— Мама, а когда папа приедет? — спросила Танюша.
— К Новому году обязательно будет! Не переживай!
Галина Николаевна Соломина — учитель начальных классов. Она обожает дочурку. Танюша — любознательный ребёнок. Девочка рано научилась читать. В свои шесть с небольшим годков она перечитала все сказки. Особенно Танюша любила новогодние сказки. «Морозко» девочка знала наизусть.
Танюша обожала зиму, потому что именно зимой наступает любимый праздник Новый год. Каждый год девочка с нетерпением ждала декабрь. В самых первых числах они с мамой доставали гирлянды, шары и мишуру, украшали дом и наряжали искусственную ёлку.
Галина Николаевна давно отказалась от живой ёлки. На то было причины. Во-первых, она считала, что нельзя рубить живые деревья ради нескольких праздничных дней. У неё сердце сжималось, когда видела, как выбрасывают ёлки из квартир уже третьего января! Во-вторых, Галина Николаевна любила заранее создавать в доме новогоднюю атмосферу, поэтому она вместе с дочкой украшала дом за целый месяц до наступления праздника. Разбирать новогоднюю красоту не спешили. С грустью расставались с мишурой и гирляндами в конце января.
Однако в этом году в доме Соломиных ёлку в декабре не нарядили и квартиру не украсили, что сильно огорчало Танюшу. Галине Николаевне тяжело прыгать по верхам, развешивая снежинки и мишуру, да и коробки лежали на самой верхней полке в шкафу на балконе. К февралю в семье Соломиных ожидали рождение маленького человечка.
— Мама, а когда Новый год? — не унималась Танюша.
— Через два дня.
— А папа когда приедет?
— 31 декабря и приедет.
— Но 31 декабря уже Новый год! А мы ёлку не нарядили и гирлянды не повесили. Как же встречать праздник-то будем? У нас же ничего не готово! — сокрушалась девочка.
— Танюш, папа приедет, достанет ёлку, коробки с игрушками, и мы вместе украсим дом, — Галина Николаевна обняла дочку и погладила по голове.
— Ну почему он так долго? — возмутилась Танюша.
— Малыш, ну ты же знаешь, у папы такая работа!
Алексей Михайлович Соломин был лётчиком. Он часто находился в длительных командировках. Летал на Северный полюс, доставлял полярникам необходимое оборудование, провиант. Алексей Михайлович возвращался 31 декабря и планировал почти двухмесячный отпуск провести с семьёй.
— Утром проснёшься, а папа уже дома. И всё успеем! Ещё целый день будет впереди!
— А ко мне Дедушка Мороз придёт?
— Конечно, придёт! Как же без дедушки Мороза-то?! — улыбнулась Галина Николаевна. — И подарки принесёт. Ты помнишь стихотворение?
— Помню! — и Танюша начала выразительно декламировать Н. А. Некрасова «Мороз-Воевода».
Последний день уходящего года выдался снежным. Огромные пушистые хлопья тихо падали на землю, покрывая дороги, тротуары, деревья и дома пышным одеялом. Над городом нависли плотные серые тучи. На улицах воцарилась давящая тишина.
Утром Алексей Соломин домой не пришёл. А почтальон доставил телеграмму, в которой сообщалось, что вылет отложен на неопределённое время из-за снежной бури. Последними стояли буквы: «ЦЛВАС», что означало «Целую и люблю вас, Алексей Соломин».
Галина Николаевна тяжело вздохнула. Грустно. Придётся им с дочкой вдвоём Новый год встречать. Как же расстроилась Танюша, когда узнала, что папа не приехал и не приедет к празднику, и вообще, неизвестно, поспеет ли к Рождеству. Девочка заплакала и запричитала:
— Да что же это за Новый год такой! Ни папы, ни ёлки. Не удивлюсь, если и Дед Мороз ко мне не придёт!
— Танюша, Дед Мороз не всегда 31 декабря приходит, он и первого, и второго прийти может. Деток-то много, а Дед Мороз один. Ко всем сразу не успеет сегодня.
— Не придёт, не придёт, не придёт! А всё потому, что у нас ёлки нет, и настроение в доме не новогоднее! — рыдала Танюша.
— Давай-ка, знаешь что? Попросим соседа достать нам ёлку и мишуру. Создадим праздничное настроение.
Соседа дома не оказалось.
— Все разъехались, кто куда, — развела руками Галина Николаевна.
— Дурацкий Новый год! Не хочу, чтоб Новый год наступил, не хочу ёлку, не хочу видеть Деда Мороза, никого не хочу видеть! И братика не хочу, ведь ты из-за него мне ёлку достать не можешь! — зло выкрикнула Танюша.
Ничего не ответила дочке Галина Николаевна, лишь поджала губы и тихо вышла из комнаты.
Через несколько минут раздался грохот. Девочка выбежала в зал. Балконная дверь настежь. Галина Николаевна вышла на лоджию, чтобы достать из шкафа с самой верхней полки ёлку и новогодние украшения. Чтобы дотянуться, она встала на табурет. Из-за большой коробки с игрушками потеряла равновесие, пошатнулась. Табуретка выскользнула из-под Галины Николаевны, и женщина упала на плиточный пол балкона. Следом полетела коробка. Игрушки выпали и разбились.
— Мама! Игрушки! Они разбились! Чем же мы ёлку украшать будем?
Галина Николаевна застонала, но нашла в себе силы сказать через боль:
— Танюша, уйди с балкона, простудишься.
Галина Николаевна медленно перевернулась на правый бок, порезала о стеклянные осколки руки и, держась за стену, зашла в квартиру, плотно закрыв балконную дверь.
— Мама, там же ёлка осталась!— возмутилась Танюша.
Согнувшись пополам и придерживая живот рукой, Галина Николаевна направилась к выходу. Танюша почувствовала неладное и бросилась следом. Галина Николаевна звонила в дверь к соседке бабе Маше, которую девочка недолюбливала и воспринимала исключительно как бабушку-колдунью. Танюше почему-то казалось, что Баба-яга и соседка баба Маша одно лицо!
Баба Маша по улице ходила с клюшкой. У старушки были блёклые голубые глаза и большой крючковатый нос. Пожилая женщина без лишних слов поняла происходящее и вызвала скорую.
— Не волнуйся, Галочка! Главное, чтоб у вас всё было хорошо, а за Танюшей я присмотрю.
— Алёша... Он застрял... Буря снежная мешает вылететь... — пыталась сквозь слёзы объяснить Галина Николаевна.
— Сколько надо, столько и поживёт у меня, — твёрдо заявила соседка.
Скорая приехала быстро. Танюша смотрела на маму испуганными глазами:
— Мама, мама, ты куда?
— В больницу, малыш. Побудь с бабой Машей сегодня. Не капризничай больше!
— Мама, не бросай меня! А как же Новый год!
Галина Николаевна ничего не ответила, накинула пальто и ушла с заранее приготовленной сумкой за бригадой врачей.
Танюша не понимала, почему всё так получилось. Почему её все бросили в Новый год? Ни папы, ни мамы, ни праздника... Девочка тихо заплакала. Танюша поняла, раз маму забрали в больницу, случилось что-то серьёзное.
— Так, хватить реветь! — строго проговорила баба Маша. - Не люблю я этого! Слезами горю не поможешь, идём ко мне.
Танюша взяла любимого тряпичного зайку Даньку и пошлёпала за соседкой.
Девочка никогда не бывала в гостях у бабы Маши, побаивалась её, а за глаза называла соседку «бабушкой-колдуньей». Танюша всегда думала, что в квартире старушки темно, полно́ жуков и пауков, разных сушёных трав, маринованных червяков и улиток в банках. В мрачном углу обязательно восседает сова с круглыми глазищами, а в кресле спит чёрный кот. Посередине зала непременно стоит огромный чан, в котором баба Маша варит зелье.
«И почему мама поручила меня именно ей?» — думала по дороге Танюша.
Однако в квартире соседки оказалось совсем не так, как представлялось девочке. Никаких пауков, червяков, сов и котов баба Маша не держала. А вот травой пахло: душицей, мятой, чабрецом и мелиссой. А ещё ощущался пряный аромат имбиря. Одна-единственная комната служила старушке и спальной и гостиной. Здесь стояли кровать, диван, древний телевизор на белой кружевной салфеточке, книжный шкаф и круглый стол со стульями в центре. На столе красовалось огромное блюдо с мандаринами и две еловые ветки в банке с водой, посыпанные сверху разноцветным дождиком. А ещё Танюша обратила внимание на огромный старинный сундук, который выделялся из общего убранства зала.
— Садись, чай пить будем! — сказала баба Маша и пошаркала на кухню ставить чайник.
Девочка поджала губки и уселась на стул. Следила за старушкой исподлобья.
— Ты так и будешь на меня волком смотреть? Я ж не обижу тебя. Рассказывай, как мама твоя упасть могла?
Танюше стыдно было вспоминать об этом. Она уже поняла, что её капризы вынудили маму полезть на табурет за ёлкой. Девочка тяжело вздохнула и всё без утайки рассказала бабе Маше. Старушка начинала ей нравиться...
— Ох, Танюша, Танюша! Разве можно думать только о себе?
— Я ёлку хотела. И чтобы Дед Мороз ко мне пришёл. Даже стихотворение выучила! — и Танюша выразительно продекламировала «Мороза-Воеводу».
Баба Маша выслушала, улыбнулась:
— Молодец! Какое длинное, и всё запомнила! Уверена Дед Мороз будет в восторге!
Танюша тяжело вздохнула:
— Он не придёт!
— Почему ты так решила?
— Потому что папа не приедет. Вот почему! Вы думаете, я не знаю, что в Деда Мороза папа наряжается? Я ж его узнала, когда мне было ещё четыре года! Голос папин и глаза его же зелёные, как трава летом. Разве у Деда Мороза могут быть такие глаза?
— А какие у Деда Мороза глаза, по-твоему, должны быть?
— Ну, не зелёные! — выдала Танюша. — Голубые или серые.
— Значит, ты уже не веришь, что Дед Мороз существует?
— Не знаю, — пожала плечами Танюша. — Мама говорит, что существует, но ко мне каждый год приходит Дед Мороз-папа. Я просто не говорю родителям, что узнала его.
На кухне у бабы Маше зазвонил телефон. Старушка пошла отвечать. Вернулась грустная и озадаченная.
— Братик у тебя родился, Танюша. Только слаб он очень. Сам не может дышать. Это плохо! И мама в реанимации, — баба Маша украдкой вытерла слезу.
Танюша не знала, что такое «реанимация», но чувствовала — маме тяжело.
— Это я виновата, — горько сжала губы девочка.
— Ну, тише, тише. Нехорошо бросаться злыми словами, ведь ты же на самом деле так не думала? — баба Маша обняла девочку.
Танюша покачала головой.
— Есть способ помочь твоей маме и братику.
— Какой?!
— В этом деле тебе только Дед Мороз поможет. Да, да, и не смотри на меня так, я не шучу! Отправляйся к нему и попроси помочь.
— Как же я его найду?
— Ну, в этом я тебе подсоблю, — ответила старушка. - Только вот пироги с капустой возьми в дорожку, ведь голодная поди. Глядишь, пригодятся тебе.
Танюша взяла корзину с пирожками. Баба Маша подошла к сундуку, приподняла тяжёлую крышку и поманила девочку. Танюша крепче сжала в объятьях Зайку Даньку, приблизилась и заглянула внутрь, а там...
А там самые настоящие ступени, уходящие глубоко-глубоко вниз. Примечательно, что в сундуке было светло. По боковым стенкам развешаны фонарики.
— Там ответы на все твои вопросы. Там найдёшь помощь для мамы и братика. Пойдёшь?
Танюша кивнула и, не раздумывая, залезла, в сундук.
— И поторопись! Скоро Новый год наступит, и Дед Мороз поедет развозить подарки. Можешь не успеть его застать. И ещё: нет ничего невозможного. Всё, во что веришь, существует, — напутствовала баба Маша.
Танюша стала спускаться.
Девочка спускалась, и с каждым шагом на стенах зажигались новые фонарики. Танюша оглянулась. Начала лестницы не увидела, да и окончания не разглядеть.
«Мне нужно всё исправить! Мне надо найти Деда Мороза!» — стучала мысль в голове девочки.
Танюша крепче прижала Даньку и зашагала дальше. Даже не заметила, как очутилась в зимнем лесу. Чудесным образом появилась на девочке тёплая шубка, пуховая шапочка, шерстяные сапожки с вышивкой и рукавички. Вдруг Зайка Данька выскочил из рук и прыгнул на снег, забегал вокруг Танюши.
— Данька, ты живой? — удивилась девочка.
— Ага! Смотри, как я умею, — сказал Данька и кувыркнулся.
— Ох! Да ты разговариваешь! — ахнула Танюша.
— Ага! Мы же в сказке! — весело отозвался Зайка и стал принюхиваться.
— Чу-де-са... — протянула девочка.
— Куда идём? — деловито осведомился Зайка Данька.
— Нам к Деду Морозу нужно.
— Иди за мной. Я что-то почуял.
Данька помчался вперёд. Танюша еле поспевала за ним, пробираясь по глубоким сугробам да ещё с корзиною в руках.
За пушистыми заснеженными кустами открылась поляна, посреди которой росла высокая ель. Дерево блестело в лунном сиянии. Казалось, что ёлку щедро осыпали бриллиантами. Под широкими ветвями сидели за накрытым столом зайцы и горько-горько плакали.
«Ох, не мне одной плакать хочется в новогодний вечер», — подумала Танюша и направилась к дереву.
— Привет, родня! — весело выкрикнул Зайка Данька и помахал зелёной в горошек лапой.
Зайцы перестали плакать и уставились на Даньку.
— Что ещё за чудо-юдо в зелёный горошек под ёлку пожаловало? — сказал первый заяц.
— Да-а-а. Отродясь таких не видывал, — подтвердил второй.
— Ты кто? — спросил третий.
— Я Зайка Данька, а это моя хозяйка Танюша.
Зайцы все разом посмотрели на девочку.
— Здравствуйте, — начала Танюша. Сказка сказкой, а правила вежливого тона ещё никто не отменял. — С наступающим Новым годом!
— Спасибо! Только праздник не задался, — пожаловался первый заяц.
— Всё наше угощение волк с лисой украли, пока мы яблоки из погреба доставали, — захныкал второй.
— Пироги с морковкой и капустой, — запричитал третий.
— Ух, разбойники! — погрозил лапой первый заяц.
— Дармоеды! — выкрикнул второй.
— Весь праздник испортили! — уронил голову на лапы третий и снова заплакал.
— А разве волки и лисы пироги едят? — осторожно спросила Танюша. — Я слышала, они зайцами питаются...
Зайцы испуганно вытаращились на девочку.
— Что ты! Что ты! — замахал лапами первый заяц.
— В нашем лесу волки не едят зайцев. Дед Мороз запретил! — пояснил второй.
— Только пироги воруют у честного зверья, бездельники! — добавил третий.
— Тогда это дело поправимое, — улыбнулась Танюша. - Я с гостинцами пришла, — девочка выставила на стол корзину.
А пироги-то баба Маша положила с капустой! Как знала!
Честно говоря, есть Танюше хотелось и самой, но уж больно зайцев жалко стало. Такие они несчастные-разнесчастные под ёлкой сидели!
«Пускай порадуются! Праздник же!» — подумала девочка.
— Танюша, Данька, давайте вместе Новый год встречать, — предложил первый заяц.
— Я спешу. Мне нужно Деда Мороза успеть найти. Не знаете, в какую сторону мне идти?
— Держи-ка яблочко. Брось его на снег. Оно приведёт куда надо! — сказал второй заяц.
— Спасибо за угощение! Приходите к нам ещё! — крикнул третий вслед.
А Танюша уже бежала по высоким сугробам, догоняла Даньку и яблочко.
Долго бежала девочка за яблочком по новогоднему лесу, раскраснелась, устала. Вдруг видит, стоит избушка под высокой сосной на пнях.
«Баба-яга!» — подумала Танюша.
Испугалась. Замешкалась. Свернуть бы, да яблочко к домику покатилось. Данька страха не знал, прямиком за краснобоким поскакал. Дверь избушки распахнулась, и на пороге появилась женщина, молодая, симпатичная. Тёмные пышные волосы в замысловатую причёску уложены.
— Вот так да! Ко мне гости пожаловали! — звонко заговорила хозяйка избушки, поправляя белоснежный передник поверх тёмно-зелёного платья. - Ну, чего встали? Проходите в дом! Холодно же!
Делать нечего. Отказываться невежливо.
«Если она и есть Баба-яга, то совсем не страшная. На маму мою похожа!» — размышляла Танюша.
В избе было тепло и уютно. Приятно пахло сушёными травами. Светло, чисто. Пауков нет, и котла тоже. Только в печке большой глиняный горшок громко булькал с чем-то ароматно-вкусным.
— Присаживайтесь, гости дорогие! — приветливо заговорила женщина. — Сейчас баньку истоплю, вас накормлю, спать уложу.
— Не надо баньку! Мы спешим, — ответила Танюша, а сама подумала: «Точно Баба-яга, только молодая. А ну как уснёшь, а она и съест меня».
— Куда же вы так спешите? Новый год же!
— Я иду к Деду Морозу, — пояснила Танюша.
— К Деду Морозу! У него дел сегодня всех сугробов не оберёшься, не до тебя точно. И не успеешь всё равно. Время к полночи близится. Может, я подсоблю?
Танюша расстроенно помотала головой, поджав губы. «Как же так! Мне надо к нему попасть!»
— Ну, говори, что тебя так расстроило, девочка? — спросила с участием женщина.
— Папа на Северном полюсе застрял. Я ёлку хотела, капризничала. Мама ради меня за новогодними украшениями полезла и упала с табурета. Теперь в больнице. Братик родился раньше времени. Самому дышать ему трудно. Это я во всём виновата! Мне к Деду Морозу надо. Баба Маша сказала, он поможет.
— Да-а-а-а. Дело серьёзное, — произнесла женщина. — Меня Ярославой Гавриловной зовут, а тебя?
— Таня, — всхлипнула.
— Вижу, ты девочка не злая, Танюша, просто капризничать любишь. Ладно, помогу тебе к Деду Морозу поспеть. Только у меня условие...
— Какое? — встрепенулась Танюша.
— Зайку своего мне оставь! Понравился он мне сильно. Не видела я ещё такого чуда в зелёный горошек! Вон какой проворный! Мне как раз помощник нужен.
— Ой, но как же! — растерялась Танюша.
Сколько себя девочка помнила, Зайка Данька был всегда рядом. Он друг детства. Разве можно отдавать друзей?!
— Нет! Не нужно мне помогать! Сама Деда Мороза найду, но друга никому не отдам! — Танюша и Данька крепко обнялись, и девочка с воинственным видом и урчащим животом направилась к выходу.
— Да, подожди ты! Пошутила я! — остановила её Ярослава Гавриловна. — Не возьму я друга твоего. Проверяла я, ценишь ли ты дружбу и любовь ближних. Садись, сейчас поедим, а затем и в путь.
Ярослава Гавриловна накормила Танюшу и Даньку вкусными щами, а потом достала с полки деревянные саночки.
— Вот, держи! Они самоходные, привезут тебя к ледяной пещере, что перед деревней снеговиков стоит. Коли дух пещеры пропустит, то выйдешь к снеговикам. Там тебя до Деда Мороза и проводят. Поняла?
Танюша кивнула. Думать, что будет, если дух пещеры не пропустит, не стала. Уселась с Данькой в саночки, и те понеслись со скоростью трёх единорогов вперёд. Только ветер в лицо.
До пещеры саночки домчали быстро. Не успела Танюша вылезти из них, как те развернулись и унеслись обратно. Перед девочкой возвышались ледяные горы. Подул колючий ветер. Резко похолодало. Впереди светился вход в пещеру. Делать нечего, нужно торопиться, иначе Дед Мороз уедет и не узнает о Танюшином желании.
Девочка зашла в пещеру. Данька трусил рядом и жался к хозяйке. Танюша взяла Зайку за лапу и повела за собой.
Внутри пещера выглядела зловеще. Мороз пробирал до костей. Танюша с Данькой жались друг к другу, но двигались вперёд. Каждый шаг давался тяжелее, чем предыдущий.
Пещера была полностью ледяной. Стены гладкие и прозрачные. Чем дальше шла Танюша, тем прозрачнее становилась пещера. Девочка очутилась в просторном зале. Вокруг ледяные зеркала. Только своего отражения там Танюша не видела.
В одном появилась больничная палата. На высокой койке лежит женщина. Спит. Бледная.
— Мама! — закричала Танюша и подбежала к ледяной глади. - Мамочка моя милая, очнись! — умоляла девочка.
Женщина в зеркале открыла глаза, покрутила головой, посмотрела пустым взглядом сквозь Танюшу, будто девочку и не видела.
Отражение в другом зеркале взволновало ещё больше. Снова больничная палата. Прозрачный ларец на высоком постаменте, а в ларце лежит крошечный младенец, в распашонке, подгузнике, носочках и шапочке. К ручкам и ножкам прилеплены проводки, а из носика и ротика торчат трубки. А рядом два аппарата. Один мерно пыхтит, а второй пикает.
— Сашенька, мы хотели тебя Сашенькой назвать, — шептала Танюша и разглядывала малыша. — Пожалуйста, набирайся сил. С Данькой тебя познакомлю и все свои игрушки тебе отдам. А ещё сказки читать буду и играть с тобой. Я, правда, тебя очень-очень ждала.
Обзор Танюше закрыла тётя в белом халате, подошедшая к прозрачному ларцу. Внимание девочки переключилось на другое зеркало.
— Папа! Папочка мой! — бросилась Танюша к противоположной стене.
Высокой крепкий мужчина в шапке-ушанке, пилотской фуфайке и оленьих сапогах лопатой расчищал снег вокруг небольшого самолёта. На одно мгновение он остановился и посмотрел прямо на Танюшу. Конечно, дочки он не видел, чувствовал зов. Мужчина сдвинул шапку и продолжил работу.
— Поторопись, Танюша, если хочешь застать Деда Мороза! — раздался мелодичный женский голос.
Девочка осмотрелась, но никого не увидела.
— Кто ты? — спросила Танюша.
— Дух пещеры. Иди, не теряй времени!
Перед Танюшей расступились зеркальные стены, и девочка увидела ярко украшенную к Новому году деревню снеговиков.
Обитатели деревни, неуклюжие забавные снеговики, сновали туда и сюда. Забот хватало. Ведь нужно и лошадей волшебных в сани запрячь, и подарки погрузить, всё проверить. Нельзя допустить, чтобы кто-нибудь без подарка остался. Весь год Дед Мороз письма получал и не только от ребят, но и от взрослых. Снеговики учёт всему ведут, длинные списки составляют. А сейчас время пришло всё перепроверить.
К Танюше подошёл мужчина с длинной бородой в голубом тулупе с серебристыми узорами.
— Здравствуй, девочка! Откуда ты взялась вся такая замёрзшая?
— Здравствуйте! Вы Дед Мороз? — с ходу поинтересовалась Танюша.
— Нет, я не Дед Мороз. Я проводник. Можешь звать меня Дедушка Декабрь.
— Я Таня. Мне срочно нужно увидеть Деда Мороза. Вы можете меня проводить?
— Конечно! Это моя работа! — весело ответил Декабрь. — Я весь месяц гостей в терем провожаю. Вот последние часы отрабатываю.
Декабрь протянул Танюше руку. Девочка, не выпуская Данькину лапу, ухватилась за проводника и в тот же миг оказалась в просторном светлом зале ярко украшенного к Новому году терема. Посередине стояла высокая искусственная ёлка. Около окна находился большой дубовый стол, за которым сидел хозяин терема, молодой мужчина с удлинёнными светло-русыми волосами и одетый во всё серебряное: сапоги до колен, шаровары и рубаху.
— Господин, к вам гостья! — обратился к мужчине Декабрь.
Хозяин терема оторвался от стола и посмотрел тёплым взглядом на девочку:
— А, Танюша! Ну, проходи, гостьей моей будешь!
Девочка во все глаза смотрела на высокого симпатичного мужчину, сильно похожего на папу.
«Неужели это и есть Дед Мороз?!» — думала Танюша.
— Ну что же ты растерялась? Или я на Деда Мороза непохож? — уточнил мужчина в серебристом одеянии.
Девочка покачала головой и продолжала с сомнением разглядывать хозяина терема. А вот мимо проходящий гном с высокой башней из подарочных коробок остановился, крякнул и сказал:
— Он самый! Даже не сумневайся! — и пошёл дальше по своим делам.
— Вы и есть настоящий Дед Мороз? — наконец, спросила Танюша.
Мужчина развёл руки в стороны, очаровательно улыбнулся:
— Так точно!
— Но какой же вы дед? Вы как мой папа молодой и красивый! — мудро отметила Танюша.
Дед Мороз улыбнулся ещё шире, отчего стал казаться ещё моложе:
— Это меня почему-то в книжках и на открытках с седой бородой рисуют. Вот представление и сложилось, что я дедушка. Так и прозвали! Но, вообще-то, меня по-разному кличут, — подмигнул мужчина.
— Так значит, вот вы какой?! Можно, я вас Морозко называть буду?
— Да зови как хочешь. Что привело тебя, Танюша? Путь ко мне не простой. Раз пришла, значит, дело серьёзное?
— Очень серьёзное.
Дед Мороз угостил девочку и Даньку мятными пряниками. Чай пили из настоящего самовара, растопленного еловыми шишками. Танюша поведала Деду Морозу свою грустную историю.
— Баба Маша сказала, что только вы и можете мне помочь, — закончила девочка.
Дед Мороз сидел серьёзным, однако взгляд излучал тепло:
— Я помогу тебе, Танюша, но у меня будет к тебе просьба.
— Какая?
— Слово не воробей. Никогда не произноси пустых слов не подумавши.
Танюша кивнула. Она уже и так поняла, что слова обладают волшебной силой, и обращаться с ними нужно очень аккуратно.
— А хочешь со мной поехать? — блеснул зелёными глазами Дед Мороз.
— А можно?
— Конечно! Станешь сегодня Снегурочкой.
— Хочу! — захлопала в ладоши Танюша.
Раздался звонок в дверь. Послышались шаркающие шаги, затем голоса, а потом Танюшу стали теребить за плечо. Девочка с неохотой открыла глаза:
— Папа! — взвизгнула и повисла у мужчины на шее.
— С Новым годом, соня! — весело сказал Алексей Михайлович.
— Папа, папа, — затараторила девочка, — мама в больнице, братик дышать не может. Это я виновата. Капризничала. Но Морозко обещал помочь. Я к нему ходила. Он обещал! А я... я больше никогда так вести себя не буду. Вот даже Данька подтвердит, — девочка достала из-под одеяла тряпичного Зайку в зелёный горошек.
— Морозко, говоришь, обещал? — переспросил Алексей Михайлович, сверкая на дочку зелёными глазами. — Если обещал, то поможет. Он слово всегда держит!
— А ты знаком с ним? — удивилась девочка.
— Конечно, знаком. Я тоже маленьким был. Пойдём-ка домой ёлку наряжать, — улыбнулся Алексей Михайлович, и Танюше на миг показалось, что перед ней сам Морозко на корточках сидит. — Кстати, мама звонила. Её перевели из реанимации в общую палату. К Рождеству домой выпишут.
Не успел Алексей Михайлович договорить, в кармане фуфайки завибрировал телефон:
— Алло!
— Алёша! — раздался взволнованный голос Галины Николаевны. Её слышно было всем в маленькой комнате, даже бабе Маше, стоявшей в дверях. — Алёша! Сашеньку отключили от аппарата! Он сам задышал! Справился!
Алексей Михайлович счастливо улыбнулся:
— Вы у меня настоящие молодцы! Отличная новость! Люблю вас и целую! Идём с Танюшкой ёлку наряжать! Хочешь поговорить с ней?
— Мама! — Танюша выхватила у папы из рук телефон. — Мама, прости!
***
Галину Николаевну выписали к Рождеству. К этому времени квартира Соломиных сияла чистотой и до краёв наполнена новогодним настроением. В канун Рождества Соломины накрыли праздничный стол и пригласили в гости бабу Машу. Зайке Даньке отвели почётное место. Он сидел на подоконнике и весело поглядывал на всех.
Сашенька пребывал ещё в больнице, но хорошо ел и исправно набирал вес. Малыша ежедневно навещал Алексей Михайлович, подолгу сидел рядом и разговаривал. А когда выписали Галину Николаевну, стали навещать вместе. Сашенька родителей радовал. После Рождества врачи обещали разрешить пребывание с мамой, а к концу января и вовсе выписать.
Дед Мороз к Танюше в этом году пришёл на Рождество. И пусть снова нарядился папа, девочка знала точно, что Дед Мороз существует.
Всё, во что мы верим, существует
Сконвертировано и опубликовано на https://SamoLit.com/