Двадцать два несчастья
Глава 1. Ненастье
Давеча, нагулявшись по городам и весям, Несуразь ненароком добралась до невзрачной деревушки. Странница замёрзла, устала и хотела лишь одного – уснуть в тёплом месте.
К тому же, так некстати, Ненастье не сулило ей ничего хорошего.
Неказистый домик в полутьме показался ей странным и нелепым, но искать другое пристанище у неё уже не было сил.
Несуразь постучалась в окно, не найдя двери. Окно сразу открылось, и из него высунулась лохматая голова.
- Эй, кто стучался? – крикнула голова.
- Это я, - промямлила Несуразь.
- Чего тебе? – дружелюбно спросила голова.
- Переночевать.
- А, заходи. Заблудилась, что ли?
- Невзначай к вам забрела, а тут Ненастье. Простите, а где у вас вход?
- На крыше вход. Надо по лестнице подняться, за угол зайди.
- Спасибо, - обрадовалась Несуразь.
Про себя она подумала, что, всё-таки, она невезучая. Так хотелось покоя, а неймётся, вечно приходиться довольствоваться чем попало.
С трудом поднявшись по непрочной лестнице, Несуразь оказалась под крышей дома. Одно точно её порадовало – Непогода и Ненастье сюда не проникли. На чердаке было тепло, сухо и пахло соломой.
Не успев сделать и трёх шагов, Несуразь покатилась куда-то вниз.
«Неспроста я сюда попала, ох, неспроста», - успела подумать гостья и уткнулась во что-то мягкое и большое.
Подняв глаза, гостья увидела неприглядную картину.
В старом кресле сидела скрюченная старуха и ненавистью смотрела на гостью.
- Добрый вечер, - чуть дыша произнесла Несуразь.
- Недобрый, - проскрипела старуха. – В такую погоду и собаки по домам сидят. Имя хоть есть?
- Несуразь…
- Я же говорю, что своя. Посмотри на неё, бабушка. Не злись.
Та самая лохматая голова оказалась миловидной дамой, но больно неухоженной.
- Смотри, бабушка, какая она смешная.
Несуразь, немного осмелев, принялась рассматривать всех остальных обитателей непонятного дома.
А смотреть было на что.
В одной комнате, то ли кухне, то ли гостиной, собралась дюжина обитателей, один одного хлеще.
На перекошенном диване прыгал малыш. Он скакал так, что диван мог развалиться в любую минуту.
Дети постарше, всех возрастов, сидели на полу и смотрели телевизор, стоящий там же. Они громко кричали, перебивая друг друга.
Дед и бабка сидели за столом и пили некрепкий чай. За столом сидел ещё один старичок с бородой в непромокаемом плаще.
И только лохматая дама, да изрядно располневший неприятный тип обратили внимание на гостью. В него, скорее всего, и воткнулась Несуразь, спускаясь с крыши.
- И вам добрый вечер, - кивнула всем гостья. – Кто здесь хозяин?
- Я, а что? – засмеялся толстяк. – Неряха, ты её чаем угощай, а мне некогда.
- Неохота, а чем же ты так занят? – улыбалась Неряха.
- Чем, чем, чем надо, тем и занят.
Несуразь уже сообразила, что держаться надо Неряхи. Она хоть и выглядит диковато, зато явно не была злой.
- Чайку? – предложила Неряха.
- У нас сахар кончается, - заворчал дед, сидящий за столом.
- А варенье? – не унималась Неряха.
- Почти нет, я банку разбила с утра, - вторила деду бабка. – А вот странник всё и доел.
- Не надо сахара, так, кипяточку, - взмолилась Несуразь.
- У меня конфеты есть, - шепнула гостье Неряха. – Несвежие, но съедобные.
Не зная куда притулиться, Несуразь криво улыбнулась старухе в кресле и поплелась за Неряхой.
- Ты у окна садись. Подоконник немытый, зато свободный, - суетилась Неряха.
Она поставила перед гостьей немытую кружку, налила туда некрутого чая и положила две замусоленные конфетки.
Хозяйка не присела рядом, но заслонила собой гостью от всех обитателей.
- Скажите, а куда я забрела? – несмело спросила Несуразь.
- А куда попало, туда и попала, - засмеялась хозяйка. – Деревня Двадцать два Несчастья. Слышала о такой? Должна была слышать, ты же Несуразь.
- Нет, не слышала, - почему-то испугалась гостья.
- Небось, тут все свои. Самая старшая – моя бабушка Недуг. Вредная, но не чужая же. Мама и папа мои – Неурядица и Нельзя. Дети мои – Негодяй, Небрежность, Невежа и Невежда и младшенький Непоседа. Ещё и племянники гостят – Невнятица и Недоумение, они в спальне играют в карты. Вчера странник прибился, сказки рассказывает, невесть что…
- Невесть что рассказывает?
- Зовут его так, Невесть.
- Вы думаете, что мы родственники?
- Я не думаю, зачем мне думать. В зеркало посмотри, сама и поймёшь. Да, спальных мест у нас нет, только чердак.
- Мне подойдёт, не цаца, - быстро ответила Несуразь. – Как туда подняться?
- Выйди на улицу и по лестнице поднимись.
- Так у вас есть дверь?
- Конечно, есть. Но она покосилась и открывается наполовину. Неохота ничего исправлять не хочет, ему всё лень, да некогда. Теперь из дома проще выползти, чем выйти. Зайти совсем невозможно. А ты маленькая, выползешь.
- Тогда я пойду, устала очень, - приподнялась с табуретки Несуразь.
- Как хочешь. Там старые одеяла есть и бельё несвежее.
- Спасибо и на этом.
Но уйти сразу не получилось.
Все дети и племянники, усевшись цепочкой на корточки, направились к перекошенной двери, которую разглядела и Несуразь.
Выскакивая на улицу, дети на время исчезали, а затем с громким криком и смехом съезжали с чердака по горке, сделанной из куска плотного полотна.
Первым выскочил младшенький, подпрыгнув и вцепившись в большой живот отца.
- Ах, ты маленький Непоседа, - довольно кряхтела старуха. – Не то, что отец.
- Бабушка, тогда и забирайте его себе.
Неохота снял с себя малыша и усадил на колени старухи.
- Ой, ой, ой, у меня колени болят и живот, - заныла старуха.
Но никто из семьи не обращал на старуху внимания.
За младшеньким последовал Невежа, ругаясь и чертыхаясь. Неряха только посмеивалась.
- Острый язычок у твоего сыночка, - тихо, но внятно сказал странник. – Далеко пойдёт, но бить будут.
Невежда спускалась не торопясь, молча, цепляясь за края полотна. В неё воткнулась Невнятица. Так, в обнимку, они и сползли с небывалой горки.
Старший Негодяй, переросший своих родителей, казался лишним в компании других детей, но он явно так не считал.
Последними спустились Недоумение и Небрежность.
Горка качалась и потрескивала.
- Она скоро порвётся, ваша горка, - вскрикнула Несуразь.
- Небось, не убьются, - хохотал Неохота. – Сойдёт, ещё послужит. У меня больше старых парусов нет.
- А дверь можно поправить? – осмелела Несуразь.
- Поправь, коль охота, - нисколько не смутился хозяин. – Я спать иду. Дети, кончайте орать.
И Неохота ушел в спальню, за ним и хозяйка Неряха.
Старуха притулилась в кресле, прикрыла глаза и затихла.
Дети, наоравшись, тоже исчезли в спальне.
На диван легли дед с бабкой, перетягивая на себя куцее одеяло.
Глава 2. Каша
Собравшись с духом, Несуразь собралась выйти на улицу, но вопросительно посмотрела на странника.
- А вы где будете спать, любезный?
- Я? Да с вами и буду, на чердаке.
- Со мной? Мне уже всё равно, как знаете. Я пошла…
- Погодите, и я пойду.
Старичок, хоть и был в длинном плаще, но ловко поднялся, погладил бороду и присел.
- Идите вперёд, я за вами, - заволновалась Несуразь.
Странник спорить не стал, на четвереньках дополз до двери и выбрался наружу. Открывалась дверь с трудом. Собрав последние силы, Несуразь выскочила на улицу, вздрогнув от холодного ветра. Непогода и Ненастье подхватили её маленькое тело, пытаясь оторвать от земли.
Благо, что лестница была недалеко. Чуть не улетев, Несуразь схватилась за полы плаща странника, и он затащил её на чердак.
Ей уже не казалось, что здесь тепло и безопасно.
- Зубами стучите, Несуразь? Замёрзли?
- Ага, - тряслась несчастная.
- Здесь одеяла есть. Идите в дальний угол, расстелите одеяло, другим укройтесь, а мне плаща хватит.
- Вы человек пожилой, не заболеете? – ответила Несуразь, хотя очень обрадовалась лишнему одеялу: слишком уж устала и замёрзла.
- У меня плащ особый, - выдохнул странник. - В нём не холодно, не жарко.
Но Несуразь уже не слушала его. Ей хотелось быстрее уснуть.
В дальнем углу не дуло. Завернувшись в одно из старых одеял, Несуразь закрыла глаза. Уже засыпая, она на секунду приоткрыла глаза и мгновенно лишилась сна.
Странник снял плащ и бороду.
Положив всё это на солому, он потянулся. Даже в полутьме стало заметно, что это был совсем не старик.
- Вы зачем всех обманываете? – поражаясь своей смелости, спросила Несуразь.
- Ох, я думал вы уже спите. Не обманываю я…
- Вы грабитель?
- Почти что.
- У меня ничего нет, - предупредила Несуразь.
- Тут у всех есть то, что мне нужно.
Завернувшись плотней в одеяло, Несуразь с надеждой смотрела на дыру в полу: спастись она не успеет.
- Не вздумайте бежать, не поможет.
- Угрожаете?!
- Всем будет лучше, и вам тоже.
- Нас ограбят и станет лучше?
- Именно.
- Вы издеваетесь?
- Нисколько.
- Я буду кричать…
- А вот этого не надо. Ложитесь и слушайте, дорогуша Несуразь.
Волнение, охватившее несчастную, оказалось сильнее, чем любопытство. Ей уже стало казаться, что на Краю Света было приятней, чем на чердаке.
- Хорошо, вижу, что веры мне нет. Слушайте сидя, коль неймётся. Надо было уснуть, завтра бы и узнали всё.
Не собираясь и шелохнуться, Несуразь вцепилась в одеяло.
- Когда-то, скажем давненько, эта деревня называлась Двадцать Два Счастья, потому и счастье жило в каждом доме, тереме и теремке. Здесь правил мудрый Дуг, богатырь и красавец. Появилась в деревне красотка по имени Не. И стал Дуг Недугом. Понимаете, о чём я рассказываю?
- Нет, - честно призналась Несуразь. – Это сказка? Никогда не слышала ни о каком Дуге.
- А казалась умной, - хмыкнул странник. – Дуг, значит здоровье, сила, мощь…
- И что?
- Да ничего, слушайте дальше. Дети у них все стали Недугами. Кто-то уехал, немногие здесь остались. Все забыли откуда родом. Не так к ним пристало, что и память отшибло. Забыли, понимаете, кем могли быть. Вот Вы бы звались Суразью.
- Глупость какая, что за ерунда.
- А значит красивая, видная, пригожая, складная была бы.
- Мне и так хорошо. Вы сами-то невесть что.
- Я не невесть что, а Весть. Пришлось немного ввести в заблуждение хозяев. А Весть – это Знание. Вспомните Совесть и Повесть, сразу и ясно станет.
- Ого! – опомнилась, наконец, Несуразь. – Я могу зваться Посуразь или Сосуразь?
- Могла бы, - засмеялся странник. – Так вот, я буду грабить, отбирая у всех противную Не. Если я этого не сделаю, то и дом развалиться, и дети сбегут. Согласны мне помочь? Думаю, они будут сопротивляться.
- Я? Я не смогу. Ограбьте меня, если так надо, но помогать увольте.
- Утром ограблю, - зевнул странник.
- Грабят же ночью.
- Света мало, перепутать можно, - промямлил странник, - добрые дела делаются на свету.
И странник уснул, оставив Несуразь со своими страхами и мыслями. Бедняга вертелась и крутилась, заматываясь в одеяло. Она представляла себя красавицей и умницей, живущей среди каких же прекрасных созданий.
Только к рассвету она забылась окончательно.
Поздним утром Несуразь с трудом проснулась.
Странника на чердаке не было, как и его накладной бороды. Потянувшись, Несуразь почувствовала, что очень голодна.
Не будучи уверенной, что её накормят, гостья вылезла из-под одеяла, доплелась до дырки в полу и, глубоко вздохнув, покатилась вниз.
Спустившись, она стукнулась о кресло старухи.
Вся семья собралась у дивана. На нём сидел странник и держал на коленях малыша.
Мамаша, растрёпанная и взволнованная, пыталась забрать ребёнка.
- Он заболел, точно заболел, - причитала Неряха.
- Да цыц ты, - прикрикнула старуха. – Все болеют, пройдёт.
А малыш, спокойный и румяный, сидел на коленях у странника и грыз пряник, держась за бороду.
Завтраком и не пахло.
Несуразь вспомнила ночной разговор и с любопытством уставилась на малыша.
- Мама, я кашу хочу, свари кашу, - попросил малыш у Неряхи.
- Кашу, сынок? Ох, а какую? Мы давно кашу не варили, печка не топлена, посуда немыта. Мы только чай пьём, у нас чая два мешка и сухари…
- Сварите ребёнку кашу, - строго сказал странник.
- А вы кто такой, чтобы командовать? – вспыхнула старуха, но закашлялась.
- Я сварю, сварю. А кто посуду помоет? – согласилась Неряха.
Глава 3. Счастье
- Нельзя ему кашу, - заворчал дед, - все захотят. Я тоже хочу.
- И я, - закричали дети. – Манную с вареньем.
- Мне большую тарелку, - крикнул Неохота.
- Мойте посуду, я крупу поищу, - Неряха начала открывать кухонные шкафы.
Но больше никто не двинулся с места.
- Папаша, возьмите мальчика, вновь строго сказал странник.
Без особого желания Неохота взял на руки малыша, задев длинную бороду странника. На мгновение отец прижал малыша, потом подбросил его вверх, поцеловал и сказал: - Схожу-ка я за дровами. Пора бы печку затопить. Да и дверь пора наладить.
- Папа, и ты заразился? – старшая дочь Небрежность хлопнула отца по широкому плечу, и тут же улыбнулась.
- А я посуду помою.
Передав малыша бабушке и дедушке, отец отправился за дровами, а старшая дочь, наполнив горячей водой из чайника таз, принялась мыть большую гору грязной посуды.
Бабушка Неурядица, погладила малыша по голове.
Потом поднялась с дивана: - Помогу дочке. Я точно знаю где крупа, в прошлом году покупали. Надо просеять и промыть.
За ней поднялся и дед: - И я помогу, печку почищу.
Возле дивана остались стоять только дети.
Старуха на кресле громко вскрикнула: - Не подходите ко мне никто! Все больны, странник принёс или вот эта, Несуразь!
- Я? – гостья испугалась. – Это странник, он вас грабит, но для вашего блага.
- Пусть только приблизится, - старуха взмахнула костлявой рукой. – У меня ещё силы есть…
Но она закашлялась так, что чуть не выпала из кресла.
Малыш спокойно сидел на диване, догрызая сухой пряник.
- Мама, я нашла манку, но там червяки, - сообщила Неряха.
- А ты иди умойся и причешись, я сама найду то, что нужно. Порядок нужно навести, тогда и польза будет. Иди, иди, нечего лохматой ходить.
Неряха ушла в спальню, смущенно поправляя встрёпанные волосы.
Невежа толкнул сестру Невежду, они сцепились и упали на диван. Присоединились к ним и остальные дети.
А малыш, сползая с дивана, протянул руки к Несурази.
Она отступила, но ребёнок был таким милым и весёлым, что Несуразь не выдержала и взяла его на руки.
- Класивая, класивая, - шептал малыш, поглаживая Несуразь.
- Какая же я красивая, малыш, - смутилась гостья.
- А ты и впрямь похорошела, - улыбнулась бабка. – А вот и пшено, целый куль. Пшенную сварим, в печке хорошо дойдёт.
Не увидев в комнате зеркала, Несуразь с ребёнком на руках отправилась в спальню.
То, что она увидела, вызвало удивление.
Аккуратно причёсанная и похорошевшая, Неряха с упованием смотрела на себя в потемневшее зеркало.
К ней присоединилась и Несуразь. Не узнавая себя, гостья чуть не выронила ребёнка, который тянулся к матери.
- Как думаешь, выбросить все старые вещи или что-то постирать? – спросила хозяйка у гостьи.
- Что-то и постирать, - ответила Несуразь, не отрывая взгляда от зеркала.
- Так и сделаю. Детей покормлю и всё тут переберу. Поможешь?
- Помогу, - сразу согласилась Несуразь. – Зови меня Суразь, а я тебя Ряхой буду называть.
- Ряха? Смешно, да и ладно. У меня столько планов, в голове не помещаются.
- Мам, мам, печку затопили, - в спальню забежал старший сын Негодяй. – А я на крышу полезу, надо трубу почистить.
- Осторожней там, сынок, - не удивилась Ряха.
– Теперь он Годяй, а малыш Поседа, - поняла Суразь, с трудом оторвавшись от зеркала.
Обе дамы отправились на кухню, довольные собой. А там жизнь кипела.
Куча дров лежала у печки, а дед Льзя подбрасывал поленья. Бабка Урядица хлопотала, готовя обед для всей семьи, но никак не могла найти соль и остатки масла.
Дети занимались уборкой: Брежность домывала посуду, Вежа с Веждой протирали стол, Внятица и Доумение расставляли на чистый стол тарелки и ложки.
Странника не было на кухне, он принёс дрова и вновь ушел куда-то.
Похорошевшая Ряха нахваливала мужа, поправлявшего входную дверь.
«Счастье из дома бы не выпустили через такую дверь», - подумала Суразь.
Когда каша подошла, все уселись за стол и только теперь вспомнили о старухе.
- Что, довольны? – прохрипела она. – Без меня не обойдётесь, всех переживу.
- Бабушка, давай к столу, - улыбнулась Ряха.
- Ни за что. Я живу сто лет, и не такое переживала. Лучше я умру, но вашу кашу есть не буду.
Она увлеклась запугиванием, не заметив, как малыш подошел к ней. Увидев его близко, старуха хотела отмахнуться, но опять сильно закашлялась.
Ряха подбежала к ребёнку, но он тянулся к старухе. Кашляя и чихая, старуха махала руками, пытаясь отогнать малыша.
В это время, через обновлённую дверь, в кухню зашел странник.
- Я принёс вам добрую Весть. Ненастье закончилось, выпал чудесный снег. Дети, после обеда срочно на улицу, будем лепить снеговика.
Старуха затихла, а малыш залез к ней на колени.
Все замерли, ожидая криков и приступов кашля.
Старушка будто уснула, потом открыла глаза и вдруг встала с малышом на руках.
- Снеговика, говоришь? Нос из морковки сделаем, - просто сказала старушка.
- Бабушка, ты что, стоишь? Ты же не можешь.
- Я не могу? Да я вся в дедушку своего, я ещё и бегать могу. Где там ваша каша? Варить ещё не разучились?
Огромный котёл с дымящейся кашей поставил на середину стола Охота, он и принялся её раздавать.
Бабушка Урядица отыскала в подвале засахаренную клюкву и банку мёда.
Обед получился на славу.
Сытые и довольные, дети начали собираться на прогулку, а старшая в семье шутила, что чувствует себя на все сто.
И только Суразь, понимая, что ей пора уходить, немного загрустила. Она подошла к страннику.
- Скажите, а куда вы ходили? – тихо спросила она.
- Догадалась? Я название сменил деревушке, теперь это опять деревня Двадцать Два Счастья. Главное знать, на ком женишься, - засмеялся странник. Куда теперь?
- Не знаю… Ой, знаю, знаю. Здесь пока останусь, в деревне. Кто же от счастья отказывается.
Суразь – видный, пригожий, казистый, порядок, подобие, складный.
Дуг – сила и здоровье.
Льзя – свобода, польза.
Годяй – годится для военной службы.
Поседа – о послушном ребёнке.
Брежность – бережливость.
Вежа – вежливый.
Вежда – умный, образованный.
Ряха – щеголиха, чистюля, ряд-лад, порядок, наряд.
Охота – хотеть, желать, стремиться.
Внятица – говорить внятно, слушать внимательно.
Весть – знание.
Урядица – уряд, порядок.
Доумение – без сомнений и колебаний.
Сконвертировано и опубликовано на https://SamoLit.com/