Океан дышал, млея в молочном тумане. Древние шершавые деревья тоже дышали, издавая своими темными массивными кронами шипящий шелест, который вторил волнам. Дышали и теплые болота, где в черной прозрачной воде благоухали ослепительно белые лилии.
Артуро сегодня встал рано. Он привык вставать раньше зари и обозревать с высокого утеса бескрайнюю океанскую гладь. Сегодня океан напоминал мокрый шелк, мягкий и безмятежный. Уже светло, а это значит, что пришло время выключить маяк. Как известно, луч его света, всесильный и резкий в черноту ночи, теряет свою силу и становится жалкой тенью дневного света за пределами ночи.
Артуро поднялся по скрипучей и покрытой ржавчиной винтовой лестнице наверх и выключил пульсацию фонаря. Вместе с фонарем угас и легкий, чуть слышимый гул, издаваемый механизмом. С чувством выполненного долга Артуро спустился вниз и отправился готовить снаряжение для рыбной ловли.
Это был его обычный день, сто семьдесят пятый от начала нового года, если быть точным, но, впрочем, это не представляло для Арутро ни малейшей ценности, ибо уже давно все дни и года слились воедино и казались лишь монотонным потоком ничем не примечательных будней. Океан стал чем-то привычным до неизбежности. Артуро и представить не мог свою жизнь без постоянного шума волн, соленой сырости и этих видов бескрайней водной глади. Он был неразделим от этих ощущений, они определяли его и задавали ритм его дыханию.
Всю свою жизнь Артуро занимался лишь ловлей рыбы, да охраной маяка. Рыба являлась для него жизненной необходимостью, поскольку служила не только питанием, но и основным заработком. А вот маяк давно перестал приносить прибыль.
Восемнадцать лет назад к дому Артуро на затерянный среди диких бескрайних просторов и всеми забытый полуостров приехал госслужащий и сообщил, что не было больше надобности присматривать за маяком, поскольку линии морских трасс перенесли далеко от этого места. Артуро не был огорчен этим известием, он принял его спокойно, ведь поскольку маяк был введен в эксплуатацию местными властями, значит, власти имели полное право прекратить его использование.
Артуро до сих пор помнил тот день, когда ему предложили стать хранителем маяка. Это случилось тридцать лет назад. К нему, бедному рыбаку из маленького морского поселения, совершенно неожиданно приехали представители властей с целым кузовом провианта, дорогих вин, заморских тканей и предложили стать смотрителем маяка в диком и удаленном от цивилизации месте. Артуро был тогда молод, но уже из-за некоторых обстоятельств к тому времени жил совершенно один, поэтому посчитал подобное предложение весьма выгодным, посему и дал свое согласие. Через пару месяцев за ним приехала черная лакированная машина, водитель помог погрузить немногочисленные вещи, а затем отвез Артуро на край света, в место, где располагался маяк, в край острых и высоких скал, бушующего необузданного океана, диких побережий и бескрайнего одиночества. Это было затерянное в неизвестности место, обитель забвения, где дули холодные колючие ветра и где воздух был пропитан морской соленой сыростью. Сам маяк выглядел живым и своенравным, одна его половина была покрыта застывшими солеными брызгами. Рядом с маяком имелся небольшой деревянный дом для проживания. В обязанности Артуро входило включать маяк с наступлением темноты и выключать с приходом рассвета, а также следить за работой всех механизмов и в случае неполадок сообщать об этом мастеру, который приезжал каждые два-три месяца для проверки. Власти платили деньги исправно, пятнадцатого числа каждого месяца приезжал курьер и выплачивал положенную сумму. Никогда не было задержек, впрочем, неполадок с маяком тоже не возникало. Все работало, как часы. Помимо этого, от государства также перепадали посылки с едой, различными продуктами и вещами. Заботились как могли. И Артуро грех было жаловаться на свою участь. Поэтому он не был расстроен, когда ему сообщили о решении властей закрыть маяк. В свое время они дали ему работу, тем самым наделив его жизнь смыслом, теперь же имели полное право забрать все это обратно. Все по-честному.
Но даже после официального закрытия Артуро не переставал следить за маяком. Ему позволили остаться там жить. Он по привычке зажигал маяк, когда воздух окутывала темная мгла, и выключал с первыми лучами рассветного солнца. Это стало своего рода ритуалом.
Маяк представлял собой огромную ценность. Артуро постоянно оглядывался на него, когда уходил в море, использовал его как главный ориентир при нахождении пути домой из темных сырых лесов и болот. Маяк давал чувство защищенности, он был подобен верному и преданному другу и скрашивал часы уныния. Артуро с энтузиазмом вставал по утрам, думая о том, что этим вечером он вновь осуществит важный ритуал зажжения маяка, что возможно, для какого-нибудь потерявшегося в темноте ночи корабля этот свет послужит спасением и надеждой. Кроме того, маяк был так же беспросветно одинок в своей участи, как и сам Артуро, поэтому они находились в непередаваемой гармонии друг с другом. Их сердца бились в унисон.
По утрам Артуро часто уходил в море на своей небольшой старой шхуне. Он ловил рыбу, крабов, собирал мидий и лечебные водоросли. Иногда попадались красивые раковины, тогда и они становились его бесценным уловом. Когда-то Артуро сам ездил на рынок, где продавал все то, чем поделилась с ним природа. На рынке он с интересом разглядывал диковинные поделки из ракушек, украшения и картины, но сам не мастерил подобное, поскольку не обладал творческим дарованием и воображением. Он просто продавал найденные на побережье раковины мастерам, предоставляя им всю радость творчества. Артуро обычно ездил на рынок на своей старой и громоздкой машине, но теперь он был немолод, и поэтому с рынка два раза в неделю приезжал перекупщик и забирал понравившийся товар, расплачиваясь за это не только деньгами (зачем они в безлюдной глуши слабому старику?), а в основном продуктами, одеждой, лекарствами.
В паре километров от океана располагался лес, влажный, густой, пряный. В нем находилось множество болот с ароматными ярко красными ягодами и озера с лилиями, что белее снега. Путь к этим озерам был неровный, заросший буйными травами и изрытый дождями. Артуро иногда ходил по этим тропам, взяв ружье и искал неведомых зверей, высматривал их следы. Порой попадались ему странные пушистые комочки, некоторых даже удалось подстрелить. Они напоминали зайцев и по виду, и по вкусу. Иногда от меткого выстрела замертво падали с высоких деревьев птицы, чьи песни были подобны крикам новорожденных младенцев. Но их мясо казалось Артуро жестким, а перья не пригодными к продаже, поэтому он старался не охотиться на крылатых созданий.
Путь от океанского берега, высокого, крутого, скалистого, открытого всем ветрам до леса, влажного, запутанного и душного, лежал через поля, многие из которых были покрыты шершавым золотистым морем буйных трав, а в самом лесу тяжелыми гирляндами рос дикий хмель. Дикий хмель Артуро собирал на заре, на пожелтевших шишечках еще сохранялись капли утренней росы. Роса, по мнению Артуро, придавала неповторимый вкус хмельному напитку, который он иногда готовил.
Так и протекали его дни. Он делил свою жизнь с морем и лесом.
Тот день, что перевернул жизнь Артуро, начался как самый обычный и посредственный день, как точная копия-клон предыдущих тысячи дней.
Артуро выключил маяк, полюбовался утренним океаном в легкой туманной дымке, послушал его дыхание и внутренние ритмы и отправился на рыбную ловлю. Завтра должен был приехать перекупщик за товаром, поэтому запасы рыбы надо было успеть пополнить до этого времени.
Вернувшись с рыбалки, Артуро, не отдохнув ни минуты, направился прямиком в лес, взяв ружье и надев высокие резиновые сапоги. Лес встретил его диким жужжанием насекомых, липкой духотой, переплетенными ветвями, сквозь которые почти не пробивался дневной свет. Зато некоторым лучам солнца удалось прорасти сквозь густую плотную листву, отчасти пробить ее насквозь острыми солнечными стрелами и вонзиться в удушливое и неподвижное чрево леса. Неподвижным казалось все: и застоявшийся воздух без намека даже на легкий ветерок, и монотонный треск насекомых, и запутанные ветви, и стволы, и равномерная давящая духота. Но Артуро упорно шел по узкой, невесть кем протоптанной тропинке, давил стелящееся у обочин растения, затаптывал в грязь попадающихся под ноги улиток и гусениц. На лице его свирепствовала уверенность в победе. Ружье угрожающе билось о рукав походной, пропитанной рыбным запахом, куртки. Но, несмотря на его настрой, охота оказалась неудачной: кроме двух жалких пушистых комков на тоненьких ножках подстрелить никого не удалось. Убрав скудную дичь в тряпичный рюкзак, Артуро сквозь буйные влажные заросли выбрался к берегу одного из лесных озер. Вид целого ковра белоснежных пышных кувшинок не оставил его равнодушным, и он решил сделать привал.
Постепенно стемнело, и не было особого желания встретить здесь наступление ночи, поэтому Артуро решил поторопиться. Он наскоро достал приготовленный наспех бутерброд и термос с чаем. Вдруг что-то резко пошевелилось в кустах. Артуро машинально схватил ружье и нацелился на противоположный берег. Спустя некоторое время он немного успокоился и принялся за еду, одновременно любуясь кувшинками. Каждая из них напоминала белое пламя, казалось, что они способны были поджечь озеро, в котором росли. Вместе с сумерками пришли тучи, повсеместное стрекотание значительно утихло.
И тут что-то большое прыгнуло в воду, прямиком в гущу кувшинок, в этот белый холодный огонь. Из-за сумерек и неважного зрения Артуро не удалось внимательно рассмотреть существо, но он готов был поклясться, чем угодно, что видел огромный рыбий хвост. Охотничий азарт не дал ему спокойно уйти. Он молниеносно вскочил и бросился к противоположному берегу озера. Этот порыв был настолько непривычен его размеренному образу жизни, что Артуро чуть было не упал в воду.
Придя в себя, он наклонился к воде и раздвинул плотно прижатые друг другу белые ароматные цветки. За ними чуть колыхалась черная прозрачная вода. Но это затишье было разбито вдребезги на мгновение показавшимся на поверхности очень большим рыбьим хвостом. Артуро попытался схватить хвост, но не успел, огромная рыба стремительно ушла вглубь озера.
Темнота уже довольно сильно вошла в свои владения, и Артуро пришлось вернуться ни с чем. Горечь сожаления и сжигающее любопытство прогнали сон. Придя домой и наскоро включив маяк, Артуро принялся размышлять об увиденном. Что есть эта огромная рыба? Каким образом она из океана попала в лесное озеро? Значит ли это, что где-то под землей имеются тоннели, ведущие от океана к озеру?
Огромное количество вопросов не давали покоя, с такой загадкой Артуро столкнулся впервые, но тем не менее твердо решил одно: рыбу надо непременно поймать. Эта идея показалась ему безумной, ведь подобное разрушало его размеренную и привычную жизнь, которую он все эти годы вел, но решение это до такой степени поразило Артуро своей основательностью и непоколебимостью, каких он сам от себя не ожидал, что он вознамерился осуществить свое намерение во что бы то ни стало.
Утром он перебрал вещи в сарае у дома, нашел запылившийся гарпун и длинные железные палки с крючками на концах. Дождавшись наконец перекупщика и совершив привычный ритуал купли-продажи, Артуро взял приготовленные вещи вместе с толстой прочной веревкой и сеткой и направился к озеру. Он был настолько увлечен своей новой идеей, что даже забыл выключить маяк.
У лесного озера он просидел почти весь день, не сводя глаз с белых цветов, но рыба не подавала признаков жизни. Он попытался приманить ее мясом зверей, убитых вчера на охоте, но рыбу мясо не прельстило. На озере царила тишина и какое-то мертвое спокойствие. Уходить пришлось в плохом настроении.
"Наверное, померещилось"- сказал сам себе Артуро по пути домой. Вернувшись, он обнаружил, что маяк до сих пор работает, пришлось срочно выключить лампу и тем самым уберечь ее от перегорания, ведь запасы новых ламп кончились, это была последняя. Эта ночь впервые не освещалась маяком, и Артуро чувствовал себя вдвойне уныло.
На следующее утро он опять собрался на озеро, но уже без былого энтузиазма и без рыболовных принадлежностей. Каково же было его удивление, когда он вновь увидел огромный рыбий хвост, скрывшийся в густых лепестках кувшинок!
Это решило все. Артуро наскоро собрал палатку, еду, теплые вещи, рыболовные снасти, ружье и до рассвета покинул дом.
Озеро было окружено неестественно белым и густым туманом. Собрав палатку и разведя костер, Артуро в обнимку с ружьем сидел на берегу и не сводил глаз с поверхности озера. Так просидел он несколько часов, пока голод не одолел его. Пришлось встать и в котелке сварить кашу из рыбных консервов. Поев и немного отдохнув, он вновь вступил на вахту. Но таинственное существо не появлялось. Все было окутано тишиной, туман рассеялся, но странное создание по-прежнему было сокрыто от его взора. Почему-то Артуро нисколько не расстроился, а даже наоборот. Эта охота показалась ему крайне занимательной и интересной. Он в воодушевленном бездействии прождал существо до вечера, затем лег спать, оставив костер гореть.
Артуро вышел из палатки, раздавил ногой тлеющие угольки и направился к берегу озера. Белые лилии застыли в тумане, словно вросли в него, а под ногами что-то хрустнуло. Наклонившись, Артуро увидел нечто блестящее и переливающиеся. Словно осколок перламутра. Он незамедлительно поднял это неведомое нечто и поднес ближе к глазам. Несомненно, это была рыбья чешуя, большая, разноцветная чешуйка, переливающаяся всеми гранями аквамарина и перламутра. Рядом нашлись еще несколько. И еще. Они были разбросаны по землистой поверхности подобно разноцветной мозаике. Больше всего их было у куста, из-за которого доносился чуть слышный шелест.
Артуро подошел поближе, шелест тотчас стих. Видно, существо выбралось на поверхность. А может...
Артуро несмело шагнул за куст и ахнул. Дивное создание предстало перед его взором. Рыба? Можно ли то, что он увидел, назвать рыбой? В куче блестящей чешуи медленно извивалось некое существо с длинным рыбьим хвостом. Его можно было бы назвать русалкой, ведь верхнее туловище очень напоминало женское тело: живот, грудь, две руки. Но вот лицо мало походило на человеческое. О да, у него были два глаза, но они обросли вокруг мелкой чешуей и состояли почти целиком из черного зрачка, был нос, но он почти не выделялся на фоне лица и выглядел как две дырки, были и губы, но они напоминали древесную кору. Кожа существа отливала зеленоватым свечением, а в коричневые и очень пышные волосы были вплетены остатки водорослей. От существа исходил неприятный запах тухлой рыбы и скисшей тины. Так пахло на диком пляже, где валялись сгнившие водоросли и дохлые обитатели морских глубин. Это был запах моря. Существо прибыло оттуда.
Артуро не сразу смог взять себя в руки. Существо, завидев человека, замерло недвижимо. Артуро жалел, что не взял с собой ружье. По сути, он не взял ничего, что могло бы сейчас ему пригодиться для ловли существа. Тогда он решил схватить это создание голыми руками, ведь такой случай может потом не представиться. Он подошел ближе. Существо зашипело. Оно, наверняка, было женского пола, поскольку его тело было очень похоже на женское, если не брать во внимание хвост и уродливое лицо. Его шипение словно было неким предостережением. Изо рта показался длинный узкий кончик языка, похожий на змеиный. Эта странная русалка продолжала шипеть, Артуро медленно обошел ее и встал со спины. Так легче будет схватить, подумал он. Русалка быстрыми движениями поползла к берегу озера, решив сбежать, нырнув в воду. Артуро с поразительной и не свойственной ему ловкостью молниеносно набросился на нее, обхватив обеими руками. Она попыталась укусить за руку. Тогда он изо всех сил схватил ее за волосы и, дернув так, что она взвизгнула от боли, связал ее собственными волосами и перевернул лицом вверх. В глазах существа были и ужас, и злость.
- Теперь ты моя! – прошептал он с вымученной улыбкой.
Ему не верилось в собственную победу. Он схватил русалку, приволок к палатке и связал накрепко приготовленными веревками. Веревки врезались в тело до крови, русалка выла и шипела. Тогда Артуро закрыл ей рот старой тряпкой. Он не хотел причинять ей боль, но считал это необходимостью в данном случае. Ему казалось, что сейчас он должен был заставить это существо бояться, припугнуть силой, продемонстрировать свою власть, запугать.
Пока русалка дергалась и извивалась, скуля от боли и страха, Артуро сидел напротив и внимательно разглядывал необыкновенную добычу. Ее тело выше хвоста было зеленовато-белым, покрытым мелкой блестящей зеленой чешуей. Грудь выглядела как две округлости, но вместо сосков была опять же чешуя, живот был в небольших жировых складках и без пупка, а вот шея у существа показалась Артуро красивой, она была длинная и стройная. Уродливое лицо очень не шло к такой изящной шее, впрочем, к таким длинным и пышным волосам оно тоже не было подходящим вариантом. Артуро подошел к существу ближе и внимательно пригляделся к лицу. В принципе, не так-то ужасно, как в начале привиделось. А если присмотреться- то вообще вполне себе ничего. Довольно сносно. Артуро потрогал волосы. Они были жесткими на ощупь. Он решил заказать перекупщику хороший шампунь, чтобы сделать эти волосы мягкими и послушными. Русалка немного успокоилась и обмякла. Артуро обернул ее в имеющееся тряпье и медленно понес к дому. За палаткой и оставшимися вещами он решил вернуться позже. Русалка была довольно-таки тяжелая, и Артуро пришлось по пути делать остановки и привалы.
Вернувшись домой, он занес русалку в одну из пустых комнат.
- Теперь ты будешь тут жить.
Существо выглядело очень вялым, словно в нем медленно угасала жизнь. Артуро подумал, что это несвобода так угнетающе подействовала. Он погладил русалку по волосам и сказал:
- Обещаю тебя развязать, если не будешь вырываться.
Ответа, разумеется, он не дождался. Чтобы обезопасить себя, он закрыл дверь и взял в руки нож и только потом принялся развязывать веревки. От них на коже существа остались глубокие кровавые порезы. Освобожденная от веревок, русалка еще более обмякла, ее пришлось положить на пол. Она сильно побледнела. Артуро испугался, что она может умереть и начал думать, чем он может ей помочь. Убедившись, что русалка безвредна и неспособна к побегу, он пошел на кухню и приготовил ей еды, сырого мяса диких лесных птиц, немного картофеля и воды. Увидев воду, русалка заметно оживилась и с жадностью поглотила все содержимое блюдца.
Артуро принес ей целый кувшин с водой. Русалка выпила и эту порцию, а часть воды вылила на себя. Тогда Артуро пришел к заключению, что существу для поддержания жизни необходима вода. Что было логично и ожидаемо. Он принес несколько ведер морской воды и наполнил старую заржавевшую ванную, которая в свое время была любезно установлена властями и которой он никогда не пользовался. Он неторопливо погрузил туда русалку. В воде она окончательно пришла в себя, а Артуро с облегчением подумал, что теперь он не даст ей умереть.
После того, как русалка провела несколько часов в ванне, Артуро извлек ее из холодной мутной воды и отнес в деревянный сарай рядом с домом. Там на сырых, теплых и пряных бревнах он постелил шкуру какого-то неведомого животного и бережно положил русалку. Она не выражала никаких признаков сопротивления, из-за чего казалась тряпичной куклой, отяжелевшей от переизбытка влаги.
- Ну вот теперь ты чистая. Обещаю, что буду омывать твое тело.
После этих слов русалка будто опомнилась, встрепенулась и забилась в угол. Длинные, густые, запутанные волосы закрывали ее лицо и губы, которые беззвучно открывались, будто пытаясь изречь проклятия.
- Ты меня боишься, это и понятно. Но тебе следует привыкнуть.
Артуро неторопливо подошел к русалке, что заставило ее еще больше забиться в угол.
- Я не знаю, кто ты и откуда, но, признаюсь честно, для меня это не играет абсолютно никакой роли. - Он уверенным жестом прожженного жизнью человека положил свою ладонь ей на голову.
- Я очень одинок. - он медленными движениями принялся распутывать и разглаживать волосы, пытаясь открыть доступ к глазам. Русалка дрожала и тихо сопела, что порой переходило в рычание.
- Ты знаешь, каково это - быть одиноким?
Он грубо, но одновременно нежно, как-то по-отечески взял ее волосы, достал со старой ветхой и пыльной полки деревянный гребень, частично сломанный и непригодный к использованию.
- Этим гребнем, должно быть, причесывались столетие назад, - ухмыльнулся Артуро и начал водить ссохшимися от старости зубцами гребня по грубым и мочалистым волосам русалки.
Утреннее солнце пробивалось в распахнутую дверь, сочные салатовые листья бросали воздушные тени на стены и потолок и обволакивали своим эфемерным шуршанием. Этот звук был похож на то, как если бы миллионы маленьких мотыльков одновременно затрепетали своими крыльями. Обрамлял этот воздушный гомон величественный и далекий рев океана. Весь ветхий сарай из сырых досок бал наполнен утренним дыханием солнца, каждый брус впитывал в себя лучи, а затем источал их с двойной силой.
- Я не хочу давать тебе свободу, хоть и знаю, как ты о ней мечтаешь. Если бы ты была на моем месте, ты бы меня поняла.
С этими словами он перестал расчесывать запутанные пряди, собрал воедино пучок волос и резко их дернул. Но русалка не издала ни звука.
- Я буду кормить тебя, давать воду, заботиться о тебе. Но ни за что не позволю меня покинуть. Отныне ты моя.
Артуро с вымученной улыбкой приобнял русалку за шершавые зеленоватые и пахнущие тиной плечи. И тут заметил, что они оба отражаются в мутном стекле маленького круглого зеркальца в пыльной оправе из выцветшего золота.
- Тебе придется привыкнуть. Отныне здесь - твой дом.
Он сидел на голых шершавых досках и с болезненным наслаждением наблюдал, как русалка жадно пожирала мясо. Дурманящий запах свежей только что убитой плоти повергал ее в неистовство, в состоянии аффекта она вгрызалась своими острыми клыками в остывающую плоть, раздирала на части когтями и упивалась горячей кровью, которая ручьями стекала по ее волосам, шее и остальному телу. Она рычала и представляла собой квинтэссенцию дикости и необузданности.
- Да, ты тоже хищница...
Это и восхищало Артуро своей примитивной непосредственностью, но в то же время пугало неконтролируемой агрессией и неистовыми инстинктами. Ему пришла в голову мысль, что при случае русалка может так же молниеносно и дико сожрать его самого.
Вдруг снаружи раздался звук подъезжающей машины. Русалка замерла с запекшейся кровью на губах и прилипшими к лицу прядями волос.
- Кого черт несет?
Артуро взял ружье и, кряхтя, вышел из сарая. Оказалось, что приехал перекупщик. С появлением русалки Артуро потерял счет времени. Посмотрев на захудалый календарь, он понял, что сегодня - день встречи с перекупщиком. Меньше всего сейчас Артуро хотелось кого-нибудь видеть. Да и товара как такового не осталось, перекупщику пришлось довольствоваться парой старых, по краям обитых больших раковин, чем он явно был недоволен.
- Что это с тобой, старик? Почему такой маленький улов?
- Не забывай, что я дряхлею. И силы мои не безграничны.
Перекупщик, недовольно фыркнув, сел в свой запачканный дорожной пылью фургон и, громко рыча мотором, уехал прочь.
Артуро тотчас вернулся к русалке. Она лежала на полу среди обглоданных костей, распластав покрытые кровью руки и тяжело дышала. Артуро с трудом ее поднял и перенес в ванну, где она почувствовала себя значительно лучше. Он взял ветхую губку и принялся с усердием тереть плотное и крупное тело.
- Мы с тобой хорошо заживем. Я о тебе позабочусь.
Он омыл ее тело, хвост, каждую прожилку, стараясь делать все как можно нежнее. Затем он задумался о чем-то глубоком и щемящем, что даже глаза увлажнились слезами. Посидев так недвижно пару минут, он стремительно удалился, громко хлопнув дверью.
Всю ночь он слышал ни на что не похожий вой. Этот вой чем-то напоминал вой китов или дельфинов, но был более протяжный, надрывный, словно далекий женский плач. Артуро в волнении выбежал из дома и долго всматривался в непроглядную темень далекого океана, откуда доносились эти звуки, словно в этой океанской пучине, в этой необъятной бездне печальные морские плакальщицы пели нечто вроде погребальной песни или молитвы. Да, это была именно молитва, отчаянный клич морских сирен, зов о помощи в состоянии безысходности. Тонкие, высокие, вибрирующие, чистые звуки. Не звуки, а голоса.
Голоса из океана.
Артуро широкими и быстрыми шагами вошел в сарай, где на теплой шкуре лежала русалка. В сарае до сих пор пахло кровью и мертвой плотью. Артуро подошел к русалке ближе. Она лежала в ореоле своих волос, ее глаза конвульсивно дергались, а изо рта чуть слышно доносился слабый хрип.
Артуро резко включил свет, русалка открыла глаза.
- Это ведь твои пришли за тобой? Они ведь тебя потеряли, да? - он горько усмехнулся.
Русалка посмотрела на него почти понимающим взглядом.
- Они пришли за тобой! Они тебя ищут! Ты им нужна! - он почти что кричал, хаотично шагая по комнате.
- Но им тебя не найти. Не найти! - он рывком подошел к ней и грубо схватил за шершавый подбородок.
- Не найти!
Затем он отпустил ее, помолчал немного, вслушиваясь в протяжный плач, доносящийся с океана и сказал:
- У меня тоже когда-то были те, кто любил меня и кому я был нужен. Сейчас мне кажется, что все они существовали лишь в прошлой жизни. И будь уверена, тебе тоже так будет казаться. Разумеется, когда ты в полной мере осознаешь невозможность бегства.
Он низко склонился над ее немигающими зрачками.
- Даже не пытайся сбежать. Это попытка будет заранее обречена. Просто знай.
Удовлетворенный своими словами, Артуро покинул сарай. Плач морских сирен утих лишь к рассвету. Все это время Артуро провел в тягостных раздумьях.
Возможно, это был древний сохранившийся вид океанских существ, не известный науке, своего рода побочная ветвь эволюции. Кем бы они ни были, несомненно, они были разумны, возможно даже, являлись далекими предками человеческого рода. Загадка интриговала Артуро, он жаждал получить ответы на свои вопросы. По каким-то причинам эта раса или цивилизация русалок не выходила на контакт с людьми, а, наоборот, будто всеми силами старалась этого избежать. Значит, на это имелись причины. Более того, Артуро заинтриговала система подземных тоннелей, по которым русалки из океана попадали в лесное озеро. Он принял решение завтра наведаться к заросшему белыми лилиями озеру и тщательно его изучить.
Подготовив вечером все необходимое снаряжение, ранним утром он отправился к озеру. Но перед этим зашел в сарай и связал русалку грубыми толстыми веревками. Она шипела, извивалась, сопротивлялась, но Артуро не отличался сентиментальностью и связал ее как можно крепче.
Затем, он, накинув на плечи большой потрепанный рюкзак, отправился сквозь душные заросли и размытые дождями тропы к озеру белых лилий. За время его отсутствия озеро ничуть не изменилось. Казалось, оно застыло навечно в своей форме, даже листья и лепестки кувшинок не колыхались на ветру, а были замурованы в тумане. Артуро бросил снаряжение, скинул верхнюю одежду и ботинки, готовясь нырнуть в озеро. Но перед этим он длинной тростью проверил глубину. Озеро было мелким, всего полтора метра глубины, но не стоило обольщаться, ведь на дне озера мог оказаться коварный ил, затягивающий и поглощающий любого, кто на него ступит. Поэтому Артуро привязал себя за пояс веревкой к стволу толстого дерева, чтобы в случае засасывания суметь выбраться. После чего он мелкими шажками вошел по скользкому, покрытому полусгнившими сырыми листьями берегу в черную воду, туго покрытую кувшинками.
Листья звучно заскрипели, когда он погрузился в воду, рой мелких и неведомых черных насекомых, потревоженных, взмыли вверх, со дна поднялись болотные газы гнилой тины и водорослей. Артуро, крепко встав ногами в коварный ил, покрепче ухватившись за веревку, сделал глубокий вдох и погрузился под слой кувшинок. Их листья были настолько упруги, что не пропускали солнечный свет, но Артуро предусмотрительно взял с собой мощный фонарь. Подождав, пока ил вновь уляжется на дно, Артуро принялся жадно обыскивать лучом фонаря дно озера. Вокруг была чернота, в которой плавали ошметки водорослей и отмерших растений. Его взгляд жадно цеплялся за окружающее пространство, но увидеть ничего так и не удалось. Почувствовав, что ему не хватает воздуха, Артуро вынырнул на поверхность, а затем, переждав пару минут, сделал еще один глубокий вздох и нырнул повторно, но в другом направлении. Глаза были раздражены илом, но свет фонаря своей мощью не давал терять надежды. И тут Артуро показалось, что он увидел некое подобие тоннеля. Он хотел подойти ближе, но подвела веревка, она зацепилась за какие-то ветви. Буквально в метре от предполагаемого тоннеля Артуро завис, более того, воздух в легких постепенно кончался, да и глаза нещадно чесались от попавшего туда песка, и он решил на этот раз сдаться. Но только на сегодня. Потому что Артуро не сомневался в наличии подземных тоннелей между океаном и лесным озером, которыми пользуются русалки или те, кто на них так похож.
Следующей ночью Артуро наблюдал на пустынном освещаемом маяком пляже мелькание светящихся созданий и едва заметные силуэты. Он забегал в воду, пытаясь схватить неведомых существ, забрасывал сети, но все было тщетно. Эти создания были подобны неуловимым теням и подводным течениям. Артуро громко во все горло закричал, и крик его разнесся по дикому необъятному побережью, слился с волнами и ветрами.
Вернувшись домой, он сразу отправился к себе в комнату, даже не проверив состояние русалки.
И ночью этой ему снились поистине необычные и странные сны, каких он раньше никогда не видел. Снились ему подводные глубины, затонувшие руины древних храмов, все еще хранивших дух молитв неведомым божествам, полуразрушенные заросшие водорослями молитвенники, ритуальные статуи, чаши и алтари. Но они не были мертвыми, хотя живыми их тоже назвать было нельзя. И все же в них пульсировало что-то, некий дух или сущность, не постижимая разуму. А вокруг руин погибших древних храмов, погребенных в океанских глубинах и впадинах, было какое-то таинственное, поистине мистическое голубоватое свечение, и слышен был протяжный далекий стон, словно чей-то плач или, может быть, молитвы или траурное пение. И будто этот кто-то, скрытый за вуалью глубоководных течений, оплакивал мертвые храмы и почивших в бездне богов. Кто построил эти храмы? Какой народ в них обитал? Были ли это люди или же загадочные существа? Как бы то ни было, эти руины притягивали к себе, словно магнитом, засасывали в себя, медленно поглощали, впитывали, словно таким образом пытались заглушить свое многовековое одиночество. Бездна звала. И Артуро почувствовал просто непреодолимое желание раствориться в этой Бездне и стать ее неотъемлемой частью...
Когда он проснулся утром, яркое солнце врывалось в его комнатушку, заливая все вокруг теплым желто-оранжевым светом.
Артуро дрожал. Слишком странен и непонятен был сон. Слишком сильное впечатление он произвел, будто в этом сне было поистине что-то важное. Конечно же, этот сон был несомненно связан с русалкой и теми существами, которых он видел ночью, и стоны которых он слышал. Руины древних храмов до сих пор стояли у него перед глазами, заставляя его содрогнуться от неведомого всепроникающего ужаса.
Он быстрым шагом направился в сарай, чтобы увидеть русалку.
От недостатка воды она пластом лежала на соломе, ее дыхание было тяжелым и неровным, запутанные волосы распластались по полу. Она усыхала без воды.
- Сколько дней ты выдержишь без воды? - задал вопрос Артуро, прекрасно понимая, что русалка не сможет на него ответить.
Его почему-то душила злоба, жгучая бессильная злоба и на себя, и на русалку, и на всю эту ситуацию. Злоба на то, что он, чувствуя себя вовлеченным в какие-то мистические таинственные процессы, не имел ни малейшей возможности что-то понять, найти ответы и разгадку этой тайны, постичь или же хотя бы получить хоть какую-то информацию.
Он грубо поставил ногу на тело русалки так, чтобы причинить ей боль. Она тихо захрипела.
- Знаешь, какой я видел сон этой ночью?
Он склонился над усыхающей русалкой и крепко взял ее за волосы.
- Я много думаю об этом сне. Он не дает мне покоя. Моя первая мысль- что все эти руины- остатки города твоего народа. Но знаешь, что потом пришло мне в голову? То, что они, обитатели или хранители этого подводного города, на тебя не похожи. Они светятся, они какие-то бестелесные, в то время как ты обладаешь плотным телом и зависишь от физических факторов, например, таких как вода. Удивительно, правда?
Русалка хрипела.
- Так кто же они? Твои боги? Духи? Души усопших предков? Они зовут тебя? Они оплакивают тебя? Ну а кто тогда ты?
Артуро в бессилии выпустил волосы русалки и в изнеможении сел на мягкую прогретую солнцем солому. Снаружи был слышен океан.
- Прости. Я понимаю, что не твоя это вина. Может, и ты задаешь себе подобные вопросы. Жизнь- это загадка. Это чудо. Это боль.
Артуро с трудом поднялся и направился к двери.
- Я сделаю тебе подарок.
Он неспешно вернулся в маяк и позвонил одному из закупщиков морских раковин.
Подарок обещали доставить в скором времени.
- Вы уверены, что готовы оплатить подобное? - уже в третий раз спрашивал курьер, в шоке оглядывая старика в дряхлых одеждах.
- Не твоего ума дела.
- Я знаю вас не первый год. И последние несколько месяцев дела ваши идут не очень, так что...
- Ты не задавай вопросов и просто помоги мне распаковать то, что я заказал.
- Но зачем вам гигантский аквариум?
- Умерь свое любопытство. Просто выгрузи его и установи на пляже рядом с маяком. Я так хочу.
- Как знаете! - удивленно и немного раздраженно сказал курьер, не сумевший удовлетворить свое любопытство, а затем дал приказ команде рабочих выгрузить огромный ящик с аквариумом на пляж, распаковать и вкопать в песок, установив специальные опоры для прочности.
Рабочие принялись за дело, а Артуро молча смотрел на мерно дышащий океан.
Как только аквариум был прочно вбит в колкий сырой песок, рабочие провели к нему специальный шланг и насос, чтобы накачивать воду из океана и менять ее на свежую, когда в этом возникнет необходимость.
- Вы что, ручную акулу собираетесь завести? - беззлобно, но насмешливо спросил один из рабочих. Артуро окинул его мрачным и презрительным взглядом.
- Держать аквариум на улице- плохая идея, - подключился второй рабочий, - Что, если прилив? Или сильный шторм? Давайте мы вам его в доме установим?
- Делайте, что сказано! И без вопросов! - грозно прикрикнул Артуро, теряя терпение.
- А все же, для чего вам понадобился такой аквариум? В этой глуши его даже некому будет показывать!
- Набирайте воду и уходите.
- Да ладно вам!
- Не ваше дело! Как закончите работу- уходите. Деньги у курьера.
Рабочие обиженно фыркнули, при этом продолжая в недоумении улыбаться, переговариваясь между собой о непонятных странностях старика-отшельника.
Когда они ушли, Артуро выждал пару дней, прежде чем решился перенести русалку в новое обиталище. Он нервно ходил, подолгу всматривался в кажущимися для него враждебные дали, подозрительно осматривался и вздрагивал от каждого шума. Паранойя овладела им и не давала покою и гармонии поселиться в его сердце. Более того, его мучили странные обрывки сновидений о подземных древних храмах. Ему казалось, что за ним кто-то следит.
В один из дней он зашел к русалке. За последние недели она изрядно усохла, осунулась и опала.
- Помирать собралась? - обратился он к ней с горькой усмешкой.
Он потрогал ее лоб. Он был горячий и сухой, как и она сама.
- Да, не в моей власти приказать тебе жить и удержать от смерти. Жаль. Что ж... Если умираешь- так умирай поскорей. Твои заждались.
В эту минуту русалка словно стала кем-то иным. Она посмотрела на Артуро каким-то не своим, чужим, предельно осознанным взглядом какого-то очень развитого во всех смыслах существа. Артуро даже показалось, что русалка вот-вот что-то ему скажет. Этот взгляд по дикой случайности напомнил ему глаза его жены. Артуро схватил рядом лежавшую палку и с силой ударил русалку по хребту. Она чуть слышно пискнула и затихла. Ее взгляд стал прежним.
- Ты кем-то одержима? А что, если я скажу тебе, что тоже одержим?
Он принялся связывать русалку крепкой морской веревкой, опасаясь, что при попытке перенести ее в аквариум она станет сопротивляться и предпримет попытку бегства.
Жесткая веревка явно причиняла русалке сильную боль, на коже то и дело расцветали кровоподтеки.
- Это для твоего же блага. Я обещал тебе подарок, помнишь?
Крепко связав русалку, Артуро взвалил ее все еще грузное, но полегчавшее от обезвоживания тело и направился к аквариуму. Аквариум большим прозрачным голубым кубом мерцал на побережье, создавая абсолютно сюрреалистическую атмосферу. Особенно становилось странно при попытке взглянуть на океан сквозь стекла заполненного аквариума. Все расплывалось и искажалось.
Артуро предусмотрительно оставил стремянку у подножия стенок аквариума, которой и воспользовался. Тяжело кряхтя, он с огромным усилием поднял русалку и скинул ее в лоно новой обители.
Несмотря на свой объем, аквариум все же был русалке тесноват, и она находилась в достаточно скованном положении.
- Оставлю тебе воздух, не буду закрывать крышку.
Идея оставить аквариум сверху открытым сначала показалась Артуро рискованной, но потом он подумал, что аквариум очень высокий и русалка просто физически не сможет из него выбраться. На всякий случай он подпилил края, чтобы на них образовались стеклянные шипы для предотвращения возможного побега.
С ощущением выполненного долга Артуро стоял в стороне и наблюдал за русалкой, за ее заторможенными движениями изможденного и измученного тела. Аквариум ей был маловат, и она не могла воспарить внутри, ее хвост безнадежно упирался в стекло и ее перепончатые ладони так же скользили по стеклу. Русалка шевелила своим подобием губ, похожими на древесную кору в этом небольшом, сияющем аквамарином стеклянном ящике посреди бескрайнего дикого пляжа. Вокруг распластались нити водорослей, волны беспокойно неслись на берег, и в этом упорядоченном хаосе природы Артуро почувствовал великое удовлетворение, не сводя глаз с заключенной в аквариум русалки. Он так долго всматривался в нее, что ему показалось, что он начал наблюдать свечение, точно такое же, какое виделось ему во снах про древние подводные храмы. В это же мгновение ощущение какой-то высшей гармонии, затронувшее его кончиком бестелесного крыла, сменилось на дикий иррациональный страх и экзистенциальную всепоглощающую тревогу. Взгляд Артуро окаменел. Он словно оказался неведомо где. Не отдавая себе отчета, он быстрым шагом направился к аквариуму и, подойдя к нему, прислонил лицо к стеклу, жадно всматриваясь в наглухо черные глаза русалки, словно пытаясь увидеть в них дверь, за которой он сможет найти ответы. И дверь эта словно предстала перед его взором, но она упрямо не желала открываться. Глаза русалки снова были пусты. В них были лишь угасающие отголоски боли.
Чтобы унять страх и раздражение, Артуро направился прочь от аквариума и от дома, бродил по пляжу до сумерек. По возвращении домой он почувствовал себя значительно хуже. Голова сильно кружилась, в груди давило и сводило дыхание.
Не стоило предпринимать таких длительных прогулок, ведь семьдесят пять лет- это уже не двадцать, многие вообще не доживают до этого возраста, говорил сам себе Артуро, внезапно ощутив всю тяжесть своих лет. Уже семьдесят пять. А посмотришь назад - и жизни-то словно и не было. Казалось, всем его существованием всегда были лишь океан, ветер и маяк. Ну и лес. Больше никто и ничто. А все, что было до- блеклое привидение, которое рассеялось в ярком свете маяка и было унесено ветрами далеко в океаны.
Артуро усмехнулся. Под конец жизни у него появилась русалка. Да и русалка ли это? Даже на этот вопрос он не мог получить ответ. Все, что он мог- держать неведомое существо в плену, не задумываясь о том, имеет ли он на это право. А что, если и это ощущение его власти над существом- фикция? Вдруг это существо есть нечто иное, нечто большее, чем просто это уродливое тело русалки, и эта тюрьма в виде аквариума никак не ограничивает его дух? Есть ли дух? Артуро с болью посмотрел на этот вечно покрытый волнами океан. Пора бы поразмыслить над тем, что есть дух. Он никогда не был ни религиозным, ни верующим человеком. Жил всегда настоящим и тем, что ему посылал день, честно трудился и видел красоту окружающего мира, не жаловался на судьбу и не роптал, не был охвачен страстями и ни о чем не сожалел. Он просто жил как мог, мирно, незатейливо и просто, ни от кого и ничего не ожидая. Но теперь все его существо требовало ответов на те загадки, что были посланы ему жизнью и те, что ожидали его после смерти. Возможно, ему скоро предстоит пересечь рубеж и перешагнуть порог, а к этому стоило подготовиться должным образом.
Когда солнце село за недостижимую и иллюзорную линию горизонта, Артуро поспешил домой, любуясь при этом ярко розово- лиловым цветом наступающих сумерек. В груди защемило. Отчего он именно после появления русалки так резко и болезненно стал ощущать свое одиночество, такое беспредельное и всеобъемлющее? Почему одиночество никогда с такой силой не тяготило его, не прогрызало в его сердце дыру и не бросало его в бездны отчаянных раздумий? Неужели дело в том, что подле него наконец появилось живое существо?
В гнетущем настроении духа Артуро мрачно поднялся на башню маяка и зажег лампу. Свет лампы был тусклее обычного и мерцал нездоровым светом. Последняя лампа перегорала, расстроено подумал Артуро. Необходимо было срочно принять меры и заказать новые лампы. Спустившись к себе, он решительно взял в руки телефон, но тот почему-то оказался сломанным. Не было гудков. Очевидно, телефонная линия была где-то повреждена. Дикий край- ни души. И дела никому нет до старого отшельника, доживающего свои последние годы. Это означало, что завтра ему на весь день придется уехать в город, чтобы купить новых ламп для маяка и разобраться с телефоном.
Артуро тяжело вздохнул и, выйдя на улицу, взглянул на аквариум, который казался призрачным силуэтом в свете слабо мерцающего маяка. В темноте ночи он не смог разглядеть русалку. Сквозь шум волн он будто услышал невнятный тихий голос, который нежно и вкрадчиво произнес: "Отпусти". Все отчаяние и боль разом поднялись со дна его души и затуманили разум.
Никогда не отпущу! Умру, но не отпущу! Никогда! - мысленно выкрикнул Артуро невидимому собеседнику.
Он зашел домой, словно ураган, громко хлопнув дверью, упал как подкошенный на кровать- и отключился. Словно кто-то его отключил. Он лишь почувствовал, как что-то густое и теплое обволакивает его разум.
И снова в своих снах он оказался глубоко-глубоко на океанском дне. И ему пришла информация, что это настолько глубоко, что у него не хватит воображения себе даже это представить. Раньше он видел части руин, заметенные песком и заросшие кораллами, теперь же ему предстало видение во всем своем великолепии. Нереально огромный древний храм, искусно сотворенный неведомой цивилизацией, на треть вросший в океанское дно предстал во всем своем величии перед Артуро. Мистическое призрачное голубоватое свечение заполняло собою все, и где-то из темных глубин доносилось пение-молитва, надрывное заклинание и призыв, мольба. Это все погрузило Артуро в потустороннюю непередаваемую тоску о чем-то высшем и запредельном, и ему показалось, что он этого не выдержит. Ему хотелось убежать, но зовущие бездны разверзлись повсюду, своими высокими плачущими многоголосьями глубоководных ангелов они словно призывали его к себе, в обитель бездонной тоски и красоты. Перед ним предстала древняя чаша, поросшая кораллами со светящееся голубоватой эманацией. Храм окутала легкая дрожь, словно зыбь едва зародившегося землетрясения.
Что это? Что это?! Что?!!- беззвучно вопрошал Артуро.
Пыль и песок начали медленно взлетать вверх, погруженные в мягкое голубое свечение, и Артуро услышал, как неведомый голос, сильный, звонкий и необычный, произнес одно лишь слово: Освобождение.
Он проснулся, когда солнце стояло уже высоко в небе. Насколько он себя помнил, никогда в жизни он не вставал так поздно, имея привычку просыпаться с восходом солнца. Какая-то легкость охватила его. Он, наспех позавтракав, быстро собрал немногочисленные вещи в поездку, вынул из старой выцветшей жестяной шкатулки последние деньги, засунул их за пазуху и вышел на улицу.
Русалка шевелилась в аквариуме. Пыталась плыть. Артуро же, глядя на нее, пытался вспомнить сон, который ему снился, но от сна остались лишь осколки воспоминаний, искаженные призмой мутного стекла. Русалка не выглядела агрессивной, и он, решив близко не подходить к аквариуму, сразу направился в старый обветшалый гараж. Теперь требовалось завести машину, такую же старую, как и он сам. Повезло, что бак оказался почти полон бензина. Провозившись со старой машиной больше часа, Артуро удалось ее завести и он, рухнув на сидение, порулил на выезд к главной трассе. Несмотря на то, что он давно не водил, навык не был утрачен, и Артуро, расслабившись, не спеша поехал в город. Почти пять часов пути прошли довольно непринужденно, но поскольку выехал он поздно, то соответственно, и в город он приехал только к вечеру, когда солнце уже склонилось и небо начало приобретать оранжевые краски и тона.
Артуро заехал в магазин за лампой для маяка, но магазин уже был закрыт, так же, как и здание управления телефонной связью. От безысходности он долго бродил по улицам, потом набрел на мотель и решил там остановиться на ночь. Сильное беспокойство охватило его, он беспрестанно думал о русалке, о том, что имел глупость не закрыть аквариум перед отъездом. Им овладела сильная бессонница, перед взором мелькали образы затонувшего храма, голубого свечения, и были слышны потусторонние голоса.
Кое-как погрузившись в поверхностный сон, Артуро проспал часа два и проснулся около шести утра. Ему привиделся необычайно яркий, реалистичный и непонятный сон. Сначала он увидел знакомый пляж, дикий, песчаный, бесконечный, утопающий в предрассветной дымке после только что испарившихся сумерек. Пляж казался ему знакомым, но на самом деле был порождением бесследно ушедших сумерек, за гранью и в междумирьях. Откуда ни возьмись из разбивающихся о пески волн начали материализоваться непонятные объекты: большие, округлые, похожие на старинные камни шарообразной формы с полостью внутри, изрезанные временем, источенные водой, обветренные, покрытые непонятными таинственными иероглифами исчезнувших цивилизаций. Их поверхность была неровная, шероховатая, нежно розово-персиковая с примесью бирюзы и белых вкраплений. Как-то давно Артур увлекался кристаллами, их многомерными завораживающими текстурами, удивительно богатой цветовой гаммой. Именно кристаллы из недр земли так напоминали ему эти странные каменные сферы, сотворенные из неизвестных минералов и веществ. Неуверенные робкие трещины стали появляться, ветвиться и расползаться по шероховатой неровной поверхности, откалывая целые куски и части древних иероглифов. Из трещин полилось слабое сияние, которое по мере роста трещин уверенно набирало силу. Вскоре сферы задрожали и стали медленно распадаться на части, от их стен откалывались целые куски, многоцветные, многослойные, как драгоценные горные породы, обнажая источающие свет недра. Артуро не верил своим глазам. Внутри сфер находились непонятные существа, они были пронизаны светом, слабы и полупрозрачны, но они дышали, пульсировали и источали жизнь. Они были готовы родиться, выбраться из своих коконов, раскрыться, воссиять. Одна из сфер почти полностью разрушилась, и из ее лона, ее древнего и сакрального чрева-колыбели поднялась новорожденная сущность... Это был акт рождения.
Артур резко вскочил с кровати, тяжело дыша и смахнув пот с лица. Он, к своему сожалению, не мог вспомнить только что увиденный сон, но помнил одно: этот сон всецело потряс его. Солнце несмелыми чуть теплыми лучами просачивалось в окно, и Артуро, совершенно разбитый, торопливо принялся собираться, тщетно пытаясь вспомнить сон. Когда он домчался до магазина, торгующего редкими лампами для маяка, то молодой и очевидно неопытный продавец заявил Артуро, что ламп в наличии нет и с вежливой улыбкой попросил его вернуться в другой день, желательно на следующей неделе. Артуро, проявив выдержку и самообладание, объяснил продавцу свою ситуацию, оставил адрес и попросил привезти лампы, как только они появятся в наличии.
В телефонной компании ему заявили, что да, действительно оборвался провод, так как в него на огромной скорости врезался микроавтобус.
- Как же вы не знаете, такая была авария, только об этом сейчас все и говорят! - недоуменно всплеснул руками продавец, искренне поражаясь такой неосведомленности.
Вдруг со всей резко навалившейся внезапностью Артур осознал, что русалка осталась одна в незакрытом аквариуме с несвязанными руками. Ему и раньше приходили подобные мысли и опасения, но они были ненавязчивыми, полупрозрачными и какими-то абстрактными. А теперь они словно отяжелели, обрели форму и проросли сквозь туманную дымку, окутавшую его сонное сознание.
Ничего не ответив продавцу, Артур дернулся, молниеносно выбежал из магазина и, громко хлопнув дверью, в растерянности встал посреди дороги. До дому ехать было больше пяти часов. Если он отправится в путь сейчас, то непременно успеет до заката. Так он сделал.
Дикий желтый пляжный песок прорезала глубокая рана, шрам, канал высохшего ручья. Рана эта кровоточила, и следы крови тянулись до самого океана. Стенки аквариума тоже были в крови, и даже вода в аквариуме приобрела мутно красный оттенок. Почти у самого океана на последнем издыхании русалка упорно прокладывала себе путь к вожделенной свободе. Ее тело было изранено и сочилось кровью, она издавала жуткие громкие хрипы, и жабры на ее шее иссохли и беспомощно сжимались в конвульсиях.
Ноги Артуро предательски подкосились, и он с горячей ненавистью к самому себе почти что признал свое поражение. Невероятным усилием воли, порожденным неистовым гневом, он заставил себя встать и на плохо слушающих ногах побежал к русалке. Всего какие-то пару метров отделяли ее от морского прибоя, и Артуро, выпучив глаза и игнорируя бешено сжимающееся сердце, бросился к ней. Его охватила такая невиданная ранее ярость, что он даже не заметил, как начал издавать звук, похожий на рычание. У него изо рта пошла пена, а в груди раздавался хрип. Он буквально был ослеплен своим гневом и в состоянии аффекта накинулся на русалку, которая одной рукой уже почти коснулась воды.
- Неееееееет!!!!!
Его крик прозвучал раскатом грома.
Он со всех сил набросился на русалку, схватил ее, впился в нее из последних сил, начал трясти ее, бить кулаками, царапать ей лицо, дергать волосы. Артуро дико орал, не в силах остановиться. Русалка чуть слышно хрипела. Она постепенно превращалась в кровавое месиво.
- Ты моя! Моя! МОЯ!!!
Артуро упал на колени и принялся бить песок. Он рыдал в голос. Все равно он был абсолютно один на краю мира, и никто не мог услышать его отчаянный вой.
Уже первые робкие закатные лучи мягко озарили прибрежный песок.
Когда Артуро очнулся, то осознал, что лежит на песке, прижимая к себе русалку. Ее спутанные волосы разметались по его лицу, вся одежда была в песке. Одежда была липкой и багряной от крови.
Артуро с трудом нашел силы подняться на ноги и осмотреться. Его взору предстала распластанная на диких песках русалка. Запекшаяся кровь казалась почти черной в лучах заходящего солнца.
Он несмело и предельно осторожно коснулся ее ран.
Неужели это все сделал он?
Дикая невероятная усталость сковала его тело, он с трудом мог пошевелиться. Пальцы словно онемели и с трудом разгибались. Тем не менее он заставил себя встать на колени и коснуться изуродованного лица русалки. Он боялся делать какие-либо предположения и питать надежды. Он просто провел пальцами по ее окровавленному лицу. И ощутил слабое хилое почти угасшее дыхание. Хриплое. Еле живое.
Невероятно. Пока самое худшее еще не сбылось. Пока. Она все еще была жива.
Артуро на плохо слушающихся ногах стоял как вкопанный и безмолвно созерцал изувеченное создание в лучах угасающего светила. Еще бы чуть-чуть- и она навсегда бы уплыла в океанские глубины. Эта мысль ранила его гораздо больнее, чем осознание своей неожиданно появившейся жестокости. Никогда и ни с кем он не был так жесток и беспощаден.
- Прости. Но я не мог позволить тебе уйти. Не сейчас.
Ее было необходимо омыть и погрузить в чистую воду, чтобы дать ей еще один шанс на жизнь.
Самочувствие Артуро оставляло желать лучшего. Возраст давал о себе знать. А может, всему виной был его нервный срыв. В любом случае, чувствовал он себя настолько плохо, что даже был не в силах стоять. Земля уходила из-под ног, на грудь давила тяжелая плита, сердце трепыхалось и билось подобно птице колибри, а перед глазами все плыло и блистало мириадами фантомных огней. Дышать было более, чем тяжело. За каждый вздох необходимо было бороться. Артуро позволить себе закрыть глаза и несколько минут неподвижно посидеть, прислушиваясь к вечному шуму океана. За все эти годы и десятилетия он привык к этому шуму, воспринимал его как должное, как неизбежное и неотъемлемое. Но теперь он словно услышал глас океана совершенно по-новому. Это его поразило своим откровением. Он ощутил невидимую силу и, почувствовав себя значительно лучше, встал на ноги.
Солнце начало медленно таять и плавиться у линии горизонта, а лиловая сумеречная дымка пробуждалась из ниоткуда и просачивалась во внешний мир.
Артуро взял русалку за хвост и поволок ее к старому шалашу. Там он окунул ее в ванну, омыл ее окровавленное тело, обработал порезы и царапины обеззараживающим раствором, а потом наполнил ванну водой. Русалка хрипела, но продолжала жить и дышать. Выживет ли она? Протянет ли до рассвета?
Артуро, оставив ее в ванной, медленным шагом и тяжело дыша, поднялся на верхний этаж. Время зажигать маяк. Полумертвая лампа тускло замерцала в предсмертной конвульсии. Мысль о том, что маяк погаснет на несколько дней, приводила его в ужас.
Только продолжай гореть.
Он, пребывая под влиянием каких-то странных мистических предчувствий, последовал в свою комнату, обветшалую, выцветшую, пропахшую морской тиной, затхлостью, старостью и одиночеством.
Что-то должно было произойти. Что-то очень важное, невероятное. Чудо или катастрофа. Предвкушение, волнение и страх охватили его обеспокоенный разум. Где-то совсем рядом морские волны обрушивались на песчаные отмели.
Его глаза закрылись сами собой. Непреодолимая сонливость всецело овладела им. Тело налилось приятной тяжестью. Он, как подкошенный тростник упал на кровать, ощутив блаженную мягкость старых пахучих одеял.
И вновь оно. Свечение.
Когда-то величественные колонны древних храмов, погребенные под водой, под слоем ила и песка, поросшие холодными острыми кораллами, начали дышать. Сначала появилось едва уловимое свечение, мягкое и нежное. С каждым мигом оно набирало свою силу, крепло, наливалось невидимыми соками чего-то вечного и животворящего. Артуро осознавал свою отстраненность от привычного образа себя, от знакомой концепции своей обычной личности, но он не мог осознать всю непостижимость дивной манифестации, которая разворачивалась на его глазах. Он был лишь наблюдателем, ему доверили величайший секрет, позволили стать свидетелем сакральной мистерии, возрождения, вознесения. Он, будучи не в силах на что-либо повлиять или сделать какие-либо выводы и суждения, с замиранием духа смиренно принял роль не вовлеченного зрителя. Многовековая песчаная пыль пришла в движение, слившись со свечениями, образовала целые глубоководные галактики. Артуро мог расслышать едва уловимые звуки медленно передвигающихся тяжелых плит. Неужели время сошло с ума, сбилось с оси и теперь в бешеном темпе мчится вспять? Может, это то, что должно было произойти? То, что было предопределено чем-то высшим и незримым много тысячелетий назад? Могущественные колонны, поросшие кораллами церемониальные чаши, анфилады, арки, - все восставало из пепла. Медленно, но неотвратимо. Артуро и не подозревал, что там, под непроницаемыми толстыми слоями вечных песков- неподвластный сознанию в своей колоссальности город-храм. То, что было на поверхности и то, что представало перед его взором все это время- было лишь ничтожной его частью. Статуи неведомых богов, отверженные и забытые, возвращались к жизни, озаренные таинственным голубоватым сиянием. Забвенные и когда-то могущественные артефакты обретали новую мощь. Живительная сила наполняла и переполняла, даровала новое дыхание, новое рождение, новую жизнь. Какое-то время Артуро мог наблюдать настоящее землетрясение с клубами дыма и подводных песчаных бурь, затем многовековые руины храма явили себя, свои древние изломанные полу рассыпавшиеся тела, подставив их ласковым неземным и всепрощающим лучам неведомого запредельного свечения. Во всей своей мощи грандиозный храм поднялся из многовековой могилы, воссиял с новой силой, был заново создан и воздвигнут. Его история начиналась заново. У Артуро перехватило дыхание от такого невероятного прекрасного зрелища, он ощущения своей причастности к происходящему, от чувства высшей сокровенности и величайшей степени доверия тех невидимых существ, что провели его сюда и показали сцену возрождения храма. Он принял приглашение и стал частью священной мистерии. И это явилось его освобождением.
Восстань же, о Храм, во всей своей непостижимой сакральности...
Трое людей внимательно смотрели под ноги. Но там был лишь песок. Не осталось никак следов. Абсолютно ничего.
- Пора составлять протокол о пропаже, - устало сказал один молодой человек в черном пальто.
- Думаю, нам стоит снова привлечь водолазов и еще раз обыскать прибрежные воды, - предложил его коллега, наспех протерев рукавом запотевшие очки.
- Даже если он утонул, мы вряд ли найдем его тело. Океанские течения очень мощные.
Их рассуждения были прерваны сдавленными всхлипываниями.
- Отец не мог утонуть...- тихо произнесла женщина лет сорока в выцветшем длинном белом платье.
- Понимаем ваше горе, но посмотрите правде в глаза. Мы уже больше недели занимаемся его поисками- и никаких зацепок. Мы даже его тела не нашли. Ничего. Он словно испарился. А ничто просто так не исчезает.
- Это не значит, что он погиб.
- Тогда что? - человек в черном пальто был явно раздражен такими недальновидными рассуждениями.
Женщина не ответила. Она нервно кусала обветренные губы.
- Оглянитесь вокруг... Это все выглядит так, будто здесь уже много лет никто не живет. Мы не нашли никаких запасов еды, внутри все покрыто плесенью и ржавчиной. Опросили жителей ближайших поселений- никто его не видел. Никто его даже не знал! Создается впечатление, что… его словно и не было. Вы вообще уверены, что последние годы ваш отец жил именно здесь? Этот маяк вот-вот рухнет! – на повышенных тонах обратился к женщине человек в черном пальто.
Женщина ничего не ответила. Лишь молча смотрела на бушующий океан.
- Когда вы в последний раз видели своего отца? - поинтересовался второй человек, протерев глаз краем рукава.
Женщина какое-то время была не в силах ответить, а потом тихо произнесла:
- Никогда.
Оба мужчины вопросительно посмотрели в ее сторону.
- Что вы имеете в виду? - не выдержал мужчина в очках.
- Я не видела отца ни разу в жизни.
Они в недоумении переглянулись, а женщина, глядя за линию горизонта, прошептала:
- Лишь океан знает правду...
Сконвертировано и опубликовано на https://SamoLit.com/