Александр

Барсуков

 

Страна

сказок-334

 

(“Письма в никуда”-334)

 

2012

 

ПИСЬМО В НИКУДА-3331,8-3333,6

22 октября 2012 года. Я нашёл в старых своих ПВНах забавную историю про космос и решил её забацать снова. Чтобы показать, как я писал в 2006 году. И что. А сейчас написал тоже про космос, тоже про американцев и Луну нынешнюю историю. И вы можете сравнить, как я пишу теперь, в 2012 году. Так что первая - старая, а вторая новая и притом про детство! Детство - прекрасная пора, только при воспоминаниях прочищаются мозги, а так они скукожены. Итак,

ПИСЬМО В НИКУДА-1004

13 декабря 2006 года. Фантастика. Летел космический корабль “Шаттл”, как вдруг у него загорелось крыло! Космонавт Джанибуков стал дуть на крыло и сбил пламя. “Хорош! Молодец!” - передали из ЦУПа, а довольный Джанибуков принялся перед камерой играть мускулами и вертеть задом. Но тут (а вы уже поняли, что это рассказ-катастрофа типа того, как бывают фильмы-катастрофы: когда на людей нападают инопланетяне или пауки, или муравьи, или цветы, или разумные минералы) в голову Джанибукову попадает метеорит, который влетел в открытую форточку корабля! Всё дело в том, что в ЦУПе учуяли, какая вонь стоит в корабле из-за грязных носков и спермы Джанибукова, и потребовали открыть форточку. Он послушался, и вот какая неприятность! Хорошо ещё, что весь воздух не улетучился в эту форточку. “Какой дибил придумал на корабле форточки?!” - негодовал космонавт. “Не дибил, а Великий Циолковский! Форточка также служит в исправительно-воспитательных целях: провинившийся космонавт открывает её и помирает от удушья и холода!” “Да мне-то какое дело до этого?” - стал рассматривать космонавт прилетевший метеорит, к которому кто-то резинкой от презерватива примотал важное мессидж. Мессидж гласило: “СОС! МАМАНЯ! СПАСИТЕ ХРИСТА РАДИ! ПОГИБАЮЩИЙ БЕЗ КОНСЕРВОВ АСТРОНАВТ-СТРАННИК НА ПРОТИВОПОЛОЖНОЙ СТОРОНЕ ЛУНЫ!” “Всё! Решено! Я лечу спасать его!” - сказал Джанибуков, отключил все камеры и полетел на Луну. Он долго и безрезультатно летал над её кратерами, и постепенно в его душе образовалась тоска, потому что ничего не нашёл. “Ау! Дорогой друг! Консервы прибыли!” - кричал Джанибуков в форточку, но только эхо разносилось по скалам. Оказывается, на обратной стороне Луны есть кислород, воздух, а с нормальной стороны его давно отсосала Земля. Иначе не было бы слышно ни звука. Наконец, Джанибуков заметил какого-то чумазого туземца в набедренной повязке и сандалях, который прыгал от радости и размахивал каменным топором! Это был, понятно, опустившийся Странник. Джанибуков раскрыл объятья, и брат по разуму заключился в них, не забывая обшаривать карманы Джанибукова на вопрос тушёнки и лосося! “Да какой там лосось!” - сказал Джанибуков. - “Я привёз тебе ананасы!” И туземец стал пожирать ананасы. Он сожрал за раз 20 банок, и его стало пучить. Он везде бегал и примерялся, где бы нагадить. Но газы отошли, и гадить не пришлось. Тем более, что под местной облезлой пальмой стоял зелёный домик с надписью вкривь и вкось: “Гальюн”. “Так значит ты - Ганн Бенн?” - стал распрашивать Странника космонавт. - “И тебя бросили здесь, вышвырнули из родного корабля Странники?” “Узуку!” - подтвердил Странник. “И ты прожил здесь 300 лет и 3 дня?” “Узуку!” “И 3 дня назад отмечал трёхсотлетие? И, наверное, напился в дрободан?” “Не узуку! Нечего тринкен, дринкен, ам-ам!” - и Странник Ганн снова обшарил весь космолёт россиянина. “Ты можешь что-нибудь сказать зрителям в ЦУПе, ведь это - Первый в истории человечества контакт с инопланетянином!” - и космонавт включил камеры. В это время в ЦУПе был обеденный перерыв, и все лопали лапшу “Доширак”. Но когда они увидели на мониторах небритую рожу какого-то бомжа, то лапша у них так и застыла во ртах. “Это же Сенсация! Первый русский встретил инопланетянина! А американцы - в ж.пе!” Американцы, как такое услышали, моментально снарядили корабль “Буран” и отправились к Джанибукову. Поэтому скоро на мониторах появились 3-4 небритых рожи, которые орали по-английски: “Банзай!” “Почему эти америкашки не бреются? Я теперь не могу отличить их от инопланетянина!” - рассердился Циолковский. “Это есть такой америко-обычай!” - начал пороть переводчик, плохо понимающий, что вообще творится. Но когда он вышел на улицу, то был буквально засыпан листовками с поздравлениями человечеству в исторический момент, а по голове он получил банкой с консервированными ананасами, которые стали товаром года, лучшим товаром категории. Тогда переводчик понял! Он вернулся в ЦУП, одетый на голое тело в белую простыню, на которой было коряво написано: “Даёшь ананасо!” “Ты чего вырядился?” - спросил Циолковский. - “Ещё неизвестно, может, этот Странник - наш отечественный бомж, которого запустили в космос с Байконура в ядре от пушки! Тогда, понимаете, ракет ещё не придумали, и стреляли кем придётся по кому придётся! Сам товарищ Крущёв одобрил этот план, потому что он позволял выводить на орбиту целые толпы бомжей, чтобы они не воняли и не ходили туда-сюда на Земле, по России. А летали в космосе и кричали: “БИП-БИП-БИП!” Ну и одного, может, по ошибке зашвырнуло дальше намеченного.” Тут на экране Странник, всё слышавший, сказал: “Узуку!” “Видите! Что я говорил: это наш бомж! Давайте его сюда! Мы его посадим в СИЗО и припаяем статью за хулиганство и дебоширство!” Но Странник убежал в свой гальюн и стал оттуда махать белым флагом, на котором было написано: “Не узуку СИЗО!” Короче, СССР оделся в траур. Все листовки были собраны дворниками и выброшены в мусоробаки. Все голые люди, одетые в простыни, одели свои обноски. Товарищ Крущёв объявил трёхдневный траур по случаю находки не инопланетянина, а бомжа, а СИЗО приветственно распахнуло двери и раскрасилось гирляндами. Ганн Бенн трясся от страха вместе с гальюном и не хотел улетать. Он схватил американского астронавта Шеппарда за горло, приставил корнсервный нож и стал орать на всех языках сразу: “Узуку! Замочу! Килл ем! Дестрой!” Джанибуков устало выхватил из ослабленной недоеданием руки Ганна Бенна нож и сказал: “Ты есть теперь немножко арестованный. И мы будем тебя немножко больно вешать!” “Нет вешать! Я есть узуку в пустыне много бусов!” “Чего?” “Бусы, бусы!” - и обнадёженный Ганн Бенн побежал показывать, где он нашёл бусов. Это были бусы. Их там было 3 штуки. “О! Это знак инопланетной цивилизации! Но почему на них отпечатки твоих пальцев?” - спросил космонавт. “Потому что я их нашёл и трогал!” “А кто тебе разрешил, гад такой? Теперь они залапаны тобой и интереса не представляют!” (К тому же, по правде, эти бусы сам Ганн Бенн притащил сюда с Земли. От голода он пробовал их есть, но они застряли в глотке, и Ганн Бенн чуть не отбросил копыта. Тогда он попытался засунуть их в задний проход, но они не лезли. Тогда он их и выкинул. Он хитрил, выдавая их за инопланетные вещи. На Луне отродясь никого не было.) Тут Шеппард, наконец, очухался и пошёл по американскому обычаю бить морду Ганну Бенну за то, что тот взял его в заложники. “Как ты сметь? Американского гражданина?!” И завязалась безобразная драка. Джанибуков подобрал чью-то трость и стал ею махать, чтобы разнять дерущихся. В ЦУПе отвернулись, чтобы не видеть, как при отсутствии нормальной силы тяжести мочатся астронавты. Циолковский бормотал: “Какой позор! Левой проводи хук справа! Да, такой идиот достоин того, чтобы его вообще засосало в мою форточку!” Наконец, все трое опомнились и стали приветственно махать руками в камеру, крича: “Мы есть шутим! Балалайка, дружба, жвачка!” Все, включая товарища Крущёва, успокоились и принялись засеивать просторы России кукурузой. Тут Крущёва осенило: он распорядился, чтобы все трое астронавтов подняли рекламный плакат: “Кукуруза - мать полей!” и выплатить им за участие в рекламе по 50 копеек. Все трое согласились, а американцы (их там было двое: пока Шеппард дрался, как геппард, его напарник от страха сидел в туалете и кусал костяшки пальцев. Но потом он вышел во весь свой полутораметровый рост и заявил, что он тоже неплохой бакскетболист, хотя его никто о баскетболе и не спрашивал. Этот Гленн (фамилия) поднял к тому же плакат: “Покупайте наших слонов! Кто возьмёт трёх, получит по хоботу бесплатно! Слоны по цене зайцев!” Но так как это было написано по-английски, а Крущёв понимал только из этого слово: “Elephant” (слон) , то это прошло по всем и российским каналам. Зато в Аризоне моментально раскупили всех слонов, даже фарфоровых, которых продают по 7 штук в виде талисманов счастья, мал-мала меньше. И я там был, и я элефантов купил. Потом разбил случайно молотком, ударив случайно 25 раз, но внутри этих слонов не было ни доллара, только записка: “Идиот, зачем ты разбил слонов? Покупайте наших слонов!” К.

 

ПИСЬМО В НИКУДА-3333,6-3336,1

22 октября 2012 года. Сказка одновременно про детство и про космос. Сзади дачи 24 в Кратово свалился спускаемый аппарат американцев, который летал на Луну! Но американец там был только один - Гленн. Как он потом объяснил, два прочих остались на Луне в публичном доме. Там был такой дом для туристов, “три звёздочки”. Американцы думали, что там будет худой синюшный полупрозрачный лунный бабец, но оказалось, что там всё продумано: там был жирный чёрный африканский бабец! Ну и они остались. Но это потом. А пока Саша с ужасом видит, как спускательный аппарат своей задницей давит Сашин блиндаж, который Саша построил с друзьями-ребятами, воруя доски с хоздвора. Но отец Саши обнял Сашу за плечи и сказал: “Плевать на блиндаж! Это - исторический момент! Наша дача 24 войдёт в историю! Давай так встретим этих пришельцев!” И Саша с отцом разделись до трусов и надели бусы типа того, как делают туземки на Гаваях. Не забыли они и “хлеб-соль” и каравай! И вот крышка люка откинулась, и показался Гленн! Он был совершенно чёрный. “Эк его угораздило! Весь в пепле!” - сказал отец. “Нет, папа! Он - негр!” - сказал Саша. Именно поэтому Гленн и улетел с Луны, так как не любил чёрного бабца. Ему подавай белый нежный бабец. И вот Гленн выскочил из аппарата и провалился в сломанный блиндаж! “Простите, мистер!” - сказал Саша. - “Вы говорите по русски?” “Отлично говорю! И знаю всего Пушкина!” - сказал Гленн. - “Потому что Пушкин-арап - мой предок по бабушкиной линии!” И он стал читать стих: “Там на неведомых дорожках верблюды пляшут в босоножках и кричат: “Я вас любил! Любовь! Ещё! Быть может! В моём горбу угасла не совсем! Учкудук! Три гробницы! Но приходится мне по Лунам ютится!” При этом Гленн врезался лбом в сосну: “Миль пардон, господа! Лунатизм замучил! На Луне все становятся немножко лунатиками! Пушкин тоже этим грешил. Как и я! Я по ночам хожу по крышам и кричу стихи Пушкина!” “Ну, я мыслю, до этого не дойдёт!” - сказал Папа. - “У нас крыша очень покатая!” “А покажите мне дачу, где не покатая!” - сказал Гленн. Но это угрожало тем, что он перекинется на другую дачу, и 24-ая в историю не войдёт! Поэтому Папа быстро сказал: “Не вопрос! Щас позовём узбеков, они в момент сделают нашу крышу ровной, как доска!” “Кстати, о досках!” - сказал Гленн. - “Я вам не рассказывал, почему я прилетел в одиночестве?” И вот тут-то он нам и рассказал об удивительном публичном доме на Луне. “Когда мы приземлились, - рассказал Гленн, - то все хотели! Потому что не имели бабу 3 месяца! Но, понятно, отчаялись найти хоть кого-то на Луне, кроме песка. И вдруг - видим: домик! И написано: “Веллкам! Допро пжаловать! Виллькоммен!” Оказывается, до нас на Луне побывали русские и построили этот публичный домик. Вполне симпатичный. Посадили вокруг кактусы и русские берёзки, постелили “дорожку” и вселили в домик русскую жирную “мадам” и наших чёрных баб на наш случай. И вот Андерсон стучится в окошко! И писклявый голос спрашивает: “Кто там?” “Открывай! Мужчины пришли!” - говорит Андерсон. “Не можем! Мы не одевши! Пока мужчин не было, мы успели перетрахаться сами с собой и с мадам!” - отвечают за дверью. И выходит Мадам. О! Это была женщина в самом соку! Ей было 20 лет, но груди у неё росли на один размер каждый год с 15-ти лет, поэтому 5-ого размера! Она сказала: “Дорогие американцы! А членские билеты у вас есть?” “Конечно, есть! Как не быть! Членские!” - и Андерсон полез к себе в штаны за перецем! И чуть его не отморозил! “Скорее внутрь! У нас здесь и банька, и водочка, и рассол! И тепло!” - сказала Мадам и втащила Андерсона внутрь домика. А мы с Шеппардом пока сказали: “А нам недосуг! Мы должны взять образцы грунта и воткнуть американский штандарт в Луну!” Но тут набежали чёрные жирные бабы и схватили и нас: “Хватит заниматься ерундой! Зажжём! Зажгём!” Ну и зажгли так, что мы потом вышли из домика в раскорячку, так как нас они оттрахали фаллосами в попец! “Ну что, будем брать пробы грунта?” - тупо спросил Шеппард. “Да пошли они! А в своём ЦУПе объясним, что подверглись нападению инопланетян!” - сказал я. Но оказывается, в ЦУПе всё видели через камеры слежения! И увиденное было так ужасно, что главные конструкторы сошли с ума. А простые операторы развратились до неимоверности! Разложились! Они-то до полёта думали: “Вы нас не разложите!” Но после того, что они увидели (как мы с бабами чёрными), они не могли не разложиться! И они нам сказали: “Можете сюда больше в США не возвращаться! Потому что позор! Мы и так про вас уже всем сообщили, что вы погибли смертью храбрых и похоронены в Ангаре-17!” Так что домой дороги не было. Шеппард сказал: “Ты как хочешь, а я остаюсь на Луне с Андерсоном!” “А я полечу в Россию! Люблю Рашу! Пушкина!” - сказал я и полетел. И вот я здесь!” - закончил свой нехитрый рассказ Гленн. Между тем узбеки кончили демонтировать крышу, и он принялся с закрытыми глазами ходить по ней и орать: “Но я не хочу тревожить Вас ничем! Пусть она Вас не тревожит!” “Кто это у вас там?” - спросил Лодочник-дядя-Вася. “Лунатики!” - сказал Саша. - “Но по секрету скажу: это америкосы! Они высадились!” Дядя Вася не поверил и покрутил у виска. Но скоро на клубе стало висеть объявление: “Около дачи 24 высадился десант американцев с Луны!” И Гленна так встретили! Все дачники и все местные в семейных трусах в “горошек” прибежали с пирса, где они тщетно пытались нырять сальто, прибежали поглазеть на Гленна! Гленн лежал на кровати, а всех встречал Саша в чёрном костюме и говорил: “Мы с вами! Мы победим вместе! Наши цены вас приятно удивят!” И все платили по 15 копеек, как в бане. И глазели на Шеппарда! Из Москвы прилетели даже корреспонденты Питомник и Кукупник и спрашивали Гленна, не желает ли он переехать в гостиницу “Россия”, откуда прекрасный вид на свалку? Но Гленн говорил, что ему и здесь прекрасный вид на свалку. И что здесь чище воздух и чище вода! Между тем от “России” свалку узбеки, конечно, убрали, и открылся вид на Кремль! Но Гленн сказал, что Кремль он и так знает, что его пучит, он просит извинения, и заперся в зелёном домике. Саша важно сказал: “Видите! Подмосковье для этого закоренелого америкоса важнее загаженной Москвы! Потому что Пушкин! Ещё Пушкин говорил: “Люблю грозу в начале мая в Кратово! Как шибанёт и-под 24-ой дачи! Так костей и не соберёшь!” И Питомник уехал докладывать товарищу Цементову, что Гленн отказался. Цементов послушал-послушал и приказал расстрелять Питомника и Кукупника: “Значит, плохо убеждали!” Но так или иначе, а Гленн ещё три дня жил в Кратово. Чего он нам только не рассказал за игрой в картишки: “А знаете, в Америке в картишки не играют! Играют в эти, “нарды”! А ещё жрут в МакДональдсах! Вот я мыслю по примеру русских построить на Луне первый МакДональдс! Но это только пока в преспективе, в задумке!” И тут его осенило: “Я же совсем забыл! Я же умер в Америке! Мне нельзя туда! Скажут, что я - зомби! С зомби у нас строго! С этой хренью не шутят! Если ты - зомби, то по-всякому зомби! Убьют на месте! Поэтому я перееду от вас жить в Геленджик! Пушкин любил Геленджик! Он говорил: “Как горный орёл на вершине Кавказа, я гордо сижу на краю унитаза! В Геленджике!” Потому что Геленджик славился первой на Кавказе кананализацией. Это, знаете, копают яму три на три метра - и вот тебе канализация! Потому что узбеков в Геленджике нет! Там одни арапы, потомки Пушкина! А так бы узбеки, конечно, выкопали должную канализацию на 100 “очков”!” “Ладно, брат Гленн!” - сказал Саша, дружески обнимая астронавта за плечи. - “Может, партию в пин-понг?” “Но я в пин-понге совсем не шарю, не силён!” - сказал Гленн. “Поэтому я и предлагаю!” - сказал Саша, который тоже играл хуже всех ребят в посёлке, но лучше Гленна. И вот он его обыграл! Гленн заплакал и сказал: “Ну вас всех! Злые вы! Уйду я от вас! Мне бы бабец хоть какой!” “А что?” - сказал Саша. - “Это можно организовать! 100 баксов есть?” “Есть.” И вот из Холодова приехала валютная проститутка тётя Вера! Она была шикарна! Её прекрасные туповатые черты лица светились на солнце. Гленн сказал: “Для женщины важное - не ум, а внутренности!” И заключил её в объятия! “Ну, не будем им мешать!” - сказал Папа. “Как так “не будем”? Как так “не будем”?” - подумал Саша и просверлил смотровую дырочку в спальню Гленна и Веры! И вот, что он там увидел: голый Гленн сидел верхом на голой Вере и читал ей Пушкина! И больше ничего не происходило! Саша был разочарован, так как им на лето задали учить про тычинки и пестики, и как ЭТО происходит. Но тут явно было не до тычинок и пестиков! Зато Вера была сильно потрясена Пушкиным! Она оделась и повторяла: “Ай-да Пушкин, ай-да сукин сын!” “Теперь она стала зомби! Пушкин сильно дюже вставляет!” - сказал Гленн. - “Я бы на вашем месте с этой хренью не шутил! Ё! Эта хрень реальна, и я бы Веру пристрелил как зомби!” “Да нет, брось!” - сказал Саша. - “У нас в Холодово все проститутки такие! Они все помешаны на Пушкине! Они говорят: “Вот Пушкин - это о! У него был такой большой! С руку! Чёрный!” Потому что Холодово известно как пушкинское место, даже есть такая не болдинская, а холодовская осень!” “Ладно, это уже не моё дело!” - сказал Гленн и стал собирать манатки, чтобы ехать в Геленджик на электричке. Саша плакал: “Я вас так полюбил! Вы так играете в пин-понг и картишки!” Но Гленн говорил: “Мне надо скрыться! Схорониться мне надо! Я чувствую: за мной уже слежка из США! Скоро сюда прилетят вертолёты и военный десант! И всех вас убьют, если вы будете меня скрывать!” И он уехал. А потом прилетели вертолёты, но Саша ходил по плоской крыше и кричал: “Янки, гоу хоум!” И вертолёты улетели. Жизнь в Кратово стала налаживаться. Вера не уехала в Холодово, а осталась с дядей Васей-Лодочником, у которого тоже был большой и чёрный. Чёрный от курения. Саша успокоился после отъезда Гленна и повесил на даче вкривь и вкось написанную табличку: “Здесь зависал Гленн!” Потому что официальные власти решили на всё закрыть глаза и таблички не вешать. Товарищ Цементов сказал: “Это была ошибка! Чудовищная ошибка! Вам всем всё померещилось! Скажите спасибо, что я вас всех не расстрелял!” И все: саша, Папа, Витя Коровкин и прочие обитатели дачи 24, как загипнотизированные, повторили: “Это всего лишь сон! Только сон!” Это когда их всех доставили на самолёте “АН-24 Витязь” в Москву, в Кремль с аэродрома Жуковский. А потом доставили обратно и вышвырнули в Кратово! Благо, высота была не большая, и им выдали парашюты. Так что они благополучно приземлились. Саша увидел раздавленный Гленном блиндаж и сказал: “А всё-таки, это был не сон! Теперь снова строить блиндаж!” Но узбеки, которые выстроились в шеренгу, сказали: “Не надо строить блиндаж! И 24-ой дачи больше не существует! Вместо неё мы вам отгрохали коттедж: дачу номер 35! Таков был Приказ директора Кратово товарища Пристяжнюка!” “Что вы наделали?!” - закричал Саша. - “Дача 24 - самая любимая!” Но Папа положил руку на плечо Саши и сказал: “Посмотри на это с другой стороны: дача 35 светлее и просторнее, и там есть своё джакузи! Не надо ходить в баню!” “Джакузи?” - и Саша успокоился. Теперь он лежал с друзьями-ребятами в джакузи, и пузырьки лупили их в задницы! “Нам бы ещё тёлок позвать!” - говорил Витя Коровкин. “Нет! Мы слишком малы для этого!” - отвечал Саша. - “И потом, это никак не поможет нам разобраться в тычинках и пестиках!” А потом пришло письмо от Гленна из Геленджика. Адресовалось оно: “На Кратово Саше!” Но дошло, потому что про эту историю уже знала вся страна и весь Почтамт. В Геленджике Гленн продолжал терпеть лишения. Его зачислили в узбеки и приказали строить канализацию! И писал он это письмо с лопатой в руках в обеденный перерыв. Он жаловался, что в Америке лучше, но он не жалуется, так как посетил незабываемые пушкинские места в Геленджике и даже посидел на краю знаменитого унитаза! Но Саша-то понял, что Гленн не жилец! Уморят его там! И точно! Сначала письма регулярно приходили раз в неделю, потом раз в три недели, раз в месяц, а потом пришла “похоронка”: “Узбеко-американец Гленн скончался от непосильной работы на строительстве! Что для узбека - хорошо, для американца - смерть!” Так было написано. “Но, с другой стороны, - сказал Саша, - Гленн и так был уже мёртв, как и Шеппард, и Андерсон, которые щас веселятся на Луне!” И их изуродованные скелетики похоронили уже в Ангаре-17. Такие же, как скелетик инопланетянина, который месяц жил у одной бабушки в Сибири. Инопланетянин умер, а бабушку отправили в психушку! Там она и преставилась. Вот так заканчиваются все истории про инопланетян. Но наша история совершенна правдивая. К.

 

ПИСЬМО В НИКУДА-3336,1-3338,9

25 октября 2012 года. Сегодня четвёртый день, как не ЦЭ. Должны сегодня Закатиться! (ЦЭ!) Писать ничего не хочется. Вот я лежал в ванной, читал сам себя и нашёл ещё один хороший рассказ. Про космос! Вот его и замиксую. А если у вас не работает на планшете Вай, то значит, сигнал перебивается другим Ваем-Фаем. Я его отключил вручную, и всё хорошо. А вчера мне пришли два любовных послания. Не знаю, от кого. Я их не читаю, потому что в ЦЭ мне не до любви. Так что посылать их бесполезно, хотя, конечно, я о них глючил, и голова была розовая! Но я не такой! Я не хочу ничьей любви и умру девственником! Аминь.

ПИСЬМО В НИКУДА-1076-1077

23 марта 2007 года. Сказка о пропущенной менструации. Жила-была девушка Маня, и у неё закончились месячные! “Ура!” - кричала Маня. - “Я беременна!” Но она была, понятно, беременна марсианином, потому что тот пьяный мужик, с кем она переспала давеча в баре “Сонный Хомяк” был ни кем иным, как агентом Скалдером. Который опустился, развёлся с Мали и запил. Но интересная штука: с кем бы он потом по пьяни не пересыпал, у всех рождались марсиане. Наверное, дело было в том, что сам Скалдер выходил в космос без скафандра, и его облучили марсианские излучения. Капитан Полозков ему говорит: “Дубина! Там холодно! Надень скафандр!” Но Скалдер медленно повернул свою тупую голову и уставился на Полозкова невидящим взглядом маленьких поросячьих глазок. “Это вы мне? На неприятности нарываетесь? Да знаете ли, с кем разговариваете? Я есть Великий Скалдер! Я выйду, как есть, космос мне не указ!” “Ладно, идите, но осторожно: там приступок!” Скалдер, конечно, споткнулся о приступок и головой протаранил дверь входного шлюза. От удара дверь вылетела, и в корабль ворвался смертоносный холод! “Я пошутил! Я больше не буду!” - кричал Скалдер, просыпаясь в холодном поту. Оказывается, Полозков и все прочие погибли, а сам Скалдер очнулся в какой-то белой комнате, где к нему подошла очень симпатичная медсестра. “Приветик от рваных штиблетик!” - сказала она по-марсиански. “Чего?” - спросил Скалдер. “Скалдер, не придуривайся! Ты прекрасно понимаешь по-марсиански. Недаром об этом есть в твоей монографии: “Знание марсианского языка, врождённое у всех Скалдеров семейства Скалдеровых подоторяда Приматы!” “Чего ты ругаешься?” - спросил Скалдер. - “Сама ты Примат!” “Я-то, может, и Примат, но тебе мы щас отрежем руки-ноги, необходимые нам, марсианам, для лабороторных опытов в 6 классе начальной школы!” - сказала красавица и стала пилить ножовкой руку Скалдера. “А!” - сказал Скалдер. - “Я подозревал, что на Марсе есть жизнь, но чтобы такая примитивная? У вас верхнее образование-то есть?” “Нет!” - огрызнулась сестра, унося с собой в класс руку Скалдера. Потом его самого на кресле повезли в аудиториум. “Я стесняюсь! Я не подготовился выступать перед вашими сопляками!” - отбивался Скалдер. “Ничего страшного!” - сказала сестра. - “Вот мы тебе набросали набросок вступительной речи. Только смотри, не перепутай конец речи и начало.” Она зря волновалась. Скалдер не то, что перепутать не мог, он и читать не умел. Поэтому он отбросил в сторону листы и обратился к аудитории бородатых школьников так: “Хэлло! Хауди! Я есть Скалдер с планеты Земля!” Пришла записка из зала: “Что значит “земля”? Поподробнее!” “Не понимаю я ваших каракуль!” - стал орать Скалдер. - “А Земля это место, где всех вас похоронят! Я уже лишился руки, лишусь и прочих органов, но знайте: к вам прилетал агент Скалдер и предупреждал! Мы вас всех ещё похороним!” Тут симпатичная сестра отрезала у Скалдера язык и стала им вертеть в воздухе, показывая, какой он гнущийся. Скалдер блевал слюнями и старался говорить без языка: “Скоты марсианские! На моё место придут новые, тысячи таких же, незаменимых нет!” “Что у вас за акцент такой?” - поинтересовались из зала. Сестра опомнилась и вклеила язык обратно на место. “Никакой не странный!” - ответил Скалдер. - “Сами бы попытались выучить 20000 марсианских слов! Я сидел учил дни и ночи напролёт! Скажите спасибо, скоты желтозадые!” “Спасибо!” “Так-то лучше! А пока пока! Мне пора на процедуры!” “На Бис! На Бис!” - требовал восхищённый зал. Скалдера снова привезли на подиум, но он неосторожно нажал на коляске “Пуск”, и она сама покатилась по сцене и опрокинулась. Скалдер вывалился, но встал на ноги. “Инвалид смог ходить! Чудо!” - закричали в зале и стали отбрасывать костыли. Но все, кто их отбросил, тут же свалились на пол. “Сами вы инвалиды!” - бормотал Скалдер. - “Если бы мне не отрезали ноги для ваших опытов (а я подозреваю, что это за опыты! Вы будете совать электроды в мои мышцы, и члены будут сокращаться! Одного вам не достигнуть никогда: это чтобы стал сокращаться мой пенис! Вы все уроды! Однако...) я бы прекрасно ходил, бегал и играл в “пятнашки”! Однако, Он встаёт!” И действительно, на подиум выскочила девушка неписанной красоты и стала тереть отрезанный орган Скалдера. И тот встал! Скалдер закрыл рукой глаза от такого предательства самого дорогого друга и пробормотал: “И ты, член!” На что член ответил: “Прикинься ветошью, Скалдер! Ты мне больше не командир! Я всегда мечтал, чтобы тебя от меня отрезали! А теперь я хочу развлекаться!” - и с этими нехитрыми словами (потому что больше по-марсиански член не знал, как его и не учил Скалдер) член вспрыгнул в лоно красавицы, и она упрыгала со сцены со сладострастными воплями: “Хорошо! Ещё! Да-да!” “Да-два!” - передразнил её Скалдер и снова взял микрофон. “Слушайте меня, пиявки гипертонические! Да, я остался один, без члена, рук и ног! Но победа будет за нами!” Тут прозвенел звонок на обед, и все марсиане потянулись к выходу, не слушая Скалдера. На того из-за сцены наехал марсианский доцент Майборода. “Что ты несёшь?!” - стал орать он. - “Как это мы вас “похороним”?!” “Да пошёл ты!” - устало сказал Скалдер и опал без чувств, потому что потерял много крови. Майборода поставил в зачётке Скалдера “3” и ушёл. Скалдер проснулся: “Почему “3”? А “4”?” Тут слово взяла сестра: “О, парень захотел “4”! Да ты совок, Скалдер! Мы думали, что ты расскажешь любимым студентам об атомной бомбе и как её смастерить в домашних условиях, а ты нёс какую-то хрень! Правда, милый?” - обратилась она к скалдерову хрену, который вылез из её под-юбки, весь перемазанный спермой. “Так точно, мэм!” - сказал пенис. - “Сир, я на вас удивляюсь вместе со всей Дерибасовской!” “Чего ты несёшь? Ты дальше Дубровки из Москвы никогда не ездил!” - удивился Скалдер. “Нет, сир, я чистый одессит Мишка! Это про меня написано: “Ты одессит, Мишка! Ведь ты моряк, Мишка, моряк не плачет и не теряет свежесть, нежность и уход никогда!” Скалдер был поражён предательством друга: “Да ты п.др! Только п.дры могут ворсторгаться свежестью, нежностью и уходом!” “А мне теперь это фиолетово!” - заявил хрен и снова влез в трусы медсестры. Та элегантно поправила юбку и сказала: “А теперь, Скалдер, мы отрежем тебе голову и заспиртуем в качестве головы “Неизвестного Марсианина”!” “Не имеете права! Я буду жаловать Кофе Анону!” - закричал Скалдер. Тогда сестра молча принесла одну такую банку с головой внутри и дала Скалдеру прочитать этикетку: “Голова Неизвестного Кофе Анона”! Скалдер прослезился: “И ты, друг, тут!” Но тут бензопила медсестры вонзилась ему в шею, и больше он своей головой ничего не помнил. Вероятно, голова тоже открещивалась от него и предала. Осталось только тело со сломанной ключицей. Скалдер думал, что перелом ключицы - страшное дело, но теперь, без ног-рук и головы, он наплевал на ключицу. А в ключице-то был стпрятан передатчик на Землю. Его вмонтировали при рождении Скалдера добрые доктора Пистолетов и Неболит. Пока ключица была целая, передатчик молчал, но теперь он вырвался на свободу и стал на всю палату транслировать футбольный матч между командами “Зубило” и “Шайба”! Счёт был 12:1 в пользу “Зубила”, причём единственный гол забили “шайбовцы” сами себе. Скалдер кричал: “Потише! Потише! Щас нас заж.пят! И потом я болею за “Шайбу”!” Но передатчик не выключался. Прибежала медсестра: “Что это ещё за шум?!” Скалдер сказал: “Это я сам! Я сам ору, точно тыща фанатов! Фанаты ревут!” “Нет!” - сказала сестра. - “Это передатчик с Земли! Обожаю эти передачи! По программке после футбола будет передача о глобальной суперсвежести, мегауходе и ультранежности!” “Всё, мне крышка!” - подумал Скалдер отсутствующей головой. - “Меня никто никогда не спасёт из этого вертепа!” И тогда он понял, что надеяться может только на себя самого. Он встал с койки на обрубки ног и сказал: “Здесь это дерьмо командовать не будет!” - и сломал передатчик. Потом схватил сестру обрубком руки и сказал: “Я хочу в туалет по-большому!” Сестра в панике убежала, а безрукий-безногий-безголовый Скалдер шлёпнулся на пол и стал ползком выбираться из палаты. На его счастье в соседней операционной были выставлены, как демонстрационный образец, уродливые руки-ноги марсиан и написано: “Иногда рождаются и уроды! Полюбуйтесь!” Скалдер схватил эти руки-ноги и приклеил себе. Потом он нашёл зонтик. Это было оружие. Таким образом, Скалдер снова стал членистоногий. Он шёл по коридорам марсианской Академии имени марсианского Сербского и мочил всех встречных-поперечных зонтиком! Многих он перебил, но, наконец, вышел из здания Академии. “Простите, мосье, - сказал Скалдер прохожему и приподнял уродливой рукой край уродливой шляпы над уродливой головой, - не подскажите, сколько щас градусов ниже нуля?” “Изыди, Сатана!” - закричал прохожий и убежал, крестясь. “Наверное, надо было попроще сформулировать вопрос!” - подумал Скалдер. Он порылся в марсианском словаре и следующего прохожего огорошил вопросом: “Вы бреете себе задницу самурайским мечом?” В конце концов, Скалдер понял, что узнать чего-то можно у бомжа. “Эй, вонючка! Где здесь космодром?” “Не понимаю вас, господин!” - ответил испуганный бомж. “Не понимаешь, рожа марсианская?! А так?” - и Скалдер схватил его за шиворот. “В трёх блоках отсюда, господин!” “Что такое “блок”, дубина?” “Квартал! Сам дубина!” - ответил бомж, не потерявший, как видите, до конца своего марсианского достоинства. “Пошёл вон!” - сказал Скалдер и дал ему по заду зонтиком. Ему предстоял неблизкий путь, а уродливые ноги уже отказывались служить. Наступила жажда! Скалдер вылил из фляжки все 2 литра апельсинового сока в свою новую глотку, но всё пролилось сквозь пробоину в горле. Скалдер упал на колени и пополз в направлении космопорта. С каждым ползком пить становилось всё больше хотеть, а изодранные в кровь колени нестерпимо ныли. Через 15 метров отвалилась одна рука, через 25 метров - вторая. Через 35 метров Скалдер ожидал, что отвалится голова, но она были накрепко пришита белыми нитками. Недаром Скалдер в молодости занимался в кружке балалаечников, где также обучали и кройке и шитью! Наконец, голова отвалилась через 45 метров. Останки Скалдера приползли с трудом на космодром и обнаружили, что рейс на Землю откладывается на 18 часов по случаю нелётной погоды. Скалдер сплюнул и помер. Его похоронили в заспиртованной банке и написали: “У марсиан был Скалдер, они его любили. Он убил 5 марсиан зонтиком - они его любили. Но он нагадил на космодром, от чего все корабли стали съезжать по скользскому в сторону полярных шапок Марса, и марсиане Скалдера убили! В банку закатали и написали, что у марсиан был Скалдер: они его любили...” И так далее. По этому наглядному пособию сейчас и обучаются многие марсианские придуркуи-неучи в Академии имени Сербского для умственно-отсталых марсиан! К. P. S. Возникает резонный вопрос: как тогда девушка потеряла девственность свою, если Скалдер помер? Тут стоит вспомнить великую аксиому всех выдающихся личностей: “Скалдер жил, Скалдер жив и будет живее всех живых!” Его голограмма перенеслась на родную Землю, в Серпуховскую область Ставропольского края. Именно там все помнили родимое пятно на лбу у Скалдера, потому что именно этим лбом он на спор забивал гвозди в стол в пельменной. Так вот, голограмма (так как была невидима при свете) замоталась в шарфы, на нос нацепила очки с усиками бутафорские, а голову замотала бинтами. Оделась в плащ и в таком виде и брюхатила ставропольских девушек, так как больше ничего не умела. Брюхатить девушек, это вам не марки клеить! Тут нужно мастерски владеть языком. Девушки все были пьяные потому что и называли призрака Скалдера не иначе, как “Папаша глазастый”, так как призрак был в тёмных очках. Ну и шли с ним в номера, где и обслуживали. Повторяю, внешность для них не имела значение. Значение имел пенис. А пенис у этого Скалдера был из магазина “Интим” и назывался: “Член Кин-Конга”! Все свои сбережения, все 8 баксов, Скалдер этот отдал за эту игрушку. Он ничего сам, понятно, не чувствовал, но умел хорошо притворяться: “Да-да! Хорошо! Ещё! Молодец!” Ну а потом прошёл серный дождик, и Скалдера этого смыла мутной реки вода, помнящей, как радость Скалдера любила. На этом с ним было покончено. А новорождённых марсиан девушки называли именами Эдуард и Эдик. А также Святослав, Ярослав и Семёнушка (Кастраки) (фамилия) . Потому что постоянно были на “колёсах” их мамаши и не могли отличить здорового ребёнка от больного марсианством! Марсиане же маленькие, синие и глазастые. Ходят вечно голые, пока их не нарядить в валенки, пальто и шапку-ушанку. И они будут ездить по горке ледяной, и писать бате в ботики, и думать, что крутые. К.

 

ПИСЬМО В НИКУДА-3338,9-3341,4

25 октября 2012 года. А ещё я вспомнил хороший рассказ про детство, как туда высадились комбайны! А я хотел, чтобы следующий был про детство микс. И я с помощью Гугл нашёл его! И вот он:

ПИСЬМО В НИКУДА-1909,9-1912,3

4 октября 2008 года. Простенький рассказ про то, как на детскую местность Кратово высадились комбайны. А комбайны это не те, что сеют хлеб, а некие солдафоны с горящими глазами. Но пока они ещё не высадились, мы насладимся сладкими описаниями детской природы. Светило солнышко. Летали стрекозы. Стрекотали кузнечики. Плавали вверх брюхом жуки-плавунцы, потому что разомлели от жары, и им было внапряг шевелить лапами и плыть нормально. Маленький мальчик Саша остановил велосипед на берегу пруда и стал вылавливать жучков в свой гербарий. Он зачёрпывал плавунцов сачком и бормотал: “Попались, жучки!” И жучки попадались, потому что были не способны к сопротивлению злу насилием. Но вот на солнце нашла тучка. Стало темнее. Стал накрапывать дождик. Саша закрутил педали назад в дачу, чтобы пообедать с мамой. Но никто не знал, что в даче номер 34 злобный мальчик Пучик открыл в это время телепорт! Открыл он его случайно: он сидел на толчке, на “очке” с рулоном бумаги и думал: “Как бы мне открыть такой телепорт, чтобы из “очка” на Землю полезли комбайны? А я бы стал их Главным Военначальником?” Но он был всего лишь мальчик, ничего не понимающий недоучка по физике! Как он мог открыть телепорт? Но вдруг ему попалась на глаза надпись на обёртке рулона туалетной бумаги. Там было написано: “Специальная туалетная бумага для открытия телепорта! Способ применения: не перепутайте: бросьте рулон внутрь в “очко” и ждите! Не перепутайте в том плане, что сами не бросьтесь вниз вместо рулона!” Как кажется, всё было просто. Пучик бросил бумагу в “очко” и стал ждать. И произошло открытие Телепорта! Засверкали молнии, ударил гром! Высветило розовое сияние, и из “очка” попёрли комбайны! Они сделали вид или на самом деле не заметили Пучика, но принялись топтать его кованными сапогами! “Что вы делаете?!” - кричал злобный мальчик! - “Я же вас породил!” Но комбайны не понимали по-русску грамматику и затоптали малыша Пучика! И попёрли в столовую, чтобы набить свои брюха, так как проголодались за время перелёта в космосе! Все взрослые в панике перед комбайнами попрятались по дачам, Саша от неожиданности свалился с велосипеда и разбил коленку! Он стал свидетелем того, как комбайны расстреливали беззащитных поваров, поварят и дядю Ваню, заведующего хоздвором! Слёзы навернулись на глаза доброго Саши! “Что вы делаете?! Так нельзя, нахрен, делать!” - закричал он, но его самого чуть было не расстреляли! И тогда он, плача, закрутил педали и приехал домой в дачу! Он знал, что делать. В даче номер 8 на горшке сидел маленький Борец со Злом по имени Кондом Хлимен! Все прочие ребята смеялись над его дурацким именем, и только Саша, только Саша не смеялся, потому что он подозревал, что в этом карапузе скрыты большие потенции по спасению Мира! Он, Саша, вбежал в дачу номер 8 и закричал Кондому: “Кондом! Твой час пробил! Иди спасай мир и столовую от комбайнов!” Но Кондом был ещё слишком мал, чтобы понимать русскую грамматику! Он сказал: “Баба! Мама! Дай!” Больше он не бачил! И тогда на глаза Саше попался другой рулон туалетной бумаги, на котором было написано: “Средство по мгновенному взрослению юных Хлименов! Инструкция: засуньте кусок этого рулона в глотку Хлимену, и он повзрослеет!” Саша, не долго думая, принялся засовывать кусок в горло Хлимену! Но тот упирался, он не хотел взрослеть! Тут в воздухе застрекотал “охотник” комбайнов! Это был истребитель, направленный как раз на уничтожение Кондомов Хлименов, которые были в каждом дачном посёлке Подмосковья! Что делать?! Саша в панике сам сожрал пол-рулона бумаги, показывая малышу, что “это вкусно!” Безрезультатно! Тогда Саша помазал бумагу мёдом и попытался скормить Хлимену! В это время “охотник” застрочил из пулемётов и снёс начисто крышу домика! И тогда до Хлимена дошло! Он сам взял бумагу, тщательно прожевал беззубым ртом и сказал: “Чего ты раньше-то молчал про “охотник”?” “Да я... Да ты...” - сказал только Саша, с восторгом наблюдающий, как округляются хилые трицепсы и бицепсы Хлимена, и тот превращается в грозного воина! “Я полон силы!” - сказал Хлимен и упал с горшка, запутавшись в своих штанишках! “Так!” - понял Саша. - “Тебе нужен геройский прикид! Где у тебя одежда отца?” Оказалось, что отец у Кондома был водопроводчиком, а также по совместительству водолазом в пруду, чтобы вытаскивать ненарочные трупы водоплавающих! Поэтому Саша приторочил Кондому на голову водолазный шлем! “Ничего не вижу!” - закричал Кондом в то время, как “охотник” пошёл на новую атаку на “бреющем” полёте! Саша перевернул шлем задом наперёд и хлопнул Борца со Злом по плечу: “Вперёд, Хлимен!” Хлимен покачнулся и упал носом в лужу нечистот, не могя самостоятельно подняться! Пока Саша с Божьей Помощью его поднимал, “охотник” снёс пол-дома! “Ага! Тебе нужно специальное оружие!” - сказал Саша и стал лихорадочно читать дальше на рулоне туалетной бумаги! Но там говорилось только, что эта бумага - прекрасное сочетание цены, длины и качества! И ни слова про оружие! В это время комбайны, крича “Банзай!”, бросились в штыковую атаку на дачу номер 8! Они были со всех сторон! Саша понял: надо убить комбайна и завладеть его оружием! Поэтому он спрятался за дверь и приготовил столовый нож! А Хлимен изображал себя самого! Он кричал: “Я здесь! Я безоружен, так как и так очень опасен!” Один из солдат вбежал в дверь и получил удар по шее кухонным ножом! Но Саша был очень слаб, чтобы пробить стальной воротник солдата, поэтому тот забегал и закричал: “Ой, как больно!! Мамочки, чего вы дерётесь?” “Отдавай оружие!” - холодно сказал Саша. - “А то ещё получишь!” “Прощай, оружие!” - сказал комбайн и отдал свою отвёртку! “Что это за хрень?” - не понял Саша. - “Почему отвёртка?” “Потому что я из штрафбата!” - сказал солдат. - “Нам автоматов не доверяют! Только лопатки и отвёртки!” “Ну что за дибильный солдат нам попался!” - раззорялся Саша. - “Иди зови нормального, с автоматом, только не дай Бог не скажи ему, что здесь засада! Я положу в твои карманы тола-взрывчатки, если ты скажешь что-то кроме “всё в порядке!”, то тол взорвётся!” И Саша напихал в карманы солдата огурцов и помидоров, которые нашёл на кухне. “К счастью, я знаю, как будет по-немецки “всё в порядке!” Это будет: “Аллес ин орднунг!” - сказал Саша. “Какой ты вумный!” - поразился Кондом Хлимен. “Это единственные слова, которые я знаю!” - сказал Саша. В это время комбайн вышел и стал орать громче всех: “Аллес!! Ин!! Орднунг!!” К нему сразу подъехала Скорая Комбайновая Перевозка из Психушки, потому что все решили, что он тронулся! “Кажется, наш гениальный план провалился!” - сказал Саша Хлимену. - “Ну-ка, давай продолжай заманивай их! Может, нам попадётся офицер!” И точно! Следующим в дачу номер 8 проник офицер с пистолетом. “Ну что это за хрень?” - не унимался Саша. - “Ну-ка марш за автоматом! А ещё лучше принеси нам РПГ, то есть, гранатомёт! Понял, нет, балда? Понял, кто с тобой разговаривает? С тобой разговаривает Директор! Саша!” “Меня это не интересует!” - нагло сказал офицер. - “Я - чукча, приехал за алиментами!” “Давай, чукча, руки в ноги, ноги в руки, иначе я прикончу вашего любимого Хлимана!” - пригрозил Саша! - “С кем тогда будете воевать? Кого тогда будете причёсывать?” Офицер вышел из дачи. “Про “причёсывать” я просто так сказал!” - сказал Саша Кондому. - “Всем известно, что ты лыс, как полено!” “О да! Я лыс!” - стал крутиться Хлимен около зеркала. - “Но я полон сил!” Саша снова подхватил его, чтобы он снова не упал носом в пол. “Твои силы, о Хлимен, нам скоро пригодятся! Щас нам принесут гранатомёт, ты взоберёшься на остов твоей дачи и собьёшь штурмовик! А потом попробуем закрыть телепорт в 34 даче!” - сказал Саша. Но гранатомёт им никто не спешил нести! “Обманул офицер! Мне его рожа сразу не понравилась! Не поверил я этой хитрой роже!” - сказал Саша. А Хлимен сидел в углу перед зеркалом и бормотал: “Мамми! Паппи! Дай!” “Ладно! Пора самим выйти из дачи!” - сказал Саша, и они бросились короткими перебежками вон! Комбайны застрочили и стали кидаться лопатками и отвёртками, но тщетно! Прорезиненный костюм Хлимена держался молодцом, его только поцарапало! В то время, как Саша был контужен! “Саша! Ты умер! Они убили тебя!” - зарыдал Хлимен. “Нет! Саша только контужен!” - сказал Саша. Между тем наступило 14-00, время утреннего кормления у комбайнов. Так как они были крайне пунктуальны, то перестали стрелять и стали жрать из своих походных котелков! Штурмовик тоже опустился за лесом и затих. Но Саша тоже был пунктуален, как и Кондом. Саша освободил свою грудь и дал Кондому пососать! Саша забыл, что он ещё не может вырабатывать молоко, и накормить Кондома не в состоянии! Кондом пососал-пососал, ничего не высосал, но из вежливости сказал: “Спасибо! Я уже не голоден!” “Если что, присасывайся ещё!” - любезно сказал Саша. - “Нам бы достать настоящую кормилицу! Что я? Я только учусь! А вот молочная тёлка нам бы помогла!” Тут как раз по дорожке шла глухонемая тётя Оксана. Так как она не слышала, то не знала, что на посёлок совершено злодейское нападение комбайнов. Она шла с вёдрами на колонку за водой. “Оксана!” - сказал проникновенно Саша. - “Будь так любезна, накорми Кондома грудью!” Но Оксана ничего не услышала! Тогда Саша подбежал к ней, сдёрнул с неё майку и поднёс её груди к носу Хлимена! “Всё приходится делать самому! За всех приходится думать!” - возмущался Саша. - “Давай корми его, а твои любимые сериалы по ТВ мы запишем, ты ничего не пропустишь!” Оксана принялась кормить Хлимена! Тот насосался и чуть не захрапел! “Хватит спать! Пора за работу!” - сказал им Саша. - “Комбайны тоже насосались!” И точно! Те снова бросились в атаку! Тут из-под юбки Оксаны вывалился откуда ни взявшийся гранатомёт! “Тебя нам послал сам Господь!” - обрадовался Саша и вручил гранатомёт Кондому! Тот повертел эту штуковину в руках, а потом грустно сказал Саше и Оксане: “К сожалению, у меня нет достаточных навыков, чтобы использовать этот гранатомёт!” “Да какие, к чёрту, навыки?!” - закричал Саша. - “Жми на курок, и всё!” Кондом послушался и первым своим выстрелом стёр с лица Земли дачу номер 24! “Да не туда ты стреляешь! В комбайнов стреляй!” Но тут в гранатомёте кончились патроны! Саша и Хлимен и так обследовали Оксану, и этак: нет у неё больше снарядов! Один и был всего! “Ну что за народ такой?!” - возмущался Саша. - “В драке не помогут, в войне победят! Пошли, Кондом, в рукопашную!” И вот Кондом Хлимен, неукротимый, будто дикий зверюга, принялся мочить комбайнов кулаками! Пока он их мочил, Саша под шумок отправился в 34 дачу, чтобы закрыть телепорт! Но как? К счастью, ему на глаза попалось средство для мытья унитазов “Фэйри”! На котором чёрным по оранжевому было написано: “Налейте средство и ждите 15 минут!” Саша налил и стал ждать. Ничего не произошло. Он стал читать дальше: “Пошевелите ёршиком, и любой телепорт закроется, так как “Фэйри” закрывает все известные типы телепортов! Они просто дохнут!” Саша пошевелил ёршиком, сияние, грохот и молнии утихли, и “очко” стало просто “очком”! При виде этого все комбайны в панике прекратили месить Хлимена и бросились к даче номер 34! Они бились лбами об “очко”, как рыбы об лёд, но телепорт уже не работал! “О, наша свиноматка! О, наш свинобатька!” - кричали комбайны! - “Мы отрезаны от исторической Родины! Придётся нам совершить самоуничтожение!” И они стали взрываться, как воздушные шарики, наполненные желчью! “Что это такое? Что происходит?” - спрашивал в недоумении Кондом Хлимен! Саша обнял его за водолазный шлем: “Ничего особенного! Но тебе лучше туда не выходить, пока не почистят ковры!” Вот так Саша и Кондом предотвратили тотальное истребление землян и Земли! Снова выглянуло солнышко, зачирикали птички, зажужжали мухи, всё вошло в своё русло. И только одинокая отвёртка, брошенная штрафбатником, напоминала о страшных событиях, свидетелями которых мы были! А лето жило своей летней жизнью! Саша и Кондом пошли покататься на лодках и порвать малины с прибрежных кустиков! К.

 

ЭПИЛОГ

Вот так просто, без затей я за 3 дня закончил этот цикл. Потому что в прошлом было много хороших рассказов, которые канули в лету. И я их освежил. Выбрал, главное. Может, если не выбрать, они и покажутся ерундой, но выбранные - гениальны! Я мыслю и второй цикл устроить из миксов. Потому что мне уже можно, я 10 лет пишу. И промиксованные, даже песни выглядят хорошо, потому что автор идёт по своим следам! К.

 

 

Александр

Барсуков

 

Страна

сказок-335

 

(“Письма в никуда”-335)

 

2012

 

ПИСЬМО В НИКУДА-3341,4-3352,2

25 октября 2012 года. А теперь замиксую 2 ПВНа, которые больше всего похожи на сказки. Там такая мистика. В первой действие в массонский ложе, а во второй - Али-Абу стережёт овечек по ночам. Чисто сказочные сюжеты. А то я от напрягов уже устал - там комбайны, орущий Скалдер, устал. Нечто спокойное. Зато после этих двух сказок вас ждёт тяжёлое эпическое полотно “Война и Жир”. Щас только случайно натолкнулся. Оно показывает, что я - широкий автор и могу писать про что угодно. А про войну получается эпически. Читать, конечно, тяжело. Но не всё же сказки!

ПИСЬМО В НИКУДА-1927,6-1930,6

15 октября 2008 года. Мирная спокойная сказка о том, как на Землю напали инопланетяне. Вас интересует вопрос, опасные ли они? Это неизвестно. Известно лишь, что они всех нас убьют! На самом деле сказка про женщину Ларису. Испытывала эта Лариса женские оргазмы и думала: “А как бы мне испытать мужской оргазм? Что это такое?” И она написала письмо доктору Маршаку. “Ничего особенного!” - ответил ей Маршак. - “Просто вам приятно. Вот что такое мужской оргазм!” И поняла тогда Лариса, что тайны никакой нет, и всё понятно! И выбежала она голая под дождь, и стала играться, как святая детвора, не боясь в последствии заболеть! А так как она была голая, то моментально простудилась и заболела! Вернулась она домой, перхает, кашляет! Ей её муж Степан говорит: “А! Опять напилась!” И давай бить её скалкой по попе! А она говорит: “Оставь меня, старушка! Я в печали! Заболела я!” Степан удивился, потому что Лариса никогда не болела дома, только если у неё был приступ чумы. Да и то, она тогда выпивала аспирина и шла на работу. А работала она на Ивановской Стелькодельной Фабрике и выпускала стельки для обуви. И вот она говорит: “У меня чума, Степан! Умираю я!” А он говорит: “Выпей аспирина и марш на работу!” “Тебе показать справку от моего врача?” “Если ты не пойдёшь, я дам скалкой по ж.пе и ему! Подожди, это не тот ли врач, с которым ты голая только что плясала под дождём? Который тоже был голым?” “Нет, Степан! Какой ты тупой! Это - известный в своих кругах доктор Маршак! Вместе со справкой о сущности мужских оргазмов он выдал мне и справку, что у меня чумка, читай - чума!” “А!” - понял тупой Степан и пошёл читать газету, пить пиво и смотреть футбол, так как потерял всякий интерес к жене, узнав, что у неё справка об оргазмах! Больше она его как женщина не интересовала! “Но почему?” - стала спрашивать Лариса, вползая в комнату с телевизором, так как чумка заиграла в решающую стадию, когда больная может только ползти и спрашивать у всех: “Что да почему?” “Ты ещё слишком больна!” - сказал Степан. - “Тебе нельзя этого знать, иначе это знание прибьёт тебя насмерть! Иди к Свету!” И он схватил Ларису и вышвырнул её из окна на улицу! А жили они на 8 этаже! И именно за окном был как раз тот самый свет, к которому Лариса должна была и идти! Но к счастью, она не разбилась, потому что зацепилась подтяжками за подоконник! А была она в подтяжках по обычаю всех работниц Стелькодельной Промышленности! И вот она висит и с ужасом чувствует, что чумка отступает! “Меня сочтут дезертиршей и симулянткой!” - думает Лариса. И точно: внизу скопился голый народ, который по обычаю всех жителей этого сумасшедшего посёлка номер 17 вышел погулять под дождь, как святая детвора! Все они смотрят вверх, у них всех встают половые органы, потому что Лариса - женщина писаной красоты и в одних подтяжках! И они ей кричат: “Ты симулянтка и дезертирша! Мы не верим тебе! И даже больше: мы не любим тебя! Плохая тётя!” А Лариса им отвечает: “Я не плохая! И я действительно на грани смерти! У меня прогнившие подтяжки!” Но голые люди уже разошлись по домам, чтобы как святая детвора, предаться плотской любви друг с другом! И тут подтяжки лопаются, и Лариса летит вниз и давит своей тушой бурундучка! “Что я наделала?!” - кричит Лариса в пустоту! Но бурундучок встаёт и говорит: “Я-то ничего! Давай с тобой договоримся: моей жене нужна пара стелек! По рукам?” “Что за неудачный вечер в моей неудачной жизни?” - говорит Лариса. - “По рукам!” И вот она сбегала домой и принесла раненому бурундучку пару стелек, потому что стельками у неё было всё забито: и антресоли, и под кроватями, и на балконе! Так как выносила она под шумок с фабрики именно стельки, потому что больше нечего было! Бурундучок взял стельки и говорит: “Именно 42-ой размер, как я и люблю! Как ты догадалась, что именно 42-ой?” “Потому что у меня только сорок второй, вымогатель!” - говорит Лариса, ёжась от холода, так как похолодало! - “Моя линия выпускает только 42-ой!” “О, это прекрасно, это чудесно!” - говорит бурундучок. - “За то, что ты такая умная и отличающаяся сообразительностью, я открою тебе Страшную Тайну всех бурундучков этого посёлка номер 17! Ты не пожалеешь!” “А может, не надо?” - спросила трусливая Лариса. - “Может, это так страшно, что убьёт меня?” “Не страшнее, чем выходить голой под дождь!” - веско заметил бурундучок. - “Пошли в мой чертог!” И вот голая Лариса вместе с бурундучком пошла к нему в чертог! Они шли тёмными просеками, и разные наркоманы и алкоголики свистели и улюлюкали при виде голой Ларисы, но мудрый бурундук говорил: “Не обращай внимания! Это - больные люди! Недочеловеки! Только мешают нам спокойно жить и функционировать!” Наконец, открылся широкий проспект, освещённый множеством фонарей! Он как раз вёл в чертог зверька, который был как раз в конце проспекта. Лариса удивилась: “Как тебе удалось построить здесь проспект?” На что бурундук зло сострил: “На выручку от продажи стелек! Которые я отбираю у тех, кто на меня падает, тупая Лариса!” Короче, он не хотел признаваться, как. И Лариса не настаивала, решив, что пусть это останется тайной, раз бурундук не хочет говорить об этом. Бурундук открыл шифром кодовую дверь из стали толщиной в полметра и впустил трепещущую женщину внутрь. На вопрос сторожа-бурундука: “Кто идёт?!” наш бурундук ударил сторожа кулаком в морду! Сторож отлетел и затих. “Потом он мне скажет: “Я бы тебя и так пустил, если бы ты не распускал рук! А теперь ты влип! И живым отсюда не выйдешь!” - сказал бурундук Ларисе. “А ты скажешь: “Тебе что, было мало разговора у калитки?”, да?” - спросила восхищённая смелостью своего спутника Лариса. “Нет, - сказал бурундучок, - я так говорить не буду, потому что я выйду через другой выход! Я его больше не встречу никогда в жизни! Тем более, что он вне себя после моего удара, и быть может, уже никогда в себя не придёт! Так случается со всеми жителями нашего посёлка номер 17, после чего они выходят голые под дождь и критикуют всех, кто висит на подтяжках на подоконниках! Да не тебе мне это объяснять!” - прервал сам себя бурундук и вошёл в кабину лифта.- “Этот лифт доставит нас прямиком в мою обитель! Это 10 этажей под землёй! Держись, Лариса!” И лифт загромыхал вниз! Но, как это всегда бывает, случились неполадки! Лифт вдруг оборвался и стал падать вниз! “Хватайся за трос!!” - закричал бурундучок Ларисе! Лариса схватилась за железный трос! “Ну что ж, - сказал бурундучок, - раз лифт упал без нас, нам придётся на руках спускаться вниз!” “Между прочим, трос ободрал мне все руки, и я щас упаду!” - сказала Лариса! “Не дрейфь, Лариса!” - сказал зверёк. - “На тебе одну из стелек! Другая будет у меня!” Лариса взяла стельку и обмотала руки. Ей полегчало. Через 5 этажей проход лифтовой шахты так сузился, что Лариса закричала бурундучку: “Бурундучок, подожди! У меня таз не пролезает!” “Да брось ты свой таз!” - отвечал зверёк. - “Я тебе потом новый куплю!” Наконец, таз пролез. Через этаж Лариса почувствовала, что у неё начались боли! “У меня начались боли!” “Какие?” “Менструальные!” - ответила она раздражённо! “Час от часу не легче! Ты меня уже достала, Лариса! Подождать не можешь? Мы почти спустились!” - отвечал бурундучок. Тут внизу что-то загрохотало, и упавший лифт, похоже, принялся подниматься вверх! “Вот чёрт!” - сказал бурундучок! - “Это лифт едет вверх! Сможешь запрыгнуть ему на крышу?” “Если ты дашь мне вторую стельку!” - ответила Лариса! Положение было критическим! Они с трудом запрыгнули на крышу лифта, который привёз их обратно на первый этаж! Двери лифта растворились, и из него вышла жена бурундучка в красной шляпе, красных штанах и с красным зонтиком в руках! “Моя дорогая!” - сказал с сарказмом бурундучок. - “Ты нас чуть не убила!” “А я знала?” - спросила жена. “Теперь знаешь! Ты куда намылилась? За овощами? Молодец! Пошла вон отсюда! Не видишь, у меня - гости!” - сказал зверёк жене. Жена скептически оглядела Ларису и сказала: “А чего она не одетая?” “Потому что это необходимо для обряда посвящения в Страшную Тайну Бурундуков!” - ответил бурундук. - “Мы будем голые пить из кубка церковного вина и потрошить козлёнка, которого принесём в жертву у Алтаря!” “У Алтыря?” - переспросила жена. “У Алтаря, глухая тетеря! А теперь марш отсюда вон за овощами! И передай привет от меня охраннику около двери! Ты ему скажи: “Меня, мол, муж отправил к синему “шевроле” за углом!” Он тебе скажет: “Этот гад ещё что-то вякает! Он будет тут свои порядки наводить!” А ты ударь его по шарам и скажи: “Это тебе привет от “этого гада”! Тебе что, было мало разговора у калитки?” “Нет, боюсь, я сдрефлю!” - сказала жена. - “Я - бедная женщина, пенсионерка, я каратэ необученная! Сдрефлю я!” “Кого я только взял в жёны!” - раззорился бурундук. - “Как будто не сам выбирал! Надо было мне взять в жёны Лору Крафт - расхитительницу гробниц!” “Дура твоя Лора! У неё в голове меньше, чем на ней надето!” - стала спорить жена. “Зато она знает смертельную борьбу боритцу!” - веско сказал бурундук. - “А тебе щас охранник надаёт по шеям за меня! Ну и ладно! Не убьёт же! Он женщин принципиально не убивает! Иди, женщина, и без овощей не возвращайся!” И обиженная в лучших чувствах жена ушла к входу в логово бурундука. “Так!” - сказал Ларисе бурундук. - “Теперь, когда все формальности соблюдены, мы снова воспользуемся лифтом!” “Ну уж нет!” - сказала Лариса. - “Я пойду по лестнице! Хватит с меня вашего лифта!” Бурундучок согласился, и они спустились вниз по лестнице. Перед ними открылся огромный (100 метров на 100 метров на 100 метров) зал, по краям которого висели флаги с масонской символикой. “Так ты что, масон?” - спросила с испугом Лариса! “Ну масон, масон, - ответил бурундук, - ничего опасного! Тебе понравится их религия! Не страшнее, чем буддизм или христианство! По-крайней мере, так же забавно и тупо! Поверь, мне необходимо было стать масоном, чтобы резать козликов на жертвоприношении! Даже у Тарковского есть такой фильм “Жертвоприношение”, где мужик трахает тёлку! Это и есть жертвоприношение! Но я с тобой щас такого проделывать не могу, потому что у меня ещё хотелка не доросла, чтоб трахнуть тебя, маленькая хотелка!” “Ну, Слава Богу!” - сказала Лариса. - “Потому что я, в некотором роде, замужем!” “Ты через 5 минут забудешь и имя своего мужа, и имя любимого кота, потому что перед тобой откроются тайны, которые тебя перетрясут!” - сказал загадочный бурундук и пошёл в центр зала, где возвышался Алтарь! На Алтаре лежал дохлый козлёнок! “Вот чёрт! Силы Тьмы продолжают препятствовать мне!” - сказал бурундук. - “Эти твари, эти мои отпрыски, уже перерезали козлу горло! Ну ничего! Мы его сперва воскресим, а потом снова прирежем! Ну я им дам по ж.пе за такое!” Прожекторы, освещавшие углы гигантского подиума, потухли, остался только красный прожектор, освещающий Алтарь! “На, надень это!” - сказал бурундук и дал Ларисе балахон с прорезью для головы. Лариса с удовольствием оделась, потому что голая зябла в этом сквозняковом помещении. На пузе её была изображена масонская звезда. А у горла красовался ярлык магазина “Старьё берём!” “Оторви ярлык!” - приказал бурундук. - “Забыли в спешке! Нам он больше не понадобится, мы балахон возвращать не будем!” Потом бурундук надел балахон Мастера и принялся передвигать ножками дохлого козлёнка и говорить: “Бе-е-е! Бе-е-е!” Потом он стал подбрасывать козлёнка в воздух! Козлёнок шмякался об Алтарь, падая. “Какой резвый козлёнок!” - поделился бурундук с Ларисой. - “Очень жизнерадостный по жизни! Замочить его будет целой проблемой!” А сам добавил шопотом: “Подыграй мне! Наши Боги должны видеть, что козлёнок живой в стельку!” И Лариса сказала: “Удивительно подвижный живоиграющий животрепещущий козлик! Как жаль будет лишить его этой жизни!” Красный прожектор погас, зажёгся зелёный! “Ну всё, поверили!” - объявил бурундук. - “Теперь переходим к Плану “Б”!” И он воткнул в козла кривой ятаган! Из козла вылилась капля трупного яда! “О, капля крови!” - застонал бурундук. - “Тебя то мы и ждали! Сейчас мы нальём тебя в кубок и оросим тобою наши разгорячённые тела!” “Ты что, действительно хочешь ею оросить наши тела?” - спросила с ужасом Лариса. - “Это же ядовитая капля!” “Не мешай, женщина! Ты ничего не смыслишь в Обряде!” - отрезал бурундук и принялся намазывать свой масонский знак на пузе каплей яда! И Ларису смазал. “Вот теперь мы готовы!” - возгласил бурундук! - “Откройся же перед нами Святой Грааль!!” Что-то заскрипело, какие-то шестерёнки затрещали и закрутились, и, о Чудо!, потолок Залы разъехался в стороны! И сверху загорелось какое-то сияние! “Готовься, Лариса!” - сказал бурундук. - “Сейчас ты познаешь Тайны Вселенной!” Сверху начало накрапывать! Это был дождь! И упала, вертясь, бумажка, на которой была написана Тайна Вселенной! Бурундук быстро подобрал её, прочитал и сунул прочесть Ларисе! Лариса с ужасом и благочестивым трепетом прочитала: “Когда на Земле идёт дождь, значит: Бог без штанов!” Потолки со скрипом закрылись, всё стихло. Только зелёный прожектор продолжал гореть. “И это всё?” - разачарованно спросила Лариса. - “И ради этой фигни мы убивали козла и висели на тросах лифта?! Это же фикция! Я и сама знала эту Тайну! Фигня это, а не Тайна!” Бурундучок сидел тихо у подножия Алтаря, свет падал на его лысину. Он печально сказал: “А ты чего хотела получить от Бога в нашем забытом Богом посёлке 17? Скажи спасибо, что он ещё не показал тебе эту свою задницу! Ну что ж, жертвоприношение свершилось, пошли отсюда!” И они вышли из огромного зала и пошли, как и обещал бурундук, к другому выходу, чтобы не встречаться с охранником и ничего ему не доказывать более. Другой выход был простой тропинкой среди скал. Она, виляя, вывела их к вечернему небу, на опушку леса. Уже светало. Небо было окрашено синими тонами. “Сейчас рассветает в 8 утра!” - сказал бурундучок. - “Прощай, Лариса! Не поминай лихом! Нам нужны такие женщины, как ты, которые работают именно на 42-ом размере стелек на Фабрике! Может, я с тобой ещё увижусь по вопросу приобретения стелек! Ты не знала, но щас узнаешь, что в другом обряде Жертвоприношения мы используем как раз эти стельки! Ну а теперь прощай! Чао какао! Беги домой по звезде Северная Аврора! По Северному Полюсу! И попадёшь как раз в посёлок 17!” Лариса тоже распрощалась с бурундуком и побежала голая по лесу, шарахаясь от алкоголиков! Она прибежала домой ещё до рассвета и грохнулась на койку. Как по волшебству, её чумка прошла, и она могла снова выходить на работу сегодня, что она и сделала. Радости Степана не было границ! Он говорил: “Я же говорил, что выпей аспирина - и на работу! Ты даже не представляешь, какие приключения у нашей Сборной по футболу были в матче с Аргентинцами, я смотрел! Наши проиграли 0:19! Вот это был матч! Куда тебе такие приключения!” Лариса хотела ответить, что у неё-то были побольше приключения, но осеклась, потому что Степан ей бы всё равно не поверил! Много идиотизмов в посёлке 17, но бурундучков-масонов там никто ещё не встречал! Не поверят. И на Фабрике сослуживицы Ларисы не поверят. Так что эта Тайна умрёт вместе с ней, если только она не сядет за компьютер и не напишет эпохальные Приключения Гаррика Полотёра и Дохлого Козла! И не станет всемирноизвестной писательницей авантюрного жанра! Но для этого надо иметь хоть какие-то мозги, а в голове Ларисы были только стельки, да как накормить мужа Степана. Писательницей ей не стать никогда! К.

ПИСЬМО В НИКУДА-3041,9-3044,4

19 декабря 2011 года. Скучная сказка. Жила-была девица Анна. И была у неё хилая грудь. И Анна долго убивалась по этому поводу. А тут ещё на лбу у неё выступили прыщи! И она решила покончить жизнь самоубийством, бросившись под поезд! Но поезд опаздывал на 18 часов! И тут пришёл молодой человек Андрейка! И Анна полюбила его навсегда! А Андрейка в ус не дует, стал другую целовать. И тогда к Андрейке пришёл родной папа Анны доктор Пистолетов! И говорит: “Скажи мне, Андрейка, скажи, как родному папе: почём опиум для народа?” “Какой опиум, папа?” - спрашивает Андрейка. “Обычный опиум, обычный, под которым я щас и нахожусь!” - сказал Пистолетов, так как недавно вколол себе опиум и заговаривался. “Пошёл вон! Вон пошёл!” - заорал на него Андрейка! И тут в дверь вошёл Борец со Злом Кондом Хлимен! Он схватил Андрейку за грудки и сказал: “Пока вы здесь разговоры разговариваете и базары базарите, мир в опасности!” “А что случилось?” - спросил Андрейка. “Случилось страшное! Отвергнутая тобой Анна, девушка, обратилась к Богу и попросила его исполнить её желание! И он его исполнил! А пожелала она превратиться в огромного белого надувного матроса с надписью “Мишлен”! И теперь она ходит по улицам и своим толстым задом давит ничего не подозревающие машины! Ни в чём не повинных людей!” - сказал Кондом. “Это ужасно!” - сказал Пистолетов. - “Ещё опиума!” И сестра вколола ему ещё опиума. А потом сказала: “Я хоть и простая сестра, пруд пруди, но у меня есть Метода, как победить Анну! Надо пропороть её пузо самурайским мечом! И займётся этим один человек! Нет, не я! Ты!” - сказала она Кондому. Ему было не привыкать сражаться со Злом. Поэтому он сказал: “Отлично! Я пойду и спасу мир!” Он взял меч и отправился на улицу. В это время Анна в виде Мишлена в ярости переворачивала автомобили и давила людей! “Что ты делаешь?!” - сказал Кондом и выключил пылесос, который заглатывал плюшки! Это у него такой был. Но потом он, Кондом, встал и сказал Анне: “Что ты наделала? Что я наделал? Погубить счастье своими руками!” “У той статуи всё равно не хватало одной руки!” - сказала Анна про статую, которую она покалечила. - “А что касается пешеходов (которых она раздавила), то это всё равно были все люзеры!” “Да я не про них!” - сказал Хлимен. - “Я про нас! Ты в своих узких джинсах просто обворожительна! И мне искренне жаль, что придётся пристрелить тебя!” “Послушай, вонючка!” - сказал неожиданно доктор Пистолетов, хватая Кондома за руку. - “Она моя дочь! О, моя дочь!” “И ты туда же, папаша! Тогда мне придётся убить и тебя!” - сказал Кондом. Но неожиданно его схватила за шиворот огромная лапа Анны и забросила на небоскрёб! Потом Анна полезла по небоскрёбу этому наверх! “Анна! Не делай этого! Я одолжу тебе денег!” - закричал Пистолетов! Но было поздно! Анна взобралась на здание и схватила Кондома! А потом с криком “И-ха!” прыгнула в ближайший океан, забрызгав японских туристов, которые лихорадочно снимали это на фотики! “Теперь она превратится в Годзиллу?” - спрашивали дети у своих родителей. - “А как же Хлимен?” И тут волны выбросили на берег тело Хлимена! Оно перевернулось: в спине торчал золотой кинжал! А Анна из глубин океана прокричала: “О, моя мать!” “А кто её мать?” - спросили все у Пистолетова. “А я откуда знаю? Я не запомнил. Это было в коллежде на спор на 8 банок пива!” И тут Андрейка сказал: “Нет, это всё ужасно! Смерть Кондома! Кто теперь будет сражаться со Злом? Я попрошу Бога, чтобы он всё вернул обратно!” И он закричал: “Эй, Бог! Вертай всё, как было!” И вот ничего нет. Затемнение! Потом все очнулись: сидят за столом на кухне! Анна в виде девушки, Пистолетов, Кондом и Андрейка. Пистолетов говорит: “Пора тебе, Анна, выходить замуж!” “Но как же мои прыщи?” - спрашивает Анна. “Прыщи замажем зелёнкой! Зелёный цвет - это прекрасно! Цвет весны, листвы! Молодости!” - говорит Пистолетов. И он берёт зелёнку и начинает замазывать Анну зелёнкой. Замазав, он отходит на шаг и любуется своим трудом! Тут на полу стоит ваза. От стыда Анна ныряет в эту вазу! “Не беда! Щас вытряхнем!” -говорит Кондом и ударяет по вазе кувалдой! И ваза превращается в чайник с двумя носиками! А потом - в ночной горшок! И Кондом вытрясает из него Анну. А потом горшок снова стукается об пол и превращается обратно в вазу. “Ты мне мила и зелёная!” - говорит Кондом. “Но мой жених - имеющийся здесь Андрейка!” - говорит Анна. И Андрейка говорит: “Вы, Кондом, опорочили высокое звание Борца со Злом! Вы оскорбили честь дамы! И я вызываю вас на дуэль!” “Вот интересно, чем я это мог её задеть и оскорбить?” - спроосил Кондом и посмотрел в монокль себе на штаны. “Не важно чем, а важно, что задели!” - сказал Андрейка. И все пошли на Чёрную Речку стреляться! “Теперь сходитесь!” - сказал Пистолетов! И вот Андрейка стреляет! Но попадает в грудь Анне, которая выбегает неожиданно из-за кустов! И она падает раненая! Но перед смертью кладёт руку Андрейки на руку Кондома и улыбается! “Вот дура! Чего ты бежала?” - спрашивает Андрейка. “Потому что это предусмотрено правилами!” - говорит Анна. - “Но раз ты меня убил, то я, конечно, мертва! Какая оценка у тебя по логике?” Дело в том, что Кондом говорит Андрейке: “Ты убил её!” “Анна мертва?” - спрашивает Андрейка. Ну и Анна ему и говорит про логику. Но Пистолетов говорит: “Я спасу её!” И он ртом отсасывает из ранки пулю! “А! Ты помогаешь!” - говорит Андрейка. “Умгу!” - говорит Пистолетов, так как вместе с пулей наглотался ядовитой травы, от которой свело рот, и не может говорить. И вот он понёс спасённую Анну домой! На радостях, что жива, у неё исчезли прыщи, а грудь выросла до больших размеров! И вот доктор Пистолетов принёс её и положил на диван. И говорит: “Раз вы - такие дибильные женихи, то я обьявляю турнир женихов! Первый, кто допрыгнет на своём осле до балкона Анны и бросит ей венок чертополоха, тот и будет ей муж!” “Но почему чертополоха?” - спросил Кондом. “По кочану! Чертополох она любит!” - сказал отец. И вот собрались разные придурки и отщепенцы на ослах. И принялись прыгать! Но тут приехал из Азии Али-Абу на верблюде и допрыгнул первым! “Что мне теперь, за этого узбека выходить?” - сокрушалась Анна. Но Пистолетов её утешил: “Может, у него с руку?” Но у него оказался маленький. А женился он только из-за прописки. И тогда Андрейка, который не допрыгнул в своё время, схватил Али-Абу за шкирки и заорал: “Колись, гнида! Где золото узбекской партии?!” “Но я не знаю!” - честно сказал Али-Абу. “Не верю! Ты - известный Али-Баба! И владеешь золотом 40-ка разбойников!” - сказал Андрейка! “Но я не Али-Баба! Я - Али-Абу!” - сказал узбек. “Тогда прости! У меня что-то с головой!” - сказал Андрейка и выпустил Али-Абу из рук. “Если вас это утешит, о такой смерти можно только мечтать!” -продолжал узбек. “О какой смерти?” - спросил Кондом Хлимен. “Я сказал “смерти”? Простите! Я хотел сказать “невесте”! А вообще, хоть у меня и нет золота разбойников, но у меня есть Волшебная Лампа Али-Абу!” - сказал Али-Абу. - “Всегда, когда я её тру, мне легчает!” И он попытался снять штаны и показать свою лампу! Но Пистолетов сказал: “Извращенец! Немедленно оденься! Мне кажется, что моя дочь тебе не по зубам, остряк!” Но тут Анна сказала: “А мне он понравился! Он милый! Хоть от него и воняет бомжатиной!” “Это не беда! От всех них, пришельцев, воняет!” - сказал Андрейка. Но тут Али-Абу потёр свою лампу и сказал: “Хочу, чтоб не воняло!” И все почувствовали аромат морозного утра! “Так ты - фокусник?” - спросил Пистолетов. - “Но дочь за тебя не отдам! Потому что ты негодяй и мерзавец!” “Папа, но он может исправиться!” - сказала Анна. “Ладно! Тогда пусть идёт ночью в поле и стережёт моё стадо! Потому что по ночам кто-то повадился тырить овечек! Я думаю: волк!” - сказал отец. И Али-Абу пошёл ночью стеречь стадо! Вот сидит он, кемарит, глаза слипаются, как на горизонте возникло оранжевое зарево! Но он только засыпает. Тогда по небу стали летать гробы на колёсиках, из которых посыпался десант ведьм и упырей! Но Али-Абу так хочется спать, что он совсем засыпает от скуки! И тогда ведьмы и упыри давай тырить овечек! И стырили несколько овечек! Просыпается Али-Абу, а овечек нет! Пистолетов говорит: “Ты плохо поработал, парень! Ничего не заработал! Ладно, иди дежурь во вторую ночь! Но смотри, не спи!” И вот сидит вторую ночь Али-Абу. Расширил сам себе веки пальцами, чтобы глаза не закрывались! Одна из оставшихся овечек подходит и спрашивает: “Что с вами, сестра? Вам плохо? Вы болеете? Кто это с вами сделал?” “Матушка! Настоятельнца!” - говорит Али-Абу. Дело в том, что овечка со страху вообразила, что узбек - сестра-монахиня. А Али-Абу не стал её разубеждать и сказал про настоятельницу. Он имел в виду Пистолетова, но овечка не так всё поняла. Но это было, в общем, не важно, так как со страху перед похищением (а в этом страхе пребывали все овечки!) овечке мерещилось всё, что угодно. Она сказала Али-Абу: “Сестрица! Помоги повесить бельё!” “Да какое бельё?” - спросил Али-Абу. - “Не до белья щас, овечка! Вас надо спасать от похищения!” “Но мы же не можем дурно вонять даже перед похитителями!” - сказала овечка. И Али-Абу стал толкать тачку с бельём к верёвкам, на которых висели прищепки. И тут на поле спустилась огромная летающая тарелка! Теперь она готова была тырить овечек! Овечка как увидела её, сразу стала махать лапами и орать: “Вот такая! Огромная! Как пачка стирального порошка “Ариэль”!!” “Она ничего не видела! Это маньячка!” - сказал Али-Абу прочим овечкам. Но те тоже уже увидели тарелку и все сгрудились, дрожа от страха, вокруг Али-Абу! “Ну что ж, я вас защитю!” - сказал Али-Абу. - “Спасатели! Спасайся, кто может!” И все бросились наутёк, так как из тарелки уже попёрли танки! А танкистами были новички неопытные, которые тут же читали самоучители для “чайников” по вождению танков. И вот танки стали давить овечек! “Оригинально! Давить танками собственную пехоту!” - сказали в тарелке командиры-инопланетяне. Они решили, что овечки - их пехота. Тоже не разобрались. Короче, насилу Али-Абу убежал из-под танков, но овечек он не спас и во второй раз. Он пришёл к Пистолетову, размахивая руками и крича: “Вот такая! Тарелка! Я не маньяк! И танки! Вот такие!” “Идите отлейте!” - сказал ему Пистолетов. Али-Абу отлил и снова стал махать руками. “Он невменяемый! Пропажа овечек сильно повлияла на его мозги!” - сказал доктор. - “Но теперь я знаю средство! Я заставлю его охранять не овечек, а динозавров! И пусть кто-то сопрёт и их!” Сказано-сделано. И вот сидит Али-Абу третью ночь! Самую страшную! И теперь под его динозавров подкапывается крот! Крот вырыл траншею под землёй, и динозавры должны провалиться в яму! И крот их уничтожит! Но крот явно не расчитал свои слабые силёнки! Динозавры провалились, но сожрать их крот не мог, так как расчитывал, что это будут давешние овечки! И вот Али-Абу схватил крота за шиворот и дьявольски захохотал: “Вот тебе овечки! Вот! Жри их!” Но крот вежливо снял руку Али-Абу со своей шкуры и сказал: “Вы помяли мой спецкостюм!” “Да какой у кротов спецкостюм?” - спросил Али-Абу. “А такой! Ты знаешь, что такое “крот”? Кто это такой? Это мент, который работает под прикрытием!” - сказал крот. - “В банде! И у меня свой костюм! Под шкуркой крота я, может, белый и пушистый! А так я работаю в банде упырей, ведьм и танкистов-инопланетян под прикрытием! Понял?” И крот уполз под землю! “Ну и отлично! Мне совершенно наплевать, кто из вас ху! Главное, что я уберёг стадо динозавров от расхищения! И теперь Анна будет моей! А с ней - и прописка в Москве!” - сказал Али-Абу и захрапел, так как устал и перенервничал с этим кротом. И вот, пока он спал, на поляну снова прилетели ведьмы в гробах! Ведьмы вышли из гробов и увидели спящего Али-Абу! “Какой красавчик! И у него, должно быть, с руку!” - сказали ведьмы и похитили самого узбека! Вот так Али-Абу стал владельцем гарема ведьм в сказочной стране Взросляндии, куда его приволокли ведьмы. И на Анне он не женился. Пистолетов, как узнал о пропаже охранника своего, Али-Абу, не очень убивался, так как не любил узбеков. И выдал Анну за Кондома Хлимена. На время первой брачной ночи Кондом перестал бороться со Злом. А потом продолжил. И у них с Анной скоро родился сосун, который пошёл по стопам отца, Кондома, и тоже стал Борцом со Злом! К.

ПИСЬМО В НИКУДА-1914,7-1919,5

9 октября 2008 года. Эпическоне полотно “Война и Жир”. Жил-был жирный Пьер Полуухов, и началась война! И стал жирный Пьер тело тощее прятать в утёсах! А к нему подходит поручик Ржевский и говорит: “Отступать некуда! Позади Антарктика!” И точно! Набрался смелости жирный Пьер и попёр на редуты! У него была пачка сигарет, на которой было написано, что “Это вредит здоровью”! Ну он её и бросил! И попал прямо по голове немецкого ефрейтора Шикльглюбеля! И Шиклбглюбель ни в чём не разобрался и стал катить баллоны на своего командира Блюменроза! Блюменроз ему так вежливо говорит: “Это не я в тебя кинул! Это в тебя кинул русский Иван!” “С Иванами позже разберёмся, а пока я хочу уничтожить всех евреев типа тебя, Блюменроза!” Но тут другой немец, Рэм, ставший впоследствии лучшим другом Шикльглюбеля именно благодаря этому своему военному поступку, выстрелил из запонки маленькой иголочкой и попал в шею нависшему над окопом Пьеру Полуухову! Пьер с воплем свалился жирным брюхом на тельце Шикльглюбеля и придавил того ко дну траншеи! Поручик Ржевский заплакал: “Они убили его!” “Нет, Пьер не убит! Он только контужен!” - сказал Пьер, слезая с Шикльглюбеля. А тот ничего не понимает, ни слова в их диалоге! Ему хочется узнать, кто это так идиотски выстрелил иголкой? То есть, совершил практически покушение на него, Фюрера! И тут отважный Рэм вышел вперёд и сказал гордые, но простые слова: “В то время, мой Фюрер, как некоторые (имею в виду Блюменроза) трахают своих жён и совершенно не думают о пользе нации, я, Рэм, занимаюсь ананизмом, грешу аноном, но только для того, чтобы в мозгу было яснее! И вот с думами о Германии и Третьем Рейхе, у меня и отшпилилась запонка и попала в этого жирного Ивана!” Как только Шикльглюбель услышал о пользе Германии, его рожа просветлела, и он заключил Рэма в объятия со словами: “О, мой любимый Рэм! А я-то думал, что у тебя нет жены потому, что ты не любишь секса! А теперь я вижу, что ты меня любишь!” Вот так этот военный подвиг сделал Рэма лучшим другом Фюрера. Но потом пристрастие к ананизму сыграло злую шутку с Рэмом. В то время, как коммунисты поджигали Рейхстаг, Рэм, которому было поручено следить за видеокамерами, отслеживающими ситуацию, занимался тем, что глазел на журнальчики для мужчин! Особенно ему нравились транссексуалки. И вот он проглядел тот момент, когда Георгий Димитров чиркал спичками и матерился втихомолку, потому что некий Гасан обоссал все спички! И этого Гитлер простить Рэму уже не мог! Он лично повесил своего кореша на рояльных струнах, несмотря на то, что Димитров слёзно просил этого не делать, так как следует повесить не Рэма, а Гасана! Но это всё будет в будущем, а пока жирный Пьер отвалился от Гитлера в окопе Первой Мировой и ошалело спросил: “Ты кто такой есть, мужичок? Что-то мне твой фейс знаком!” Гитлер ничего не понял, но на всякий случай сказал: “Я есть Хитлер!” “А!” - сказал Пьер. - “Я понял, кого ты мне напомнил! У моих тараканов на кухне точно такие же усы! Недаром их называют “прусаками”!” Гитлер опять ничего не понял, но решил, что Пьер изъясняется ему в любви. Поэтому Гитлер полез обниматься, целоваться и дёргать Пьера за жирные щёчки! На что поручик Ржевский сказал: “Молись, зелёная Жаба! Это смерть твоя!” И к нему Гитлер полез целоваться! Неизвестно, чем бы вся эта сцена кончилась, если бы пушки не открыли смертоносный огонь по позициям немцев и не отправили Гитлера почти к праотцам! Они повредили ему ногу и штаны! “Мои штаны! Мой пиджак!” - причитал Гитлер, который, так как был Фюрером, воевал в гражданской одежде, в пиджаке. - “Кто будет за него платить? Ведь так сложно найти пиджак моего размера!” Это Пьер понял. Он снял свой китель, завернул в него Фюрера и сказал: “Мой тебе велик, но от сибирских морозов согреет!” Фюрер пригрелся в огромном кителе Пьера, замурлыкал и попросил сиську! “Нет, этого мы предоставить ему не можем!” - отрезал Ржевский. - “Мне надо поговорить с начальством!” “С генералом Кутузовым?” - спросил Блюменроз. “Во-во, с генералом... Кутузовым!” - сказал Ржевский и побежал в КПП бригады, чтобы доложить, что Пьер Полуухов, эта дубина жирная, поймал в плен какого-то никчемного немца в цивильном белье, которого все называют то ли “Рулер”, то ли “Фулер”! Кутузов выслушал, долго рылся в немецко-русском словаре, ничего там не нашёл около “Рулера” и позвал гусара Денисова. Этот гусар был переодетой женщиной, но понимал по-немецки. Он перевёл, что это, верно, Фюрер. Человек-попка, совершенно бесполезный с точки зрения военной тактики, так как не смыслит больше ефрейтора в картах. Но по-нашему что-то вроде политрука, может пригодится, когда мы завалим немцев прокламациями, чтоб сдавались. Кутузов прислушался к Денисову, задумчиво пальпируя большие сиськи гусара. “А накормить его молоком сможешь?” - неожиданно спросил он. - “Говорят, он титьку просит!” “Никак нет!” - сказал Денисов. - “У меня молока нет, сисек тоже нет!” И втянул сиськи в грудь. “Ну ладно!” - сказал Кутузов. - “Не мы его рожали, не нам его и кормить грудями! К тому же это создаст плохой прецендент, а я не хочу его создавать! Скажут: русские кормят пленных дармовым молоком! Это не по-нашему! А вот скажи, Денисов, смог бы ты, например, трахнуть этого Фюрера в попу? Это будет хороший прецендент! Это научит немцев, что с ними будет, если они попадут в нашу тюрягу! Русскую!” “Так точно, смог бы!” - сказал Денисов и вышел из землянки, щёлкнув каблуками. На самом деле Денисов, эта женщина, был в смятении. Она размышляла, кого бы попросить трахнуть Фюрера вместо себя, потому что у неё это, может, слабо получится! И вот ей на глаза попался не кто иной, как Пьер Полуухов. После проведения успешной операции он отдыхал: повесил свои носишки и трусишки на верёвку между двумя лошадьми и гонял их по плацу, чтоб бельё высохло! “Что за мусор на плацу?!” - издалека начала разговор Денисова. “А не пойти ли вам в... затылок?” - вежливо спросил её Пьер. “Почему в затылок?” - спросила она. “Вы же тоже издалека начали!” - отвечал остроумный Пьер и сам так весело стал ржать над своей шуткой, что свалился с лошади в пыль! Денисова разозлилась не на шутку! “Отставить смех!” - сказала она. - “Пришло приказание Главнокомандующего, а именно Ставки, изнасиловать товарища Фюрера! Сможешь?” Пьер замялся: “Да я вроде не по этому делу! Давайте лучше его пристрелим! Это дешевле и быстрее!” “Мы не можем запросто так его пристрелить на глазах 600 тысяч военнопленных, взятых недавно в Сталинградском “котле”! Это будет противоречить Женевской Мирной конференции 1911 года!” - сказала Денисова. “Всё это ваши условности!” - сказал Пьер, взял винтовку и подошёл к ближнему пленному, чья колонна бесконечной лентой вилась по холмам. Пьер приставил винтовку к виску пленного и выстрелил! Мозги и весь черепок пленного красочно разлетелись на кусочки! “Вы, Пьер, хулиган!” - сказала Денисова возмущённо, а все прочие пленные немцы так и шарахнулись в стороны, очищаясь от мозгов и эпикалий убитого, так как в последний момент перед смертью он успел обгадиться! “Подумаешь!” - сказал Пьер. - “Они нашего брата разве жалеют? Вот возьмёт один пленный картошку, так получает пулю в затылок!” “Это картошку!” - сказала Денисова, а все пленные испуганно стали ей поддакивать и кивать страшными мордашками. “Ну картошку, ну и что?” - сказал Пьер и вложил в руку трупа картофелину. - “Будем считать, что он спёр собственность Монархии Советов! Вот и получил по заслугам! Правильно я говорю?” - грозно обратился он к пленным и направил невзначай на них винтовку! Они бодро закивали и поспешили проследовать мимо страшного безголового трупа своего собрата. “Вот так это у нас, Пьеров жирных, делается!” - сказал Пьер Денисовой. “Я вижу, что вы совершенно морально не готовы к ответственному заданию трахнуть их Фюрера! Совершенно! И я попрошу Кутузова временно понизить вас в должности!” - сказала она. “Да куда ж ещё понижать?” - спросил Пьер. - “Итак я числюсь младшим милиционером!” “В штрафбат! Давить сапогами тараканов в карцере!” - сказала Денисова и ушла, потрясая своими грудями! “Ой-ёй, как страшно!” - сказал Пьер и снова обратился к пленным немцам: “Правильно, чурки?” Но тут из колонны немцев вышел какой-то старенький генерал в “Дубовых Крестах” и с губной гармоникой в руке. Он сказал: “Вы есть, Пьер, славянский олух!” Пьер вежливо переспросил: “Извините, как?” и ударил старичка по шарам прикладом винтовки! “Мои шары!” - сложился пополам генерал! Ему его пленные сотоварищи моментально принесли два бильярдных шара! “Да не эти, о, Господи!” - сказал он, чем тронул суровую, но спокойную душу Пьера. Пьер вложил ему в руку “Библию” на еврейском языке и сказал: “Господи всегда с тобой!” Старичок не выдержал этого нового издевательства, покачнулся и свалился носом в грязь! Все немцы оторопели! Они спрашивали: “Мой генерал, как вы?” “Он отлично! Файн! Зэр гут!” - ответил за него Пьер, а сам потащил новый немецко-фашистский труп к садовому биотуалету, чтобы сбросить эту падаль в “очко”! В туалете как раз заседал поручик Ржевский. Он сказал: “Зачем ты приволок это дерьмо? Ты же знаешь, что наше кладбище - море!” “Но тут нету моря!” - стал спорить Пьер. - “И пушечные ядра у нас уже кончились, которые мы привязывали к ногам трупам! И потом пушечных ядер с ручками больше не выпускают! Выпускают голые, как лысые черепа! Там даже верёвку некуда привязать!” “Ладно! Уговорил ты меня!” - сказал Ржевский и застегнул ширинку. - “Бросай!” Раздался “Плюх!”, от которого вся колонна немцев вздрогнула! Тут из колонны показался Фюрер в разорванном пиджаке и хромой! Он встал на холмик и стал что-то орать, размахивая своими драными штанами! “Надо это прекратить!” - сказал Пьер. - “Или позвать переводчика! Вдруг этот массовик-затейник нам что-то споёт из немецкого фольклёра или исполнит тирольский танец?” Позвали Денисову. Та подошла к орущему Фюреру и принялась испытующе смотреть ему в рот. Он как увидел её, так принялся приплясывать чуть ли не в присядку! “Всё в порядке, товарищи!” - сказала Денисова Пьеру и Ржевскому. - “Товарищ нас спешит осчастливить своим исполнением песен Моцарта на стихи Карла-Маркса!” “Значит, он уже морально созрел для того, чтобы его трахнули!” - понял Пьер. - “Поручим это Ржевскому! Он известный шалун и шуструн!” Пьер подошёл к пляшущему Фюреру и похлопал его по спине: “Будет-будет! Снимай штаны! Сейчас будет большой “Гитлер-Капут”!” Но Гитлер (а ему перевела всё Денисова) не желал становиться “петухом” или “козлом” по русским обычаям! Он схватил винтовку Пьера и приставил себе ко рту! “Восстание!!” - заорал Пьер. - “Отдай винтовку!” Но Гитлер не отдавал и пытался нажать на спусковой крючок, но винтовка стояла на предохранителе! “Я же говорил, у него ефрейторские мозги!” - сказал Пьер. - “Смотри, как это надо делать! Как это делается!” Он снял винтовку с предохранителя и прицелился в горло Фюрера! И тогда многие пленные немцы осмелели и закричали, чтоб взяли их жизни, а не жизнь любимого Фюрера! “Прекрасно! Вы сам напросились! Никто вас за язык не тянул! Будь по вашему! У нас сегодня в программе сожжение 1000 немцев в пылающем сарае! Выходите, добровольцы!” Набежало более 1000, пришлось ещё 3000 отсеять к их великой печали, что не смогли умереть за Гитлера! Сам Гитлер вёл себя соответственно адекватно моменту: он ползал в пыли плаца и целовал сапоги Пьера и Ржевского, благодаря, что ему оставили жизнь! “Пошёл вон, все сапоги обслюнявил!” - сказал Пьер. - “Или это такая диверсия? Чтобы потом я подскользнулся и набил себе шишку? Так это ты, брат, зря! Падать я буду на своё жирное брюхо, и шишки там не может быть!” Фюрер клялся и божился, что это никакая не диверсия, что это из чистой любви и великой братской благодарности! “Прям как Мать Тереза заговорил!” - заметил Ржевский. Фюрер сразу сник и отполз в дальний угол плаца: он боялся, что здесь уже знают, что он самолично повесил Мать Терезу за её хилые сиськи на рояльных струнах за то, что она запоздало заорала “Хайль Гитлер!”, когда мимо её приюта для слабоумных детей проезжал праздничный кортеж Фюрера! Про то, что потом весь этот приют слабоумных был заживо закопан в землю, Гитлер был спокоен. Это была секретная операция! А вот казнь Матери он сделал публичным, чтоб все арийки полюбовались, до какого состояния доводят свои титьки еврейки, и чего не должны делать арийки! Потому что титьки - это святое от Бога в теле арийки! А еврейки этого не понимают! При этом Гитлер ходил с указкой мимо повешенной Матери Терезы и указывал на сиськи её, сопровождая комментариями типа блевания и тошноты, которые они у него вызывали! А потом труп Матери тоже закопали в поле вместе с её послушниками слабоумными. Но к счастью для Фюрера, Пьер не смотрел в этот период телевизор, так как отлучился погреть в микроволновке гамбургеры. Он их сожрал и только потом досмотрел программу, где раненные наци на протезах катались на велосипедах и по льду. Для этого доктор Вернер изобрёл специальный конёк на протезе! Это было так весело и занимательно, что сам Пьер чуть не подумал: “Мне тоже пора покататься! Это будет “Звёздный лёд”, “Ледниковый период!” Но потом расхотел, подумав: “На хрен мне это Таити? Нас и здесь неплохо кормят!” Вот такая была история вопроса. А пока 1000 добровольцев раздевались, чтобы принять смерть от огня в голом виде, потому что не осквернять пылающей вонючей нестиранной униформой прекрасный чистый воздух Карпат! Пьер отловил Фюрера за шкирку и потребовал произнести прощальную речь! Фюрер вскинул лапку в нацистском приветствии и вякнул: “Зиг Хайль!” Все немцы попёрли в барак, облитый керосином, бормоча: “Зиг Хайль, так Зиг Хайль! Оно вона как, мужики! Мы думали, просто “Хайль!”, а тут “Зиг!” Но оно и понятно: занятый человек, устал за всех думать!” Потом Пьер с улыбкой включил нацистские марши на своём магнитофоне и бросил спичку! Но тут прискакал на взмыленном жеребце сам Кутузов! “Что вы тут вытворяете?! Немедленно прекратите! Это же противеречит Конвенции! У меня тёща живёт в Германии! Она перестанет присылать мне банки с вареньем и тёплые кальсоны!” “Да успокойтесь вы, товарищ Кутузов!” - сказал Пьер. - “Тёща ничего не узнает! А этих дибилов мы спишем, как погибших в “котле”!” Но Кутузов упорствовал: “Это не наши методы! Их будет судить суд! Может, они не виновны!” “Да посмотрите на их чёрные рожи! На них прямо написано, что они виновны! Ну разрешите хоть не 1000, а 100 человек сжечь! Чтобы им комфортнее было умирать, мы включили всякие бахи-тарарахи, фейерверки, иллюминацию! Они полюбуются и уйдут к Свету, в мир иной!” - сказал Пьер. “100?” - переспросил Кутузов. - “Ну, 100 можно!” И ускакал обратно на КПП бригады. Итак, 900 человек вывели, посадили на травку на солнышке и вручили им бублики, чтобы они строили пирамидки. Потому что после такого шока их мозги не отличались от мозгов однолетнего ребёнка, чего не скажешь о коже. Кожа их была не такая нежная, как у ребёнка, и вовсе не на всю жизнь. Только до той поры, пока их не “опустят” в тюрьме. Поэтому они щас восторгались солнышку, травке, пению ручейка и топоту сапог пленных немцев. Эти немцы уже не слышали про сожжение и были уверены, что 900 их собратьев - коллаборационисты и спелись с русскими! Поэтому их оплёвывали и закидывали дерьмом из колонны! В сарае остались 100 самых садистов-эссесовцев, которые сожжение такое проделывали по 100 раз с мирными жителями! “Ну что ж, пора принимать баньку!” - сказал Пьер и поднёс спичку к сараю! Сарай заполыхал, раздались предсмертные вопли обожжённых эссесманов, а потом всё стихло! “Всего-то делов!” - сказал Пьер. - “Зато съэкономили столько патронов! Я бы и этих 900 сжёг, но начальство боится своей тёщи! Ладно, задолбался я здесь торчать! Может, у меня самого тоже есть тёща или жена, на худой конец! Пойду к ним!” И Пьер пошёл к пруду вымыть шею потную и подмышки. В это время прочие немцы уже накрыли своей мрачной толпой сгоревший сарай и выискивали там золотые коронки и золотишко на теле у сгоревших эссесманов! “Ну что за народ?” - спросил Денисову Ржевский. - “Зачем им золото в Сибири? В тайге? Алчные идиоты!” Вот из толпы выбежал один из немцев с криком: “Нашёл, нашёл!” Так его моментально затоптали и избили прочие искатели золотишка, и отняли находку! Ржевский плюнул и отправился на КПП, чтобы получить приказы и диспозицию, чтобы устроить новый “котёл” фрицам. Кутузов проводил совещание. Он показывал на карте, изображавшей местность и маленькие самолётики и танки, как будут передвигаться пехотинцы. Для этой цели из каждого живого пехотинца была сделана тряпичная кукла с глазами-пуговицами. Кутузов протыкал куклу иголкой, и зомбируемый солдат той или иной части начинал импульсивно сокращать конечностями, бежать в бой! “Этому я научился у Вуду-Пипл!” - сказал Кутузов. “А они не научили вас, как из вражеских солдат делать куклы и выкалывать у них глаза-пуговки? Тогда бы вы их ослепили!” - подал голос Ржевский. “Хороший вопрос! Очень хороший вопрос!” - обрадовался чему-то Кутузов. - “Это проблема наса, проблема наша! Мы не знаем поимённо всех солдат вермахта, чтобы изготовить такие куклы! Вот я и хочу поручить вам, поручик, вместе с вашим Пьером Полууховым проникнуть в казармы немцев и переписать все их имена! Это опасное задание! Но если вы его выполните, награда будет тоже сказочная: три, нет, четыре банки варенья от моей немецкой тёщи в лесу Книжном! Многие подозревают, что это знаменитый Бухенвальд, Книжный Лес, и что там все ягоды для варенья пропитаны смогом из мартеновских печек, где сжигают миллион человек в день! Может, это и так, но варенье, я пробовал, на загляденье! А сжигание миллионов мы прекратим, когда дойдём до этого Леса! Это вопрос времени! Диспозиция понятна?” Диспозиция была понятна. Ночью, когда стемнело, Пьер и Ржевский с кусачками наготове поползли к колючей проволоке, окружающей казармы немцев! Взлетали осветительные ракеты, строчили пулемётчики на вышках и в ДОТах, но пока Пьера и Ржевского не заметили! “Знаю я одну методу!” - сказал Пьер Ржевскому. - “Меня ей обучил Инструктор Школы Выживаемости Петров, которой он меня и обучил! У меня есть горсть волшебных феромонов, которые привлекают из леса динозавров и прочих рептилий! Стоит сжать феромон, они прибегут! А бросишь феромон в казарму, они снесут её с лица земли!” “Нет, этот план не годится!” - сказал Ржевский. - “Нам надо узнать имена немцев! Нам нужна их “Амбарная Книга”!” “Ладно, тогда приманим феромонами Паучка-Хромонога! Тут этой нечисти тоже дофига! Я, к счастью, знаю язык Хромоногов! Я ему матом-перематом прикажу выполнять, а если откажется, то пригрожу СМЕРШем, что расстреляет! Должно сработать!” И вот приполз Паучок-Хромоног! Он сразу сказал, что тяжёлую Книгу перетащить не в состоянии, но сфотографировать на микроплёнку каждую страницу может! Для этого ему на шею повесили фотоаппарат “Лейку” и хлопнули подбадривающе по заднице! Хромоног полз, и на душе у него было неспокойно! Вот его заметил конвойный на вышке! “Стой! Ты кто? На русского не похож!” - закричали ему. “Я несу мешок риса господину штурмбанфюреру!” -наврал Паучок на прекрасном немецком языке. “А! Проходи!” Паучок прошёл и стал щёлкать вспышкой, так как в казарме было темно, как в ж.пе! На свет вспышек многие стали просыпаться! “Ты кто?” - спрашивали они во тьму! “Я ваш самый страшный кошмар! Слышали: привидений не бывает? Так вот, они бывают! Это я! И если вы щас не заснёте, то завтра все проснётесь без пенисов!” - сказал находчивый Паучок, и это подействовало. Он выбрался из казармы и крикнул знакомому часовому: “Рис очень понравился штурмбанфюреру! До такой степени, что он ждёт-не дождётся начала Манчжурской Кампании, где этого риса завались!” Еле дыша от страха, что пулемётчик выпустит ему в спину всю обойму, Паучок принёс “Лейку” Пьеру, а сам сказал: “Привет вам с кисточкой! Отдайте мне весь запас феромонов, у меня им будет лучше храниться! Да и мне спокойнее!” Потом засунул феромоны себе за щёки и сгинул, свалил. Не теряя времени, Пьер и Ржевский побежали в ванную проявлять то, что наснимал Паучок. К несчастью, в это время ванну принимала Денисова! Она не успела закрыться, и Пьер с товарищем были ослеплены видом её упругого комиссарского тела! “Так ты женщина?! Но нам щас не до этого! Завтра будешь объясняться Кутузову, а нам надо проявлять плёнку!” - и Пьер вышвырнул полуголую женщину из ванного помещения! Та плакала: “Я не виновата! Я и есть та самая тёща Кутузова! Я не могла больше жить в Бухенвальде, где плохой воздух, смог, и каждый день с неба летит пепел сожжённых трупов! И я перебралась сюда, чтобы лично участвовать в Сопротивлении! А банки с вареньем с Чернигова, где живёт моя подружка-лезбиянка!” Пьеру надоело слушать всю эту ересь, он сказал: “Засохни! Кутузов сам разберётся, что с тобой делать!” И они стали проявлять! “Нам никто не поверит, какие у этих немцев имена! Абдурахман Гасан ибн Хаттаб, Израелей Сруликович Сруль, Мустафа Ганибалей! И даже русские: Иван Почеремушкин, Геннадий Шелапуткин, Пётр Петров! Мы что, не в ту казарму попали, чёрт?” - спрашивал Пьер! И догадка осенила его: они послали Паучка в тифозный барак русских военнопленных, где томились и евреи, и мусульмане! Произошла ошибка! “С чем нам теперь идти к Кутузову?” - вопрошал Пьер. - “А! Знаю! Пусть понаделает кукол с этими именами и исцелит кукол! Тогда и пленные русские исцелятся и помогут нам в нашем победоносном наступлении! По-крайнем мере, хоть перестанут лежать по щиколотку в дерьме и ковырять палочками червей в гниющих разверзнутых ранах своих! А снова встанут в строй! Мы им дадим лопаты, потому что СМЕРШ запрещает давать такому контингенту сразу автоматы, потому что неизвестно ещё, может, среди них есть шпионы! Или предатели! И они с лопатами наперевес попрут на танки в нашей новой операции!” Так он доложил и Кутузову. Кутузов был хмур. “Лопаты, говоришь, дать? По-моему, ограничимся сапёрными лопатками! В бытность мою командиром Красной Армии бойцы неплохо справлялись с этими же лопатками! Взять бойца Сергея Лазо или Александра Матросова! Ничего у них не было, кроме лопатки, а какие подвиги совершили! Учитесь на их доблестном примере!” И он принялся мастерить куклы Срулика, Петрова, Абдурахмана и прочих бедолаг. Он втайне придумал шибко умный ход: он этих оживших зомби пошлёт на лыжах через минное поле! А вслед за ними попрёт вся пехота! Это было гениально! За это его похвалила бы даже его тёща! Кстати, о тёще! Она раскололась до ж.пы и щас сидит на гауптвахте и показывает молодому зелёному пополнению, как пользоваться презервативами и столовыми ложками! Это если на вражескую женщину не стоит, и солдат-недоучка не может испонить свой солдатский отцовский долг и обрюхатить вражескую женщину, чтобы заронить в их наследственность русскую кровь, как это делали татаро-монголы с русскими женщинами. После чего появились все эти Чердаковы, Башмаковы и Чингизхановы! “Привязываешь ложку к перецу, и стоит! Ура! Эффект достигнут!” - говорила радостно Денисова-тёща, привязывая ложку к перецу новобранца, так как своего не имела пока что. Это потом, мыслила она, с помощью пластики ей пришьют перец мужика! Но было много “но”: “перец отваливался, выглядел как натуральный, но на самом деле всегда стоял, что ненатурально. И больше был похож на изделие из секс-шопа! Так что она пока что думала. А пока она думала, секс-энергия загорелась в чреслах пополнения зелёного, и они решили скопом в очередь продёрнуть свою наставницу! Так как неизвестно ещё, будешь ли ты жив назавтра, раз Война и Жир, а тёлка - вот она, толкует про презики! Она хочет! И хочет именно тебя! Так они решили. На самом деле она ничего не хотела, так как у неё начался климакс! Вот так обстояло дело с тёщей. А пока зомби по технологии Вуду-Пипл побежали в белых масхалатах по минному полю, так как началась зима, и бригада получила целый воз этих масхалатов вместе с валенками и презервативами! Презервативы нужны были не для того, чтоб не брюхатить женщин! Наоборот, пусть брюхатят! Презики были вместо варежек, недаром их называют ещё “напальчниками”. В них теплее было жать на курок! И потом они были из стали, как продукция ПППЗ Ленинграда! То есть, Презервативного Завода. Там со времён Демидовых могли лить только стальные или чугунные презики! Первые были в пупырышках с ароматом клубники, а вторые - гладкие, но с банановым вкусом! К.

 

ЭПИЛОГ

Вот так я красиво промиксовался. Особенно меня вздрючил последний рассказ. Я его не читал, но он огромный - 4,8 ПВНа, а именно: около 8 страниц. Таким образом, этот цикл я закончил за 30 минут, пока вклеивал их из разных циклов. Это рекорд, но это логично. Правило у меня остаётся прежним: “Гробить!” На этом я прощаюсь, желаю приятного просмотра, хотя сам не читал последнего. Тяжело! Но это такая правда жизни! Думаете, в ЦЭ мне легко? А это просто я сам гроблю сам себя! К.

 

 


Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/

Рейтинг@Mail.ru