходило один раз за несколько столетий, а во второй половине XX столетия с началом научно-технической революции (НТР) мы говорили о 7-10 годах, то сегодня речь идёт уже о 5-4, а в отдельных областях знаний – и о 1,5-2 годах.

Речь всё чаще идёт не просто о росте объемов информации, которой овладевает человечество, не только об «экспоненциальном увеличении количества информационных технологий и невозможности полноценного существования без овладения ими», а и о «появлении нового типа человека, которого можно обозначить уже не как homo sapiens, а как homo virtualis» [Марійко С.В. Актуальні проблеми духовності: зб. наук. праць / Ред.: Я.В. Шрамко. Вип. 10. – Кривий Ріг, 2009, 324 – 329. - С. 324] [4, c. 324].

Что есть homo virtualis по сравнению с homo sapiens? Этот вопрос уже требует внимательного рассмотрения. Возникновение воображения в сознании доисторического человека было качественным скачком в развитии его сознания. Сегодня же, на переходе от индустриальной к информационной эпохе, воображение становится почвой для определённого извращения – расширения виртуального пространства внутреннего мира совремённого человека как убежища от усложняющейся действительности. Назойливая реклама сомнительного качества товаров, созерцание на телеэкранах “крутизны” разных “мачо”, которая проявляется в неисчислимых драках и убийствах один одного, манипуляция сознанием электората “улучшением жизни уже сегодня”, искусственное разжигание вражды в сообществах людей с целью убедить их в необходимости проведения политики так называемой стабильности и избрания для этого соответствующих “альфа-самцов” и многое подобное – не слишком ли много виртуального предстает в восприятии и воображении современного человека?

Расширению-извращению виртуального пространства внутреннего мира современного человека способствуют уже и обычные программы рейтинговых телеканалов. Взять к примеру, на украинском ТК “1+1” ежевечерние теленовости “жареных” фактов в 19.30 (специализация телеканала?) или еженедельные развлекательные передачи в выходные дни типа “Светская жизнь”, “Роскошная жизнь” с демонстрацией мелких атрибутов “элитности”, стоимостью в десятки тысяч евро. Кто анализировал влияние их содержания на формирование виртуальности мировоззрения телезрителя?

А достаточно ли глубоко осознают родители развлечения их детей доподросткового и подросткового возраста за компьютерами? Недавно опубликованная статья Марины Бурмаки “Новый скандал у школах: модная игра в самоубийство” заставляет нас по-новому взглянуть на возможности технического прогресса [см. http://blogs.lb.ua/maryna_burmaka/182752/].

Что противопоставить такой виртуальности? Как перенести на уровень обыденного сознания человека растущие объемы полезной информации и нужно ли это делать в условиях разделения труда в обществе и узкой специализации каждого человека. В чём состоят оптимальные решения? И не есть ли такое отклонение в сторону виртуальности реакцией-компенсацией организма человека на его биологические ограничения, не позволяющие воспринимать растущие объёмы информации?

Отметим, здесь мы затрагиваем не только экспоненциальное увеличение количества информационных технологий и возрастание объемов информации как следствие начавшейся научно-технической революции (НТР) в середине прошлого века, а более общее, фундаментальное явление: ускорение эволюционных процессов во Вселенной на временном промежутке 10 миллиардов лет – этапы универсальной эволюции от момента образования тяжёлых элементов в недрах звёзд первого поколения нашей Вселенной, что изменило физический механизм самоорганизации материи (запрос энергии извне для синтеза сложных молекул), до наших дней, когда деятельность живого вещества на Земле уже начала принимать космические масштабы.

В 90-х годах пришлого столетия большой резонанс имела статья американского математика и писателя Вернора Винджа «Технологическая сингулярность», первый вариант которой был представлен на симпозиуме VISION-21, который проводился в 1993 году Центром космических исследований NASA им. Льюиса и Аэрокосмическим институтом Огайо. В.Виндж, признавая взрывоподобный характер научно-технического прогресса в наше время, пытается обобщить разные мнения о его последствиях для человека, среди которых, в частности, и выход искусственного интеллекта из сферы контроля человека. Для обозначения такого “обвального роста” в качестве метафоры из космологии им было заимствовано понятие сингулярности, как такое, что наилучшим образом отображает суть феномена. Космологическая сингулярность, как известно, это – состояние Вселенной в начальный момент Большого взрыва, которое характеризуется бесконечными плотностью и температурой вещества. «А каким же будет наступление самой Сингулярности? – вопрошает исследователь и отвечает: Свалится, вероятнее всего, как снег на голову... Мы очутимся в постчеловеческой эре. И несмотря на весь свой технический оптимизм, мне было бы куда комфортнее, если бы меня от этих сверхестественных событий отделяли тысяча лет, а не двадцать» [Vinge, V. “The Coming Technological Singularity: Haw to Survive in the Post-Human Era”, VISION-21 Symposium, sponsored by the NASA Lewis Research Center and the Ohio Aerospace Institute, March 1993. (Пер. рос.: www.lib.rus.ec/b/208786/read)] [5].

Совсем недавно, в 1996 году австралийский исследователь глобальной истории Г.Снукс и в 2003 году российский физик-теоретик А.Панов независимо друг от друга получили одинаковый результат анализа эволюционных процессов: ускорение процессов усложнения структур неживой и живой природы [Snooks G.D. Why is history getting faster? Measurement and explanation // Философские науки 2005, № 4] [6], [Панов А.Д. Завершение планетарного цикла эволюции? // Философские науки 2005, № 3 – 4] [7]. Наиболее впечатляющим был их вывод о повороте кривой эволюционного процесса в вертикаль уже в ближайшее десятилетие.

Известный американский изобретатель и мыслитель Рей Курцвейл (Ray Kurzweil), конкретизируя “Вертикаль Снукса-Панова” в книге «Сингулярность уже близко» (The Singularity is Near), которая вышла в свет в США в 2006 году и содержание которой легко найти в Интернете, приводит множество графиков и таблиц (увеличение памяти компьютеров, скорости функционирования электронных элементов, резкое увеличение количества патентов и т.д.) на подтверждение того, что человечество, как он считает, достигнет критической сингулярности уже до 2045 года. На широком фактическом материале он показывает, что в 1990-2000 г.г. кривая (экспонента) роста внедрённых инноваций уже (!!!) обогнула “колено” и начала резко уходить вверх [Kurzweil Ray. The Singularity is Near: When Humans Transcend Biology. US, Viking Adult, 2005. Pages 652. ISBN 0-670-03384-7] [8].

Десять миллиардов лет неторопливой эволюции Вселенной, миллионы лет более-менее спокойной социальной эволюции и ожидание чего-то чрезвычайного в ближайшие два-три десятилетия – разве не стоит это нашего человеческого внимания, фундаментальных научных исследований?!

Считаем необходимым подчеркнуть чрезвычайную актуальность данной проблематики. Сингулярность - это не прогноз со страниц популярного бестселлера, не философское красноречие или чьё-то словоблудие. Это уже и не естественнонаучная гипотеза, которую необходимо пытаться постоянно опровергать. Речь идёт о неотвратимой, аксиоматической закономерности инерционной Вселенной. Инерционность, как известно, означает, что, если процесс уже начался, то он ничем не может быть остановлен или изменен мгновенно, для этого необходимо некоторое время. Впрочем, человечество на уровне его повседневного сознания пока никак не задумывается над этим.

Как можно толковать ожидаемые “фазовые переходы” в эволюционном процессе, “вертикаль Снукса-Панова” и “сингулярность”? Какой смысл несут в себе эти слова-знаки? Известный ученый Акоп Назаретян, док. философ. наук, профессор, высказывает такую мысль: «С чисто математической точки зрения… скорость эволюционных перемен достигает бесконечности, а интервалы между фазовыми переходами стают равными нулю… этот загадочный формальный итог означает: формула, которая описывает ход событий на протяжении миллиардов лет, через несколько десятилетий (!) превращается в бессмыслицу. …На наш взгляд, поскольку формула отображает очень значительный фрагмент Универсальной истории, то её граница должна отображать перспективу событий не планетарного, а вселенского значения…, до середины XXI столетия может произойти или обвал Земной цивилизации, или фазовый переход, сопоставимый по его эволюционному значению с образованием живого вещества из неживого» [Назаретян А.П. Смыслообразование как глобальная проблема современности: синергетический вигляд // Вопросы философии, № 5, 2009. С. 3–19] [9, c. 3–19].

Таким образом, вопрос “что же на самом деле произойдёт в реальном мире нашего бытия в ближайшее время?” представляется сегодня весьма актуальным. Поднимая вопрос о вызовах, которые встают перед человеком на изломе тысячелетий и приобретают характер Сингулярности, мы должны понимать, что вызовы предполагают ответы. Известные учёные сравнивают ожидаемую Сингулярность, кто с чем: С.Капица - с фазовыми переходами в физике (примером которых является переход воды из жидкого состояния в твёрдое или газообразное). Р.Арцишевский – с неолитической революцией в становлении нашего биологического вида [Арцишевський Р. Світоглядна освіта в умовах переходу до інформаційного суспільства // Освіта – XX століття // Шлях освіти, 2008, № 1. C. 6–10] [10, c. 6–10], А.Назаретян – даже с фазовым переходом, сопоставимым по его эволюционному значению с образованием живого вещества из неживого [Назаретян А.П. Смыслообразование как глобальная проблема современности: синергетический вигляд // Вопросы философии, № 5, 2009. С. 3–19] [9, c. 3–19]. Делая акцент так выразительно на ожидании чего-то чрезвычайного, эти высказывания ученых не содержат в себе никаких конкретных прогнозов и предложений. И это очень удивляет. Сам по себе этот факт чрезвычайно интересен, ведь тема эта по своей актуальности и неосознанности понятийным мышлением не только “диссертабельная”, но более того, достойна Нобелевской премии, ведь речь идет о конце света, привычного нам света. И мы не можем пройти мимо, не погрузившись мысленно в исследование этого феномена. Ведь дети скоро спросят нас: “Что происходит и как быть?”. Надо уже сейчас искать ответы. И прежде, чем давать ответы на то, как реагировать на вызовы отдельному человеку, сообществу людей и всему человечеству в целом, следует разобраться, что представляют собой социальные вызовы по своей природе и последствиям.

Актуальность проблемы и недостаточный уровень её разработки определили тему исследования, его объект, предмет, цель и задачи. Объектом исследования являются особенности социальной эволюции человечества на рубеже эпох индустриальной и постиндустриальной. Предметом исследования избраны вызовы социальной эволюции, которые встают перед отдельным человеком как элементом социума. Целью исследования являются поиски ответов человека на те вызовы социальной эволюции, которые затрагивают его непосредственно и избежать ответов на которые никак нельзя. Для реализации ответов человека на вызовы социальной эволюции предлагается ряд конкретных мер, которые составляют содержание задач исследования – формирование практических рекомендаций.

 

 

 Глава 2. Что есть вызовы социальной эволюции с позиций современного человекознания? (попытки классификации).

 

Вызовы, о которых идёт речь, определяются обычно как встающие перед человеком непредсказуемые сложности бытия, которые были неведомы предыдущим поколениям и решения которых теперь избежать никак не возможно. Следует признать, до сих пор нет общепринятой детализации и классификации вызовов по каким-либо признакам и, как следствие этого, нет и конкретики в реагировании человечества на вызовы социальной эволюции. Вместе с тем, имеет место определение ожидаемых в ближайшем будущем вызовов как критических для существования человечества. Именно это нас и беспокоит сегодня, стимулируя к дискуссиям на страницах философской, социологической и педагогической периодики. Выявлять, наблюдать и различать вызовы человеку и человечеству – это, конечно, задача антропологии, философии, социологии и других наук сферы человекознания. Однако, поиск ответов на такие вызовы, безусловно, должен быть комплексным междисциплинарным проектом.

Так что же имеется в виду, когда говорится о вызовах как непредсказуемых сложностях человеческой жизни? Первое, что приходит на ум современному, обыкновенному человеку, как и его далёким предкам: вызовы – это, наверное, нечто такое, что привносит нам Природа из глубин Земли или из небес в форме землетрясений, цунами и тому подобного или же из Космоса в виде астероидов или вспышек на Солнце? А может быть, это - то ожидаемое вхождение траектории движения Солнечной системы в облако космической пыли, ведущее к очередному оледенению Земли, или пришествие из глубин Космоса “нецивилизованных” варваров-инопланетян?

Да, всё это возможно с какой-то отличной от нуля вероятностью. Наверное, именно так представляется предсказываемый Библией конец света как “божья кара за земные грехи человечества”. Но не это имеется в виду, когда встает вопрос о вызовах человеку со стороны социальной эволюции. Конец света по Библии – это лишь страшилка, предназначение которой уменьшить количество грехов. И речь не идёт сегодня о вызовах извне среды обитания людей Земли. Так что же тогда имеется в виду, когда устами известных ученых озабоченно сообщается вполне наукообразный прогноз: «Мы живем в условиях переходной эпохи, значение которой для истории человечества, наверное, является не менее важным, чем наибольшая в становлении нашего вида неолитическая революция. Ныне снова, как и тогда, со всей остротой встает гамлетовский вопрос: “Быть или не быть?”?» [Арцишевський Р. Світоглядна освіта в умовах переходу до інформаційного суспільства // Освіта – XX століття // Шлях освіти, 2008, № 1. – С. 6–10] [10, c. 6–10].

Второе, что приходит на ум, когда мы задумываемся над этим глубже, вызовы – это, возможно, последствия проявлений какой-то таинственной, ещё не вполне осмысленной, сущности человека? Какой? Не о ней ли выдающийся физик XX ст. Альберт Эйнштейн высказывался так: «Лишь две вещи в этом мире являются бесконечными. Это – человеческая глупость и Вселенная. Впрочем, о Вселенной я не уверен». Это важное заключение, имеющее статус афоризма [ http://www.afor.ru/by_author.php?aut_id=91&p=1], к сожалению, не имеет достаточно глубокого научного объяснения. Ведь известна дихотомия, амбивалентность, поляризованная двойственность качеств человека. И если глупость человека бесконечна, то что ей в естестве человека противостоит?

Возможно, здесь имеются в виду “геологические” напластования (микрокосмос) в естестве человека следов (фундаментальных слагаемых) всех предыдущих эпох эволюции живой Природы на Земле, накопленных и отраженных в его генетических программах, и создающих дисбаланс с новыми требованиями социализации в условиях коллективизма общественной жизни. Или имеется в виду, возможно, завышенная оценка человеком своих достоинств и своих возможностей (гордыня), одним словом, дисбаланс рационального и иррационального в человеческом естестве. Возможно даже, что здесь имеется в виду то, что в некоторых областях сферы человекознания обозначают научным термином “технико-гуманитарный дисбаланс” [Назаретян А.П. Смыслообразование как глобальная проблема совремённости: синергетический вигляд // Вопросы философии, № 5, 2009. С. 3–19] [9, c. 3–19].

Наводят на определённые ассоциации и “восемь смертных грехов цивилизованного человечества”, сформулированные видающимся учёным в области этологии, нобелевским лауреатом К.Лоренцем, среди которых, в частности: расстройство идентичности, отрыв молодого поколения от старшего, недостаток контактов между родителями и детьми; возрастающая унификация взглядов взрослых людей и всё та же, ничуть не уменьшающаяся агрессивность.

Какие бы там ни были варианты истолкования понятия “вызовы социальной эволюции”, ключевым к пониманию проблемы поиска ответов является понятие адаптации. И действительно, человек в течение всей своей жизни, кроме воспроизводства своего вида, продолжения рода, занимается ещё двумя основными видами деятельности – адаптацией своего организма к условиям внешней среды и познавательной активностью, которая выходит за границы первейших его потребностей, – назовём её излишней активностью, последствия которой в свою очередь требуют дополнительной, всё той же адаптации. Поэтому, ставя вопрос об ответах на вызовы социальной эволюции, мы должны иметь в виду, прежде всего, адаптацию.

Различать и классифицировать адаптацию можно по разным признакам. Например, можно различать адаптацию человека к внешней естественной среде и адаптацию к искусственной среде (второй природе), создаваемой самим человеком в результате его преобразовательной деятельности. Если степень адаптированности человечества к внешней природной среде считается одним из критериев его цивилизованности, то о втором виде адаптации в таком критериальном ракурсе речь пока не идёт.

Можно различать вызовы адаптации, которые повседневно встают перед отдельным человеком как автономным индивидом (индивидуалистом, эгоистом, индивидуальностью, личностью), и вызовы, которые встают перед всем социумом как целостностью и человеком как частью целого в определённые периоды социальной активности и приобретают формы кризисов. В первом случае - это прогнозируемые или непрогнозируемые вызовы адаптации человека к условиям повседневной жизнедеятельности, которые имеют место в течение всей его жизни. Можно сказать, что это даже не вызовы, а повседневные задачи выбора оптимальных решений из множества возможных [Ашер Т. Духовная ресоциализация // Глобальные проблемы человечества. Междисциплинарный научно-практический сборник. – М.: Изд–во МГУ, 2006. – 264 с. – С. 218–230] [11, c. 218–230]. Разумеется, оптимальные решения включают в себя при необходимости и изменения качеств человека, при помощи которых он приспособливается к внешей среде (аутопластическая адаптация).

Во втором случае речь идёт, обычно, о вызовах, спровоцированных познавательной активностью социума и таких, которые становятся неподконтрольными сознательной воле отдельного человека. Это, например, полное использование запасов полезных ископаемых на Земле или возможное потепление климата вследствие искусственно созданного парникового эффекта, или же охлаждение Земли вследствие запыления её атмосферы и непроникновения солнечной энергии на её поверхность после ядерной или иной катастрофы от рук человека.

Кроме познавательной активности социума в истории человечества имела место и иная активность, порождённая могучим инстинктом человеческой природы, инстинктом агрессии – стремление пойти за горизонт и ограбить других, не наших.

Итак, вызовы человеку как встающие перед ним сложности бытия, ранее неведомые, бывают разными. Именно вызовы непредсказуемых последствий излишней преобразовательной активности всего социума, количество которых стремительно растёт со временем, обескураживают мыслящего современника больше всего. Что касается вызовов извне среды обитания людей типа космических катаклизмов, то вероятность их мала и поэтому обычно никого не пугает.

Завершая краткое рассмотрение возможной классификации вызовов эволюции, предъявляющих новые требования к человеку, можно констатировать, что человекознание – литература, искусство, религия, наука, эзотерика и другие его отрасли – определённым образом и раньше уделяли внимание вызовам социальной эволюции. Исследовались всяческие антропологические кризисы, войны, эпидемии, природные и техногенные катастрофы, рассматривались успехи и неудачи преобразовательной деятельности человека в природной среде и роль гуманитарной сферы в организации общественной жизни. Однако, следует признать, оно (человекознание) не занималось проблемами достаточно глубоко, системно и конструктивно, ведь если бы так занималось, то человечество могло бы предупредить хотя бы мировые войны в ХХ веке, а сегодня мы уже знали бы, какими будут проявления ожидаемой Сингулярности в XXI веке.

***

Чем объяснить отсутствие должного внимания интеллектуальной элиты человечества к проблемам ожидаемой в 2035–2045 г.г. Сингулярности (конца привычного нам света), и как результат – отсутствие конкретных ответов? Сегодня у нас имеется два объяснения.

Первое объяснение мы видим в статье философа Д.Дубровского, профессора, главного научного сотрудника Института философии РАН, сопредседателя Научного совета РАН по методологии искусственного интеллекта «Человек продолжает действовать как животное»: “Подобно тому, как человек искусно вытесняет страх и ожидание смерти, человечество таким же образом вытесняет страх надвигающейся гибели, отдаваясь во власть ложных надежд и символов веры, совершенствуя способность самообмана” [см. http://www.vz.ru/opinions/2012/8/16/593773.html или http://www.2045.ru/articles/30376.html].

Конкретизируя проблему невидения вызовов социальной эволюции, Д.Дубровский пишет:

 

«…В этом проявляется рост дефицита самопознания, столь характерного для нынешнего состояния нашего так называемого «общества знания», в котором человек “знает всё, но только не себя”. …Впрочем дефицит самопознания был характерен для всех этапов истории человечества. Бросается в глаза разрыв, вопиющая несоразмерность познавательной и преобразующей деятельности, направленной во внешний мир, с одной стороны, и самопознания и самопреобразования – с другой. Я называю это фундаментальной асимметрией в познавательной и преобразующей деятельности человека. Подавляющая по своему масштабу активность человека, направленная во внешний мир, при мизерных результатах самопознания и самопреобразования – характерная черта всех исторических эпох и всех народов, что указывает на ее обусловленность природой человека, т.е. генетическими факторами… Будучи социальным существом, человек продолжает действовать как животное

Расчеты показывают, что состояние сингулярности, динамического хаоса может наступить к середине века. За ним либо деградация и гибель человечества, антропологическая катастрофа, либо выход на качественно новую ступень социальной самоорганизации.

Каковы мыслимые пути выхода на этот качественно новый этап?

У нас нет однозначного ответа. Ясно одно: надо либо изменить биологическую природу человека путем реконструкций в его геноме, либо пойти по пути воплощения разума и социальной индивидуальности в небиологической самоорганизующейся системе…» (конец цитаты).

 

Отсутствие должного внимания интеллектуальной элиты человечества к проблемам ожидаемой в 2035-2045 г.г. Сингулярности (конца привычного нам света), и как результат – отсутствие конкретных ответов, может объясняться и тем (второе объяснение), что эта проблема имеет надсистемный характер и требует разноплановых, междисциплинарных, интегральных подходов к её решению.

 

 

 Глава 3. Какие мы видим вокруг себя перемены? И ускоряются ли они (из опыта нашей личной жизни)?

 

Человек устроен так, что ускоряющихся перемен вокруг себя он может и не видеть. Внимание, как мы знаем, бывает непроизвольным и произвольным. Произвольное требует предварительного осознания наличия проблемы и некоторых усилий для концентрации внимания.

О наличии перемен сомневаться нам не приходится. Но ускоряются ли они уже так быстро, что это ускорение становится заметным каждому при его жизни? Можно опросить людей зрелого возраста, наших современников, и каждый может привести примеры из своей личной жизни.

Так автор этих строк, оглянувшись во времени назад, может рассказать, например, о том, как развивалась радиотехника на его глазах. Детство прошло в рабочем поселке, 30 км от г. Харькова. Помнится, как в середине 50-х родители купили размера небольшого первый ламповый радиоприемник «Москвич». Ни у кого в нашем 16-квартирном доме ламповых приемников тогда ещё не было. В 1960-ом году в поселке нашем первых телевизоров с маленьким экраном и водяной линзой для увеличения изображений, если память не изменяет, было всего два. Квартиры владельцев этого чуда техники превращались каждый вечер в клубы. У моих родителей телевизор появился где-то в середине 60-х годов. Тогда служил я срочную службу в войсках ПВО и помнится, телевизора в казарме солдатской, в Красном уголке, в так называемой “Ленинской комнате”, вблизи полумиллионного города тоже ещё не было.

В начале 70-х годов окончил радиофизический факультет Харьковского гос. университета, где глубоко изучались применение радиоволны всех диапазонов, полупроводниковая электроника и лазеры. Информатики среди учебных предметов ещё не было. Однако, начав работать в НИИ ВПК СССР уже не мог без ЭВМ ступить и шагу. ЭВМ были огромные, размещались в помещениях, похожих на спортивные залы, охлаждались специальными кондиционерами, охлажденный воздух подающими по специальным трубопроводам. Предназначались эти ЭВМ для обработки информации с различных носителей при испытаниях военной техники. Помню, как свою первую программу математической имитационной модели атаки авиационными торпедами подводной лодки вероятного противника, более сложную, чем программы обработки, “набитую” на сотнях перфокарт, пришлось возить для отладки из Крыма в Москву, в более мощный ВЦ НИИ Автоматических Систем.

Помню, как в начале 80-х участвовал в согласовании технического проекта большого здания межведомственного ВЦ на территории испытательного центра МО в Крыму. Проект согласовали, в нем предусматривалось несколько машинных залов, сравнимых по величине со спортзалами. Согласовали, но к их строительству заказчики так и не приступили. В воздухе уже запахло новыми технологическими переменами. В последующие годы на наших рабочих столах стали появляться первые ПК, с каждым годом всё более совершенные. Сегодняшние ноутбуки, переносимые в портфелях, по быстродействию и объемам памяти намного превосходят те ЭВМ, что требовали всего лишь 30-40 лет назад помещений, сравнимых по величине со спортивными залами. И кто мог тогда всё это предвидеть!

Можно проследить как развивалась телефонная связь на глазах всего лишь одного поколения людей. У обыкновенного человека старшего поколения наших отцов телефонов в начале его жизни в доме не было, для голосовой связи с родственниками, живущими в других населенных пунктах, надо было ехать в специальный переговорный центр, как правило единственный на жилой район. Связь поддерживалась, в основном, посредством писем. А сегодня у каждого человека, включая школьников, имеется в кармане так называемая “мобилка”. Прогресс ускоряется, на рынок выброшены уже iPhone5 c невиданными ещё год-два назад возможностями, ценой всего лишь $1200.

Рассмотреть можно также и перемены в областях экономики, государственного строительства, общественных взаимоотношений, этики и морали. Так, можно кое-что сказать о переменах в мироощущении, мировоззрении, идентичности, менталитете послевоенного поколения на постсоветских пространствах. Сегодня публицисты, часто рассуждая о наблюдаемой ими “быдлотности” масс, связывают её с так называемой “совковостью”, наследием коммунистического тоталитаризма. Мы считаем, что истоки “быдлотности” надо искать в более отдаленных глубинах истории. А что касается “совковости”, то она ассоциируется, скорее всего, с дисциплинированностью, с подавлением свободы проявления инстинктов в естестве “советского народа”. Не надо забывать то положительное, что было в СССР до “горбачевской перестройки”. К положительному, сейчас утраченному, мы относим, прежде всего, чувство общности народов СССР, чувство некоей целостности. Не следует считать, что наблюдаемый ныне разгул индивидуализма и эгоизма человека, раскрепощение его инстинктов – это исключительно позитивное явление. Сегодняшней молодежи кажется странным и непонятным наше воспоминание о том, что возвращаясь осенне-зимними вечерами со школы домой, подростки и юноши пели песни со словами “Забота у нас простая, Забота наша такая, - Жила бы страна родная, и нету других забот. И снег, и ветер, …Меня моё сердце в тревожную даль зовёт” [текст песни “О тревожной молодости” А. Пахмутовой, слова Л. Ошанина].

Сопровождается ли научно-технический прогресс также и обязательным прогрессом в области социокультурного ментального развития человечества? Этого-то четко и не видно. И, к сожалению, наблюдать можно в некоторых направлениях даже регресс. Так, СМИ в Украине шутят, особенно во время избирательных кампаний, что “быдло наше со временем становится быдлее” и приводят доказательства: одни продают свой голос за пакет гречки, другие - за наличность от $5 до $10, третьи избирают похожих на себя.

Мог ли, например, кто-нибудь 25 лет назад предположить, что на сегодня (2012) в Украине 100 семей завладеют 90% национального богатства. И как, констатировал спикер Верховной Рады Украины Владимир Литвин, “приХватизация” в Украине прошла хотя и без соблюдения принципа справедливости, но (!) законно [Еженедельник «Зеркало недели», № 45, 2006]. Положительным этот прогресс не назовёшь. Научно-техническая революция и возврат к раннему полуфеодальному капитализму! Как это всё могло произойти так быстро? Как оценят всё это будущие поколения? Можно согласиться с мнением, что будущие поколения будут оценивать поведение наших современников так, как мы сегодня воспринимаем обитателей обезьянника в зоопарке.

***

Ниже приводим предисловие к русскому переводу (2002) книги Э. Тоффлера «Шок будущего», впервые изданной на Западе в 1970 году, доктора философских наук, профессора Г.С. Гуревича, специалиста по философии культуры, философской антропологии, автора более 40 монографий и учебников:

 

 

«Вы просыпаетесь утром и обнаруживаете, что мир, который долгие годы воспринимался как фон вашей жизни, переменился. Все, к чему вы привыкли, становится совсем иным. Причем в рекордные сроки, буквально ежесекундно. Скажем, еще в прошлом году этот день считался великим праздником. Вы сидели у экрана и смотрели демонстрацию. Вам звонили друзья, почтальоны приносили открытки. Этот день все еще считается праздником. Однако никто не звонит, не поздравляет. Осталась одна проформа. Зачем она?

Вы идете в магазин и поражаетесь, как выросли цены.

Нет, можно привыкнуть, что этот день совсем не праздник, но такие цены... Кто мог предвидеть, что пучок лука... Или, допустим, баночка с вазелином... Пора бы, наверное, смириться, ведь впереди еще множество испытаний. Но душа не поспевает за переменами. Мир кажется враждебным и страшит непостижимым.

Звонит знакомая и рассказывает, что пигалица из их класса стала валютной проституткой. Вы долго обсуждаете этот вопрос и даже успеваете поинтересоваться, как здоровье ее такой благовоспитанной мамы. А тот, кто сидел с пигалицей за одной партой и мечтал стать академиком, теперь, оказывается, ходит в роскошной кожаной куртке. Он подрабатывает дворником...

Сместились все представления. Знакомая назвала дурой приятельницу, которая поступила в аспирантуру. Подземный переход оглушает вас звуками аккордеона. Вы замедляете шаг. Несколько месяцев назад вы видели этого музыканта на обложке модного иллюстрированного журнала... Вечером на экране появляется телевизионный ведущий и комментирует обвальное крушение рубля. Шахтеры перекрывают железнодорожные магистрали. Учителя и профессора ищут работу в коммерческих ларьках.

Говорят, что волка может поразить инфаркт, если пространство, на котором он обитает, вдруг окажется обуженным. А что происходит с человеком, который вдруг узнает, что не может показаться в другом районе, где живут люди иной национальности? Разом изменились все ценности. Учитель подчас не знает, что он должен теперь рассказывать детям — времена изменились. Ученый поражен тем, что утратил общественный статус. Рабочий еще недавно перспективного предприятия неожиданно оказался безработным. Красный директор, трижды орденоносный, все еще надеется, что все вернется на прежний курс. Однако надежды становится все меньше...

Стремительно рушится привычный уклад жизни, уходит в прошлое то, что еще недавно составляло смысл нашего бытия. Меняются ориентации. Специалист по атеизму носит православную бородку. Преподаватель научного коммунизма руководит кооперативом. Низвергаются святыни. Девушка, поступившая на работу в фирму, неожиданно получает приглашение переспать с шефом. «С какой стати?» — спрашивает она. Ей отвечают: «Ты что, психованная?» Политические домашние распри оборачиваются кровавыми расправами. Человек остается одиноким перед надвигающейся неизвестностью.

Когда в начале 70-х годов в наших журналах появились отдельные отрывки из книги Элвина Тоффлера «Шок будущего», мы читали эти страницы как некий фантастический роман. Нам, живущим в ритме застоя, в архаических социальных структурах, все это казалось далеким, хотя и заставляющим отдаться волнам воображения. Почти тридцать лет прошло с тех пор, как вышла книга американского журналиста и социолога.

Нужна ли она нам сегодня, на пороге нового тысячелетия? Найдет ли она отклик в сердцах россиян? Наконец, сбылись ли прогнозы модного предсказателя? Ведь сам автор признавал, что его работа в потоке стремительных преображений тоже окажется устаревшей. Книга Тоффлера — продукт яркого социального воображения. Хотя автор постоянно ссылается на научные публикации, статистику, бытовые примеры, его работа раскрывает во многом мир фантазии, продуктивного заглядывания в будущее.

Тоффлер написал о том, что человечество захватывает неведомое ранее психологическое состояние, которое по своему воздействию может быть приравнено к заболеванию. Есть у этой болезни и свое название «футурошок» — «шок будущего». Человечество может погибнуть не от того, что окажутся исчерпанными кладовые земли, выйдет из-под контроля атомная энергия или погибнет истерзанная природа. Люди вымрут из-за того, что не выдержат психологических нагрузок.

Футурошок характеризуется внезапной, ошеломляющей утратой чувства реальности, умения ориентироваться в жизни, вызванной страхом перед близким грядущим. Еще до начала XXI в. миллионы обычных физически здоровых и психически нормальных людей внезапно столкнутся лицом к Лицу с будущим. Смогут ли они приспособиться ко все более усиливающемуся давлению событий, знаний, науки, техники, различного рода информации? Не приведет ли это к серьезным социальным и психологическим последствиям?

Неужели человечество только теперь столкнулось с этими проблемами? Разве только в нашей стране человек вытолкнут из привычной ниши? Средневековому человеку будущее виделось как таинственная и темная сила. Даже радостный день он воспринимал с тревогой: а вдруг эти утехи обернутся казнями на Страшном суде. Войны, эпидемии, голод воспринимались как признаки надвигающегося конца света. Фрески храмов, изображающие эпизоды Страшного суда, заставляли трепетать сердца верующих при одной мысли о том, что ждет их по ту сторону бытия, в загробном мире.

Пушкин сказал о своем герое: «И жить торопится, и чувствовать спешит». И в ту пору были люди, гоняющиеся за модой, жаждущие перемен, склонные ощутить мимолетность в своих чувствованиях. Но у поэта все-таки сквозит ирония, проступает дистанция. Мир все-таки был прочным или, во всяком случае, казался таким. Гоняясь за новизной, люди все-таки жили в привычном окружении, в оковах предрассудков и привычном течении жизни.

Однако в нашем столетии стали заметны поразительные преображения. Тоффлер показывает, что темпы перемен неслыханно возросли. Мы теперь не можем даже представить, что произойдет, скажем, через пару лет. Если бы несколько лет назад мне, профессору Института философии, сказали бы, что напротив нашего здания на месте бассейна вырастет храм Христа Спасителя или что останки последнего русского царя будут хоронить с участием президента нашей страны, я бы, несомненно, испытал шок...

В советские годы была такая эстрадная шутка. Конферансье говорит: «Я люблю эту женщину на всю жизнь, пропишите ее в моей квартире на три месяца». Кто мог подумать, что спустя десятилетие Тоффлер будет всерьез обсуждать в своей книге идею временного брака как социологическую реальность. Человек может прописать в своей квартире не одну жену, а целую череду: браки теперь не заключаются на небесах, не порождены любовью и вовсе не предполагают, что новобрачные станут жить вместе до конца своих дней.

По истечении многих веков, на пороге иного тысячелетия человечество, казалось бы, уже не должно страшиться своего будущего. Вооруженные новейшей техникой люди научились прогнозировать свою жизнь на несколько лет и даже десятилетий. Но вот беда — прогноз безрадостен. До дна исчерпаны кладовые земли. Нечем насыщать нашу прожорливую техническую цивилизацию.

Создав мощнейшую технику, человек изменил ритм и течение своей жизни. И тут действительно оказалось, что главнейшая беда — вовсе не дефицит сырья для производства, не разрушение экологической среды. Научная мысль пытается отвести эти катастрофы. Кошмар в ином: психологические ресурсы человека не безграничны. Дело не в том, что образуется озоновая дыра или иссякнет нефтяная скважина. И даже не в том, что, засыпая в одном государстве, вы можете проснуться совсем в ином... Раньше всего может не выдержать человеческая психика.

Несколько десятилетий назад газета «Известия» напечатала фельетон «Воздушные хулиганы». Там рассказывалось о том, как пилоты, проходя мимо памятника Пушкину в Москве, увидели у монумента пьяного. Они бережно подобрали его, внесли в самолет и, закончив рейс, положили, сердечного, возле памятника Тарасу Шевченко, уже в Киеве. Представляете шок протрезвевшего, когда он очнулся?.. Впрочем, теперь это детские шалости. Вся страна может встретить рабочее утро возле новых скрижалей...

Книга Тоффлера еще надолго останется бестселлером. Однако не следует читать ее как безоговорочное откровение. Блестящему сочинению явно не хватает метафизической проработанности. Исследование весьма уязвимо с точки зрения культурологии, философской антропологии и психологии. Говоря о многообразии как воплощении свободы, автор опирается на чрезвычайно обуженный культурологический фон. Социолог заворожен американской моделью жизни. Бог немыслимых преображений — культ новизны — рожден именно в этой стране.

Тоффлер убежден, что сверхиндустриальная цивилизация — универсальный феномен. Но ведь в мире существуют сегодня самые разнообразные культуры. Станет ли модернизация вселенским процессом? — на этот вопрос человечество пока не располагает ответом. Да, многие страны Азии — Япония, Китай, Корея — продвигаются к сверхиндустриальной модели. Однако культурное своеобразие не стирается, не устраняется. Остается разным во многих культурах и образ времени.

Не случайно родился другой американский бестселлер, который предрекает не только мучительный процесс схождения цивилизаций, но и их грядущий конфликт. Читатель догадался, что речь идет о концепции Самуэля Хантингтона. Проблема человечества не только в том, чтобы привыкнуть к переменам. Она в ином — как сохранить ценностно-психологическое ядро культуры. В нашей стране тоже психологический взрыв от перемен. Но мы испытываем шок не только от будущего, но и от прошлого. Для нас это далеко не психологическая только проблема...

Мир не внял предостережению Тоффлера. Мало ли чем может испугать нас современный футуролог. Только отдельные здравомыслящие люди поспешили изменить стиль жизни, точнее сказать, постарались оградить себя от радикальной динамики. Тоффлер не обращается к философской антропологии. Он, по существу, не пытается поставить вопрос о том, какова же человеческая природа. Кто человек по своей натуре — новатор или консерватор? Или иначе — какие тенденции в обществе могут преобладать? Не должны ли они находиться в некоей гармонии?

Не случайно после выхода книги Тоффлера во многих западных странах начала набирать силу консервативная волна. Философы, политики стали размышлять о том, насколько приспособлен человек к этим переменам как биологическое, психологическое существо. Неоконсерваторы заговорили о том, как важно для человека ощущать прочность бытия. Ведь в прошлом социальный цикл зачастую соотносился с культурным, последний чаще всего был длиннее. Теперь же на протяжении жизни одного поколения культурные циклы меняются один за другим, создавая лавину цивилизационных потрясений.

Тоффлер не ставит вопрос о том, что такое психологическая норма. Он полагает, что человек, мало приспособленный к меняющейся реальности, психологически ущербен. Ему надо разъяснить, что мир постоянно преображается. Если он хочет адаптироваться к реальности, ему важно перестроить свою психику, избежать футурошока. Но предположим, людям это удалось. Люди не ощущают дискомфортности от того, что все вокруг стремительно преображается, можно ли сказать, что человек, приладившийся к действительности, это не невротик, а полноценная личность.

Разве это психологическая норма — человек, выбитый из лона семьи, из привычного ландшафта, утративший привязанность и ощущение стабильности? Скорее всего такой человек, реализующий беспредельную свободу, как раз и окажется психопатом. Пожалуй, лучше всего об этом рассказывает наша российская жизнь. Человек, рожденный в яранге, способен поступить в вуз и обрести совсем иной статус. Он же может вернуться в родное селение и привнести в его жизнь элементы еще незнакомой культуры. Тоффлер видел исток футурошока только в машине, в технологии. Это ее скорость рождает неслыханные темпы мутаций. Вот почему, как он считал, миллионы людей охвачены возрастающим чувством тревоги. Они не могут ориентироваться в окружающей жизни, теряют способность разумно управлять событиями, которые стремительной лавиной обрушиваются на их головы. Безотчетный страх, массовые неврозы, не поддающиеся разумному объяснению поступки, необузданные акты насилия — все это, по мнению американского эксперта, лишь слабые симптомы болезни, которая ожидает нас впереди.

Реальности российской действительности и тех стран, которые еще недавно составляли с ней единое пространство, значительно изменили экспертизу Тоффлера. Дело не только в машинах, не в темпах жизни, которые навязывает нам техническая цивилизация. Преображается социальное и культурное бытие. Человек не просто включается в темп неслыханных ускорений. Он вообще катапультируется, причем многократно, в иные миры.

Вчера еще респектабельный индивид вдруг становится изгоем. Тот, кто привык к земле предков, оказывается беженцем. Православный попадает в исламское окружение. Человек, который всю жизнь взращивал в себе нравственность, неожиданно обнаруживает, что ему надлежит обитать в воровской шайке. От бомжа ждут, что он развернет в себе качества умелого коммерсанта. Жертва синдрома «раскрестьянивания» приговаривается к владению земельным участком. Человеку, готовому променять свои акции на спирт и пачку гречки, предназначают роль совладельца капитала. Человеку, который впал в нищету от задержки пенсии, предлагают оплачивать жилье по западным стандартам...

Опять спросим: только ли нашему времени свойственно это явление? Конечно, похожие феномены можно проследить в любой исторической эпохе. Представьте себе состояние варвара-скифа, захваченного в плен и проданного в рабство в какой-нибудь город античной Греции или Рима. Отрезанный от привычной среды, столкнувшийся лицом к лицу с незнакомой ему культурой, этот человек должен был пережить состояние шока.

Или пример другого рода. Вспомним известную повесть Марка Твена «Принц и нищий». Безродный и неимущий мальчик оказывается в положении наследного принца. Но вместо того чтобы возблагодарить судьбу, он испытывает постоянную тревогу, страх перед непривычной действительностью.

Однако большинство людей, попадающих в незнакомую обстановку, живут надеждой на возвращение в родную страну с привычным укладом жизни или находят утешение в том, что в любой момент могут оказаться в своей среде. Жертвы футурошока этой утешительной мысли лишены. В нашей стране масштабы социальных и культурных метаморфоз фантастически огромны. К тому же тот мир, куда зовет краснознаменная мечта и надежда, безвозвратно утрачен. Позади руины, впереди психологически непереносимые муки.

Оторвите человека от родной культуры и бросьте в совершенно новое окружение, где ему придется мгновенно реагировать на множество совершенно новых представлений о времени, пространстве, труде, сексе и т. п., и вы увидите, какая поразительная растерянность овладеет им. А если вы еще отнимете у него всякую надежду на возвращение в знакомую социальную обстановку, растерянность перерастет в депрессию. Психологическое онемение — жуткий синдром сегодняшних дней.

Возле Иванова разбился самолет. Погибли пассажиры, экипаж. Отказала техника? Ничуть не бывало. Печальное стечение метеорологических условий? Фатальное совмещение грозных факторов? Не гадайте... Эксперты обвинили во всем командира экипажа. Он действовал правильно, грамотно. Но в состоянии какой-то потрясающей медлительности. Командиру экипажа можно инкриминировать только одно — он руководил полетом в состоянии психологической прострации... Однако вменяем ли он?

Не достоин ли этот случай внимательного постижения? Томимые безмерной человеческой усталостью, требуют увеличения зарплаты авиадиспетчеры. На последнем пределедействует оператор ядерного щита. Безропотный чиновник превращается в маньяка, последним всплеском истерзанной психики пытающегося восстановить утраченное равновесие. Спускается в забой шахтер, доведенный до отчаяния бессмысленностью борьбы за своевременную получку...

Представим себе, какой может оказаться дезориентация человека, если наступит хаос и вся иерархия ценностей станет постоянно меняться. Вообразим, что в обрисованный нами мир перенесли не отдельного человека, а целое общество разновозрастных людей, включая самых слабых, наименее интеллигентных, наименее приспособленных. Результатом будет не просто футурошок, а нечто большее, не имеющее пока своего обозначения.

Перемены, происходящие вокруг нас, приняли характер грандиозного снежного обвала. Большинство людей совершенно не подготовлены к ним. Бабушка, которая всю жизнь копила на похороны и теперь осознавшая, что уйдет в иной мир без должного погребения. Жильцы кооперативного дома, откладывающие деньги на капитальный ремонт дома и прознавшие, что этих денег не хватит даже на синьку. Академик, пестовавший атеизм. Физик, привыкший презирать «лириков», которому не видать отныне заказов на исследования... Беременная женщина, неожиданно столкнувшаяся с тем, что закон не охраняет ее право на материнство.

Дело не только в том, что мы расширили сферу перемен, сделали их масштабнее — мы изменили их темп. На нас обрушивается лавина быстро меняющих друг друга событий, что приводит к преображению нашего восприятия времени. Мы «ощущаем» жизнь иначе, чем наши предшественники, и именно в этом отличие современного человека.

Нафантазируем такую ситуацию... Средневековый рыцарь увидел на турнире прекрасную даму и влюбился. Добиваясь взаимности, он пишет ей страстные послания, и его гонец с величайшими ухищрениями доставляет письма своего господина в замок дамы, живущей на другом конце королевства. Представьте себе, сколько времени должно пройти, прежде чем она получит это послание и, тщательно все обдумав, напишет нежный ответ, который с еще большими предосторожностями переправит своему возлюбленному.

В течение этого времени чувства как бы замирают. Наши герои способны переживать состояние, охватившее их в момент первой встречи, бесконечное число раз... Неизменной остается ситуация, в которой они находятся. Медленно поступает информация, которая могла бы привести к перемене их чувств. Подобный роман может длиться годами, совсем не развиваясь. У несчастных влюбленных средневековья гораздо больше шансов умереть раньше своей любви, чем у наших современников.

Последним, имеющим в своем распоряжении сотовый телефон, почту и другие средства связи, нет необходимости долгое время переживать волнение, охватившее их во время первого свидания, так как за ним стремительно следуют все новые и новые события. И часто у современных влюбленных просто не остается времени, чтобы разобраться в собственных чувствах. Однако представим себе ситуацию в духе рассуждения Тоффлера о превратностях брака, о том, что брак будет многоразовым. Допустим, пушкинская Татьяна говорит Онегину: «Как хорошо, что ты вернулся. Мой брак с генералом как раз завершается. Теперь я могу быть с тобою в течение нескольких лет...» Получается диалог совсем в духе Бернарда Шоу:

—  Можно ли вас на минуточку?

— Хоть на целую вечность, если это ненадолго...

Жизнь современного молодого человека мало чем напоминает жизнь его отца. Пропасть, разделяющая поколения, стремительно расширяется. В прошлые века жизнь текла гораздо медленнее. История прекрасной дамы могла произойти как с ее прабабушкой, так и с ее внучкой. Размеренный ритм жизни крепко связывал поколения друг с другом, не давая прерваться «связи времен».

Современные люди, ускорив темпы перемен, навсегда порвали с прошлым. Мы отказались от прежнего образа мыслей, от прежних чувств, от прежних приемов приспособления к изменяющимся условиям жизни. Именно это ставит под сомнение способность человека к адаптации — выживет ли он в новой среде? Сможет ли приспособиться к иным императивам?

Ускорение темпов жизни больше не укладывается в рамки нормального человеческого существования, под его напором сотрясаются все социальные институты общества. У моего шефа украли машину. Он звонит высокому чину в милицию. Оттуда раздается нечто утешительное: «Если угнали с ведома милиции, поможем, найдем. Но если это неорганизованная преступность, извините, не отыщем...» Как приспособиться к новому статусу стражей порядка?

Нарастание темпов перемен оказывает губительное воздействие на нашу психику, оно нарушает внутреннее равновесие, меняет образ нашей жизни. Таким образом, внешнее ускорение переходит во внутреннее... Ускорение перемен сокращает длительность жизненных ситуаций. Это оказывает разрушительное воздействие на психику.

Затевая социальные нововведения, обсуждая детали дальнейших «реформ», мы совершенно не учитываем симптомы названного нами феномена. Здесь царит полнейшее благодушие. Полнейшую апатию принимают порой за спокойное здравомыслие. Психологическое онемение — за верноподданничество. Интеллигенция более истерична, чем народ, вещает с экрана руководитель правительственной команды.

«Не драматизируйте ситуацию», — увещевают нас. Хочется писать о лучезарном. Но означает ли это, что мы должны проходить мимо грозных и неотвратимых предвестий, о которых говорится в книге Тоффлера.

Еще один аспект книги Тоффлера — в ней много говорится о научных открытиях, которые ставят массу этических и философских проблем. С некоторым промедлением, нежели предполагал Тоффлер, заговорили о клонировании человека, о возможностях модульного принципа человеческих отношений. Совсем недавно биологи открыли ген, который несет в себе завершение жизни природного организма. Именно в нем заложена информация, которая исчерпывает себя в распаде клетки, в смерти индивида. Вот она, тайна конечности человеческого существования, заведомый приговор к погибели. Кстати, ген опознан, и с помощью лазера можно выжечь его. Человек станет бессмертным? Возможно. Не исключено, что в кругозоре биологии проблема выглядит предельно ясной...

А в доминионе философии? Может быть, только мудрец способен предостеречь человечество от посягательства на таинство жизни и смерти. Только философ благодаря своему призванию обязан представить на суд специалистов древние интуиции-предостережения, результаты огромной интеллектуальной работы мыслителей, толкующих о загадках жизни и смерти. Лишь философу надлежит придать проблеме обостренное метафизическое звучание.

Философия — кладезь всяких возвещений, многие из которых вообще не имеют под собой теоретических оснований. Подчас эти откровения наивны, лукавы, безрассудны, оскорбительны для здравомыслия. Но если пресечь эту фонтанирующую мощь воображения, человек перестанет быть самим собой. Оскудеет и его разум. Сознание утратит собственный метафизический потенциал.

У Тоффлера есть замечательный образ. Он рассказывает о том, что карты средневековья способны вызвать сегодня усмешку. Но без них не было бы современного видения мира. Через догадку, через воображение, через философское постижение люди идут к распознаванию мира.

Но надо ли абсолютизировать скорость, перемены, смену ситуаций, возможность перемены мест. Помню, в годы застоя мне удалось поехать в Монреаль на Международный философский конгресс. Вернувшись, я с воодушевлением рассказывал всем о неожиданных впечатлениях, об открытии иных культурных стандартов. Знакомый художник, остудил меня фразой, смысл которой все чаще открывается мне теперь:

— Один радуется, что пробежал по проспектам эксцентричного города, другой счастлив, что разглядел куст под окном.

Человечеству нужна активная деятельность, но потребно и созерцание. Оно должно обладать огромным потенциалом адаптированности. Однако не повредит людям и здоровый консерватизм. Свобода — это сбрасывание уз, но это и ограничение. Не стоит быть рабом мимолетностей, бесконечных новых впечатлений, потока перемен. Жаль человека, который посадит дерево, но так и не увидит, как оно растет».

 

***

В общем, кого бы мы ни опросили из тех, кто прожил большую часть своей жизни, каждый может отметить ускоряющиеся потоки перемен вокруг себя, смену профессий, мест работы и мест жительства, смену общественных условий жизнедеятельности. Дети начинают свою жизнь совсем в иных условиях, чем начинали жизнь их родители. И только ли о хороших переменах идет речь?

Недавно разговаривал по системе Skype с одним знакомым, ещё пять лет назад успешно работающим в г. Киеве в сфере юридического обслуживания бизнеса, а сейчас – в Канаде. Поговорили о том, о сём. Спрашиваю: хотел бы ты возвратиться в Украину? Отвечает: да, если бы мои знания там кому-нибудь были бы нужны.

И как тут не вспомнить древнее китайское проклятие “И чтобы жить вам во время перемен!”.

 

 

 Главы 4. Вызовы социальной эволюции как предмет философии и других гуманитарных наук.

 

Казалось бы, что ответы на вызовы социальной эволюции первыми должны давать философы. Философы в течение всего XX ст. (Гайдеггер, Сартр и др.) обсуждали и углубляли тему экзистенциального ужаса, какой переживает современный человек и какой обусловливался, как мы сейчас понимаем, возрастающим напряжением из-за дисбаланса между замедленной биологической эволюцией человека и его ускоренной социальной эволюцией. Однако на рубеже тысячелетий речь идёт уже об ином – о взрывоподобном характере прогресса, о сингулярности, об ускоренном росте не только количества полезных новшеств в адаптации человека к внешней среде, но и о количестве непредсказуемых и не достаточно понятных за последствиями вторичных (побочных) результатов активности человечества.

Возникает вопрос: что есть философия сегодня? Философия аналитическая, философия экзистенциальная, практические философии – что они собой представляют в контексте обсуждаемой проблемы?

Философия экзистенциализма лишь констатирует сложность бытия и чем глубже его познает, тем больше эмоций страха продуцирует. “Что делать со свободой человека?” – всё ещё остается чуть ли не главным вопросом этой философии. Как заметил известный английский учёный, доктор философии, профессор, автор многих книг и монографий Фредерик Коплстон: «То, что делают экзистенциалисты, так это провозглашают тривиальности… их высказывания… эти истины облечены в напыщенный и часто невнятный язык… Нам не сообщается новой информации. В то же время можно сказать, что экзистенциалист… он сам, очевидно испытывает некоторые эмоции, рассматривая эти знакомые истины, и хочет сообщить эти эмоции остальным и даже пробудить сходные эмоциональные установки и диспозиции в других. Чтобы быть в состоянии сделать это более эффективно, он утверждает свои тривиальности напыщенным языком и говорит в драматических и трагических тонах о присутствии человека в мире, о человеческой конечности, о смерти и о страхе. Его язык есть часть техники для сообщения или пробуждения аффективных установок и эмоций. Следовательно, мы можем сказать, что экзистенциализм смешивает тривиальность с театральностью и специализирует эмоциональное использование языка» [Коплстон Ф. История философии. ХХ век / Пер.с англ.. П.А. Сафронова. – М.: ЗАО Центрполиграф, 2002. – 269. – С. 238] [12, c. 238]. Отмеченные недостатки свойственны в философии не только течению экзистенциализма. И тут мы также соглашаемся с Ф.Коплстоном, который приходит к такому выводу: «Мне представляется очень сложным найти набор ясно определённых высказываний, таких, которые могли бы помочь отличить экзистенциализм от всех других философий» [Там же, с. 151].

Так чего же мы можем ожидать от философии в контексте ответов на вызовы социальной эволюции? Вопрос этот можно уточнить так – ожидать “руководства к действиям” или удовлетворяться лишь “дискурсами”? О первом речь сегодня не идёт, ведь философия, по признанию самих философов, имеет лишь печальный опыт экспериментирования с утопическими идеями. Философы сегодня нам сообщают: «…анализ причин провала абсолютно всех попыток практического воплощения в жизнь разных мегапроектов идеально совершенного общества (…не только общества коммунизма в СССР, но и общества либеральной демократии на Западе) подорвал просветительскую веру в безграничное могущество Розума» [Лук’янець В.С., Кравченко О.М, Озадовська Л.В. та ін. Науковий світогляд на зламі століть: Монографія – К.: Вид. ПАРАПАН, 2006. – 288 с. – С. 15] [3, c. 15].

Что касается созерцания бытия и дискурсов, то тут дела идут гораздо лучше, имеем широту и глубину полезных различений разных сущностей: действительности и реальности воображаемой, объекта и субъекта, материального и идеального, формы и сущности, абсолютного и относительного, абстрактного и конкретного, факта и интерпретации, вечного и конечного, трансцендентального и трансцендентного, рационального и иррационального, научного и ненаучного, эзотерического и экзотерического, прагматичного и непрагматичного, морального и аморального и т.д. Окромя дуальностей и дихотомий, философия предлагает различать простое в сложном, элементарное в целостном, разнообразие и единство во множественном. Предлагается уже различать и разные типы рациональности – классической, неклассической, постнеклассической, и разные типы модернизма – просто модернизм, постмодернизм, постпостмодернизм.

Философская рефлексия на реалии переходной эпохи социального бытия выражается мозаикой новых понятий и неологизмов, как то: ‘экзистенция’, ‘плюрализм’, ‘симулякры’, ‘меганаративы’, ‘постмодернизм’, ‘постнекласическая рациональность’, ‘мегаперспективы’, ‘Nonlinear science’ и т.п. К сожалению, о разработке новой философской парадигмы – “руководства к действию” говорится в будущем времени так, словно время терпит: «Разработка новой философии является сложной цивилизационной проблемой, участие в решении которой должны взять представители интеллектуальной элиты всех народов и стран мира» [Андрущенко В. Педагогічна освіта: історико-філософська рефлексія для майбутнього розвитку. Філософія освіти, № 1(6), 2007. – С. 7–15] [13, c. 7–15].

С чем же входят в процесс “разработки новой философии” философы мира? С уверенностью можно сказать пока лишь одно – с плюрализмом и сомнениями постмодернизма. Философы, «…осознав себя пленниками мегаперспективы Модерна, болезненно ищут выход из её плена. Стремясь взглянуть на себя с какой-то иной (не обязательно “едино правильной”) мировоззренческой мегаперспективы, они развёртывают особенный философский дискурс о нынешнем столкновении мегаперспектив прошедших эпох, о перспективе “Pax Postmoderniana”» [Лук’янець В.С., Кравченко О.М, Озадовська Л.В. та ін. Науковий світогляд на зламі століть: Монографія – К.: Вид. ПАРАПАН, 2006. – 288 с. С. – 21] [3, c. 21].

Продолжается противопоставление гуманитарного знания естественно-научному. Кто является инициатором этой “моды” и почему так случилось – это отдельная тема. Противопоставляя себя естествознанию, гуманитарии остаются пребывать в плену дискурсивного философствования. Вместе с тем, уже многое из того, что традиционно принадлежало философии, можно выразить более лаконично иным языком, который сформировался в естественных и технических науках, в частности языком системоаналитики и синергетики. Однако гуманитарии последнего поколения склонны избегать редукции к простому естественно-научному, их больше привлекает многозначность гуманитарных смыслов. Именно отсюда и вытекает наблюдаемое сегодня преувеличенное исповедование плюрализма взамен методологии. Однако же, боязнь редукции к простому исключает абстрагирование, без которого нет синтеза по-новому, следовательно нет и ответов на актуальные вопросы познания, на нынешние и ожидаемые вызовы социальной эволюции. Что касается плюрализма, то его лучше было бы заменить принципом дополнительности, возникшим и признанным ранее в естествознании.

Итак, можно констатировать, признавая наличие проблемы вызовов социальной эволюции, философия ещё не объясняет их природы с глубиной, достаточной для разработки практических рекомендаций. Вызовы, о которых идёт речь, являются невидимыми не только для осознания обыденным сознанием, но и для рефлексии узко ориентированными научными исследованиями. Невидимость вызовов социальной эволюции – такой есть их первая особенность, и это может быть предметом отдельного исследования.

Что же сегодня можно ожидать от философии? Если не программы действий, то хотя бы основу, фундамент для построения такой программы можно ожидать? Похоже, что реально от философии вообще и практических философий, философии образования, в частности, мы можем ожидать сегодня лишь дискурсов и некоторого различения существенного в явлениях и фактах действительности. Это – лишь ориентиры для дальнейших поисков познания. Впрочем, следует отметить, что это немалый вклад в познание. Возьмём к примеру хотя бы симулякры французского социолога, культуролога и философа Ж.Бодрияра (1929-2007). А что касается конкретных ответов на вызовы, то они, безусловно, должны быть предметом специальных междисциплинарных исследований. Сегодня ни одна из отдельных наук вследствие их узкой специализации не способна давать достаточно полные ответы на неотложные вопросы человеческого бытия. Следует принять во внимание и то, что процесс познания в конкретных областях науки, как правило, идёт в глубину исследуемых явлений, когда учёный познает всё больше и больше о всё более узком и детальном, никак не связывая всё со всем, как того требует методология междисциплинарных исследований. Иначе говоря, узость чисто философского подхода проявляется, как мы понимаем, прежде всего, в недостатке системно-синергетического мышления, в противопоставлении гуманитарных концепций естественно-научным.

Исходным пунктом междисциплинарных поисков ответов на вызовы социальной эволюции вырисовывается точка зрения исследователей макроэволюции [Гринин Л.Е., Марков А.В., Коротаев А.В. Макроэволюция в живой природе и обществе / Отв. Ред. Н.Н. Крадин. Изд. 2-е. – М.: Книжный дом “ЛИБРОКОМ”, 2009. – 248 с.] [2], [Хайтун С.Д. Феномен человека на фоне универсальной эволюции. – М.: КомКнига, 2005. – 536 с.] [14], [Назаретян А.П. Архетип восставшего покойника как фактор социальной самоорганизации // Вопросы философии, 2002, № 11] [15], [Назаретян А.П. Смыслообразование как глобальная проблема совремённости: синергетический вигляд // Вопросы философии, № 5, 2009. – С. 3–19] [9, с. 3–19]. Вместе с тем, возникает вопрос, насколько широко этот тезис об исходном пункте осознают учёные сферы человекознания и какие уже есть примеры применения методологии междисциплинарных исследований.

 

 

 Глава 5. Вызовы минувших эпох как эндо-экзогенные кризисы (пример применения методологии междисциплинарных исследований).

 

Анализируя рефлексию вызовов социальной эволюции сферой человекознания как кризисов культуры, глобальных проблем цивилизации, мы видим, что эта рефлексия осуществляется в основном в форме восприятия несоответствий и противоречий (дисбалансов) между уровнями развития материальной и духовной культуры [Охріменко О.Г. Фундаментальні філософські проблеми. Конспект. Виклад курсу лекцій для студ. негуманітарних фак. Навч. посіб. – К.: Вид. ПАРАПАН, – 2002. – 112 с.] [16], [Собчик Л.Н. Проблема духовности в психологии (http://bibliopsy.narod.ru/ sobl.html)] [17], [Базыма Б.А. Социальный и духовный объекты // Глобальные проблемы человечества. Междисциплинарный научно-практический сборник. – М.: Изд-во МГУ, 2006. – 264 с. – С. 82–92] [18, c. 82–92], [Копейкин К. Бездны души и бездны мироздания // Вопросы философии, 2009, № 7. – С. 107–115] [19, c. 107–115], [Турбовский Я.С. Духовность как объект методологического рассмотрения // Педагогика, 2009, № 9. – С. 3–13] [20, c. 3–13]. В рамках нашей темы целесообразно конкретизировать, что имеется в виду, когда речь идёт о таких несоответствиях и противоречиях. Как пример такой конкретизации заслуживают внимания позиции Акопа Назаретяна, научная сфера интересов которого – психология, культурная антропология и синергетика, и методологию исследований которого можно считать междисциплинарной [Назаретян А.П. Смыслообразование как глобальная проблема совремённости: синергетический вигляд // Вопросы философии, № 5, 2009. С. 3–19] [9, c. 3–19], [Назаретян А.П. Архетип восставшего покойника как фактор социальной самоорганизации // Вопросы философии, 2002, № 11] [15].

С точки зрения совремённой науки любой живой организм представляет собой неравновесную открытую систему, которая развивается усложняясь и для жизнедеятельности которой необходимо постоянное поступление ресурсов извне – вещества, энергии, информации. Все процессы в открытой системе условно можно разделить на эндогенные, т.е. обусловленные внутренними причинами, и экзогенные, обусловленные внешними причинами. Согласно мнению ученых, сформировавших универсальный закон эволюционной дисфункционализации, механизмы жизнеобеспечения рано или поздно становятся контрпродуктивными, что и становит содержание кризиса. Шанс на конструктивное преодоление такого кризиса во многом определяется тем, какой объем разнообразия накопила система для своего дальнейшего усложнения с целью более высокой производительности антиэнтропийных механизмов. Как сообщает А.Назаретян, в литературе описано пять таких эндо-экзогенных кризисов дисфункционализации в биологической эволюции и не менее семи кризисов – в социальной эволюции. К закономерностям обострения и преодоления антропогенных кризисов, кроме закона эволюционной дисфункционализации (1) и закона необходимого разнообразия (2), автор исследования добавляет закон иерархических компенсаций (3) и закон техно-гуманитарного баланса (4) [Назаретян А.П. Смыслообразование как глобальная проблема совремённости: синергетический вигляд // Вопросы философии, № 5, 2009. С. 3 – 19. – С. 3–19] [9, c. 3–19].

Закон иерархических компенсаций А.Назаретяна сопоставим с законом необходимого разнообразия, сформулированным У.Р.Эшби в 1950-х годах прошлого столетия, и уточняет его. Если закон необходимого разнообразия требует, чтобы разнообразие управляющей системы было больше, чем разнообразие управляемой системы, то общая формулировка закона иерархических компенсаций А.Назаретяна выглядит так: рост разнообразия на верхнем уровне иерархической организации обеспечивается ограничением разнообразия на предыдущих уровнях, и наоборот – рост разнообразия на нижнем уровне разрушает верхний уровень организации. (Ограничивает – разрушает – стимулирует – поощряет? Так ли это на самом деле во всех иерархических системах, включая новые самоосознающие себя рациональные сообщества людей, именуемые ‘гражданское общество’, мы здесь сейчас не будем обсуждать).

Закон техно-гуманитарного баланса отображает существенное противоречие в природном естестве человека – наличие мощного инстинкта агрессии и отсутствие инстинктивных внутри-видовых механизмов избежания угроз применения в состояниях проявления инстинкта агрессии изготовленных человеком инструментальных средств. В отличие от других животных (“ворон ворону око не выклюет”), человек всё ещё постепенно приобретает этот внутривидовой защитный механизм в процессе социальной эволюции. А.Назаретян и другие исследователи считают, что все предыдущие кризисы социальной эволюции в традиционных сообществах людей с присущими им соперничеством и взаимной враждой были «спровоцированы превышением инструментальной культуры над гуманитарной» и «лишь благодаря умению адаптировать культуру саморегуляции к постоянно возрастающему инструментальному могуществу Homo удалось дожить до этого времени, что, понятно, не гарантирует цивилизации дальнейшего существования» [Там же]. Мысль интересная и глубокая – с одной стороны, инструментальная культура как средство реализации инстинктов и компенсирующая её недостатки гуманитарная культура, с другой стороны. Имеется в виду, что при переходе от палеолита, эпохи каменных изделий человеческого труда от 2 млн лет до 10 тыс. лет назад, к неолиту люди постепенно научились встречать незнакомцем из иных племён, не пытаясь их убить и съесть. Потом в войнах люди постепенно научились сочувствовать и перестали оценивать успехи полководцев числом убийств и разрушений. А.Назаретян называет этот фактор восстановления техно-гуманитарного баланса “расширением групповой идентификации”.

А.И. Фет, проводя параллельные исследования и не вводя в рассмотрение понятия “нарушение техно-гуманитарного баланса”, рассматривает вместо “расширения групповой идентификации” явление группового отбора, описанного Дарвином в его книге «Происхождение человека и половой отбор». Естественный внутривидовой отбор имеет две составляющие – индивидуальный отбор и групповой. “Групповой отбор стал главным двигателем эволюции в то время, когда прямое действие вневидового окружения перестало требовать дальнейших изменений генома [А.И. Фет. Инстинкты и социальное поведение. Новосибирск, изд-во “Сова”, 2008. – С. 65] [21, c. 65].

Масштаб групповой идентификации существенно увеличился с появлением империй, а потом и мировых религий. Однако разделение людей на “своих” и “чужих” всё-таки продолжалось. Так в религиозных войнах первой половины XVII столетия в Центральной Европе погибло до 90% мужского населения. Позже религиозные факторы групповой идентификации стали частично замещаться национальными и классовыми и сосуществовать з ними. Такая идеология, предполагающая войну народов и классовую борьбу, оставалась атрибутом общественного сознания и общественного бытия до ХХ ст. включительно.

«Cледует подчеркнуть, замечает Назаретян, что до недавнего времени идеологии, равно как и войны, оставались не только неизменными, но и необходимыми факторами исторического существования и развития. …Идеология и войны отвечают не только потребностям общества, но также глубинным функциональным потребностям человека… Аффилиация (принадлежность к группе) и чувство защищённости, сочувствие и самоотверженность, жажда бессмертия и смысла жизни часто толкают массы людей в объятия самых агрессивных идеологов и политиков. Бессознательное стремление к острым амбивалентным переживаниям, возбуждаемым в атмосфере вооружённого конфликта, настолько глубоко вплетено в эмоциональную ткань, что все виды замещаемой активности, созданные культурой (искусство, ритуалы, спорт), до сих пор могли лишь временно тормозить его актуализацию» [Назаретян, там же, с. 16]. Таким образом, по мнению исследователя, негэнтропийный механизм групповой идентификации и соответствующих ему групповых идеологий тысячелетиями выполнял стабилизирующую роль.

А.И. Фет также видит в каннибализме и войнах фактор, ускоряющий эволюцию: ”…’метод отбора’, состоящий в истреблении более слабых групп, оказался необычайно эффективным и, вполне возможно, менее эффективные способы отбора и не привели бы к возникновению человека. Нет смысла говорить хорошо или плохо это прошлое. …Групповой отбор, создавший человека, был ‘нечаянным‘ экспериментом природы” [Фет, стр. 75].

Если до сих пор общесистемная задача состояла в упорядочивании социального насилия, которое является неотъемлемым от человеческого инстинктивного естества, путём воспроизводства разного рода групповых идеологий и деления людей на “своих” и “чужих”, то отныне, с прогрессом техники и вооружения, как быть? Каким образом устранить насилие из человеческого бытия? И чем озабочен А.Назаретян сегодня, анализируя техно-гуманитарный баланс на рубеже эпох?

Если согласно закону эволюционной дисфункционализации на новом этапе истории механизм прежних групповых идеологий становится контрпродуктивным, то как быть? «Разум должен перерасти инерцию идеологического мировосприятия, иначе идеология уничтожит цивилизацию», – считает А.Назаретян. Если Кант, психоаналитики и гештальтпсихологи правы относительно “априорных идей и врождённых гештальтов” агрессивности и (квази) религиозных конструктов в естестве человека, то «мы не можем избежать печальных выводов. А именно: существует определённый предел технологическому развитию, достигнув которого, любая планетарная цивилизация саморазрушается, и эволюция на Земле вплотную приблизилась к этой границе. …Соответственно, жизнь, культура, разум суть эпифеномены определённой стадии развития физической Вселенной, которым в принципе не надлежит играть в ней какую-то активную роль…, а “молчание Космоса” получает простое банальное объяснение» [Назаретян, там же, с. 17].

Осмысливая сказанное и написанное ученым, мы понимаем, что речь идет об определяющей роли инстинктов, рефлексов и прочего бессознательного в поведении современного человека. Ученый возлагает надежды на возрастающую силу разума понятийного, системного.

А.Назаретян не видит иной альтернативы, нежели согласиться, что «прогресс, как всегда, принесёт с собой возрастающий поток новых глобальных проблем, связанных с очередным крутым виражом “отхода от естества”, развитием генной инженерии, штучного интеллекта и т.д.». Конфликт искусственного и естественного был, есть и будет – так считает исследователь. Отсюда ключевой вопрос: «Успеет ли Земная цивилизация достичь интеллектуального совершенства раньше, чем сползание к пропасти станет необратимым?» [Назаретян, там же, с. 18].

 

В контексте темы вызовов социальной эволюции и ответов на них естественным образом возникает вопрос “А не будет ли техно-гуманитарный дисбаланс в обострённой форме одним из проявлений той самой ожидаемой к 2045 году Сингулярности и как быть?”

 

Для обеспечения техно-гуманитарного баланса в будущем А.Назаретян предлагает такие меры: «Стратегическую перспективу составляет повышение гуманитарного интеллекта (социокультурной регуляции) до уровня интеллекта инструментального, а не наоборот. …Как и раньше стратегическая перспектива видится в культурно-психологической притирке к возрастающим инструментальным возможностям и, соответственно, в кардинальном усовершенствовании общественного сознания» [Назаретян, там же]. В целом это верный обобщённый теоретический подход, но он требует конкретики для практики, особенно, что касается “кардинального усовершенствования общественного сознания” и роли в этом гражданского общества. Необходимость конкретики мы видим, прежде всего, в решении задач совершенствования человека, его самосознания и воли.

Вместе с тем, трудно согласиться с позицией А.Назаретяна, уверенного в продолжении конфликта между искусственным и естественным, который вроде бы является неотъемлемой отрицательной чертой бытия человечества, конфликта, который, по мнению исследователя, был, есть и будет всегда, требуя техно-гуманитарного баланса.

Считаем, что понятие техно-гуманитарного баланса, о котором идёт речь, требует уточнения, поскольку смысл конфликта искусственного и естественного сегодня приобретает иное, более широкое содержание: обеспечение психологической гармонии между внутренним субъективным психологическим миром инстинктивно-интеллектуального человека и внешним миром объективной действительности, прежде всего, социальной действительности. В прежние времена инструментальная техника усиливала те органы тела человека, которые теснейшим образом были связаны с удовлетворением его инстинктивных потребностей. Впредь инструментальная техника будет преимущественно усиливать те органы тела человека, которые связаны с его мышлением и сознанием. Это формирует принципиальное отличие между прежними и последующими формами техно-гуманитарного баланса. Отныне этот баланс будет нарушаться не на границах государств, а внутри сообществ, не инстинктом агрессии и техникой вооружения, а, скорее всего – диспропорциями между предметно-действенными, наглядно-образными и системно-аналитическими формами мышления, диспропорциями между воображаемым, виртуальным миром и миром реальной действительности (это мы уже наблюдаем сегодня внутри своих сообществ) и, возможно, баланс будет нарушаться в большей мере средствами влияния на мышление и сознание одних групп людей со стороны других.

Чем является конфликт искусственного и естественного с точки зрения системно-синергетической? Поиск ответа необходимо начинать с анализа взаимоотношений частей и целого между собой. Увидим, что сегодня, на рубеже эпох, не конфликт искусственного технико-технологического и естественного природного инстинктивного является определяющим в сфере жизнедеятельности человека, а конфликт всё более возрастающей и динамичной сложности социального, коллективного, сознательного, рационального, интеллектуального, целостного – с одной стороны, и природного, животного, инстинктивного, бессознательного, индивидуального, иррационального, частичного – с другой. Это - известный из глубин древности конфликт дионисийского и аполлоновского начал в естестве человека, это конфликт инстинктивного бессознательного био с сознательным социо. Это дисгармония внутреннего инстинктивного, субъективного, не совсем адекватного и всё более виртуального, мира человека с внешним миром объективной социальной действительности. Это - конфликт сложного динамичного социального целого с более простым и стабильным индивидуальным, частным, иррациональным.

Частично соглашаясь с А.Назаретяном в том, что касается мощности инстинкта внутривидовой агрессии и угроз цивилизации со стороны инерции идеологической групповой идентификации “свой-чужой”, будем считать, что на изломе эпох традиционное идеологическое мировосприятие и силовое противостояние уступает первенство среди угроз совсем иным угрозам. И дело тут не в правоте или неправоте И.Канта об априорном, З.Фрейда – о бессознательном. Что есть “расширение групповой идентификации” с точки зрения антропологии? На чём оно базируется – на инстинктах, или на сознании? В арсенале человека, кроме биологических инстинктов индивида (генетических программ), присутствуют и социальные инстинкты (по Фету, ссылающемуся на К.Лоренца, размещенные в мозгу подпрограммы размещенных вне мозга генетических программ), хотя они слабее представлены в естестве человека, они – в процессе перманентного формирования, они – более динамичны и в большей степени подкрепляются сознанием. С переходом на новый уровень расширения групповой идентификации – уровень гражданских обществ и глобализированного Общества Земли, идеологическое мировосприятие на основе групповой идентификации “свой-чужой” исчерпывает себя, уступая первенство другим угрозам.

Можем согласиться и констатировать, научно-техническая революция, военные и промышленные технологии второй половины XX столетия, предельно обнажив угрозу глобальной катастрофы, затребовали неконфронтационных межгосударственных коалиций, что в конечном итоге и спасло цивилизацию от самоуничтожения, ограничившись холодной войной и локальными конфликтами да преждевременным завершением великого социального эксперимента по построению коммунизма в СССР. Однако, что касается «инерции идеологического мировосприятия», которое может «уничтожить цивилизацию», как считает А.Назаретян, то тут напрашивается иной вывод: идеологическое мировосприятие всё-таки уже наполняется новым смыслом.

Отныне политические идеологии должны приобретать и уже приобретают иное содержание – системного, цивилизационного мировоззрения. При этом, разумеется, человек не становится более простым созданием. Наоборот. Проявления его поведения становятся более сложными, и поэтому возникают иные проблемные дисбалансы. Например, прогресс развития той или иной страны в постиндустриальном глобализованном мире всё в большей степени зависит от менталитета её населения. А что касается инстинкта агрессии, то он был, есть и всегда будет присутствовать в естестве человека как движитель его активности, глубинный телесный источник психической энергии. Инстинкт агрессии проявляет себя не только в грабежах и войнах, но и в познавательной активности человека. “Без инстинкта внутривидовой агрессии у человека не возникла бы его высшие эмоции – узнавание индивида, а затем дружба и любовь” [Фет, стр. 107]. Иными словами, в естестве человека нет ничего, что было бы целесообразным искоренить полностью. Речь должна идти о гармонии всего наличного в естестве человека.

Заметим, что продолжать рассматривать природу вызовов социальной эволюции, и прошлых, и будущих, как нежелательное “противоречие между стратегией развития материальной культуры и своеобразием духовных ценностей и стремлений человека” есть, скорее всего, удобным упрощением. Ведь развитие материальной культуры происходит по законам социальной эволюции, независимо от желаний и воли людей. Этот процесс является неотъемлемой частью становления новой целостности – единого организма цивилизации Земли. Формирование духовных ценностей – это тоже процесс, что относится к механизмам формирования социума как целостности. Он содержит в себе не столько предпосылки вызовов в форме противоречий, сколько ответы на вызовы, механизмы адаптации. В процессе социальной эволюции, развития и усложнения человека и общества идёт “притирка” частей (элементов) и гармонизация их с системным целым. Речь идёт не о нежелательных противоречиях и противоборствах, а о вполне естественных процессах самоорганизации, развития и адаптации. Следовательно, конструкты-клише (1) “несоответствие между развитием материальной и духовной культуры”, (2) “противоречия между стратегией развития материальной культуры и своеобразием духовных ценностей и стремлений человека” являются условными понятиями, которые отображали своеобразие прошедшего времени, и были, скорее всего, следствиями невидимых глубинных процессов, нежели причиной всяческих проблем, а также при их отображении научной мыслью следствием отсутствия системного взгляда на эволюционные процессы, преувеличения места, роли и возможностей автономного человека в этом Мироздании гуманистами Нового времени.

Очевидно, что не групповая идентификация на основе инстинкта принадлежности “свой-чужой” и не техно-гуманитарный баланс на основе противопоставления “естественное-искусственное” должны быть сегодня предметом наибольшего внимания исследователей механизмов и проявлений социальной эволюции, а более тонкие и до сих пор невидимые сущности. Более тонкие и невидимые – ведь мир усложняется! Сегодня заслуживает внимания более глубокий, системно-синергетический взгляд на взаимодействие частей (элементов) и целого (системы) в процессах их эволюционного усложнения, особенно, на роль сознания, самосознания и сознательной волевой регуляции в жизнедеятельности человека как элемента общественной целостности.

***

В контексте дальнейших исследований роли сознания, самосознания и сознательной волевой регуляции в жизнедеятельности человека как элемента общественной целостности заслуживает внимания и более глубокий взгляд на расслоение людей в пирамиде потребностей и мотиваций А.Маслоу, психолога. Пирамида – фигура, что сужается кверху. Согласно представлениям Маслоу, основная масса людей всё ещё удовлетворяет потребности нижних уровней – физиологические (органические) – 1-ый уровень, защиты от всяческих невзгод – 2-ой уровень и принадлежности (групповой идентификации) – 3-ий уровень. Важнейшим положением модели является утверждение о том, что пока человек не удовлетворит низшую потребность, о более высокой он не помышляет. Разница в глубине осознания общественно-политической и экономической реальности вокруг нас между теми, кто внизу пирамиды, и теми, кто наверху, впечатляет, она огромная.

Тех, кто на вершине пирамиды самоактуализируется (5-ый уровень), пройдя этап уважения и самоуважения (4-ый уровень), даже в развитых обществах, по оценке автора модели, ещё очень-очень мало – до 1% от численности населения. Возникает вопрос, кто является подлинной активной элитой всего общества, а кто – лишь политической элитой его частей. Вопрос весьма актуален. Как нам представляется, политические элиты, это, пока ещё, наиболее энергичные эгоистические представители нижних слоёв пирамиды потребностей и мотиваций А.Маслоу. В пользу такого вывода говорят простые расчёты. Если предположить, что в пирамиде-конусе толщина каждого из пяти слоев одинакова, то простой расчёт даёт такое соотношение объемов этих слоёв относительно общего объема V (количества населения):

V : V1 : V2 : V3 : V4 : V5 = 125 : 61 : 37 : 19 : 7 : 1 или

если V=100%, то V1=48,8%V, V2=29,6%V, V3=15,2%V, V4=5,6%V, V5=0,8V.

 

Эти расчёты на модели пирамиды (или конуса) с основанием S и объемом V=h*S/3 дают некоторое представление о структуре общества, в частности об удельном весе тех, кто удовлетворяет лишь низшие человеческие потребности (их всё чаще в публицистике современной обозначают словами “быдло”, “биомасса”, “материал”). Если так моделируя структуру сообщества людей, поставить президента страны – Лукашенко А., Путина В. или Януковича В. хотя бы в центр пирамиды потребностей и мотиваций сообщества людей и посмотреть, кто под ними, то проблемы их власти становятся видны четче. И не их вина, что структура общества такова. Вопрос лишь в том, хотят они структурных изменений или хотят стабильности, для чего хотят?

Весьма интересным и полезным было бы исследовать связь, корреляцию расслоения людей в пирамиде А.Маслоу по потребностям и мотивациям с соотношением в их естестве биологического и социального, с соотношением инстинктивного эгоистического и сознательного волевого социального, с соотношением простых, предметно-действенных форм мышления и сложных, абстрактных аналитико-системных. Посильна ли эта задача современной психологии? Наверное, да. Когнитивная психология уже накопила достаточный опыт для реконструкции соответствующих психосемантических пространств как индивидуальных сознаний, так и групповых (ментальных, общественного).

И наконец, заслуживают более глубокого осмысления принципиальные отличия гражданского общества от традиционного, отражающие фундаментально значимый переход прежнего человека, чье поведение определялось в основном рефлексами, инстинктами и прочим бессознательным, на уровень человека сознательного, волевого, рационально мыслящего, переход от Homo emotional к Homo sapiens.

 

 

Глава 6. Трансгуманизм как одно из направлений современных взглядов на ожидаемые вызовы социальной эволюции.


Касаясь темы вызовов социальной эволюции, никак нельзя обойти феномен трансгуманизма, который сегодня можно считать одним из наиболее ярких ответов, если не единственным, ответов широкой научной и писательской общественности на взрывоподобное ускорение научно-технического прогресса.

Трансгуманизм как “современное мировоззрение”, “актуальное направление мыслей”, “рациональное и культурное движение” сегодня репрезентуют такие две международные трансгуманистические организации, как Институт Экстропии (Extropy Institute, http://www.extropy.org), основанный в 1992 году Максом Море и Томом Морроу, и Всемирная Трансгуманистическая Ассоциация (World Transhumanist Association, http://www.transhumanism.com), основанная в 1998 году Ником Бостромом и Девидом Пирсом. Во многих странах существуют национальные организации трансгуманистов, в частности, в России - “Российское Трансгуманистическое Движение”, созданное в 2003 году, о состоянии дел которого информирует сайт http://www.transhumanism-russia.ru.

Те, кто считает себя трансгуманистами, дают со ссылкой на Ника Бострома, основателя World Transhumanist Association, такое определение этого “-изма” (по состоянию на сентябрь 2011 года):

«Трансгуманизм представляет собой радикально новый подход к размышлениям о будущем, основанный на предположении, что человеческий вид не является концом нашей эволюции, но скорее, её началом. Мы строго определяем это понятие так:

  1. Изучение результатов, перспектив и потенциальных опасностей использования науки, технологий, творчества и других способов преодоления фундаментальных пределов человеческих возможностей.

  2. Рациональное и культурное движение, утверждающее возможность и желательность фундаментальных изменений в положении человека с помощью достижений разума, особенно с использованием технологий, чтобы ликвидировать старение и значительно усилить умственные, физические и психологические возможности человека» [http://www.transhumanism-russia.ru /content/view/6/93/#transhumanism].

Трансгуманисты считают себя последователями рациональных гуманистов Нового времени. Вступительные повествования о гуманизме на сайтах трансгуманистов начинаются, обычно, цитированием Сократа и софистов, которые первыми стремились построить мировоззрение не только на вере, но и на логических размышлениях, цитированием Джованни Пико делла Мирандолы, который в своём трактате «Речь о достоинстве человека» (1486) поставил вопрос о долге человека нечто собой представлять, цитированием «Нового Органона» (1620) Фрэнсиса Бэкона, который предложил новую научную методологию эмпирических исследований в дополнение к априорным размышлениям. Невозможно, конечно, обойти вниманием и имена десятков и сотен гуманистов Нового и Новейшего времени - Томаса Гоббса, Джона Локка, Франсуа Вольтера, Иммануила Канта, Бенджамина Франклина и многих других. Среди наиболее упоминаемых трансгуманистов совремённости мы видим сегодня имена Эрика Дрекслера, Вернора Винджа, Рея Курцвейла – тех авторов, которые, исследуя процессы научно-технического прогресса, наибольшее значение придавали технологической сингулярности и стремились глубже рассмотреть именно её последствия [Drexler, E. 1986. The Engines of Creation: The Coming Era of Nanotechnology. Anchor Books, New York] [22], [Drexler, E. 1992. Nanosystems: Molecular Machinary, Manufacturing and Computation, John Wiley & Sons, Inc., New York] [23], [Vinge, V. “The Coming Technological Singularity: Haw to Survive in the Post-Human Era”, VISION-21 Symposium, sponsored by the NASA Lewis Research Center and the Ohio Aerospace Institute, March 1993. (Пер. рос.: www.lib.rus.ec/b/208786/read)] [5], [Kurzweil Ray. The Singularity is Near: When Humans Transcend Biology. US, Viking Adult, 2005. Pages 652. ISBN 0-670-03384-7] [8], [Kurzweil Ray. 1999. The Age of Spiritual Machines: When Computers Exceed Human Intelligence. New York: Viking Press, 1999] [24].

Совремённый трансгуманизм формирует собственный понятийный аппарат, которому принадлежат такие термины как трансчеловек (переходной человек), постчеловек (уже не человек), загрузка (процесс перенесения сознания с биологического мозга в компьютер), технологическая сингулярность, нанотехнология, генная инженерия, клонирование и др.

Исходя из рассмотрения понятийного аппарата трансгуманизма, можно заметить, что основное его внимание сосредоточено на технологической сингулярности, на таком ожидаемом продукте технологической сингулярности как сверхмощный искусственный интеллект и на предположениях того, насколько новейшие технологии будут достижимыми для обычных людей и не будут ли угрожать им. Что есть постчеловек (уже не человек) и как к нему относиться – является чуть ли не основным проблемным вопросом трансгуманизма. Постчеловек – это, по определению трансгуманистов, наследник совремённого человека, модификованный встроенными в него наноустройствами в такой мере, что уже не будет человеком. Он будет умнее, чем любой гениальный человек предыдущего исторического времени, не будет болеть, стареть, испытывать скуку и т.д. Конечно, при таком подходе возникает неограниченное поле для воображения и мечтаний, возникает бесчисленное количество предположений о последствиях. Но именно такой отрыв воображаемых представлений о будущем от реалий настоящего нас не устраивает в современном трансгуманизме.

Считаем, что вместо ориентации и надежд на нанотехнологии на первое место сегодня следует, опираясь на понятийный аппарат всей сферы совремённого человекознания, ставить мобилизацию биосоциальных возможностей современного человека, реализуемых системой образования. Говоря о понятийном аппарате сферы совремённого человекознания, имеем в виду, прежде всего, такие понятия как “геологические” напластования в биологии организмов всех предшествующих эпох, рефлексы, инстинкты, бессознательное, интуиция, эмоции, представления, воображение, мышление разных видов, сознание, самосознание, воля, самоактуализация, творчество.

Что касается более отдалённого будущего, то следует больше думать не о транс- и постчеловеке с встроенными в его тело микро- и наночипами, а о биосоциальном человеке-клетке более высокоорганизованного живого организма Природы, каким является рождаемое в процессах глобализации целостное Общество Земли, того организма, который занимает следующую ступень на лестнице биосоциальной эволюции выше Homo sapiens (Человека разумного).

Будучи убеждёнными, что у человека-клетки никогда не будет потребности загружать в свой модернизированный нанотехнологиями мозг всё сознание Общества Земли, и что в направлении к такому парадоксу, когда искусственный интеллект достигнет уровня или превысит Интеллект Человечества и будет имплантированным в мозг отдельного Homo, прогресс не пойдёт, мы считаем генеральное направление мыслей трансгуманистов направленным не совсем в правильном направлении.

***

Прошло некоторое время с того момента, как мы начали погружаться в проблему вызовов Сингулярности социальной эволюции и поиска ответов на них и с момента написания первых строк популяризации вышеизложенного материала, см. http://maxpark.com/community/1282/content/677370.

Сегодня СМИ сообщают об учреждении в России второй организации параллельно общественной организации “Российское Трансгуманистическое Движение”, созданной в 2003 году, сайт http://www.transhumanism-russia.ru, второй организации, именуемой себя Стратегическое общественное движение “Россия 2045”, сайт http://www.2045.ru. В составе инициативной группы мы видим много докторов наук, непосредственно занимающихся научными экспериментами в области биофизики и биохимии, нейроинформатики, искусственного интеллекта и медицинских технологий протезирования органов человеческого тела.

Значительным мероприятием вновь созданной организации было проведение в Москве 17-20 февраля 2012 года Международного конгресса “Глобальное будущее 2045 (Global Future 2045)”. Гвоздём-украшением Программы и одним из её наиболее активных участников был Реймонд Курцвейл, знаменитый американский изобретатель, футуролог и автор концепции Технологической Сингулярности, первый разработчик планшетного сканера, создатель систем распознавания текста и синтеза звуков. Собственно говоря, он и задал тон и направление мыслей выступающих на конгрессе, см. http://www.youtube.com/watch?feature=plaer_embedded&v=VvbhlgX6jxo#!/, http://GF2045.ru, http://www.youtube.com/watch?v=ur9IEj5pg9g&feature=related/. Среди участников конгресса мы видим известных в данной области учёных, в их числе философа-трансгуманиста Свами Вишнудеванда Гири Джи Махараджа, астрофизика А. Панова (соавтора вертикали Снукса-Панова), доктора биологических наук А. Фролова, философов Д. Дубровского, А. Назаретяна, В. Стёпина, психолога В. Петренко, писателя М. Веллера и других. От Украины на конгрессе не было никого (?!).

И к каким выводам пришли участники конгресса? Речь в основном шла о возможностях протезирования органов человека и об Аватаре, роботе, ничем не отличающемся от человека. Говорили также о будущем, которое очень трудно прогнозировать. Выступлений, созвучных нашей позиции, мы не заметили и отреагировали своим текстом, см. Приложение 1. О конгрессе «GLOBAL FUTURE 2045». Если бы я был его участником, то выступил бы с таким текстом…

 

 

 

 Глава 7. Что считать вызовами социальной эволюции на изломе эпох? (уточняем содержание понятия)

 

Что имеется в виду, когда мы говорим о вызовах как непредсказуемых сложностях жизни нынешнего поколения людей, неведомых поколениям предыдущим? Разумеется, речь идёт об адаптации человека к условиям жизнедеятельности во внешних средах обитания – естественной физической, искусственно созданной технической и социальной, которые постоянно меняются усложняясь [Арцишевський Р. Світоглядна освіта в умовах переходу до інформаційного суспільства // Освіта – XX століття // Шлях освіти, 2008, № 1.] [10], [Ашер Т. Духовная ресоциализация // Глобальные проблемы человечества. Междисциплинарный научно-практический сборник. – М.: Изд-во МГУ, 2006. – 264 с.] [11].

Ознакомление с публицистикой, которая отображает тему вызовов, дает основания утверждать, что к вызовам социальной эволюции представители сферы человекознания сегодня единодушно относят именно внутренние глобальные проблемы развивающейся цивилизации и связанную с ними адаптацию. Это такие проблемы, которые время от времени возникают вследствие активности человечества в социальном контексте и встают перед человеком как цивилизационные испытания. Освобождение ядерной энергии, эксперименты на адронном коллайдере, возможности генной инженерии и ничем не ограниченное потребительство – сегодня в наибольшей мере пугают своими непредсказуемыми последствиями. Лавинообразное увеличение потоков информации, которые обрушиваются на головы людей, на их органы восприятия и переработки информации, хотя и не пугает ещё никого до дрожи в их коленях, уже заслуживает так же всё большего внимания.

Что касается конкретики различения и классификации вызовов социальной эволюции, то тут однозначности пока ещё нет. Собственно говоря, на этом и следует сосредоточить наше внимание, с этим необходимо разобраться прежде, чем переходить к поиску ответов на ожидаемые вызовы. Философия, обозначая кризисы эпохи на рубеже тысячелетий как “глобальные цивилизационные проблемы современности”, продолжает интерпретировать их как кризисы культуры – такие, которые обусловлены несоответствием между развитием материальной и духовной культуры [Охріменко О.Г. Фундаментальні філософські проблеми. Конспект. Виклад курсу лекцій для студ. негуманітарних фак. Навч. посіб. – К.: Вид. ПАРАПАН, – 2002. – 112 с.] [16], [Собчик Л.Н. Проблема духовности в психологии (http://bibliopsy.narod.ru/sobl.html)] [17], [Базыма Б.А. Социальный и духовный объекты // Глобальные проблемы человечества. Междисциплинарный научно-практический сборник. – М.: Изд-во МГУ, 2006. – 264 с. – С. 82–92] [18], [Копейкин К. Бездны души и бездны мироздания // Вопросы философии, 2009, № 7. – С. 107–115] [19, c. 107–115], [Турбовский Я.С. Духовность как объект методологического рассмотрения // Педагогика, 2009, № 9. – С. 3–13] [20, c. 3–13, [Коплстон Ф. История философии. ХХ век / Пер.с англ.. П.А. Сафронова. – М.: ЗАО Центрполиграф, 2002. – 269. – С. 151, 238] [12, c. 151, 238], [Андрущенко В. Педагогічна освіта: історико-філософська рефлексія для майбутнього розвитку. Філософія освіти, № 1(6), 2007. – С. 7–15] [13, c. 7–15]. Речь идёт обычно о противоречиях между стратегией развития материальной культуры и своеобразием духовных ценностей и устремлений человека, сформированных предыдущими эпохами. Однако, такая модель вызовов как противоречий между материальной и духовной культурой, на наш взгляд, требует уточнения. Эти две культуры, образно говоря, являются двумя сторонами одной медали и противопоставлять их не стоит.

Уточняя понятие вызовов социальной эволюции, заметим, что под вызовами следует понимать не только непредсказуемые и непрогнозируемые последствия активности социального организма, но видеть и понимать, возможно, в первую очередь, синергетические проблемы динамической самоорганизации социального организма, который может развиваться в процессе эволюции по-разному, в том числе нелинейно и с присутствием хаоса, видеть связанные с этим особенности адаптации человека-клетки социального организма. С точки зрения системного анализа такие вызовы можно рассматривать и как внутренний сбой, патологию, болезнь-недомогание общественного организма, который функционирует без достаточно сформированного целеустремления и обратных связей. Человек – часть этого организма, элемент сложной системы, и этим почти всё основное сказано. Если система несовершенна, то и её элементам дискомфортно.

Касательно внутренних целей и “противоречий” общественного организма, который перманентно эволюционирует, то есть формируется, самоорганизуется и развивается усложняясь, то более адекватные ответы-пояснения об этом дает сегодня не традиционная философия, в своей основе дескриптивно-феноменологическая, а синергетика, охватывающая и кибернетику, и системоаналитику, и методы которой уже всё более заимствуют гуманитарные науки. В частности, все проблемы так называемого кризиса духовности уже можно рассматривать и объяснять в терминах понятий синергетики. В том числе, с позиций синергетики легко объясняется и содержание выше упомянутого древнекитайского проклятия, возникновение мировых войн и течение холодной войны во второй половине ХХ столетия, и развал СССР в 1989-1991 г.г., и падение Берлинской стены. С позиций синергетики можно также объяснить и нынешнюю ситуацию “стабильности” на постсоветском пространстве - не то порядка, не то хаоса.

Современный человек, даже после коррекции его статуса во Вселенной Коперником и Фрейдом, всё ещё самоуверенно преувеличивает свою значимость в Природе, преувеличивает силу своего Разума – так устроена его психика. Однако, человек не настолько является “венцом Природы”, чтобы “заказывать музыку” во всех проявлениях социальной эволюции, и понятно – остановить процессы усложнения всего общества он, как его клетка-элемент, не может. Вызовы, которые затрагивают его как бы извне, со стороны социальной среды, возникают и будут возникать вне его желаний и воли. Вместе с тем, каждый конкретный человек имеет выбор: давать ответы на новые вызовы самоусложнения, самоорганизации и адаптации или игнорировать их в течение всей своей жизни. Общество ж в целом не имеет выбора, для него эти вызовы есть внутренними вызовами, не внешними, оно не может откладывать реагирование на вызовы на потом, на конец своей жизни. И всегда была и будет какая-то часть человечества, которая добровольно, в силу внутренних побуждений к “излишней” жизненной активности, представляет интересы всего общества. Именно этой части людей, назовём их самоактуализированными (в понимании А.Маслоу, психолога), элитой общества и надлежит отвечать на вызовы социальной эволюции.

Философский подход к противоречиям материальной и духовной составляющих человеческой культуры (цивилизации) и системно-синергетический подход к анализу открытых эволюционирующих систем целесообразно объединить в более продуктивное понимание Общества людей Земли как живого организма, в котором люди исполняют функции клеток, а отдельные сообщества людей – функции органов более сложного организма. С этой позиции противоречия между потребностями кажущегося стихийного развития материальной культуры и духовными ценностями цивилизации представляются как несогласованность между “животными” инстинктами тела организма и осознанными “психикой” общественного организма и подконтрольными его волевым механизмам духовными ориентирами (ценностями).

Было бы вполне уместным также ввести в использование ещё одно различение, различение вызовов и требований к человеку. Если вызовами мы условились считать непредсказуемые обыкновенным человеком последствия социальной эволюции, непрогнозируемые им последствия активности общественного организма, которые с точки зрения системного анализа рассматриваются как проявления новых потребностей эволюционизирующего (усложняющегося) общественного организма, а для отдельного человека-клетки рассматриваются как непредсказуемые для открытой системы входные сигналы или действия со стороны внешней системы (социальной среды), то требованиями было бы целесообразным называть те уже осознанные человеком-клеткой вызовы, на которые следует обязательно реагировать, давая им разумные ответы. Обычно требования сообществ людей к её членам формируются в виде осознанных прав и обязанностей, моральных норм и наставлений и, в целом-общем, в виде воспитательного идеала эпохи. Именно такие вызовы-требования формируют содержание духовности социума. Также отметим, что некоторые ответы на новые вызовы социальной эволюции можно найти, лишь взяв во внимание, что «эволюционируют не только организмы, виды, сообщества, социумы и т.д.; эволюционируют и механизмы эволюции» [Гринин Л.Е., Марков А.В., Коротаев А.В. Макроэволюция в живой природе и обществе / Отв. Ред. Н.Н. Крадин. Изд. 2-е. – М.: Книжный дом “ЛИБРОКОМ”, 2009. – 248 с. – С. 168] [2, c. 168].

Итак, говоря об особенностях вызовов, которые встают перед человеком на изломе тысячелетий, на рубеже эпох индустриальной и постиндустриальной, информационно-технологической, мы обращаем внимание, прежде всего, на вызовы, которые возникают как результат эволюционного усложнения общества и предстают перед человеком как требования общества к своим членам. Они являются требованиями системного целого к элементам целостности, их следует рассматривать как требования общественного организма к отдельной своей клетке. Эти вызовы-требования адресованы 1) адаптации биосоциального организма человека к меняющимся условиям внешней среды, прежде всего, социальной среды и 2) адаптационной познавательной активности людей, которая усложняется.

Говоря далее о возрастающей способности актуализированного человека отвечать на вызовы и требования, мы будем иметь в виду в качестве её источника мобилизацию резервов биологии человека, его психики путём вмешательства в онтогенез сознания человека. Именно это мы имеем в виду, говоря далее об управляемом онтогенезе сознания человека. Такое вмешательство происходит в процессе прижизненного приобретения им высших форм мышления, формирования его мировоззрения и гармонизации взаимоотношений внутреннего (психологического) мира человека с миром внешним, развития его самосознания, включая формирование системы внутренней волевой регуляции.

 

 

 

Заключение части 1

 

Современная эпоха невиданного ранее ускорения прогресса считается критической в общем процессе эволюционного развития человека. Имеются в виду новые вызовы, которые встают перед человеком как непредсказуемые сложности бытия, неведомые предыдущим поколениям и такие, решения которых избежать невозможно.

Рассмотрев особенности социальной эволюции на рубеже эпох индустриальной и постиндустриальной, её ускорение в форме сингулярности, можем сделать вывод, что с приходом “Сингулярности” мы становимся свидетелями качественного прыжка в трансформации биологического вида Homo сапиенсов в клетки нового биосоциального живого организма более высокого уровня организации – объединённого (глобализованного) общества Земли – Цивилизации Земли. Люди стают клетками с определенными функциями-обязанностями, а страны – специализированными органами нового живого организма. Человечеству уже пришло время осознанно учитывать эту тенденцию эволюционного развития и прекратить углубляться в экзистенциальные ужасы бытия одинокого человека. Ведь этот процесс начался не вчера, а миллионы лет назад – ещё с возникновением общественной организации жизнедеяльности птиц и млекопитающих. Этот процесс ускорился с возникновением человеческого образно-символьно-понятийного сознания и на наших глазах вступает в заключительную фазу оформления нового качества, что, возможно, и является содержанием Сингулярности.

Вопрос о системообразующих факторах (ароморфозах) формирования общества как нового организма Живой Природы, уже достаточно глубоко и детально освещён исследователями макроэволюции [Гринин Л.Е., Марков А.В., Коротаев А.В. Макроэволюция в живой природе и обществе / Отв. Ред. Н.Н. Крадин. Изд. 2-е. – М.: Книжный дом “ЛИБРОКОМ”, 2009. – 248 с. – С. 30] [2, c. 30]. Большего внимания заслуживает анализ и классификация тех качеств в существе совремённого Homo, которые приобретаются в процессе социализации при жизни (онтогенез) и лишь человеком как элементом социума. Прежде всего, это символьно-понятийное сознание как форма отображения действительности, в частности, абстрактно-логическое системное мышление, и воля (не смешивать волю с инстинктами!) как механизм реализации сознательных решений. Вне общества, как свидетельствует пример Маугли, эти качества у Homo не возникают. С этого делаем вывод: человек уже является элементом более сложной системы.

Уточняя позицию А.Назаретяна и других исследователей, озабоченных предстоящей Сингулярностью, заметим, что сейчас осуществляется фазовый переход, сопоставимый по его эволюционному значению с образованием многоклеточных организмов из одноклеточных. Поскольку направление этого процесса не зависит от воли человека, мы должны принять его как объективную данность, то есть должны к нему приспосабливаться, адаптироваться. Но для этого человек будущего должен владеть большим разнообразием возможностей для реализации большей его активности как клетки социума, обладать большей свободой выбора. Достижение таких возможностей и будет проявлением способности человека влиять на ход своей собственной биологической эволюции, адекватно отвечать на вызовы социальной эволюции.

Что касается будущего отдельных людей-индивидов (1), отдельных сообществ людей (народностей, наций, государств) (2) и общества Земли как целостности (3), мы должны исходить из того, что это разные субъект-объектные “вещи”. Общество людей Земли как новая организменная целостность состоится при любых условиях. Каждый отдельный человек имеет выбор оставаться таким как и его предки или измениться, оставаться там, где родился или выехать на противоположную сторону земного шара в поисках возможностей более широких, овладевать творческими видами деятельности или репродуктивными, достичь вершин самореализации или быть прислугой возле других Homo, таким образом удовлетворяя изначальные физиологические потребности своего собственного организма, его эгоизма, гомеостаза и гетеростаза.

Каждое отдельное сообщество людей также имеет выбор. Сообщество какой-то страны или объединения стран в будущем станет Мозгом целостного организма “Цивилизация Земли”, какие-то сообщества станут его руками и ногами, а какие-то войдут в состав cloaca - весьма полезного и необходимого органа любого живого организма. Именно так будут материализованы возможности отдельных людей и сообществ влиять на ход своей эволюции.

Итак, что касается ответов на вызовы социальной эволюции их можно рассматривать в трёх разных ракурсах – как ответы отдельных людей-индивидов, как ответы отдельных сообществ людей (народностей, наций, государств) и как ответы Общества Земли как глобализованной целостности. Если для Общества Земли ускоренный прогресс есть нормальное развитие, то для отдельных людей-индивидов наблюдаемый процесс глобализации, усиление целостности Общества Земли, образование нового живого Организма, стоящего на лестнице эволюции выше человека, уже есть вызов.

 

 

Вопросы для повторения

 

 

 

Литература к части 1

 

  1. Коротаев А.В. Введение / Социальная эволюция: факторы, закономерности, тенденции. М., Изд. “Восточная литература” РАН, 2003.

  2. Гринин Л.Е., Марков А.В., Коротаев А.В. Макроэволюция в живой природе и обществе / Отв. ред. Н.Н. Крадин. Изд. 2-е. – М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2009. – 248 с.

  3. Лук’янець В.С., Кравченко О.М, Озадовська Л.В. та ін. Науковий світогляд на зламі століть: Монографія – К.: Вид. ПАРАПАН, 2006. – 288 с.

  4. Марійко С.В. Актуальні проблеми духовності: зб. наук. праць / Ред.: Я.В. Шрамко. Вип. 10. – Кривий Ріг, 2009, 324 – 329.

  5. Vinge, V. “The Coming Technological Singularity: Haw to Survive in the Post-Human Era”, VISION-21 Symposium, sponsored by the NASA Lewis Research Center and the Ohio Aerospace Institute, March 1993. (Пер. рос.: www.lib.rus.ec/b/208786/read).

  6. Snooks G.D. Why is history getting faster? Measurement and explanation // Философские науки 2005, № 4.

  7. Панов А.Д. Завершение планетарного цикла эволюции? // Философские науки 2005, № 3 – 4.

  8. Kurzweil Ray. The Singularity is Near: When Humans Transcend Biology. US, Viking Adult, 2005. Pages 652. ISBN 0-670-03384-7.

  9. Назаретян А.П. Смыслообразование как глобальная проблема совремённости: синергетический вигляд // Вопросы философии, № 5, 2009. С. 3 – 19.

  10. Арцишевський Р. Світоглядна освіта в умовах переходу до інформаційного суспільства // Освіта – XX століття // Шлях освіти, 2008, № 1.

  11. Ашер Т. Духовная ресоциализация // Глобальные проблемы человечества. Междисциплинарный научно-практический сборник. – М.: Изд-во МГУ, 2006. – 264 с.

  12. Коплстон Ф. История философии. ХХ век / Пер.с англ.. П.А. Сафронова. – М.: ЗАО Центрполиграф, 2002. – 269.

  13. Андрущенко В. Педагогічна освіта: історико-філософська рефлексія для майбутнього розвитку. Філософія освіти, № 1(6), 2007.

  14. Хайтун С.Д. Феномен человека на фоне универсальной эволюции.-М.: КомКнига, 2005. – 536 с.

  15. Назаретян А.П. Архетип восставшего покойника как фактор социальной самоорганизации // Вопросы философии, 2002, № 11.

  16. Охріменко О.Г. Фундаментальні філософські проблеми. Конспект. Виклад курсу лекцій для студ. негуманітарних фак. Навч. посіб. – К.: Вид. ПАРАПАН, – 2002. – 112 с.

  17. Собчик Л.Н. Проблема духовности в психологии (http://bibliopsy.narod.ru/sobl.html).

  18. Базыма Б.А. Социальный и духовный объекты // Глобальные проблемы человечества. Междисциплинарный научно-практический сборник. – М.: Изд-во МГУ, 2006. – 264 с.

  19. Копейкин К. Бездны души и бездны мироздания // Вопросы философии, 2009, № 7.

  20. Турбовский Я.С. Духовность как объект методологического рассмотрения // Педагогика, 2009, № 9.

  21. Фет А.И. Инстинкт и социальное поведение. – Новосибирск, ИД “Сова”.

Второе издание -2008 [http://modernproblems.org.ru/capital/85-instinct1.html].

  1. Drexler, E. 1986. The Engines of Creation: The Coming Era of Nanotechnology. Anchor Books, New York.

  2. Drexler, E. 1992. Nanosystems: Molecular Machinary, Manufacturing and Computation, John Wiley & Sons, Inc., New York.

  3. Kurzweil Ray. 1999. The Age of Spiritual Machines: When Computers Exceed Human Intelligence. New York: Viking Press, 1999.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЧАСТЬ 2. ОТВЕТЫ

Глава 8. Где искать ответы человеку на предстоящую Сингулярность социальной эволюции, чем отвечать (общая формулировка ответа)?

 

Учёные сегодня соглашаются, что вектором универсальной, в том числе, биологической и социальной эволюции, есть системное усложнение, структурная реорганизация, рост фрактальности и связанности “всего со всем” (дифференциация и интеграция); интенсификация, возрастание скорости метаболизмов (взаимодействий, обменов), возрастание активности и чувствительности обратных связей; улучшение взаимодействия с внешней средой и уменьшение зависимости от неё.

Универсальные перемены (инновации) в развитии биологических и социальных организмов, которые радикально увеличивают их сложность и адаптацию к среде, исследователи макроэволюции называют ароморфозами. Углубляясь в изучение феноменов эволюции, различая и детализируя сущности, исследователи формулируют более 70 правил и законов макроэволюции. Но, дискутируя о частностях, об энтропии, фрактальности и многом ином, они никаким сомнениям не подвергают главное – ускорение эволюции и её вектор в направлении усложнения “всего и везде” [Гринин Л.Е., Марков А.В., Коротаев А.В. Макроэволюция в живой природе и обществе / Отв. Ред. Н.Н. Крадин. Изд. 2-е. – М.: Книжный дом “ЛИБРОКОМ”, 2009. – 248 с. – С. 108] [1, c. 108], [Назаретян А.П. Архетип восставшего покойника как фактор социальной самоорганизации // Вопросы философии, 2002, № 11] [2], [Хайтун С.Д. Феномен человека на фоне универсальной эволюции. – М.: КомКнига, 2005. – 536 с. – С. 183, 273] [3, c. 183, 273].

***

Итак, какого ароморфоза требует социальная эволюция от человека, ставя его перед вызовами, уклонения от ответов на которые рождает даже сомнения относительно его будущего как биологического вида, рождает страхи конца света и смерти всего человечества? Если давать ответ на этот вопрос одним словом, то это - УСЛОЖНЕНИЕ. Более развёрнуто, целым предложением отвечаем так: социальная эволюция в начале ІІІ-го тысячелетия требует значительного усложнения естества человека ради усиления его активности как “хорошей” клетки ускоренно развивающегося общественного организма.

Что имеем в виду, говоря о человеке как о хорошей “клетке” организма глобализирующегося общества Земли? Разнообразие структур и их адаптационных возможностей всегда было в Живой Природе необходимым условием их развития. И поэтому не случайно на данной ступени эволюции от каждого человека требуется оригинальность в разнообразии индивидуального.

Производительность коллективной преобразовательной деятельности общества отныне будет возрастать уже не за счёт узкой профессиональной специализации, совершенствования инструментального сознания, что требовалось в предыдущую индустриальную эпоху и где резервы почти все исчерпаны, процесс дошёл до своего предела (конвейеры заменяются роботами), а всё больше за счёт творческой оригинальности каждой личности. Человек постиндустриальной эпохи должен быть самоактуализированной личностью, индивидуальностью, дисциплинированной изнутри оригиналь-ностью, способной творчески работать в Y- та Z-моделях организации труда.

Педагогика в содружестве с психологией и другими науками человекознания сегодня уже работает над детальной разработкой воспитательного идеала эпохи – модели выпускника учебно-воспитательного учреждения, который отвечал бы новым требованиям. Вопрос лишь в том, успеваем ли мы своевременно давать ответы на возникающие проблемные вопросы. Менее разработанными остаются и вопросы, как достичь результата в массовом порядке и при ограниченных ресурсах, ведь даже в развитых странах доля самоактуализированных личностей, обладающих достаточной волей для достижения сознательно поставленных целей, не превышает 1% в общей численности населения. Можно полагать, обобщая вышесказанное, что проблемным вопросом ответа социума на вызовы эпохи является вопрос о повышении доли самоактуализированных личностей в обществе с 0,1-1% до десяти процентов и более. Знает ли современная педагогика как этого достичь? Наверное, нет, не знает. Она – всё ещё в поисках “путей и подходов” реализации традиционных задач индустриальной эпохи, задач формирования инструментального сознания, сориентированного на внешний мир.

Придя к заключению, что на вызовы социальной эволюции человек должен отвечать усложнением своего естества, далее мы должны очертить исходные позиции и затем уточнить, детализировать, об усложнении чего именно в человеке нам необходимо беспокоиться и заботиться в первую очередь. Этот вопрос уже в течение нескольких лет обсуждается нами в статьях цикла “Вызовы социальной эволюции и ответы на них” [Півненко А.С. Онтогенез свідомості і педагогічний процес // Наукові праці: Науково-методичний журнал. Т. 71. Вип. 58. Педагогічні науки. – Миколаїв: Вид-во МДГУ ім. П.Могили, 2007. – 220 с.] [4], [Півненко А. Про зміну освітньої парадигми // “Директор школи. Україна”, 2007, № 4 – 6] [5], [Півненко А. Саморефлексія як стрижень освітньої парадигми // “Директор школи. Україна”, 2008, № 3 – 8] [6], на сайтах http://www.osvita.ua/school/school_today/305/, www.osvita.ua/school/theory/1911/, http://www.gidepark.ru/user/1419201322/, www.gidepark.ru/community/1282/. Очерчивание исходных позиций состоит, прежде всего, в рассмотрении ответов на вопросы “Что есть человек современный?” и “Как глубоко осознает человек обыкновенный свою природу, своё естество?”.

 

 

 Глава 9. Что есть Homo sapiens (Человек разумный) сегодня (взгляд с разных точек зрения)?

 

Цитирование высказываний мудрых людей этого мира о существе человека может занять сотни и тысячи страниц текста. Ещё Платон (428-347 гг. до н.э.) заметил: «Легче угодить слушателям, говоря о природе богов, чем людей» [Таранов П.С. От Соломона до Роджерса Бэкона. – М.: ООО “Изд. АСТ”, 2000. – 448 с. – С. 117] [7, c. 117].

Уже древняя китайская пословица открывала такую истину: “Внутри каждого человека сидят все звери, и нет ни одного зверя, в котором бы сидел хотя бы один человек”. В начале XX века, возможно, эта пословица навела психологов Эрнста Кречмера и Хайнца Вернера на мысль о “геологическом” строении психики человека, о чем писал с большим интересом Лев Выготский в своей работе “История развития высших психических функций” [Выготский Л.С. История развития высших психических функций / Психология развития человека. – М.: Изд-во Смысл; Изд-во Эксмо. – 2004. – 1136 с. – С. 350] [8, c. 350].

Христианство, наложив на человека проекцию абсолютной личности Творца, утвердило самоценность человека и наделив его определённой свободой воли, всё же не смогло избавить его от двойной сущности как носителя добра и зла, доброчестности и греховности. Вместе с тем, христианство, дало начало признанию индивидуальности человека, тогда как предыдущее язычество почти не отделяло его от природы и общины.

В Новое время, когда мыслители начали утверждать веру в безграничные возможности человека, ставя его над Природой, французский учёный и философ Блез Паскаль (1623-1662), имея критическое мышление, после глубоких размышлений вынужден был подтвердить тезис христианства о временном ничтожестве и двойственной природе человека, определив его как «мыслящую тростинку», «славу и подонка Вселенной», «величие в низости», «середину между ничем и всем» [Паскаль Б. Мысли. – М., 1994. – С. 114, 76, 65] [9, c. 114, 76, 65].

300 лет спустя религиозный философ XX века Николай Бердяев (1874-1948) признал, что именно Паскаль лучше всех выразил суть природы человека и подтвердил, что человек и сегодня, как и раньше, «двойственное и противоречивое существо, существо в высшей мере поляризованное, богоподобное и звереподобное, высокое и низкое, свободное и раб, одинаково способное к подъему и падению, к великой любви и жертвенности, к великой жестокости и неограниченному эгоизму» [Бердяев Н.А. О рабстве и свободе человека (Опыт персоналистической философии). Париж. 1939. – С. 19] [10, c. 19].

Таков человек, таким он был вчера и есть сегодня. Но что знает современный обыкновенный человек о самом себе? Да, он знает очень-очень мало. Бросается в глаза большой разрыв между объемом знаний о человеке, накопленных науками сферы человекознания, и теми знаниями, которыми владеет каждый отдельный человек. Почему так? К этому вопросу мы будем возвращаться не один раз. Здесь приведем лишь констатацию факта известным российским философом Давидом Дубровским. В уже упомянутой нами выше (см. гл. 2) статье “рост дефицита самопознания, столь характерного для нынешнего состояния нашего так называемого «общества знания», в котором человек “знает всё, но только не себя”” он называет “фундаментальной асимметрией в познавательной и преобразующей деятельности человека” [см. http://vz.ru/opinions/2012/8/16/593773.html или http://2045.ru/articles/30376.html].

 

 

 Глава 10. Какими должны быть ответы Homo sapiens (Человека разумного) на предстоящую Сингулярность социальной эволюции (общая формулировка первого из двух основных ответов)?

 

Исследователи макроэволюции отмечают, что темпы социальной эволюции человека значительно превышают темпы его биологической эволюции. Каковы механизмы этого опережения достаточно убедительно показал А.И. Фет, математик по основному образованию и роду деятельности, в книге “ИНСТИНКТ И СОЦИАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ”, опубликованной впервые в 2005 году и уже выдержавшей не одно издание [А.И. Фет. Инстинкт и социальное поведение. Новосибирск, ИД “Сова”, 2008] [11]. В Интернете книга размещена на сайте http://modernproblems.org.ru/capital/85-instinct1.html.

Требования к человеку со стороны социума постоянно возрастают, а возможности его биологического организма как бы остаются неизменными. Есть даже мнение, что биологическая эволюция человека прекратилась, поскольку уже 200 тыс. лет скелет Homo - неизменный. Возникает вопрос, за счёт чего и как состоится предстоящее усложнение человека как элемента социума. Вопрос не простой. Ответ на него можно получить, рассматривая не только биологическую природу человека, но и социальную, и учитывая, что чёткого рубежа-границы между био- и социо- в естестве человека нет. Необходимо определить, что же является такой границей, линией соприкосновения, полем взаимодействия биологической и социальной эволюции в естестве человека? Ответ очевиден: мозг, мышление, сознание, самосознание и волевая регуляция.

Мозг - единственный орган тела человека, который всё ещё заметно развивается. И в сознании человека присутствует всё больше и больше того, что не наследуется им при его биологическом рождении, а “рождается” в социуме и становится собственностью человека (арендуется им из Сознания Общества) в результате его социализации. Имеется в виду символическое сознание как высшая форма отображения действительности с его составляющими мыслительными механизмами – наглядно-образным и абстрактно-понятийным мышлением, на которых в свою очередь базируется сознательная волевая регуляция, более позднее приобретение Homo sapiens (воля без сознания – это не воля, самосознание без воли – не самосознание).

Говоря о развитии мозга, как единственного органа тела человека, который всё ещё заметно развивается, мы должны иметь в виду и различать две формы этого развития – филогенез и онтогенез. Филогенез накапливает усовершенствования биологического вида и предоставляет потенциальные возможности каждому отдельному человеку, делая открытыми его инстинктивные программы поведения, а онтогенез - их реализует в той или иной мере, включая культурные программы как подпрограммы в наследуемые генетические программы, кого-то возводя лишь на уровень Homo habilis времен австралопитеков и питекантропов, а кого-то вводит в мир науки, техники и полноценной жизни уровня XXI века, формируя Homo, действительно sapiens (Человека разумного).

Обладает ли каждый обыкновенный человек в достаточной мере, кроме предметно-действенного мышления, возникшего у питекантропов, ещё и новыми видами мышления – наглядно-образным, предоставившим кроманьонцам, нашим прямым предкам, большие возможности адаптации по сравнению с неандертальцами, и абстрактно-понятийным, возникшим с началом письменности в процессе неолитической революции и сделавшим возможными всего лишь через несколько тысячелетий промышленную и затем научно-техническую революции? Конечно, нет. Обыкновенный человек сегодня ещё не обладает высшими формами мышления в той мере, что соответствует новым вызовам социальной эволюции. Процессы формирования новых видов мышления человека, берущие начало от обладающих высоким уровнем воображения кроманьонцев, сегодня только лишь разворачиваются, становясь достоянием массовым лишь с появлением в XX веке обязательного среднего образования и широко распространяющегося в XXI веке высшего образования. И это понятно, ведь адаптация – это отклик на вызов, она всегда немного опаздывает – сначала возникает вызов, затем - отклик. А видеть вызовы наперед человеку ещё не по силам, он только учится.

Таким образом, ароморфозы (усложнения) в процессе универсальной эволюции продолжают и продолжают возникать в организме человека на линии взаимодействия его био- и социо, в мозгу, в сознании, прежде всего. И с распространением высшего образования уже видны очертания появляющегося в обыкновенном человеке более совершенного логико-системного мышления, предоставляющего ему возможности самостоятельного нахождения правильных ответов в многокритериальных задачах оптимизации повседневного выбора решений, не прибегая к помощи авторитетов и меньше полагаясь при отсутствии знаний на веру. Откуда оно, это чудо невиданных ранее адаптационных возможностей берётся в мозгу отдельного человека? Ответ мы знаем: заимствуется у Сознания Общества, куда попадает частями от более продвинутых Homo и где из частей синтезируется новое качество.

 

Выяснив, что ароморфозы (усложнения) формируются на линии взаимодействия био- и социо в естестве человека, далее мы должны найти ответ: как вмешиваться в эти процессы? Необходимость смены образовательной парадигмы сегодня признаётся всеми. Однако нет согласия в главном – что должно быть системообразующим элементом, стержнем новой образовательной парадигмы ХХІ столетия? Таким элементом-стержнем образовательной парадигмы, новым направлением педагогических усилий и влияний должен быть, мы так считаем, управляемый онтогенез сознания как способ формирования 1) новых видов мышления и с их участием 2) осознанного внутреннего мира человека, более адекватного внешнему миру, который быстро меняется.

Что есть внутренний мир человека? Вопрос об этом и ответы на него с разных точек зрения могут занять десятки и сотни страниц. Вряд ли мы можем назвать сегодня имя хотя бы одного из известных философов или психологов минувшего столетия, который не употреблял бы в своих размышлениях понятие внутреннего мира или миров человека, не сопоставляя противопоставляя их с внешним миром окружающей действительности. Так автор одной из книг о внутреннем мире личности Т.М. Титаренко, говоря о широком употреблении категорий “мир”, “жизненный мир” в главе “Мир, который я построил” всего лишь на первых 14 страницах текста упоминает имена более четырёх десятков учёных Нового времени и современных. Конечно, исследователи говорят разными словами об одном и том же. Говорят о “внутреннем мире” человека и о его “жизненном мире”, об “абстрактном образе бытия” в сознании человека, о “жизнедеятельности” и об “экзистенциальном мире” и тому подобное говорят, оттеняя какие-то свои субъективные смыслы [Титаренко Т.М. Життєвий світ особистості: у межах і за межами буденності. – К.: Либідь, 2003. – 376 с. – С. 15–28] [12, c. 15–28]. Их общая основная мысль состоит в том, что да, есть определенный феномен психики человека, заслуживающий внимания, и в нём на фоне субъективности носителя можно различать то и то. Мы же концентрируем, сосредоточиваем внимание на вызовах социальной эволюции, на вызовах ожидаемой к 2045 году Сингулярности и ответах на них. Нет смысла выискивать, кто лучше видит внутренний мир человека. Исходя из принципа дополнительности, мы соглашаемся с тем, что все авторы что-то видят существенное, частичное, видят хорошо со своей точки зрения. У нас другая задача. Мы пытаемся убедить всех, что отныне каждый обыкновенный человек должен уметь заглядывать глубже внутрь себя, чтобы затем совершенствоваться.

Что общее имеется в представлениях разных философов и психологов о внутреннем мире человека? Во-первых, это мир субъективный, психологический, не тождественный миру внешней объективной действительности. У каждого человека он свой, индивидуальный, наполненный разными смыслами, может быть гармоническим и дисгармоническим. Во-вторых, он многомерный, имеет своё психологическое время и множество пространственных координат, может быть относительно простым у одного человека или очень сложным у другого. В-третьих, он возникает в онтогенезе человека и постоянно формируется впитыванием культурных традиций, у кого как. В-четвертых, он стержень построения личности. В-пятых, внутренний мир человека лишь частично осознаваем, и в этом мы видим суть главной проблемы сегодняшнего дня. Без осознания своего внутреннего мира человек в XXI веке уже не сможет существенно продвинуться в познании окружающей его действительности и влиять на собственную эволюцию.

Какова структура внутреннего мира человека? Внутренний мир человека содержит в себе и механизмы отражения, и результаты (продукты) отражения явлений как осознанных, так и неосознаваемых. Внутренний мир человека содержит в себе такие элементы как безусловные и условные рефлексы, инстинкты, коллективное и индивидуальное бессознательное, влечения, переживания, желания, потребности, интересы, привычки, эмоции, чувства, образы, слова, символы, знаки, смыслы, понятия, представления, идеалы, контексты, виды и формы мышления, волю, и это, наверное, не полный перечень. Что является механизмом отражения, а что продуктом отражения – вопрос не простой, требующий отдельного рассмотрения. Человек обычно осознает лишь продукты отражения. Этот факт имеет инстинктивную природу и порождает чуть ли не основную методологическую проблему психологии – проблему так называемых психофизиологического и психофизического параллелизмов. К структурным составляющим осознанного внутреннего мира человека, которые заслуживают внимания, мы относим в обязательном порядке и сознательную волевую регуляцию его жизнедеятельности.

Внутренний мир каждого отдельного человека уникальный и неповторимый. Он и есть тем необходимым условием оригинальности внутри индивидуальности человека, желанным ароморфозом его биосоциальной эволюции. Осознанный внутренний (субъективный, психологический) мир человека – его индивидуальные представления о себе и внешней действительности как стержень личности назвать можно одним словом – самосознание. Понятно, что самосознание – это высшая форма человеческого сознания, включающая высшие формы понятийного мышления и сознательную волевую регуляцию его деятельности.

Осознанный внутренний (субъективный, психологический) мир человека, который формируется в процессе управляемого онтогенеза сознания, его самосознание, мы противопоставляем виртуальному частично осознаваемому внутреннему миру, который сейчас формируется в воображении современного обыкновенного человека параллельно, преимущественно стихийно, и является всё той же смесью частично осознаваемых рефлексов, инстинктов, бессознательного, подсознательного, эмоций и обслуживающего их предметно-действенного мышления, смесью, возникшей у кроманьонцев с появлением в их мозгу структур долговременной памяти и ассоциативного мышления. Не будем забывать, воображаемый мир – характерная черта того Homo, которого Карл Линней (1707-1778) выделил в предложенной им классификации как Homo sapiens.Чем отличается осознаваемый внутренний мир Homo sapiens от виртуального? Понятно чем, присутствием или отсутствием системного мышления как высшей формы понятийного мышления, его соотношением с инстинктивными генетическими программами. Кроме того, развитое самосознание включает в себя и осознанную волевую регуляцию (волю).

***

Чтобы уметь самому формировать на более глубоком уровне детализации сущностей и связей своё самосознание как осознаваемый собственный внутренний мир, человеку предварительно необходимо научиться его описывать, реконструировать, моделировать. Полное описание (реконструкция, моделирование) внутреннего мира человека сегодня всё ещё остается сверхсложной научной задачей, так считают психологи. Обычно речь идёт лишь о моделировании отдельных структурных составляющих внутреннего мира человека – локальных пространств сознания и бессознательного и при их участии – результатов рефлексии и саморефлексии элементов внешнего и внутреннего мира и процессов при этом происходящих, в том числе, процессов построения образов, символов и понятий, анализа и синтеза, воссоздания, преобразования, прогнозирования, проектирования и творческого осуществления нового, доселе невиданного. Речь идёт пока ещё, как выражаются специалисты в области человеческого сознания, лишь о частичном отражении отражения отраженного и в этом состоит особенность и сложность моделирования.

Однако, как известно, полезные модели определённой меры адекватности могут быть не только сложными, но и простыми – мы это знаем. Объяснение сущего “на пальцах одной руки” – это тоже моделирование. Таким образом, ничто не препятствует начать осознанную целеустремленную работу по совершенствованию человека уже сегодня, выделяя и очерчивая из главного первоочередное по мере его познания.

Говоря о том, что полное описание (реконструкция) внутреннего субъективного психологического мира человека как отражения его психикой окружающей действительности и самого себя, сегодня всё ещё остается сверхсложной научной задачей, имеем в виду, прежде всего, отсутствие общепринятого описания (модели) сознания и, вообще говоря, трудности построения такого, единственно верного, описания в обозримом будущем. Мы не намерены воспроизводить здесь различные многочисленные точки зрения на этот феномен мира Живой Природы и человека, в частности. Заметим лишь, что сознание человека как форма отражения действительности отличается от сознаний нижестоящих на эволюционной лестнице животных тем, что опирается на более развитую память и такие новообразования психики как развитое воображение и понятийное мышление. Это позволяет человеку реализовать такой дополнительный способ адаптации его организма к среде как преобразование самой среды.

Сегодня научное познание феномена сознания уже вышло на этап частных реконструкций (моделирования) – реконструкций менталитета, реконструкций политического сознания электората, морального и правового сознания, экологического сознания, реконструкций определённых семантических пространств сознаний отдельных людей, групп и слоев населения. Речь идёт при этом об интерпретации смыслов таких конструкционных элементов многомерного человеческого сознания, как образы, абстракции, символы, знаки, фразеологизмы, афоризмы, контексты, стереотипы, понятия, теории, парадигмы и т.п. Мало выделить эти элементы, необходимо также реконструировать и связи между ними. На помощь приходит математика с её кластерными, факторными, функциональными и прочими анализами. Знакомство с первыми результатами таких реконструкций вселяет надежду, что “лёд тронулся”. А раз так, то почему бы и не вмешаться в процессы совершенствования человека для обеспечения их более целенаправленных изменений. За этапом реконструкций, моделирования должен следовать этап преобразований, нацеленных на совершенствование человеческого сознания.

Интересно знать, иметь в виду, где и кто уже использует реконструкции сознания для его последующих преобразований и в каких целях. (О психотерапии и клинической медицине мы не говорим). Прежде всего, это политическая пропаганда и реклама товаров. Именно здесь появляются узкоспециализированные спецы-технологи, преследующие прагматические цели. Суть их технологий – в контроле над сознанием человека-объекта и влиянии на его отражательные возможности для обеспечения, мягко говоря, сомнительных целей. Как бы то ни было, каждый совремённый человек должен знать о таких посягательствах на его “владения”, на его сознание.

Заметим, ничего принципиально нового и неожиданного в попытках влияния на сознание человека нет. Рассмотрим мифы, религию, идеологию и культуру вообще. Влияние на индивидуальное сознание людей имело место всегда, стихийное или осознанное. Раньше этим преимущественно занималась религия, сейчас политтехнологи и маркетологи и отныне этим надлежит в большей мере заниматься системе образования. История зафиксировала даже такое явление как манкуртизация. Вопрос главный в том состоит, в чьих интересах такое влияние на сознание осуществлялось – в интересах всей общности людей или в интересах “избранных”. Сегодня мы всё чаще слышим о преднамеренных манипуляциях сознанием одних групп людей в эгоистических интересах других узких групп. Речь идёт о всё более эффективных “научных” методах влияния на процессы восприятия и переработки информации. Появилось даже утверждение “Кто контролирует потоки информации на входе человеческих мозгов - тот контролирует всё!”. Однако, система образования, всё ещё ограничивает себя формированием у молодого поколения узконаправленного инструментального сознания и не заботится в достаточной мере становлением самосознания человека, не заботится пока ещё никак об иммунитете против манипуляций его сознанием.

Спрашивается, чем собственно занимается средняя школа как не формированием обыденного массового сознания вновь рождённого нового поколения, сознания как формы отражения действительности. Новым вопросом является лишь вопрос “Как улучшить этот процесс?”. Понятно, что улучшить процесс формирования обыденного массового сознания можно лишь совместными усилиями представителей разных сфер человекознания – антропологов, педагогов, психологов, социологов, философов и др. Особенность этой проблемы состоит в том, что индивидуальное человеческое сознание имеет биологические ограничения, а общественное сознание как форма отражения действительности таких ограничений не имеет, производит и накапливает информацию уже взрывоподобными темпами, удваивая её чуть ли не ежегодно. Проблема, как и раньше, состоит в том, что и как передавать на уровень обыденного индивидуального сознания с уровня общественного сознания, как отобрать самое-самое главное и в то же время минимальное, такое что может усвоить обыкновенный человек с учетом его биологических ограничений.

***

Итак, приходим к выводу, отныне человек должен глубоко познавать не только окружающую действительность, внешнюю среду, но и самого себя. Окружающая действительность сложна и многолика, а биологические возможности восприятия внешней действительности и адаптации к ней человека ограничены, поэтому в процессе познания и практики человек использует узкую специализацию, величайшее изобретение Живой Природы, предоставленное ею социальным животным на определенном этапе их эволюционного развития. Природа человека также сложна и многолика, но необходимо отказаться от инерции такой же узкой специализации в познании природы человека и использования знаний о нём лишь психотерапевтами и политтехнологами. Отныне каждый человек должен стремиться знать о себе всё, что известно наукам сферы человекознания.

 

 

 Глава 11. О биологических ограничениях возможностей человека как главном препятствии на пути его совершенствования, как их обойти (общая формулировка второго из двух основных ответов человека на вызовы социальной эволюции)?

 

Итак, мы приходим к выводу, что усложняясь, человек постиндустриальной информационной эпохи в отличие от предыдущих времён должен развивать новые виды понятийного мышления и глубже осознавать свой внутренний мир. Естественно, требует дальнейшего более глубокого рассмотрения вопрос: на каких исходных позициях мы пребываем сейчас? О биологических ограничениях мы уже упоминали. Теперь посмотрим на них глубже. Начнем с вопроса “Что знает современный человек о самом себе?”.

Современный обыкновенный человек мало знает свою истинную природу, его самосознание как высшая ступень сознания ещё слабо. Он:

- не знает, что есть его сознание и его бессознательное, как они соотносятся и взаимодействуют,

- не знает, чем его сознание как форма отображения действительности отличается от сознания одноклеточной амебы,

- не знает, чем является его индивидуальное сознание по сравнению с общественным сознанием,

- не знает, какое место в его внутреннем мире занимает виртуальное пространство,

- не знает, какие виды мышления наследуются им при рождении, а какие приобретаются лишь при жизни в процессе социализации,

- он смутно представляет, насколько близок или удалён от животного мира “братьев своих младших”,

- не знает соотношения био-социо в своём естестве,

- не знает, в какой мере им правят “окрашенные” эмоциями инстинкты и прочее бессознательное, и не желает этого знать.

И многое иное в своем естестве современный Homo пока ещё не замечает, не знает и не хочет знать. Его плотские влечения и желания не имеют никаких внутренних ограничений. Он - существо одновременно агрессивное и трусливое, коварное и доброжелательное, завистливое и сочувственное, злое и благотворительное… он одновременно такой и не такой. Мыслители разных эпох и народов, исследователи, писатели, художники всегда отмечали двойственность, амбивалентность природы человека, его тёмные и светлые стороны, сияющие вершины его достижений и зияющие пустоты глубинных пещер его природы [Человек: Мыслители прошлого и настоящего о его жизни, смерти и бессмертии. Древний мир – эпоха Просвещения / Редкол.: И.Т. Фролов и др.; Сост. П.С. Гуревич. – М.: Политиздат, 1991. – 464 с.] [13], [Табачковський В.Г. Полісутнісне homo: філософсько-мистецька думка в пошуках “неевклідової рефлексивності”. – К.: Видавець ПАРАПАН, 2005. – 432 c.] [14]. Какую бы характерологическую черту мы бы не взяли для описания существа современного человека, мы обязаны взять и противоположную ей, её оппозицию. Однако обыкновенный человек пока ещё не замечает этого, как не замечает того воздуха, которым дышит, подобно тому, как рыба не замечает воды, в которой плавает. И этому незнанию обыкновенного человека своего собственного естества, которое обычно компенсируется его гипертрофированной инстинктивной самоуверенностью-гордыней, должны быть какие-то оправдательные объяснения.

Вот некоторые из них. Прежде всего, обратим внимание на сознание человека. Несмотря на признание положений психоанализа о “сознании как вершине айсберга психического”, “сознании как острове в океане бессознательного”, современная психология почему-то всё ещё избегает сопоставлять сознание с бессознательным, избегает исследовать их взаимодействие, то есть избегает исследовать вопрос более конкретно, чем это зафиксировано в упомянутых выше общих положениях психоанализа. Так, автор одного из популярных на постсоветском пространстве учебников по психологии для педагогов Р.Немов оправдывается: «...следует признать, что в свете имеющихся научных данных (жирным выделено нами. – А.П.) вопрос об отношениях между сознательными и другими уровнями психической регуляции поведения, в частности бессознательным, остается сложным и не решается вполне однозначно» [Немов Р.С. Психология, т. 1. М., 1999. С. 141142] [15, c. 141142].

Наше знакомство с положением дел позволяет утверждать, что проблема состоит вовсе не в недостатке количества “имеющихся научных данных” или в сложностях их интерпретации, а совсем в ином. «История психологии, особенно XX столетия, показывает бесконечные попытки исследователей уклониться от непосредственного видения существенных сторон психического. Под видом “научности” поиска, идя окольными путями познания сути психического, учёные потеряли свой истинный предмет. Это была своеобразная слепота сциентизма, подобна той, когда человек стремится заглянуть за край света, но не видит того, что происходит перед самыми глазами. ...Может, был прав К.Г.Юнг, когда утверждал, что человек, который познает сам себя, ужасается увидеть свою истинную природу, собственное лицо» [Роменець В., Маноха І. Історія психології XX століття. К., 1998. – 992 с. С. 896] [16, c. 896].

Об относящемся к этой проблеме замечании российского философа Д. Дубровского, специалиста по проблемам сознания и искусственного интеллекта, мы уже упоминали выше, см. статью «Человек продолжает действовать как животное» http://www.vz.ru/opinions/2012/8/16/593773.html] или [http://2045.ru/articles/30376.html.

Ситуация становится более понятной, если принять во внимание ещё и такое мнение специалистов: «А если разобраться... очень неплохо, если мы сможем благополучно пройти по жизни, “не приходя в сознание”» [Смолянский И. Фрейд // Психология для всех, № 11, 2004] [17].

Говоря о том, что современный обыкновенный человек не знает своей истинной природы, мы имеем в виду, что существует огромная разница между той информацией, что накоплена о человеке наукой, литературой, искусством и другими сферами человекознания и тем, что имеет обыкновенный человек в распоряжении своего обыденного (бытового) сознания, памяти, мышления. Ситуация сегодня такова, что общество в целом уже владеет знаниями, достаточными для существенного усовершенствования человека, а каждый отдельный человек – нет. И это – естественная, вполне нормальная ситуация. Сознание современного человеческого Общества как нового рождающегося Организма Живой Природы много ёмче индивидуального сознания отдельного человека. Основные знания о человеке сейчас рассредоточены на тысячах отдельных носителях информации – своеобразных ячейках памяти распределенного Мозга Человечества, а должны бы быть в голове каждого человека, присутствовать на уровне его обыденного сознания. Дело за передачей знаний с уровня Сознания общества на уровень сознания индивидуального. Дело за системой образования, которая должна своевременно обновлять своё содержание с тем, чтобы помогать каждому молодому человеку овладевать необходимыми ему знаниями.

Одним из основных показателей уровня развития самосознания человека является знание им ответа на вопрос: что определяет (детерминирует) его поведение в большей мере – понятийный разум и осознанная воля или рефлексы, инстинкты и прочее бессознательное? И какое отношение ко всем этим факторам поведения имеют эмоции? Вопросы эти продолжают быть дискуссионными в научном мире. И даже ученые-психологи с известными во всем мире именами имеют тут противоположные позиции. Одни считают, что знания детерминируют поведение человека, другие на первое место выносят потребности инстинктивные. Но знания без соответствующей силы воли внутри самосознания человека вряд ли могут определять его поведение. А что касается потребностей, то их конфигурация у всех людей разная, как хорошо показал своей “пирамидой” А.Маслоу, психолог. Их различие у разных людей – не только в отличающихся уровнях удовлетворения потребностей, но и в степени присутствия рефлексивного, инстинктивного, подсознательного и осознанного в механизмах мотивации их деятельности.

В чем причины отсутствия у человека глубоких знаний о самом себе? О биологических ограничениях возможностей человека мы уже упоминали. Но дело ещё и в том, что незнание и био-ограничения маскируются и компенсируются инстинктами человека, скрывающими его внутренний мир от него самого, мол, незачем тратить усилия на это “самокопание” в себе, знать внешний мир для адаптации гораздо важнее.

То, что человек не замечает определяющей роли инстинктов и прочего бессознательного в своём поведении, эволюционная психология объясняет просто: инстинкты выполняют свои функции безупречно, не нуждаясь в осознании, «они, обрабатывая информацию и структурируя наше сознание, работают настолько качественно, что трудно почувствовать их действие или вообще поверить в их существование» [Палмер Дж. Эволюционная психология. Секреты поведения Homo sapiens / Джек Палмер, Линда Палмер. – СПб.: Прайм ЕВРОЗНАК, 2007. – 384 с. – C. 26] [18, c. 26]. В свою очередь, системоаналитика объясняет слабость познания человеком самого себя, ссылаясь на теоремы австрийского математика Курта Гёделя о неполноте формальной арифметики (1931), из которых следует, что никакая разумная система не способна сама себя оценить без опоры на критерии внешней системы. Поэтому остается открытым для более глубокого исследования актуальный вопрос о соотношении неосознаваемых рефлексов, инстинктов, бессознательного и управляемой сознанием волевой регуляции у конкретных людей и сообществ. На наш взгляд, плодотворными могли бы оказаться исследования корреляции этих соотношений с распределением Гомо сапиенсов в слоистой пирамиде потребностей и мотиваций А.Маслоу. Нет сомнений, что в результате таких исследований можно было бы лучше прояснить вопрос о менталитетах, о “качестве” отдельных человеческих сообществ и их элит, лучше понять, на чём зиждется стабильность авторитарных и тоталитарных режимов власти, и лучше представлять их будущее, в частности будущее Ближнего Востока и его влияние на будущее Европы.

Таким образом, понятно, почему человек обыкновенный до сих пор мысленно не углублялся в своё собственное естество, не совершенствовал свое самосознание. В этом не было потребности – на первом месте перед ним, существом с ограниченными возможностями, стояли задачи адаптации к внешнему миру, сложному миру окружающей его действительности.

Но зачем человеку именно сейчас надо срочно повышать уровень своей рефлексивной способности? Разве не лучше было бы «благополучно пройти по жизни, “не приходя в сознание”»? [Смолянский И. Фрейд // Психология для всех, № 11, 2004] [17]. Так, наверное в прошлом, когда человек должен был подчиняться извне установленному и неизменному в течение его жизни порядку, было вполне допустимым для него, и может быть желательным для всех, приходить в течение жизни в осознание себя лишь иногда и частично. Однако, сможет ли так жить человек постиндустриального общества? Нет, не сможет. Отныне он должен быть готовым жить в быстро изменяющемся мире. Сложности адаптации теперь неизмеримо возросли. Именно поэтому ему необходимо взойти на новый уровень рефлексии и саморефлексии – прежде всего, для самоактуализации личности в понимании А.Маслоу и участия в конкурентоспособных Y-моделях организации кооперативной деятельности. А также, чтобы быть действительно свободным, независимым, автономным, обезопасить себя от манипуляций над своим бессознательным и своим сознанием со стороны иных активных Гомо сапиенсов, эгоистов и “бандитов”, более энергичных инстинктивных и более целеустремленных.

Итак, человеку в XXI веке необходимо взойти на новый уровень саморефлексии себя самого. Но сможет ли каждый человек знать о сущности себе подобных всё важное для него, абсолютно всё, что уже известно наукам сферы человекознания? К сожалению, нет, не сможет, даже, если у него возникает в этом потребность и сильное желание, если даже его мотивация подкреплена соответствующей силой воли. И этот не простой вопрос требует обязательного ответа и учёта в поисках путей и способов дальнейшего совершенствования человека.

Мы понимаем в чем состоит различие между эволюциями социальной и биологической. Мы знаем, темпы социальной эволюции значительно превышают темпы биологической эволюции. И знаем, что биологическая эволюция человека практически завершена. Мозг, наверное, единственный орган биологического тела человека, который всё ещё заметно развивается, совершенствуя чисто человеческие социокультурные механизмы наследственности опыта человечества. И думая об этом, мы вынуждены вновь и вновь обращать внимание на биологические ограничения возможностей человека.

И как быть? С удовлетворением ещё раз отмечаем, Живая Природа предоставила человеку как существу социальному уникальную возможность обойти биологические ограничения его деятельности в усложняющемся мире. Человек как член сообщества людей, как биологическое существо с ограниченными возможностями адаптации к внешнему миру имеет свою узкую специализацию в одних направлениях практической деятельности и вынужден доверять своим соплеменникам во всех иных областях человеческой деятельности. Вместе с тем, именно то, что человек вынужден слепо доверять другим соплеменникам, принимать всяческую информацию и выводы “с других рук”, и делает его уязвимым к манипуляциям его сознания, к манипуляциям извне. Человек с высоким уровнем самосознания должен понимать такие истины о себе.

Единственным способом повышения эффективности общественного разделения труда для обхода биологических ограничений человека является дальнейшее совершенствование устройства общества. На рубеже тысячелетий – это переход от традиционных сообществ, основанных на соперничестве и взаимной вражде, к гражданскому обществу, основанному на диалоге и поиске взаимоприемлемых консенсусных решений. В этом и состоит наш второй из двух основных ответов на вызовы социальной эволюции на рубеже эпох.

Переход от традиционных сообществ людей к гражданскому обществу нам представляется именно тем эпохальным событием в процессе социальной эволюции, которое многие ученые, предугадывая, но ещё не называя точно, сравнивают с минувшей неолитической революцией в истории человечества. Гражданское общество впервые (!) в истории человечества исключает из коллективной жизнедеятельности взаимную вражду, основывается на диалоге и поиске взаимоприемлемых решений.

Необходимо всем четко уяснить характерные отличия гражданского общества, отличающие его от всех минувших традиционных общественных систем. Отказ от вражды в пользу диалога требует обуздания инстинкта внутривидовой агрессии в человеке при помощи развитой сознательной воли. Поиски взаимоприемлемых оптимальных решений должны основываться на способности человека решать системные задачи многокритериального выбора. И то, и другое не наследуется при рождении, а приобретается в онтогенезе при соответствующих целенаправленных усилиях. На пути к гражданскому обществу многое придется пересмотреть в организации общественной жизни, в том числе, возможно, исключить из репертуара кино- и телефильмов всяческое насилие и, возможно даже, отказаться от культивирования таких видов спорта как бои без правил и им подобных. Предстоит, требующий определенного времени, переход от нынешнего человека, существа преимущественно инстинктивного, руководимого рефлексами и прочим бессознательным, к человеку с развитым самосознанием, сильной сознательной волей и логико-системным мышлением.

Построение гражданского общества – таким есть наше видение второго ответа человека разумного на вызовы социальной эволюции, на ожидаемую к 2045 году Сингулярность. Переход к гражданскому обществу совпадает во времени с переходом на лестнице биосоциальной эволюции от человека инстинктивного эмоционального (Homo emotion) к человеку разумному (Homo sapiens). Это произойдет гораздо позже, чем считал К. Линней (1707-1778), введя в обращение в 1735 году не совсем адекватный термин Homo sapiens, но гораздо раньше, на тысячу лет раньше, чем предполагает О.А. Базалук в своей книге «Разумное вещество» [Базалук О.А. Стадия человека разумного / Разумное вещество. – К.: “Наукова думка”, 2000. – 368 с.] [19].

Гражданское общество – это общество диалога, взаимного доверия и равных возможностей для всех. Конкретизировать эти принципы нашим местным политикам ещё предстоит. Видим, власть этим не желает заниматься. Вместе с тем, в обществе сегодня уже слышны предложения об установлении равновесия веток власти и о социальных лифтах. К сожалению, на уровень обыденного сознания обыкновенного человека, делегирующего власть народа депутатам, эти новации развивающегося общества ещё не доходят.

 

 

 Глава 12. Явления Сингулярности – какими они могут быть вблизи 2045 года или есть уже сегодня (разведка на отдельных направлениях)?

 

Сингулярность в социальной эволюции неизбежна, в этом нет сомнения, ведь кроме кривой Снукса-Панова, описывающей ход эволюции, раньше, до сегодняшнего дня, мы знаем также и об инерционности процессов во Вселенной. Если процесс уже идет, то его ничем нельзя остановить мгновенно. Воспринимая серьёзно и другие высказывания специалистов в области макроэволюции, вот такое, например: «не исключено, что Мир-Система “точку сингулярности” уже прошла, приобретя за последние десятилетия в некоторых отношениях принципиально иные, чем ранее свойства» [Гринин Л.Е., Марков А.В., Коротаев А.В. Макроэволюция в живой природе и обществе / Отв. Ред. Н.Н. Крадин. Изд. 2-е. – М.: Книжный дом “ЛИБРОКОМ”, 2009. – 248 с. – С. 88] [1, c. 88], стоит оглядеться вокруг себя, внимательно вглядеться в новые явления нашей общественной жизни и ответить на вопрос, сопровождаются ли процессы ускорения социальной эволюции соответствующим ускорением совершенствования каждого человека, соответствующим переходом на новый уровень развития сознания масс.

Исследование темы вызовов социальной эволюции и ответов на них мы начали с упоминания книги американского футуролога Элвина Тоффлера «Шок будущего» (1970), в которой автор предупреждает о новых сложных социальных и глобальных проблемах, с которыми человечество всё больше сталкивается при переходе от индустриальной цивилизации к информационно-технологической, постиндустриальной. И что нового видим мы сейчас, в начале второго десятилетия ХХІ века?

В общем, определенные изменения в восприятии обыкновенным человеком внешнего мира уже налицо. Но существенны ли они, эти изменения? Улучшают ли они адаптацию человека к усложняющейся жизни? Трудно сказать. Скорее всего – нет. Ведь, выражаясь языком синергетики, мы сегодня на постсоветском пространстве находимся в состоянии хаоса: произошло раскрепощение животных инстинктов человека, созданы условия лучшие для людей предприимчивых, эгоистичных, безнравственных, а уравновешивающие социокультурные противовесы всё ещё не созданы.

О будущем человек обыкновенный, он же и массовый избиратель в процедурах демократии, не думает пока. Возьмём хотя бы такой пример. В канун выборов в Верховный Совет Украины кандидаты в депутаты и журналисты, обостряя политическую обстановку (сентябрь-октябрь 2012 года), сообщают печальную статистику: “100 граждан Украины владеют 90% национального богатства государства, 54 млрд долларов… Не стыдно ли нам всем? Это не с нашего ли молчаливого согласия так все сделано?” [http://www.pravda.com.ua/news /2012/09/21/6973244/].

И в самом-то деле. Миллионы наших дедов и отцов жизни свои отдали в XX веке за идеалы социальные, за равенство возможностей и справедливость. А их правнуки сдали-продали их завоевания без боя, просто так, как быдло с примитивными инстинктивными программами поведения. И, как оказывается, объявленная демократия тут только усугубила процесс, ведь мышления комплексного, системного у избирателя ещё нет, возрастающие потоки информации его сознание лишь манкуртизируют, создавая в его мозгах соответствующий виртуальный (вымышленный) внутренний мир свободы, свободы без обязательств. У человека современного обыкновенного нет не только комплексного, системного мышления, но нет и никакого желания заглядывать в будущее дальше нескольких лет.

Понятно, почему у человека обыкновенного в будущее заглядывать нет потребности и нет желания, сформированных на уровне инстинктивных генетических программ. Ведь к оседлому способу жизни и к земледелию, когда зерно сеять и капусту сажать надо на несколько месяцев раньше получения результата, человек начал привыкать всего лишь последние 10 тыс. лет. Славяне, наши предки, вышли из лесу позже многих других народов. Откуда взяться тут унаследованной от предков, инстинктивно запрограммированной заботе о будущем?

В то же время, говоря об изменениях в восприятии обыкновенным человеком внешнего мира на изломе эпох, в условиях возрастающих потоков информации, падающих на его мозг, следует отметить как новое явление снижение доверия, веры всевозможным авторитетам. Из “штанишек” религиозной веры человек уже вырос. И что осталось? Безверие при недостатке знаний и системного мышления осталось. И инстинкты прежние остались, включая внутривидовую агрессию. Что дальше?

Исследуя вопрос о проявлениях предстоящей сингулярности в ускоряющемся процессе социальной эволюции, мы останавливаем наше внимание на концепциях «симулякра» и «гиперреальности», введенных в употребление французским культурологом Жаном Бодрияром публикацией книг «Символический обмен и смерть» (1976), «Симулякры и симуляция» (1981). Симулякр (лат. simulacrum – подобие, копия) – ключевое понятие постмодернистской философии, которое обозначает изображение, псевдокопию того, что в действительности не существует.

Согласно Бодрияру, совремённая цивилизация приобретает свойства симулякра, её ценности и приобретения всё больше подменяются пустыми знаками, которые не содержат реального содержания. Леонид Кононович, переводчик книги с французского языка на украинский (2004), в своём предисловии [Бодріяр Жан. Символічний обмін і смерть . Переклад з французької Леоніда Кононовича – Львів: Кальварія, 2004. – 376 с. – С. 8] [20, c. 2] отмечает: «…с точки зрения бодрияровской теории совремённая Украина является огромным средоточием тенденций, которые мёртвым грузом зависли над целым обществом, создав цепь пустых, безреферентных знаков. Симулякры присутствуют везде, они заполняют все сферы общественной жизни. Симуляция национального возрождения. Симуляция демократии. Симуляция прав человека. Симуляция экономического роста и улучшения благосостояния граждан. Симуляция пенсионного обеспечения. Симуляция… Симуляция… Симуляция… Симуляция политической борьбы, когда имитируется структурирование на левых и правых, а на самом деле государством управляет…».

И мы вправе здесь, в рамках поднятой темы поставить актуальные вопросы: “А нужны ли человеку и всему человечеству в III-ем тысячелетии эти симулякры? Чем объяснить их появление и можно ли их избежать? Почему науки человекознания ничего не предлагают системе образования для нейтрализации симулякров?”.

Сегодня термин «симулякр» становится настолько привычным, что без его использования уже не может обойтись ни один аналитик, эксперт, социолог, журналист, публицист, который намеревается объяснять читателям (слушателям, зрителям), что же происходит на самом деле в общественной жизни. Вот некоторые из свидетельств этого:

  1. Юлия Латынина. Симулякры. 05.03.2009,

[ http://www.ej.ru/?a=note&id=8861/ ].

  1. Александр Гольц. Итоги недели. Халтурные симулякры. 23.10.2009,

[ http://www.ej.ru/?a=note&id=9558/ ].

  1. Валерій Семиволос. Cимулякрові розводки лохоторату. 26.05.2010,

[www.pravda.com.ua/columns/2010/05/26/5075570/].

  1. Вікторія Сюмар. Країна-симулякр. 12.04.2011,

www.pravda.com.ua/articles/2011/04/12/6097006/].

  1. Григорий Явлинский. Ложь и легитимность. 06.04.2011,

[ http://www.svobodanews.ru/content/article/3547924.html/ ].

  1. Игорь Клямкин. Куда ведёт кризиc культуры? 06.04.2011,

[http://www.liberal.ru/articles/5188/].

  1. Алексей Кузнецов. Время симулякров. 01.06.2011.

[http://www.ehorussia.ru/new/node/3195/].

  1. Надия Степула. Политические симулякры. 01.07.2011,

[http://otherside.com.ua/news/print.php?id=96858&lang=1].

  1. Зореслав Самчук. Інсценована державність, 26.08.2011,

[www.pravda.com.ua/columns/2011/08/26/6519518/],

  1. Михаил Берг. Милитаризация России. 08.09.2011,

[ http://www.ej.ru/?a=note&id=11311/ ].

  1. Алексей Макаркин. Симулякры. 23.09.2011,

[ http://www.ej.ru/?a=note&id=11311/ ].

  1. Игорь Клямкин. Ловушка системного “реализма”. 27.10.2011,

[http://www.liberal.ru/articles/5440/].

  1. Андрей Пионтковский (ведущий научный сотрудник Института

системного анализа РАН). 05.12.2011, [http://www.liberal.ru/articles/5518/].

  1. Андрей Пелипенко. Многоточие невозврата (аналитические записки).

30.12.2011, [http://www.liberal.ru/articles/5518/].

 

 

И что же конкретного пишут авторы указанных статей-размышлений о современной жизни, что имеют в виду, используя слова «симулякры» и «имитация»? Г.Явлинский, известный либеральный политик России, готовясь к выборам в Государственную Думу в 2011 году, в своей программной статье употребляет как ключевые слова-синонимы “ложь”, “имитация” и “симулякр” в таком контексте: «…Главной политической проблемой нашей страны является не уровень и качество демократии или защиты свободы и прав граждан, как это принято считать, а неограниченная и тотальная ложь в качестве основы государства и государственной политики. …вместо государства мы имеем сегодня обертку системы, способную только имитировать государственную деятельность. …В жизни общества отсутствует подлинность, она заменена бесконечными “симулякрами”. …подлинными, реальными являются только воровство и пропасть между гламурной денежно-властной номенклатурой и бесправными обычными людьми. …Торжество симулякров делает вопрос о будущем страны предельно обоснованным» [http://www.svobodanews.ru/content /article/3547924.html/].

«Ни дня без вранья. Ежемесячное обозрение. Август 2011-го» - так озаглавливает своё обозрение, в котором ключевым является слово “вранье” журналист Максим Артемьев [http://www.liberal.ru/articles/5357/].

Михаил Берг в “Ежедневном журнале” цитирует Игоря Клямкина: «Мы никак не можем понять, чем Россия отличается от Европы. И почему? …почему у них (в том числе у наших бывших товарищей по социалистическому несчастью) получилось войти в Европу, а у нас нет? Почему у них парламенты, партии, законы, суды, а у нас всё как бы – как бы законы, как бы суды, партии и парламенты, одна фикция. И всё у нас как бы, вроде, почти…» [http://www.ej.ru/?a=note&id=11311/]. Здесь ключевыми являются слова: как бы, вроде, почти.

В интервью «Ловушка системного “реализма”» Игорь Клямкин, доктор философских наук, сам отвечая на вопросы об особенностях нынешней исполнительной власти в России, говорит: «Распустив в 1993 году съезд Советов, в Конституции РФ написали, что “президент определяет основные направления внешней и внутренней политики…”. Вот с этой закреплённой Конституцией президентской монополией, своего рода выборным самодержавинм, мы до сих пор и живём. …Традиционной российской монополии придали новую форму тотальной имитации. Всё имитируется: законность, независимость судебной системы, свобода СМИ, демократия – всё вроде бы есть, но ничего нет…» [http://www.liberal.ru/articles/5440/].

Оппонируя 05.12.2011 на Круглом столе «Возможен ли выход из исторической колеи?» Фонда «Либеральная миссия» Николаю Розову, профессору Новосибирского университета, автору книги «Колея и перевал», Андрей Пионтковский (ведущий научный сотрудник Института системного анализа РАН) употребляет термин симулякр в таком контексте:

«…Что является обычно предвестником нового реформаторского цикла? То, что я назвал в одной из статей «тошнотой элит»… Мне кажется, что наши власти своим существованием оскорбляют нас больше, чем в 1985 году. Публично изнасилованный 24 сентября 2011 года Медведев – зрелище более отвратительное, чем Черненко без штанов, голосующий на выборах за день до смерти. Я уже несколько лет не устаю ссылаться на замечательное исследование Михаила Николаевича Афанасьева о настроениях наших элит… Так вот, эту тошноту элит Михаил Николаевич зафиксировал в начале 2008 года. Еще до начала кризиса, до нано-акме путинизма, этого симулякра (жирным выделено нами. А.П.) большого идеологического стиля. Вершиной его была победа над Грузией и соответствующий взрыв шовинизма по этому поводу…» [http://www.liberal.ru/articles/5518/].

Андрей Пелипенко, доктор философских наук, культуролог, в своих аналитических записках “Многоточие невозврата” употребляет слово симулякр в следующем контексте «Позиция власти – это позиция оккупанта, диктующего подвластному населению свою деспотическую волю. Единственно приемлемая форма общения с подвластным – монолог. …Утрата чувства меры и остатков адекватности придаёт властному дискурсу гротескные черты. Власть по привычке полагает, что её слова воспринимаются как величественные и таинственные коаны, возвышающиеся над презренной и пошлой прозой обыденного здравого смысла, но на самом деле подвластные видят в них то, что они есть на самом деле – пустые и бездарные симулякры (жирным выделено нами. А.П.)» [http://www.liberal.ru/articles/5565/].

Всё имитируется: законность, независимость судебной системы, свобода СМИ, демократия – всё вроде бы есть, но ничего нет…” – не в этом ли суть текущего момента на постсоветских пространствах? Думается, именно в этом. Ключевое слово – имитация. К этому надобно ещё добавить и огромную разницу в осознании общественной реальности тем слоем населения, что расположен на вершине пирамиды потребностей и мотиваций А. Маслоу, психолога, и теми слоями, что удовлетворяют пока ещё лишь низшие инстинктивные потребности.

Чем объяснить и как понимать возрастающее обилие лжи и симулякров в общественной жизни начавшейся постиндустриальной эпохи, эпохи которую всё чаще сегодня называют информационно-технологической? Что ждёт человека дальше? Какая судьба уготована ему природой?

О биологических ограничениях природы человека мы уже начали подробно говорить. И часть ответа нам представляется такой. Человек и общество – это разные организмы Живой Природы на её эволюционной лестнице, человек по отношению к обществу является его биосоциальной клеткой. Следует иметь в виду, что биологические возможности человека ограничены, один человек не может воспринимать и “переваривать”, самостоятельно глубоко анализировать и заново синтезировать по-новому, всю информацию, которой владеет общество. Да это ему и не надо. Ведь природа нашла чудесную возможность обойти эти био-ограничения, придумав и внедрив общественное разделение труда и кооперацию и предполагая обязательным доверие между людьми. И сегодня, как пример этого “эксперимента-новации” нашей матушки-Природы, начавшегося в эпоху эллинизма 2300 лет тому назад, мы с большим удивлением обнаруживаем и наблюдаем огромную и всё возрастающую разницу в восприятии и понимании феноменов общественной жизни отдельными журналистами, социологами, философами, экспертами, с одной стороны, и массовым обыденным сознанием демократического электората, с другой. Хорошо ли это? В основном да, ведь общественное разделение труда позволяет компенсировать биологические ограничения возможностей человека. Однако, предполагается наличие доверия между людьми, которого, к сожалению, ещё нет в достаточной мере.

Симулякры и ложь являются, таким образом, следствиями биологических ограничений общественно организованного социального человека. Вместе с тем, человек всё ещё остаётся существом преимущественно инстинктивным, эгоистическим. И часто, очень часто, одни представители человеческого рода используют ложь и симулякры в своих корыстных целях, чтобы “поиметь” других представителей человеческого рода, используя простой обман ближних и более изощрённый обман, называемый манипуляциями сознанием. Ложь и обман – это не позднее изобретение самого человека. Эксперименты с шимпанзе показывают, что найдя подброшенный ей банан, она прячет его от сородичей, т.е. обманывает их. Срабатывают инстинкты, автоматические генетические программы поведения. О них нельзя говорить, хороши они или плохи. Сегодня плохо то, что в недоразвитых и развивающихся странах в эпоху информационную почему-то обмана и лжи становится всё больше и больше, значительно больше, чем в странах развитых. Они становятся привычной нормой поведения. В школах Украины, например, родители требуют от учителей хорошо относиться к их детям и ставить им отличные оценки по физике и химии, хотя их дети осознанно не желают учить эти дисциплины, они сориентированы на ныне модные маркетинг и юриспруденцию. Родители мотивируют свои аморальные и незаконные требования желанием иметь хороший “средний” балл выпускного аттестата, дающий их детям больший шанс выживания. Срабатывает всё тот же животный инстинкт, генетическая программа автоматического поведения. Но мы же ведь не шимпанзе! Однако… вопрос возникает, как далеко ушли мы от обезьян, наших предков.

Надо заметить, что симулякры и ложь являются не единственными следствиями биологических ограничений человека. В ряду таких следствий видное место также занимает такое упрощение общечеловеческой культуры, её имитация, как поп-культура, в частности, попса на эстраде, “мыльные” сериалы на телевидении, блокбастеры в кинотеатрах и бестселлеры в книжных магазинах. Наблюдаемая ныне эстрадная попса неотъемлема от эмоционального выражения фрейдовских инстинктов, её доля в телеэфирном времени соответствует природе человека, но осознания этого ещё нет.

Как быть и что делать человеку в новых условиях начавшейся постиндустриальной информационно-технологической эпохи? Слепо доверять во всём другим участникам общественного разделения труда человек уже (и ещё) не может, поскольку имеет отрицательный опыт, общество ещё не есть совершенным, в нем ещё повсюду распространена взаимная вражда. Ответы очевидны, основных их два. И мы вновь повторяем: с одной стороны…, с другой стороны…

С одной стороны, человек должен совершенствовать своё индивидуальное сознание как высшую форму отражения живым организмом окружающей действительности, совершенствовать комплексное, системное мышление, чтобы хорошо ориентироваться в этом мире. С другой стороны, надо переходить на новую ступень общественного развития, переходить от традиционных обществ классовой борьбы и взаимной вражды к новому гражданскому обществу, где отношения между людьми носят характер диалога и поиска взаимоприемлемых консенсусных решений. (Проблемы построения гражданского общества мы здесь пока детально не обсуждаем).

И вновь далее возникает вопрос “Как человеку совершенствовать своё сознание?”, актуальный и непростой вопрос. Об актуальности совершенствования сознания говорит всё возрастающее количество спроса и предложений различных медитаций и ясновидения на основе древних и не очень “тайных” оккультных знаний. Об актуальности косвенно говорит и неумение пользоваться на постсоветских пространствах плодами демократии.

Человек, если он этого желает, может совершенствовать своё индивидуальное сознание, овладевая процедурами формальной логики, понятийным системным мышлением, формальными процедурами выявления связей и отношений между различными объектами, выбора оптимальных решений и другими научными методами познания. Само собой разумеется, что надо соблюдать и нормы здорового способа жизни. Каждый может выбирать себе место в общественном разделении труда и то, как ему готовиться к жизни в сообществе людей, пользуясь теми или иными критериями выбора. Эти рекомендации способов совершенствования очевидны, они лежат на поверхности рассматриваемой проблемы.

Однако, человек, являясь частицей-элементом сообщества людей, не способен формировать все значимые для него критерии выбора самостоятельно. (Эта неспособность, как мы знаем, вытекает из теоремы (1931) австрийского математика Курта Гёделя). Иными словами, надо учитывать внешнюю “атмосферу” индивидуального сознания - менталитет сообщества, нормы и ценности общества. Говоря о необходимости совершенствования носителей сознания, мы обязаны исходить из потребностей как отдельного человека, так и сообщества людей и Общества в целом. И тут мы подошли к ещё одному важному вопросу, об отличиях вызовов социальной эволюции и ответов на них касательно не только отдельного человека, но и сообщества людей (народа, нации, страны) и целостного Общества людей Земли – нового Организма Живой Природы. Отличия, безусловно, есть. Поняв эти отличия, мы можем более точно ответить на вопрос о возможном конце света как явлении Сингулярности в процессе социальной эволюции.

В качестве объекта исследования можно рассмотреть менталитет населения конкретного региона или народа страны при прогнозировании его будущего. В этом отношении представляет интерес статья известного российского экономиста Евгения Ясина «Сценарии для России на долгосрочную перспективу» [http://www.liberal.ru/anons/5339/]. Возможных сценариев развития страны, как выясняется, может быть несколько. И эта неопределённость вполне соответствует постмодерной картине мира и современным синергетическим представлениям о возможности различных путей дальнейшего развития сложных открытых систем. При определении одного и того же желаемого конечного результата – достижения Россией в 2050 году 50% уровня развития США (50% технологической границы производительности труда) автор рассматривает исходные предпосылки реализации того или иного сценария и возможное развитие процесса модернизации российского сообщества в ближайшие годы. И каковы же выводы исследования?

Оказывается, считает исследователь, успех модернизации России определяется менталитетом населения страны, отношениями в системе “человек-государство-общество”, которые могут существовать в двух формах: «либо государство на службе общества, когда политико-экономические институты настроены на работу государства в пользу граждан, вызывая доверие и содействие ему; либо общество на службе государства, выполняя функции “тяглового сословия”, поставляющего ресурсы ему и “служивому сословию”, с понятным взаимным недоверием». Вопрос сегодня главный в том, как осуществить переход от второй модели к первой, каким должно быть соотношение технологической и институциональной модернизаций.

Понятно, что осуществлять технологическую модернизацию, откладывая необходимые институциональные изменения, невозможно. Казалось, и что тут сложного для понимания, ведь не надо ничего выдумывать, бери, заимствуй, апробируй уже опробованное в развитых странах и внедряй, осваивай. Однако, как выясняется, институциональные изменения должны быть воспринимаемы, осознаваемы и принимаемы сознанием хотя бы критической массы сообщества и его элиты. И в этом как раз и состоит главная проблема - проблема недоразвитости сознания сообщества и сознаний индивидуальных, проблема слабости или отсутствия прогрессивных элит.

Каково же сознание населения (электората) в стране, жаждущей модернизации?

Разумеется, измерять сознание – задача сложная. Определённое представление о сознании (менталитете) сообщества дают исследования понятийного языка как строительного материала картины мира познающего человека, позволяющей ему преобразовывать среду обитания и адаптироваться к ней. Этим занимается психосемантика (раздел психологии). В психосемантике картина мира трактуется не как зеркальное отражение действительности, а как одна из возможных, опосредствованных наличным тезаурусом знаний и контекстами его смыслов, многомерных моделей мира, которые создает для себя отдельный индивидуум или коллективный субъект.

Психосемантика стоит на позиции множественности возможных субъективных картин (моделей) мира и, как следствие, на идее множественности путей развития отдельного индивида, сообщества, страны и всего человечества. Понятие «картина мира» близко к понятиям «менталитет сообщества», если принять во внимание, что они вбирают в себя и сознаваемые, и неосознаваемые пласты познания. Картины мира отдельных субъектов отличаются не только разноуровневостью, широтой, глубиной, плотностью многомерного пространства их построения и различной степенью осознанности её составляющих, но и разной степенью их адекватности бытию. Элементами картины мира могут быть знаки, символы, слова, понятия (категории), афоризмы, метафоры, поговорки и, вообще, тексты, которыми часто пользуется, употребляя их, или создает заново субъект (носитель) сознания. Они могут быть элементами целостного системного пространства. Но как их выбирать и классифицировать. Это остается одной из центральных и наиболее сложных проблем реконструкции личности человека. Сегодня одним из наиболее цитируемым является разработанный Дж. Келли репертуарный тест личностных конструктов (РТЛК). Конструкты дихотомичны и биполярны, как и шестнадцать личностных факторов Р.Кеттела, что отражает двойственную природу человека – “добрый - злой”, “активный - пассивный”, “любящий - ненавидящий” и т.д.. Предполагается желательным, чтобы, в отличие от концептов, первичные конструкты в процессе аналитических оценок конструировались самим испытуемым. Он должен фиксировать свои оценочные суждения о себе или об окружении где-то на шкале между крайностями. Предполагается, что это позволяет сохранить субъективную “окраску” психосемантических пространств.

Практическим выходом (продуктом) психосемантики является построение субъективных семантических пространств отдельного человека или группы (сообщества). Анализ периодики и книг, которые читает человек, репертуар телевидения, которое он смотрит, отношение к поп-культуре, его оценочные суждения по тем или иным явлениям и процессам общественной жизни – всё это и многое другое может составлять массивы информации семантических пространств – определённых частей картины мира в сознании человека. Для их реконструкции и моделирования исследователь применяет кластерный, функциональный, факторный и другие статистические анализы. Первый структурирует массивы данных, второй – определяет связи между элементами структуры. Число независимых или слабокоррелирующих между собой факторов (независимых базисных понятий-категорий) можно считать размерностью семантического пространства и интерпретировать его как когнитивную сложность индивидуального или группового сознания. А вклад фактора в общую дисперсию можно считать мощностью выделяемого фактора. Применяя математические методы исследования функций многих переменных, можно определить и динамику семантического пространства.

***

В качестве примера первых исследований сознания российского общества можно рассмотреть «Психосемантическое исследование политического менталитета (Россия: 1991-1993)», выполненное сотрудниками лаборатории психологии общения и психосемантики факультета психологии МГУ им. М.В.Ломоносова Виктором Петренко и Ольгой Митиной. По результатам опроса 1059 человек – членов 67 политических объединений выделялись базисные факторы семантического пространства сходства и различия партий как объединения наиболее политически активных людей. Получены два “среза” общественного сознания (в 1991 и 1993 годах), конструкты которых выражают в концентрированном виде политические партии.

В общественном сознании россиян за два года отмечен переход от оппозиции демократические свободы – тоталитаризм (1991) к оппозиции либерализм – национализм (1993) и от противопоставления политической и экономической децентрации к противопоставлению рыночной экономики плановой экономике. Отмечено, что место ведущей идеологии общества начинает занимать религия. Опрошенные озабочены также таким фактором, как поддержка - оппозиция курса президента и правительства (фактор 4), что свидетельствует о выделении проблемы власти в отдельную базисную категорию политического сознания. Увеличение за два года в 2,5 раза значимости (его вклада в общую дисперсию) пятого фактора-конструкта акцент на общественное самоуправление – акцент на сильную государственную власть указывало в то время на тенденцию смещения власти от центра к регионам. А увеличение во столько же раз значимости пятого конструкта приоритет экономическому развитию – приоритет экологической безопасности подтверждало возрастание роли экологической проблемы в общественном сознании. Аналитики увидели также тенденцию падения политической напряжённости и сделали прогноз, что Россию ожидает политическая стабильность [В.Петренко, О.Митина. Психосемантическое исследование политического менталитета (Россия: 1991-1993). http://ecsocman.edu.ru/data/417/176/1217/005Viktor_Petrenko.pdf].

***

Другим примером реконструкции общественного сознания является модель нормативно-ценностных систем россиян в части взаимоотношений личности, общества и государства, представленная в докладе «Особенности нормативно-ценностной системы российского общества» Наталии Тихоновой, заведующей кафедрой социально-экономических исследований Высшей школы экономики, на семинаре «Куда ведёт кризис культуры?», проводимом 6 апреля 2011 года фондом «Либеральная миссия» [http://www.liberal.ru/anons/5188/].

О психосемантике речь в докладе не шла. Однако реконструкция общественного сознания выполнена схожими методами. Обрабатывались результаты опросов общественного мнения по итогам 20 исследований, проводившихся в течение последних 15 лет. Использовались признанные в социологии методики Шварца, Инглхардта, Хофстеда.

Как отметила докладчик, сегодня в России нет четкого доминирования каких-либо взглядов. Скорее, российское общество представляет собой в данном отношении пёструю мозаику. Хорошо это или плохо? Для этакратического государства с характерной для него симбиотической сращённостью власти и собственности - хорошо, ибо позволяет продолжать “разделять и властвовать”. Для мобилизации усилий общества на проведение реформ и модернизации это плохо, ибо “Когда в товарищах согласья нет, На лад их дело не пойдёт, И выйдет из него не дело, только мука”, т.е. будет так, как в той басне о лебеде, раке, щуке и телеге, которая и ныне там.

И что всё это значит для России с учётом мировых процессов глобализации и экономической специализации стран? “А это значит, – сообщает нам аналитик – что отсутствие объективных экономических предпосылок для социокультурной модернизации, которые выглядят сегодня несколько иначе, чем в XVIII-XIX веках, может вызывать в модернизирующихся обществах в ходе экономического роста вместо постепенной смены норм и ценностей традиционного общества нормами и ценностями обществ классического “западного” модерна формирование каких-то иных культурных моделей или же…”. Что “или же”? Сосредоточьте внимание: “…или же состояние длительной социальной аномии”. Термин “аномия” здесь употребляется в смысле дезинтеграции, разрушения единства культуры, распада системы ценностей и норм, гарантирующих общественный порядок, т.е. в смысле деградации. Иными словами, имеется выбор между движением и аномией, деградацией.

Вывод из представленных материалов и выступлений участвующих в дискуссии можно сформулировать кратко таким: будущее страны, успехи модернизации хозяйства и институций страны непосредственно связаны с сознанием (ментальностью) народа; будут изменения в ментальности – будут и успехи в модернизации.

***

Третий пример. 13 сентября 2011 года состоялся круглый стол “Ментальность и модернизация”, организованный Высшей школой экономики и фондом “Либеральная миссия”. Открыл заседание Евгений Ясин. С докладом выступили Игорь Яковенко и Александр Музыкантский. В дискуссии приняли участие Александр Аузан, Александр Архангельский и другие компетентные люди, в числе которых доктора философии, экономики, социологии, журналисты и др. Высокий научный уровень дискуссии и связь её темы с нашей темой о вызовах социальной эволюции и ответах на них заслуживают нашего внимания [http://liberal.ru/articles/5409#video/].

Речь шла о культурных барьерах на пути ускоренного развития общества (модернизации), сосредоточенных в ментальности народа. Под модернизацией понимается вполне сознательное научно обоснованное волевое вмешательство человека в процессы социальной эволюции. Такая модернизация, которую осуществили во второй половине ХХ века пять стран-“азиатских тигров” – Гонконг, Сингапур, Тайвань, Южная Корея, Япония и которую ныне осуществляет Китай, сегодняшней России не под силу. Это утверждение никем из присутствующих не оспаривалось. Возникает вопрос: чем такой неутешительный прогноз можно объяснить? Присутствующие объясняли традиционной ментальностью русского народа.

И что делать, как быть?

Соотношение модернизации с ментальностью имеет драматическую окраску: модернизация изменяет ментальность, ментальность сопротивляется. Драматизм усугубляется скоростью перемен. Хотя ментальность страшно устойчивая вещь, но может переживать кризис, из которого есть два выхода: либо изменение, трансформация, либо исчезновение ментальности вместе с её носителями. И напрашивается вывод: главная составляющая модернизации – в изменении психики человека, в управляемом онтогенезе его сознания.

Как надо работать с ментальными комплексами? Ответ: постигать их природу, постигать то, как усваиваются человеком ценности и приоритеты. Система образования должна изменить акценты в отображении исторических событий, объяснять экономические смыслы и логику событий несколько с иных позиций, чем прежде. С чистого листа создавать новую ментальность не начнем. Как изменять ментальность - это отдельная большая тема. Но уже ясно: человек, который осознал свою ментальность и хочет её изменить, обретает дополнительную степень свободы.

В вопросах и выступлениях участников дискуссии речь шла о различии архаического, авангардного и модернизационного в сознании современников, о вере и неверии в российскую модернизацию и что надлежит делать. Формировать надо в обществе новые ценности. И как показывает опыт стран успешно модернизирующихся, культивировать надо ценность самореализации, прежде всего. Ту самореализацию, как мы понимаем, что на вершине пирамиды А. Маслоу, психолога, сосредоточена. Вместе с тем, вопрос о соотношении индивидуализма и коллективизма остается в сознании участников дискуссии в весьма запутанном состоянии.

Была высказана мысль, что успехи пяти азиатских стран-“тигров” обусловлены тем, что “вестернизация удачно легла на почву конфуцианства”. А что касается истории формирования российского менталитета, то он начал отделяться от военно-демократического менталитета Киевской Руси в сторону менталитета деспотической государственности усилиями Андрея Боголюбского (1111-1174 гг.).

В качестве основных мер влияния на российский менталитет в нужном направлении видится соответствующий “комплекс мер молодёжной политики” (какой – об этом ещё надо думать) и время смены поколений.

В заключительном слове Евгений Ясин ещё раз напомнил присутствующим о том, как возникла тема. Попали в ситуацию реставрации самодержавия и возникли вопросы: почему?, не навсегда ли?, или это переходный процесс? Почему государство так магнетизирует народ? Кто сегодня в большей мере соответствует традиционному менталитету россиян, либералы или Путин? Тема заслуживает дальнейшего обсуждения.

Ни о каких вызовах социальной эволюции и ответах на них речь за этим круглым столом не шла, однако участники дискуссии пришли к выводу, аналогичному нашему: наступило время осознанно вмешиваться в процессы социальной эволюции, такое вмешательство предполагает, прежде всего, совершенствование индивидуального сознания и сознания (менталитета) сообщества людей. Следовательно, ход наших размышлений правильный, мы на верном пути. Бросая взгляд со стороны на этот круглый стол, мы бы предложили для продолжения дискуссии и такие темы: “Стабильность страны или её модернизация (или, или)? Каково место менталитета в ответе на этот вопрос с точки зрения системно-синергетической и что делать?”; “Соотношение рефлексов, инстинктов, прочего бессознательного и рационального осознанного разума в природе совремённого человека – как коррелируют они с потребностями пирамиды А. Маслоу, психолога, и как структурируют современное общество?”. (Более подробно с изложением темы “Об учете менталитета народа при реформировании страны, говящейся к встрече с Сингулярностью в процессе социальной эволюции” можно ознакомиться в ПРИЛОЖЕНИЕ 2).

***

“Менталитеты блокируют модернизацию в одних странах (в России, например) и содействуют ей в других (в Индии и Китае, например)” – таким является один из основных выводов дискуссий, организованных фондом “Либеральная миссия”. Это подтверждает высказанное нами предположение о стихийных процессах специализации человеческих сообществ в будущем глобализованном обществе Земли (кто-то станет Мозгом нового Организма, а кто-то – его Cloaca или другим полезным органом) и о желательности сознательного участия каждого человека в этих процессах.

Итак, какие выводы можно положить в заключение раздела “Явления Сингулярности – какими они могут быть вблизи 2045 года или уже есть (разведка на отдельных направлениях)?”

Учитывая возрастающее количество симулякров, включая расширение суррогатной поп-культуры и лавинообразное расширение ассортимента товаров широкого потребления, включая растущие подделки всевозможных медицинских препаратов (10% подделок - во всем мире, до 50% - в Африке и 30% в Киеве, как сообщают СМИ), можно считать рост их количества-массы-объема одним из главных первых признаков уже начавшейся Сингулярности. Её отличительная черта – взрывоподобный рост виртуальности: «И всё у нас как бы, вроде, почти…» [http://www.ej.ru/?a=note&id=11311/]. Но неизбежно ли расширение этой виртуальности? Как ограничено оно локальными пространствами? Как связана виртуальность с воображением психики человека, с одной стороны, и с биологическими ограничениями организма человека, с другой. До какой величины её проявления можно допускать? Вопрос остается открытым, требующим уточнения.

Если полагать, что человек уже способен влиять на ход своей био-социальной эволюции, то можно ставить вопросы “Какой вариант дальнейшего развития выбирать и как его реализовать?”. С удовлетворением отмечаем, ничего иного, кроме управляемого онтогенеза сознания, участники дискуссий “О трудностях и перспективах модернизации страны в условиях традиционного менталитета”, предложить не смогли. Значит, мы на верном пути в своих поисках ответов на вызовы социальной эволюции.

 

 

Глава 13. А стоит ли бояться приближающейся Сингулярности? И корректен ли вообще такой вопрос?

 

Если человек не будет вмешиваться в процессы социальной эволюции, то что произойдет или чего не будет? И стоит ли бояться приближающейся Сингулярности?

Представим себе, что ускорение эволюции никак не воспринимается большинством людей подобно тому как живые тела не чувствуют равномерного движения. Представим, что размышления отдельных ученых не опускаются на уровень обыденного сознания обыкновенного человека и никакого беспокойства по поводу своего будущего ни у кого не возникает. Но в то же время ускорение и Сингулярность в действительности есть. Что увидит в таком случае Spaceman – наблюдатель-инопланетянин, глядя на землян со стороны?

Наверное, ключевым в ответе на данный вопрос есть положение о том, что ответы на вызовы социальной эволюции можно рассматривать в трёх разных ракурсах – как ответы отдельных людей-индивидов, как ответы отдельных сообществ людей (народностей, наций, государств) и как ответы глобализованного Общества Земли как новой целостности Живой Природы. Если для отдельных людей-индивидов наблюдаемый процесс глобализации, усиление целостности Общества Земли, образование нового организма, стоящего на лестнице эволюции выше человека, есть вызов в известном смысле древнего китайского проклятия “И чтоб вы жили в эпоху перемен!”, то для Общества Земли как целостного Организма ускоренный прогресс есть нормальное развитие.

Мы понимаем, что, приближаясь к моменту Сингулярности, социальная эволюция никаких количественных прыжков в бесконечность или качественных прыжков с нулевыми периодами фазовых переходов нам не готовит. Речь идёт о переходе количества в качество в соответствии с законом диалектики. В момент Сингулярности социальная эволюция проявит себя, как ожидается, более существенными качественными переменами. Какими же будут проявления этих новых качеств?

Считаем, что ожидаемым новым качеством будет образование нового организма живой Природы – “Общество (Цивилизация) людей Земли” (или именовать его “Культура Земли”), организма, который займёт следующую после Homo sapiens высшую ступень на эволюционной лестнице Живой Природы в том месте Вселенной, где мы сейчас находимся. Это событие по своему значению будет равняться образованию многоклеточного организма на Земле после миллиарда лет эволюции одноклеточных.

При этом важно иметь в виду, что свойства сложных систем, образованных из составных элементов, не есть суммой свойств этих элементов. Сложные развивающиеся системы всегда являются носителями новых качеств - эмерджентных, которые никаким математическим функциональным соотношением не могут быть сведены к свойствам их более простых составляющих. Что будет являть собой эмерджентность новых, более сложных систем?

Что будет являть собой эмерджентность новой Цивилизации Земли, предвидеть сложно. Если технологическая сингулярность создаст постчеловека (уже не человека), то может быть в таком случае в наибольшей мере прав А.Назаретян, который сравнивает ожидаемое новое качество вследствие сингулярного фазового перехода с образованием живого вещества из неживого – с явлением действительно “сингулярным”, которое наука до сих пор не может воспроизвести в лабораторных условиях. Мы уверены, однако, что раньше рождения постчеловека Живая Природа родит новый целостный Организм “Общество Земли”.

Что касается эмерджентности самого человека, первичных трудовых коллективов, социальных групп и региональных сообществ людей, то кое-что предвидеть можно. Больше станет рациональной целеустремленности в их деятельности, меньше – инстинктов и хаоса. И всё быстрее ускоряющийся прогресс будет восприниматься как нормальное явление. Ускоряясь и ускоряясь, прогресс приобретет невиданные ранее темпы. “Обогнув колено, кривая Снукса-Панова уже устремилась почти вертикально вверх”, - паникуют некоторые ученые. Но всё относительно. Вид графика зависит от выбора системы координат. Экспоненциальная кривая при выборе логарифмической шкалы координат может быть преобразована в прямую. Всё относительно. Но всё же, к чему конкретному он приведет, этот ускоряющийся прогресс?

Вместе с тем, следует отметить, прогноз об образовании нового живого “многоклеточного” организма, стоящего на эволюционной лестнице выше Homo sapiens, не есть новым, ведь он в той или иной форме уже высказывался неоднократно. «В XXI веке может усугубиться расслоение мира и измениться его иерархия, - писал в своей книге «Стремнины истории. Записки о XX и XXI столетиях» известный польский публицист Ришард Капушинский. – Мечты о равномерном развитии всех, лелеемые в 1950-х и 60-х г.г. не удается реализовать. Мировые ресурсы для этого слишком слабы, а механизмы их распределения и перераспределения слишком несовершенны. Кто выиграет при глобализации? Конечно же, сильные… «the winner takes all» - «победитель получает всё»».

Можно констатировать”, – полагает Юрий Соболев, доктор технических наук, профессор, – “Украина на данном этапе относится к странам, которые в глобальном мире исполняют функцию “рук” и “ног”. У украинского народа не так уж и много времени, чтобы изменить свою роль в этом жестоком мире. Мы должны быстро и кардинально вытравить в себе рабский дух, “совковость” и второсортность, трансформировать экономику, серьёзно реформировать систему образования и сформировать систему эффективных конкурентоспособных национальных ценностей. В противном случае наш удел - раствориться в многочисленных жителях экономической, политической и культурной периферии нашей планеты, чувствующих себя обделёнными и обиженными» [Соболев Ю. Украинский феномен – 2 // Зеркало недели, № 48 (776), 2009, [http://zn.ua/articles/58718] [21].

Таким образом, мысль о том, что одни из совремённых сообществ людей станут мозгом или скелетом или даже душой новорожденного планетарного общественного организма живой Природы, а другие - иными полезными периферийными органами, не есть новой, она не принадлежит автору этой статьи. В приведенных выше высказываниях о будущем человечества говорится как о многослойной иерархической структуре. Какой смысл будет содержать эта многослойность? Если до сих пор многослойность отображала уровни материального благополучия, то в будущем многослойность общества будет отображать, скорее всего, неравномерность уровней интеллектуального развития. И созерцая наше настоящее, мы можем утешать себя пока лишь тем, что границ в понятиях “железных занавесов” ХХ ст. уже не будет в ХХІ ст., и каждый человек будет иметь, по крайней мере, одну из наибольших ценностей цивилизованного человечества - свободу выбора. “Изучайте иностранные языки!” – такой совет молодому поколению обретает качественно новый смысл.

Возвращаясь к положению о том, что ответы на вызовы социальной эволюции можно рассматривать в трёх разных ракурсах – как ответы отдельных людей-индивидов, как ответы отдельных сообществ людей (народностей, наций, государств) и как ответы Общества Земли как глобализованной целостности, можно несколько успокоиться. Встав на позицию отдельного человека, можно считать, что ничего существенного, большого и катастрофического, по сравнению с тем, что вокруг нас уже происходило и происходит не возникнет. Ведь за последние 100 лет человек обыкновенный участвовал в двух мировых войнах, в революциях и коллективизациях, в классовой борьбе и локальных конфликтах. Да и техногенные катастрофы, обусловленные человеческим фактором не были редкостью (гибель “Титаника”, теплохода “Адмирал Нахимов”, авария на АЭС в Чернобыле, аварии на железных и шоссейных дорогах, пожары на заводах, фабриках и тому подобное). Ежегодно в автомобильных происшествиях на дорогах Украины гибнет людей не меньше, чем за все годы авантюры СССР в Афганистане (1979-1989 гг.). Если посмотреть на прошлое глубже 100 лет, то там ещё страшнее было. В XIV веке от чумы за два десятилетия погибло 60 млн человек – огромное количество для средневековья. А в религиозных войнах второй половины XVI ст. - первой половины XVII ст. “за истинную веру” в некоторых странах Европы, участвовавших в них, погибло до 90% мужского населения. Чего бояться от прихода Сингулярности? Будет ли она страшнее атомной войны? Вряд ли. Скорее всего, будет сравнимой с минувшими катастрофами.

И в самом деле, чего бояться человеку современному обыкновенному, преимущественно инстинктивному. Он ведь никогда не боялся того, что может произойти когда-нибудь потом, через несколько и более лет. Он не боится и сегодня, например, вреда курения, опасностей СПИДа и т.п. Ведь инстинкт самосохранения действует лишь “здесь и сейчас”. Да и жизнь каждого человека сравнительно коротка. Придут новые поколения, они ничему удивляться не будут, ведь воспоминаний в их воображении ещё не будет, а жизнь сама по себе удивительна. Жизнь, по-видимому, потому и коротка, чтобы человек не успевал чему-либо сильно, до смерти, удивляться. Может быть, Природа так обеспечивает нужную ему быстроту адаптации. По крайней мере, до сих пор так оно и было.

В общем, бояться человеку приближающейся Сингулярности, наверное, не стоит. И учитывая специфику действия инстинктов “здесь и теперь”, вопрос можно считать некорректным. Однако есть и иной вопрос: а стоит ли к Сингулярности сознательно готовиться или пусть будет то, что будет без вмешательства в её процесс. Учитывая подготовленность читателя, вопрос этот можно перефразировать так: желаете ли вы оставаться на нижних уровнях пирамиды потребностей и мотиваций А. Маслоу, психолога, или хотите взобраться как можно скорее при жизни на самый её верх? Или иначе вопрос можно поставить: хотите ли вы быть счастливыми? Имеем в виду, что счастье –

это не полный желудок и полнота других естественных удовольствий, счастье – это переживание целостности мира и себя?

Что касается встречи с Сингулярностью сообществ людей (народов, наций) и надо ли им к такой встрече готовиться, то и этот вопрос можно для ясности ответа перефразировать так: какой участи вы хотели бы своему землячеству – быть клетками где-то в органе Cloaca живого организма или где-то выше, в Сердце или в Мозгу, например? Понятно, что клетки клеткам рознь – одни могут функции свои выполнять с теперешним уровнем социокультурной подготовки, другие – должны будут взойти на ступень выше. И понятно, что менталитеты сообществ людей тут определенную роль сыграют. В этой связи дискуссии по проблемам модернизации страны, проводимые регулярно российским Фондом “Либеральная миссия” с отчетами на сайте http://liberal.ru, несомненно представляют интерес.

Что же касается будущего Человечества как новой целостности Живой Природы на Земле, то это будущее состоится независимо от того, будет или не будет каждый обыкновенный человек или кое-кто влиять на процессы социальной эволюции или нет, рождение нового Организма состоится раньше или позже. И так ли важно здесь ощущение масштаба времени для рождающегося Организма?

***

Что сможет наблюдать Spaceman – наблюдатель-инопланетянин, глядя на Землю со стороны, в том или ином случае наличия влияния человека на ход социальной эволюции на Земле или отсутствия его, какие он может наблюдать особенности в макропроцессах? Скорее всего, различия могут быть лишь в скоростях эволюционных процессов и в разной степени дифференциации различий между людьми, имеющими выбор. Наверное, дифференциация различий между людьми будет быстрее возрастать в случае вмешательства человека в процессы эволюции. Разнообразие в Природе, как известно, является условием её самоорганизации и развития. Скорость дифференциации различий между людьми будет влиять на специализацию отдельных стран и народов. Но не дай бог вставлять нано-чипы в мозги человеческие.

 

 

 Глава 14. Какими же должны быть первоочередные ответы современного Homo sapiens (Человека разумного) на приближающуюся Сингулярность социальной эволюции (детализация ответов)?

 

Человек уже способен в определенной мере влиять на ход своей био-социальной эволюции. Если пока ещё не очень видны положительные результаты, то отрицательные - налицо. Можно ставить вопросы “Какой вариант дальнейшего биосоциального развития выбирать и как его реализовать?”. Сегодня мы уже понимаем, что эволюция всей Природы, неживой и живой, имеет неотъемлемым свойством стремление к своему усложнению. Поэтому и в качестве ответа человека на вызовы социальной эволюции мы выбираем его самоусложнение. Далее мы должны отвечать на более конкретные вопросы: что имеется в виду под необходимым усложнением человека и что оно должно нам дать в обозримом будущем?

В чём нуждается сегодня человек наиболее остро? В каком конкретно ароморфозе? На бытовом уровне приходится слышать разное: человек нуждается в справедливости, в сочувствии и сострадании, в толерантности и патернализме, и, конечно же, в деньгах. Мы же считаем, что человек современный, и человеческое общество в целом, нуждаются сегодня больше всего в оптимизации своей деятельности. Ничем не ограниченное потребительство как движущая сила капитализма и сопутствующие ему экологические проблемы, с одной стороны, и взрывное увеличение количества информации, которой “дышит” как атмосферным воздухом или “плавает” в ней человек как рыба в воде, с другой стороны, должно нас беспокоить сегодня, в начале III-го тысячелетия, больше всего. Иначе говоря, результатом усложнения человека как активно действующего субъекта биосферы должна быть оптимизация как его индивидуальной деятельности, так и деятельности всего социума. Для этого мышление каждого человека должно подняться на ступеньку выше и стать в XXI веке системным. Без навыков системного мышления ни о какой оптимизации человеческой деятельности не может быть речи.

В предыдущих разделах мы пришли к заключению, что человек может и должен отвечать на вызовы социальной эволюции, прежде всего, осознанием своего внутреннего субъективного психологического мира и затем усовершенствованием себя. Иными словами, самосознание себя является предварительным необходимым условием дальнейшего усложнения человека и общества с целью оптимизации его адаптации к быстро усложняющемуся внешнему миру.

Современная наука уже достаточно разобралась с закономерностями системного устройства мира. Специалисты уже чётко различают, что есть предметом общей теории систем и каковы особенности системного подхода к объектам их внимания, чем синергетика отличается от кибернетики, и даже не возражают против подчинения жизнедеятельности человека принципам глобального эволюционизма.

Таким образом, на вопрос, чего же не хватает Человеку разумному (Homo sapiens) на рубеже II-го и III-го тысячелетий новой эры такого, без чего он прежде как-то обходился, мы отвечаем: нет сомнений в том, что сегодня, в быстро усложняющемся мире человеку, как и обществу в целом, не хватает осознания и понимания системной сложности бытия. Навыки системного мышления должны быть перенесены на уровень обыденного сознания каждого человека.

***

Если перейти от общих теоретических рассуждений к практическим делам, то, понятно, перед нами огромная глыба проблем.

Сначала очертим ориентиры движения в нужном направлении. Как конкретно обеспечить формирование нового уровня рефлексии и саморефлексии человека, осознания им своего внутреннего мира как необходимого условия его дальнейшего совершенствования? Это, прежде всего, вопрос корректировки содержания образования в процессе обновления образовательной парадигмы. Предлагаемые ниже мероприятия мы считаем первоочередными.

Необходимо выяснить, кто и на каком уровне глубины занимается в МОН Украины и России содержанием среднего образования, имеется ли какая-либо инвентаризация и классификация понятий-кирпичиков научной картины мира, внутреннего мира человека, включая всевозможные личностные конструкты и т.п.. Когда, кем и как проводился анализ содержимого учебных дисциплин средней школы? Если МОН или АПН этим уже занимаются, то параллельно этим должны заняться и автономные исследовательские университеты. Для чего? – Для сравнения и последующего плодотворного обсуждения. Ибо никакому отдельному Министерству образования и науки (МОН )или отдельной Академии педагогических наук (АПН) эта задача не под силу.

Следует определить, какие именно знания узких специалистов необходимо перенести с уровня общественного сознания (науки) на уровень повседневного индивидуального сознания в процессе школьного образования. Необходимы инвентаризация понятий и всей терминологии, анализ их распределения и освоения в возрастных группах школьников и размещения в школьных предметных учебных дисциплинах. Конечно, здесь не обойтись без внедрения принципиально новых учебных дисциплин, которые изучают и формируют сознание как форму отражения действительности, обеспечивают рефлексию внутреннего мира человека, таких например, как логика, основы системного мышления, системно-синергетические основы научной картины мира, формирование здорового образа жизни, профилактика манипуляций сознанием. Это может быть одна сквозная учебная дисциплина подобно родному языку, математике, физике или биологии, дисциплина профиля-специализации «Формирование знаний, умений и навыков сознательной рефлексии окружающей действительности и саморефлексии внутреннего мира человека» – нечто подобное обязательному для изучения во всех учреждениях образования основ марксизма-ленинизма в образовании СССР, однако такое, что базируется на логике, системоаналитике, синергетике, психологии и таких методологических принципах познания и понятиях как плюрализм, дополнительность, множественность, вероятность, нелинейность, неоднозначность в дополнение к уже усвоенным рационализму, редукции, прагматизму, индивидуализму и т.д. В университетах такую учебную дисциплину можно преподавать под названием «Концепции современного человекознания» по аналогии с уже практикуемой учебной дисциплиной «Концепции современного естествознания». Разработать программу и содержание такой учебной дисциплины – дело чести любого университета. Аналогичную дисциплину целесообразно ввести и в старших классах средней школы.

Внедрение новых учебных дисциплин мировоззренческого профиля требует научного сопровождения. Необходимо отслеживать получаемый эффект. С этим могут справиться кафедры психологии и педагогики университетов, и не только педагогических.

Необходимо вернуть в школу предмет «Логика», уже присутствовавший там в 50-х годах прошлого века. Целесообразно также ввести в учебные планы старшей школы и первых курсов университетов предмет «Психология семьи и основы воспитания детей дошкольного возраста», поскольку личность в определяющей мере формируется в кругу семьи в первые годы жизни ребёнка, а выпускники школ и университетов очень скоро сами стают родителями, традиционно полагаясь в воспитании своих детей сначала на “авось”, а потом на те же детсады и школы. Возможно, что средняя школа, которая и раньше ничего не гарантировала наперёд, уже никогда не сможет исполнять свою функцию социализации более-менее успешно без существенно более тесного взаимодействия с родителями. Заметим, что никто не запрещает включать эти новые учебные дисциплины в вариативную часть учебного плана школы уже сегодня. Итак, следует спешить начинать!

После внесения новых знаний в содержание образования необходимо осуществить отбор необходимых учебно-воспитательных и психо-терапевтических технологий, в частности, качественно новых форм мониторинга (педагогической рефлексии), см. инновационные разработки В.Киричука [Проектування навчально-виховного процесу в комп’ютерному комплексі “Універсал”: навч.-метод. посіб. / В.О. Киричук. – К.: Інфосистем, 2010. – 208 с.] [22], [http://www.UNV.com.ua].

Особенно заслуживает должного внимания тренировка механизмов сознательной волевой регуляции. Однако, это такой вопрос, который лежит в иной плоскости экспериментальной и инновационной педагогики. Мы же здесь ограничиваемся лишь одной темой философии образования – об обновлении содержания усваиваемых знаний в контексте перемен в образовательной парадигме как ответе на вызовы социальной эволюции.

Апробация обновленного содержания среднего образования должна начаться немедленно уже сегодня и осуществляться в формах экспериментальной педагогики в реальных школах на так называемых “экспериментальных площадках” с соответствующим научным сопровождением кафедр педагогики, психологии и философии образования ВУЗов и АПН. Экспериментальная педагогика должна осуществляться в структуре научно-учебных центров исследовательских университетов, Положение о которых уже утверждены постановлениями КабМинов как в Украине, так и в России.

Не исключено, что предлагаемые нами изменения образовательной парадигмы и соответствующие изменения содержания среднего образования позволят достичь такого уровня рефлексии внутреннего мира человека, его микрокосмоса, что уже через десять-пятнадцять лет выпускники средних учебных заведений, где происходит становление обыденного массового сознания, овладев соответствующими знаниями и логико-системно-синергетическим мышлением, будут воспринимать нынешние “электорат” и политическую “элиту” так, как сегодня воспринимаются ими обитатели обезьянников в зоопарках. Вопрос лишь в том состоит, считаем ли мы восхождение на новый уровень сознательной рефлексии необходимым ответом на ожидаемую Сингулярность.

Что касается предлагаемого педагогического эксперимента, то он может осуществляться в разных формах – в отдельной сельской или городской школе, в научно-учебном комплексе исследовательского университета, в системе образования отдельного региона. И нечего бояться этих новаций всем тем, кто предпочитает продолжать “ловить рыбку в мутной воде” в нынешнюю “перестроечную” эпоху раскрепощения инстинктов в человеке, ведь результаты ожидаются через десять-пятнадцять лет, куда взгляд и возможные страхи конъюктурных “кормчих” нынешнего полуфеодального государства и холуев симбиоза “номенклатура + криминалитет”, обслуживающих “героев” нашего времени, времени возврата к капитализму и первичного накопления капиталов, не распространяются.

Если говорить конкретно о нашем участии в эксперименте, то мы могли бы разработать программу (и учебное пособие) по «Концепциям современного человекознания» и начать его апробацию в стенах университета и средней школы одновременно. Это то, что не требует большого финансирования.

Что касается, разработки соответствующей “Национальной программы внедрения управляемого онтогенеза сознания в системе образования”, то это отдельный разговор.

***

Возможно, предлагаемые педагогические новации кое-кому покажутся преждевременными, однако иных ответов на ожидаемую Сингулярность мы пока ещё нигде не видели и не слышали, и у нас иных их нет. Если ничего не делать в контексте поиска ответов на ожидаемую Сингулярность, то, говоря словами известного государственного деятеля современной Украины, ничего особенного, конечно, и не произойдёт, как сейчас “имеем то, что имеем”, так и в дальнейшем “будем иметь то, что будем иметь”. Иными словами, можно, как и раньше, не вмешиваться сознательно целеустремлённо в ход социальной эволюции, а адаптироваться к новым реалиям по мере их появления и исходя из биосоциальных возможностей человека, и будь что будет. Есть и такая позиция в ряду альтернатив.

 

 

 Глава 15. Кто должен помочь человеку быть готовым к вызовам социальной эволюции, какая институция общества?

 

15.1. Система образования или политикум?

 

Система образования или политикум – кто и что должен делать в первую очередь и на перспективу? То, что политики не думают о завтрашнем дне, сегодня для всех есть очевидным. Берём в руки первую газету в момент написания первых строк этого исследования и находим там начало размышлений профессора Г.Почепцова: «…поскольку политики сориентированы на кратковременные цели…» [«Две Украины»: что з ними делать?». Зеркало недели, № 5 (785), 2010] [23]. И как тут не вспомнить классиков мировой педагогики, кто уже думал об этом раньше, не говоря уже о приписываемом У.Черчиллю афоризме «Государственные деятели отличаются от политиков тем, что первые думают о будущем страны и ориентируются на следующие поколения, а вторые – думают о предстоящих выборах и ориентируются лишь на них».

Выдающийся французский педагог Селестен Френэ писал: «Для большинства родителей значение имеет не всестороннее развитие личности их детей, а образование, достаточное, чтобы... устроиться в таком-то учреждении. ...Что касается общества, то оно чересчур занято злободневными политическими заботами и не думает о том, что будет через десять или двадцать лет» [Френэ С. Избранные педагогические сочинения: Пер. с франц. / Сост., общ. ред. и вступ. ст. Б.Л. Вульфсона. – М., 1990. – С. 38] [24, c. 38]. Такое понимание проблемы С. Френэ высказывал ещё до Второй мировой войны, но как актуально оно звучит сегодня!

Вместе с тем, имеются и другие мнения по данному вопросу. Так выдающийся американский педагог-реформатор Джон Дьюи, исповедуя идею влияния на развитие общества через реформирование образования, утверждал, что школа, выполняя социальный заказ, «может создать в проекте такой тип общества, который нам хотелось бы осуществить. Влияя на сознание в этом направлении, мы постепенно изменили бы и характер взрослого общества» [Дьюи Дж. Введение в философию воспитания. – М.: 1921. – С. 52] [25].

Сегодня мы уточняем позицию педагога и философа Дьюи так: система образования как наиважнейшая институция общества не только может, но и обязана творить такой тип общества, который нам хотелось бы осуществить, поскольку образование и только образование в процессе социализации молодого человека может влиять на сознание в нужном направлении целеустремлённо, последовательно, неконъюнктурно, продолжительно, без манипуляций заказными политическими технологиями.

Следовательно, не политикум, а система образования, которая воспроизводит следующее поколение людей на основе знаний и опыта предыдущих поколений, призвана готовить новое поколение и к встрече с новыми вызовами социального развития, и к решению новых задач, ранее невиданных. Осознается ли это обществом в полной мере и готова ли к этому система образования? Этот вопрос с учётом приближения “сингулярности”, с учётом несостоятельности политической “элиты”, её неспособности думать о завтрашнем дне и с учётом особой миссии сферы образования должен стоять первым в повестке дня наших размышлений о бытие, о возможностях и обязанности человека влиять на ход своей собственной эволюции.

 

 

 15.2. Психология: какова её готовность отвечать на вызовы социальной эволюции,

на Сингулярность?

 

Что касается психологии, то, кратко говоря, психология, отделившись от философии в 1879 году с момента основания в Лейпциге (Германия) Вильгельмом Вундтом первой лаборатории для экспериментального изучения психических явлений, всё ещё пребывает в состоянии становления. До сих пор в среде психологов высказываются сомнения, можно ли её считать наукой, есть ли у неё своя собственная парадигма. И понятно почему. Современная психология всё ещё представляет собой собрание десятков разных направлений научных поисков и всевозможных практик, а в рамках одного направления – собрание множества моделей и теорий одного и того же частного явления. Ниже приводим некоторые примеры констатации этого факта:

Так, Ф. Олпорт (однофамилец Говарда Олпорта) в своей монографии упоминает 13 теоретических концепций процессов восприятия” [Allport F. Theories of perception and the concept of structure. – IV. – V. 1965, T6], – об этом пишет Л.М. Веккер (1918–2001) в начале Главы 1 “Загадка психики” своей книги–учебного пособия “ПСИХИКА И РЕАЛЬНОСТЬ: ЕДИНАЯ ТЕОРИЯ ПСИХИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ” (М.: Смысл, 1998. – 685 с.) [http://psylib.org.ua/books/vekkl01/txt03.htm] [26].

Лишь “зарубежная психология имеет около 50 теорий мотивации” [Ильин Е.П. Мотивация и мотивы. – СПб.: Питер, 2004. – 509 с. – С. 18] [27, c. 18], “читая труды, посвященные проблеме воли, видишь, как вольно иные психологи обращаются с этим понятием” [Ильин Е.П. Психология воли. – СПб.: Питер, 2002. – 288 с. – С. 37] [28, c. 37].

Что касается тайны сознания, то здесь царит замешательство: не ясно, с какой стороны к ней можно подойти и какими способами раскрыть”, “Ничего такого, что стоило бы читать, о сознании не написано” [Юлина Н.С. Тайна сознания: альтернативные стратегии исследования // Вопросы философии, 2004, № № 10, 11] [29].

К сожалению, философия и наука не могут похвастаться тем, что они за тысячи лет своего существования и развития пришли к сколько-нибудь однозначному определению сознания” [Зинченко В.П. Предисловие к русскому изданию // Хант Г.Т. О природе сознания: С когнитивной, феноменологической и трансперсональной точек зрения. Пер. с англ. А.Киселева. – М.: ООО “Издательство АСТ” и др., 2004. – 555 с.] [30].

Роберт Фрейджер и Джеймс Фейдимен, авторы, как отмечается в аннотации перевода на русский язык, “многократно изданного самого полного, точного и демократического изложения всех имеющихся на сегодняшний день концепций личности”, высказываясь во “Вступлении” о своем конструктивном подходе к многочисленным теориям личности, констатируют состояние вопроса так:

Каждый теоретик, включенный в эту книгу, предлагает что-то, имеющее уникальную ценность… Тем не менее… Представляется, что эти споры часто напоминают известную притчу о слепых людях и слоне. Когда тот или иной слепой ощупывает какую-то часть слона, то предполагает, что именно она является ключом ко всему внешнему виду животного. В оригинальной версии этой притчи слепые люди были философами. …Каждый философ настаивал, что его ограниченный опыт и теория, основанная на этом опыте, являются истиной в последней инстанции. Эта тенденция до сих пор обнаруживается среди современных теоретиков личности” [Фрейджер Р., Фейдимен Д. Большая книга психологии. Личность. Теории, упражнения, эксперименты. Пер. С англ. –СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2008. – 704. С. 18] [31].

Если подходить к определению современных теорий личности формально, то в соответствии с этой схемой существует по меньшей мере 48 их вариантов” [Немов Р.С. Психология: Учеб. для студ. высш. пед. учеб. заведений: В 3 кн. – 3-е изд. – М.: Гуманит. Изд. центр ВЛАДОС, 1999. – Кн.1. Общие основы психологии. – 688 с. – С. 341] [15, c. 341].

Имя Кэррола Э. Изарда, одного из создателей теории дифференциальных эмоций, известно каждому психологу. Вот что пишет он в первых строках главы 1. “О происхождении и функциях эмоций” своей книги “Психология эмоций”:

Странно… до 80-ых годов XX столетия психология фактически игнорировала эмоции. Мне могут возразить, что психология в свои первые сто лет развития являла собой парадокс – науку, которая принципиально не обращается к сути тех вещей, которые изучает. Но разве можно всерьез пытаться понять человека и его взаимоотношения с окружающим миром, обходя вниманием эмоции?” [Изард К.Э. Психология эмоций. – СПб.: Питер, 2009. – 464 с. С. 15] [32, c. 15].

Таким образом, вполне понятно, почему каждый психолог сегодня является носителем той или иной частной теории, концепции или подхода. И не совсем хорошо, если психолог слишком рьяно отстаивает однажды усвоенные догмы. К сожалению, такие ситуации мы наблюдаем довольно часто. Так, на предложение внедрить в учебный процесс университетов новую учебную дисциплину “Концепции современного человекознания” мы получаем и ответы, где утверждается, что в этом нет необходимости, поскольку все знания о человеке уже содержит современная психология. (В своём архиве мы сохраняем эти ответы для потомков, им будет интересно посмотреть на современного нам ученого человека со своих позиций).

Огромное количество теорий… Одни сосредоточивают свое внимание на психических феноменах и их связях (ассоцианизм в теории сознания XIX века); другие - на структуре (структурализм и гештальтизм); третьи – на функциях поведения (функционализм и его крайняя форма бихевиоризм со стимулами-реакциями “черного ящика”); четвертые – на энергетике психических процессов и их форме проявления как игре мотивов (психоанализ, Курт Левин), пытаясь ответить на вопрос “основным генератором психических напряжений является что?”; пятые – на трансформации образов от их восприятия до абстрагирования и синтеза по-новому (когнитивизм); шестые - сосредоточивают свое внимание на психологии деятельности, на движениях, действиях, операциях (П. Жане, Ж. Пиаже), игнорируя “строительный материал”, седьмые – на процесах интериоризации-экстериоризации. Объять всё психическое и взглянуть на него одним взглядом пока никому не удается.

“В структуре психологического знания (точнее, в довольно аморфном массиве, который лишь условно можно назвать структурой), можно усмотреть три фундаментальных разрыва: 1) горизонтальный – между основными психологическими теориями и соответствующими психологическими “империями” (бихевиоризмом, когнитивизмом, психоанализом и др.), каждая из которых предлагает свой образ психологической реальности, свои правила её изучения и т.п.; 2) вертикальный – между различными уровнями объяснения психического: внутрипсихическим (феноменологическим), физиологическим (физическим), социальным и др.; этот разрыв порождает соответствующие “параллелизмы” – психофизический, психофизиологический, социальный и др.; 3) диагональный – между исследовательской теоретической (академической) и практической психологией” [Юревич А.В. Интеграция психологии: утопия или реальность? // Вопросы философии, 2005, № 3] [33].

Чем объяснить существование “параллелизмов”? Юревич видит причину так: “Любой психологический феномен можно объяснить и 1) образами, эмоциями, запасом знаний, мотивами, целями и т.п. субъекта, т.е. тем, что феноменологически отображено в его сознании и ли бессознательном (феноменологический уровень), и 2) физиологическими процессами в его организме (физический уровень), и 3) тем, что в результате эволюции у человека сформировались определенные реакции (биологический уровень), и 4) воздействием на него социального окружения (социальный уровень), но каждое из этих объяснений будет, как парадигмы Т.Куна, несоизмеримо с любым другим…” [Юревич А.В. Методологический либерализм в психологии // Вопросы философии, 2001, № 5] [34].

Неприятие “параллелизмов” психологами проистекает… и из того, что сосуществование различных уровней детерминации психического не укладывается в их собственную феноменологию… с неспособностью психологов преодолеть то видение изучаемой реальности, которое навязано их собственной феноменологией, и выйти за пределы своего феноменологического представления о причинности. Выходу за его пределы препятствует феноменологизация причинности (которую можно считать психологическим законом). … Феноменологизация причинности связана с фундаментальным свойством человеческой психологии, описанным, например, Л.М. Веккером и состоящим в том, что мы воспринимаем лишь продукты своих психических процессов – идеи, образы, эмоции и т.д., а не их физиологические механизмы – и осознаем их в отнесенности к внешнему миру, а не к происходящему в нашем организме, что явно служит результатом эволюции, обнаруживая очевидный адаптивный смысл. …Свидетельством подчиненности большинства психологических объяснений закону феноменологизации причинности может служить вся история этой науки, психологии. …В результате феноменологизации психологической причинности мы не можем примирить различные уровни детерминации психического в своем восприятии и поэтому не принимаем ее принципиальную разноуровневость” [Юревич, там же].

Методологические проблемы психологии тремя вышеупомянутыми фундаментальными разрывами не ограничиваются. Над ними продолжает возвышаться “основной вопрос философии” – о соотношении материального и идеального в наблюдаемой человеком реальности. Если в философии это звучит как ‘основной вопрос’, то в психологии это – ‘психофизическая проблема’ (не путать её с психофизиологической проблемой). Материальное и идеальное - что первично, а что вторично, что на что и как влияет, как они зависят друг от друга и взаимодействуют? Нам представляется, что это надуманные вопросы, с которыми пора разобраться с позиций синергетики. Как, что нового мы можем предложить? Ключ к решению этой проблемы – в учете эмерджентности.

Огромное количество теорий, пытающихся объединить и систематизировать лавинно-образное обилие фактов, это хорошо или плохо? Зачем нужна всё обобщающая метатеория?

Конечно, нет смысла провозглашать какую-либо теорию единственно верной и агрессивность проявлять по отношению к иным. В этой ситуации более правильной есть позиция терпимости, толерантности, известная как “принцип дополнительности” и допускающая так называемый “методологический либерализм” [Юревич, там же]. Однако, как выражается Л.М. Веккер, “предельные, исходные понятия частной теоретической концепции не могут быть раскрыты средствами концептуального аппарата самой теории – для этого необходим обобщающий переход к метатеории” [Веккер, там же, стр. 17]. Иными словами, сравнивать и оценивать теории возможно лишь выходя за их пределы на более общий уровень метатеории. Этот вывод соответствует теореме К. Гёделя (1931) о неполноте формальной арифметики: в полной системе аксиом можно построить утверждение, доказать истинность или ложность которого невозможно. В популярном изложении это звучит так: никакая система сама себя оценивать не может, для этого необходимы критерии внешней системы.

Конечно, истина всё-таки одна, напоминает профессор психологии В.М. Аллахвердов (ПРИШЛА МЕТОДОЛГИЧЕСКАЯ ПОРА – ПСИХОЛОГИЯ, ОТВОРЯЙ ВОРОТА!, ВФ, 2002, № 4) в ответ на предложения профессора психологии А.В. Юревича быть либеральными по отношению к методологическим проблемам психологии, и следует иметь одну единую теорию психических процессов, используя все имеющие как эвристики (наводки, подсказки, намеки). Здесь следует иметь в виду и чисто прагматический интерес, необходимость в удовлетворении которого в последнее время сильно возрастает: психология, как главная наука сферы человекознания, отныне должна быть доступна каждому человеку, начиная от школьников, находящихся в процессе социализации. Сегодня же то множество психологических наук, которое уже имеется, учитывая биологические ограничения усваивать информацию, обыкновенному человеку ещё недоступно. Наличие единой теории психологических процессов позволило бы изучение психологии вместить в приемлемые временные рамки.

Что касается вертикальной интеграции психологических знаний, по мнению А.В. Юревича, “самой заветной мечты и одновременно главной методологической проблемы психологической науки – объединения различных проявлений и детерминации психического, устранения так называемых ‘параллелизмов’ ”, то она успешно преодолевается на уровне общеметодологических принципов системным подходом, декларирующим необходимость взаимодополняющего изучения самых разных уровней психического. Юревич размышляет: «Но, во-первых, системное мышление свойственно все-таки не любому, а наиболее сложно организованному научному мышлению, во-вторых, подобные схемы мышления, ломающие привычные “фигуры” восприятия, приживаются с большим трудом. Б.Ф.Ломов подчеркивал: “В психологии довольно широкое распространение получило линейное представление о детерминизме (“линейный детерминизм”). Имеется в виду стремление представить причины и следствия в виде одномерной цепочки”; между тем “детерминация реально выступает как многоплановая, многоуровневая, многомерная, включающая явления разных (многих) порядков, т.е. как системная”, и поэтому “принцип “линейного детерминизма” уже не может удовлетворить современную психологическую науку” [Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. М.: Наука, 1999. С. 75] [35, c. 75]. …В результате традиционно наиболее сложная для психологии вертикальная интеграция психологического знания не встречает на своем пути непреодолимых барьеров…» [Юревич А.В. Интеграция психологии: утопия или реальность? // Вопросы философии, 2005, № 3. С. 24-25] [33].

Что касается диагональной интеграции психологических знаний, по мнению А.В. Юревича, «Разрыв между исследовательской (или академической) и практической психологией уже долгие годы фигурирует в “истории болезни” психологии как один из её главных симптомов. …две разные науки, использующие различные языки… Язык исследовательской психологии пестрит специальными терминами, в то время как язык практической психологии мало отличается от обыденного языка. …В конце истекшего века регулярно констатировалось не только сохранение, но и расширении разрыва между академической и профессиональной практикой. …однако… следует отметить, что, во-первых, эти различия иногда преувеличиваются, во-вторых, они постепенно сокращаются. …постмодернистская методология… Например, такие атрибуты практической психологии, как качественный анализ, изучение единичных случаев, признание значимости уникального опыта, полученного в обход репрезентативных выборок и без подсчета коеффициентов корреляции, становятся все более распространенными и в академической практике, в исследовательской психологии, в которой происходит также легализация личного опыта психолога в качестве источника психологического знания… “не было бы счастья, да несчастье помогло”… Обобщая, можно констатировать, что хотя разрыв между практической и академической психологией по-прежнему существует, он уже не выглядит как непреодолимая пропасть, и наблюдается их интенсивная и разноплановая конвергенция» [А.В. Юревич. Интеграция психологии: утопия или реальность? // Вопросы философии, 2005, № 3. С. 25-28] [33].

Что касается горизонтальной интеграции психологических знаний, по мнению А.В. Юревича: “Богатый исторический опыт интеграции психологического знания по горизонтали показал: 1) невозможность обозреть всю психологическую реальность из одной точки зрения; 2) психологическая реальность показала себя как многомерная, но не безмерная, а её когнитивные, аффективные и поведенческие компоненты зарекомендовали себя как основные составляющие психического, что породило представления о так называемой фундаментальной психологической триаде (у Веккера – интеллект, эмоции, воля). …Это побуждает сформировать представление о триединой структуре как об универсальном принципе построения психологической реальности, причем за данным принципом стоит простая реальность: мы действуем, мыслим, переживаем (чувствуем)…” [А.В. Юревич. Интеграция психологии: утопия или реальность? // Вопросы философии, 2005, № 3. С. 19-23] [33].

Триадическое видение психики человека (триада “интеллект, эмоции, воля” – у Веккера и триада “интеллект, эмоции, поведение (деятельность)”) – это, по мнению А.В. Юревича, первый шаг интеграции психологии. Конечно, тут могут возникнуть и другие предложения, а почему не тетрада или пентада?

Построил ли единую теорию Лев Маркович Веккер, озаглавив свою книгу “ПСИХИКА И РЕАЛЬНОСТЬ: единая теория психических процессов” [26]? Автор рассмотрел истоки, предпосылки и принципы единой теоретической концепции современной теории психических процессов. В заключительной Главе 22 он признает, что на пути к единой теории психических процессов “концептуальные заборы” и соответствующие им “языковые барьеры” оказались достаточно трудно преодолимыми. Эти трудности значительно возрастают при переходе от когнитивных структур психологии интеллекта (ощущение и восприятие, образное и мыслительное познание, допонятийное и понятийное мышление) к психологии эмоций и далее к психологии воли. В последних двух случаях нельзя отвлечься от носителя эмоций и воли, от понятия “субъект”, его состояния. В простейших случаях этим носителем-субъектом явным образом является организм, физическое тело.

Простейшие эмоции человека, общие у него с животными, - это эмоции, связанные с удовлетворением или неудовлетворением органических потребностей. Л.М. Веккер размышляет: “Эмоции, по общепринятому их определению, представляют собой психическое отражение отношений субъекта к объекту... При переходе от простейших эмоций к высшим, специфически человеческим чувствам мы сразу же сталкиваемся с существенной трудностью уже только при попытке дать адекватные определения соответствующих психологических понятий. Так, чувства удивления, сомнения, уверенности, вины, долга, ответственности, независимости, свободы, эстетического восхищения, дружбы и даже специфически человеческое чувство любви в его высших проявлениях вряд ли могут быть не только объяснены, но даже просто адекватно формально определены как психическое отражение организма, телесного носителя или телесного субъекта к своему объекту.

…Невозможность ограничиться понятиями “организм” и “человек” уже на уровне определений носителя соответствующих психических образований привела к необходимости включить в это определение понятие “личность”. …Но что такое личность? …слово, значение которого до сих пор сохраняет очень высокую степень теоретической, концептуальной, смысловой неопределенности. …В большинстве современных концепций психического субъекта или личности как психического носителя своих высших психических свойств личность определяется как некая интегральная психическая целостность, представляющая собой совокупность своих свойств. …Однако… Соотношение понятий “носитель” и “свойство” не совпадает, таким образом, с соотношением понятий “целое” и “часть” или “сумма” и “слагаемое”. …любая система является совокупностью не своих свойств, а своих элементов. …Свойства же системы являются ее принадлежностью именно как совокупности этих элементов” [Веккер, гл. 22]. Здесь Л.М. Веккер, замечая, что “любая система является совокупностью не своих свойств, а своих элементов” вплотную подходит к пресловутой (презнаменитой) психофизической проблеме. Мы понимаем, что свойства сложной системы – это проявление её эмерджентности и допускаем определения понятий (например, понятия ‘личность’) через совокупность свойств. Однако… Как выразить свойства через элементы? Так Л.И.Веккер сделал первые шаги на пути системного подхода к построению единой теории психических процессов. На наш взгляд, учитывая неочевидную природу возникновения эмерджентности, необходимо воспринимать дуализм материального и ментального (психофизическая проблема, основной вопрос философии) спокойно, без попыток редукции эмерджентности к элементам.

Понятно, что охват единым концептуальным аппаратом основных внутрипсихологических понятий, требует выхода за пределы психологии и нейрофизиологии. Куда? Ответ тут очевиден: пока в системо-синергетику, а дальше видно будет. Синергетика - что это такое? Система – это некая целостность, состоящая из частей-элементов. Системы характеризуются структурой, связями элементов, функциями, процессами движения вещества, энергии и информации внутри них и в обменах с внешней средой, связями не только элементов, но и процессов – обратными положительными и обратными отрицательными. Системы различают закрытые и открытые, стабильные и развивающиеся, самоорганизующиеся. Сложные системы многоуровневые, иерархичны. Внутри систем бывает порядок и хаос. Синергетика изучает сложные, открытые, самоорганизующиеся, развивающиеся системы. Её язык – язык математики.

Конечно, психику человека следует представлять сложной открытой, самоорганизующующейся и саморазвивающующейся системой. Пора уже пробовать описывать её языком синергетики! Что касается основных подсистем психологии как системы, то о триаде мы уже читали, знаем. Веккер предложил взять в качестве краеугольных камней единой теории психических процессов триаду “интеллект, эмоции, воля”. Большинством психологов, как отмечает Юркевич, предлагается “интеллект, эмоции, поведение (деятельность)”. Мы бы предложили иную конфигурацию, или тетраду – “инстинкты, интеллект, эмоции, самосознание (включающее волю)” или пентаду “инстинкты, интеллект, эмоции, самосознание (включающее волю), поведение (деятельность)”. И в самом деле, как можно пренебрегать инстинктами? Или как можно умалять феномен самосознания включающего волю (волевую регуляцию)?

Что касается инстинктов, их роли в поведении человека, то тема эта обычно замалчивается. Для её осмысления можно рекомендовать книгу А.И.Фета (1924-2007), математика по основной специальности, “ИНСТИНКТ И СОЦИАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ”, выдержавшую два издания [А.И. Фет. Инстинкт и социальное поведение. Новосибирск, ИД “Сова”, 2005. Второе издание, 2008] [11]. Возвращаясь к высказыванию Кэррола Э. Изарда, одного из создателей теории дифференциальных эмоций, “…разве можно всерьез пытаться понять человека и его взаимоотношения с окружающим миром, обходя вниманием эмоции?” [Изард К.Э. Психология эмоций. – СПб.: Питер, 2009. – 464 с. – С. 15] [32, c. 15], хочется по аналогии воскликнуть: “Но разве можно всерьез пытаться понять человека и его взаимоотношения с окружающим миром, обходя вниманием инстинкты?!!”.

Заметим, тема присутствия в поведении человека инстинктов не нова. Вспомним француза Анри Бергсона (1859-1941), его главный труд “Творческая эволюция” (1907), удостоенный Нобелевской премии по литературе в 1927 году. Бергсон понимал эволюцию как творческий процесс. Рассматривая главные линии творческой эволюции – инстинкт и интеллект, и сравнивая их, Бергсон на первое место по значению ставил инстинкт, особо подчеркивая его лучшее проявление – интуицию.

Большой вклад в теорию инстинктов внес англичанин Уильям Мак-Дугалл (1871-1938). По его мнению, инстинкты являются единственным существующим двигателем поступков человека, которые определяют его как и существо социальное. Они являются детерминантами всего поведения человека, в том числе и сознательного. По теории Мак-Дугалла, всё, что происходит в сознании, находится в прямой зависимости от бессознательных начал. Мак-Дуггал выделял среди инстинктов 12 основных: 1) самосохранение (бегство, страх), 2) неприятие, 3) любознательность, 4) агрессивность, 5) самоуничижение (смущение), 6) самоутверждение, 7) родительский инстинкт (нежность), 8) продолжение рода, 9) пищевой, 10) стадный, 11) приобретательства, 12) созидания. Заметим, что говорить о точном количестве инстинктов у человека смысла нет, они могут проявлять себя в разных сочетаниях, взаимодействовать между собой и с социокультурными программами, суммироваться, создавать оттенки, окрашиваться эмоциями, частично осознаваться или совсем не осознаваться и прочее может с ними быть.

По мнению Мак-Дугалла, эмоции являются естественным выражением инстинктов (эмоции ярости и гнева соответствуют инстинкту агрессии и т.п.). Переживание счастья обусловлено, по мнению Мак-Дугалла, гармонией всех чувств.

Заслуживает внимания интерес Мак-Дугалла к энергетике психических процессов. Он ввел понятие “витальная энергия”, которой наделено каждое органическое тело. Ученый считал, что “запасы” этой энергии и её распределение предопределены инстинктами. Тут было бы уместным вспомнить и “геологический” закон напластований в психике человека новообразований всех предыдущих эпох.

Под инстинктом Мак-Дугалл понимал врожденное образование (феномен), обладающее побудительной и управляющей функциями и содержащее определенную последовательность, состоящую из процесса переработки информации, эмоционального возбуждения (отражения энергетических процессов) и готовности к моторным действиям.

Конечно, Мак-Дугалл ещё не знал всего того из области генетики и кибернетики, чем владел Абрам Ильич Фет, развивший дальше понятие инстинктов как врожденных открытых генетических программ. Программ открытых в том смысле, что они могут включать в себя как подпрограммы приобретенные в онтогенезе с участием интеллекта социально обусловленные нормы, правила, ценностные ориентиры. По Фету, наследственность генетическая (формирующаяся в утробе матери) и наследственность социокультурная (формирующаяся после рождения в процессе социализации) взаимодействуют. Аналогом такого взаимодействия являются программы и внутри них подпрограммы алгоритмических программ и подпрограмм, реализованных на ЭВМ. Что касается позиций большинства психологов, то они почему-то стесняются признавать в человеке фундаментальные животные инстинкты и больше склонны употреблять такие новые ‘невинные’ понятия, как желания, склонности, страсти, стремления...

Что касается деятельности как элемента тетрады, то деятельность и интериоризацию-экстериоризацию можно учесть в процессах формирования интеллектуальных подпрограмм для открытых генетических программ или включить её пятым элементом пентады.

И наконец, СОЗНАНИЕ. Сознание почему-то представляется большинству психологов как элемент-частица психики человека. Но есть и другие мнения. Сознание, мы убеждены в этом, – не часть психики, и даже не стержень всей психики. Сознание – это отражение, атрибут взаимодействующей материи. Оно скорее background [фон, подоплёка, субстрат] всей психологии. Иначе говоря, на просьбу give me the background the problems psychology можно отвечать: всё в психике человека берёт начало от отражения, атрибута взаимодействующей материи. Отражение существовало в Природе изначально.

Что касается феномена самосознания человека (включающего в себя осознанную волевую регуляцию), то самосознание человека как высший уровень его сознания, опережающего активного отражения действительности, находится ещё в зачаточном состоянии и как таковое ещё не получило должного освещения психологией. Об этом можно прочесть ниже дополнительно, см. ПРИЛОЖЕНИЕ 3. Самосознание homo sapiens – когда оно возникло и на каком этапе своего развития сегодня пребывает?

 

 

Заключение части 2

 

Сингулярность социальной эволюции в ближайшем будущем неизбежна. Возможно, она уже началась, «не исключено, что Мир-Система “точку сингулярности” уже прошла, приобретя за последние десятилетия в некоторых отношениях принципиально иные, чем ранее свойства» – есть и такое мнение учёных. И что делать?

Человек уже способен в определенной мере влиять на ход своей био-социальной эволюции. Если пока ещё не очень видны положительные результаты, то отрицательные - налицо. Можно ставить вопросы “Какой вариант дальнейшего биосоциального развития выбирать и как его реализовать?”. Сегодня мы уже понимаем, что эволюция всей Природы, неживой и живой, имеет неотъемлемым свойством стремление к своему усложнению. Поэтому и в качестве ответа человека на вызовы социальной эволюции мы выбираем его самоусложнение.

Человек может адаптироваться к вызовам социальной эволюции лишь усложнением своего сознания, конкретно: 1) освоением новых видов мышления, 2) развитием своего самосознания, включая волевую регуляцию. Помочь ему в этом может и обязана система образования, прежде всего, перенесением необходимых знаний и процедур мышления с уровня интегрированного сознания Общества на уровень индивидуального обыденного сознания каждого отдельного человека. Необходимо обновление содержания ныне существующего образования.

Считаем, что ожидаемым новым качеством будет образование нового организма живой Природы – “Общество (Цивилизация) людей Земли” (или именовать его “Культура Земли”), организма, который займёт следующую после Homo sapiens высшую ступень на эволюционной лестнице Живой Природы в том месте Вселенной, где мы сейчас находимся. Это событие по своему значению будет равняться образованию многоклеточного организма на Земле после миллиарда лет эволюции одноклеточных.

Промежуточным этапом социальной эволюции, этапом перехода от разрозненных враждующих групп и сообществ людей к глобальному Обществу Земли является гражданское общество. Что это такое? Что знают о нем современные политики? Наблюдая их деятельность, видим: они пока не знают об этом практически ничего. И тут мы видим ещё одну из актуальных задач системы образования.

На уровень обыденного сознания каждого человека необходимо перенести знания о том, что переход от традиционных сообществ людей к гражданскому обществу является знаковым эпохальным в том смысле, что является переходом на высшую ступень эволюции человечества. Отныне поведение обыкновенного человека будет определяться в основном не рефлексами, инстинктами и прочим бессознательным, а рациональным системным мышлением и контролируемой сознанием волей.

Система образования или политикум – кто и что должен делать в первую очередь и на перспективу? То, что политики не думают о завтрашнем дне, сегодня для всех есть очевидным. И как тут не вспомнить классиков мировой педагогики, кто уже думал об этом раньше, не говоря уже о приписываемом У.Черчиллю афоризме «Государственные деятели отличаются от политиков тем, что первые думают о будущем страны и ориентируются на следующие поколения, а вторые – думают о предстоящих выборах и ориентируются лишь на них».

Выдающийся американский педагог-реформатор Джон Дьюи, исповедуя идею влияния на развитие общества через реформирование образования, утверждал, что школа, выполняя социальный заказ, «может создать в проекте такой тип общества, который нам хотелось бы осуществить. Влияя на сознание в этом направлении, мы постепенно изменили бы и характер взрослого общества» [Дьюи Дж. Введение в философию воспитания. – М.: 1921. – С. 52] [25, c. 52].

Сегодня мы уточняем позицию педагога и философа Дьюи так: система образования как наиважнейшая институция общества не только может, но и обязана творить такой тип общества, который нам хотелось бы осуществить, поскольку образование и только образование в процессе социализации молодого человека может влиять на сознание в нужном направлении целеустремлённо, последовательно, неконъюнктурно, продолжительно, без манипуляций заказными политическими технологиями.

Предстоит огромная работа системе образования как институции общества, ответственной за социализацию нового поколения, за подготовку сообщества людей к будущему. Отныне элиту общества будут составлять, прежде всего, не политики, а творческие люди, занятые в системе образования и науке. И моральными авторитетами страны будут не только артисты эстрады и деятели прочих ‘искусств’, играющие на эмоциях людей и продуцирующие веру, а, прежде всего, деятели системы образования, формирующее сознание, самосознание и волю человека.

Таков в общих чертах наш ответ на вызовы социальной эволюции на изломе эпох индустриальной и постиндустриальной. Безусловно, он требует дальнейшей детализации и подразумевает последующую разработку путей практической реализации сформулированных рекомендаций.

 

 

Вопросы для повторения

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Литература к части 2

 

  1. Гринин Л.Е., Марков А.В., Коротаев А.В. Макроэволюция в живой природе и обществе / Отв. Ред. Н.Н. Крадин. Изд. 2-е. – М.: Книжный дом “ЛИБРОКОМ”, 2009. – 248 с.

  2. Назаретян А.П. Архетип восставшего покойника как фактор социальной самоорганизации // Вопросы философии, 2002, № 11.

  3. Хайтун С.Д. Феномен человека на фоне универсальной эволюции.-М.: КомКнига, 2005. – 536 с.

  4. Півненко А.С. Онтогенез свідомості і педагогічний процес // Наукові праці: Науково-методичний журнал. Т. 71. Вип. 58. Педагогічні науки. – Миколаїв: Вид-во МДГУ ім. П.Могили, 2007. – 220 с.

  5. Півненко А. Про зміну освітньої парадигми // “Директор школи. Україна”, 2007, № 4 – 6, [http://osvita.ua/school/school_today/305].

  6. Півненко А. Саморефлексія як стрижень освітньої парадигми // “Директор школи. Україна”, 2008, № 3 – 8, [http://osvita.ua/school/theory/1911].

  7. Таранов П.С. От Соломона до Роджерса Бэкона. – М.: ООО “Изд. АСТ”, 2000. – 448 с.

  8. Выготский Л.С. История развития высших психических функций / Психология развития человека. – М.: Изд-во Смысл; Изд-во Эксмо. – 2004. – 1136 с.

  9. Паскаль Б. Мысли. – М., 1994.

  10. Бердяев Н.А. О рабстве и свободе человека (Опыт персоналистической философии). Париж. 1939.

  11. Фет А.И. Инстинкт и социальное поведение. Новосибирск, ИД “Сова”, 2008 [http://modernproblems.org.ru/capital/85-instinct1.html].

  12. Титаренко Т.М. Життєвий світ особистості: у межах і за межами буденності. – К.: Либідь, 2003. – 376 с.

  13. Человек: Мыслители прошлого и настоящего о его жизни, смерти и бессмертии. Древний мир – эпоха Просвещения / Редкол.: И.Т. Фролов и др.; Сост. П.С. Гуревич. – М.: Политиздат, 1991. – 464 с.

  14. Табачковський В.Г. Полісутнісне homo: філософсько-мистецька думка в пошуках “неевклідової рефлексивності”. – К.: Видавець ПАРАПАН, 2005. – 432.

  15. Немов Р.С. Психология: Учеб. для студ. высш. пед. учеб. заведений: В 3 кн. – 3-е изд. – М.: Гуманит. Изд. центр ВЛАДОС, 1999. – Кн.1. Общие основы психологии. – 688 с.

  16. Роменець В.А., Маноха І.П. Історія психології XX століття: Навч. посібник. – К.: Либідь, 1998. – 992 с.

  17. Смолянский И. Фрейд // Психология для всех, № 11, 2004.

  18. Палмер Дж. Эволюционная психология. Секреты поведения Homo sapiens. – СПб.: Прайм ЕВРОЗНАК, 2007. – 384 с.

  19. Базалук О.А. Стадия человека разумного / Разумное вещество. – К.: “Наукова думка”, 2000. – 368 с.

  20. Бодріяр Жан. Символічний обмін і смерть . Переклад з французької Леоніда Кононовича – Львів: Кальварія, 2004. – 376 с.

  21. Соболев Ю. Украинский феномен – 2 // Зеркало недели, № 48 (776), 2009, [http://zn.ua/articles/58718].

  22. Киричук В.О. Проектування навчально-виховного процесу в комп’ютерному комплексі “Універсал”: навч.-метод. посіб. – К.: Інфосистем, 2010. – 208 с.

  23. Почепцов Г. «Две Украины»: что з ними делать? // Зеркало недели, № 5 (785), 2010.

  24. Френэ С. Избранные педагогические сочинения: Пер. с франц. / Сост., общ. ред. и вступ. ст. Б.Л. Вульфсона. – М., 1990.

  25. Дьюи Дж. Введение в философию воспитания. – М.: 1921.

  26. Веккер Л.М. ПСИХИКА И РЕАЛЬНОСТЬ: единая теория психических процессов. – М.: изд. “Смысл”, 1998. – 685 с. [http://psylib.org.ua/books/vekkl01/index.htm].

  27. Ильин Е.П. Мотивация и мотивы. – СПб.: Питер, 2004. – 509 с.

  28. Ильин Е.П. Психология воли. – СПб.: Питер, 2002. – 288 с.

  29. Юлина Н.С. Тайна сознания: альтернативные стратегии исследования // Вопросы философии, 2004, № № 10, 11.

  30. Хант Г.Т. О природе сознания: С когнитивной, феномено-логической и трансперсональной точек зрения. Пер. с англ. А.Киселева. – М.: ООО “Издательство АСТ” и др., 2004. – 555 с.

  31. Фрейджер Р., Фейдимен Д. Большая книга психологии. Личность. Теории, упражнения, эксперименты. Пер. С англ. –СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2008. – 704 c.

  32. Изард К.Э. Психология эмоций. – СПб.: Питер, 2009. – 464 с.

  33. Юревич А.В. Интеграция психологии: утопия или реальность? // Вопросы философии, 2005, № 3.

  34. Юревич А.В. Методологический либерализм в психологии // Вопросы философии, 2001, № 5.

  35. Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. М.: Наука, 1999.

 

 

 

ЧАСТЬ 3. ПРОЕКТ

Примерная программа учебной дисциплины

«КОНЦЕНЦИИ СОВРЕМЕННОГО ЧЕЛОВЕКОЗНАНИЯ»

 

 

 

П Р О Е К Т

 

 

 

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНЫ, РФ

 

 

 

Одобрена Экспертным Советом

 

 

 

 

 

--------------------------

 

УТВЕРЖДАЮ

 

Начальник Управления образовательных Программ и стандартов высшего и среднего профессионального образования

 

 

--------------------------

 

 

ПРИМЕРНАЯ ПРОГРАММА ДИСЦИПЛИНЫ

 

КОНЦЕПЦИИ СОВРЕМЕННОГО ЧЕЛОВЕКОЗНАНИЯ

 

Пояснительная записка

 

Человек будущего, возможно, уже через два-три поколения, во второй половине XXI столетия, будет воспринимать нынешнее поколение людей так, как мы сегодня воспринимаем обитателей обезьянника в зоопарке. Так будет обязательно, возможно раньше или позже, поскольку в соответствии с принципами универсальной эволюции всё в Природе усложняется, и мы видим: человеческое общество в последние десятилетия усложняется всё быстрее и быстрее. С этого исходного положения мы начинаем излагать наше видение картины мира и текущего момента социальной эволюции в ней.

И сразу возникает вопрос, а можно ли и как выбрать точку зрения, позволяющую нам уже сегодня видеть самих себя как обезьян, которым надлежит быстрее совершенствоваться. И можно ли понять, как именно нам надлежит совершенствоваться. С точки зрения науки оптимизации вопрос этот - не простой, ибо усложняться уже надо быстрее с учётом специфических вызовов социальной эволюциив XXI веке, обозначаемых метафорой “сингулярность”, и учитывать при этом надо ограниченность ресурсов при достижении поставленных целей. Тут мнения, конечно, могут расходиться – от запрета сомневаться в достоинствах и совершенствах современного человека, пристальное рассмотрение инстинктов и бессознательного человека, мол, не только нарушает его достоинство, но и его права, до высказывания такого множества интерпретаций и предложений, которое никак не приводимо к общему основанию. Иначе говоря, как выясняется, есть актуальная научная-педагогическая проблема и задачи, связанные с ней .

Возникает и иной вопрос. Нужно ли молодому человеку (учащемуся школы, студенту университета) ещё одно человекознание, ведь не было же до сих пор такой отдельной учебной дисциплины, ведь представления о человеке мы и так получаем со всех сторон? И правильным ли будет видеть в себе и в окружающих нас людях, в назойливой телерекламе поп-элиты артистической и элиты политической, например, или в героях фильмов-боевиков с героями-ментами и крутыми мачо-пацанами, готовыми ежеминутно драться и кого-то убивать, видеть сразу обезьян? И надо ли новому поколению молодых людей обладать способностью всё это видеть сразу глубоко и системно?

Отвечая кратко, говорим: в XXI веке человеку для эффективной адаптации в быстро усложняющемся мире критически необходимы в первую очередь более глубокие знания о самом себе. Ведь самосознание современного человека, включая систему волевой регуляции его поведения, находится, к сожалению, ещё в зачаточном состоянии. Этот вопрос мы рассматривали ранее в статье “Сознание и самосознание Homo sapiens – на каком этапе своего развития они сегодня пребывают?” [см. http://gidepark.ru/community/3669/content/930235/]. Более полный ответ включает рассмотрение таких понятий социальной эволюции как ‘законы эволюции’, ‘ароморфозы’, ‘вызовы’, ‘адаптация’, ‘возможные ответы’, ‘оптимальность’, ‘эффективность’, ‘возможности и ресурсы’ и более детальное разъяснение особенностей текущего момента биопсихосоциальной эволюции на планете Земля как ветви глобальной эволюции Вселенной – особенностей, обозначаемых ключевым словом ‘Сингулярность’, и это заслуживает быть темой отдельного глубокого рассмотрения. И конечно же, уже пора обратить внимание и на то, что человекознание распылено, размазано на десятках, так называемых, гуманитарных дисциплин. Где искать самое-самое необходимое для ответов на вызовы ожидаемой к 2045 году Сингулярности в социальной эволюции человеческого общества? Где искать самое главное, концептуальное?

В краткой форме признание неготовности человечества отвечать на вызовы социальной эволюции в XXI веке включает: 1) осознание продолжающегося превалирования животных инстинктов, условных рефлексов и бессознательного над рационально мыслящим разумом в естестве и поведении современного Homo sapiens; 2) признание отсутствия какого-либо присутствия на уровне его обыденного сознания логико-системного мышления и понимания, хотя бы, сообщества людей как системы; 3) объяснение феномена всё более широкого распространения в человеческой жизни так называемых манипуляций, симулякров и имитаций при ограниченных биопсихических возможностях человека воспринимать растущие вокруг него потоки информации; 4) неспособность современного человека пользоваться в полной мере возможностями, предоставляемыми ему демократическим устройством общества; 5) невостребованность гражданского общества жителями большинства регионов Земли, предпочитающими традиционные общества, основанные на соперничестве и взаимной вражде. Эти факты психологи и социологи уже начинают осознавать и воспринимать как актуальные. Так, например, профессора американских университетов, Дэвид Даннинг, психолог из Корнельского университета, и другие, (см. статью Леона Уотсона в “The Daily Mail” [http://subscribe.ru/group/chelovek-priroda-vselennaya/1778085/]) сегодня признают, что даже в странах наиболее развитой демократии у избирателя отсутствует способность выбирать наилучшим образом, он избирает всё ещё не рационально, самых лучших, а эмоционально, похожих более всего на него самого. Что касается электората на постсоветском пространстве, то мы надеемся, он уже вскоре начнет осознавать необходимость построения гражданского общества.

Сегодня, ставя вопрос о совершенствовании человека, мы должны точнее очертить исходные позиции. Прежде всего, нам надо осознать, что инстинкты, условные рефлексы и прочее бессознательное всё ещё определяют поведение современного человека в его повседневной жизнедеятельности.

Иначе говоря, есть качества у человека, которых ему вполне хватало для адаптации к жизни прежней - обособленной, деревенской, патриархальной. Вполне хватало для участия в труде и на конвейерах предприятий индустриального общества с его разделением продуктивной работы на сотни мелких операций. Вполне хватало их и для участия в классовой борьбе или в минувших войнах. Однако новых качеств, необходимых для жизни в гражданском обществе глобализированного мира постиндустриальной информационной эпохи, строящемся на толерантности, доверии и диалоге, нашему современнику явно не хватает. Игра на эмоциях, бессознательно отражающих базовые физиологические потребности человека, остается главным средством решения его проблем властителями и политиками даже в условиях приобретенной обществом демократии. Но вместе с тем становится очевидным, что использование бессознательных и слабо осознаваемых механизмов социализации (зависти, подражания, заражения, наследования, суггестии (внушения), страха, конформизма, палеонтологической логики и т.п.), манипулирование верой и убеждениями масс, инициирование эмоционального эффекта толпы, уже ничего позитивного для развития общества не даёт. Вызовы социальной эволюции требуют более осознанной общественной активности человека. Приходим к выводу: сегодня активный человек должен уметь в значительно большей мере сам различать детали сущностей вокруг себя и уметь принимать по ним системные решения самостоятельно.

С доисторических времён Homo sapiens (Человек разумный) пытался понять, прежде всего, сущность двух феноменов, постоянно возникающих перед его глазами – другого человека рядом и окружающую природу вокруг себя. Спустя тысячелетия, в эпоху историческую, знания человека оформились в две главные сферы научного познания – человекознание и естествознание. Однако, если в сфере научного естествознания успехи налицо и видим мы их проявления в техническом прогрессе, то с человекознанием не всё так ясно. “Легче угодить слушателям, говоря о природе богов, чем людей” - так говорил ещё Платон (428-347 гг. до н.э.) и с тех пор ясности в вопросе о сущности человека почти и не прибавилось. Говоря об успехах психологии в XX веке, авторы известного учебного пособия В.Роменец, И.Маноха высказывают мысль о “своеобразной слепоте сциентизма, подобно той, когда человек заглядывая за край света, не видит того, что происходит перед самыми глазами”. Может быть, это объясняется тем, что человек и общество имеют “геологическое” строение, всегда находятся в процессе развитии, “на марше” и постоянно усложняются. Не успев глубоко понять одно, устоявшееся, человек сталкивается с ещё более сложным, новым. О том, что далеко ещё не всё ясно с процессами в человеческом обществе, мы убеждаемся на каждом шагу, возмём хотя бы актуальные статьи известного российского журналиста Ю.Латыниной, в частности “Итоги года. Середина истории” [http://www.ej.ru/?a=note&id=11670/], где речь идёт не просто об итогах 2011 года, а о середине истории человечества. Или того же автора об анчоусах на путинге [http://www.ej.ru/?a=note&id=11670/], где речь идёт о расслоении сознания в сообществе людей и об особенностях наблюдаемого менталитета соотечественников.

Потребность в человекознании никогда не уменьшалась, но сегодня, видим мы, она резко возросла. Новая ситуация, повысившая статус человека оригинального, творческого на изломе эпох индустриальной и постиндустриальной (информационной, технологической) и одновременно уменьшившая роль и место отдельного человека-вожака-героя по сравнению с коллективом, сообществом людей и его институциями, с небывалой ранее силой обострила вопросы: что есть человек и что есть человек хороший в его ролях различных?

Хотя человека частично, в какой-то мере, изучает каждая из десятков ныне существующих наук гуманитарного профиля, ввиду его многосложности, достаточно полного описания человека нет и поныне, как нет в начале ХХІ века и отдельной науки, системно аккумулирующей в себе уже накопленные знания о человеке и ставящей целью ответить на ещё неясные вопросы. Стать такой наукой претендует антропология, но и она пока ещё воспринимается неоднозначно: либо как антропология в широком смысле, объединяющая множество слабо связанных между собой направлений человекознания, либо как антропология в узком смысле слова, зацикленная на происхождении человека и его антропогенезе. Сегодня становится всё очевиднее, что интегрирующим фактором должны стать междисциплинарные психологические и системно-синергетические концептуальные подходы.

Параллельно с науками о человеке столетиями сосуществовало эзотерическое мировоззрение (оккультизм), включая такие направления тайного знания для немногих посвящённых как астрология, герметизм, гностицизм, дзен-буддизм, йога, каббала, магия, спиритизм, теософия и им родственные, более совремённые – антропософия, нью-эйдж и т.п. Сегодня воспринимается странным, что именно они, а не наука, всё ещё предлагают “осознанное изменение личности” путём “расширения и просветления её сознания”. Насколько предлагаемые оккультные практики подтверждаются совремёнными науками, в частности, психологией? – вопрос этот остается открытым, ждущим внимания науки.

Что касается ныне существующих многочисленных отраслей научного человекознания, то следует отметить: в них наблюдается много повторов, описание одного и того же разной терминологией, что делает невозможным изучение человека массовым школьным и университетским образованием путём ознакомления со всеми точками зрения по причине биологических и временных ограничений самого изучающего. Назрела потребность в упорядочении знаний о человеке в форме учебной дисциплины, обязательной для всех направлений профессиональной специализации в системе высшего образования и обязательной для пропедевтического изучения в средней школе. Разумеется, предлагаемая учебная дисциплина “Концепции современного человекознания” (КСЧ) не есть двойником-копией какой-либо науки. Её специфика состоит в интегрировании на основе междисциплинарных подходов всех знаний о человеке, уже накопленных науками узкоспециализированными. Иными словами, предлагаемая дисциплина КСЧ является продуктом междисциплинарного синтеза.

Потребность в изучении сущности человека постоянно возрастала в связи с ростом количества проблем, встающих перед человечеством в процессе его ускоряющегося развития, но особенно возрастает сейчас, когда социальная эволюция начала приобретать характер Сингулярности. Становится понятным и более того, уже очевидным: человек может отвечать на новые вызовы социальной эволюции, на Сингулярность, лишь своим усложнением, используя для этого, прежде всего, свой мозг, своё сознание, развивая мышление, самосознание и волю. Рекомендации должна разрабатывать рациональная наука.

Как усложняться человеку как члену общества – это забота общества. В чём специализироваться каждому конкретному человеку - пусть выбирает он сам. Но для правильного выбора ему надо сначала хотя бы минимально разобраться в самом себе, научиться понимать себя изнутри. Знать хотя бы что-то о соотношении сознательного и инстинктивного в своём естестве, об эмоционально-волевой сфере своей психики.

Иначе говоря, те вопросы, которые задавали себе о сущности человека лишь выдающиеся мыслители прошлого – Соломон, Конфуций, Платон, Аристотель, Августин, Бэкон, Декарт, Локк, Паскаль, Кант и сотни, тысячи других “пионеров-разведчиков” развивающегося человечества, те вопросы, которые накапливали и по-своему истолковывали философия и эзотерика, сегодня в ХХI веке должен (или вынужден) задавать себе каждый человек. И уметь отвечать на поставленные вопросы с научных позиций, без обращения к различным церковным пастырям и гуру, носителям тайных оккультных знаний и практик, знать ответы, чтобы затем адаптироваться и действовать рационально в совремённом мире, быть активным и востребованным. Таким образом, лишь новым уровнем глубины познания сущности человека, новым уровнем самосознания каждый из нас обретёт дополнительные степени свободы, так необходимые в совремённой жизни.

***

С чего начать новый этап изучения человекознания? Более 10 лет назад в вузах Российской Федерации была введена новая дисциплина “Концепции современного естествознания” (КСЕ), обязательная для студентов гуманитарных, экономических и юридических специальностей. В Украине такой дисциплины, как обязательной, пока нет. В 2000 году Министерством образования РФ утверждены две Примерные программы данной дисциплины. Обе программы рекомендуют отводить на изучение дисциплины от 100 до 300 часов трудоёмкости в течение одного-двух или трёх семестров.

Вузы, имея право разработки собственных учебных планов своей учебной программы на основе рекомендованной Министерством образования РФ Примерной программы КСЕ, выбирают пути реализации данной дисциплины в широком диапазоне возможностей от имитации (грубо говоря) до поисков оптимального варианта. Что касается трудоёмкости, то одни выбирают минимум, всего 12 лекций (24 часа аудиторных занятий) + 24 часа самостоятельной работы (Томский государственный университет, специальности “международные отношения”, “документоведение” [см. http://www.if.tsu.ru/Programs/3/natural_science.doc]); другие ограничиваются всего лишь девятью лекциями (18 часов), девятью лабораторными занятиями, девятью семинарами + 72 часами самостоятельной (внеаудиторной) работы (всего трудоемкости - 126 часов) (Томский политехнический университет, специальность “социальная работа” [см. http://www.ctl.tpu.ru/files/prkse.pdf]); третьи изучают дисциплину в двух семестрах в количестве часов: лекции - 36 час, семинары – 18 час, индивидуальная работа (консультации преподавателя) – 18 час, самостоятельная работа – 46 час (всего трудоемкости – 118 час) (Новосибирский государственный Университет экономики и управления [см. http://www.vball5.ru/content_filearch2/002/kse.pdf]). И трудно найти тех, кто использовал бы рекомендации Министерства образования “на полную катушку”, 100%, то есть до 300 часов общей трудоемкости и формировал бы естественно-научную картину мира целостного мировоззрения как одну из приоритетных задач.

За десять лет по дисциплине “Концепции совремённого естествознания” в Российской Федерации издано несколько десятков учебников и учебных пособий. Каждый из авторов искал свой стержень изложения материала. Разнообразие фактического материала, содержащегося в учебниках и учебных пособиях по КСЕ, методологические принципы отбора материала, концепции построения содержания курса отличаются не меньшим разнообразием, чем вузовские рабочие программы и учебные планы по КСЕ. Конечно, можно критиковать тот или иной подход. Но на этапе становления новой учебной дисциплины это многообразие неизбежно.

 

Как составить СОДЕРЖАНИЕ новой учебной дисциплины, назовём её «Концепции совремённого человекознания» (КСЧ) по аналогии с уже обязательной для изучения дисциплиной «Концепции совремённого естествознания» (КСЕ)? Разнообразие программ и соответствующих им учебников и учебных пособий по КСЕ указывает на возможность и допустимость аналогичного многообразия подходов и в отношении КСЧ на этапе её становления. Сегодня речь надо было бы уже вести о соответсвующей научно-педагогической инновации и об экспериментальном внедрении дисциплины КСЧ в учебный процесс университетов и старших классов средних школ.

Конечно, можно было бы собрать экспертов и предложить каждому из них составить Перечень основных концепций человекознания и затем согласовать общий список и даже утвердить его голосованием. Мы, недолго думая, предложили бы для обсуждения перечень такой:

 

I.

Концепции вызовов социальной эволюции и ответов на них, включая:

-

 

-

-

концепции эволюций глобальной (универсальной) и био-психо-социальной;

концепции вызовов социальной эволюции и ответов на них;

концепция учебной дисциплины “Концепции современного человеко- знания” как один из ответов на вызовы социальной эволюции.

 

 

II.

Концепции происхождения человека (антропогенеза и социогенеза),

концепции его инстинктов, бессознательного,

потребностей и мотиваций, включая:

-

-

-

 

-

-

концепции происхождения человека как биологического вида;

концепции социогенеза человека;

концепция человека как сложной нелинейной открытой системы

(взгляд с точки зрения системно-синергетической);

концепции инстинктов, рефлексов и бессознательного человека;

концепции потребностей и мотиваций З.Фрейда, А.Маслоу и др.

 

 

III.

Концепции человека как элемента внешних био-социальных систем, влючая:

-

-

-

концепция “геологического” строения морфогенеза человека;

концепции внутренней полисущности человека;

концепции внешней ролевой многоликости человека.

 

 

IV.

Концепции уникальности человека, включая:

-

-

-

-

концепция сложности человека с точки зрения синергетической;

концепция сознания как атрибута материи;

концепции сознания в Живой Природе и место человека в них;

концепции предназначения человека во Вселенной и роль сознания в этом.

 

 

V.

Концепции индивидуального сознания и воли человека, включая:

-

-

-

 

 

-

-

концепции индивидуального сознания человека;

концепции самосознания человека как высшей формы его сознания;

концепция превалирования инстинктивных и условно-рефлексивных бессознательных программ поведения человека над осознанными разумными;

концепции воли человека;

концепции относительной разумности-неразумности человека.

 

 

VI.

Концепции филогенеза человека как социального существа, включая:

-

 

-

-

-

концепции человека как предмета этики, носителя моральных норм и воплощения нравственности;

концепции прав и свобод человека как члена сообщества людей;

концепции ценностей человека, свободы его воли и смысла жизни;

концепции гуманизма.

 

 

VII.

Концепции менталитета сообществ и сознания общества

как целостностей, включая:

-

-

 

 

-

-

концепции менталитета сообществ людей и связанных с ним проблем;

концепция сознания общества как объединения множества индивидуальных сознаний пересечением (пересечением – в смысле математической теории множеств) множества их элементов;

концепция человека как субъекта познания;

концепции культуры и духовности человека.

 

 

VIII.

Концепции способов жизнедеятельности человека и общества

и связанных с нею экологических проблем, включая:

-

-

-

концепции преобразующей деятельности человека;

концепции экономических систем производства и распределения;

концепции экологических проблем.

 

 

IX.

Концепции общества как высшей ступени развития Живой Природы,

включая:

-

 

-

-

концепции политической организации государства

(авторитаризм, демократия, охлократия, тоталитаризм, этакратия);

концепции общества как высшей ступени развития Живой Природы;

концепции гражданського общества.

 

 

X.

Концепции человека как хорошей клетки общества, включая:

-

 

-

-

концепция человека как элемента внешних систем

(взгляд з точки зрения системно-синергетической);

концепции личности человека;

концепции человека как хорошей клетки гражданского общества.

 

 

XI.

Концепции религиозных и эзотерических учений о человеке, включая:

-

-

-

концепции религиозных учений о человеке как таковых;

концепции эзотерических учений о человеке как таковых;

концепции религиозных и эзотерических учений о человеке

с точки зрения психологической и системно-синергетической.

 

 

XII.

Концепции онтогенеза человека, включая:

-

-

-

 

-

-

концепции социализации человека;

концепция человека как объекта воспитания;

концепции образования среднего и высшего, общего и специального,

фундаментального и широкого, гуманитарного и естественно-научного;

концепции человека как субъекта и объекта самовоспитания;

концепции онтогенеза сознания и педагогических процессов, связанных с ним.

 

Можно было бы пойти и путём иным: положить на стол тексты всех наук сферы человекознания и выбрать сначала то общее, что повторяется у всех. Затем выбрать вопросы без ответов, которые повторяются у всех. Затем найти ответы на эти вопросы, которые, возможно, уже имеются у некоторых первопроходцев, под-вергнуть их верификации и т.д. Такой подход, конечно же, заслуживают внимания.

Однако, существуют и специфические требования к процессу преподавания и изучения учебных дисциплин. Усвоение новой информации должно опираться на фундамент уже усвоенных знаний. Изучению каждой из концепций человекознания должна предшествовать закладка определённого фундамента. Новая информация должна предъявляться поэтапно, спиралевидно, частично повторяясь на новом, более глубоком витке усвоения. Хорошим примером является уже устоявшийся за столетия процесс изучения механики (раздел физики). Два витка изучения учебной дисциплины молодой человек проходит в средней школе (в 7-ых и 9-ых классах), затем избравшие соответствующие специальности изучают механику в общем курсе физики на первом курсе университета (3-й виток), далее изучают углублённо теоретическую и техническую механики (4-ый и 5-ый виток), затем желающие могут изучать квантовую механику (6-ой виток), и далее в аспирантуре – пробовать соединять квантовую механику с классической, объясняя микро- и макромиры, а также материальное и идеальное, с единых позиций - виток ещё выше. Подобным образом изучается и математика – элементарная, высшая, теоретическая аксиоматическая, дискретная и прикладная, уже добравшаяся до систем нелинейных дифференциальных уравнений и т.д.

В общем, глубокое изучение человекознания как простого перечня концепций нам не представляется наилучшим. Ведь многие концепции человекознания базируются на одном и том же едином фундаменте, который неизбежно будет повторяться от концепции к концепции. Начинать следует, по возможности, с единых концептуальных основ. Просмотр всего множества таких взаимосвязанных концепций в чистом, разделенном виде, и их сопставление, наверное, целесообразно проводить на заключительном этапе учебного процесса.

Обращаясь за советом к авторитетам [Философия. Энциклопедический словарь. – М.: Гардарики. Под редакцией А.А. Ивина. 2004], мы обнаруживаем разные подходы к классификации знаний о человеке. Так М. Шелер (1874-1928), немецкий философ и социолог, один из основоположников философской антропологии, выделял пять попыток определения Человека, пять идей о Человеке, существовавших в истории:

  1. человек есть образ и подобие Божие;

  2. человек наделён божественным началом, разумом и противопоставлен природе, которая разума не имеет;

  3. идея Homo faber, где главной чертой Человека является не разум, потенциально свойственный также и животным, но способность создавать орудия труда, искусственный мир материальной и духовной культуры;

  4. человек – тупик органической жизни на Земле, он занимается самоуничтожением;

  5. человек – свободное творящее существо, не нуждающееся в Боге.

 

К. Ясперс (1883-1969), немецкий философ, психолог и психиатр, один из главных представителей экзистенциализма, выделял пять свойств Человека как метафизического существа:

  1. неудовлетворённость Человека всем и постоянно – показатель его человечности;

  2. стремление к безусловной опоре для своего бытия, которую он не находит ни в обществе, ни в природе;

  3. стремление к единому вечному, чего нет ни в материальном мире, ни в духовном;

  4. сознание бессмертия не как продолжения жизни в другом образе, а как своей укрытости в вечности;

  5. сознание непостижимости воспоминания, как будто он знает о творении мира или может вспомнить о том, что было до этого творения.

 

В. Табачковский (1944-2006), украинский философ, предлагая вниманию читателей свою книгу о полисущностном homo, сообщал: “не претендуя на полноту, нам удалось выделить из огромного спектра сущностных свойств человека свыше 70 из них” [Табачковський В.Г. Полісутнісне homo: філософсько-мистецька думка в пошуках “неевклідової рефлективності”. – К.: Видавець ПАРАПАН, 2005. – 432 с.].

Можно видеть десятки попыток как-то что-то выделить в сфере человеческого бытия мыслителями прошлого и настоящего и считать выделенное наиболее существенным. И тут никак не обойтись без историко-философского подхода к рассматриваемой проблеме составления СОДЕРЖАНИЯ новой учебной дисциплины «Концепции совремённого человекознания».

Следует заметить, концепции человекознания как таковые и сегодня всё ещё находятся в стадии перманентного формирования, они не успевают становиться концепциями общепризнанными, окончательно оформившимися и так застывшими. Поэтому составление СОДЕРЖАНИЯ новой учебной дисциплины «Концепции совремённого человекознания» является задачей творческой, допускающей в определенной мере свободу поиска и варианты реализации.

Человек неотделим от человеческого общества и можно сосредоточить большую часть внимания на человеке как частице человечества, изучать его в контексте ценностей коллективизма и рассуждать с позиций мульти- или поли-культурализма о патриотизме, национализме, интернационализме, прочих “-измах”, не забывая также и о проблемах ксенофобий, расизма, сионизма, фудаментализма и тому подобных отклонений от гуманизма и помня при этом о надвигающемся глобализме.

Можно многое сказать о человеке и в контексте ценностей его автономии, свободы и индивидуализма. Концепции соотношения индивидуализма и коллективизма веками изменялись и путаницы в головах людей - носителей идеологий при этом нисколько не убавлялось до сих пор. С точки зрения соотношения индивидуализма и коллективизма можно рассуждать о тех же концепциях гуманизма, демократии, свободы воли, прав и обязанностей человека, о концепции гражданского общества с разделением ветвей власти и сотнями гражданских организаций внутри общества и государства. И будет ясно, что и без индивидуализма не обойтись, и без коллективизма не обойтись. Они – как две стороны одной медали. Если до эпохи индустриальной затребован был коллективизм безличностный, в индустриальную епоху поощрялся трехмерный индивидуализм, то сейчас, в начавшуюся эпоху постиндустриальную, общество снова возвращается к коллективизму, но уже иному, коллективизму личностному, уважающему личность и предпочитающему диалог вместо искусственного разжигания вражды в форме классовой и иной борьбы или противопоставления оппозиции и власти (см. в качестве примера противопоставление СМИ митинга на Болотной площади в Москве и “путинга” на Поклонной горе).

Внимание сосредоточить можно и на триаде человека - его теле, душе и духовности. С них также можно начинать формирование СОДЕРЖАНИЯ человекознания. И даже можно посмотреть на основные положения древних религиозных и прочих оккультных вероучений и попытаться объяснить их с точек зрения наук совремённых. И все эти концепции можно подвести под общее основание или, как нынче говорят, background точки зрения междисциплинарной, системно-синергетической.

В общем, круг “-измов” человекознания уже достаточно велик и он со временем лишь расширяется. Желательно их как-то систематизировать, классифицировать. Были ли раньше и наблюдаются ли сегодня такие попытки?

В своё время известным советским психологом Б.Г. Ананьевым (1907-1972) была заявлена необходимость разработки концепции “человекознания” с центральной ролью психологии, однако её интеграция с концепциями других наук не успела состояться, и по мнению исследователей истории психологии ХХ века (Анцыферовой Л.И. и др.) концепция “человекознания” Б.Г. Ананьева «оказалась незавершённой». Как бы то ни было, положение о важной роли психологии в человекознании заслуживает глубокого осмысления и всяческой поддержки..

Философию или психологию или синергетику – что положить в фундамент совремённого человекознания? Ответ такой мы выбираем: и философию, и психологию, и синергетику – ответ в соответствии с принципом дополнительности, использовавшимся уже в древности царем Иудеи и Израиля Соломоном (X век до н.э.) в форме высказывания “и ты прав, и ты прав”, внесенным в квантовую механику в 1927 году Нильсом Бором и сегодня получающим признание и распространяющимся, пока как “плюрализм”, в гуманитарных науках.

В течение многих столетий ответы на вопрос “что такое человек?” сосредотачивались в религиозных вероучениях и в философии. В ХХ веке – глубину видения человека всё больше обеспечивала психология. В начале ХХI века нам всем становится понятным, что обобщить все знания о человеке возможно лишь на основе парадигмы междисциплинарной, системно-синергетической

Приступая к формированию СОДЕРЖАНИЯ, прежде всего, надо уточнить термин “концепция” и смысл слова “современные”. Мы согласны с позицией А.А. Горелова, автора учебного пособия “Концепции совремённого естествознания”, который пишет: «Результатами научных исследований являются теории, законы, модели, гипотезы, эмпирические обобщения. Все эти понятия, каждое из которых имеет своё определённое значение, можно объединить одним словом “концепции”. …Не только последние научные данные можно считать современными, а все те, на которых основывается современная наука, поскольку наука состоит не из отдельных, мало связанных между собой теорий, а представляет собой во многом единое целое, включающее знания, ставшие достоянием человека в разное время его истории» [Горелов А.А. Концепции современного естествознания: Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. – М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2000. – 512 с. С. 4 ]. Иными словами, современные знания не ограничиваются теми, что добыты сегодня, а содержат в себе все те знания, которые накоплены человечеством за всю его историю, прошли проверку на достоверность и которыми мы пользуемся сегодня.

Что касается выбранных нами конкретных подходов к формированию СОДЕРЖАНИЯ учебной дисциплины КСЧ, то нам представляется заслуживающим внимания подход, при котором различаются (классифицируются), прежде всего, способы ответа на вопрос о том, что такое человек: 1) дескриптивный, 2) атрибутивный и 3) сущностный [Новый философский словарь на сайте http://filpedia.ru/377/].

В первом случае, при дескриптивном подходе, исследователи концентрируют внимание на выделении и описании всевозможных признаков, которые отличают человека от всех других видов живых организмов. Этот подход свойственен как естественно-научной антропологии, так и философии. И выделяемым признакам несть числа. Назовём лишь три десятка из необозримого их множества. Это: 1) особое анатомическое строение, прямохождение, 2) необычайная пластичность поведения, 3) способность производить орудия труда, 4) способность добывать огонь, 5) способность пользоваться языком. В животном мире Живой Природы лишь человек обладает: 6) традицией, 7) памятью, 8) чувствами, 9) способностью думать отвлечённо, 10) утверждать, 11) отрицать, 12) считать, 13) рисовать, 14) фантазировать, 15) музицировать. Только он может: 16) знать о своей смертности, 17) любить, 18) обещать, 19) лгать, 20) удивляться, 21) молиться, 22) грустить, 23) презирать, 24) быть самоуверенным и надменным, зазнаваться, 25) плакать и смеяться, 26) обладать юмором, быть ироничным, 27) играть роли, 28) познавать себя и окружающий мир, 29) воспроизводить существующее и 30) проектировать нечто новое, опредмечивать свои замыслы и идеи (материализовать идеальное). Сюда можно добавить и уникальную способность человека убивать сородичей своего биологического вида, не свойственную больше никакому иному виду во всём животном мире.

При атрибутивном подходе исследователи стараются выйти за рамки перечисления многочисленных признаков человека и выделить среди них несколько таких, которые были бы главными, определяющими признаками-свойствами. К атрибутам обычно относят разумность (Homo sapiens), способность создавать символы и знаки, мыслить ими абстрактно (Homo symbolicus), способность создавать нечто новое материальное (Homo faber), излишнюю любознательность, выходящую за рамки необходимой адаптации (Homo cognizes). К атрибутам человека следует отнести также и его микрокосмичность (Homo mikrokosmos), имея в виду не таблицу Менделеева внутри него, а, главным образом, его “геологическое” строение.

Что касается сущностного подхода, выяснения метафизической сущности (основания существования и предназначения) человека, то вопрос остается открытым, дискуссионным. И тут следует, прежде всего, уточнить термин “сущность”. В логике сущность предмета выражается в его определении. В других науках сущность отождествляется либо с субстанцией, либо с атрибутами. Как быть в человекознании? Наверное, и тут временно допустимы условности. Так можно считать сущностью человека один из его атрибутов. Мы склонны относить к атрибутам материи Природы, кроме движения, пространства и времени, также взаимодействие и отражение взаимодействия. Движения, взаимодействия и отражения имеют простые и сложные формы. Их высшие формы возникают на основе относительно низших и включают их в себя в преобразованном виде. Взаимодействие и отражение взаимодействия создают системность материального мира, которую также можно считать атрибутом материи. Высшей формой отражения в материальном мире является человеческое сознание (индивидуальное и сознание общества). Можно считать сущностью человека его сознание как высшую форму активного опережающего отражения.

Целью (и задачами) изучения учебной дисциплины «Концепции совремённого человекознания» является повышение глубины саморефлексии человека путём перенесения на уровень его обыденного сознания тех знаний о человеке, которые накоплены наукой. Современный человек должен понимать своё место отдельного элемента (индивида, личности) в его соотношении с обществом людей как новой организменной целостности, стоящей на лестнице эволюции Живой Природы выше, над человеком. Человек также должен хорошо осознавать своё происхождение с низу, “геологическое” строение своего тела и психики, прежде всего, соотношение животных инстинктов, рефлексов, бессознательного и рацио-разума внутри себя. И каждый должен понимать сегодня, что имел в виду Блез Паскаль (1623-1662) в своих «Мыслях», определяя место человека во Вселенной как середину между ничем и всем, и понимать также, что конкретный человек находится отнюдь не в середине, а в диапазоне между всем и ничем, и точку местонахождения он выбирает сам.

 

Таким, образом, достижение поставленных целей совершенствования человека обеспечивается опорой на три “кита” – 1) признание универсального эволюционизма и неизбежности вызовов социальной эволюции, 2) развитие сознания, самосознания, логико-системного мышления и волевой регуляции как качеств более совершенного человека, 3) познание синергетической картины мира и методологии познания как фундамента объединения уже имеющихся знаний о природе, технике, обществе и человеке и синтеза новых знаний о человеке.

С учётом вышеизложенного представляется целесообразным следующий общий подход к составлению СОДЕРЖАНИЯ учебной программы дисциплины «Концепции совремённого человекознания». На изучение дисциплины должно отводиться так же, как и при изучении «Концепций совремённого естествознания», от 108 до 360 часов (от 3 до 10 кредитов) общей трудоемкости аудиторных и самостоятельных занятий в течение одного или двух-трёх семестров, в зависимости от профиля специализации и возможностей учебного заведения.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Примерную программу учебной дисциплины КСЧ представляем так:

 

TЕМАТИЧЕСКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ СОДЕРЖАНИЯ

ПРИМЕРНОЙ ПРОГРАММЫ УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ

КОНЦЕПЦИИ СОВРЕМЕННОГО ЧЕЛОВЕКОЗНАНИЯ”

 

ВВОДНАЯ ЧАСТЬ

(Что знает каждый из нас о человеке на уровне своего обыденного сознания и зачем нам надо знать больше?)

 

Предмет учебной дисциплины “Концепции современного человекознания”.

Методические и организационные особенности изучения учебной дисциплины.

Концепции универсальной и биосоциальной эволюции. Вызовы социальной эволюции в ХХІ веке и ответы на них.

 

ЧЕЛОВЕК: КАК ОН ВЫГЛЯДЕЛ ВЧЕРА

И КАК ВЫГЛЯДИТ СЕГОДНЯ С РАЗНЫХ ТОЧЕК ЗРЕНИЯ?

(Дескриптивный способ ответа на вопрос, что такое человек?)

 

Эволюция взглядов мыслителей на человека в течение веков

(древний мир - эпоха Просвещения). Человек как биологический вид (Homo biologicus, Homo ludens, Homo habilis, Homo erectus, Homo sapiens)

(концепции происхождения человека, его антрогенеза и социогенеза).

Многоликий Homo: как выглядит сегодня человек с разных точек зрения,

в каких общественных ролях он нам встречается сегодня (Homo politicus, Homo faber, Homo Viator, Homo hidden, Homo …)? Концепции инстинктов, бессознательного и эмоций человека. Концепции потребностей, мотиваций и мотивов человека.

 

ЧЕЛОВЕК: СКОЛЬКИМИ СУЩНОСТЯМИ ОН ОБЛАДАЕТ

– сколько их и как они между собою соотносятся?

(Попытки атрибутивного способа ответа на вопрос, что есть человек?)

 

Характерные черты человека с точки зрения литературы и искусств

(концепции внутренней полисущности человека). Характерные черты человека с точки зрения современной психологии личности. Человек в философии XIX-XX веков - поиски атрибутов и сущностей – как это было. Атрибуты человека - как нам видятся они сегодня с точки зрения междисциплинарной.

 

В ЧЁМ СОСТОИТ УНИКАЛЬНОСТЬ ЧЕЛОВЕКА ВО ВСЕЛЕННОЙ?

(Попытка сущностного способа ответа на вопрос, что такое человек: выбор сущностей двух-трёх главных (определяющих) из нескольких десятков, ранее уже отмеченных философами и писателями)

 

Человек – самое сложное из всех биологических существ, человек совремённый с точки зрения системно-синергетической. Человек сознательный как нечто более значительное, чем Человек разумный. Уникальность человека как живой клетки Общества – более сложного био-социального Организма, стоящего на лестнице глобальной эволюции Вселенной выше человека. Антропоцентризм, антропный принцип и самосознаюшая Вселенная – как это понимать?

 

СОЗНАНИЕ ЧЕЛОВЕКА КАК СВОЙСТВО

И ОСНОВАНИЕ ЕГО УНИКАЛЬНОСТИ ВO ВСЕЛЕННОЙ

(Пропедевтика сущностного ответа на вопрос, что такое человек?)

 

Сознание человека. Что знаем мы об этом, окончив школу и университеты?

Экскурс в историю: сознание человека как предмет психологии, философии и естествознания в XX веке? Сознание человека и его инстинкты, рефлексы, бессознательное, сознание человека и сознание общества - как соотносятся они?

Человек сознающий (Homo conscious): достаточно ли был разумным он вчера и разумен ли сегодня? О “детском” возрасте сознания человека: о симулякрах, манипуляцих и опасностях манкуртизации – как человеку уберечь себя от возможных опасностей относительной недоразвитости его сознания?

 

ФИЛОГЕНЕЗ СОЗНАНИЯ:

ОТ МИФОЛОГИЧЕСКИХ СТАДИЙ К ИНТЕГРИРОВАННОМУ

СОЗНАНИЮ ГЛОБАЛИЗИРОВАННОГО ОБЩЕСТВА ЗЕМЛИ

 

О становлении сознания человека на заре истории человечества (концепции мифологического сознания человека). О становлении сознания человечества в историческую эпоху (концепции человека как предмета этики, носителя моральных норм и воплощения нравственности; концепции прав и свобод человека как члена сообщества людей). Эволюция взглядов на ценности, свободу воли, смысл жизни и место человека в обществе (концепции ценностей человека, свободы его воли и смысла жизни). Концепции гуманизма – как совершенствовались они? (концепции гуманизма как идеологии Возрождения и последующих мировоззрений, как концепции принципа и основы этики, права и образования).

 

СОЗНАНИЕ ЧЕЛОВЕКА СОВРЕМЕННОГО РАЗУМНОГО,

HOMO SAPIENS НАЗЫВАЕТСЯ, - ЧТО ДОЛЖНЫ МЫ ЗНАТЬ ОБ ЭТОМ?

(Сущностный ответ на вопрос, что такое человек?)

 

О механизмах сознания и уровневых глубинах психического отражения… отражения (концепции тех новых элементов (синестезии и воображения), что обусловили возникновение человеческих составляющих сознания). Сознание и бессознательное, инстинкты, эмоции и воля человека - как соотносятся они? (концепции соотношения инстинктов и сознания человека). Самосознание и волевая регуляция как высшие ступени индивидуального сознания человека. Внутренний мир человека и его смыслы. Проблема виртуальности. Концепции самосознания человека и волевой регуляции его поведения. Сознание человека, менталитеты сообществ и сознание общества как целостности – как соотносятся они? (концепции развития индивидуального сознания и менталитетов). Чего как системе отображения недостает сегодня индивидуальному сознанию человека из того, что уже имеет сознание общества? О “детском” возрасте сознания человека: о симулякрах, манипуляцих и опасностях манкуртизации – как человеку уберечь себя от возможных опасностей относительной недоразвитости его сознания? (концепции относительной разумности человека).

 

МЕЖДИСЦИПЛИНАРНОСТЬ И СИНЕРГЕТИЧЕСКАЯ ПАРАДИГМА В НАУКЕ О ЧЕЛОВЕКЕ

(Хаос, порядок и самоорганизация в природе и обществе)

 

Основные понятия синергетики (словарь употребляемых терминов). О синергетике кратко: когнитивные основания и основные принципы (2 принципа бытия и 5 принципов становления). Системы и термодинамика. Синергетика как термодинамика открытых системы вдали от точки равновесия. Параметр порядка в термодинамике и в синергетике. Теория катастроф как раздел синергетики. Фракталы. Математический аппарат синергетики. Эволюционно-синергетическая парадигма.

 

ОБЩЕСТВО КАК ВЫСШАЯ СТУПЕНЬ РАЗВИТИЯ ЖИВОЙ ПРИРОДЫ, ОБЩЕСТВО КАК ОТКРЫТАЯ СИСТЕМА, КАК ОРГАНИЗМ, ЧЕЛОВЕК КАК ЕГО КЛЕТКА

(Обобщение темы “Что есть человек?” в границах эволюционно-синергетической парадигмы)

 

Структура и функционирование человеческого общества как системы, как живого организма. Концепции политической организации государства вчера и сегодня. Концепции способов жизнедеятельности человека и общества и связанных с нею экологических проблем. Вызовы социальной эволюции на изломе эпох и ответы на них. Концепции человека как хорошей клетки общества, как личности. Концепция гражданского общества как ответа на вызовы социальной эволюции.

 

КОНЦЕПЦИИ РЕЛИГИОЗНЫХ И ЭЗОТЕРИЧЕСКИХ УЧЕНИЙ О ЧЕЛОВЕКЕ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ СОВРЕМЁННОЙ НАУКИ

 

Эзотерические (оккультные) учения Древнего мира о человеке

(концепции сознания, самосознания, воли и совершенствования человека).

Концепции религиозных учений о человеке (религиозные концепции человека как хорошей клетки общества). Эзотерические учения современности о совершенствовании личности путём “расширения и просветления её сознания”

(эзотерические концепции совершенстванвания человека ). Религиозные и эзотерические (оккультные) учения с точки зрения системно-синергетической.

 

КАК ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЧЕЛОВЕКОЗНАНИЕ НА ПРАКТИКЕ?

О СПЕЦИФИКЕ ЧЕЛОВЕКОЗНАНИЯ В СФЕРЕ ПЕДАГОГИКИ

 

О состоянии и перспективах обновления педагогического знания в связи с ориентацией образования на личность. Саморефлексия личности

как стержень образовательной парадигмы XXI века. Онтогенез сознания и педагогический процесс.

 

 

 

СОДЕРЖАНИЕ УЧЕБНОГО ПЛАНА ПРОГРАММЫ

 

I. Tематическое изложение содержания учебного плана

 

Структура содержания программы содержит части, разделы, подразделы (главы) и параграфы, что в определённой мере соответствует принципам кредитно-модульной системе организации учебного процесса, учитывающей идеи Европейской кредитно-трансферной системы (European Credit Transfer System - ECTS), а именно:

- часть содержания предлагаемой программы КСЧ (нумеруется римскими числами I, II, III, IV,…, IX) соответствует модулю - наиболее укрупненной теме содержания программы, излагаемой некоторым количеством лекций, сопровождае-мых практическими занятиями, семинарами и завершаемой контрольной работой;

- раздел соответствует логически завершённой отдельной теме содержания программы (нумеруется числами I.1,…, IX.4,…), излагаемой, в зависимости от выделенной трудоёмкости, одной или несколькими лекциям и завершаемой постановкой контрольных вопросов; при минимальной трудоёмкости – излагается одной лекцией;

- подраздел (глава) раздела программы соответствует обычно теме одной лекции при максимальной трудоёмкости учебного курса (нумеруется числами I.1.1,…, IX.4.4.,…);

- параграф соответствует логически очерченной части лекции, пред-усматривающей, обычно, один контрольный вопрос.

 

Модуль как единица программы, подлежащей текущему и модульному контрольному оцениванию (обычно практикуется разделение семестрового содержания на три модуля, подлежащих модульному контролю), в зависимости от выделенной трудоёмкости учебного курса, может соответствовать одной части или комплектоваться из нескольких частей сокращенного содержания.

Что касается лекции как формы аудиторного изложения учебного материала, то её содержанием может быть и часть, и раздел, и подраздел учебной программы – это зависит от общей трудоемкости, выделенной учебным заведением на изучение всего материала учебной дисциплины, и специфики аудитории. Минимальным следует считать перечень лекций, соответствующий перечню частей учебной программы КСЧ. Такой состав лекций в портфеле преподавателя находится в постоянной готовности для прочтения в любой аудитории в любое время.

Трудоёмкости учебной работы в объеме 36 академических часов, включающей аудиторную и внеаудиторную (самостоятельную) работу, принято считать унифицированной зачётной единицей трудоёмкости, обозначаемой словом кредит. Количество кредитов ECTS на учебную дисциплину определяется делением общего объема часов, запланированных на изучение дисциплины на цену кредита (с округдением до 0,5 кредита). Содержательный модуль по своей трудоёмкости примерно равен одному кредиту.

Учебное время, отведённое для самостоятельной работы регламентуется учебным планом и должно составлять от 1/3 до 2/3 общего объёма учебного времени. Учитывая другие нормы – 1) максимальный объём учебной нагрузки обучающихся не может составлять более 54 академических часов в неделю, включая все виды аудиторной и внеаудиторной (самостоятельной) учебной работы, 2) объём аудиторной учебной нагрузки обучающихся в неделю должен быть не менее 27 и не более 36 часов, а также учитывая сложившуюся отечественную практику использования максимальной аудиторной нагрузки в 36 часов/неделю при дневной форме обучения, - неформальное планирование самостоятельной работы студента реально ограничивается диапазоном от 1/3 до 1/2 общего объема учебного времени. Отклонение от этой нормы в сторону 2/3 возможно лишь в случае уменьшения недельной аудиторной загрузки от верхнего предела 36 часов в сторону её уменьшения до 27 часов и отказа преподавателей других дисциплин от превышения минимальной нормы самостоятельной работы. Учитывая, кроме того, необходимость равномерной загрузки студента в течение учебного процесса, приходим к выводу о практической невозможности, по крайней мере на первых этапах внедрения кредитно-модульной системы, превышения нормы учитываемой самостоятельной работы свыше 1/3 общего объёма учебного времени, определённого в размере 54 часа в неделю. В то же время в реальной практике мы наблюдаем и иные планово-отчётные показатели. Таким образом, что касается недельного планирования трудоемкости, то равномерность может быть обеспечена лишь в среднем. Таковы исходные позиции планирования учебной работы по реализации программы новой учебной дисциплины.

Главной проблемой, которая возникает на пути внедрения идей кредитно-модульной системы в рамках присоединения к Болонскому процессу, видится проблема организации самостоятельной работы студента. При этом, повышение значимости самостоятельной работы студента отнюдь не уменьшает загрузку преподавателя, как это может показаться на первый взгляд чиновникам, ищущим пути экономии бюджетных средств на образовании. Помимо лекционной работы, преподаватель больше внимания отныне должен уделять индивидуальной работе – индивидуальным занятиям, составлению заданий для текущнго и модульного контроля, индивидуальным и групповым консультациям, осуществлению контроля. Какой должна быть периодичность индивидуальных и групповых консультаций в процессе освоения кредитно-модульной системы, кафедры и факультеты должны решать самостоятельно, исходя из направления основной специализации, специфики преподавания дисциплины и опыта работы.

 

Перечень частей (модулей) и разделов (лекционных тем) программы и структурно-логическая схема их изучения предлагаются такими:

 

Вводная часть курса “ВВЕДЕНИЕ. ЗАЧЕМ НАМ ЭТО?” ставит целью ознакомление с проблемами человекознания в целом, как в историческом плане, так и с учётом актуальности и сложности объекта изучения сегодня. После “Введения в учебную дисциплину” рассмотрение концепций человекознания следует начать с темы “Об основных тенденциях развития современного человечества, о вызовах социальной эволюции на изломе эпох в ХХІ веке (концепции глобальной (универсальной) и био-социальной эволюции)”.

После одной-двух вводных лекций слушателям следует предложить выполнение практической работы – написание сочинения на тему “Что я знаю о человеке?”. По её итогам преподаватель должен дать понять слушателям, что обыкновенный человек, прошедший социализацию в стенах средней школы, ещё очень мало знает о сущности человека, и разъяснить почему. В то же время, следует заметить, человек по своей природе является очень самонадеянным и самоуверенным существом. Не случайно Библия в перечне семи смертных грехов человека на первое место ставит гордыню.

Проявления самонадеянности человека мы наблюдаем уже в его подростковом возрасте, с момента перестройки гормональной системы организма, в форме категорических заявлений подростка родителям: «А я лучше знаю, что мне делать и как мне быть!». Чем это обычно заканчивается, известно – девочки-подростки вскоре сообщают родителям о преждевременной беременности, а парни общению с родителями предпочитают общение со сверстниками у поворотнях, и в целом, время, предназначенное для подготовки к взрослой жизни, используется не очень эффективно.

Заметим, что такая подростковая и юношеская ложная самонадеянность должна находить понимание взрослых, ибо по сути своей является врождённым защитным механизмом. В самом деле, если бы каждый, как Сократ (469-399 гг. до н.э.), осознавал бы истину “Я знаю, что ничего не знаю”, то не было бы той минимальной уверенности в себе, что так необходима в повседневности каждому человеку, особенно, начинающему самостоятельную взрослую жизнь. Вместе с тем, взрослеющий человек всё-таки своевременно должен узнать полную правду о своих возможностях.

После обсуждения содержания сочинений слушателей на тему “Что я знаю о человеке?” следует обзорная тема “Какими могут быть ответы на вызовы социальной эволюции (концепция ответов, которые вытекают из концепций глобальной (универсальной) и био-социальной эволюции)”. В ней сообщается слушателям основные идеи курса учебной дисциплины с максимально возможной степенью подробности.

Введение в дисциплину КСЧ имеет своей целью достичь понимания каждым слушателем того, что жизнь, вызовы социальной эволюции требуют в начале ХХІ века более глубокого понимания сущности человека, чем это требовалось раньше.

 

Первая часть (модуль) содержания программы “I. ЧЕЛОВЕК: КАК ВЫГЛЯДИТ ОН С РАЗНЫХ ТОЧЕК ЗРЕНИЯ?” реализует дескриптивный способ ответа на вопрос, что такое человек? Предлагается изучить такие темы:

I.1. Эволюция взглядов мыслителей на человека в течение веков (древний мир – эпоха Просвещения).

І.2. Человек как биологический вид (концепции происхождения человека, его антропогенеза и социогенеза).

I.3. Многоликий Homo: в каких общественных ролях он нам встречается сегодня (Homo politicus, Homo faber, Homo Viator, Homo hidden, Homo …)?

I.4. Концепции инстинктов, рефлексов, бессознательного и эмоций человека.

I.5. Концепции потребностей, мотиваций и мотивов человека.

Каждая тема раскрывается одной или несколькими лекциями, перечень которых содержится в детализированном УЧЕБНОМ ПЛАНЕ ПРОГРАММЫ, утверждаемом учебным заведением, исходя из выделенной трудоемкости.

Человекознание должно бы начинаться с концепций происхождения человека, его антропогенеза и социогенеза. Однако, следуя не только естественно-научному подходу, но и философско-историческому, возможно, следует начать человекознание с обзора взглядов на человека древних мудрецов, от Соломона, Конфуция и древнеиндийских Вед, предлагая первой тему I.1. Эволюция взглядов мыслителей на человека в течение веков (древний мир – эпоха Просвещения)”. В частности, заслуживают внимания такие перлы древней мудрости, как: “Все звери сидят в каждом человеке, и нет ни одного зверя, в котором бы сидел хотя бы один человек” (древнекитайская поговорка); “И чтобы жили вы в эпоху перемен!” (древнекитайское проклятие), “Легче угодить слушателям, говоря о природе богов, чем людей” (Платон). Для изложения темы преподаватель может воспользоваться серией книг П.С. Таранова “Звёзды мировой философии”, расказывающих о концепциях более чем двухсот величайших мудрецов человечества, или книгой-сборником текстов, включающем фрагменты из произведений выдающихся индийских, китайских, арабских, западноевропейских и русских мыслителей разных эпох, начиная с древности и кончая Просвещением [Человек: Мыслители прошлого и настоящего о его жизни, смерти и бессмертии. Древний мир – эпоха Просвещения / Редкол.: И.Т. Фролов и др.; Сост. П.С. Гуревич. – М.: Политиздат, 1991. – 464 с.].

Такое рассмотрение взглядов мыслителей на человека в течение веков имеет, скорее всего, пропедевтический характер. Отрывочных, не системных, взглядов на человека в течение веков высказано было немало. Вместе с тем, прослеживается определённая логика в цепи этих взглядов: от мифологических, с неразличимостью и неразрывностью природы, человека и богов, до формирования религиозных представлений об индивидуальности, персоне и самости и далее, до возникновения понятия личности в философии Просвещения и развития этого понятия в наше время.

С началом исторического времени философы сначала выделили человека из природы, затем поставили его рядом с божествами, потом возник вопрос о соотношении в человеке божественного и тварного, затем появляются понятия персоны и личности, различение понятий обязанностей, долга и прав; далее возникает мировоззрение гуманизма и торжествует преувеличенная вера в возможности разума человека и так идёт процеес до нынешних времен. И обо всём этом размышляли, прежде всех, философы. А простые люди обыкновенные трудились на полях, боролись с эпидемиями, защищали свою землю от врагов, ходили в церковь, в свободное время сочиняли сказки, пословицы, пели песни и не задумывались особо над тем, что есть человек. Простым людям рассуждения старших, пересказ отрывков из Библии и вера в авторитеты компенсировали недостаток знаний научных, достоверных. О сознании человека и самоосознании им себя до Нового времени речь не шла.

Следующей, второй на начальном этапе изучения курса предлагается рассмотреть тему “І.2. Человек как биологический вид (концепции происхождения человека, его антропогенеза и социогенеза)”. Это – естественно-научный взгляд на человека. История человека как вида насчитывает миллионы лет. Были предки общие с гориллой и шимпанзе 16-12 млн лет назад, рамапитек например. Затем прошли этапы австралопитеков, “почти людей”, 6-2 млн лет назад; хабилисов умелых (Homo habilis) 4-2 млн лет назад; питекантропов прямоходящих (Homo erectus) 2-0,5 млн лет назад, включая синантропов-поздних питекантропов, освоивших огонь; неандертальцев 500 – 40 тыс. лет, изготовляющих уже симметричные топоры, хоронящих соплеменников с лекарственными растениями (60 тыс. лет назад), и наступило время современных кроманьйонцев (Homo sapiens), имеющих достаточно воображения для живописи, сочинения музыки и ритуальных игр.

Первые изделия (рубила и чопперы) отмечены у австралопитека, укрощение огня – у питекантропа ок. 1,4 млн. лет назад, наскальная живопись и возникновение музыки датируются верхним палеолитом (от 38 тыс. лет), переход к земледелию начался 12 тыс. лет назад и одомашнивание диких животных – всего 10 тыс. лет назад. Затем были выплавка-освоение меди (4-3 тыс. лет до н.э.), бронзы и затем ок. 800 лет до н.э. наступил железный век. Ок. 3500 лет до н.э. шумеры изобрели колесо, ок. 3000 лет до н.э. они же изобрели письменность.

Сегодня, говоря о свойствах человека, на первое место выдвигают его разум - то, чем отличается он более всего от других существ животного мира. Конечно, тут надо понимать, разум человеческий – это не столько свойство отдельного человеческого индивида, сколько свойство общества (сообщества) людей. У человека, от рождения изолированного от сообщества людей, разума возникает ничуть не больше, чем у одиноких обезьян. Затем он его приобретает в онтогенезе путем так называемой социализации.

Обычно, этапы развития человеческого мышления классифицируем мы так. До первобытно-общинного строя включительно речь идёт о доминировании биологического начала над психическим и о постепенном становлении мышления предметно-действенного, зачатки которого уже заметны у высших животных, начиная с птиц. С первобытно-общинным строем мы связываем преобладание условно-рефлекторной деятельности над безусловно-рефлекторной, доминирование коллективного бессознательного поведения над инстинктивным и заметное развитие предметно-действенного мышления. Наглядно–образное мышление в заметных формах связываем с появлением кроманьонцев – наших предков. Homo sapiens их величают, с подачи Карла Линнея (1707-1778), не задумываясь никак о составляющих их мышления, о преобладании того или иного вида мышления и следствиях этого. С началом исторического времени (появлением письменности) мы связываем появление начал абстрактного мышления и чисто человеческой составляющей Сознания Природы - символического сознания. Есть мнение в учёном мире, что абстрактное мышление конкурировать стало с наглядно-образным мышлением, по крайней мере, у человеческих элит лишь на рубеже средневековья и Нового времени. Сегодня мы связываем абстрактное мышление с понятийным и видим, впереди уже просматриваются очертания ещё более совершенного вида мышления – логико-системного, можно сказать, более математического.

Особо следует подчеркнуть, что в процессе социальной эволюции каждый новый вид мышления после предметно-действенного (наглядно-образное, абстрактно-понятийное, логико-системное) не возникает поголовно сразу у всех представителей человечества. Сначала он возникает у так называемых елит, потом у определённых слоев населения и народов, затем распространяется на регионы и потом, позже овладевает континентами. И возникновение абстрактного мышления и символической составляющей сознания с появлением письменности, и вместе с ними исторического времени, вовсе не означает, что питекантропов и неандертальцев среди нас уже нет. Ведь онтогенез, повторяющий филогенез, может остановиться у каждого конкретного человека на любом этапе его жизненного пути.

И ещё об одной условности здесь следует упомянуть – о разделении мышления на практическое и теоретическое. Обычно говорят, обыкновенному, мол, простому человеку достаточно мышления практического, а теоретическое (абстрактное, понятийное, логическое, системное) нужно лишь тем, кто работает в сфере науки. Да, так было до XXI века. Но как сегодня каждому человеку обезопасить свои эмоции и своё подсознательное от манипуляций ими потоками внешних симулякров. И как пользоваться ему возможностями демократии, ведь информация на входе его мозгов усложняется и её количество ускоренно растёт? Кому-то верить на слово в телевизоре, или как раньше было, ходить в церковь за советом, или идти на митинги?

Есть мнение в ученом мире, что человек Homo находится пока лишь на стадии Человека эмоционального, а Homo sapiens (Человеком разумным) ему лишь предстоит стать где-то в III-ем тысячелетии от Рождества Христова [Базалук О.А. Разумное вещество. - К.: “Наукова думка”, 2000. - 368 с.].

Что касается определяющих факторов человеческого поведения, то мы находимся сейчас в движении “на марше”, на этапе отхода от определяющего влияния инстинктивного и бессознательного на поведение и деятельность человека в пользу перманентно повышающегося в поведении и в его деятельности участия сознания и высших форм его мышления (мышлением мы называем сознание в динамике). Дальнейшие успехи этой тенденции зависят от развития и устойчивой работы волевого механизма человеческой психики.

В помощь изучающим естественно-научные концепции антропогенеза и социогенеза человека рекомендуем, прежде всего, такие книги:

  1. Базалук О.А. Разумное вещество. - К.: “Наукова думка”, 2000. - 368 с.

  2. Палмер Дж. Эволюционная психология. Секреты поведения Homo sapiens / Джек Палмер, Линда Палмер. – СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2007. – 384 с.

 

Далее о теме следующей, третьей. Человек, как известно, не чисто биологическое существо, а существо – биосоциальное. И в то время, как его биология остается почти неизменной тысячи лет, качества социальные изменяются всё быстрей и быстрей. Стремление принадлежать к какой-либо общности, находиться рядом с другими людьми, быть признанным и принятым ими давно уже стало для человека одной из основных его потребностей. И люди очень различаются принадлежностью к тем или иным общностям - религиозным, этническим, социальным или производственным слоям, группам, командам, коллективам и тому подобным организованным сообществам, где вынуждены выполнять какие-то функции, подчиняться определённым “корпоративным” нормам и правилам поведения. “Весь мир - театр, а люди в нём - актёры”, - так говорил ещё Уильям Шекспир (1564-1616), родоначальник английской драмы, великий поет и философ, внимательный наблюдатель жизни человеческой на заре эпохи Нового времени.

Сегодня мы можем выделить десятки и сотни различных областей жизнедеятельности человека, множество точек зрения на него со стороны различных областей знания и, соответственно, большое множество различных ролей человека. Так для рассмотрения и обсуждения можно предложить темы: 1) человек экономический (Homo economicus), 2) человек социологический (Homo sociologicus), 3) человек политический (Homo politicus), 4) человек верующий (Homo believer), 5) человек познающий (Homo cognizes), 6) человек делающий (Homo faber), 7) человек предприимчивый, 8) человек военный, 9) человек госслужащий, 10) человек-мужчина, 11) человек-женщина, 12) человек-альтруист, 13) человек-эгоист, 14) человек-герой своего времени и т.д., и т.п. Чем объяснить такое многообразие ролей человека в “театре” общественной жизни? Существует ли этому научное объяснение? Одним из таких объяснений, возможно, основным, является общественное разделение труда.

Понятно, что один человек одни играет роли, а другой - другие. Одному всё не объять. И глядя на человека, исполняющего многочисленные роли в его жизнедеятельности, есть о чём говорить лектору, будет о чём писать рефераты студенту и будет о чём дискутировать на семинарах. Стоит лишь набрать в Google или иной поисковой системе Интернета соответствующее словосочетание, например, “человек социологический - это” и мы получим сотни ссылок на ответы. При изучении темы I.3. Многоликий Homo…” можно ограничиться минимумом лекционных занятий и в максимальной мере использовать самостоятельную (внеаудиторную) работу студентов с последующими докладами и обсуждениями на семинарах. Важно показать наличие огромного, всё возрастающего, множества ролей современного человека и замыслиться о причинах и следствиях этого.

В начале большого разговора о человеке, переходя к четвёртой теме, считаем целесообразным больше обращать внимания не только на то, чем кичится Homo, имеется в виду его sapiens, но и на то, чем он похож, имеет много сходства, что его роднит с остальными представителями Живой Природы. Речь должна идти, прежде всего, об инстинктах и бессознательном человека. Поэтому следующей в первом разделе предлагается тема I.4. Концепции инстинктов, рефлексов, бессознательного и эмоций человека”. Науке уже многое известно об инстинктах человека, однако современному человеку на уровне его обыденного сознания практически не известно ничего. И более того, обыкновенный человек даже не подозревает, что в повседневной жизни им руководят в гораздо большей степени инстинкты животных предков и бессознательное коллективное, чем приобретённый гораздо позже абстрактно-аналитический и понятийно-системный рациональный разум. Разум человека самый ранний, древний, мыслящий предметно-действенно, чаще всего лишь обслуживает его инстинкты. Так же и другой, разум молодой, опирающийся на наглядно-образное мышление, обслуживает бессознательное и не всегда сознательной воле подчинен.

Изучая инстинкты, бессознательное и эмоции человека, следует обратить внимание на формулировки этих понятий и различие сущностей. Пока на уровне обыденного сознания человека они не различаются и понятно почему – нет пока однозначности и в научном мире. Кэррол Э. Изард, автор книг “Эмоции человека” (1978) и “Психология эмоций” (1991), ставших во многих странах одними из базовых пособий по курсу психологии личности, вынужден признать, что хотя “большинство психологов сегодня склоняются к мнению, что человек вовсе не имеет инстинктов, подобных тем, которые свойственны животным… ниже мы приведём доказательства тому, что природа эмоций в жизни человека в некоторой степени аналогична природе рефлексов и инстинктов в жизни животных” [Изард К.Э. Психология эмоций. – СПб.: Питер, 2009. – 464 с. С. 26]. Как мы понимаем, эмоции бывают разные, в частности, это – в какой-то мере осознаваемые переживания проявлений животных инстинктов внутри человека.

Безусловно, тема инстинктов и эмоций заслуживает внимания как одна из важнейших тем человекознания. Кэррол Э. Изард в предисловии к своей книге пишет: “На каждом шагу мы сталкиваемся с тем, что поведение обусловлено множеством противоречивых и разнонаправленных эмоций… В настоящее время наука располагает таким объёмом информации, связанной с эмоциями, что студентам и профессионалам становится трудно разобраться в многообразии теорий и эмпирических наблюдений… Я поставил перед собой задачу – определить базовые эмоции и помочь студентам понять, каким образом активируется, как проявляется и переживается, какие функции выполняет каждая из них”. Мы присоединяемся к этим усилиям учёного.

Начиная разговор о потребностях и мотивах действий человека, тема I.5. Концепции потребностей, мотиваций и мотивов человека”, не обойтись, конечно, без знакомства с точками зрения выдающихся психологов XX века Зизмунда Фрейда и Абрахама Маслоу. Считается, что З. Фрейд излишне заострил внимание на некоторых отдельных, самых сильных человеческих инстинктах и это оттолкнуло многих от исследования животных инстинктов в человеке вообще. Так случилось, что тема инстинктов человека далее была завуалирована более общей темой о его потребностях и мотивах действий. При этом подразумевалось, что потребности в большей мере осознаваемы, чем инстинктивны. А.Маслоу предложил к рассмотрению модель слоистого распределения людей с потребностями и мотивациями в виде пирамиды, фигуры, сужающейся к верху. Всего Маслоу выделил 5 основных групп потребностей и соответственно слоев распределения людей в сообществах: 1) физиологические (органические) потребности; 2) потребности безопасности и защиты; 3) потребности принадлежности и любви; 4) потребности самоуважения; 5) потребности самоактуализации и самореализации.

Основная масса людей планеты Земля, образно говоря, находится в низу пирамиды и удовлетворяет потребности физиологические (органические). Важнейшим положением модели является утверждение о том, что пока человек не удовлетворит низшую потребность, о более высокой он не помышляет. И, наверное, поэтому некоторым властителям и обслуживающим их политикам выгодно, чтобы как можно дольше как можно большее количество их соотечествинников оставалось там, в низу. И, наверное, этим можно объяснить, что в стране, где мы живём, в аналитике публицистов всё большее употребление находят такие понятия, как быдло, стаи, стада, их вожаки и пастухи.

По мнению самого А. Маслоу, автора слоистой модели структуры человеческих сообществ, людей, которые могут удовлетворять высшие потребности самоактуализации и самореализации, то есть желают стать теми, кем могут стать и имеют силу воли для достижения сознательно намеченных целей, в развитых сообществах насчитывается не более 1% от общей численности населения. Здесь, конечно, возникает вопрос: а куда относить вдруг появившихся из ни откуда предпринимателей и вьющихся вокруг них холуев – к сознательно или инстинктивно себя самореализующих? Ведь их значительно больше 1% от общей численности населения в развитых страних. Вопрос это - не простой. Возможно, они вовсе и не элита, а лишь накипь и пена на нижних слоях структуры человеческих сообществ.

По мнению А.Маслоу, перечисленные им потребности, хотя и обусловлены генетическими программами, но являются уже инстинктоидными, то есть не чисто инстинктивными, полностью изолированными от разума как у низших животных. В связи с этим представляет интерес, насколько связаны с разумом инстинктоидные потребности каждого из пяти слоев пирамиды. Понятно, что в низу пирамиды, у её основания, и у её вершины соотношение инстинктов и разума в формировании потребностей и мотиваций находящихся там людей существенно различно. Исследованием этого вопроса ни Маслоу, ни его последователи не занимались. Он ждёт своего времени.

Однако, на этот счёт можно встретить уже и вполне научную гипотезу: в структуре человеческого общества отношение животных инстинктов к разуму рациональному уменьшается в пользу разума у каждого человека (и в слоях структуры общества) по мере удовлетворения им низших потребностей, в класификации А.Маслоу, психолога, и перехода к удовлетворению высших [http://gidepark.ru/community/3669].

Гипотезы, как известно, не нуждаются в доказательствах. Гипотезе верят до тех пор, пока не найдётся хотя бы один факт для её опровержения.

Что касается мотиваций и мотивов человека, то с ними вопрос научного их видения обстоит ничуть не лучше, чем с инстинктами и эмоциями. Известный в научном мире специалист в области психофизиологии, автор пятнадцати учебных пособий и монографий Е.П. Ильин констатирует, что “в зарубежной психологии имеется около 50 теорий мотивации” [Ильин Е.П. Мотивация и мотивы. - СПб.: Питер, 2004. - 509 с. - С. 18]. И как быть? Не откладывать же из-за этого обилия точек зрения изучение концепций человекознания на далёкое потом.

Цель первой части (модуля) Программы – начать изучение сложностей человеческой сущности, неведомых выпускнику средней школы, также показать неполноту прежних философских взглядов, предшествующих современным научным взглядам, невозможность полного описания природы и поведения человека языком одной конкретной области науки. Иными словами, после изучения материала первой части учебной Программы “КСЧ” у слушателя должно возрасти количество вопросов, а не ответов. Этому преподаватель должен уделить особое внимание.

 

Вторая часть (модуль) содержания программы “ІI. ЧЕЛОВЕК: СКОЛЬКИМИ СУЩНОСТЯМИ ОН ОБЛАДАЕТ – сколько их и как они между собою соотносятся?” отражает попытку атрибутивного способа ответа на вопрос, что такое человек? Основных, характерных черт-сущностей человека, которых можно было бы назвать атрибутами, должно быть по определению атрибута как понятия не слишком много. Однако, как показывает анализ литературных и других художественных источников, характерных свойств человека можно быстро насчитать до полусотни и больше.

Чем объяснить такое их многообразие? Существует ли этому научное объяснение? Да, существует. Одним из таких объяснений, возможно, основным, является так называемое “геологическое” строение морфогенеза человека. Имеется в виду, что организмы Живой Природы развиваясь миллионы лет, сохраняли всё ранее приобретённое как фундамент последующего нового. Поэтому первой в разделе предлагается рассмотреть тему: “ІI.1. Концепция “геологического” строения морфогенеза человека”. Именно такой “геологией” можно объяснить смысл древнекитайской поговорки “Все звери сидят в каждом человеке, но нет ни одного такого зверя, внутри которого сидел хотя бы один человек”. Эта тема должна способствовать признанию животных инстинктов внутри человека и уважительному отношению к ним.

Второй предлагается рассмотреть тему II.2. Характерные черты человека с точки зрения литературы, искусства и современной психологии личности”, где речь должна идти о концепциях внутренней полисущности человека. Хорошим подспорьем в изучении этой темы является уже упоминавшаяся выше книга “Полисущностное homo…” украинского философа В.Табачковского, который сообщал: “не претендуя на полноту, нам удалось выделить из огромного спектра сущностных свойств человека свыше 70 из них” [Табачковський В.Г. Полісутнісне homo: філософсько-мистецька думка в пошуках “неевклідової рефлективності”. – К.: Видавець ПАРАПАН, 2005. – 432 с.].

В психологии под чертой личности подразумевается предрасположенность вести себя сходным образом в широком диапазоне ситуаций. Что касается исследования характерных черт человека современной психологией личности, то среди множества подходов выделяется диспозициональное направление в изучении личности, которое отличаются приверженностью к двум основным идеям: (1) каждого человека можно характеризовать определённым набором черт личности, позволяющим предвидеть его поведение в той или иной конкретной ситуации; (2) нет двух людей с одинаковыми чертами личности. К представителям этого направления, обычно, в первую очередь относят тройку психологов: Гордон Олпорт (1887-1967), Раймонд Кэттел (1905-1998) и Ганс Айзенк (1916-1997).

Гордона Олпорта считают эклектиком, положения теории которого трудно подтверждать эмпирически. Вместе с тем, в заслугу ему ставят то, что он обобщил лучшие достижения своих предшественников, таких как, Вильям Штерн, Уильям Джеймс и Уильям Мак-Дугалл. Отмечают его как автора первой теории черт личности, который описал и классифицировал более 50 различных определений личности, предложил восемь критериев определения черты личности и шесть черт психологически зрелого человека. С именем Олпорта связывают метод идеографического изучения черт личности, принимающего во внимание собственные формулировки и язык индивидуума. Г. Олпорт известен как автор и толкователь термина проприум, аналогичного таким конструктам обобщения как эго и стиль жизни.

Раймонд Кэттелл, используя вместо идеографического статистический факторный анализ, пришёл к выводу о том, что основополагающая структура личности образуется примерно 16 чертами (личностными факторами). Он разработал ряд опросников, самый популярный из которых “Шестнадцать личностных факторов” и, на наш взгляд, заслуживает самого пристального внимания широтой своих исследований и их фундаментальностью.

Ганс Айзенк также использовал статистический факторный анализ человеческого поведения, автор трёхфакторной модели личности и всемирно известного теста на IQ. Особенностью его теории является утверждение, что черты личности расположены иерархически.

Вопросы теории черт личности достаточно подробно освещёны в книгах, известных во всём мире и выдержавших много изданий: Фрейджер Р., Фейдимен Д. Большая книга психологии. Личность. Теории, упражнения, эксперименты / Пер. с англ. – СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2008. – 704 с.; Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности.- 3-е изд.- СПб.: Питер, 2006.- 607 с.

Поиск атрибутов и сущностей человечности в человеке был одной из главных тем философии Нового и Новейшего времени. Поэтому без погружения в философию нам никак не обойтись и поэтому далее предлагается тема II.3. Человек в философии ХIХ-ХХ вв. (поиски атрибутов и сущностей – как это происходило)”. Следует рассмотреть, хотя бы обзорно, видение человека разными философиями 1) религиозной философией и философией персонализма, 2) марксистской философией и философией прагматизма, 3) философией позитивизма и аналитической философией, 4) философией экзистенциализма, 5) философией фрейдизма, 6) философиями совремённого Востока и 7) философией постмодерна. Упомянуть надо обязательно основные положения философской антропологии и антропологии интегративной как формирующихся и претендующих на главные кладези знаний о человеке.

Студентам следует предложить и попытаться совместно с преподавателем, исходя из десятков различных точек зрения на человека, определить самое-самое главное в характерных свойствах человека – атрибуты (необходимые, неотъемлемые, самые существенные свойства) понятия «человек». Предлагается рассмотреть тему II.4. Атрибуты человека – как нам видятся они сегодня с точки зрения междисциплинарной”. На наш взгляд, если ограничиться числом пять, атрибутивными являются такие характерные свойства человека, воплощённые в образах: Homo mikrokosmos, Homo politiicus, Homo faber, Homo symbolicus, Homo cognizes. Возможны и другие мнения. Вопрос этот остается быть дискуссионным в совремённой философской антропологии и поэтому имеет смысл не только проследить эволюцию взглядов на атрибуты человечности, но и попытаться обосновать их самим. Понятно, что одной разумности в характеристике Homo sapiens явно недостаточно. Ведь разумны и животные. Мышление человека, как известно, в эволюции проходит несколько этапов – предметно-действенное, наглядно-образное, абстрактно-понятийное, логико-системное. И не учитывается сегодня, какой вид мышления преобладает в мышлении обыкновенного человека. Атрибуты человека надо искать шире, глубже и обосновывать тщательнее.

Цель второй части (модуля) Программы – начать выяснять самые главные, определяющие черты человеческой сущности; расширить круг вопросов о природе, поведении и предназначении человека, начав уделять должное внимание свободе воли и смыслу жизни человека. Вторую часть (модуль) содержания программы целесообразно закончить письменной практической работой, в которой бы студенты расширили бы перечень атрибутов, присвоив им определённые веса и обосновав критерии выбора весов.

 

Третья часть (модуль) содержания Программы “III. В ЧЁМ УНИКАЛЬНОСТЬ ЧЕЛОВЕКА?” представляет собой первую попытку сущностного способа ответа на вопрос, что такое человек? Сущностей, как мы понимаем, по определению должно быть ещё меньше, чем атрибутов.

Человек является неотъемлемой частью Природы и, по сути, в лице человека эта Природа сама себя видит как бы со стороны и его усилиями себя преобразует, и вот-вот человек вскоре, обретая статус Творца, начнёт создавать кое-что сравнимое по сложности с самим собою. А что потом будет? Непонятно, конечно, зачем она, Природа, это делает и чем всё это закончится в будущем, но пока, условно можно считать, и мы так и считаем, такое активное самоотражение является сущностью и предназначением человека в Природе.

Первой предлагается тема III.1. Человек – самое сложное из всех биологических существ, человек совремённый с точки зрения системно-синергетической”, которая включает вопросы 1) Человек как открытая система, как подсистема биосферы, как сложная открытая система и личность, 2) Человек как ступень эволюции Природы, как клетка организма Цивилизация Земли, 3) Человек как существо духовное (взгляд на духовность как межклеточную связующую субстанцию общества, ответственную за его целостность, когерентность и эмерджентность).

Цель темы III.1. – на примере человека начать излагать студенту элементы системоаналитики и синергетики. При этом имеется в виду, что изучение основ системно-синергетической методологии изучения сложных феноменов как междисциплинарной будет далее углубляться параллельно с изложением фактического материала о человеке.

Далее изучается основная тема модуля III.2. Человек сознательный как нечто более значительное, чем Человек разумный (Homo sapiens)”. Этой темой начинается глубокое изучение феномена сознания. Поскольку в настоящее время ещё нет устоявшегося видения феномена сознания вообще, и человеческого сознания, в частности (споры продолжаются даже об онтологии сознания), то эта тема видится опорной в дальнейшем изучении сознания. Начинать следует с вопросов: 1) Отражение как атрибут материи, 2) Опережающее отражение в Живой Природе, 3) Специфика психической формы отражения. Далее рассматривается 4) Специфика психической формы отражения у человека. Именно эти вопросы формулируют онтологическую сущность сознания человека однозначно. Имеется в виду, способность человека, и только человека, к многократному отражению отражения … отражения.

Что есть отражение отражения … отражения?, - может спросить читающий эти строки. Гарри Хант, автор книги “О природе сознания: С когнитивной, феноменологической и трансперсональной точек зрения”, разъясняя этот феномен приводит известные примеры поведения младенца, который уже в первые недели улыбкой и мимикой демонстрирует матери: я знаю, что ты знаешь, что я узнал тебя. Г. Хант обращает внимание на то, что именно такие первые проявления рефлексивности в ранних играх выражения лица между новорожденным и матерью многие психологи считают истоками развития чисто человеческой символической способности, символического общения, в основе которого лежит синестезия [Хант Г.Т. О природе сознания: С когнитивной, феноменологической и трансперсональной точек зрения. Пер. с англ. А.Киселева. - М.: ООО “Издательство АСТ” и др., 2004. - 555 с. - С. 43, 150-151].

Наглядным подобием многократного отражения … отражения являются отражения человека, стоящего между двумя параллельными зеркалами или отражение в мозгу играющих шахматистов возможных их взаимных ходов. Эту способность человеческого сознания многократно отражать отраженное используют в своей практике бизнесмены, политики, инженеры-конструкторы, изобретатели и представители других узких специализаций (в частности, жулики и воры), ищущие в процессе своей работы ответы на вопрос: а что будет после того, как произойдёт то-то и то-то, после того как произойдёт то-то и то-то, …, после того, как произойдёт то-то и то-то.

Заканчивается третья часть Программы, а вместе с ней и первая попытка сущностного способа ответа на вопрос “Что такое человек?”, темами III.3. Уникальность человека как живой клетки Общества – более сложного био-социального Организма, стоящего на лестнице глобальной эволюции Вселенной выше человека)”, рассмотрением таких предельных философских вопросов о предназначении человека как III.4 Антропоцентризм, антропный принцип и самосознающая себя Вселенная – как это понимать?”.

Цель третьего модуля Программы – не только представить человека как сложную систему, выделить в качестве основного атрибута способность человека к опережающему отражению действительности и к многократному отражению отражения … отражения; но и показать, что Человек рефлексирующий (Homo reflectus) являет собой нечто более значительное, чем Homo sapiens (Человек разумный); осуществить попытку единого междисциплинарного взгляда на человека как на продукт эволюции Природы – взгляда психологического и системно-синергетического; рассмотреть человека не только как очень сложную систему, но и как элемент другой системы, внешней.

***

Первые три части (модули) Программы представляют собой 1-й круг спиралевидного познания человека, ими начинается изучение дисциплины КСЧ. Следующие три части Программы (модули IV, V, VІ) представляют собой более глубокий 2-й круг познания Человека и сосредоточены, главным образом, на изучении сознания как его наиболее весомой сущностной характеристике. 3-й круг познания человека (модули VIІ, VIIІ, IX) обобщает знания о человеке.

Модуль VII-й сосредотачивает внимание на человеке как элементе-клетке Общества, представляя Общество как организм, Живой Природы, стоящий на лестнице эволюции выше человека.

При изучении части (модуля) VIII-й предусматривается ознакомление студентов с эзотерическими (оккультными) учениями, своеобразными наивными догадками и умозрительными моделями выдающихся мыслителей прошлого. Само по себе изучение оккультизма может показаться кому-то вопросом дискуссионным, однако анализ оккультных учений с позиций совремённой междисциплинарной системно-синергетической методологии представляет несомненную ценность, поскольку в результате возникает ощущение некоего единства целостности. Кроме того, эзотерические учения являются убедительным примером глубины априоризма в познании действительности.

Завершающей частью (модулем) спиралевидного изучения КСЧ является модуль IX-й, представляющий собой рекомендации перехода от теоретических концепций человекознания к практике. Поскольку направлений практики есть видимо-невидимо, целесообразно ограничиться лишь педагогическими приложениями, исходя из того, что каждый человек, заботясь о своем потомстве, с необходимостью является педагогом, а совремённая школа без более предметного участия родителей уже никогда более не сможет самостоятельно готовить новое поколение к жизни в быстро усложняющемся мире.

 

В части чевёртой (модуле) содержания Программы “IV. СОЗНАНИЕ ЧЕЛОВЕКА КАК СВОЙСТВО И ОСНОВАНИЕ ЕГО УНИКАЛЬНОСТИ ВО ВСЕЛЕННОЙ”, представляющей собой начало второго, более глубокого витка изучения человекознания и в то же время первый виток глубокого изучения сложного феномена человеческого сознания, также представляющей собой, образно говоря, первое глубокое окунание в феномен сознания, носящее отчасти пропедевтический характер, предлагается изучить четыре темы:

IV.1. Cознание человека. Что знаем мы об этом, окончив школу и университеты?,

IV.2. Экскурс в историю: сознание человека как предмет психологии, философии и естествознания в ХХ веке,

IV.3. Сознание человека и его бессознательное, сознание человека и общества – как соотносятся они?,

IV.4. Человек разумный, сознающий (Homo sapiens, conscious): достаточно ли был разумным он вчера и как разумен он сегодня? (О видах-ступенях мышления, о “детском” возрасте сознания человека: о симулякрах, манипуляциях и опасностях манкуртизации – и как человеку уберечь себя от возможных опасностей относительной недоразвитости его сознания?)”.

Тема IV.1. начинается выполнением практической работы – написанием сочинения на тему “Что я знаю о сознании?”. Материал этого сочинения послужит отправной точкой для последующего наращивания новых знаний на уже имеющиеся, т.е. будет для преподавателя своеобразной обратной связью. Старшее поколение, оканчивающее среднюю школу до распада СССР знало о сознании лишь то, что оно бывает религиозным, классовым, комунистическим, партийным, идеологическим. О сознании с точек зрения психологии или междисциплинарной речь тогда ещё не шла. Интересно, что изменилось за 20-25 лет?

Тема IV.2. имеет обзорный характер, где кратко излагаются совремённые концепции сознания, указываются многочисленные литературные первоисточники и акцентируется внимание слушателей на необходимости интегративного подхода. Начинать такой обзор мы рекомендуем со статьи [Юлина Н.С. Тайна сознания: альтернативные стратегии исследования // Вопросы философии, 2004, № № 10, 11] и последующих статей о сознании в журнале “Вопросы философии”.

В теме IV.3. излагается тот минимум самого главного из совремённых научных знаний о сознании, что должен был бы, по нашему мнению, уже изучаться в средней школе. Этот минимум состоит в следующем. Во-первых, надо уяснить, что есть сознание, что это такое вообще? Сознание – это атрибут материи, наряду с взаимодействием: всё, что взаимодействует оставляет следы – отражения взимодействий. Отражения бывают разными, в том числе активными и опережающими, генетическими и психологическими, инстинктивными и наглядно-образными, символическими, знаковыми и понятийными. Сознание общества, а не отдельного человека – высшая форма активного опережающего отражения. И поскольку сознание общества выходит на передний план с точки зрения эволюционных процессов, то здесь обосновывается и необходимость изучения филогенеза сознания общества (раздел V) в контексте рассмотрения общества как организма, организма, стоящего выше Homo sapiens на лестнице эволюции живой природы.

Во-вторых, надо определиться с критериями качества сознания, ведь надо же знать к чему стремиться? На наш взгляд, это, прежде всего, а) степень различимости деталей или, иными словами, глубина отражения различий в деталях и б) длина цепи причин и следствий. Конечно, критерии качества этим перечнем не ограничиваются.

Заканчивается раздел (тема IV.4.) изучением вопроса об уровне развития сознания (разума, мышления) среднестатистического человека в сопоставлении с встающими перед ним проблемами жизнедеятельности в совремённом обществе, об опасности манипуляций ещё незрелым индивидуальным сознанием человека. Эта тема является продолжением темы I.2., где уже шла речь о возникновении в процессе эволюции Homo разных видов его мышления. Тема очень важная, стержневая, поэтому в ходе дальнейшего изучения человека для более глубокого познания уровня развития его разума к ней придётся возвращаться неоднократно, в частности в пунктах VI.5 и VII.3.

 

Пятая часть (модуль) содержания программы “V. ФИЛОГЕНЕЗ СОЗНАНИЯ – ОТ МИФОЛОГИЧЕСКИХ СТАДИЙ К ИНТЕГРИРОВАННОМУ СОЗНАНИЮ ГЛОБАЛИЗИРОВАННОГО ОБЩЕСТВА ЗЕМЛИ” включает рассмотрение процесса возникновения сознания в доисторическую эпоху (мифологическая стадия) и далее выяснение того, что добавляла к нему каждая последующая эпоха. В частности, рассматривается такой важный этап развития сознания общественного как становление научной картины мира (НКМ) - фундамента (каркаса) конструкции общественного сознания. Человек – частица (элемент, биосоциальная клетка) общества и с этим его статусом связаны также и такие вечно проблемные вопросы как свобода воли и смысл жизни, соотношение индивидуализма и коллективизма в жизнедеятельности человека.

В рамках модуля предлагается изучить четыре темы V.1. О становлении сознания человека на заре истории человечества”, “V.2. О становлении сознания человечества в историческую эпоху”, “V.3. Эволюция взглядов на ценности, свободу воли, смысл жизни и место человека в обществе?”, “V.4. Концепции гуманизма – как совершенствовались они?”.

Содержанием темы V.1. является мифологическая стадия становления сознания человека, стадия возникновения символического мышления. Для изложения этой темы целесообразно воспользоваться материалом книги Эриха НойманнаПроисхождение и развитие сознания” [Нойманн Э. Происхождение и развитие сознания. Пер. с англ. - М., “Рефл-бук”; К., “Ваклер”, 1998. - 464 с.].

По теме V.2. О становлении сознания человечества в историческую эпоху” литературных источников имеется вполне достаточно. Тема эта – необъятна и для её освоения необходимо мобилизовать самостоятельную работу студентов в полной мере. Речь идёт о параллелных процессах становления сознания человечества и индивидуального сознания отдельного человека. Общественное сознание, сознание Общества, есть объединение множества сознаний индивидуальных настоящих и прошлых. Решающим моментом в становлении сознания человечества, на наш взгляд, является начало разделения общественного труда, отсчёт которого выдающийся философ ХХ века Бертран Рассел связывает с эпохой эллинизма в Средиземноморье, III век до н.э. Если “в самоуправляющихся греческих городах V и IV веков до н.э. считалось, что способный человек может заниматься самой разнообразной деятельностью… быть по мере надобности воином, политическим деятелем, законодателем или философом… служить присяжным и выполнять различные другие общественные обязанности”, то уже “в III веке до н.э. всё это изменилось… Были воины, администраторы, врачи, математики, философы, но не было никого, кто был бы всем этим вместе”. [Рассел Б. История западной философии: В 3 кн. / Пер. с англ. Подгот. текста В.В. Целищева. - СПб.: Азбука, 2001. - 960 с. С. 283]. Сейчас мы понимаем, что разделение труда было гениальным изобретением Живой Природы, позволившим обойти биологические ограничения возможностей отдельного человека, и как только это произошло, сознание общества начало быстро расти и сейчас превышает сознание отдельного человека в миллиарды раз.

Становление сознания индивидуального (онтогенез) происходит у каждого человека в процессе так называемой социализации посредством приобретения в его собственность части сознания Общества.

Говоря о становлении сознания в историческую эпоху, мы не можем обойти проблематику морали и права. Что есть мораль и право с точки зрения системно-синергетической? – Не что иное, как функциональные связи, соединяющие элементы в целостность системы, объединяюшие людей в общество. Отслеживая эволюцию морали и права, мы тем самым изучаем эволюцию человеческого общества как системы, уровни его совершенствования. Изучая эти темы человекознания, мы лучше понимаем, какое общество ещё не совершенно и что ему недостает.

В подразделе V.2.4. Концепции культуры и духовности человека” рассматриваются понятия культуры в широком и узком смыслах, более конкретно - концепции духовной культуры как элементов соединительной ткани общества, продуктов человеческой деятельности, небходимых для обеспечения существования общества как целостности, как создающих эмерджентность этой целостности.

Размышления о предопределённости (детерминизме) судьбы и о свободе воли человека, темаV.3. Эволюция взглядов на ценности, свободу воли, смысл жизни и место человека в обществе?”, были одной из главных тем философов на протяжении веков и эту тему никак не обойти при изучении природы человека. Так же важно глубоко знать и эволюцию религиозной и философской мысли о смысле жизни человека и его предназначении во Вселенной. Мы возвращаемся к этим вопросам для более глубокого осознания каждым своего места в обществе. Тема эта представляется весьма актуальной при сегодняшнем возврате к капитализму на постсоветских пространствах, сопровождающемся конъюктурным преувеличением значимости индивидуализма в жизни человека и общества и пренебрежительным игнорированием коллективизма.

Тема V.4. Концепции гуманизма – как совершенствовались они? – это, пожалуй, то, о чём следовало бы говорить в первую очередь при изучении учебной дисциплины “Концепции современного человекознания”, если бы на неё отводилось время в объёме всего лишь нескольких часов. Наиболее краткое определение гуманизма: гуманизм (от лат. humanitas – человечность, лат. humanus – человечный) – мировоззрение, в центре которого находится идея человека как высшей ценности. Гуманизм по другим, более широким определениям – это направление в философии, науке и искусстве, в котором внимание концентрируется на качествах человека; гуманизм – это исторически изменяющаяся система воззрений, признающая ценность человека как личности, его право на свободу; гуманизм – моральная основа атеизма; гуманизм – это прогрессивная жизненная позиция, которая без веры в сверхестественное утверждает права человеческих существ определять смысл и формы своей жизни и обязанность вести этический образ жизни в целях самореализации и в стремлении принести большее благо человечеству. Понятие гуманизма возникло в Древней Греции, получило определённые очертания в эпоху Возрождения и в последующие века не оставалось неизменным. Количество совремённых определений гуманизма как понятия говорит о широте смыслов в нём содержащихся и, безусловно, заслуживает глубокого изучения.

 

Шестая часть (модуль) содержания программы “VI. СОЗНАНИЕ ЧЕЛОВЕКА СОВРЕМЁННОГО РАЗУМНОГО (HOMO SAPIENS) – ЧТО ДОЛЖНЫ МЫ ЗНАТЬ ОБ ЭТОМ?” по замыслу разработчика Программы содержит ядро дисциплины КСЧ – изучение сознания как главной сущности человека. В этом модуле рассматриваются первоистоки человеческих составляющих сознания, в частности, значение воспринимаемых образов и роль синестезии в их образовании; место воображения в структуре активного сознания; соотношение сознания с бессознательным; символизация как неотъемлемая черта человеческого сознания; роль эмоций в энергетике сознательного отражения; воля как форма сознательной регуляции деятельности; самосознание и волевая регуляция как высшие ступени индивидуального сознания.

В рамках модуля VI-го, являющегося стержнем Программы, предлагается изучить четыре основополагающих темы:

VI.1. О механизмах сознания и уровневых глубинах психического отражения… отражения,

VI.2. Сознание и бессознательное, инстинкты, эмоции и воля человека – как соотносятся они?,

VI.3. Самосознание и волевая регуляция как высшие ступени индивидуального сознания человека,

VI.4. Сознание человека, менталитеты сообществ и сознание общества как целостности – как соотносятся они?

VI.5. Чего как системе отображения недостает сегодня индивидуальному сознанию человека из того, что уже имеет сознание общества?”.

Цель темы VI.1. – изучить одну из ныне существующих моделей сознания, взяв за основу труд Гарри Т. Ханта [Хант Г.Т. О природе сознания: С когнитивной, феноменологической и трансперсональной точек зрения. Пер. с англ. А. Киселева. - М.: ООО “Издательство АСТ” и др., 2004. - 555 с.]; усвоить сущность человека как носителя символического сознания – высшей формы опережающего отражения действительности, способного к многократному отражению отражения … отражения, к абстрагированию, анализу и синтезу.

Цель темы VI.2. - помочь студенту разобраться с соотношением сознания и бессознательного, инстинктов, емоций и воли в его психике – вопрос, которым совершенно не владеет выпускник средней школы, а значит и все наши современники на уровне их обыденного сознания.

Цель темы VI.3. – рассмотреть самосознание человека как высшую форму его индивидуального сознания, его структуру, состоящую из самопознания и активной. В частности, рассматривается такой важный этап развития индивидуального сознания как становление самосознания, совсем недавно, несколько столетий прошло. Без воли, как мы понимаем, самосознание – ничто.

Цель темы VI.4. – разобраться глубже и основательнее с соотношением сознаний индивидуальных, менталитетов сообществ и интегрированного сознания Общества Земли; рассмотреть их взаимодействие, показать отличие индивидуального сознания человека от общественного сознания, а также перспективы развития индивидуального сознания, его возможный потенциал на фоне реального потенциала сознания общества.

Вниманию слушателей предлагается геометрическая модель сознания общества как объединения (пересечением математическим) индивидуальных сознаний людей прошлого и настоящего.

Анализ менталитетов сообществ людей и их определяющее (так ли это?) влияние на технологическое развитие общества становится сегодня одной из актуальнейших тем дискуссий в учёном мире, озабоченном глобализацией мировой экономики и неравномерностью развития отдельных стран [см., например, дискуссии, организованные Фондом “Либеральная миссия” и НИУ ВШЭ и отображённые на сайте http://liberal.ru ].

Тема VI.4 подводит нас ближе к пониманию человека как элемента общества, как биологической клетки не совсем биологического организма.

Цель темы VI.5. – посмотреть критически на главное достоинство Homo – его разум (sapiens). Как определить разумность человека? Как оценивать рациональность разума в XXI веке? Тут есть над чем задуматься и о чём поразмышлять. Ведь всё чаще сегодня говорят о возможностях и опасностях манипуляций сознанием человека. Философы же утверждают, что понятие рациональности разума человека не менялось со времен Декарта. И соответствует ли это сегодняшним реалиям?

Важно показать, что индивидуальному сознанию человека, как активной форме отражения действительности, на рубеже II-го и III-го тысячелетий недостает кроме глубины саморефлексии и волевой регуляции действий, ещё и таких свойств разума и умений формального мышления как системный анализ и оптимальный выбор. В формировании ситемного мышления слушателей состоит цель этой темы.

 

Седьмая часть (модуль) содержания программы “VII. ОБЩЕСТВО КАК ВЫСШАЯ СТУПЕНЬ РАЗВИТИЯ ЖИВОЙ ПРИРОДЫ, ОБЩЕСТВО КАК ОРГАНИЗМ, ЧЕЛОВЕК КАК ЕГО КЛЕТКА” обобщает ответы на вопрос “Что есть человек?” и содержит, кроме того, весьма актуальный, в контексте начавшейся эпохи глобализации, учебный материал. Наш современник, по крайней мере, в том месте, где мы живём, очень слабо осознаёт своё место частицы, элемента, био-социо-клетки нового организма живой природы - Цивилизации Земли. Общественное мнение сегодня индивидуализм предпочитает коллективизму. И заблуждается. Ведь от предназначения клетки общества человеку не уйти. И не лучше ли сосредоточиться на том, как стать хорошей клеткой общественного организма?

Основной объём изучаемого материала программы КСЧ дает ответ на вопрос “Что есть человек? Каким фактически он видится з разных точек зрения?”. После уяснения ответа на этот вопрос логично возникает следующий: “Что есть хороший человек?” и как к этому приблизиться. Хороший человек - понятие относительное. Всегда различали людей злых и добрых, эгоистов и альтруистов, преуспевающих в личном обогащении или в служении Отечеству, героев текущего (“нашего”) времени и изгоев. Здесь так же всегда были и сейчас быть могут разные точки зрения.

Точки зрения на хорошие качества человека формируют критерии идеального человека эпохи. И тут можно говорить о хорошем человеке в сельском хозяйстве или на конвейере машиностроительного завода, в вооружённых силах или в органах правопорядка, на госслужбе или в науке, в качестве семьянина или соседа по местожительству и т.д. Хороший сельский бухгалтер или пасечник, посаженный в кресло президента, не обязательно будет и там хорошим. Можно выделить те общие хорошие качества человека, которыми надо бы владеть каждому, где бы он ни находился. Так каждый может быть и обычно бывает родителем, членом трудового коллектива, соседом, исполнителем и руководителем, избирателем представительных органов власти, пассажиром общественного транспорта, покупателем в магазине или на рынке, учасником развлекательной вечеринки и т.д. и т.п. Понятно, что всеми полезными качествами в максимальной степени каждый человек владеть не может. И как быть?

Чем должен владеть каждый человек, играя определенные роли в своей жизни, каким требованиям удовлетворять, какие правила соблюдать? Есть десять заповедей христианства, есть категорический императив И. Канта, есть общие моральные кодексы широких слоёв населения. Есть также правила личной гигиены, техники безопасности в быту и при выполнении разных работ, есть предписания валеологии – их выполнять, им следовать надо каждому человеку. С этим согласны все.

Вместе с тем, есть нечто желательное, не так очевидное, отличное от норм поведения, но уже назревшее как обязательное в ХХІ веке. Это умения формально (математическими процедурами) оценивать всяческие оптимальности (что такое хорошо и что такое плохо?) и умения формально делать выбор из нескольких альтернатив. Хотя совремённый человек в своей повседневности оценивает и делает выбор чуть ли не на каждом шагу (переходя улицу, например), врождённых качеств, интуиции и здравого смысла, ему для хорошего выбора всё чаще не хватает. Как составить семейный бюджет, стоит ли брать кредит в банке и какого размера, как выбрать депутата, кому отдать предпочтение на выборах президента страны – ответы на эти вопросы всё еще определяются инстинктами, емоциями, и традиционными менталитетами, а не формальным рациональным разумом.

Формальные процедуры оптимального выбора могут быть реализованы на основе заранее сформулированных критериев (требований). Этому уже научают по некоторым специализациям в университетах. Но этого мало. Уже давно пора каждому это учить в школе в процессе так называемой социализации. Процедуры оптимального выбора являются неотъемлемой частью логического системного мышления. Овладению ими должно предшествовать изучение логики (когда-то обязательного предмета в средней школе) и основ системоаналитики. Как мы знаем из истории, ЦК ВКП(б) в постановлении «О преподавании логики и психологии в средней школе» от 3 декабря 1946 года признал совершенно ненормальным, что в средних школах не изучается логика и психология, и счёл необходимым ввести в течение 4 лет, начиная с 1947/48 учебного года, преподавание этих предметов во всех школах страны. В 1959 году преподавание логики в средней школе почему-то отменили. Наверное, логике разума кто-то предпочёл веру.

В рамках модуля седьмого предлагается изучить шесть тем: VII.1. Междисциплинарность и синергетическая парадигма в науке о человеке (Хаос, порядок и самоорганизация в природе и обществе)”, “VII.2. Cтруктура и функционирование человеческого общества как системы, как живого организма. Концепции политической организации государства вчера и сегодня (концепции общества и государства), VII.3. Концепции человека как элемента внешних систем. Возможно ли влияние человека на ход социальной эволюции? Если да, то как? (концепции биосоциальной эволюции с точки зрения синергетики), VII.4. Концепции гражданского общества (концепции гоажданского общества в мировой общественной мысли, VII.5. Вызовы социальной эволюции на изломе эпох и ответы на них. Концепции человека как хорошей клетки общества”, VII.6. Концепции гражданского общества (концепции гражданского общества в мировой общественной мысли.

Цель темы раздела VII.1. – изложить или повторить основные положения синергетической парадигмы знаний. Основные понятия и идеи синергетики можно излагать без применения математического аппарата. Представляется весьма заманчивым изложить языком синергетики уже известные экономические и общественные процессы. Что касается использования синергетики для прогнозирования путем моделирования, то точность прогнозов будет зависеть от применяемого математического аппарата. Детализация раздела и количество выделяемой трудоемкости может варьироваться в широких пределах в зависимости от конкретики аудитории.

Цель темы раздела VII.2. - перейти от рассмотрения общества как системы организационной к модели общества как организма живой природы, глубже осознать место человека как части (клетки) общественного организма.

Цель темы раздела VII.3. - использовать концепции социальной эволюции как аргументацию в пользу видения человека как клетки нового организма живой природы - Цивилизации Земли.

Цель раздела VII.4. – рассмотреть концепции способов жизнедеятельности человека и общества, которые отражают сущность человека активного, деятельного и содержит в себе главы VII.4.1. Концепции преобразующей деятельности человека (концепции материальной культуры)”, “VII.4.2. Концепции экономических систем производства и распределения (концепции социально-экономических систем)”, “VII.3.3. Концепции дальнейшего развития капитализма (концепции и сценарии будущего развития капитализма)”, “VIII.4.4. Концепции экологических проблем деятельности человека”.

Цель темы раздела VII.5. – рассмотреть ближайшее будущее человека как биологического вида и как клетки нового организма живой природы - Цивилизации Земли, понять, какими свойствами должна обладать хорошая клетка этого организма.

Цель темы раздела VII.6. – рассмотреть концепцию гражданского общества как этап биосоциальной эволюции, необходимый для перехода к следующей ступени усложнения Живой Природы - единому глобализованному обществу людей Земли.

 

Восьмая часть (модуль) содержания программы называется “VIII. КОНЦЕПЦИИ РЕЛИГИОЗНЫХ И ЭЗОТЕРИЧЕСКИХ УЧЕНИЙ О ЧЕЛОВЕКЕ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ СОВРЕМЁННОЙ НАУКИ” и представляет собой попытку наведения мостов между многочисленными оккультными учениями о человеке и совремёнными научными. Хотя в настоящее время большинство оккультных учений классифицируются как псевдонаука и мистика, было бы большим упрощением воспринимать их как ложь. Правильным было бы называть их догадками и моделями. Догадки, как мы знаем, бывают гениальными и не очень, а модели – сложными и простыми. Наши предки строили модели исходя из наличного тезауруса знаний и заслуживающей восхищения потомков интуиции (что это – непонятно до сих пор). И многое из того, что у них получилось и дошло до наших дней, заслуживает уважения. Их образно-символическое видение явлений и сущностей может быть изложено современным языком абстакций системотехники и синергетики. Надо ли этим заниматься? Да, надо, и не нам первым приходит это в голову, такими переводами древних текстов на совремённый смысловой язык уже занимались Шопенгауер, Ницше, Фрейд, Юнг и многие другие, и, как мы видим, успешно, хотя многие почему-то считают, что это были исключительно их собственные гениальные мысли..

Для изучения этого модуля предлагаются четыре темы: VIII.1. Эзотерические (оккультные) учения Древнего мира о человеке”, VIII.2. Концепции религиозных учений о человеке”, VIII.3. Эзотерические (оккультные) учения о совершенствовании личности путём “расширения и просветления её сознания” и VIII.4. Религиозные и эзотерические (оккультные) учения с точки зрения системно-синергетической”.

Первые две темы темы – обзорные. Третья тема – познавательная с практическим уклоном. Многое ведь из учений древних можно использовать для самосовершенствования человека. Четвёртая тема, с учётом предыдущего усвоения основ междисциплинарной системно-синергетической методологии, более соответствует практическим занятиям для закрепления ранее изученного, неэзотерического. Преподаватель может дать студенту, например, такое задание обобщающее, итоговое: изложите, пожалуйста, основные идеи манихейства (или гностицизма, или каббалы, или теософии, или дзен-буддизма, или йоги, или …) современным языком психологии или синергетики

 

Девятая часть (модуль) содержания программы называется “IХ. КАК ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЧЕЛОВЕКОЗНАНИЕ НА ПРАКТИКЕ? O СПЕЦИФИКE ЧЕЛОВЕКОЗНАНИЯ В СФЕРЕ ПЕДАГОГИКИ”. Для изучения предлагаются три темы: IХ.1. Знания человека о самом себе как степени его свободы в совремённом мире”, IХ.2. О состоянии и перспективах обновления педагогического знания в связи с ориентацией образования на личность” и IХ.3. Онтогенез сознания и педагогический процесс”.

Первые две темы, IX.1. и IX.2., являются подготовительными, пропедевтическими. Педагог должен хорошо знать, какое сооружение он должен достраивать и перестраивать.

Тема IХ.1. возвращает слушателей к вопросу, зачем человеку надобно сегодня знать себя намного глубже, чем это было в предыдущую эпоху, всего лишь несколько десятилетий тому, и напоминает ещё раз: это обусловлено вызовами социальной эволюции, и поскольку отвечать на них человек должен своим усложнением, то он должен знать как.

В теме IХ.2. рассматриваются текущие проблемы и раскрываются основные задачи системы образования как институции общества, на которую возлагается ответственность за подготовку молодого поколения к жизнедеятельности в условиях постиндустриальной эпохи и ожидаемой Сингулярности социальной эволюции.

С сознанием человек не рождается. Первые, дошкольные и школьные годы жизни являются решающими в становлении (онтогенезе) его сознания. Управляемый онтогенез сознания – условие формирование личности и один из главных ответов человека на вызовы социальной эволюции. К сожалению, система образования осознанно этим ещё не занималась. Как совершенствовать сознание? – таким есть содержание девятой (заключительной) части предлагаемого содержания программы новой учебной дисциплины “Концепции совремённого человекознания”.

Считаем целесообразным, помимо прочих, воспользоваться размышлениями двух выдающихся педагогов XX века – Сергея Гессена (1870-1950) и Григория Ващенко (1878-1967), глубоко осмысливших многовековой опыт мировой педагогики и изложивших свои мысли в книгах “Основы педагогики. Введение в прикладную философию” и “Воспитательный идеал” [Гессен С.И. Основы педагогики. Введение в прикладную философию / Отв. ред. И сост. П.В. Алексеев. – М.: “Школа-Пресс”, 1995. – 448 с.] и [Ващенко Г. Виховний ідеал. – Полтава: Ред. Газ. “Полтавський вісник”, 1994. – 191 с.].

Тема IX.3. Онтогенез сознания и педагогический процесс – основная тема раздела. Здесь речь идёт об управляемом онтогенезе сознания дошкольника и школьника. Как на него влиять в процессе учебно-воспитательном, что нового должно быть привнесено в семью и в массовую школу – вопросы требующие ответа.

В теме IХ.3. излагаются конкретные возможные подходы к выполнению основных задач и общих проблем системы образования на данном этапе социальной эволюции. Уточняется, что имеем в виду, говоря о более глубоком уровне само-рефлексии. Новый уровень саморефлексии внутреннего мира человека должен стать определяющим признаком новой образовательной парадигмы.

Изменениям в педагогическом процессе должно предшествовать их проектирование. Профессия учителя – одна из самых творческих, существенно отличающаяся от работы на заводском конвейере. Учитель должен быть и проектантом, и конструктором, и технологом, и исполнителем. Как всё это совместить? – об этом речь в заключительной теме заключительного раздела учебной дисциплины “Концепции современного человекознания”.

***

На базе Примерной программы учебной дисциплины КСЧ каждый факультет учебного заведения, учитывая свою специфику, составляет для себя учебную программу самостоятельно, принимая решение о выделении трудоемкости, исходя из своих возможностей. Предлагаемая программа-максимум содержит не менее 40 тематических разделов, включая темы ВВЕДЕНИЯ. Каждая тема раскрывается одной или несколькими лекциями, перечень которых содержится в детализированном УЧЕБНОМ ПЛАНЕ ПРОГРАММЫ, утверждаемом учебным заведением и может достигать количества 80-90 и более. Изучение каждой из 9 частей (модулей) содержания Программы заканчивается семинаром и контрольной работой. В некоторых модулях целесообразно проведение практических работ (написание сочинений) и промежуточных семинаров. Таким образом трёхсеместровая программа-максимум может содержать в границах 240 аудиторных часов и 120 часов самостоятельной работы (10 кредитов) до 85-90 двухчасовых лекций, до 5-6 практических работ, до 16-20 семинаров и 9-10 контрольных работ.

Выше уже упоминалось о целесообразности усвоения новой информации с опорой на фундамент ранее усвоенных знаний, поэтапно, спиралевидно, частично повторяя на новом, более глубоком витке усвоения то, что изучалось ранее, на предыдущем. Учитывая, что разброс желаний и возможностей конкретного учебного заведения изучать КСЧ могут колебаться от одного семестра до трёх-четырёх, содержание программы 1-го семестра должно иметь своими особенностями одновременно пропедевтическую направленность и экспресс-курс. Первая особенность закладывает фундамент для последующего более глубокого изучения КСЧ. Вторая особенность позволяет при минимальной плановой трудоемкости учебной программы хотя бы поверхностно коснуться по возможности всего и сформировать определённую целостность представлений о самом себе..

Во исполнение этого принципа, каким бы ни было планирование трудоемкости учебной программы, на два-три семестра, либо в объеме программы-максимум, либо меньше, рекомендуем первые три части (модули) пройти не торопясь, изучая их глубоко и основательно, затем оставшиеся шесть частей-модулей первый раз пройти в оставшееся время первого семестра эспресс-темпом. Далее в следующем семестре рекомендуем возвратиться к модулю четвёртому для более глубокого изучения материала на 2-ом витке. Четвёртая часть-модуль предусматривает начало занятий с практической работы – сочинения на тему “Что я знаю о сознании?”.

В предлагаемом проекте Примерной программы изучения КСЧ кроме поэтапного, спиралевидного изучения материала, реализован и другой принцип дидактики, принцип параллелизма. Изучая фактический материал человекознания и различные обобщения этого материала мудрыми людьми от древности до наших дней, учащиеся параллельно осваивают и другое - междисциплинарную системно-синергетическую методологию исследований, и создают, каждый себе сам, собственное видение совремённой картины мира и прогнозов на будущее.

***

Изучение предлагаемого материала можно сократить с трёх до одного семестра. В этом случае речь может идти о сокращенной программе изучения КСЧ.

Программа-минимум может быть реализована 5-7 кредитами, 120 часами аудиторных занятий и соответствующими часами самостоятельной работы, в том числе: 38-40 лекциями, соответствующими разделам программы-максимум, 2-4 практическими работами, 9-10 семинарами и 9-10 контрольными работами.

Программа-минимум-миниморум может быть реализована в одном семестре 11-12 двухчасовыми лекциями, каждая из которых раскрывает темы одной части (модуля), 2-3 практическими работами, 2-3 семинарами и одной контрольной работой, то есть 32-36 аудиторными часами трудоемкости и соответствующими часами внеаудиторной самостоятельной работы.

***

Компактно (в таблицах) схемы изложения материала, перечень тем и распределение трудоёмкости учебного плана-минимума программы КСЧ представлены в разделе II.

Перечень тем и распределение трудоёмкости учебного плана-минимума программы КСЧ представлены в разделе III.

По КСЧ, в отличие от КСЕ, учебники и учебные пособия ещё не написаны. В этом и состоит своеобразие текущего момента. Здесь, в тексте Примерной программы, можно предложить полсотни книг основной литературы. Список основной литературы представлен в разделе IV. Списку дополнительной литературы место внутри или после УЧЕБНОГО ПЛАНА ПРОГРАММЫ, утверждаемого в стенах вуза.

Формы контроля усвоения дисциплины изложены в разделе V настоящего Проекта.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Литература к части 3

  1. Базалук О.А. Разумное вещество. – К.: “Наукова думка”, 2000. – 368 с.

  2. Баландин Р.К. Ноосфера или техносфера // Вопросы философии, 2005, №6.

  1. Басов М.Я. Воля как предмет функциональной психологии. Методика психологических наблюдений над детьми / М.Я. Басов: отв. Ред. Е.В. Левченко. – СПб.: Алетейя, 2007. – 544 с.

  2. Бейтсон Г. Экология разума. Избранные статьи по антропологии, психиатрии и эпистемологии. Пер. с англ. М.; Смысл, 2000. – 476 с.

  3. Бердяев Н.А. Опыт эсхатологической метафизики // Дух и реальность. Вступ. ст. и сост. В.Н.Калюжного. – М.: ООО “Издательство АСТ”; Харьков: “Фолио”, 2003. – 679 с.

  4. Выготский Л.С. Психология развития человека. – М.: Изд-во Смысл; Изд-во Эксмо. – 2004. – 1136 с.

  5. Горелов А.А. Концепции современного естествознания: Учеб. пособие для студ. Высш. учеб. заведений. – М.: Гуманит. Изд. центр ВЛАДОС, 2000. –512 с.

  6. Госвами А. Самосознающая вселенная. Как сознание создает материальный мир / Пер. с англ. А. Киселёва. – М.: Открытый мир, Ганга, 2008. – 448 с.

  7. Гроф С. Холотропное сознание: Три уровня человеческого сознания и их влияние на нашу жизнь / Пер. с англ. О.Цветковой, А.Киселева. – М.: ООО.”Издательство АСТ” и др., 2003. – 267 с.

  8. Джонс Дж. К. Методы проектирования: Пер. с англ. – 2-е изд. доп. – М.: Мир, 1996. – 326 с.

  9. Дельгадо Х. Мозг и сознание. М., 1971.

  10. Дубнишева Т.Я. Концепции совремённого естествознания. – Новосибирск, ЮКЭА, 1997. – 832 с.

  11. Дубнишева Т.Я. Концепции совремённого естествознания: Учебно-методический комплекс. - Новосибирск: НГУЭУ, 2008. - 272 с.

  12. Изард К.Э. Психология эмоций. – СПб.: Питер, 2009. – 464 с.

  13. Ильин Е.П. Мотивация и мотивы. – СПб.: Питер, 2004. – 509 с.

  14. Ильин Е.П. Психология воли. - СПб.: Питер, 2002. - 288 с.

  15. Історія європейської ментальності / За ред.. Петера Дінцельбахера / Переклав з нім. Володимир Кам’янець. – Львів: Літопис, 2004. – 720 с.

  16. Леві-Строс, Клод. Структурна антропологія / Пер. з фр. З.Борисюк. – К.: Основи, 2000. – 387 с.

  17. Ленинская теория отражения в свете развития науки и практики. Том 1. Отражение, познание, творчество. Изд. “Наука и искусство”, София, 1981. – 688 с.

  18. Лоренц К. Агрессия. М., 1994. – 260 с.

  19. Немов Р.С. Психология: Учеб. для студ. высш. пед. учеб. заведений: В 3 кн. – 3-е изд. – М.: Гуманит. Изд. центр ВЛАДОС, 1999. – Кн.1. Общие основы психологии. – 688 с.

  20. Ницше Ф. Утренняя заря [Morgenrothe]. Мысли о моральных предрас-судках. Свердловск, изд. “Воля”, 1991. – 304 с.

  21. Нойманн Э. Происхождение и развитие сознания. Пер. с англ. – М., “Рефл-бук”; К., “Ваклер”, 1998. – 464 с.

  22. Палмер Дж. Эволюционная психология. Секреты поведения Homo sapiens / Джек Палмер, Линда Палмер. – СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2007. – 384 с.

  23. Петренко В.Ф. Психосемантика сознания. – М.: МГУ, 1988. – 207 с.

  24. Петренко В.Ф. Основы психосемантики. – СПб.: Питер, 2005. – 480 с.

  25. Півненко А.С. Онтогенез свідомості і педагогічний процес // Наукові праці: Науково-методичний журнал. Т. 71. Вип. 58. Педагогічні науки. – Миколаїв: Вид-во МДГУ ім. П.Могили, 2007. – 220 с.

  26. Рассел Б. История западной философии: В 3 кн. / Пер. с англ. Подгот. Текста В.В. Целищева. – СПб.: Азбука, 2001. – 960 с.

  27. Роменець В.А., Маноха І.П. Історія психології XX століття: Навч. посібник. – К., 1998. – 990 с.

  28. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. СПб.: Изд. “Питер”, 1999. – 720 с.

  29. Табачковський В.Г. Полісутнісне homo: філософсько-мистецька думка в пошуках “неевклідової рефлективності”. – К.: Вид. ПАРАПАН, 2005. – 432 с.

  30. Таранов П.С. От Соломона до Роджера Бэкона. – М.: ООО “Идательство АСТ”, 2000. – 448 с.

  31. Тейлор Ч. Джерела себе / Пер. з англ. – К.: Дух і літера, 2005. – 696 с.

  32. Тейяр де Шарден П. Феномен человека. – М.: Наука, 1987. – 240 с.

  33. Титаренко Т.М. Життєвий світ особистості: у межах і за межами буденності. – К.: “Либідь”, 2003, – 376 с.

  34. Тьоніс Ф. Спільнота та суспільство / Пер. з нім. – К.: ДУХ І ЛІТЕРА, 2005. – 262 с.

  35. Успенский В.А. Теорема Гёделя о неполноте. –М.: Наука, 1982. – 112 с.

  36. Фрейджер Р., Фейдимен Д. Большая книга психологии. Личность. Теории, упражнения, эксперименты / Пер. с англ. – СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2008. – 704 с.

  37. Хайтун С.В. Феномен человека на фоне универсальной эволюции. – М.: КомКнига, 2005. – 536 с.

  38. Хакен Г. Синергетика. Иерархия неустойчивости в самоорганизующихся системах и устройствах. – М., 1985.

  39. Хант Г.Т. О природе сознания: С когнитивной, феноменологической и трансперсональной точек зрения. Пер. с англ. А. Киселева. – М.: ООО “Издательство АСТ” и др., 2004. – 555 с.

  40. Хунинг А. Homo mensura: люди – это их техника – техника присуща человеку / Философия техники в ФРГ: Пер. с нем. и англ. / Составл. и предисл. Ц.Г.Арзаканяна и В.Г. Горохова. – М.: Прогресс, 1989. – 528 с.

  41. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. – 3-е изд. – СПб.: Питер, 2006. – 607 с.

  42. Челпанов Г.І. Мозок і душа (критика матеріалізму і нарис сучасних вчень про душу) // Історія філософії України. Хрестоматія: Навч. посібник / Упорядники М.Ф. Тарасенко, М.Ю. Русин, А.К.Бичко та ін. – К.: Либідь, 1993. – 560 с.

  43. Чанышев А.М. Курс лекций по древней философии: Учеб. пособие для филос. Фак. и отделений ун-тов. – М.: Высш. школа, 1981. – 374 с.

  44. Человек: Мыслители прошлого и настоящего о его жизни, смерти и бессмертии. Древний мир – эпоха Просвещения / Редкол.: И.Т. Фролов и др.; Сост. П.С. Гуревич. – М.: Политиздат, 1991. – 464 с.

  45. Юнг К.Г. Психология бессознательного / Пер. с нем. – М.: Канон, 2003. – 400 с.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

 

О конгрессе «GLOBAL FUTURE 2045». Если бы я был его участником, то выступил бы с таким текстом...

 

Если бы я был приглашен участником Международного конгресса “GLOBAL FUTURE 2045”, что состоялся 17-20 февраля 2012 года в Москве [см. http://gf2045.ru], то выступил бы с таким текстом:

I.

Я – не трансгуманист. И никогда им не был. Особенно не разделяю позицию трансгуманизма о постчеловеке (уже не человеке) и убежден в невозможности создания такого искусственного интеллекта, который будет своим разумом возвышаться над человеком и, таким образом, подчинит его себе. И вот почему.

Во-первых, часть, по определению, никогда не поглощает целостность, хотя бы потому что свойства целостности (эмерджентность) не сводимы к свойствам её частей. Во-вторых, изделие искусственное в принципе не может превосходить своего творца, разве что в фантастических измышлениях. В-третьих, кроме этих двух аксиом существует и чисто технологическая проблема – как смоделировать внутренний субъективный мир человека, его наглядно-образные и абстрактно-понятийные картины мира со всем его тезаурусом знаний и субъективных смыслов. И что такое субъективные смыслы внутреннего мира человека? Как они связаны с “геологическим” строением его психики? Достаточно ли глубоко конструкторы искусственного интеллекта понимают это? И смогут ли они смоделировать хотя бы “здравый смысл” нормального обыкновенного человека? А как моделировать “геологическое” строение психики человека, лежащее в фундаменте его интеллекта?

Говоря об искусственном интеллекте, мы никоим образом не отрицаем его существования. Конечно, он есть уже свершившимся фактом. Вопрос лишь в том, сможет ли он абсолютно во всём, по всем показателям, превысить когда-нибудь интеллект человека.

И четвертое, самое главное. Говоря о человеке, надо, прежде всего, в начале разговора собеседникам уточнить, о ком и о чём идет речь – о человеке обыкновенном единичном или о человеке как образе собирательном, имя которому Человечество. И соответственно этому, есть два понятия сознания, активного опережающего отражения действительности, есть индивидуальное сознание и есть сознание общественное. Второе точнее именовать следует как Сознание Человечества. Если 2,5 тыс. лет тому назад они практически ничем не различались (тут мы можем сослаться на Б. Рассела, который в “Истории западной философии” отмечал, что во времена Сократа и Платона каждый способный человек одновременно мог быть всем - и философом, и врачом, и садовником, и воином, и огородником, и судьей, и т.д. и т.п.), то сейчас различие (соотношение) в объемах и мощности индивидуального сознания и Сознания Человечества достигает миллиардов раз. К этому привело общественное разделение труда, начавшееся в эпоху эллинизма. Сознание человечества в XXI веке есть объединение сознаний всех ныне живущих и ранее живших на Земле и оставивших следы. Сответственно, так различаются и мышление (сознание в динамике), и интеллект. В дальнейшем мы будем в основном говорить о человеке как элементе Человечества и о том, как ему быть, готовясь к новым вызовам социальной эволюции и к встрече с Сингулярностью, ожидаемой к 2045 году.

Хотелось бы спросить трансгуманистов, неужели вы и в самом деле хотите Мозг Человечества и весь его Интеллект разместить в одном нано-чипе и чип этот затем поместить в мозгу одного человека? Зачем? Чтобы преодолеть биологические ограничения организма человека? Но ведь для этого Природа уже нашла другие обходные эффективные пути.

Я – не трансгуманист. И как специалист по радиофизике и электронике, по основному образованию, не разделяю преклонения многих учёных, в основном гуманитариев и узкоспециализированных изобретателей, перед успехами создания материальной базы информационных технологий. В технической сфере идёт вполне предсказуемый процесс, обусловленный успехами физики и математики. Технологическая сингулярность – это всего лишь одно частное проявление универсальной и биосоциальной эволюции. Хочу присутствующих здесь учасников Международной конференции Global Future 2045 убедить, что есть более важные проблемы подготовки к встрече с той, ожидаемой к 2045 году, всеобщей Сингулярностью, более важные, чем частные проблемы, связанные с технологической сингулярностью.

Мне могут возразить, что именно под воздействием развитой техники человек изменится настолько, что сам готов будет встречать технологическую сингулярность как та лягушка, что сама прыгает в пасть змеи. Да, человек изменяется, но в каких направлениях и как? В чём главная сущность всей этой ‘синергетики’? Вот в чём главный вопрос из актуальных, на которые однозначного ответа до сих пор нет.

Попытаемся найти ответ.

Природа эволюционирует и эволюционируя усложняется. Усложнение направлено куда? Есть ли конкретная цель у эволюции Вселенной? И что считать её целью – конкретный результат, локализованный в пространстве и во времени, или сам процесс, процесс перманентного усложнения всего и везде?

Наверное, целью эволюции можно условно принять то, что будет здесь, в этом локальном пространстве, через некоторое время в будущем. Но как увидеть это будущее, эту цель, чтобы можно было содействовать ей или хотя бы готовиться успешно адаптироваться, приспосабливаться к изменениям, ведущим к ней?

Размышляю… И задаю себе вопрос: человек ведь не последняя ступень развития Живой Природы? Кто-нибудь доказал противное?

Убеждён, мы находимся на этапе эволюции Живой Природы, сравнимом с переходом от одноклеточных организмов к многоклеточным. Глобализация на наших глазах формирует новый Организм Живой Природы – Общество людей Земли (Цивилизацию землян), в котором люди – клетки организма, а страны, нации и народы, – специализированные органы нового Организма. Кто-то будет его Мозгом (США, например), кто-то будет Лёгкими, “воздух” из среды поглощающими и весь Организм “кислородом” обеспечивающими (Европа и Канада, например), кто-то - Сердцем будет (Индия и Ближний Восток, например), кто-то будет Руками нового Организма Живой Природы (Китай, например), кто-то – Печенью кровь очищающей, а кто-то будет её Cloaca – тоже очень нужным органом любого развитого живого организма. Та или иная специализация отдельных регионов Global World представляется нам неизбежной, но кто кем будет, мы точно пока не знаем, вместе с тем понятно: сложившиеся традиционные менталитеты регионов тут какую-то роль сыграют. Отдельному человеку, вообще говоря, беспокоится не стоит, куда он попадёт, в Мозг или в Cloaca – границ типа “железных занавесов” уже не будет, учить с детства надо будет хорошо язык английский, иметь какую-то специализацию и - вперёд. Главное, быть подготовленным к тому, что называется “иметь свободу выбора”. Заметим однако, что пока ни от кого из участников конгресса “Global Future 2045” [см. http://gf2045.ru] мы не услышали признания и конкретизации такого варианта дальнейшего хода социальной эволюции на Земле, хотя о биосфере, ноосфере и концепции Геи-Земли мы все уже слышали, читали и что-то знаем.

И наверное, когда-то в будущем этот Организм Живой природы – Общество людей Земли станет в Космосе, в свою очередь, клеткой ещё более сложного организма следующей ступени универсальной эволюции Вселенной. И т.д., и т.д.

Видимый нами Космос, возникший, как принято считать, в результате взрыва какой-то частицы или звезды (что для нас одно и то же), неминуемо станет осознающим себя, то есть более разумным. И тут опять возникает вопрос: для чего ему надо становиться всё более и более разумным? Ответ найти пока мы не умеем. Тут можно поговорить о взрывах, циклах и пульсациях, о закономерностях и случайностях, об аттракторах и бифуркациях и о теореме Курта Гёделя “О неполноте…”, например, или о том, что сознание (отражение) является изначальным атрибутом усложняющегося в процессе эволюции материального мира Вселенной.

Возможно во Вселенной уже существуют такие Разумные Космические Организмы, а мы, Цивилизация Земли – лишь новая клетка такого периодически обновляющегося Космического Организма. Это предположение заслуживает внимания. Наверное, так оно и есть. Наверное, Космический Разум существует и наблюдает нас. Наверное, это результат универсальной эволюции, которая не ограничивается окрестностями нашей матушки-Земли. Когда-нибудь мы возвратимся к понятиям биосферы, ноосферы и концепции Геи-Земли, чтобы взглянуть на них по-новому, шире, глубже и пристальнее. Но сегодня так далеко заходить во времени-пространстве нам и не надо, ведь критерии оценивания всего того в будущем нашем будут иными, они сейчас нам неизвестны. Сейчас нам актуально знать будущее самое ближайшее: что будет окружать и что будет происходить с нашими детьми и детьми их детей в ближайшие десятилетия в том месте, где мы живем сегодня.

Таким образом, имеет смысл речь вести сегодня о ближайшем будущем, хотя бы на глубину пятидесяти лет. Как мы уже знаем, сущностью эволюции (и ее перманентной целью) является усложнение всего и везде. Отсюда и ответ человека на вызовы социальной эволюции и ожидаемую в ней к 2045 году Сингулярность (“конец света”): человеку надлежит срочно усложняться, иного не дано. И это становится уже известной общепризнанной истиной. Именно её нам и надлежит конкретизировать сегодня.

II.

Конкретизируя истину о том, что человеку, адаптируясь к вызовам социальной эволюции, срочно надо усложняться, мы должны уточнить, что именно желательно иметь в результате такого усложнения и как этого достичь, затем решить с помощью чего усложнятьcя нано-чипы вставлять в свои мозги, протезировать свою биологическую периферию или, может быть, сначала, в первую очередь, использовать резервы онтогенеза сознания в процессе дошкольного детства человека и в процессе школьной его социализации.

Целью усложнения человека должно быть его желание и воля стать хорошим членом-элементом-клеткой общества. Какого общества? Ведь каждой эпохе соответствует свой воспитательный идеал, сколько обществ, столько и идеалов-целей воспитания и обучения молодого поколения. Не ответив на этот вопрос, мы не сможем ответить на вопрос “как этого достичь?”, то есть на вопрос, как готовиться к предстоящим вызовам социальной эволюции, к ожидаемой в ней Сингулярности.

Наверное, усложняться человеку сейчас надо так, чтобы стать хорошей клеткой гражданского общества постиндустриальной эры. Каким мы видим человека как хорошую клетку такого общества людей? Если отвечать одним словом, то - индивидуальностью. Если отвечать более, чем одним словом, то – творческой инициативной личностью, актуализированной индивидуальностью, обладающей в определённых направлениях оригинальностью, дисциплинированной изнутри, толерантной, способной к диалогу и работе в коллективах с Y- и Z-моделями организации труда, с потребностями и мотивациями, которые соответствуют 5-му уровню пирамиды потребностей и мотиваций А.Маслоу, психолога.

Ставя на первое место индивидуальность человека гражданского общества, мы никоим образом не отождествляем её с той автономией человека, что обозначается словом индивидуализм. Индивидуализм превозносился философиями Запада в эпоху индустриальную и обычно в капиталистическом обществе отождествлялся с продуктивным предпринимательством. И мы знаем также, что этот индивидуализм противопоставлялся и коллективизму всех предыдущих эпох.

Сегодня, ориентируясь на индивидуальность человека как на воспитательный идеал новой постиндустриальной эпохи, мы никоим образом не отождествляем его с индивидуализмом и не противопоставляем его коллективизму. Мы понимаем, что коллективизмы бывали и есть разные. Одно дело – коллективизм безличностный, когда вся сила власти и полномочия властителей принимать решения, затрагивающие интересы остальных, принадлежат одному единственному вожаку-лидеру сообщества (коллектива) людей; и совсем другое дело – коллективизм внутри гражданского общества, коллективизм личностный, где основными связующими факторами являются не бессознательные механизмы, не дисциплина привносимого извне страха или слепой веры, не суггестия и конформизм, а осознанная мораль, толерантность, согласованные нормы права, диалог и отсутствие каких-либо претензий на одну, единственно верную, точку зрения.

Конечно, если сообщество объединяет недоразвитых людей, то для реализации определенных целей полу- или неофеодального сообщества лучше подходит коллектив безличностный, как например, во времена прошедших войн или построения социализма в африканских странах. В таком сообществе легче разжигать эмоции, инициировать базовый инстинкт агрессии и героизм, и даже в мирное время в таком сообществе опираться соблазнительно на патриотизм, взаимную вражду, им легче управлять вожаку одному.

Однако, в современном усложняющемся мире справиться с задачами управления сообществом людей в одиночку никакому вожаку-лидеру уже не под силу, не “по зубам”, даже будь он хотя бы и Ким Чен Иром, Чаушеску или самым Путиным в образе с Поклонной горы. Этап неофеодализма на постсоветских пространствах долго не задержится.

ІІI.

Итак, с соотношением индивидуальности, индивидуализма и разных видов коллективизма мы разобрались. Вернемся к вопросу основному: зачем обществу постиндустриальному нужна индивидуальность в каждом его члене, сколько мы имеем людей такого качества и как их количество увеличить, если в этом есть необходимость?

Что имеем мы в виду, говоря об индивидуальности человека как о главном свойстве хорошей “клетки” организма глобализирующегося Общества людей Земли? Разнообразие структур и их адаптационных возможностей всегда было в Живой Природе условием их развития. Поэтому не случайно на данной ступени эволюции от каждого человека требуется оригинальность в разнообразии индивидуального. Таким есть это условие успешного развития не только автономного человека, но и всего Человечества.

Производительность коллективной преобразовательной деятельности общества отныне, в эпоху постиндустриальную, будет возрастать уже не за счёт развития инструментального сознания и узкой профессиональной специализации человека, что требовалось в индустриальную эпоху и где процесс развития дошёл, наверное, к своему пределу, ведь заводские конвейеры уже не нужны, их заменяют автоматы-роботы. Производительность общественного труда отныне всё больше будет возрастать за счёт творческой оригинальности каждой личности. Именно поэтому человек постиндустриальной эпохи должен быть самоактуализированной индивидуальностью, дисциплинированной изнутри оригинальностью, личностью, способной творчески работать в Y- и Z-моделях организации труда.

Педагогика и другие науки человекознания сегодня уже начинают работать над детальной разработкой воспитательного идеала постиндустриальной эпохи – модели выпускника учебно-воспитательного учреждения, который отвечает этим новым требованиям. Менее разработанными остаются вопросы, как этого достичь в массовом порядке и при ограниченных ресурсах, ведь даже в развитых странах доля самоактуализированных личностей, обладающих развитым самосознанием и достаточной волей для достижения сознательно поставленных целей, не превышает 1% в общей численности населения (см. оценки самого А.Маслоу, автора модели).

Таким образом, можно полагать, что главным основополагающим проблемным пунктом ответа социума на вызовы новой эпохи является не вопрос внедрения достижений технологической сингулярности, а вопрос о повышении доли самоактуализированных личностей в обществе с 0,1-1% до 10% и больше. Знает ли общество и совремённая педагогика как этого достичь? Наверное, нет, не знают. Они - в поисках “путей и подходов” решения более простых задач традиционной образовательной парадигмы.

Придя к заключению, что на вызовы социальной эволюции человек должен отвечать усложнением своего естества, детализацию вопроса, об усложнении чего именно в человеке нам необходимо беспокоиться и заботиться в первую очередь, мы обсуждаем уже в течение нескольких лет в статьях цикла “Вызовы социальной эволюции и ответы на них” в педагогической периодике (см. журнал “Директор школы. Украина”, 2007, №№ 4-6, 10-12) и на сайтах www.osvita.ua/, www.gidepark.ru/user/1419201322/ и www.gidepark.ru/community/1282/.

IV.

Сингулярность социальной эволюции в ближайшие годы неизбежна – в этом уже нет сомнений ни у кого, кто знаком с кривой Снукса-Панова и осознает инерционность процессов во Вселенной. Но остаются всё ещё открытыми важнейшие вопросы. Остановимся на трех из них: 1) как будет проявлять себя эта ожидаемая к 2045 году Сингулярность?, 2) что считать её началом? и 3) что делать человеку уже сейчас?

Мы понимаем, Сингулярность – это не взрыв в окружающем нас физическом пространстве, это – качественный (фазовый) скачкообразный переход в непрерывном процессе биосоциальной эволюции. В чём он будет проявлятся? Участники конгресса “Global Future 2045” ограничивают себя [см. http://GF2045.ru], главным образом, рассмотрением технологической сингулярности и почти не касаются других общественных процессов и сингулярности в них.

Течение общественных процессов, их ручейки и завихрения, хаосы, точки бифуркаций и аттракторы в них, в определённой мере являются содержанием дискуссий, проводимых регулярно Фондом «Либеральная миссия», что функционирует в Москве при содействии Государственного Исследовательского Университета “Высшая Школа Экономики” и других авторитетных институций [см. http://liberal.ru/anons/5188/, http://liberal.ru/anons/5339/, http://liberal.ru/anons/5475/, http://liberal.ru/anons/5518/, http://liberal.ru/anons/5648/, http://liberal.ru/anons/5651/, http://liberal.ru/anons/5658/, http://liberal.ru/anons/5672/, http://liberal.ru/anons/5750/], http://liberal.ru/anons/5807/]. Там с участием известных и авторитетных в учёном мире специалистов таких, как Евгений Ясин, Игорь Клямкин, Игорь Яковенко и др., рассматриваются такие злободневные темы, как то: “Особенности нормативно-ценностной системы российского общества”, “Куда ведёт кризис культуры?”, “Сценарии для России на долгосрочную перспективу”, “Сценарии модернизации”, “Возможен ли выход из исторической колеи?”, “Российская ментальность и вызовы времени”, “Национальный вопрос: ресурсы имперского и федеративного проектов в России”, “Что делать?”, “Общество и власть в условиях политического кризиза” и т.п. Другие аудитории в России и в Украине, где бы на таком уровне глубины рассматривались бы подобные злободневные вопросы сегодняшнего дня, нам не известны. Здесь, на конгрессе “Global Future 2045” [см. http://gf2045.ru], было бы уместным выслушать наряду с аналитикой технологической сингулярности и позиции тех, кто озабочен течением общественных процессов и не совсем понятными явлениями в них.

Но вернемся, однако, к выше поставленному вопросу: что считать проявлением Сингулярности в нашей биосоциальной эволюции, явление которой ожидается уже при жизни нынешнего поколения, всего лишь через 30 лет? Ответив на этот вопрос, мы могли бы понять, началась ли она и как вести себя. Кстати сказать, есть мнение, что да, Сингулярность уже началась и помимо плюсов уже наблюдаются и негативы её проявления из-за неготовности человека к встрече с ней, в частности, уже заметен и бросается в глаза негатив такой: человечество начало все больше перемещаться из физического пространства в пространство виртуальное (зачем?) – проблемы, связанные с телевидением, тому пример: ради инициации внимания на торговую рекламу зрителю показывают за неделю десятки убийств и подвигов ментов, вставляя между ними ролики рекламные торговые. Мы тут не останавливаемся на количествах лжи и симулякров, льющихся из уст так называемых политических “холуев”, изрекающих свои “истины” из тех же телевизионных экранов.

Здесь следует сейчас заметить, что современный человек, именуемый Homo sapiens (Человек разумный), разумным есть лишь отчасти, его следовало бы называть пока ещё Homo emotional (Человек эмоциональный), потому что в своей жизнедеятельности он руководствуется пока ещё в основном смесью рефлексов, инстинктов и прочим бессознательным в значительно большей степени, чем разумом рациональным логико-системным. Речь, разумеется, идет об обыкновенном, среднестатистическом человеке, который из школьного учебника узнав что-то о Homo sapiens и не совсем точно интерпретируя это важное классификационное понятие, самоуверенно и себя считает уже полностью разумным, отделившимся от остального животного мира. Конечно, от самоуверенности человека есть определенная польза, ибо если бы он знал всю правду о себе, то мог бы оробеть и растеряться, лишившись даже минимума уверенности в себе.

Взрослея, человеку в XXI веке следовало бы знать точнее этапы становления человеческого мышления у своих предков - австралопитеков, питекантропов, неандертальцев, кроманьонцев и у исторического человека. Предметно-действенное мышление, появившееся у питекантропов, наглядно-образное мышление, появившееся у поздних неандертальцев и выделившее из их среды кроманьонцев, наших прямых предков, остаются пока ещё основными формами мышления современного человека. Абстрактно-понятийным и логико-системным мышлением овладевает в онтогенезе лишь незначительная часть Homo, однако всех людей именуют одинаково как Homo sapiens (Человек разумный).

Мы преклоняемся перед успехами предметно-действенного и наглядно-образного мышления наших предков, достигнутыми за последние три-пять тысяч лет. Семь чудес света на териториях Древнего Египта, Греции и Ближнего Востока, Великая Китайская стена в Древнем Китае, Тадж-Махал в Индии, Мачу-Пикчу в Южной Америке (Перу), Чичен-Ица в Северной Америке (Юкатан, Мексика) – что может быть нагляднее и убедительнее этих материальных успехов активного опрежающего сознания Homo?

Вместе с тем, мы должны правильно оценивать и такое воплощенное в практические дела сумасшествие Homo sapiens, как две Мировые войны в XX веке, свидетельствующее о недоразвитости логико-системного мышления и сознательной воли человека и его ещё малой удаленности от животных инстинктивных предков. В них в концентрированном виде было проявлено всё человеческое и животное, накопленное существом Homo за миллионолетия (см. закон “геологических” наслоений в биологии) – были и ненависть к врагу, и любовь к Родине, страхи, бегство от опасностей и подвиги безстрашные, массовые предательства и массовый героизм, было использовано много “пушечного мяса” и бронзы с серебром на всякие медали и ордена. Вечная память безвинно убиенным в XX ст. десяткам миллионов людей, среди которых есть и мои прямые предки!

V.

Сегодня, ставя вопрос о совершенствовании человека, мы должны точнее очертить исходные позиции.

Общаясь в рамках этой темы со многими собеседниками, в том числе с учащейся молодежью, учителями и профессорско-преподавательским составом университетов, в рамках этой темы и пытаясь определить (“тестировать”) уровень их самосознания, мы обычно задаем им и обсуждаем с ними такие вопросы:

  1. Задумывались ли вы, чем определяется поведение современного человека в наибольшей мере – а) рефлексами, инстинктами и прочим бессознательным или б) сознанием понятийным, составной частью которого является мышление абстрактно-понятийное и логико-системное?

  2. Как вы конкретизируете выражения-афоризмы известных классиков психоанализа З. Фрейда и К.Г.Юнга “Сознание человека соотносится с его бессознательным как надводная верхушка айсберга с его огромной подводной частью”, “Сознание человека – это лишь остров в океане его бессознательного”? И что вы слышали об этом в средней школе и обучаясь в университете?

  3. Как формируется мировоззрение современного молодого человека в средней школе и в университетах сейчас в отличие от прошлых времен?

  4. В какой мере владеете вы системным анализом окружающей вас действительности, в частности, как вы представляете себе многокритериальные задачи выбора оптимальных решений?

  5. Чем была в вашей жизни или в жизни ваших родителей в СССР так называемая “горбачевская перестройка” в конце 80-х – начале 90-х годов?

  6. Знаете ли вы, какие страны постсоветского пространства уже достигли среднегодового уровня ВВП 1990 года? И как за это время увеличился средний ВВП всех стран мира, отдельных стран, Китая например?

  7. Задумываетесь ли вы об облике своего Отечества через 10-15 лет и на кого воглагаете ответственность за его будущее - на политиков, государственных деятелей или работников системы образования?

  8. Чем наиболее существенным отличается гражданское общество от всех традиционных общественных устройств, знаете ли вы об этом и что знают об этом избираемые вами представители власти, включая ныне действующего президента страны?

  9. Как вы выбираете своих представителей во власти, чем руководствуетесь – слепо доверяете мнению других, полагаетесь на собственную интуицию, руководствуетесь текущими эмоциями или проводите предварительный системный анализ, используя оценки экспертов?

  10. Нужна ли в университетах новая междисциплинарная учебная дисциплина “Концепции современного человекознания” в дополнение к изучаемым ныне раздельно автонономным философии, психологии и социологии?

Что отвечают респонденты и почему они так отвечают – это отдельная тема. Как и вопрос, какие знания о сущности человека передает современная психология на уровень общего образования. Ясно основное: современный человек с точки зрения его подготовленности к решению возникающих перед ним в процессе социальной эволюции всё более сложных проблем является слабым существом, хотя и весьма самоуверенным. Бросается в глаза огромная пропасть между восприятием мира, окружающей действительности, массой обыкновенных людей с потребностями 1-го уровня пирамиды А.Маслоу, психолога, что составляет более 50% от численности населения, с одной стороны, и той небольшой частью самоактуализированных личностей (менее 1%), что на вершине пирамиды потребностей и мотиваций, с другой.

Следует заметить также, что если проанализировать мировоззрение той небольшой части самоактуализированных личностей (менее 1% от численности населения), что на вершине пирамиды потребностей и мотиваций А.Маслоу, то там тоже существует расслоение на тех, кто озабочен в основном лишь проблемами сегодняшняшнего дня, и тех, кого интересует будущее Отечества и Человечества на глубину дальше 5-10 лет. О будущем всего Человечества думают лишь немногие.

В общем, есть над чем работать системе образования, которая готовямолодое поколение к вызовам социальной эволюции, к Сингулярности 2045 года, должна уже осуществлять в себе соответствующие парадигмальные изменения.

Нам надо знать, самоосознавать, что рефлексы, инстинкты и прочее бессознательное всё ещё определяют поведение современного человека в его повседневной жизнедеятельности в значительно большей мере, чем хвалёный разум, самосознание и воля. И этот факт философы, психологи и социологи уже стали замечать и вынуждены его объяснять. Так, например, профессора американских университетов (Дэвид Даннинг, психолог из Корнельского университета, и др., см. статью Леона Уотсона в “The Daily Mail” [http://subscribe.ru/group/chelovek-priroda-vselennaya/1778085/]) сегодня признают, что даже в странах наиболее развитой демократии у избирателя отсутствует способность выбирать наилучшим образом, он избирает не оптимально, а эмоционально, похожих более всего на себя самого. В Украине и России, можно сказать, мы наблюдаем то же самое. Мы понимаем это так: обыкновенный человек, имея право выбора, ещё не способен выбирать наилучшим образом, исходя из критериев разумных. Ведь он понятия ещё не имеет о многокритериальных задачах оптимального выбора. Необходимое для этого системное мышление у него практически отсутствует, оно – в зачаточном состоянии пребывает. И как быть?

VI.

Если сравнивать предстоящую Сингулярность с неолитической революцией, как это делают некоторые из известных учёных, можно считать, что ожидаемый качественный скачок – это переход от нынешнего Человека Эмоционального (ещё не совсем sapiens) к Человеку Разумному. Имеется в виду, что поведение обыкновенного человека с некоторых пор будет определятся, в основном, в большей мере, рациональным разумом и сознательной волей, а не рефлексами, инстинктами и прочим бессознательным, как сейчас. Говоря о сознательной воле, мы имеем в виду, прежде всего, развитое самосознание человека и переход на более высокие уровни используемого в его повседневности мышления, на уровни мышления абстрактно-понятийного и логико-системного. Ибо без них – абстрактно-понятийного и логико-системного мышления – сильная воля человеку не нужна, ведь инициативы и действия его могут быть ошибочными, чреватыми большими негативными последствиями.

Если сравнивать предстоящую Сингулярность с рождением живых клеток в среде неорганической Природы, с образованием многоклеточных организмов из одноклеточных, как это делают некоторые из известных учёных, подчеркивая огромное значение предстоящего качественного скачка, то ожидаемый качественный скачок – это происходящее на наших глазах аналогичное зарождение на Земле нового Организма Живой Природы – Общества людей Земли, Организма, в котором люди будут клетками, а страны и регионы – специализированными органами нового Организма, стоящего на лестнице эволюции Живой Природы выше человека.

Готовясь к встрече с предстоящей Сингулярности в процессе социальной эволюции, человек может и должен отвечать на её вызовы усложнением самого себя и политической организации своего человеческого общества. Что усложнять в себе и в обществе? Мы уже отметили выше, что человек должен усложнять себя, развивая свое самосознание, включая волю и аналитико-системное мышление. Однако, этого всё же мало для адекватной адаптации к быстро усложняющемуся миру. Мы не должны забывать, что человек является биологическим существом с ограниченными возможностями. Если возможности техники быстро расширяются и растут, то возможности организма человека воспринимать информацию, её обрабатывать и использовать в практической деятельности остаются почти неизменными. И как тут быть?

Мы уже вспоминали выше о таком изобретении Природы как общественное разделение труда. Если отдельный человек всё охватить не может, то Общество как организм, состоящий из таких клеток как человек, может больше дел осуществлять в миллиарды раз. Иначе говоря, каждый отдельный человек должен трезво оценивать свои возможности о во многом опираться на “плечи” других людей, доверяя им. И тут мы приходим к ещё одной актуальной проблеме большой важности. Как можно доверять друг другу в наше время, время расцвета эгоизма, конкуренции, обмана друг друга и взаимной вражды? Всеобщее взаимное доверие пока рассматривается всеми нами как желаемое далекое будущее.

Один из главных путей выхода на результат видится таким: во-1-ых, это – более эффективное духовное, правовое и морально-политическое воспитание общества в период социализации молодого поколения и во-2-ых, построение гражданского общества, основанного на диалоге и взаимном доверии людей. Но как далеки мы от этого сейчас! – может воскликнуть каждый, услышавший эти слова. – Посмотрите на искусственное разжигание вражды хотя бы на Ближнем Востоке или в политической жизни на постсоветском пространстве. Да, к сожалению, это так. Соперничество, искусственное разжигание вражды, бескомпромисная борьба – неотъемлемые черты нашей политической жизни. Но… Иного выхода на адекватные ответы социальной эволюции и предстоящей её Сингулярности, кроме самоусложнения-совершенствования человека и общества, мы не видим. Иных ответов в распоряжении человека сегодня нет. Разве что, наивность проявлять и нано-чипы соответствующие вставлять в свои мозги...

Что будет или не будет происходить, если человек никак сознательно не будет вмешиваться в процессы социальной эволюции? Ответ легко можно получить, обратившись к синергетике – науке о процессах самоорганизации в сложных открытых системах, оперирующей такими понятиями как порядок и хаос, аттракторы и бифуркации, случайности и нелинейности и др. Будет хаос, предвестник нового порядка. Это очевидно. Сегодня, конечно, можно обсудить, что конкретно понимать под порядком и хаосом, каким смысловым содержанием наделить общенаучные понятия синергетики применительно к общественным процессам во время уже начинающейся Сингулярности. Куда, например, с точки зрения синергетики относить коррупцию во власти и искусственное разжигание политической вражды? Тема - актуальная и интересная, требующая соответственного времени и места.

 

Сказанное выше можно обобщить так:

1. Глобализация как этапный процесс биосоциальной эволюции формирует на наших глазах новый Организм Живой Природы – Общество людей Земли (Земную Цивилизацию), в котором люди – клетки, а нации и народы – специализированные органы нового Организма.

2. Зарождение нового Организма Живой Природы – Общества людей Земли сопровождается (совпадает по времени) переходом самого человека на новую ступень эволюционной лестницы, от Человека Эмоционального (инстинктивного) к Человеку Разумному. Что является причиной, а что – следствием? Скорее всего, это - стороны единого неразрывного процесса, то есть с необходимостью будет и то, и то – и Человек Разумный, и целостное Общество людей Земли.

3. Человек будущего, Человек Разумный – это, прежде всего, человек, обладающий самосознанием, включающим высшие виды мышления, знания о самом себе и развитую волю. Такой Человек уже сможет влиять на ход биосоциальной эволюции на Земле, прежде всего, самоусложняя себя и совершенствуя вместе с другими политическую организацию своего сообщества.

4. Самоусложняться человек должен в направлении воспитания в себе самоактуализирующейся личности, той личности, которая в известной моделе структуры общества, в пирамиде потребностей и мотиваций А. Маслоу, психолога, находится на вершине пирамиды, пока ещё в количествах примерно 1% от общей численности населения. Так самоусложняться человек должен, главным образом, в онтогенезе на этапе социализации молодого поколения в детсадах, средних школах и в университетах. Система образования уже должна начать соответственно корректировать содержание своего учебно-воспитательного процесса.

Вместе с тем, человек должен осознавать биологические ограничения своего организма и то, как их можно обойти. Не нано-чипы вставлять в свои мозги, а совершенствовать политическую организацию своего сообщества с общественным разделением труда и доверием друг к другу.

5. И самосознание человека, и политическая организация сообществ людей – сегодня ещё далеки от совершенства. Политическая организация общества должна совершенствоваться, принимая облик гражданского общества с коллективизмом личностным, где нет заметных проявлений инстинктов агрессии, эгоизма и вражды, а вместо бессознательного и эмоций на первый план выходит толерантность, взаимное доверие и диалог. Человеку Разумному нужно гражданское общество, а гражданскому обществу – соответствующие психические качества и системное мышление Разумного Человека.

Гражданское общество – это веха, поворотный пункт на пути от человека рефлексивного, инстинктивного, эмоционального к человеку системно мыслящему и сознательно волевому, поворот, сравнимый, возможно, лишь с выделением кроманьонцев из неандертальцев. Если кроманьонцев отличало развитое воображение, основа проектного мышления, то новых Homo XXI века будет отличать новое многомерное системное мышление, предусловие и основа оптимизации ими усложняющейся деятельности.

6. Говоря о незбежности эволюционного перехода от коллективизма безличностного через индивидуализм к коллективизму личностному, мы можем лишь с сожалением констатировать особенности текущего политмомента на нашем постсоветском пространстве бывшего СССР – в его развитии сделан большой шаг от коллективизма безличностного к индивидуализму, чтобы когда-нибудь в туманном будущем сделать шаги вперёд, к коллективизму личностному, который уже существует в развитых странах, приобретая облик гражданского общества. Не лучше было бы сразу переходить от коллективизма безличностного к коллективизму личностному, минуя этам раскрепощения индивидуализма? Ведь капитализм, как мы понимаем, не есть этапом социального развития неизбежным в стране, уже вступающей в эпоху постиндустриальную, когда производительность труда в производственной сфере всё больше зависит от автоматов-роботов, а вне материального производства - от новых качеств человека. Видимо, членам Политбюро ЦК КПСС в 80-х годах минувшего столетия не хватало всё того же мышления логико-системного, начисто отсутствующего у питекантропов и начавшего появляться у отдельных Homo sapiens (кроманьонцев) лишь недавно.

7. Можно полагать, считать фактом, что Сингулярность в биосоциальной эволюции как фазовый переход огромной мощности и значительных последствий уже началась. Поэтому не следует нам успокаиваться переносом её начала на 2045 год. И главный вопрос сегодняшнего дня состоит в том, сможет ли современный человек позитивно на неё влиять и как. А влиять он может на неё, главным образом, мы так считаем, готовясь к ней в процессе социализации при помощи системы образования.

8. Количество информации вокруг человека взрывоподобно растет, удваиваясь уже каждые четыре года, а его биологические возможности её воспринимать и усваивать остаются в течение веков на неизменном уровне. Как уберечь обыкновенного человека от перемещения его из реального физического пространства в пространство симулякров, пространство виртуальное. Понятно, что политики и руководители страны должны не дискутировать о сроках среднего образования, 12 или 10 лет, ведь и 15-ти уже скоро будет не хватать, а думать должны больше о соответствующем изменении его содержания.

9. Система образования должна осуществить в себе в предстоящие годы парадигмальные преобразования. Самосознание и волевой механизм, как его часть, отныне должны быть взяты во внимание как главный навык-цель социализации в процессе онтогенеза молодого человека.

Эпоху индустриальную сменяет эпоха постиндустриальная информационная, рабочих на заводских конвейерах заменят автоматы и роботы, поэтому отныне на выходе среднего образования контролировать-оценивать надо не запоминание фактических знаний в головах выпускников, но, главным образом, умения и навыки системного мышления, оптимизации выбора решений в многокритериальных задачах-ситуациях, которые создает реальная жизнь, умения учиться всю жизнь.

10. Если более конкретно говорить о самых неотложных мерах, то следует сказать, надо дополнить в воспитательном процессе молодого поколения традиционное формирование конвенционной морали этапом новым фомирования морали постконвенционной, автономной. Возвратить в средние школы надо учебный предмет “Логика”, который там уже был в XIX веке и в 50-х годах века XX-го. В старшие классы средней школы срочно надо перенести часть учебных предметов от университетских факультетов, специализирующихся на подготовке воспитателей детсадов - ведь старшеклассники через несколько лет стают родителями и должны знать, как воспитывать своих детей, не полагаясь на авось.

И конечно же, в старших классах, как и в университетах, надо уже иметь специальную учебную дисциплину “КОНЦЕПЦИИ СОВРЕМЕННОГО ЧЕЛОВЕКОЗНАНИЯ”, которая поможет каждому глубже познать самого себя и помочь формированию человеческого самосознания, филогенез которого пока ещё пребывает в зачаточном состоянии (тем, кто в этом сомневается, мы рекомендуем ознакомиться с материалом на сайте http://maxpark.com/community/1282/content/930235/). Самосознание каждого человека должно содержать в себе также и понимание основ гражданского общества, формировать иммунитет против инстинктов эгоизма, насилия, формировать взаимное доверие и готовность к диалогу в общественных взаимоотношениях. Самосознание человека и гражданское общество – неразрывны, надо всячески способствовать их рождению.

 

Понятно, что система среднего образования проблемы своего развития, согласно теореме К.Гёделя “О неполноте…”, видеть сама глубоко не может. Для этого нужен взгляд извне, с точки зрения критериев системы внешней. Поэтому подсказывать ей, что надо делать наперёд, должны Автономные Исследовательские Университеты – главные пункты сосредоточения коллективного интеллекта сообществ людей.

Если в системе среднего образования основной проблемой нам видится корректировка его содержания, то от высшей школы (университетов) мы ожидаем более широкого внедрения в Интернете Систем Дистанционного Обучения (СДО) с размещением там и такой новой учебной дисциплины как “Концепции современного человекознания”. Процесс создания Центров дистанционного обучения уже начался. Вскоре они станут главной формой получения второго и третьего высших образований, главной формой просвещения человека, пополнения его знаний в течение всей его взрослой жизни.

 

Таким образом, в заключение следует сказать: готовясь к встрече с ожидаемой Сингулярностью, кроме технологической сингулярностиесть о чем беспокоиться ином, имеем в виду насущные проблемы построения гражданского общества и совершенствование человека в онтогенезе на этапе его социализации в детсадах, средних школах и университетах. На повестке дня стоит актуальный вопрос о внесении изменений в СОДЕРЖАНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ, которые и будут главными ответами на вызовы социальной эволюции, ожидаемые в форме Сингулярности в первой половине XXI века. Если рассмотреть этот вопрос шире и глубже, то станет ясно: содержание школьного образования требует срочных изменений уже на 25-33%. Речь идет о перенесении на уровень обыденного сознания главного из того, что уже накоплено узкоспециализированными науками.

Отныне не политики, и даже не государственные деятели, будут формировать будущее страны, а СИСТЕМА ОБРАЗОВАНИЯ, ядром которой и центрами сосредоточения интеллекта общества должны стать Автономные Университеты.

К сожалению, отведенное для выступления время не позволяет детализировать затронутые проблемы глубже. Благодарю за внимание.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ПРИЛОЖЕНИЕ 2

 

Об учете менталитета народа при реформировании и модернизации страны в процессе социальной эволюции (по материалам дискуссий организованных Фондом “Либеральная миссия”, http://liberal.ru).

 

Говоря о необходимости совершенствования носителей сознания, мы обязаны исходить из потребностей как отдельного человека, так и сообщества людей и Общества в целом. И тут мы должны рассмотреть вопрос об отличиях вызовов социальной эволюции и ответов на них касательно не только отдельного человека, но и сообщества людей (народа, нации, страны) и целостного Общества людей Земли – нового Организма Живой Природы. Отличия, безусловно, есть. Поняв эти отличия, мы можем более точно ответить на вопрос о возможном конце света как явлении Сингулярности в процессе социальной эволюции.

В качестве примера можно рассмотреть вопрос об учёте менталитета населения конкретного региона или народа страны при прогнозировании его будущего. В этом отношении представляет интерес статья известного российского экономиста Евгения Ясина «Сценарии для России на долгосрочную перспективу» [http://www.liberal.ru/anons/5339/]. Возможных сценариев развития страны, как выясняется, может быть несколько. И эта неопределённость вполне соответствует постмодерной картине мира и современным синергетическим представлениям о возможности различных путей дальнейшего развития сложных открытых систем. При определении одного и того же желаемого конечного результата – достижения Россией в 2050 году 50% уровня развития США (50% технологической границы производительности труда) автор рассматривает исходные предпосылки реализации того или иного сценария и возможное развитие процесса модернизации российского сообщества в ближайшие годы. И каковы же выводы исследования?

Оказывается, считает исследователь, успех модернизации России определяется менталитетом населения страны, отношениями в системе “человек-государство-общество”, которые могут существовать в двух формах: «либо государство на службе общества, когда политико-экономические институты настроены на работу государства в пользу граждан, вызывая доверие и содействие ему; либо общество на службе государства, выполняя функции “тяглового сословия”, поставляющего ресурсы ему и “служивому сословию”, с понятным взаимным недоверием». Вопрос сегодня главный в том, как осуществить переход от второй модели к первой, каким должно быть соотношение технологической и институциональной модернизаций.

Понятно, что осуществлять технологическую модернизацию, откладывая необходимые институциональные изменения, невозможно. Казалось, и что тут сложного для понимания, ведь не надо ничего выдумывать, бери, заимствуй, апробируй уже опробованное в развитых странах и внедряй, осваивай. Однако, как выясняется, институциональные изменения должны быть воспринимаемы, осознаваемы и принимаемы сознанием хотя бы критической массы сообщества и его элиты. И в этом как раз и состоит главная проблема - проблема недоразвитости сознания сообщества и сознаний индивидуальных, проблема слабости или отсутствия прогрессивных элит.

Каково же сознание населения (электората) в стране, жаждущей модернизации?

Разумеется, измерять сознание – задача сложная. Определённое представление о сознании (менталитете) сообщества дают исследования понятийного языка как строительного материала картины мира познающего человека, позволяющей ему преобразовывать среду обитания и адаптироваться к ней. Этим занимается психосемантика (раздел психологии). В психосемантике картина мира трактуется не как зеркальное отражение действительности, а как одна из возможных, опосредствованных наличным тезаурусом знаний и контекстами его смыслов, многомерных моделей мира, которые создает для себя отдельный индивидуум или коллективный субъект.

Психосемантика стоит на позиции множественности возможных субъективных картин (моделей) мира и, как следствие, на идее множественности путей развития отдельного индивида, сообщества, страны и всего человечества. Понятие «картина мира» близко к понятиям «менталитет сообщества», если принять во внимание, что они вбирают в себя и сознаваемые, и неосознаваемые пласты познания. Картины мира отдельных субъектов отличаются не только разноуровневостью, широтой, глубиной, плотностью многомерного пространства их построения и различной степенью осознанности её составляющих, но и разной степенью их адекватности бытию. Элементами картины мира могут быть знаки, символы, слова, понятия (категории), афоризмы, метафоры, поговорки и, вообще, тексты, которыми часто пользуется, употребляя их, или создает заново субъект (носитель) сознания. Они могут быть элементами целостного системного пространства. Но как их выбирать и классифицировать. Это остается одной из центральных и наиболее сложных проблем реконструкции личности человека. Сегодня одним из наиболее цитируемым является разработанный Дж. Келли репертуарный тест личностных конструктов (РТЛК). Конструкты дихотомичны и биполярны, как и шестнадцать личностных факторов Р.Кеттела, что отражает двойственную природу человека – “добрый - злой”, “активный - пассивный”, “любящий - ненавидящий” и т.д.. Предполагается желательным, чтобы, в отличие от концептов, первичные конструкты в процессе аналитических оценок конструировались самим испытуемым. Он должен фиксировать свои оценочные суждения о себе или об окружении где-то на шкале между крайностями. Предполагается, что это позволяет сохранить субъективную “окраску” психосемантических пространств.

Практическим выходом (продуктом) психосемантики является построение субъективных семантических пространств отдельного человека или группы (сообщества). Анализ периодики и книг, которые читает человек, репертуар телевидения, которое он смотрит, отношение к поп-культуре, его оценочные суждения по тем или иным явлениям и процессам общественной жизни – всё это и многое другое может составлять массивы информации семантических пространств – определённых частей картины мира в сознании человека. Для их реконструкции и моделирования исследователь применяет кластерный, функциональный, факторный и другие статистические анализы. Первый структурирует массивы данных, второй – определяет связи между элементами структуры. Число независимых или слабокоррелирующих между собой факторов (независимых базисных понятий-категорий) можно считать размерностью семантического пространства и интерпретировать его как когнитивную сложность индивидуального или группового сознания. А вклад фактора в общую дисперсию можно считать мощностью выделяемого фактора. Применяя математические методы исследования функций многих переменных, можно определить и динамику семантического пространства.

***

В качестве примера первых исследований сознания российского общества можно рассмотреть «Психосемантическое исследование политического менталитета (Россия: 1991-1993)», выполненное сотрудниками лаборатории психологии общения и психосемантики факультета психологии МГУ им. М.В.Ломоносова Виктором Петренко и Ольгой Митиной. По результатам опроса 1059 человек – членов 67 политических объединений выделялись базисные факторы семантического пространства сходства и различия партий как объединения наиболее политически активных людей. Получены два “среза” общественного сознания (в 1991 и 1993 годах), конструкты которых выражают в концентрированном виде политические партии.

В общественном сознании россиян за два года отмечен переход от оппозиции демократические свободы – тоталитаризм (1991) к оппозиции либерализм – национализм (1993) и от противопоставления политической и экономической децентрации к противопоставлению рыночной экономики плановой экономике. Отмечено, что место ведущей идеологии общества начинает занимать религия. Опрошенные озабочены также таким фактором, как поддержка - оппозиция курса президента и правительства (фактор 4), что свидетельствует о выделении проблемы власти в отдельную базисную категорию политического сознания. Увеличение за два года в 2,5 раза значимости (его вклада в общую дисперсию) пятого фактора-конструкта акцент на общественное самоуправление – акцент на сильную государственную власть указывало в то время на тенденцию смещения власти от центра к регионам. А увеличение во столько же раз значимости пятого конструкта приоритет экономическому развитию – приоритет экологической безопасности подтверждало возрастание роли экологической проблемы в общественном сознании. Аналитики увидели также тенденцию падения политической напряжённости и сделали прогноз, что Россию ожидает политическая стабильность [В.Петренко, О.Митина. Психосемантическое исследование политического менталитета (Россия: 1991-1993). http://ecsocman.edu.ru/data/417/176/1217/005Viktor_Petrenko.pdf].

***

Другим примером реконструкции общественного сознания является модель нормативно-ценностных систем россиян в части взаимоотношений личности, общества и государства, представленная в докладе «Особенности нормативно-ценностной системы российского общества» Наталии Тихоновой, заведующей кафедрой социально-экономических исследований Высшей школы экономики, на семинаре «Куда ведёт кризис культуры?», проводимом 6 апреля 2011 года фондом «Либеральная миссия» [http://www.liberal.ru/anons/5188/].

О психосемантике речь в докладе не шла. Однако реконструкция общественного сознания выполнена схожими методами. Обрабатывались результаты опросов общественного мнения по итогам 20 исследований, проводившихся в течение последних 15 лет. Использовались признанные в социологии методики Шварца, Инглхардта, Хофстеда. По результатам кластерного анализа выделены семь кластеров:

Как отметила докладчик, сегодня в России нет четкого доминирования каких-либо взглядов. Скорее, российское общество представляет собой в данном отношении пёструю мозаику. Хорошо это или плохо? Для этакратического государства с характерной для него симбиотической сращённостью власти и собственности - хорошо, ибо позволяет продолжать “разделять и властвовать”. Для мобилизации усилий общества на проведение реформ и модернизации это плохо, ибо “Когда в товарищах согласья нет, На лад их дело не пойдёт, И выйдет из него не дело, только мука”, т.е. будет так, как в той басне о лебеде, раке, щуке и телеге, которая и ныне там.

Исследования динамики отношений к нормам (“как должно быть”) и ценностям (“что такое хорошо и что такое плохо”) показывают, что в российском обществе происходит своего рода слабый “культурный дрейф” в сторону сближения России с Западом, прежде всего – за счёт роста индивидуализма и установок достижения успеха (самореализации), по которым всё же имеет место сильное отставание. Главный вопрос состоит в том, успеет ли Россия догнать Запад, который тоже движется, и когда.

Размещение России на ментальной карте мира демонстрирует некоторую её обособленность как от стран Запада, так и от стран Востока. Интересным является вывод о том, что “процессы социокультурной модернизации протекают в России не так, как они протекали в странах классической европейской модели развития”. Можно предположить, что “на этом своеобразии сказываются не только уникальные культурные особенности, связанные с историей, религией и другими факторами, но и иная, нежели это было характерно для XIX и XX веков, траектория экономического развития России. Сегодня в так называемых развитых странах на смену индустриализации и урбанизации пришли активное развитие третичного (связанного с производством и воспроизводством человека как важнейшего компонента совремённых производительных сил) и четвертичного (связанного с производством и циркуляцией информации) секторов экономики, предполагающих массовое формирование среднего класса. В России же вот уже порядка 30 лет эти сектора не только не растут, но, скорее, даже сокращаются. Стагнация характеризует уже 30 лет и процессы урбанизации”.

И что всё это значит для России с учётом мировых процессов глобализации и экономической специализации стран? “А это значит, – сообщает нам аналитик – что отсутствие объективных экономических предпосылок для социокультурной модернизации, которые выглядят сегодня несколько иначе, чем в XVIII-XIX веках, может вызывать в модернизирующихся обществах в ходе экономического роста вместо постепенной смены норм и ценностей традиционного общества нормами и ценностями обществ классического “западного” модерна формирование каких-то иных культурных моделей или же…”. Что “или же”? Сосредоточьте внимание: “…или же состояние длительной социальной аномии”. Термин “аномия” здесь употребляется в смысле дезинтеграции, разрушения единства культуры, распада системы ценностей и норм, гарантирующих общественный порядок, т.е. в смысле деградации. Иными словами, имеется выбор между движением и аномией, деградацией.

Вместе с тем, остается вопрос “От кого зависит выбор, как формировать выбор, кто, что и как будет выбирать?”. Участники семинара глубоко в этот вопрос не вникали, поскольку это иная тема и нельзя в один присест объять всё необъятное. В общих чертах, Наталья Тихонова высказала такую мысль:

Ведь даже если цель у нас – обеспечить экономический рост максимальными темпами и занять наиболее перспективные позиции в глобальной экономике, то мы должны понять, что именно мы как ключевой критерий успешности выбираем в дальнейшем экономическом развитии. В зависимости от этого нам нужен разный набор культурных характеристик, разная численность населения вообще и разных социальных и профессиональных групп в частности. Так, инициативность – качество, которое широко было востребовано на этапе перехода к постиндустриальному развитию в западных странах. Но если в глобальной экономике за Россией закрепится роль фабрики, то инициативность населения только снизит нашу конкурентность, так как для рядового работника на фабрике нужна не инициативность, а дисциплинированность (китайская модель). Инициативность же нужна только в третичных и четвертичных секторах.

Итак, сначала нужно понять, какую мы будем исполнять роль в глобальной экономике и, соответственно, какую ставить перед собой экономическую цель, а потом уж смотреть, какая нам под неё нужна культура. Или наоборот – посмотреть на тип имеющейся культуры и под неё выбирать цель.

С точки зрения развития индустриальной экономики, наши позиции в мире будут не самые сильные. Китайцы обгонят нас достаточно быстро. Наша сильная сторона, судя по национальной культуре, - это четвертичный сектор. Наша нестандартность мышления, инициативность, образованность как культурная норма – они как раз позволяют занять место в этом типе экономики. Но место России в глобальной экономике пока зависит больше не от культуры населения, а от того, куда пойдут инвестиции. …То, что происходит со Сколково, - это, конечно, слёзы…”.

Обсуждая доклад, Алексей Давыдов, соглашается:

«Согласен с оценкой сложившейся в России социально-политической системы как этакратической, т.е. такой, в которой сохраняется нерасчленённость власти и собственности. Именно здесь - корни коррупции, именно здесь – причина топтания на месте вместо развития…

Мне близко стремление докладчика искать причины сохранения этакратической системы не столько в политике властей, сколько в сознании русского человека. Именно это сознание воспроизводит традиционный авторитарный тип российской власти… Этакратически ориентированные власть и население, поддерживая друг друга через СМИ и другие институты, составляют тот ментальный блок в обществе, который блокирует реформы».

Вывод из представленных материалов и выступлений участвующих в дискуссии можно сформулировать кратко таким: будущее страны, успехи модернизации хозяйства и институций страны непосредственно связаны с сознанием (ментальностью) народа; будут изменения в ментальности – будут и успехи в модернизации.

***

13 сентября 2011 года состоялся круглый стол “Ментальность и модернизация”, организованный Высшей школой экономики и фондом “Либеральная миссия”. Открыл заседание Евгений Ясин. С докладом выступили Игорь Яковенко и Александр Музыкантский. В дискуссии приняли участие Александр Аузан, Александр Архангельский и другие компетентные люди, в числе которых доктора философии, экономики, социологии, журналисты и др. Высокий научный уровень дискуссии и связь её темы с нашей темой о вызовах социальной эволюции и ответах на них заслуживают нашего внимания [http://liberal.ru/articles/5409#video/].

Речь шла о культурных барьерах на пути ускоренного развития общества (модернизации), сосредоточенных в ментальности народа. Под модернизацией понимается вполне сознательное научно обоснованное волевое вмешательство человека в процессы социальной эволюции. Такая модернизация, которую осуществили во второй половине ХХ века пять стран-“азиатских тигров” – Гонконг, Сингапур, Тайвань, Южная Корея, Япония и которую ныне осуществляет Китай, сегодняшней России не под силу. Это утверждение никем из присутствующих не оспаривалось. Возникает вопрос: чем такой неутешительный прогноз можно объяснить? Присутствующие объясняли традиционной ментальностью русского народа.

Ментальность – не то, что мы думаем, а то, как мы думаем и чувствуем. Ментальность – это метаязык культуры и человеческого сознания” – так уточняет определение ментальности И.Г. Яковенко, доктор философских наук, гл. научный сотрудник института социологии РАН, профессор РГГУ, соавтор книги “Манихейство и гностицизм: культурные коды русской цивилизации”.

Если ещё двадцать пять лет назад “ментальностью” и “менталитетом” интересовался лишь узкий круг гуманитариев, отмечает И. Яковенко, то сегодня о российской ментальности говорят все, включая высших государственных чиновников, архимандритов, четырёхзвёздочных генералов, идеологов и политиков. Ментальностью обычно объясняют всяческие неудачи: “Ничего не попишешь, ментальность у нас такая”. Однако, “все эти господа, использующие понятие “ментальности” в идеологических контекстах, не видят проблемы выявления её характеристик, - замечает Яковенко. - Она не сводима к осознанному – нормам, правилам и, вообще, к лежащему на поверхности уровню дискурса культуры”.

И что делать, как быть?

Соотношение модернизации с ментальностью имеет драматическую окраску: модернизация изменяет ментальность, ментальность сопротивляется. Драматизм усугубляется скоростью перемен. Хотя ментальность страшно устойчивая вещь, но может переживать кризис, из которого есть два выхода: либо изменение, трансформация, либо исчезновение ментальности вместе с её носителями. И напрашивается вывод: главная составляющая модернизации – в изменении психики человека, в управляемом онтогенезе его сознания.

Что мы знаем о русской ментальности? - спрашивает И. Яковенко и отвечает: Сведения скудны. Этим пять-шесть человек занимается в нашей стране… Культура прячет свои основания от носителя”. Становится понятным то наблюдаемое нами комфортное самоописание культуры, в котором позитивные моменты акцентируются, негативные смазаны, а “подлинные механизмы культуры тщательно спрятаны от того, кто живёт в этой культуре”.

Как надо работать с ментальными комплексами? Ответ: постигать их природу, постигать то, как усваиваются человеком ценности и приоритеты. Система образования должна изменить акценты в отображении исторических событий, объяснять экономические смыслы и логику событий несколько с иных позиций, чем прежде. С чистого листа создавать новую ментальность не начнем. Как изменять ментальность - это отдельная большая тема. Но уже ясно: человек, который осознал свою ментальность и хочет её изменить, обретает дополнительную степень свободы.

Разумеется, ментальность – страшно устойчивая вещь… Однако… не стоит уподоблять ментальность судьбе, от которой не уйдешь” – таким выводом закончил свой доклад И. Яковенко.

Ментальность многослойна – есть ментальность пастырей, чиновников, полиции и есть ментальность подданных и т.д. В сообществе людей одни ментальные слои всплывают, другие погружаются. “Такие явления как “заказуха”, “проплатуха”, “чернуха” всплыли совсем недавно в чиновничьем мире Москвы и быстро распространились на периферию… и это не было результатом работы никакой программы, – констатирует факты проявления ментальности второй докладчик А.И. Музыкантский, заведующий кафедрой факультета мировой политики МГУ, уполномоченный по правам человека в г. Москва. – Ни одна политическая партия ни разу за эти двадцать лет не написала в своей программе, что парламент не должен быть местом для дискуссий. Тем не менее, это произошло… Дрейф политической системы… В какую сторону она дрейфует?”.

Видимо такой дрейф политической системы соответствует базовым чертам российского менталитета таким, как монолог, отсутствие диалога, полемики, отсутствие доброжелательности при восприятии противоположной точки зрения, излишняя эмоциональность, граничащая с враждебностью. Хотя дрейф менталитетов налицо, их базовые основания неизменны.

Как работать с ментальными комплексами? Прежде всего, надо знать свою страну. Надо наряду с традиционным взглядом на историю как на последовательность событий, видеть и то, как история нарабатывает менталитеты. Например, как возник и укреплялся стереотип государства. За фактами истории видеть невидимые ментальные пласты.

Аузан А.А., доктор экономических наук, заведующий кафедрой институциональной экономики МГУ, президент Института национального проекта “Общественный договор”, признал, что и экономисты обнаруживают в процессах модернизации нечто, что называют воздействием некоего 3-го невыявленного фактора. И становится понятным при более глубоком взгляде, что речь идет о воздействии менталитета традиционной культуры. И вот вам факт, заслуживающий осмысления: есть 25 стран, которые сумели совершить модернизационный переход в ХХ веке, и 175 стран, которые хотели, но не сумели модернизироваться.

Как соотносятся кросскультурные характеристики с макроэкономической динамикой в успешных странах? Проводятся ли соответствующие исследования этих связей? Исследования только начинаются. “Да, мы провели серию расчетов, - сообщает Александр Аузан, - и получили довольно устойчивые результаты. У всех этих стран растет значение ценности самореализации по сравнению с ценностями выживания. У них также растет значение рациональности по сравнению с ценностями традиционными. У них резко растет индивидуализм и разрушается традиционная коллективная культура. И у них у всех возникают ценности долгосрочного взгляда”. Иначе говоря, заметим мы, изменяется соотношение инстинктивного и осознанного, рационального в менталитете населения.

Как нам работать с ментальными комплексами? – такой вопрос стоит в повестке дня в ряду вопросов основных. По мнению А. Аузана, прежде всего, необходимо находить в имеющемся ментальном ресурсе положительное и использовать его. Так, по оценкам западных экспертов, сотрудничавшие с ними россияне уже имеют высокие уровни индивидуализма и самореализации, относятся к профессии как к призванию, обладают тягой к универсализму (человек за всё берется сам) и способны решать нестандартные задачи, предпочитают сложности вместо рутины. Мы способны к уникальным продуктам и слабы в массовом производстве, мы можем конструировать и производить космические корабли и транспортные самолёты, но слабы в массовом производстве стиральных машин и холодильников.

Как работать с ментальными комплексами? Социология показывает, что если наш человек заканчивает университет в другой стране, то он попутно изменяет и свои ментальные черты. “Это означает, - констатирует Аузан, - через образование мы можем задавать формирование черт. Это произойдёт не за год, конечно, за десять или пятнадцать лет, но всё же можно выработать те черты, которые позволят… вход в масштабные направления модернизации”.

В вопросах и выступлениях других участников дискуссии мы видим уточнение положений, высказанных выступившими ранее. В частности, речь шла о различии архаического, авангардного и модернизационного в сознании современников, о вере и неверии в российскую модернизацию и что надлежит делать. Формировать надо в обществе новые ценности. И как показывает опыт стран успешно модернизирующихся, культивировать надо ценность самореализации, прежде всего. Ту самореализацию, как мы понимаем, что на вершине пирамиды А. Маслоу, психолога, сосредоточена. Вместе с тем, вопрос о соотношении индивидуализма и коллективизма остается в сознании участников дискуссии в весьма запутанном состоянии.

Была высказана мысль, что успехи пяти азиатских стран-“тигров” обусловлены тем, что “вестернизация удачно легла на почву конфуцианства”. А что касается истории формирования российского менталитета, то он начал отделяться от военно-демократического менталитета Киевской Руси в сторону менталитета деспотической государственности усилиями Андрея Боголюбского (1111-1174 гг.).

В качестве основных мер влияния на российский менталитет в нужном направлении видится соответстующий “комплекс мер молодёжной политики” (какой – об этом ещё надо думать) и время смены поколений.

В совремённом мире на процесс модернизации способны только культуры, готовые меняться. В России начнётся модернизация, когда мы дойдём до края” - было основной мыслью Александра Архангельского, литературоведа, телеведущего. А что делать нам сейчас? “Есть институция, которая способна за одно поколение превратить культурные стереотипы в этнокультурное своеобразие. Своеобразие – то ценное, что мы в себе имеем, но на что не ориентируемся в ежедневной практике. Этот институт – образовательный институт… университет и школа, перед которыми можно ставить политические задачи. Таким образом, мы получаем ответ на вопрос: зачем нужна гуманитарная составляющая школ?” – таким был ответ Архангельского на вопрос “что делать нам сейчас?”.

Игорь Чубайс, доктор философских наук, считает, что всё, что происходило с нами в ХХ веке, объяснить одной лишь ментальностью нельзя. “Опричнина-то длилась семь лет, а русской истории 1200 лет. …При Сталине все члены Политбюро и их семьи подвергались репрессиям, то есть они не вписывались в меняющуюся ситуацию. …И почему у нас сейчас в социальной науке нет дискуссии… если вы критикуете систему принципиально, вы не можете работать в российском вузе. …Но если всё вытекает из неизменной ментальности, если всё органично – зачем столько искусственных барьеров и столько насилия над людьми?” – спрашивает он. Вопрос повисает в воздухе.

Все соглашаются, что традиционный российский менталитет сковывает общественное развитие, в то же время он выгоден ныне существующей этакратии. “Нынешняя имперская и деспотическая форма государственности, и вся нынешняя система социальных отношений, включая отечественную манихейско-гностическую интеллигенцию, о которой пишут Музыкантский и Яковенко в своей книге, до своего “диалектического снятия” будут мешать модернизации изо всех сил, - считает Евгений Ихлов, журналист, правозащитник. - Только иная форма социальности даёт шанс на модернизацию”.

Черты российского ментального базиса – это социокультурный раскол и воспроизводство полицейщины, - считает Сергей Магарил, социолог и экономист, преподаватель РГГУ. – Социокультурный раскол как феномен традиционной ментальности – глубинный фактор массового сознания России. Социокультурный раскол – это глубочайшие непримиримые различия в ценностях, коллективных представлениях, общественных идеалах, предпочтениях желаемого образа будущего и общественного устройства… Воспроизводство социокультурного раскола сохраняет предпосылки для нового старта национального самоистребления… Ещё один штрих: неизбывное воспроизводство полицейщины… полиция вместо гражданства… Что воздвигли революционеры-победители на обломках полицейской имперской государственности? Они возродили ещё более жестокую и беспощадную советскую полицейщину в форме диктатуры… А что воздвигает правящий класс постсоветской России?... Претензии на тотальный контроль очевидны… Как утверждал ещё К. Шмитт, если государство сосредоточено преимущественно на вопросах стабильности и безопасности, оно неизбежно превращается в полицию”.

Социокультурный раскол и полицейщина – это, с точки зрения сегодняшнего дня, явно негативные черты традиционного менталитета. Вместе с тем, в ХХ веке рядом с негативщиной сосуществовали и положительные примеры рационализации национальной ментальности. В течение 20-х – 60-х годов ХХ века была ликвидирована многомиллионная неграмотность и воспитаны многие сотни тысяч, если не миллионы, высококвалифицированных инженеров. Это позволило создать большие, сложные технические системы и технологии, вплоть до атомных и аэрокосмических. Был освоен рационально-критический способ мышления и начат процесс рационализации массового сознания. “Что мешает нам сегодня предпринять аналогичные усилия в социогуманитарном сегменте знаний? – спрашивает Сергей Магарил, заканчивая содержательное выступление. – Откладывать эту работу не следует, так как времени в обрез”.

Василий Банк, экономист, отметил: “Проблема формирования российской ментальности имеет различные политические, идеологические, правовые, психологические, экономические, и, безусловно, педагогические аспекты. Но, к сожалению, они мало изучены в России. …На наш взгляд, необходимо разрабатывать и утверждать новый государственный комплекс мер, для того чтобы национальный менталитет хоть как-то менялся..., в частности, необходимо разрабатывать “Основные направления воспитательной стратегии учреждений высшего и среднего профессионального образования в условиях модернизации российского общества”. Иначе… мы будем по-прежнему барахтаться в болоте”.

Менталитет надо видеть в деталях. “Вот менталитет минувшего столетия: коммунальность, общинность, рассмотрение человека как части целого, склонность к смирению и покорности, абсолютизация моральных ценностей в противовес материальным, низкие ранги активно-достижительных ценностей, накопительность и собственность как отрицательные ценности, свобода как анархия и т.д. За двадцать лет всё изменилось. Для того, чтобы двинуться дальше, нужно провести детальный анализ… и выяснить, на что мы можем опереться, чтобы двинуться дальше”, - такую мысль высказал Рустем Нуреев, профессор НИУ ВШЭ.

Влияет ли ментальность на модернизацию и как? – это основной вопрос дискуссии. И чтобы ответить на него, надо сначала разобраться в том, что такое ментальность и что такое модернизация, считает Леонид Васильев, заведующий кафедрой всеобщей и отечественной истории, автор двух свежих книг “Эволюция и общество” и “Модернизация как исторический феномен”.

Восток и Запад – ментальные различия огромны. Сущность структуры общества на Востоке и соответствующего менталитета в том, что власть первична и всесильна, тогда как подчинённое ей общество и принадлежащая его членам собственность полностью зависят от произвола власти. На Западе функцию правящей администрации выполняет гражданское общество, с которым не знаком Восток. Зерна рациональной модернизация, как волевого сознательного вмешательства в социальную эволюцию, заимствуются на Западе. Востоку остается лишь готовить почву. Однако это, как оказывается, задача непростая.

Применительно к миру вне Запада, модернизация – это не более, чем вестернизация, – считает Леонид Васильев и пытается глубоко обосновать этот тезис. – Вполне достаточно того, что очень глубокая в своей основе иудео-христианская религиозно-цивилизационная мысль в сочетании с античными идейно-институциональными стандартами, лёгшими в основу греко-римского гражданского общества, создали ту традицию, которая пережила крах античности и легла в основу эволюции европейского Запада. …Только на либерально-демократической антично-буржуазной и римско-правовой кардинально-базисной основе возникает потенциальная возможность для свободных рыночно-частнособственнических отношений”. Что касается успехов пяти или шести дальневосточно-конфуцианских стран, то их успехи Леонид Васильев объясняет тем, что в конфуцианских обществах много элементов идейно-институциональной и религиозно-цивилизационной традиции, подходящих для восприятия влияний со стороны Запада. Что касается перспектив России, то Васильев оценивает их так: “Я полагаю, что у России есть ещё некоторый шанс, но этот шанс очень слабый”.

Аркадий Коников, программист, в своем выступлении высказал мысль “Менталитет складывается в результате многовековой социальной селекции” и попытался объяснить механизмы такой селекции. В обществе могут быть носители разных менталитетов. Срабатывает эффект большинства, образуя положительную обратную связь. Те, которые не готовы подчиниться господствующему менталитету и имеют свободу выбора, уезжают. Положительная обратная связь поддерживается ещё и тем, что менталитет большинства всячески поддерживается властью, потому что он ей выгоден. “Боюсь, что выход из сложившегося менталитета начинается тогда, когда общество или страна оказываются на грани выживания, когда жизнь становится невыносимой” – этими словами А. Коников закончил выступление.

Российский менталитет отнюдь не мешает нашим выпускникам успешно работать в московских офисах транснациональных корпораций” – оптимистично заявляет Сергей Скосарев, доцент НИУ ВШЭ и приводит примеры.

Все наши размышления об инерции стереотипов общественного сознания в России, о безысходности российской ситуации должны быть подведены под общий знаменатель глобализации и смены парадигмы. …Мы живём в эпоху беспрецедентной революции в коммуникациях, которая полностью глобализирует нынешнее поколение молодёжи… По своим социальным и политическим последствиям она несопоставима с тем, что было триста лет назад. Так что я смотрю на вещи оптимистичнее, чем они сегодня выглядят” – такой была вполне уместная реплика Наталии Смородинской, руководителя Центра полюсов роста и особых экономических зон Института экономики РАН.

Олег Каширских, доцент НИУ ВШЭ, замечает: “Если хотите, российское общество представляет собой большое пространство ячеек, сознание которых гомогенно. Другими словами, не происходит интериоризации изменений, которые совершаются во внешнем пространстве. …все либеральные реформы середины или начала 1990-х годов не произвели на культурном уровне влияния на основную массу населения, которая должна была бы стать участником этой модернизации”.

В заключительном слове Евгений Ясин ещё раз напомнил присутствующим о том, как возникла тема. Попали в ситуацию реставрации самодержавия и возникли вопросы: почему?, не навсегда ли?, или это переходный процесс? Почему государство так магнетизирует народ? Кто сегодня в большей мере соответствует традиционному менталитету россиян, либералы или Путин? Тема заслуживает дальнейшего обсуждения.

Ни о каких вызовах социальной эволюции и ответах на них речь за этим круглым столом не шла, однако участники дискуссии пришли к выводу, аналогичному нашему: наступило время осознанно вмешиваться в процессы социальной эволюции, такое вмешательство предполагает, прежде всего, совершенствование индивидуального сознания и сознания (менталитета) сообщества людей. Следовательно, ход наших размышлений правильный, мы на верном пути. Бросая взгляд со стороны на этот круглый стол, мы бы предложили для продолжения дискуссии и такие темы: “Стабильность страны или её модернизация (или, или)? Каково место менталитета в ответе на этот вопрос с точки зрения системно-синергетической и что делать?”; “Соотношение рефлексов, инстинктов, прочего бессознательного и рационального осознанного разума в природе совремённого человека – как коррелируют они с потребностями пирамиды А. Маслоу, психолога, и как структурируют современное общество?”.

***

“Менталитеты блокируют модернизацию в одних странах (в России, например) и содействуют ей в других (в Индии и Китае, например)” – таким является один из основных выводов дискуссий, организованных фондом “Либеральная миссия”. Это наводит на мысль о стихийном характере процессов специализации человеческих сообществ в будущем глобализованном обществе Земли (кто-то станет Мозгом нового Организма, а кто-то – его Cloaca или другим полезным органом) и о желательности сознательного участия актуализированногочеловека в этих процессах.

Если полагать, что человек уже способен влиять на ход своей био-социальной эволюции, то можно ставить вопросы “Какой вариант дальнейшего развития выбирать и как его реализовать?”. С удовлетворением отмечаем, ничего иного, кроме управляемого онтогенеза сознания, участники дискуссий “О трудностях и перспективах модернизации страны в условиях традиционного менталитета”, предложить не смогли. Значит, мы на верном пути в своих поисках ответов на вызовы социальной эволюции.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ПРИЛОЖЕНИЕ 3

 

О природе кризиса духовности, морального и социального упадка украинского общества и способах решения возникших проблем (по материалам дискуссионной площадки Инициативы “Первого декабря”, http://debate.1-12.org.ua).

 

Инициативная группа “Первого декабря” создана в 20-ую годовщину референдума за независимость Украины. Объединение образовано в ответ на обращение трёх традиционных украинских церквей (Украинской православной церкви, Украинской православной церкви Киевского патриархата и Украинской греко-католической церкви). В состав группы вошли известные украинские интеллектуалы и общественные деятели: Вячеслав Брюховецкий, Богдан Гаврилишин, Владимир Горбулин, Семен Глузман, кардинал Любомир Гузар, Иван Дзюба, Мирослав Маринович, Мирослав Попович, Евгений Сверстюк, Вадим Скуратовский, Игорь Юхновский [см. http://1-12.org.ua/pro-nas].

Как нам относится к этой группе на фоне существующих проблем и уже имеющихся других общественных организаций? Проблем в украинском сообществе полно, а их решения запаздывают. И почему? Казалось бы, что на вершине общественно-политической иерархии должна бы действовать активная элита, действовать в интересах всего сообщества. Однако такой элиты в стране ещё нет. Никто не думает о будущем. И это безразличие к будущему, как утверждают ученые [см. http://www.vz.ru/options/2012/8/16/593773.print.html] заложено в человеческих инстинктах. Но человек ведь животное социальное разумное, он должен думать не только об удовлетворении своих эгоистических потребностей “тут и теперь”, но и о будущем хотя бы своих детей. И тут возникает вопрос: какая институция общества, Церковь, политикум или система образования – кто должен думать о будущем людей на глубину не менее семи-десяти лет?

В минувшие века традиционно о будущем думала лишь Церковь, определенными узами связанная с системой образования. В будущее пытались также заглядывать и писатели-фантасты, обычно отрываясь от земли и паря в облаках. Политики же, как правило, думали всегда и думают сейчас лишь об обслуживании вожаков на верхних ступенях иерархических лестниц и о победе над соперниками на очередных выборах. Политических партий, олицетворяющих стратегическое мышление и формирующих ориентиры развития страны, можно считать, у нас ещё нет. Становится всё очевиднее, что в наступившее время ускоренной социальной эволюции с характерными чертами всеобщей глобализации, думать о будущем в первую очередь надлежит системе образования – институции, сосредотачивающей в себе интеллект человечества и готовящей к усложняющейся жизни новые поколения молодых людей. А в системе образования, как мы считаем, инициативой должна владеть Ассоциация Автономных Национальных Исследовательских Университетов, но таковой также пока не видно и не слышно. И как быть? Слава Богу, услышан призыв Церквей и в ответ появилась инициатива “Первого декабря”, хотя бы минимум того, что надобно было бы сегодня уже иметь в Укратне.

Что мы ожидаем от инициативы “Первого декабря” в нынешних условиях отсутствия ведущих политических партий? Прежде всего, мы ожидаем глубокого анализа причин нынешней ситуации и ориентиров дальнейшего развития страны.

 

Итак, “Обращение традиционных Украинских Церквей…” датировано 1 декабря 2011 года. В нем, в частности, говорится “За десятилетия господства безбожия среди многих укоренилась мысль, что первое место в жизни принадлежит материальным вещам. Для таких людей богатство и возможности, которые оно дает, стали идеалом и смыслом жизни. Но материальное богатство при духовной нищете всегда рождает в человеке гедонизм (погоню за наслаждениями) и эгоизм (себялюбие), которые ведут к… разрушениям во всех сферах жизни – государственной, политической, общественной и личностной. Из года в год многие убеждают народ, что преодолеть проблемы и достичь настоящего общего блага можно лишь тогда, когда успешно заработает экономическая структура государства. Но первоисточник общественных проблем – не материальная, а духовная нищета! Поэтому преодолеть реально разного рода кризисы мы сможем лишь путем смены общественных и личностных приоритетов, когда на первое место встанет не временное, материальное, а вечное, духовное – то, что остается ценным даже после смерти” [см. http://1-12.org.ua/zvernennya].

 

Так была сформулирована актуальная проблема современной Украины, сформулирована в самом-самом общем виде в понятиях христианства. Слова “за десятилетия безбожия” можно выразить и научным языком, например, “за десятилетия отхода от социализма и раскрепощения инстинктов эгоизма”.

***

Инициативная группа известных украинских интеллектуалов и общественных деятелей отреагировала на Обращение традиционных Украинских Церквей “Декларацией” от 13 декабря 2011 года.

В “Декларации” говорится:

“Мы, участники встречи… солидаризуемся с мыслями… и объединяем усилия для духовного возрождения украинского общества.

К 20-ой годовщине государственной независимости общество подошло в крайне драматическом состоянии социального упадка и потери жизненных ориентиров. Ошибочно понимаемое материалистическое мышление взяло верх над приоритетом этических и духовных ценностей. Взаимная борьба и жажда накопления стали нормами массового социального поведения. Всё это вызвало серьёзные социальные деформации: нравственные добродетели ассоциируются с жизненным проигрышем, правосудие всё больше отождествляется с коррупцией и правом силы, возросла криминализация общества, углубился разрыв между бедными и богатыми. Это привело к атомизации общества, деформировало отношения между людьми, а также породило отчуждение между политической властью и народом и недоверие к государству вообще.

В возрождении нуждаются все слои украинского общества. Мы убеждены, что все язвы нашего общества являются лишь проекциями главной проблемы – заиление нашего духа. Будущее Украины требует возвышения гуманитарно-духовных ценностей над близорукой экономической выгодой и политической целесообразностью.

Мы объединились сами и призываем объединиться других вокруг таких принципов:

(перечисляются семь принципов).

Мы начали диалог… Мы начинаем Национальный круглый стол… Приглашаем всех людей доброй воли присоединиться к…” [см. http://1-12.org.ua/deklaratsiya/].

***

Первое заседание Национального круглого стола с участием деятелей науки и культуры, представителей региональных и всеукраинских общественных организаций, независимых экспертов, общественных деятелей и журналистов было проведено 5 апреля 2012 года. На нем были определены общие позиции видения ситуации в стране, направлений и заданий развития Инициативы. Одним из важнейших пунктов дальнейшей работы запланирована разработка “Хартии свободного человека” – ценностной платформы, моральных ориентиров и принципов жизнедеятельности общества, которую обещано представить украинской общественности на очередном Национальном круглом столе [см. http://1-12.org.ua/rezolyutsiya/].

***

Итак, перед нами три документа – “Обращение”, “Декларация”, “Резолюция”. Какой отклик находят они в нашей душе? С чем мы согласны и что хотелось бы нам видеть ещё?

Что касается констатации сложившейся ситуации и убежденности в необходимости новых ориентиров для жизнедеятельности и развития общества, тут мы согласны с мыслями, изложенными в упомянутых документах. Однако, что касается объяснения причин, лежащих в фундаменте сложившейся ситуации, то ожидаемой глубины видения этих причин участниками Инициативной группы мы пока ещё не видим.

Вместе с тем, благодаря проявленной инициативе началась коллективная работа по анализу сложившейся ситуации и поиску путей выхода из кризиса. На сайте http://1-12.org.ua/ организована Дискуссионная площадка с перечнем форумов: 1) по фундаментальным основам развития; 2) по вопросам политико-правовой сферы; 3) по вопросам сферы экономики и хозяйства; 4) по вопросам гуманитарной сферы; 5) по приоритетным темам.

***

Одной из наиболее обсуждаемых тем 1-го форума стала тема “Природа процессов морального и социального упадка украинского общества и способы их преодоления”, автор Тарас Плахтий, инициированная 02 октября 2012 года. В ней автор, в частности, сообщает своё видение проблемы таким:

“В программных документах Инициативы “Первого декабря” её участники констатировали наличие духовного кризиса, который разъедает украинское общество, отметили крайне драматическое его состояние вследствие морального и социального упадка, потери жизненных ориентиров. Этим они начали национальный диалог для поиска путей решения общих проблем.

…Большинство предлагаемых инструментов для выхода из духовного кризиса и улучшения состояния общественной морали сводятся к морализаторству и усилению контроля за действиями каждого. Они, на мой взгляд, не отвечают современным вызовам. …В целом же эффективность таких инструментов нивелируются тем, что общество наследует поведение и ценности референтных групп, какими являются наиболее успешные - властные элиты …для последних в Украине никакой закон не писан – ни моральный, ни гражданский. …духовный кризис, моральный и социальный упадок, потеря у людей жизненных ориентиров – это совокупность социально-психологических процессов… Что же ускоряет упомянутую выше совокупность социально-психологических процессов? Социальная психология доказывает, что схемы поведения и стратегии определяют ряд групповых феноменов – преобладающие типы взаимодействий между элитными группами и их членами внутри этих групп…

Представительная демократия и выборы, как основной инструмент её реализации, предусматривают конкурентную борьбу за власть между элитными группами, которые представляют интересы разных слоев, страт, классов и т.п. Успех в этой борьбе определяют избранные элитными группами стратегии. При этом в Украине победу на выборах быстрее обеспечивают агрессивные типы стратегий – “бои” без правил, формирование образа врага и действия против него, несовместимые с принципами общественной морали, использование черных технологий, игра на низших чувствах электоральных масс, которые и вызывают духовный кризис и падение общественной морали.

На Западе предохранителями от выбора элитными группами таких стратегий является наличие нескольких равноценных центров влияния, которые выработали соответствующую культуру мирного сосуществования за длительное время становления современного европейского парламентаризма, развитого гражданского общества, которое силой своего морального авторитета удерживает представителей элитных групп в рамках актуальных моральных ценностей и общепризнанной христианской этики, которая длительное время доминировала в Европе и США.

…Рассмотрим перечень наиболее известных групповых феноменов… . Общая стратегия взаимодействия групп… с точки зрения этологии определяется как межгрупповое ранжирование, а в социальной психологии описывается эффектами принадлежности к группе и группового фаворитизма.

Первый эффект состоит в том, что человек отождествляя себя с какой-то группой, стремится оценить её позитивно, подымая таким образом статус группы и собственную самооценку. Эффект (второй) группового фаворитизма – это тенденция каким-нибудь образом содействовать членам своей группы, противопоставляя их членам иной группы… члены группы склонны объяснять свой успех внутригрупповыми факторами – собственным профессионализмом, деловыми качествами, а неудачу – внешними факторами, перекладывая вину на иные группы. Таким образом, деление единого социума или его частей на группы… априори приводит к межгрупповому ранжированию и, соответственно, к взаимному недоверию, ненависти, нетерпимости.

Усиливают выше упомянутые эффекты иные схожие эффекты – эффект группового эгоизма…, эффект “мы и они”…

Эффект социальной фасилитации (согласно которому присутствие иных способствует людей к более энергичной деятельности) конкурирующие группы искусственно усиливают путем активного формирования образа врага, которое включает манипуляционное деление людей по раздражающим признакам – языковым, религиозным, территориальным и дальнейшее провоцирование противостояния… .

Эффект конформизма содействует установлению единственного мнения посредством группового давления. Он обуславливает захват всей полноты власти в группе харизматическими лицами, которые по существу единолично влияют на групповые решения силой своего авторитета. Таким образом, заложниками личностных отношений между лидерами стают все члены конкурирующих групп, партий. Яркий пример – взаимоотношения помаранчевых лидеров та членов возглавляемых ими организаций во время их пребывания во власти.

Эффект группового мышления… когда человек становится зависимым от группы в своих контактах с внешним миром… даже вопреки своим моральным ценностям.

Эффект “ореола” – это влияние на содержание знаний, мыслей, мнений, оценок той специфической установки, которая имеется у одного человека по отношению к иному. Такая упреждающая информация, как правило, не проверяется на достоверность и надежность, а воспринимается на веру. Именно эффект “ореола” способствует формированию образа врага и образа вождя-лидера собственной организации.

Одновременное действие всех указанных выше эффектов взаимно усиливает их проявление…, ведет к выбору и реализации негативных стратегий конкурентной борьбы между элитными группами во время выборов.

Таким образом, в результате столкновения в конкурентной борьбе иерархически структурированных элитных групп вследствие совместного действия описанных групповых феноменов происходит их быстрая моральная деградация, что обуславливает духовный кризис всего украинского общества, его моральный и социальный упадок.

Наиболее надёжным способом преодоления духовного кризиса, морального и социального упадка украинского общества является реструктуризация организаций украинских элитных групп (партий, гражданских организаций, движений, объединений) замена жестких иерархий на современные переменные структуры. Переменные структуры принципиально изменяют потоки группового взаимодействия и, соответственно, формы проявления групповых эффектов. Они способствуют формированию поля доверия в малых и больших группах, побуждают их членов проявлять свои лучшие черты и качества, привлекать их всех к выработке, принятию и выполнению решений, формируют у них мотивации к деятельности, надежно удерживают их внимание на программных целях и ценностях, быстро выявляют и автоматически вытесняют из организации тех, кто сознательно пытается манипулировать или доминировать. Переменные структуры вынуждают участников организаций кооперироваться и сотрудничать, равномерно распределять весь объём необходимой работы, координировать свою деятельность по её выполнению и коллективно действовать, в отличие от иерархических организаций, где участники жестко конкурируют за наиболее высокие позиции иерархической лестницы и максимальное влияние на выработку и принятие решений. Это, у свою очередь, позволяет достичь и длительно удерживать во времени эффект синергии, который состоит в преобладании успеха работы целостной группы над суммарной успешностью деятельности отдельных индивидов.

Следующим по эффективности способом преодоления духовного кризиса, морального и социального упадка украинского общества является отказ от идеологии (которая очень близка к слепой вере и поэтому задает жесткие рамки в дискуссии её носителям) как инструмента координации деятельности членов партии и электората, замена его стратегическим планированием, которое используют современные бизнес-корпорации, привлекая к процессу выработки ценностей, стратегий, целей та планов наиболее широкий круг работников.

Ещё одним способом преодоления духовного кризиса, морального и социального упадка украинского общества является ускоренное формирование развитого гражданского общества, основой которого является средний класс.

Наиболее простым и доступным уже сейчас способом преодоления описанных негативных явлений является организация структурами гражданского общества широкого диалога на всех уровнях между представителями разных политических партий по актуальной проблематике, в первую очередь – по конструированию общего будущего” [конец цитирования Тараса Плахтия].

***

Статья Тараса Плахтия вызвала оживленные комментарии, в которых, в частности, читатели пытались кто как определить место описанных феноменов и эффектов в общей картине общественной жизни. Эти комментарии подтверждают нашу убежденность в том, что задача формирования мировоззрения молодого поколения остается быть весьма актуальной и доселе нерешенной. Много ли проку в дискуссиях о частностях, если общая картина остается в тумане.

Так, Сергей Трегубенко, 03 октября 2012, 08:17, отреагировал на статью следующими словами: “Если начать с ложной парадигмы, то получим крайне отрицательный результат… . Вот почему говорю автору – прекратите рассматривать общество как суспензию разнородных элементов…”.

Тарас Плахтий, 03 октября 2012, 08:50, оправдывается: “Уважаемый Сергей, в этой статье я применил сначала метод анализа… . Далее использовал метод анализа…”.

Сергей Трегубенко, 03 октября 2012, 10:18, настаивает на своём: “…я не отрицаю саму методику, я стараюсь возразить против такого её использования, в результате которого выходят помои, независимо от того, пищевые они, или мировоззренческие”.

04 октября 2012, 09:19, Сергей Трегубенко продолжает:

С одной стороны я, вроде, очень недоволен тем, что господин Тарас создает невероятно громоздкую, сложную и неэффективную схему деятельности по улучшению ситуации в Украине. А с другой, очень благодарен ему, поскольку это ещё больше подталкивает меня к ещё большей простоте и эффективности. И, надеюсь, не только меня.

Ко всем: Помните о лезвие Оккама! Не перегружайте ни себя, ни других хламом”.

На это Тарас Плахтий, 04 октября 2012, 10:10, продолжает вежливо отвечать: “Конечно, господин Сергей, простейшей и естественной организационной структурой является жесткая иерархия, которая составляет организационную основу “Русского мира”. В Европе используют более сложные конструкции с предохранителями узурпации власти. То посоветуем им лезвие Оккама… вперед к иерархиям и “Русскому миру. Если говорить серьёзно-серьёзно, то всё простое является наисложнейшим”.

Под дискуссией Сергея Трегубенка и Тараса Плахтия, можно считать, черту подвел Виктор Гриценко, 04 октября 2012 года, 10:01, следующими словами:

На мой взгляд – проблема не в том, что предложения автора статьи сложны для восприятия, непонятны и неэффективны… Проблема в том, чтобы очень сложные для понимания научные (рациональные!) вещи вывести на уровень восприятия неспециалиста... Наверное эта проблема и является причиной того, что большинство… не способны (точнее, своей волей не склонны) к обучению, к само-творчеству, к само-изменению, к восприятию нового… . Итак, надежды сегодня – почти исключительно на молодёжь. Потому что мир сегодня очень быстро изменяется”.

 

Вторым моментом, нашедшим отражение в комментариях, был вопрос, который образно говоря можно обозначить так: “Что ставить впереди – телегу или лошадь?”.

Олег Миронов, 03 октября 2012, 12:53, высказывает такую мысль:

“…одно мне не ясно, каким образом на уровне Украины можно создать такие большие перекрестные группы и сколько на то времени уйдет для выработки каких-нибудь общих решений и для народа, и для элиты”.

На это Тарас Плахтий, 03 октября 2012, 13:44, отвечает:

“В приведенной Вами цитате украинского политического деятеля, историка, публициста Вячеслава Липинского (1882-1931) “Никто никому не верит, все друг друга ненавидят, уже можно купить людей для какой угодно подлости. Чтобы собрать наших распорошенных и деморализованных людей назад в одну организованную общину, необходимы такая новая фантастическая вера и такое фанатическое рвение со стороны одной общественной группы, чтобы они потрясли до глубины целую ослабленную нервную систему коллектива и дали ему здоровье в форме рождения среди него новой гражданской веры, новой гражданской морали и базирующихся на этой новой морали новых организационных форм” хотел бы сделать ударение на моменте “в форме рождения среди него новой гражданской веры, новой гражданской морали и базирующихся на этой новой морали новых организационных форм”. Так вот я стремлюсь доказать, что всё наоборот – новая организационная форма – а конкретнее – переменная структура родит новую гражданскую веру и новую гражданскую мораль”.

Эта позиция “наоборот” (мы обозначили её как “Что ставить впереди – телегу или лошадь?”) не прошла незамеченной. Сергей Трегубенко, 03 октября 2012, 15:37, отреагировал так:

Кажется, это очередная попытка опровергнуть главную идею басни дедушки Крылова «Квартет»”.

И в самом деле, кто и как будет мотивирован на создание функционирующей структуры? Иначе говоря, вопрос-позиция: что первично, идея или структура её рождающая - “яйцо или курица” – автором обсуждаемой статьи Тарасом Плахтием представлен не совсем убедительно. Сформированная им последовательность, что делать в первую очередь, а что затем, не выглядит убедительной. Сначала внедрение перекрестных структур вместо иерархических, затем построение гражданского общества, а идеологические ориентиры, построенные на вере, долой – согласимся, что такая позиция требует уточнения. Вместе с тем, автор статьи затронул весьма важную тему групповой структуры сообществ людей и роль групповых эффектов, не вполне осознаваемых и осмысливаемых членами групп, срабатывающих на подсознательном уровне. Подсознательный уровень действия этих эффектов свидетельствует о более древнем происхождении вертикальных иерархических структур и, как это ни странно признавать, об их примитивности по сравнению с горизонтальными перекрестными структурами (известными ещё и как возникшие в Силиконовой долине Y- Z-модели организации более производительного творческого труда, нежели X-модели организации труда на конвейерах). Несомненно, в основе построения гражданского общества – горизонтальные перекрестные структуры.

 

Кроме замечаний о простоте-сложности изложенного материала особого внимания заслуживает вопрос-предложение касательно понятия духовности. И Виктор Гриценко первым вопросом к автору вопрошает: “Господин Тарас, - а не стоило ли все-таки привести в научной статье краткое определение Вами такого объекта как “духовность”?”.

На это автор статьи, Тарас Плахтий, ответил 03 октября 2012, 13:34, так: “Выражение “духовный кризис, моральный и социальный упадок украинского общества” взято непосредственно из Резолюции Инициативы “Первого декабря” и было бы не корректно с моей стороны давать собственные определения тому, о чем написали её уважаемые авторы. Не существует канонического определения понятия “духовности”, из-за чего любая попытка дать его подвергнется жесткой критике философов, богословов и других компетентных специалистов в гуманитарной сфере”.

 

Учитывая актуальность вопроса “Что есть духовность?”, Анатолий Пивненко, 26 октября 2012, 18:36, предложил своё видение проблемы использования термина “духовность” таким:

Что есть духовность? (к вопросу об употреблении термина “духовность”).

Прежде чем исследовать природу “духовного, морального и социального кризиса”, кризиса, который в Украине налицо, и о котором заявила Инициативная группа “Первого декабря”, см. http://1-12.org.ua/programi-dokumenty/, и прежде чем искать способы преодоления этого кризиса, безусловно, надлежит определиться с терминологией. Иначе не совсем понятно, о чём будет идти речь, а при планировании практических действий ведь, как известно, нужна однозначность. И не надо бояться уточнять также и те понятия, которые возникли давно, уже “приелись” и у каждого на слуху. При этом важно иметь в виду методологические нормы, возникшие недавно: никто не должен претендовать на изречение истин в последней инстанции.

Жизнь человека в социуме становится всё сложнее, а его биологические возможности восприятия окружающей действительности остаются практически неизменными. Как усваивать человеку взрывоподобно растущие объемы информации о действительности вокруг него? Налицо серьёзная проблема. Путей её решения основных два: во-1-ых, углублять и систематизировать знания каждому отдельному человеку и во-2-ых, доверять другим людям. Поэтому смысл понятий необходимо постоянно уточнять, уменьшая по возможности их количество и памятуя о “бритве Оккама”, общепризнанном методологическом принципе, который гласит “Не следует привлекать новые сущности без самой крайней на то необходимости”. В то же время, на помощь надо призывать и принцип дополнительности, что пришёл в XX веке в гуманитарную сферу из физики, не смешивая его с так называемым плюрализмом мнений.

Итак, речь о духовности. Да, верно, канонического определения понятия “духовность” сегодня ещё не существует. В философии, социологии, психологии, педагогике и других науках сферы человекознания, говоря о духовности, выделяют и подчеркивают что-то одно, более близкое, своё. И как быть? Ведь нужны чёткие ориентиры, чтобы мобилизовать массы обыкновенных людей на определённый конструктивизм их общественно значимой деятельности. Иначе, на говорильне-морализаторстве инициативы все участники дискуссии и зациклятся.

Сначала следует понять, чем “духовность” отличается от “духа”. Понятие духовности, очевидно, производно от понятия духа. По аналогии с понятиями мораль и нравственность, можно считать, что дух – это феномен, существующий и за пределами внутреннего мира отдельного человека, а духовность – это некая часть духа, проникшая внутрь человека, связующая его внутренний мир. Аналогично: есть понятие “Сознание Человеческого Общества”, которое содержит отображение “всего и вся” мозгами всех людей планеты, мозгами поколений нынешнего и всех минувших, живших ранее на Земле, и есть понятие “индивидуальное сознание обыкновенного человека”. Между ними огромная разница в объемах и мощности, уже в миллиарды раз. Индивидуальное сознание обыкновенного человека – это лишь частица внутри человека того, что существует вне него.

Чтобы разобраться с понятием “Дух”, можно собрать воедино все употребляемые определения “духа” и “духовности” и объединить их, используя известную в логике и математике процедуру пересечения множеств. Нечто подобное этой формальной процедуре уже используется в некоторых гуманитарных науках, контент-анализом называется. Поскольку у нас нет на это достаточно времени, то мы пойдем иным путем, историко-антропологическим. Начинать разбираться с понятиями “духа” и “духовности” предлагаем с истории возникновения христианской Троицы. Как мы знаем, Бог-отец, Бог-сын, Бог-Святой Дух – это три ипостаси Единого Бога.

Кем является Бог-Святой Дух и для чего его сотворило человеческое воображение? Как мы сегодня понимаем, на определённом этапе социальной эволюции наимудрейшие люди человечества, религиозные деятели и философы, в определенной мере осознали Целостность Мира и присущее ему Творчество, и необходимо было как-то довести эту истину до сознания масс обыкновенных людей, менее мудрых, да и себя убедить окончательно. Так постепенно формировался образ Духа. Святая Троица – гениальная находка-догадка для объяснения Творческого Начала Природы и Целостности Мира. Начало развития идеи Святого Духа, учения о Боге в трёх лицах-ипостасях можно видеть уже в Святом Письме Старого и Нового Заветов. Как и должно быть, на первых порах среди богословов имела место неоднозначность употребляемых терминов. Окончательно вероучение о Святой Троице сформулировал святитель Василий Великий (329-379 гг.) и утвердил его затем как догму Первый Константинопольский Вселенский Собор в 381 году.

Церковь наделяет Святой Дух такими свойствами и деяниями: всеведение, вездеприсутствие, всемогущество, творение (творчество). Интересно, Дух и его деяния, что это за субстанции такие с точки зрения современной синергетической науки? Аутопоэзис как самосозидание? Или аттракторы как совокупность внутренних и внешних условий, способствующих “выбору” самоорганизующейся системой одного из вариантов устойчивого развития? И как они связаны с разумом, сознанием, мышлением, самосознанием, волей человека и его деятельностью?

Здесь следует заметить, что ни отцы Церкви, ни последующие поколения теологов, ни религиозные философы Нового и Новейшего времени не осмеливались давать исчерпывающее определение Святой Троицы и Духа Святого, в частности. Они традиционно прятались за ширмой догмы. Ведь догма есть догма. Она не подлежит сомнениям и опровержениям. Будучи краеугольным камнем христианского учения, догмат о Святой Троице всегда считался таинственным, на уровне разума непостижимым.

Николай Бердяев в главе второй “Признаки духа” своей работы “Дух и реальность. Основы богочеловеческой духовности”, в частности, делится с нами такими соображениями:

Рациональное определение духа невозможно, это безнадежное предприятие для разума. Дух умерщвляется таким определением, он превращается в объект, в то время как он есть субъект. О духе нельзя выработать понятия. Но можно уловить признаки духа…” [Бердяев Н.А. Дух и реальность. – М.: ООО “Издательство АСТ”; Харьков “Фолио”, 2003. – 679 с. С. 251]. Далее Н. Бердяев подробно-подробно перечисляет все известные ему и заслуживающие внимания признаки духа. И мы не знаем, кто из иных философов лучше справился с этой задачей.

Мы здесь не намерены воспроизводить весь текст философа и приводим лишь некоторые его цитаты. В частности, мы обращаем на это внимание, Н.Бердяев пишет о широком использовании слова дух как метафоры: “Слово “дух” принято употреблять в очень широком, всеобъемлющем смысле слова. Прежде всего, применяют слово “дух” к разным коллективам. Говорят о духе народа, сословия, профессии, войска, семьи и т.п. Говорят о духе эпохи, века. Говорят даже о духе материализма, о духе того, что отрицает дух. Говорят о духе капитализма, который есть умаление духа. В этом всеобщем и метафорическом смысле дух теряет свои специфические признаки. Тут дух почти отождествляется с характером чего-либо, с признаками, характеризующими своеобразие чего-либо. Но есть ли признаки самого духа? ... Дух данного класса, данного войска, данной семьи, данного миросозерцания может быть отрицанием духовности. Дух означает здесь лишь объединяющую, оформляющую данную группу энергию, которая может быть глубоко антидуховная. Поэтому применение к коллективам категории духа очень двусмысленно и требует осторожности…[с. 255].

Не проходит мимо внимания философа и смешение духа и души:

В истории сознания о духе часто происходило смешение духа и души, духовного и душевного. Известно, как трудно отличить в духовной жизни чисто духовные состояния от состояний душевных. Вероятно, никто не свободен вполне от этого смешения. Но совершенно ясно принципиальное отличие духа от души. …Душа всегда фрагментарна, частична, только дух целостен и универсален. В духе совершается преодоление противоположности между частным и универсальным, между личным и сверхличным.

Заслуживают внимания и мысли Н.Бердяева о связи духа и целостности человека:

Конкретный человек есть сочетание целостного и частного. Только дух даёт конкретное универсальное содержание личности, выводит её из ограниченного пространства и времени [с. 256].

Картезианский дуализм духа и тела совершенно ошибочен и оставлен современной философией и психологией. Человек есть целостное существо, духовно-душевно-телесный организм. …Личность реализуется через победу духа над хаотическими душевными и телесными элементами. …Душа есть сердцевина человеческого существа, и дух должен быть соединен с душою, сообщать ей высшие качества и смысл. Духовная жизнь есть жизнь духовно-душевная [с. 257].

Целостная человечность будет новой духовностью, которая будет относиться не к выделенной только, отвлеченной сфере, а ко всей жизни и к человеческому труду. Это заложено в христианстве, но не было достаточно раскрыто в традиционных формах духовности [с. 260].

Философы давно догадывались, что дух содержит в себе определенное свойство-стержень бесконечной Вселенной, но не находили приемлемого для всех определения. Проблему было обозначено как трансцендентность:

Дух действует как сила трансцендирующая, переступающая пределы и границы. Трансцендентное есть тайна и бесконечность. И дух приходит из этой тайны и бесконечности. Дух действует имманентно в человеке… Дух означает постоянное Трансцендирование в человеческой жизни. В сущности, не существует статического трансцендентного, а существует лишь трансцендирование…[С. 263] [конец цитирования Н. Бердяева].

Таким образом, подытоживая, можно сказать, Дух – это нечто, подобное энергии и информации (атрибутам материального мира), что отождествляется со свойствами божественными и входит в человека извне. Отцы Церкви изначально и религиозный философ Н.Бердяев спустя тысячелетия не дали определения понятия Духа в том смысле редукции сложного к простому, редукции-приема рациональной науки, к которому мы уже привыкли. Н. Бердяев отмечает, что хотя “реальность духа засвидетельствована всем опытом человечества”, “дух по-иному реальный, чем мир вещей”, “реальность духа стоит вне категориального мышления”, “дух есть творчество”, вместе с тем, “и на путях религиозного опыта, и на путях философской мысли происходит спиритуализация духа” [размышления в конце гл. “Реальность духа. Дух и бытие”].

Перечитывая Н.Бердяева, мы с уважением относимся к широте и глубине мышления философа. Он сделал всё возможное, чтобы обобщить и объяснить современникам что есть дух. Можно лишь выразить сожаление, что он ещё мало что слышал о генетике, кибернетике, синергетике и постмодерной рациональности. Если бы знал больше, интересно, каким бы был его рассказ на тему духа и духовности.

Возможно, и в самом деле нельзя дать вполне законченного определения понятия духа, поскольку дух это нечто внешнее, всеохватывающее, всепроникающее, чем-то подобное силам гравитации и всепроникающему нейтрино. Да и метатеорема К.Гёделя (1931) о неполноте системы формальной арифметики, применимая к анализу любых сложных систем, подтверждает невозможность дать полное определение-оценку ничему, не выйдя за его границы, не посмотрев на феномен с более общей точки зрения, с точки зрения критериев более общей системы. Вот, например, как понимать с точки зрения синергетики такое высказывание Н.Бердяева “Дух есть в-себе-бытие, т.е. неопределяемость извне” [С. 265]. Здесь имеется в виду неопределяемость духа человеком-наблюдателем, который, строго говоря, сам не находится вне наблюдаемого им феномена.

Если дух имеет протяженность бесконечную в пространстве и во времени, то о чём идёт речь? Вместе с тем, следуя примеру Н.Бердяєва можно продолжить поиск системообразующих признаков этого ещё неясно очерченного понятия. Так, системоаналитика нам четко уже объяснила, что такое есть эмерджентность и никому уже не приходит в голову полностью описывать все эмерджентные свойства какой-либо сложной системы их редукцией к простому. А макроэволюция как наука утверждает, например, что эволюция как процесс является усложнением всего и везде. Чудо божественное, не правда ли? И что является движителем такого усложнения? Дух? Странно, макроэволюция как наука не нуждается в духе для объяснения своих феноменов. Интересно, не так ли?

Таким образом, дух – это понятие феномена, который относят традиционно к человеку и человеческим сообществам. Используется слово дух как широко распространенная метафора. Можно ли обойтись без понятия духа в человекознании? Какое иное понятие является наиболее близким к духу? На наш взгляд, такими близкими понятиями, кроме самоорганизации-самоусложнения всего и везде во Вселенной, есть гетеростаз и сознание в Живой Природе, сознание как форма активного опережающего отображения. Есть Сознание Общества и есть индивидуальное сознание обыкновенного человека. Есть самосознание всего Общества и есть самосознание отдельного человека. Самосознание Общества приобретает черты схожие с признаками Духа, самосознание человека - с духовностью. Иначе говоря, считаем вполне возможным, допустимым, логичным, Самосознание Общества отождествлять с Духом, а самосознание человека с его духовностью.

Заключение. Душа, дух, духовность – не есть понятиями научными. Они возникли сначала в теологии и философии для обозначения феноменов таинственных, не совсем понятных даже мудрецам. Современная наука термин “душа” не использует, вместо него используется термин “психика”. Аналогично, термин “духовность” можно заменить научным термином “самосознание”, который в отличие от первого позволяет редукцию сложного к простому и, соответственно, позволяет создавать программы формирования и совершенствования внутреннего мира человека как программы развития его сознания и самосознания в онтогенезе в школьный период его социализации. Как мы знаем, самосознание современного человека (включая волю) сегодня всё ещё пребывает в зачаточном состоянии, см. http://maxpark.com/community/1282/content/930235/ - весьма актуальная проблема для СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ. Что касается термина “духовность”, то это, согласимся, - удобная для нас метафора.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ПРИЛОЖЕНИЕ 4

 

Самосознание Homo sapiens, современников и соотечественников, – когда оно возникло и на каком этапе своего развития сегодня пребывает?

 

Тема сознания человека становится в последние десятилетия одной из наиболее обсуждаемых в среде психологов и философов. Её особенностью является разнообразие точек зрения на феномен сознания вообще и человеческого сознания, в частности. Актуальность темы возрастает в связи с ожидаемой в ближайшие десятилетия Сингулярностью в процессах социальной эволюции [см. http://maxpark.com/community/1282/ content/677370/ и там же content/1297325] .

Человек должен быть готовым отвечать на вызовы социальной эволюции. А отвечать он может лишь своим усложнением. Биология человека стабильна, изменяться может лишь его мозг, психика, сознание, мышление. Наиболее причастна к совершенствованию человека та часть сознания, которую выделяют как самосознание.

Самосознание включает самопознание человеком самого себя и волевые механизмы самоактуализации, самореализации его как личности. Дискуссии о самосознании обычно обостряются, когда речь заходит о соотношении животных инстинктов и разума в естестве и в поведении современного человека [http://maxpark.com/community/1282/ content/853128/ и там же content/857760, content/938694].

Здесь мы касаемся лишь вопроса возникновения самосознания как высшей формы человеческого сознания. Лишь немногие из наших собеседников, с которыми мы пытались выяснять историю возникновения самосознания, связь его с менталитетом и его отличия у представителей различных этносов, смогли сформулировать что-то, вызывающее доверие у остальных. Поэтому вопрос нам представляется достаточно актуальным для более глубокого рассмотрения.

Ключевые слова: сознание, самосознание, инстинктивные желания и страсти, внутреннее измерение, рациональный разум, воля.

Предлагаемый вниманию читателей материал может быть использован при изучении учебной дисциплины «Концепции современного человекознания».

 

Содержание:

Вступление.

  1. Взаимодействие и отражение как атрибуты материи. Сознание как отражение.

  2. О возрасте человеческих составляющих сознания Природы.

  3. О «детском» возрасте самосознания Homo sapiens (Человека разумного).

  4. Какими были основные вопросы философии до Марксового материализма?

  5. Аврелий Августин как первооткрыватель внутреннего мира человека.

  6. Вклад Рене Декарта в осознание механизмов самосознания человека.

Первая реабилитация желаний-страстей человека.

7. Джон Локк как продолжатель беконовских идей об опыте, декартовских идей о разуме

инструментальном, второй после Декарта реабилитатор желаний-страстей

человека, основатель либерализма и психологии самонаблюдения.

8. Возникновение самосознания в элиты и у масс – откуда брать отсчёт?

9. Первые плодотворные результаты осознания человеком самого себя.

10. Как сравнивать уровни развития самосознания у разных людей?

11. Самосознание современного человека - на каком этапе развития оно сегодня пребывает в

том месте, где мы живём?

Заключение, выводы.

 

 

Вступление.

 

Экскурс в историю становлення сознания был инициирован извне явлением крайне негативной реакции наших собеседников на тему о соотношении животных инстинктов и прочего бессознательного с рациональным разумом в естестве наших современников и соотечественников, в частности, об особенностях этих соотношений в естестве представителей так называемых властных, бизнесовых, политических и поп-артистических элит - “героев нашего времени” – образцов для подражания на постсоветских пространствах, а также в естестве той части населения нашей страны, которую публицисты всё чаще в последнее время обозначают словами быдло, быдломасса.

Да как Вы посмели сравнивать наши эмоции и чувства с животными инстинктами и с каким-то бессознательным! Ведь, человек – это звучит гордо!” – это замечание приходится выслушивать довольно часто, когда речь заходит о возможных путях совершенствования современного человека как ответе на вызовы социальной эволюции, ответе на ожидаемую к 2045 году её Сингулярность [http://maxpark.com/community/1282/article/475738/]. Никакие ссылки на авторитеты, типа высказываний К.Г.Юнга о том, что “человек, который познает сам себя, ужасается увидеть свою истинную природу, собственное лицо” [В. Роменець, І. Маноха. Історія психології XX століття. К., 1998. – 992 с. - С. 896] не помогают. Не помогает и упоминание семи смертных грехов человека – высокомерной гордыни, зависти, обжорства, похоти, злобы, жадности, праздности, которые являются выражением всё тех же животных инстинктов внутри человека и в течение многих веков являются объектом самого пристального внимания не только христианства, но и всех иных религий. Поэтому приходится, мы вынуждены, показательный “разбор полётов” человеческого сознания над пространствами инстинктов, рефлексов, бессознательного, желаний, страстей, эмоций начинать от мудрецов древности - Платона и Аристотеля. Можно было бы начинать его и от Соломона, от древнеиндийских Вед, но размер нашей “обозревательной площадки” не позволяет углубляться так далеко в прошлое. Требуется быть по возможности лаконичным.

 

 

  1. Взаимодействие и отражение как атрибуты материи. Сознание как отражение

 

Что есть сознание и самосознание Homo sapiens? – вопрос сегодня остается сложным, спекулятивным. Кто только не пытается кинуть сюда свой взор и вставить своё слово – экстрасенсы и писатели, оккультисты и теософы, теологи, философы и психологи, физиологи и даже физики, специалисты по квантовой механике, см. например книгу, очень интересную, Амита Госвами “Самосознающая вселенная” [Госвами А. Самосознающая вселенная. Как сознание создает материальный мир / Пер. с англ. А.Киселева. – М.: Открытый мир, Ганга, 2008. 448 с.]. Разобраться в этом пытаются все, кому не лень. С учётом приближающейся Сингулярности в процессах социальной эволюции, вопрос этот становится всё более актуальным, требующим особого, междисциплинарного видения.

Мы придерживаемся той онтологической позиции, согласно которой взаимодействие и отражение относится к атрибутам материи. В Природе всё взаимодействует одно с другим. Всё, что взаимодействует в Природе, обязательно оставляет следы (отражения) этого взаимодействия. Атрибут отражения при взаимодействии непосредственно связан с атрибутом системности материального мира. Таким образом, сознание не есть только лишь, исключительно человеческим приобретением.

Живая Природа, представители которой по своему ‘хотению’ движутся в пространстве, изобрела опережающее (прогнозирующее) отражение. «Всё, что движется, обладает сознанием», - такое обобщение сознания философ Анри Бергсон (1859-1941) излагает в своей работе «Творческая эволюция» (1907) и мы полностью согласны с этой позицией. Отражение опережающее было величайшим изобретением Природы, сопутствующим размежеванию живой её части (органической) и неживой (неорганической). С этих исходных позиций должны начинаться любые рассуждения о сознании человека.

Иное дело, что сознания бывают разными. У одноклеточной амёбы оно одно, вот такое, а у человека другое, совсем иное. На каждой ступени своей эволюции Живая Природа что-то добавляла новое к уже имеющемуся сознанию предков, сознанию как форме опережающего отражения действительности. Человеку она добавила символическое (знаковое, абстрактное) мышление, позволяющее различать и запоминать не только целостные образы, как у птиц и млекопитающихся, но и детали, элементы (анализ); добавила произвольное запоминание на длительное время и воображение, позволяющее прогнозировать и моделировать (проектировать) будущее в более широком диапазоне – от предстоящей охоты на мамонтов и грабежа соседних человеческих племён до постройки дворцов и городов, ирригационных сооружений, кораблей и далее - фабрик и заводов, самолётов и космических кораблей (синтез). Наиболее сложной для анализа и синтеза всегда была и остается быть жизнь общества как нарождающегося высшего организма Живой Природы, стоящего на лестнице эволюции выше человека.

Говоря о сознании как опережающем отражении действительности живым организмом, мы должны иметь в виду не только опережающий, но и активный характер отражения. Здесь мы подчеркиваем, что пассивным сознание не бывает, оно всегда необходимо для действий, для адаптации, для преобразований. Именно человеческому сознанию, начиная с кроманьонцев, присуща способность многократно переотражать отражаемое (воображение), и возникшая ещё позднее, в неолите, способность обозначать явления и вещи символами, знаками, словами (символическая составляющая сознания). В лице человека Природа (Вселенная) осознает и познает сама себя.

 

 

  1. О возрасте человеческих составляющих сознания Природы.

 

Учёные разделяют мифологическое сознание человека и сознание совремённое, послемифологическое. Рубежом, отделяющим первое от второго, было выделение человека из окружающей природы, становление его как преобразователя среды обитания. Процесс такого выделения обычно описывается исследователями как совпадающий с неолитической революцией (6-7 тыс. лет до н.э.), связанной с переходом от охоты, рыболовства и собирательства плодов природы к плановому земледелию и скотоводству. У человека появилось немного свободного времени и возникли письменность, философия, логика, математика, совершилось отделение монотеистических религий от язычества. И совсем недавно, три-четыре столетия тому, оформилось естествознание и массово рождаться стала техника (искусственная природа). В сознании человека происходили соответствующие изменения, оно развивалось. Онтогенез каждого человека в определенном виде повторяет филогенез человеческого рода и кое-что понять мы можем наблюдая за развитием своих детей. Но есть вопросы, требующие более глубокого погружения в суть феномена сознания.

 

Возникает вопрос: достаточно ли разумен Homo sapiens сегодня и сколько лет существует чисто человеческая, символическая составляющая сознания высших представителей Живой Природы?

Сегодня, говоря о свойствах человека, на первое место выдвигают его разум, то, чем отличается он более всего от других существ животного мира. Конечно, тут надо понимать, разум человеческий – это не столько свойство отдельного человеческого индивида, сколько свойство всего общества (сообщества) людей. У человека, от рождения изолированного от сообщества людей, разума возникает ничуть не больше, чем у одиноких обезьян.

Обычно этапы развития человеческого мышления классифицируют так.

До первобытно-общинного строя включительно речь идёт о доминировании биологического начала над психическим и о постепенном становлении мышления предметно-действенного, зачатки которого уже заметны у высших животных, начиная с птиц. С первобытно-общинным строем мы связываем преобладание условно-рефлекторной деятельности над безусловно-рефлекторной, доминирование коллективного бессознательного поведения над инстинктивным индивидуальным и заметное развитие предметно-действенного мышления.

Наглядно–образное мышление в заметных формах связываем с появлением кроманьонцев – наших предков. Homo sapiens их величают с подачи Карла Линнея (1707-1778), не задумываясь никак о составляющих их мышления, о преобладании того или иного вида мышления, об их соотношениях и следствиях этого.

С началом исторического времени (появлением письменности) мы связываем появление абстрактного мышления и чисто человеческой составляющей Сознания Природы – символического, знакового сознания. Есть мнение в учёном мире, что абстрактное мышление конкурировать стало с наглядно-образным мышлением, по крайней мере, у человеческих элит значительно позже, лишь на рубеже средневековья и Нового времени. Сегодня мы связываем абстрактное мышление с понятийным и видим, впереди уже просматриваются очертания ещё более совершенного вида мышления – логико-системного, можно сказать, более математического.

Особо следует подчеркнуть, что в процессе социальной эволюции каждый новый вид мышления после предметно-действенного (наглядно-образное, абстрактно-понятийное, логико-системное) не возникает поголовно сразу у всех представителей человечества. Сначала новый вид мышления возникает у так называемых элит, потом у определённых слоев населения и народов, затем распространяется на регионы и потом, позже, овладевает континентами. И возникновение абстрактного мышления и символической составляющей сознания с появлением письменности, и вместе с ней исторического времени, вовсе не означает, что питекантропов и неандертальцев среди нас уже нет. Ведь онтогенез, повторяющий филогенез, может остановиться у каждого конкретного человека на любом этапе его жизненного пути.

И ещё об одной условности здесь следует упомянуть, о разделении мышления на практическое и теоретическое. Приходилось слышать, обыкновенному человеку, мол, достаточно мышления практического, а теоретическое (абстрактное, понятийное, логическое, системное) нужно лишь тем, кто работает в сфере науки и технического изобретательства. Да, так было раньше, до XXI века. Но сегодня перед каждым человеком остро встает вопрос: как обезопасить свои эмоции и своё подсознательное от манипуляций ими внешними симулякрами? И как пользоваться ему возможностями рыночной экономики, возможностями техники и демократии, ведь информация на входе его мозгов усложняется и её количество ускоренно растёт, а биопсихические возможности её усваивания и использования человеком остаются неизменными? Как обойти биологические ограничения человека - кому-то верить на слово в телевизоре, или, как раньше было, ходить в церковь за советом, или идти на митинги сегодня?

Что касается определяющих факторов человеческого поведения, то мы находимся сейчас в движении, “на марше”, на этапе отхода от определяющего влияния инстинктивного, условно-рефлекторного и прочего бессознательного на поведение и деятельность человека в пользу перманентно повышающегося в поведении, в его деятельности участия сознания, включая высшие формы его мышления (мышлением мы называем сознание в динамике). Дальнейшие успехи этой тенденции зависят от развития и устойчивой работы волевого механизма человеческой психики, только-только возникающего у человека на основе высших форм сознания.

Итак, учёные считают, что чисто человеческая, символическая составляющая сознания существует не более 7-9 тыс. лет, её массовое явление условно можно связывать с возникновением письменности.

Следующий вопрос: завершилось ли формирование символической (знаковой, абстрактной) составляющей человеческого индивидуального сознания, включая рациональное абстрактно-понятийное и логико-системное мышление, и стало ли такое сознание достоянием каждого человека? – Нет, обыденное индивидуальное сознание и мышление (называемое нами сознанием в динамике) обычного простого, средестатистического человека ещё очень-очень далеко от сознания и рационального понятийного логико-системного мышления более продвинутых людей, впереди которых идут, как мы видим, нобелевские лауреаты.

Даже не трогая нобелевских лауреатов, согласимся, что разница в уровнях сознания (мышления) в сообществах людей ещё очень-очень большая. Ещё широко распространено среди людей и мифологическое сознание, и палеонтологическая логика, и религиозное сознание и вера во всякие магии и колдовства. Высшие руководители государства всё ещё ходят в церковь, чтобы понравиться большинству своих электоральных избирателей. А у электората ещё отсутствует системное мышление, чтобы хоть как-то оценить этот театр, отсутствует мышление, необходимое, для правильного выбора политических кандидатов в представительную власть. И не случайно кандидаты на высшие выборные должности в государстве традиционно ищут (или выдумывают) перед выборами внешнего или внутреннего врага – нет ничего более действенного для инстинктивно-эмоционального сплочения подданых, чем внешняя опасность и предвкушение внутривидовой борьбы.

Понятно, что если ранее социализации человека в церкви было достаточно, то сегодня её даже в стенах начальной и средней школы для онтогенетического развития высших форм форм сознания Гомо сапиенсу уже не хватает. Прогресс ускоряется и надо заметить, что в течение своей жизни человек на уровень своего индивидуального сознания переносит всё меньшую часть от общих достижений специализированных сознаний других Гомо и интегрированного Сонания Общества. Всё острее становится проблема как выделить и освоить самое-самое нужное. Обнадёживает то, что высшее образование в XXI веке имеет тенденцию становиться массовым и может быть к концу XXI века обыкновенный среднестатистический человек и овладеет высшими видами мышления – абстрактно-понятийным и логико-системным и научится как-то управлять своими эмоциями.

Если мы соглашаемся отсчитывать чисто человеческое символическое сознание от начала исторического времени и параллельно ему, то следующим возникает вопрос о времени возникновения самосознания человека, высшей формы его сознания.

Под самосознанием (саморефлексией, формированием представлений о себе) мы понимаем осмысленный взгляд человека внутрь самого себя, выделение в себе чего-то существенного, сущностного, отличного от имеющегося у других предствителей Живой Природы и отличного от имеющегося у сородичей, формирование целостного представления о себе. Обычно выделяют: 1) осознание отличий себя от остальных людей; 2) самооценку своих личностных качеств; 3) этническую и моральную идентичность; 4) самоуважение к себе, чувство личного достоинства; 5) стремление реализовать себя в каком-то деле, достичь успеха и признания соплеменников. Однако единой точки зрения на самосознание человека до сих пор нет. Крайними, противоположными являются такие: 1) взгляд на самосознание как на исходную форму человеческого сознания и 2) самосознание человека – это высшая оконечная форма его сознания.

Сторонники первой позиции обычно приводят в пример маленького ребёнка, который впервые говорит “я” через полтора-два года после рождения. Это, мол, и есть осознание себя, самосознание. Если оно появляется так рано в онтогенезе, то Сторонники второй точки зрения обычно ссылаются на авторитетное мнение выдающегося отечественного психолога С.Л. Рубинштейна (1889-1960), который писал в «Основах общей психологии» (1940): «Не сознание рождается из самосознания, из «я», а самосознание возникает в ходе развития сознания личности, по мере того, как личность становится самостоятельным продуктом… Самосознание является относительно поздним продуктом развития сознания… В развитии личности и её самосознания существует ряд ступеней… сюда включается всё, что делает человека самостоятельным субъектом общественной и личной жизни: от способности к самообслуживанию до начала трудовой деятельности, делающей его материально независимым. …Самостоятельность субъекта никак не исчерпывается способностью выполнять те или иные задания. Она включает более существенную способность самостоятельно, сознательно ставить перед собой те или иные задачи, цели, определять направление своей деятельности» [Рубинштейн С.Л. Самосознание личности и её жизненный путь / Основы общей психологии – СПб.: Изд. «Питер», 199. – 720 с. С. 636-637].

Суть рубинштейновского определения самосознания состоит в том, что оно не просто часть индивидуального сознания человека, а нечто развивающееся в процессе его жизни вместе с усложнением его индивидуальной общественной роли. У одних оно развито больше, у других меньше. И разница эта, как видим мы сегодня, у людей может быть очень-очень велика.

Говоря о самосознании как высшей форме сознания, мы к атрибутам этого понятия должны не забывать относить и активность. Мало констатировать ‘самокопание’ человека внутри себя и формирование представлений подобно размещения души в сердце или в голове, или размещения внутри себя тех живых существ, о которых сообщает нам древняя китайская поговорка “Все звери сидят внутри каждого человека, но нет ни одного зверя, в котором сидел хотя бы один человек”.

Самосознание начинается там, где человек мысленно войдя внутрь себя и что-то различая, начинает активно преобразовывать сам себя. Иными словами, пассивное понимание вреда курения, пользы ежедневной физзарядки и необходимости поддержания оптимального веса своего тела, например, ещё не есть проявлением активного самосознания. Самосознание начинается там, где человек используя знания о себе, начинает совершенствоваться в соответствии с поставленной целью, постоянно сверяя с ней достигнутый результат. Самосознание начинается там, где присутствует не только пассивное самоотражение себя, но и управляемая разумом, то есть, сознательная, действенная воля. Воля и активность неотъемлемые части самосознания.

 

 

  1. О ‘детском’ возрасте самосознания Homo sapiens (Человека разумного)

 

Есть мнение в учёном мире, что самосознанию человека следует вести отсчет от начала Нового времени, которое одни берут от даты падения Константинополя (1453), другие связывают с открытием испанцами в 1492 году Нового Света, третьи – с английской революцией середины XVII века в 1640 году. А философ Б.Рассел, например, отсчитывал Новое время от начала XVII столетия, то есть от 1600 года. Понятно, что это был процесс, растянувшийся во времени и поначалу локализованный на отдельных территориях Европы. В России, например, начало Нового времени, наверное, следует отсчитывать от реформ Петра І начала XVIII столетия.

Чтобы понять как происходило рождение самосознания совремённого человека, мы попытаемся осмыслить ход многолетних размышлений одного из выдающихся философов современности канадца Чарльза Тейлора, изложенных в его книге «THE SOURSES OF THE SELF» (1989), переведенной на украинский язык и изданной в 2005 году [Тейлор Ч. Джерела себе / Пер. з англ. – К.: Дух і літера, 2005. – 696 с.]. Ничего более заслуживающего внимания по этой теме на доступных нам книжных полках мы пока не нашли. Эту книгу можно было бы назвать “Истоки нашего самосознания”.

Прежде всего, заслуживает внимания замечание Ч.Тейлора о том, что читая мысли писателей прошлого, мы всё написанное ими воспринимаем исключительно с современных позиций и такое восприятие не является восприятием адекватным. “Древние философы могут иногда создавать впечатление наших современников. Но в действительности между нами существует бездна. Дело в том, что нам присуща коренная рефлексивность… позиция первого лица… Именно это отличает классических авторов древнего мира от последователей Декарта, Локка, Канта, как и любого в современном мире” [Тейлор, с. 238]. Да, согласимся, мы, как правило не занимаемся реконструкциями прошлого в нашем воображении, ибо это является задачей сложной. Но надо знать это, иметь в виду при наших рассуждениях, что жизнь человека всего лишь несколько столетий назад была совсем иной, чем сейчас. Прежде всего, имело место незыблемое сословное неравенство людей от рождения, правовое неравенство мужчин и женщин и имел место быть своеобразный коллективизм, коллективизм безличностный. Да и всего лишь несколько десятилетий назад жизнь человека была совсем иной.

Ч.Тейлор обращает наше внимание, в частности, на такие особенности бытия наших ближайших предков, как полное отсутствие автономии их личной жизни: «Сегодня мы с ужасом воспринимаем тот всеохватывающий контроль, который существовал до восемнадцатого столетия над жизнью тогдашних людей. Возьмем в качестве примера хотя бы charivari – шумную манифестацию публичного коллективного осмеяния, которому во Франции мог подвергнуться мужчина, выполняющий женскую домашнюю работу. Это тогда никак не могло восприниматься лишь как вопрос, касающийся только его лично и его жены. Тогда такое было делом общим” [с. 383].

Ч.Тейлор цитирует французского историка Филиппа Арьева, который обращает внимание современников на следующие особенности прошедших времен: «Историки обычно писали, что король никогда не оставался наедине. На самом же деле до конца семнадцатого столетия никто никогда не оставался один. Своеобразие тогдашней общественной жизни практически исключало изоляцию, а людей, которые уединялись в своей комнате на некоторое время, считали чудаками… повседневные отношения между людьми одного класса, между господами и слугами никогда не оставляли человека наедине с собой» [с. 384]. Сюда же можно добавить отсутствие самостоятельного выбора при заключении брака и образовании семьи как в высшем сословии аристократии, так и в низших слоях бедных людей. В России, например, ещё в XIX веке существовало никем не оспариваемое право первой брачной ночи господина-помещика по отношению к невесте молодого крепостного крестьянина. Жизнь человеческая до восемнадцатого столетия не только не была автономной, но, вообще, ничего не стоила, и это было само собою разумеющимся фактом. И на публичные казни на городских площадях люди шли тогда как на развлекательные зрелища, беря с собой и маленьких своих детей.

Если до XVII-XVIII вв. сообществами людей не поощрялись всеобщее равенство, уединение и индивидуальность, то о каком чувстве личного достоинства и о каком отдельном самосознании тогдашнего человека может идти речь? Что мог осознавать человек в себе окромя того, что он “раб Божий” и должен следовать незыблемому внешнему порядку? Следовательно, мнение о том, что самосознание как высшая форма человеческого сознания, возникло лишь вчера (недавно), несколько столетий тому, и находится сегодня лишь в “детском возрасте” не лишено смысла. И за примерами нам далеко ходить не надо.

О “детском возрасте” самосознания совремённого человека свидетельствует и такой свежий факт. На on line в прямом эфире 17 декабря 2011 года, когда один из кандидатов на должность президента России отвечал на вопросы телезрителя о митингующих на Болотной площади Москвы гражданах, проявляющих чувства собственного достоинства и единения символическим креплением к груди белых одинаковых бантов, в сознании того кандидата вполне естественно возникла ассоциация-сравнение бантов на грудях митингующих соотечественников с приготовленными к использованию (или уже использованными) кондомами. Личное достоинство граждан-соотечественников и какой-то символ-знак – использованный или неиспользованный презерватив – как понимать такую ассоциацию внутри самосознания человека, претендующего на самую высокую должность в государстве? Чего желало видеть его подсознательное? Иметь своих соотечественников подданными в виде чего?

 

 

  1. Какими были основные вопросы философии до Марксового материализма?

 

Но вернёмся к истокам человеческого самосознания. Так повелось, что изменения в общественном и индивидуальном сознании сначала замечают лишь философы, затем более широкая элита общества и позже об этом может узнать и обыкновенный человек. Ч.Тейлор отслеживает цепочку рассуждений Платона (428-347 гг. до н.э.), Аристотеля (384-322 гг. до н.э.), стоиков (III век до н.э. – III век н.э.), Аврелия Августина (354-430 гг. н.э.), Р.Декарта (1596-1650), Дж.Локка (1632-1704), И.Канта (1724-1804) и других.

В чём мы можем опереться на Платона в нашем понимании момента рождения человеческого самосознания много позже после него, лишь в XVII-XVIII веке? Прежде всего, интересно то, что различение инстинктивных желаний (страстей) и рационального разума было осознано мыслителями древнего мира, как в Греции, так и на Востоке, в Индии и Китае, задолго до Платона. Это различение, можно так сказать, было одним из основных вопросов тогдашней философии. И нас должна бы очень удивлять самоуверенность современного человека, не желающего это видеть и различать в себе, как будто бы в биологии и психике человека что-то существенно изменилось за прошедшие века. Понятно, что понятиями ‘рефлексы’, ‘инстинкты’, ‘бессознательное’ тогда ещё не пользовались, но о безудержных, наполненных энергией-силой, ничем не ограниченных желаниях-страстях тогда говорили уже очень много, признавали необходимость их обуздания и все надежды возлагали на разум.

Платон постоянно подчёркивал неограниченность природы желаний и предназначение разума рационально их упорядочивать. Под рациональным разумом тогда имелось в виду совсем иное, чем сейчас. Сейчас, если говорить кратко, под рациональным разумом мы уже начинаем иметь в виду способность человека делать оптимальный выбор в многокритериальных задачах планирования действий. Во времена Платона рациональный разум отождествлялся со способностью человека отражать космический порядок внутрь себя с тем, чтобы следовать ему в повседневной жизни. Разумный человек, аристократ, должен был уметь созерцать космический порядок, правильно его понимать и точно воспроизводить в своих действиях таким, каков он есть и был всегда.

Здесь надо бы заметить, что гегемония разума не была бесспорной никогда, ни в древности, ни в средневековье, ни сейчас. Так, например, издавна и до недавнего времени существовала мораль воина, несовместимая с разумным созерцанием. В ней высшее достоинство человека связывалось с наполнением тела энергией, мобилизацией силы, храбрости и мужества и со способностью, выполняя приказ старшего, сметать всё на своём пути, не отвлекаяясь в мыслях ни на что. Христианскими мыслителями средневековья периодически выдвигался тезис, что сам по себе разум может быть слугою дьявола. Позже, в XIX веке, получили распространение учения утилитаристов и гедонистов, которые видели предназначение разума в обслуживании удовольствий. Сегодня, в XXI веке мы понимаем, что разум бывает разным – от предметно-действенного, обслуживающего органические потребности тела, присущего и животным, до абстрактного, теоретического, логико-системного, обслуживающего потребности духа, потребности всего сообщества людей.

В Древнем мире различали внутри человека, помимо желаний и разума, ещё и душу, часто несколько душ, некоторые из которых могли где-то бродить поблизости вне человека. Что представляла собой душа – единого мнения не было. Платон впервые в своем диалоге «Государство» задекларировал целостность трёхкомпонентной души, которая состоит из взаимодействующих желаний-страстей, разума и духа. Душа стремится к порядку, который для неё определяет разум. Порядок у Платона не создается действиями человека, а находится уже готовым путем созерцания внешнего мира. Руководствоваться разумом – значит структурировать свою жизнь разумным порядком, который существует вне человека и существовал вечно. Такой порядок, разумеется, подразумевал и незыблемость устоев общественных отношений. Духу надлежало быть помощником разума, аналогично военной функции в сообществах людей, подчиненной политическому руководству [Тейлор, с. 163].

Ч.Тейлор замечает, что ни о какой ‘самости’ (Я-концепции, говоря языком современной науки) речь у Платона не шла, поскольку еще не сформировалась дихотомия ‘внутреннее-внешнее’ у человека и ‘субъект’ действия, как нечто отделённое от ‘объекта’, ещё не определился. Платон останавливается на различении души и тела, идеального и материального, вечного и изменяющегося, и эти оппозиции несут основную нагрузку в его высказываниях. Платоновская модель разума-порядка остаётся господствующей в античном мире.

Аристотель, ученик Платона, и великий систематизатор древней науки, возражая против определяющей роли неизменяющегося космического порядка, всё же оставался на позициях определения разума как следования определенному порядку, порядку в изменяющихся условиях. Душа Аристотеля неотрывна от тела и придает ему форму, то есть субстанциональность. Что касается разума, то он, как и у Платона, находится внутри души и является звеном, связующим человека с божественным порядком.

 

 

  1. Аврелий Августин как первооткрыватель внутреннего мира человека

 

На пути развития человеческой мысли от Платона и Аристотеля - великих мыслителей древней Греции, до Декарта и Локка - великих мыслителей начала Нового времени, было две тысячи лет, было средневековье и был великий Аврелий Августин, теоретик раннего христианства, один из отцов Церкви.

Что нового увидел Августин в процессе филогенеза человеческого сознания через тысячу лет после Платона? Для Августина, как и для Платона, проявлением человеческого разума есть, прежде всего, созерцание космического порядка. Для Августина, как и для Платона, препятствием на пути к постижению порядка является человеческая углублённость в телесное чувствительное. Для Августина, как и для Платона, важнейшими являются оппозиции духа и материального, высшего и низшего, вечного и временного, неизменного и меняющегося. Однако, Августин впервые начинает характеризовать эти оппозиции в терминах внутреннего и внешнего. Так, в работе «О Троице» он различает в человеке внешнее и внутреннее. Согласно Августину, человеческое внешнее – это то телесное, что мы имеем общего со зверями. Внутреннее – это душа.

Августин подчеркивает: то, что нам нужно для гармонии и близости к Богу, лежит внутри нас (intus). Он вновь и вновь напоминает и настаивает: «Noli foras ire, in teipsum redi; in interior homine habitat veritas» (“Не иди во внешний мир, возвращайся в себя. Во внутреннем человеке пребывает истина”).

Августин переносит центр внимания со сферы внешних познанных объектов на сам процесс познания и таким образом прибегает к терминам внутреннего измерения сущности человека, ведь деятельность познающего проявляет себя некоими внутренними процессами, имеет, говоря современным языком, субъективный характер. «Прибегнуть к рассмотрению этой деятельности – значит начать рассматривать самость, то есть принять рефлекс