Анализ уголовно-процессуальной деятельности органов дознания пограничных органов, проведенный нами в первом параграфе настоящей главы, позволил определить основные направления уголовно-процессуальной деятельности подразделения дознания пограничного органа. Необходимость данного анализа была обусловлена потребностью определения влияния особенностей этой деятельности на реализацию процессуальных полномочий прокурора.

Специализированное подразделение процессуальной деятельности пограничного органа (подразделение дознания) согласно ч. 2 ст. 40, ч. 1 ст. 144 УПК РФ осуществляет процессуальную деятельность:

по приему, регистрации, проверке и рассмотрению заявлений (сообщений) и иной информации о преступлениях;

дознание по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия необязательно, – в порядке, установленном главой 32 УПК РФ;

выполнение неотложных следственных действий по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия обязательно;

производство следственных действий по поручениям следователей.

Представляется, что особенности реализации процессуальных полномочий прокурора в отношении подразделения дознания пограничных органов, по нашему мнению, целесообразно рассматривать применительно именно к данной классификации.

Прежде чем непосредственно рассматривать порядок реализации процессуальных полномочий прокурора при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности подразделения дознания пограничного органа, необходимо отметить, что сама возможность применения того или иного полномочия со стороны прокурора обусловлена, прежде всего, характером уголовно-процессуальной деятельности дознавателя.

Ранее мы уже отмечали, что реализация того или иного процессуального полномочия прокурора в отношении подразделения дознания поставлена в зависимость от уголовно-процессуальной ситуации, т.е. конкретных обстоятельств, положения, обстановки, складывающихся в ходе уголовно-процессуальной деятельности дознавателя.

Реализация прокурором предоставленных ему процессуальных полномочий, как правило, связана с фактом состоявшегося или возможного нарушения дознавателем норм уголовно-процессуального закона. Полагаем, именно нарушение закона дознавателем является основной запускающей детерменантой для применения прокурором своих процессуальных полномочий. Кроме того, как уже отмечалось, применение прокурором процессуальных полномочий обусловливается не только нарушениями норм уголовно-процессуального закона, но и неэффективностью проводимого дознания и иных процессуальных действий.

Известно, что одним из проявлений закономерности материального процесса является его повторяемость. Из этого следует, что процесс деятельности, в том числе и уголовно-процессуальной, в сходных ситуациях, раз за разом повторяется сходным образом. Именно поэтому мы можем говорить о типичных для того или иного вида процессуальной деятельности уголовно-процессуальных ситуациях.

Так, в рамках нашего исследования представляется целесообразным выявление типичных уголовно-процессуальных ситуаций, возникающих в деятельности дознавателя пограничных органов, которые препятствуют нормальному развитию уголовно-процессуальных отношений, а также определение круга полномочий, применяемых прокурором в той или иной уголовно-процессуальной ситуации.

С нашей точки зрения, имеется необходимость в классификации типичных уголовно-процессуальных ситуаций, возникающих в деятельности дознавателя пограничного органа и, соответственно, влияющих на выбор прокурором того или иного правового средства.

Классификация типичных уголовно-процессуальных ситуаций имеет научно-практическое значение, так как позволяет четко дифференцировать данный класс уголовно-процессуальных явлений, а также алгоритмизировать работу прокурора, вступающего в уголовный процесс в связи с осуществлением им функций прокурорского надзора и процессуального руководства деятельностью дознавателя.

Как известно, все уголовное судопроизводство состоит из отдельных взаимосвязанных между собой элементов или этапов, первоначальным из которых является стадия возбуждения уголовного дела. Стоит отметить, что стадия возбуждения уголовного дела является самостоятельной стадией уголовного процесса, задачей которой является рассмотрение первичных сведений о преступлении и разрешение ряда материально-правовых и процессуальных вопросов, необходимых для возбуждения (либо отказа в возбуждении) уголовного дела.

Стадия возбуждения уголовного дела имеет специфические, только ей характерные задачи, которые ни в коей мере нельзя толковать расширительно и смешивать с задачами других стадий уголовного процесса, например, со стадией предварительного расследования.

Характерным примером такого смешения, а вместе тем и существенным нарушением уголовно-процессуального закона, являются случаи, когда дознаватели в рамках проверки заявлений и сообщений о преступлениях фактически занимаются расследованием первичной информации с целью сначала раскрыть преступление, а уж потом процессуально оформить свои действия. Однако полагаем, в стадии возбуждения уголовного дела не должна и не может ставиться задача раскрытия преступления. Основная задача, стоящая перед дознавателем на данном этапе – рассмотрение первичных материалов о преступлении и принятие по ним процессуального решения: о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела; о передаче сообщения по подследственности в соответствии со ст.151 УПК РФ.

Начальным этапом процессуальной деятельности прокурора в отношении подразделения дознания пограничного органа является надзор за порядком приема, регистрации и оформления заявлений и сообщений о преступлениях.

Как свидетельствует статистика²⁶⁸ и материалы нашего исследования (приложения 3, 5), на данном этапе происходит большое количество нарушений закона. Именно здесь существенная часть заявлений и сообщений о преступлениях правоохранительной системой отторгается, что приводит к тому, что пострадавшие от преступлений либо не заявляют о них, либо смиряются с тем, что их сигналы не получают юридической оценки. Именно здесь прокурор должен проводить активную проверочную работу по выявлению фактов нарушения закона при приёме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях, требовать их устранения и привлечения виновных лиц к ответственности, используя при этом весь арсенал предусмотренных законом мер прокурорского реагирования.

Статья 29 ФЗ «О прокуратуре РФ» устанавливает, что предметом надзора, в том числе, является соблюдение установленного порядка разрешения заявлений и сообщений о совершенных и готовящихся преступлениях, а также законность принимаемых по ним решений.

Стоит отметить, что Генеральный прокурор Российской Федерации в своем приказе № 137 от 06.09.2007 года «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов дознания»²⁶⁹ особое внимание обращает на порядок приема, регистрации и разрешения органами дознания сообщений о преступлениях и требует от подчиненных ему прокуроров систематически (не реже одного раза в месяц) проводить проверки исполнения требований закона органами дознания при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях; требовать устранения выявленных нарушений с привлечением к ответственности виновных лиц; обеспечить своевременную проверку законности процессуальных решений органов дознания по каждому сообщению о преступлении; совершенствовать методику прокурорского надзора в данной сфере.

В дополнение к этому порядок надзора прокурора за соблюдением законности при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях конкретизируется в приказе Генерального прокурора РФ № 277 от 5.09.2011 года «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях в органах дознания и предварительного следствия». В частности, Генеральный прокурор от своих подчиненных требует тщательно и всесторонне проверять соблюдение установленного межведомственными и ведомственными правовыми актами единого порядка приема, регистрации и проверки сообщений о преступлениях²⁷⁰, а также законность и обоснованность принимаемых по ним решений. При этом особое внимание следует обращать на вопросы соблюдения компетенции уполномоченных должностных лиц, сроков регистрации сообщений о преступлениях и их проверок, порядка продления сроков, достоверности документов и результатов проверки сообщений.

Борьба с преступлениями эффективна лишь при обеспечении быстрого и полного их раскрытия, что, в свою очередь, предполагает, в том числе, отлаженный механизм приема и регистрации заявлений и сообщений о преступлениях. Сбой в этом механизме, выражающийся, прежде всего, в сокрытии преступлений по объективным и субъективным причинам, снижает эффективность, а порой делает практически бесполезным весь имеющийся у правоохранительных органов арсенал для борьбы с ними. Это создает предпосылки для искажения реального положения дел с преступностью в рамках всего государства, а, кроме того, подрывает авторитет правоохранительных органов и доверие граждан к государству²⁷¹.

Надзор прокурора за деятельностью органов дознания является важной гарантией обеспечения законности прав граждан при принятии, проверке, разрешении сообщений о преступлениях. В его задачи входит предупреждение, выявление, устранение нарушений установленного законом порядка этой деятельности со стороны органов дознания и дознавателей, принятие в пределах своей компетенции мер к восстановлению нарушенных в результате несоблюдения данного порядка прав физических и юридических лиц²⁷².

Как показывают результаты нашего исследования (приложение 5), а также результаты исследований, проведенных другими авторами²⁷³, в прокурорско-следственной практике встречаются две типичные и наиболее распространенные уголовно-процессуальные ситуации, связанные с нарушениями уголовно-процессуального законодательства в стадии возбуждения уголовного дела. Во-первых, это уклонение от возбуждения уголовного дела, несмотря на то, что имеются достаточные к тому основания. Во-вторых, возбуждение уголовного дела при отсутствии достаточных к тому оснований. Оба этих типичных случая являются грубейшими нарушениями закона в деятельности органов дознания, так как в первом случае создаются условия для освобождения виновных лиц от уголовной ответственности, во втором, наоборот – предпосылки для привлечения невиновных к уголовной ответственности.

В последнее время значительное распространение получили нарушения, связанные с незаконным и необоснованным отказом органами дознания в возбуждении уголовного дела при отсутствии достаточных поводов и оснований. Наиболее эффективным процессуальным полномочием, из числа предоставленных прокурору, при возникновении таких уголовно-процессуальных ситуаций является проверка копии постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в течение 24 часов с момента его вынесения направляется заявителю и прокурору (ч. 4 ст. 148 УПК РФ)²⁷⁴. В данном случае прокурор должен проверить законность и обоснованность принятого решения. Признав постановление органа дознания, дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела²⁷⁵ незаконным или необоснованным, прокурор отменяет его и направляет соответствующее постановление начальнику органа дознания со своими указаниями.

Следует отметить, что нарушения закона, связанные с ненаправлением в надзирающий орган копий постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела имеют массовое распространение. Так, например, число несвоевременно направленных прокурору дознавателями копий постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела только в 2008 году по сравнению с 2007 годом увеличилось на 39%²⁷⁶. Неисполнение этой обязанности лишает прокуроров возможности своевременного реагирования на допущенные нарушения законности.

Как свидетельствует статистика, одним из основных оснований отказа в возбуждении уголовных дел, выносимых органами дознания, является отсутствие в деянии события и состава преступления. Удельный вес решений по таким основаниям в 2007 и 2008 гг. составил 93,6% и 93,7%, соответственно, от их общего числа²⁷⁷. Проведенный нами анализ материалов проверок заявлений и сообщений о преступлениях, проведенных органами дознания пограничных органов (приложение 5), также свидетельствует о том, что основным основанием отказа в возбуждении уголовных дел является отсутствие в деянии состава преступления (90%). Наибольшее распространение такое основание отказа в возбуждении уголовных дел получило по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 322 УК РФ, как правило, в отношении иностранных граждан.

Однако юридические обоснования таких отказов зачастую носят упрощенный характер и заключаются в получении объяснений задержанных лиц, дополнительная проверка, как правило, не проводится.

Так, 18.08.2007 года пограничным нарядом ПУ ФСБ России по Хабаровскому краю и ЕАО были обнаружены 2 лица азиатской внешности, нарушившие государственную границу по реке Амур. При задержании нарушители границы оказали сопротивление, в результате чего один нарушитель был убит, другой задержан. Срок проверки сообщения о преступлении был продлен на 10 суток в связи с труднодоступностью района совершения преступления и противоречивостью показаний задержанной. В результате рассмотрения сообщения о преступлении (рапорт начальника пограничной заставы) дознавателем 27.08.2007 года было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении убитого нарушителя – в связи со смертью подозреваемого; в отношении задержанного нарушителя – в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Согласие прокурора было получено 29.08.2007 года. Отказ в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 322 УК РФ был основан на объяснениях задержанной нарушительницы границы, которая заявила, что они с убитым находились на своей территории, а пограничники открыли по ним стрельбу, в результате чего был сделан вывод об отсутствии умысла на незаконное пересечение границы. Иных проверочных мероприятий, кроме осмотра места происшествия и получения объяснений задержанной и состава наряда не проводилось²⁷⁸.

Как показало наше исследование (приложение 5), одними из основных причин незаконного отказа дознавателями пограничных органов в возбуждении уголовного дела является неполнота доследственной проверки (56,6%), а также неправильная оценка выявленных обстоятельств и фактов (17,9%), необоснованность выводов об отсутствии оснований к возбуждению уголовного дела (9,4%).

Отказ в возбуждении уголовного дела нередко является следствием нежелания дознавателя проводить расследование по уголовным делам, которые не имеют перспективы быть завершенными производством.

В частности, это касается случаев, когда имеются значительные трудности в установлении лиц, причастных к совершению преступления. Так, например, при обнаружении признаков преступления, предусмотренного ст. 256 УК РФ (незаконная добыча водных животных и растений), очень трудно установить лиц, непосредственно занимавшихся преступным промыслом. В большинстве случаев незаконно добытые водные животные и растения выявляются у лиц, занимающихся их приобретением и транспортировкой, что само по себе влечет уголовную ответственность, предусмотренную ст. 175 УК РФ (приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем), а лиц, непосредственно причастных к незаконному промыслу, в силу разных причин установить не представляется возможным. Все это впоследствии ведет к приостановлению уголовных дел, возбужденных по ст. 256 УК РФ²⁷⁹.

Результаты интервьюирования дознавателей пограничных управлений ФСБ России в Дальневосточном федеральном округе позволяет сделать вывод, что именно в силу бесперспективности проведения расследования уголовные дела по ст. 256 УК РФ в большинстве случаев обнаружения незаконно добытой рыбы не возбуждаются.

Безусловно, возникновение уголовно-процессуальных ситуаций, связанных с незаконным или необоснованным отказом органами дознания в возбуждении уголовных дел, должно влечь соответствующую реакцию прокурора. Для этого ему необходимо тщательно проверять все сообщения об обнаружении признаков преступления, деятельность органов дознания (дознавателей) по рассмотрению и разрешению данных сообщений и, в случае выявления нарушений, требовать их незамедлительного устранения, а незаконные или необоснованные постановления об отказе в возбуждении уголовного дела отменять.

Таким образом, представляется, с содержательной стороны процессуальная деятельность прокурора при возникновении уголовно-процессуальных ситуаций, связанных с незаконным или необоснованным отказом органами дознания в возбуждении уголовных дел, будет заключаться в применении такого установленного УПК РФ полномочия как проверка копии постановления об отказе в возбуждении уголовного дела.

Результаты проверки прокурором копии постановления об отказе в возбуждении уголовного дела должны получать фиксацию, в частности, в других процессуальных средствах: требованиях об устранении органами дознания нарушений федерального законодательства (п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК РФ); отмене незаконного или необоснованного постановления органа дознания, дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела; указаниях начальнику органа дознания в связи с отменой постановления дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела (ч. 6 ст. 148 УПК РФ).

Следует отметить, что в подобных ситуациях прокуроры используют свое право отменять незаконные или необоснованные постановления дознавателя (органа дознания) об отказе в возбуждении уголовных дел, так как принятие именно такого решения требует уголовно-процессуальный закон.

Так, например, в 2008 году прокурорами было отменено 1693394 незаконных и необоснованных постановлений органов дознания об отказе в возбуждении уголовных дел, что на 15% больше, чем в 2007 году, – 1472169²⁸⁰. Как свидетельствует статистика, в среднем прокурорами отменяется около 1,6% из числа вынесенных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела (2002 г. – 1,6%; 2003 г. – 1,7%; 2004 г. – 1,6%; 2005 г. – 1,7%)²⁸¹. Материалы нашего исследования (приложение 5) также свидетельствуют о том, что прокуроры используют данное полномочие.

Представляется, что данное процессуальное полномочие является наиболее эффективным в подобных уголовно-процессуальных ситуациях, так как быстрее всего приводит к устранению препятствий для нормального развития уголовно-процессуальных отношений. Каждое третье постановление прокурора об отмене постановления дознавателя (органа дознания) об отказе в возбуждении уголовного дела, из числа изученных нами, содержало в себе конкретные указания прокурора начальнику органа дознания. Характер этих указаний в основном сводился к проведению дополнительных проверочных действий с целью подтверждения (опровержения) тех или иных обстоятельств, отраженных в сообщениях о преступлениях (приложение 5).

Вместе с тем, зачастую одновременно с отменой незаконного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела необходимо решить вопрос о возбуждении уголовного дела. Однако у прокурора такое полномочие отсутствует. Вместо этого предусмотрена сложная процедура направления соответствующего постановления начальнику органа дознания со своими указаниями и сроком их исполнения. Такой порядок, на наш взгляд, не способствует эффективности уголовного судопроизводства, поскольку затягивает процесс восстановления нарушенных прав заинтересованных лиц и организаций.

Поэтому представляется обоснованным предложение ряда авторов²⁸² о наделении прокурора правом возбуждения уголовного дела в необходимых случаях и поручать его расследование дознавателю либо следователю.

Следует отметить, что в поддержку данного предложения высказались 61,7% опрошенных нами респондентов из числа работников прокуратуры.

В связи с этим предлагаем внести соответствующие изменения в уголовно-процессуальное законодательство. В частности, в ч. 1 ст. 146 УПК РФ, которую изложить в следующей редакции: «При наличии повода и основания, предусмотренных статьей 140 настоящего Кодекса, орган дознания, дознаватель, руководитель следственного органа, следователь, а также прокурор в пределах компетенции, установленной настоящим Кодексом, возбуждают уголовное дело, о чем выносится соответствующее постановление».

Кроме того, внести соответствующие изменения в ч. 6 ст. 148 УПК РФ (смотри приложение 1). Пункт 16 части второй статьи 37 УПК РФ считать пунктом 17. Часть вторую статьи 37 УПК РФ дополнить пунктом 16 следующего содержания: «В случаях установленных настоящим Кодексом возбуждать уголовное дело и поручать его расследование дознавателю либо следователю».

Реализация данных предложений позволит, на наш взгляд, повысить эффективность уголовного судопроизводства.

Как показал проведенный анализ (приложение 5), прокурорами было признано незаконными и отменено 40,3% постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела. Основными нарушениями при разрешении сообщений о преступлениях явились: неполнота проверок (77,7%), вынесение постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел при наличии оснований к их возбуждению (15,1%), нарушение сроков принятия решений, предусмотренных ст. 144 УПК РФ (9,6%), необоснованная передача сообщений по подследственности (2,4%). Среди других способов укрытия преступлений от учета можно выделить нерегистрацию или несвоевременную регистрацию сообщений о преступлениях в установленном порядке, а также создание гражданам препятствий, затрудняющих доступ к правосудию.

Так, в 2007 году прокурорами выявлено 5701 случай, связанный с неправомерным отказом органами дознания в приеме и регистрации сообщений о преступлениях, что на 19% меньше, чем в 2006 году. В 2008 году число таких нарушений увеличилось на 63,6% и составило 9326 случаев, что свидетельствует о серьезных упущениях ведомственного контроля²⁸³.

В субъектах Российской Федерации на 22,7% (в сравнении с 2007 г.) возросло число выявленных прокурорами фактов нерегистрации сообщений о преступлениях²⁸⁴.

В указанных уголовно-процессуальных ситуациях прокурорами в основном применялись такие процессуальные полномочия как проверки исполнения требований федерального закона при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях (п. 1 ч. 2 ст. 37 УПК РФ); требование полного устранения нарушения закона (п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК РФ) с привлечением виновных должностных лиц к ответственности.

На практике, по данным нашего исследования (приложение 5), проверки исполнения требований федерального закона при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях в большинстве случаев проводятся не чаще одного раза в месяц; в исключительных случаях – два раза в месяц либо раз в десять дней, при поступлении информации о нарушениях – немедленно.

Распространенный характер приобретает практика неоднократного принятия решений об отказе в возбуждении уголовного дела в органах дознания. Число таких решений только в 2008 году возросло на 10,4% (в сравнении с 2007 годом)²⁸⁵.

Другой распространенной уголовно-процессуальной ситуацией, возникающей при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях органами дознания является возбуждение уголовного дела при отсутствии достаточных к тому оснований.

Например, 14.12.2007 г. дознавателем Пограничного управления ФСБ РФ по Калининградской области капитаном юстиции К. возбуждено уголовное дело № 380015 в отношении гражданина О. по признакам преступления предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 322 УК РФ. Поводом и основанием для возбуждения уголовного дела послужило сообщение начальника отделения М. и материалы проверки, согласно которым 13.12.2007 г. гражданин О. с целью незаконного пересечения Государственной границы РФ в направлении из России в Республику Польша преодолел инженерные сооружения и продолжил движение в сторону Республики Польша. Однако свой преступный умысел не довел до завершения по независящим от него обстоятельствам, поскольку был задержан пограничным нарядом. При себе гражданин О. имел личные документы, в том числе паспорт гражданина РФ и заграничный паспорт гражданина РФ, не имеющие признаков подделки. Однако при решении вопроса о наличии события и квалификации преступления не было добыто достаточных для этого данных, а установленным в ходе проверки сведениям дана неверная, необоснованная оценка. Действия гражданина О. не соответствуют диспозиции ст. 322 УК РФ, указывающей на незаконность пересечения Государственной границы РФ в случаях отсутствия действительных документов на право выезда (въезда) из РФ либо отсутствия надлежащего разрешения, полученного в установленном законодательством РФ порядке. В результате чего постановление о возбуждении уголовного дела было отменено²⁸⁶.

При возникновении уголовно-процессуальных ситуаций, связанных с незаконным или необоснованным возбуждением уголовных дел органами дознания прокурором применяются следующие полномочия: проверка копии постановления о возбуждении уголовного дела и иных материалов, необходимых для оценки законности и обоснованности принятого решения (ч. 4 ст. 146 УПК РФ); отмена незаконного или необоснованного постановления о возбуждении уголовного дела (п. 6 ч. 2 ст. 37, ч. 4 ст. 146 УПК РФ). При этом отмена постановления о возбуждении уголовного дела является наиболее жестким и эффективным процессуальным полномочием прокурора в подобных ситуациях.

Так, только в 2008 году²⁸⁷ прокурорами отменено 48263 незаконных и необоснованных постановления о возбуждении уголовных дел органов дознания. Причины отмены прокурорами постановлений – неполнота доследственных проверок, отсутствие в материалах проверки достаточных данных, указывающих на признаки преступления, нарушение прав подозреваемого, когда при наличии сведений о лице, совершившем общественно опасное деяние, уголовное дело возбуждалось по факту совершения преступления²⁸⁸. Об этом же свидетельствуют и результаты нашего исследования (приложение 5).

В практике органов дознания имеют место случаи повторного возбуждения уголовных дел, несмотря на то, что надзирающим прокурором первое решение было отменено.

Так, 31.10.2007 г. дознавателем Пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 256 УК РФ в отношении капитана морского судна, перевозившего на борту более семи тонн запрещенных к вылову морепродуктов. Однако 08.11.2007 г. прокурор Приморской межрайонной природоохранной прокуратуры вынес постановление об отмене незаконного (необоснованного) постановления дознавателя о возбуждении уголовного дела, обосновав свое решение тем, что приведенные дознавателем факты не образуют состава преступления, предусмотренного ст. 256 УК РФ. 18.11.2007 г. дознаватель вновь вынес постановление о возбуждении уголовного дела и изложил дополнительные обстоятельства, которые прокурор вновь посчитал не обосновывающими решение о возбуждении уголовного дела и отменил постановление дознавателя. Такая «переписка» между органами дознания и прокуратурой продолжалась до апреля 2008 г. В этой ситуации не оказало должного воздействия даже вмешательство в феврале 2008 года заместителя Генерального прокурора РФ. В итоге уголовное дело все же было возбуждено по ч. 2 ст. 253 УК РФ и прекращено в октябре 2009 года в связи с истечением срока давности²⁸⁹.

Представляется, что подобной ситуации можно было бы избежать, если бы прокурор использовал предоставленное ему УПК РФ (п. 4 ч. 2 ст. 37) полномочие и дал конкретные письменные указания в связи с проверяемыми обстоятельствами.

При рассмотрении результатов работы правоохранительных органов с заявлениями и сообщениями о преступлениях обращает на себя внимание несоблюдение предусмотренных законом сроков разрешения заявлений и сообщений о преступлениях, что негативно сказывается на обеспечении прав граждан и выполнении задач уголовного судопроизводства. Как показало наше исследование (приложение 5), примерно в 5% случаев заявления и сообщения о преступлениях рассматривались в срок свыше 10 суток. Чуть более половины заявлений и сообщений разрешалось в срок до трех суток. Остальные заявления и сообщения, а их примерно 39%, разрешались в срок от трех до 10 суток, в то время как ст. 144 УПК РФ устанавливает этот срок только для исключительных случаев.

Анализ материалов прокурорских проверок свидетельствует, что в подавляющем большинстве случаев нарушение сроков проверки и разрешения сообщений о преступлениях связано с неумением рационально организовать такую проверку.

В 2007 и 2008 гг. увеличилось число принятых решений о направлении сообщений о преступлениях по подследственности, соответственно, на 9,3% и 2,9%²⁹⁰, что требует акцентирования прокурорского внимания и к этому направлению с целью выявления и пресечения фактов укрытия преступлений от учета под видом направления по подследственности.

В Указании Генеральной прокуратуры РФ от 29.01.2008 г. № 14/49 «Об усилении прокурорского надзора за исполнением требований закона и соблюдении подследственности уголовных дел»²⁹¹ отмечается, что при организации проверок исполнения органами дознания требований федерального законодательства при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях прокуроры должны немедленно реагировать на установленные факты нарушения подследственности. Принимать меры к отмене незаконных постановлений и направлять материалы в тот орган предварительного расследования, который правомочен выносить решение в соответствии со ст. 151 УПК РФ.

В целях устранения причин и условий, способствующих возникновению уголовно-процессуальных ситуаций, связанных с нарушениями законов при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях, прокуроры должны использовать весь комплекс мер реагирования, предусмотренных действующим законодательством.

Вместе с тем к дисциплинарной ответственности за допущенные нарушения должностные лица в среднем привлекаются только в каждом пятидесятом случае²⁹².

Многие прокуроры сообщают, что меры, принимаемые органами дознания по результатам рассмотрения представлений прокуроров, в большинстве своем лояльны, а потому малоэффективны. Руководители правоохранительных органов, правомочные налагать дисциплинарные взыскания, как правило, ограничиваются ранее наложенными взысканиями, тем самым порождая чувство безнаказанности и безответственности за допущенные нарушения закона²⁹³.

Действенной мерой реагирования на нарушения закона и средством их профилактики является уголовно-правовая оценка действий должностных лиц, умышленно укрывающих преступления от регистрации и учета, однако на протяжении последних лет число должностных лиц, привлеченных к уголовной ответственности за совершение таких преступлений, сокращается.

В 2007 г. в целом по стране по направленным в суд делам к уголовной ответственности за совершение преступлений в сфере уголовно-правовой регистрации привлечено 196 должностных лиц органов дознания, в том числе 182 сотрудника милиции, тогда как в предшествовавшем году эти показатели составляли, соответственно, 719 и 694.

В 2008 г. при увеличении на 6,9% числа поставленных на учет прокурорами преступлений, ранее известных, но по разным причинам не зарегистрированных, вышеотмеченные тенденции сохранились, к уголовной ответственности за преступления в этой сфере привлечено 121 должностное лицо органов дознания, в том числе 100 сотрудников органов внутренних дел²⁹⁴.

Несмотря на изложенное, реализация прокурором процессуальных полномочий в отношении органов дознания при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях обусловливают не только уголовно-процессуальные ситуации, связанные с нарушениями закона, но и ситуации, проистекающие в рамках правового поля.

Так, например, опубликование в средствах массовой информации сообщения о преступлении обуславливает применение такого средства процессуального контроля прокурора как поручение органу дознания провести проверку этого сообщения (ч. 2 ст. 144 УПК РФ). Или, например, необходимость производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов влечет за собой применение прокурором такого средства процессуального контроля как продление срока проверки рассмотрения сообщения о преступлении до 30 суток (ч. 3 ст. 144 УПК РФ).

Подводя итог сказанному, отметим, что стадия возбуждения уголовного дела является самостоятельной стадией уголовного процесса и предназначена для незамедлительного реагирования на каждый преступный факт, а также для своевременного предотвращения расследования фактов, не содержащих признаков состава преступления либо вовсе не имевших места в действительности²⁹⁵.

Правильно организованная и качественно проведенная прокурорская проверка в стадии возбуждения уголовного дела – залог успеха надзорной деятельности прокурора в последующих стадиях уголовного процесса.

Надзор за производством неотложных следственных действий является еще одним приоритетным направлением деятельности прокурора, так как именно при их производстве происходит получение и закрепление исходной доказательственной информации.

Наряду с тем, что при производстве неотложных следственных действий, особенно при производстве осмотра места происшествия, получается и закрепляется большой объем исходной доказательственной информации, которая на последующих этапах расследования имеет очень большое значение, возникает также немало уголовно-процессуальных ситуаций, связанных с нарушением органами дознания требований законодательства. Как показало наше исследование (приложение 5), наиболее типичными из них являются: неправильный подбор понятых либо производство неотложного следственного действия вообще без понятых (24,3% случаев из числа изученных уголовных дел, содержащих процессуальные ошибки при производстве неотложных следственных действий), а также изъятие вещественных доказательств с грубыми нарушениями уголовно-процессуального закона (18,9%).

Поэтому надзирающий прокурор должен установить наличие оснований для производства неотложного следственного действия; выполнение требований закона об участии всех предусмотренных им лиц, разъяснении им их прав и обязанностей, а также контролировать соблюдение этих прав и обязанностей в ходе производства следственных действий; проверить соблюдение законности в процессе фиксации хода и результатов следственных действий. Также необходимо обращать внимание на деятельность дознавателя по установлению всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания, которые возможно выявить в ходе данного неотложного следственного действия.

В случае возникновения уголовно-процессуальных ситуаций, связанных с нарушениями закона при производстве пограничными органами неотложных следственных действий прокурор, как правило, применяет такие процессуальные полномочия как внесение представлений об устранении нарушений закона (п. 3 ч. 3 ст. 22 ФЗ о прокуратуре), дача письменных указаний (п. 4 ч. 2 ст. 37 УПК РФ), отмена незаконных и необоснованных постановлений органа дознания (п. 6 ч. 2 ст. 37 УПК РФ), изъятие дела у дознавателя и передача его следователю (п. 11 ч. 2 ст. 37 УПК РФ), отстранение дознавателя от производства по делу (п. 10 ч. 2 ст. 37 УПК РФ), признание доказательства недопустимым (ч. 2 ст. 88 УПК РФ).

Следующее направление процессуальной деятельности подразделений дознания пограничных органов, находящееся под надзором прокурора – это производство следственных и иных процессуальных действий по поручениям следователей.

Что касается реализации процессуальных полномочий прокурора при производстве подразделением дознания пограничных органов следственных и иных процессуальных действий по поручению следователя (дознавателя), то типичными уголовно-процессуальными ситуациями, влияющими на реализацию этих полномочий, являются приведенные ниже ситуации.

По уголовным делам о преступлениях, совершенных неустановленными лицами, работа дознавателей и оперативных сотрудников ограничивается, как правило, отдельными шаблонными поручениями о проведении оперативно-розыскных мероприятий и ответами на них об отсутствии положительных результатов. Большинство поручений о производстве следственных и иных процессуальных действий, проведении оперативно-розыскных мероприятий составляются без учета обстоятельств уголовного дела и собранных доказательств. В ряде случаев при получении в ходе дознания значительной информации поручения о ее проверке оперативным путем не направляются вовсе. Имеются случаи, когда на поручения по уголовным делам ответы не поступают²⁹⁶.

Уместно отметить, что 33% опрошенных нами дознавателей органов дознания пограничных органов недовольны своевременностью и качеством выполнения данных ими поручений.

В правоприменительной деятельности органов дознания распространены случаи полного отказа от выполнения органами дознания отдельных поручений о производстве процессуальных действий, вынесенных дознавателями.

Так, например, дознавателем Пограничного управления ФСБ России по Амурской области был получен отказ от начальника Пограничного управления ФСБ России по Новосибирской области от исполнения письменного поручения о производстве отдельных следственных действий. Данный отказ был мотивирован тем, что в п.п. 4-5 ч. 2 ст. 38 и ч. 1 ст. 152 УПК РФ применительно к праву давать поручения о производстве отдельных следственных и иных процессуальных действий органу дознания говорится о следователе, а не о дознавателе. Как следствие, поручение о производстве отдельных следственных действий не было выполнено²⁹⁷. Вместе с тем, расширительное толкование УПК РФ позволяет сделать вывод о том, что дознаватель (орган дознания) так же как и следователь вправе давать поручения о производстве отдельных следственных или процессуальных действиях.

Кроме того, на практике распространены уголовно-процессуальные ситуации, при которых, как отмечают отдельные авторы, «…сотрудники следственных подразделений в отдельных случаях злоупотребляют своими полномочиями и поручают органам дознания выполнение таких следственных действий, которые они вполне могли бы осуществить сами. Нередки случаи, когда следователи фактически перекладывают свои обязанности на органы дознания, что вызывает негативное отношение со стороны последних и ведет к конфликтным ситуациям на практике»²⁹⁸.

Все это говорит о низкой эффективности «ведомственного процессуального контроля» и поверхностном надзоре со стороны прокурора за деятельностью не только дознавателей, но и начальников органов (подразделений) дознания.

Представляется, в уголовно-процессуальных ситуациях, возникающих в ходе исполнения органом дознания отдельных поручений следователя (дознавателя) о производстве отдельных следственных (процессуальных) действий прокурор должен активно использовать процессуальные полномочия, направленные, в первую очередь, на недопущение волокиты, самоустранения исполнителей от выполнения поручений, формализма при их исполнении. Активно должна контролироваться деятельность соответствующих руководителей (начальника органа и подразделения дознания), так как от их деятельности непосредственно зависит процессуальная дисциплина подчиненных им дознавателей. Эффективными полномочиями на данном участке процессуальной деятельности из имеющихся в арсенале прокурора будут, на наш взгляд, являться такие как ознакомление с материалами находящегося в производстве уголовного дела (ч. 2.1 ст. 37 УПК РФ); проверка поступивших в орган дознания поручений о выполнении отдельных следственных действий; дача указаний о выполнении процессуальных действий (п. 4 ч. 2 ст. 37 УПК РФ); внесение представлений об устранении нарушений закона (п. 3 ч. 3 ст. 22 ФЗ о прокуратуре); постановка вопроса о привлечении виновных лиц к ответственности, в т.ч. к уголовной (п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК РФ).

А теперь перейдем к исследованию особенностей реализации процессуальных полномочий прокурора при производстве предварительного расследования в форме дознания специализированным подразделением процессуальной деятельности пограничного органа.

Реализация процессуальных полномочий прокурора при производстве предварительного расследования в форме дознания, с одной стороны, направлена на обеспечение соблюдения органами дознания прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, защиту личности, общества и государства. С другой стороны – на обеспечение неотвратимости наказания за совершенное преступление.

Полагаем, основными элементами деятельности подразделения дознания пограничного органа при расследовании преступлений, влияющими на реализацию процессуальных полномочий прокурора, являются:

задержание граждан по подозрению в совершении преступления;

избрание в отношении подозреваемого меры пресечения;

производство следственных действий;

привлечение лица в качестве обвиняемого;

приостановление (возобновление) производства расследования;

окончание дознания.

Представляется, что сущность и содержание процессуальной деятельности прокурора в отношении подразделения дознания пограничного органа в рассматриваемой сфере будет обусловливаться уголовно-процессуальными ситуациями, возникающими в указанных направлениях деятельности. В одних случаях прокурора будет интересовать законность того или иного процессуального действия (решения), в других – их целесообразность и эффективность. Именно при производстве органами дознания предварительного расследования преступлений деятельность прокурора носит ярко выраженный контрольный характер.

Как показало наше исследование, прокурора одинаково «интересуют» как вопросы соблюдения законности органами дознания при расследовании преступлений, так и эффективность проводимого дознания (об этом свидетельствует характер применяемых правовых средств, о чем будет сказано ниже).

Распространенным уголовно-процессуальным нарушением в рассматриваемой сфере является задержание лица по подозрению в совершении преступления до возбуждения уголовного дела.

Как показало наше исследование, в практике подразделений дознания пограничных органов уголовно-процессуальные ситуации, связанные с задержанием по подозрению в совершении преступления до возбуждения уголовного дела, возникают достаточно часто. Так, при проверке в порядке надзора уголовного дела № 545000²⁹⁹ прокурором было внесено представление об устранении нарушения закона, выразившееся в том, что подозреваемые в совершении преступления были задержаны в порядке ст. 91 УПК РФ до вынесения постановления о возбуждении уголовного дела.

В процессуальной практике органов дознания пограничных органов встречаются уголовно-процессуальные ситуации, связанные с несоблюдением установленных УПК РФ сроков об уведомлении о произведенном задержании. В частности, по уголовному делу № 545000³⁰⁰ сообщение о произведенном задержании направлено в посольство Республики Казахстан с превышением установленного срока, что повлекло за собой внесение представления об устранении нарушения закона надзирающим прокурором.

Анализ прокурорско-следственной практики свидетельствует, что наиболее часто встречающейся и характерной уголовно-процессуальной ситуацией при процессуальных задержаниях является неправильное исчисление сроков задержания.

Обычно путаница происходит из-за неправильного разграничения процессуального и административного задержания (доставления). Административное задержание, как правило, направлено на пресечение правонарушения и предшествует уголовно-процессуальному задержанию. Задержание в административном порядке не может продолжаться более 3-х часов.

Надзор прокурора за исполнением закона органами дознания при задержании и обеспечении прав подозреваемого должен осуществляться в целях недопущения незаконного и необоснованного задержания, соблюдения законности при задержании подозреваемого, недопущения превышения установленных законом сроков пребывания подозреваемого под стражей, а также обеспечения реализации им своих прав и обязанностей.

Применение прокурором процессуальных полномочий на данном этапе обусловлено такими возникающими здесь типичными уголовно-процессуальными ситуациями (по материалам исследования) как, прежде всего, сам факт задержания, нарушение закона либо отсутствие основания для задержания, превышение и неправильное исчисление сроков пребывания по стражей, неуведомление заинтересованных лиц о проведенном задержании, нарушение порядка производства задержания (приложение 5).

Начальным этапом процессуальной деятельности прокурора будет являться проверка письменного сообщения о задержании. Для признания задержания законным и обоснованным, целесообразно, чтобы прокурор знакомился со всеми материалами уголовного дела (такое право ему предоставлено ч. 2.1 ст. 37 УПК РФ). При этом особое внимание необходимо уделить материалам дела, содержащим фактические данные, обосновывающие применение данной меры процессуального принуждения. Результаты проверки сообщения о задержании, а также материалов уголовного дела должны найти свое выражение в других применимых в данном случае процессуальных полномочиях.

В целях выявления в полном объеме нарушений требований закона при задержании подозреваемых прокурор вправе лично посещать изоляторы временного содержания, следственные изоляторы, специально оборудованные помещения для содержания задержанных (абз. 1 п. 1 ст. 33 Закона о прокуратуре).

Так, в ходе надзора за исполнением норм закона, регламентирующих основания и порядок применения мер процессуального принуждения, ограничивающих конституционные права и свободы участников уголовного судопроизводства, прокурорами в результате проверок в 2008 году из ИВС освобождено 168 незаконно задержанных, что на 21,7% больше, чем в 2007 г. (138 задержанных)³⁰¹.

Каждое выявленное прокурором нарушение закона в отношении задержан­ных требует с его стороны принципиального реагирования. В необходимых случаях прокурор принимает в пределах своих полномочий меры к привлечению лиц, допустивших нарушения, к дисцип­линарной или иной ответственности, а при наличии оснований – направляет материалы проверки руководителю следственного органа для решения вопроса о возбуждении уголовного дела (п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК РФ).

Большое значение на данном этапе приобретает правообеспечительная функция. Прокурор в силу закона должен обеспечить подозреваемому право на защиту (ч. 1 ст. 11 УПК РФ). Такая же обязанность возлагается и на дознавателя. Однако если дознаватель по каким-либо причинам этого не сделал, прокурор должен незамедлительно восстановить нарушенное право заинтересованного лица путем дачи соответствующих указаний органу дознания.

Эффективным процессуальным полномочием прокурора при надзоре за законностью избрания меры пресечения виде заключения под стражу является обязательная дача прокурором согласия дознавателю на возбуждение перед судом ходатайства об избрании данной меры пресечения, а также личное участие прокурора в судебном заседании при принятии судебного решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Таким образом, при избрании органами дознания меры пресечения виде заключения под стражу процессуальная деятельность прокурора носит предупредительный характер.

Так, в 2008 году в процессе осуществления надзора за законностью и обоснованностью решений дознавателей прокурорами рассмотрено 24258 ходатайств дознавателей об избрании меры пресечения виде заключения под стражу, по 88,8% из них ходатайства были поддержаны. Судом первой инстанции отказано в удовлетворении 2272, или 10,5%, таких ходатайств³⁰². В 2010 г. количество рассмотренных прокурором постановлений дознавателя о возбуждении перед судом ходатайств об избрании, продлении меры пресечения и производстве следственных действий сократилось на 9,7% (с 59 197 в 2009 г. до 53 467 в 2010 г.). Прокуроры отказали дознавателям в даче согласия на обращение в суд по 5,7% таких ходатайств³⁰³.

Анализируя уголовно-процессуальные ситуации, встречающиеся в деятельности подразделений дознания пограничных органов при принятии решения о применении к подозреваемым мер пресечения, следует отметить, что наиболее распространенной процессуальной ошибкой является недооценка обстоятельств, характеризующих личность подозреваемого (43% от общего числа изученных уголовных дел, содержащих процессуальные ошибки при применении меры пресечения виде заключения под стражу).

Как мы полагаем, столь высокий процент связан, прежде всего, с обвинительным уклоном в деятельности дознавателей, что зачастую влечет за собой игнорирование сведений о личности подозреваемого. Между тем, ст. 99 УПК РФ предписывает, что при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида должны учитываться также сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В целях устранения подобных ошибок активную роль должен играть надзирающий прокурор. Прокурор должен проверить наличие оснований для избрания меры пресечения, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, а также установить, выяснены ли дознавателем иные обстоятельства, предусмотренные ст. 99 УПК РФ.

Одним из основных направлений процессуальной деятельности прокурора в отношении подразделений дознания пограничных органов является надзор за производством следственных действий.

При производстве следственных действий собирается основной массив доказательственной информации, наряду с этим допускается большинство процессуальных нарушений, что, безусловно, требует повышенной активности со стороны надзирающего прокурора.

Надзор прокурора за производством следственных действий, прежде всего, должен быть направлен на обеспечение соблюдения органами дознания установленного законом процессуального порядка производства следственных действий.

При выявлении в процессе производства либо фиксации следственных действий нарушений закона прокурор, исходя из требований ч. 2 ст. 75 УПК РФ, должен признать полученные в результате проведения этих следственных действий доказательства недопустимыми и исключить их из процесса доказывания.

Так, в 2008 году в соответствии со ст. 88 УПК РФ прокуроры вынесли 1699 постановлений о признании доказательств недопустимыми, большинство таких постановлений (1506 или 88,6%) по делам, расследованным следователями (838) и дознавателями (668) ОВД³⁰⁴.

Как показало наше исследование (приложение 5), основаниями признания прокурорами доказательств недопустимыми в большинстве случаев выступают нарушения порядка их собирания, например: отсутствие при допросе несовершеннолетнего обвиняемого законного представителя; производство следственных действий с обвиняемым без защитника, когда участие последнего обязательно; производство следственных действий ненадлежащим должностным лицом (без принятия уголовного дела к производству); производство следственных действий с участием одного понятого либо без таковых; нарушение процессуального порядка назначения и производства судебных экспертиз и т. п.

Поскольку производство следственных действий составляет сущность предварительного расследования преступлений, то прокурора, безусловно, будет интересовать эффективность и целесообразность их проведения. Прокурор – государственный обвинитель, а само государственное обвинение имеет в своей основе материалы предварительного расследования. Поэтому прокурор заинтересован в качестве его проведения. Кроме того, прокурор, в силу закона, имеет возможность влиять на производство предварительного расследования (только на дознание, но не предварительное следствие), руководить им, определять направление расследования. Таким образом, прокурор, осуществляющий надзор, способен повлиять на «судьбу» уголовного дела, направив расследование в нужное для него русло.

В практике органов дознания наиболее часто встречаются случаи примитивного планирования дознания, когда предполагается производство лишь отдельных следственных действий, осуществление которых не приводит к выяснению всех обстоятельств совершенного преступления. Часто не устанавливаются сроки выполнения следственных действий, что в конечном итоге приводит к нарушению процессуальных сроков, установленных УПК РФ, а также влечет за собой неполноту производства дознания (приложение 5).

Разрешение подобных уголовно-процессуальных ситуаций осуществляется при помощи таких процессуальных полномочий как ознакомление с материалами находящегося в производстве уголовного дела и дача дознавателю письменных указания о направлении расследования, производстве процессуальных действий (п. 4 ч. 1, ч. 2.1 ст. 37 УПК РФ).

Так, например, в 2008 году по сравнению с 2007 годом почти в два раза (со 117338 в 2007 г. до 203348 в 2008 г.) увеличилось число уголовных дел, по которым прокурорами даны письменные указания органам дознания³⁰⁵. Думается, это свидетельствует, прежде всего, об активной работе прокуроров по надзору за процессуальной деятельностью органов дознания и, кроме того – о слабой профессиональной подготовке дознавателей и ненадлежащем ведомственном контроле за их работой.

Дача прокурором письменных указаний о направлении расследования, производстве отдельных процессуальных действий (п. 4 ч. 2 ст. 37 УПК РФ) служит основным средством процессуального руководства уголовно-процессуальной деятельностью дознавателей.

В материалах каждого пятого уголовного дела, из числа изученных нами (приложение 5), имелись письменные указания прокурора. В основном эти указания касались производства отдельных следственных действий (79,6%), значительно реже давались указания о направлении расследования (2,2%)³⁰⁶, избрании в отношении подозреваемого меры пресечения (6,4%), квалификации преступления (4,1%) и объема обвинения (3%), привлечении лица в качестве обвиняемого (4,7%).

Указание о производстве следственных действий – это требование прокурора о проведении таких следственных действий, необходимость которых, по убеждению последнего, послужит полному и объективному расследованию преступлений. Определение конкретных следственных действий происходит в ходе проверки материалов уголовного дела. При недостаточности доказательств или выявлении пробелов в расследовании, затрудняющих выработку и принятие процессуального решения, прокурор вправе давать указание о проведении допроса, обыска, очной ставки и иных следственных действий.

Характерной чертой указаний прокурора является обязательность их исполнения для дознавателя (ч. 4 ст. 41 УПК РФ). Обжалование данных указаний не приостанавливает их исполнения.

Указания – форма властного процессуального решения прокурора, которое должно быть облечено в письменную форму, хотя закон не запрещает прокурору давать и устные указания, но в таком случае отсутствие письменной формы будет свидетельствовать о рекомендательном, факультативном характере таких указаний³⁰⁷.

Как показало наше исследование, 53,4% опрошенных нами прокуроров дают указания как в письменной, так и в устной форме. При этом только 46,1% респондентов из числа дознавателей и начальников подразделений дознания считают указания прокурора, данные в устной форме, обязательными для исполнения.

Думается, что указания прокурора о производстве процессуальных действий и направлении расследования должны все же в любом случае облекаться в письменную форму. Письменная форма указаний позволяет дознавателю правильно их оценить и при наличии оснований изложить мотивы обжалования указаний вышестоящему прокурору, своевременно ставить вопрос о частичной или полной отмене указаний в случае, если они необоснованны, противоречат закону, направлены на неправомерное ограничение или иное нарушение процессуальной самостоятельности дознавателя.

Полномочия дознавателя в уголовном судопроизводстве обозначены таким образом, что наиболее принципиальные вопросы, касающиеся расследования конкретного уголовного дела, он обязан решать сам. Однако для устранения имеющихся в деле ошибок и нарушений предусмотрено право прокурора давать дознавателю указания. Вот почему исполнение указаний обязательно для дознавателя³⁰⁸.

Помимо этого в распоряжении прокурора имеются и иные процессуальные полномочия, обеспечивающие объективное, высококачественное расследование преступлений, законность производства процессуальных действий, а также осуществление прав участников уголовного судопроизводства. К числу таких полномочий относятся: право прокурора отстранять дознавателя от дальнейшего производства расследования, если им допущено нарушение требований УПК РФ (п. 10 ч. 2 ст. 37 УПК РФ); право прокурора передавать уголовное дело от одного органа предварительного расследования другому (п. 12 ч. 2 ст. 37 УПК РФ); право прокурора соединять уголовные дела в одном производстве (ч. 3 ст. 153 УПК РФ).

Право прокурора отстранять дознавателя от дальнейшего производства расследования, если им допущено нарушение требований УПК РФ, составляет исключительную компетенцию прокурора.

Исследование показывает, что прокурор передает уголовное дело от одного органа предварительного расследования в целях своевременного, полного и объективного расследования, а также в связи с допущенной волокитой и необъективностью расследования.

Важным участком деятельности прокурора при производстве дознания является надзор за соблюдением законности при привлечении лица к уголовной ответственности.

Каждый случай незаконного, необоснованного привлечения лица к уголовной ответственности грубо ущемляет его права и подрывает авторитет правоохранительных органов.

Известный русский юрист А.Ф. Кони в свое время заметил, что обвинение «слишком серьезная вещь, чтобы не вызывать самой тщательной обдуманности. Ни последующее оправдание судом, ни даже прекращение дела до предания суду очень часто не могут изгладить материального и нравственного вреда, причиняемого человеку поспешным и необдуманным привлечением его к уголовному делу»³⁰⁹.

В этой связи надзор прокурора за законностью привлечения лица к уголовной ответственности приобретает крайне важное значение. Ведь именно прокурор является представителем государства, призванным осуществлять защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Выявление нарушений при привлечении лица в качестве обвиняемого можно обеспечить изучением материалов уголовного дела; при заслушивании доклада уголовного дела дознавателем или начальником подразделения дознания; при заслушивании материалов расследования на оперативных совещаниях и др.

Однако, согласно действующему УПК РФ (ч. 2-4 ст. 225) прокурор получает уголовное дело с обвинительным актом уже после того, как с ними ознакомились потерпевший или его представитель, обвиняемый, его защитник и законный представитель, если они участвуют в деле, и акт утвержден начальником органа дознания. Такое положение, на наш взгляд, недопустимо, поскольку у прокурора отсутствует возможность заблаговременной проверки законности и обоснованности предъявленного обвинения.

Полагаем целесообразным внести соответствующие изменения в ст. 225 УПК РФ, дополнив ее ч. 1.1 следующего содержания: «Копия обвинительного акта немедленно направляется прокурору».

Таким образом, как мы полагаем, у прокурора появится возможность повлиять на решение дознавателя и в необходимых случаях дать соответствующие указания об устранении выявленных недостатков.

Как показало наше исследование (приложение 5), типичными уголовно-процессуальными ситуациями, возникающими в деятельности подразделения дознания пограничного органа при привлечении лица в качестве обвиняемого, являются:

в тексте обвинительного акта при формулировании обвинения дознаватели указывают не на все обстоятельства предмета доказывания, перечисленные в законе;

по уголовным делам, по которым к уголовной ответственности привлекается несколько лиц, формулировки обвинения зачастую не согласуются друг с другом;

нарушение срока составления обвинительного акта и предъявления обвинения в случаях, когда к подозреваемому применена мера пресечения в виде заключения под стражу;

несоответствие обвинительного акта формулировке предъявленного обвинения.

Особое внимание при осуществлении надзора за дознанием прокурору следует уделять уголовно-процессуальным ситуациям, возникающим при окончании и приостановлении дознания.

В соответствии с действующим УПК РФ органы дознания заканчивают предварительное расследование составлением обвинительного акта, который утверждается начальником органа дознания и вместе с материалами уголовного дела направляется прокурору либо вынесением постановления о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным статьями 24-28 УПК РФ.

Поскольку каждый из этих вариантов окончания дознания имеет большое значение для всего уголовного процесса, то соответственно возрастает ответственность как дознавателя за итоговое решение по уголовному делу, так и прокурора, осуществляющего надзор на данном этапе уголовного судопроизводства.

Согласно ч. 1 ст. 37 УПК в ходе уголовного судопроизводства прокурор осуществляет уголовное преследование. В процессе судебного разбирательства от качества проведенного расследования зависит эффективность поддержания государственного обвинения, принятие судом итогового решения. Прокурор так же, как следователь, дознаватель, обеспечивает реализацию назначения уголовного судопроизводства, закрепленного в ст. 6 УПК. Совокупность данных обстоятельств так или иначе лишает всякого смысла рассматривать прокурора в качестве участника, не способного оценивать целесообразность процессуальных действий и решений, имеющих место в ходе досудебного производства³¹⁰.

Изучая уголовное дело, прокурор разрешает не только вопросы, касающиеся соблюдения дознавателем требований УПК РФ, но и проверяет наличие оснований для осуществления уголовного преследования в судебном производстве.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 226 УПК РФ именно на прокуроре лежит обязанность по утверждению обвинительного акта и направлению уголовного дела в суд. Прежде чем принять решение об утверждении обвинительного акта и направлении уголовного дела в суд, прокурор должен ознакомиться со всеми материалами уголовного дела, от начала и до конца.

Основной задачей в данном случае является проверка законности проведенного дознания. В связи с чем, прокурор должен удостовериться в соблюдении дознавателем всех уголовно-процессуальных норм, обеспечивающих права и законные интересы каждого из участников процесса, а также норм, регламентирующих порядок производства предварительного расследования. Он должен убедиться в доказанности обвинения и его правильной юридической квалификации, в соответствии текста обвинительного акта материалам уголовного дела. В конце концов, прокурор должен сделать вывод об отсутствии процессуальных нарушений, препятствующих направлению дела в суд.

Прокурору необходимо также тщательно проанализировать доводы, приводимые обвиняемым и защитником в опровержение обвинения, и с объективных позиций проверить, что противопоставляется этим доводам. По этой причине желательно, чтобы уголовное дело, поступившее с обвинительным актом, изучалось не только прокурорскими работниками, осуществляющими надзор за следствием и дознанием, но и прокурорами, которым будет поручено поддержание по делу государственного обвинения³¹¹.

Особое внимание следует уделить допустимости доказательств, так как впоследствии эти доказательства должны использоваться государственным обвинителем при поддержании государственного обвинения в судебном заседании. В этих целях прокурор должен проверить соблюдение дознавателем процессуального порядка производства следственных действий, установленного УПК РФ.

При выявлении недопустимых доказательств прокурор обязан либо возвратить уголовное дело для производства дополнительного расследования в целях устранения допущенных нарушений закона (п. 2 ч. 1 ст.226 УПК РФ), либо исключить такие доказательства из обвинительного акта (ч. 3 ст. 88 УПК РФ).

Кроме того прокурор при проверке материалов уголовного дела, поступившего с обвинительным актом, должен обратить внимание на форму самого обвинительного акта, так как уголовно-процессуальный закон предъявляет ряд требований к его составлению.

Анализ интервьюирования прокурорских работников, осуществляющих надзор за процессуальной деятельностью органов дознания пограничных органов, позволяет обобщить типичные недостатки допускаемые дознавателями пограничных органов при составлении обвинительного акта:

отсутствие сведений о способе совершения преступлений – 7,2%;

отсутствие сведений о сумме причиненного ущерба – 14%;

описание не всех эпизодов совершенного преступления – 2,9%;

неточность квалификации деяния – 11,6%;

неполное выявление сведений о личности обвиняемого – 64,3%.

Особое внимание необходимо уделить правильности уголовно-правовой квалификации преступного деяния. Следует помнить, что в соответствии с ч. 2 ст. 226 УПК РФ при утверждении обвинительного акта прокурор вправе своим постановлением исключить из него отдельные пункты обвинения либо переквалифицировать обвинение на менее тяжкое.

Таким образом, сущность процессуального контроля прокурора при окончании дознания в основном сводится к проверке обвинительного акта и поступивших вместе с ним материалов уголовного дела с целью оценки законности и эффективности проведенного дознания.

Проверка материалов уголовного дела и обвинительного акта обусловливает применение довольного широкого круга иных правовых средств.

Так, в случае если прокурор признает законность и обоснованность выводов дознавателя, что находит свое выражение в доказанности обвинения и его правильной юридической квалификации, правильность составления обвинительного акта и придет к заключению о наличии оснований для направления уголовного дела в суд, то он утверждает обвинительное заключение (п. 1 ч. 1 ст. 226 УПК РФ).

В противном случае в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 226 УПК РФ прокурор вправе возвратить уголовное дело дознавателю для производства дополнительного дознания либо пересоставления обвинительного акта с целью устранения выявленных недостатков со своими письменными указаниями.

Необходимо отметить, что прокурор возвращает уголовное дело для пересоставления обвинительного акта только в случае, когда ошибки обнаружены в самом обвинительном акте, а не в материалах дела. Если ошибки обнаружены в материалах дела, в таком случае прокурор возвращает уголовное дело для производства дополнительного дознания.

В 2008 г. по сравнению с 2007 г. с 20 292 до 22 004 или на 8,4% возросло число уголовных дел, возвращенных прокурором для производства дополнительного дознания³¹².

Исследование показывает, что основной причиной возврата прокурорами уголовных дел для производства доследования является неполнота дознания, в том числе недостаточность собранных доказательств виновности обвиняемых (приложение 5). По этому основанию прокурорами, участвующими в проверке, возвращено дознавателям 65,1% от общего количества возвращенных.

Основными причинами возвращения уголовных дел явились:

ошибки, связанные с неполнотой установления предмета доказывания – 65,1 %;

ошибки, связанные с неудовлетворительным исследованием доказательств – 28,6 %;

технические ошибки – 6,3 %.

Нередко прокуроры вынуждены возвращать уголовные дела для производства дополнительного дознания неоднократно. В 2007 г. в общей сложности в органы дознания повторно, то есть два и более раза, возвращено для производства дополнительного расследования 233 уголовных дела, а за 6 месяцев 2008 г. – 138. Соответственно количество возвращенных неоднократно уголовных дел составило 2% от общего количества возвращенных дел в 2007 г. и 1,2% в первом полугодии 2008 года³¹³.

Так, например, уголовное дело № 202, возбужденное 24.10.2005 г. дознавателем опк «Хабаровск-аэропорт» ОКПП «Хабаровск» по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 322 УК РФ, было возвращено прокурором для производства дополнительного дознания дважды в связи с допущенными нарушениями, одним из которых явилось неразъяснение дознавателем требований ч. 5 ст. 217 УПК РФ³¹⁴.

Причинами повторного возврата прокурорами уголовных дел, как правило, являются неустранение нарушений уголовно-процессуального законодательства, неисполнение либо ненадлежащее исполнение ранее данных прокурором указаний по делам, возвращенным для проведения дополнительного расследования.

Если, осуществляя проверку материалов уголовного дела, поступившего с обвинительным актом, прокурор выявит обстоятельства, исключающие производство по уголовному делу, то согласно п. 3 ч. 1 ст. 226 УПК РФ он обязан прекратить уголовное дело по основаниям, предусмотренным статьями 24-28 УПК РФ, о чем вынести соответствующее постановление. Однако необходимо иметь ввиду, что в подобных случаях не всегда присутствует вина органа дознания, так основания прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования не всегда ясно усматриваются в материалах дела, в противном случае уголовное дело было бы прекращено самим органом дознания.

Следует отметить, что факт прекращения уголовного дела прокурором на этапе проверки материалов дела, поступившего с обвинительным актом, вовсе не означает, что дело было возбуждено необоснованно, а прокурорский надзор за дознанием был неудовлетворительным. Дело в том, что в процессе расследования могут открываться новые, на момент возбуждения уголовного дела неизвестные обстоятельства, которые не всегда в явной форме, но, тем не менее, исключают производство по делу.

И, наконец, последнее решение, которое прокурор вправе принять по делу, поступившему с обвинительным актом – решение о направлении уголовного дела для производства предварительного следствия (п. 4 ч. 1 ст. 226 УПК РФ). Такое решение прокурор принимает в тех случаях, когда им выявлены нарушения, которые невозможно устранить при помощи пересоставления обвинительного акта, а сроки дознания истекли.

Как мы уже отмечали, предварительное расследование в форме дознания может быть окончено прекращением уголовного дела. Уголовное дело и уголовное преследование могут быть прекращены по любому из оснований, предусмотренных статьями 24-28 УПК РФ. Основания прекращения уголовного дела перечислены в статьях 24-25 УПК РФ. Основания же прекращения уголовного преследования содержатся в статьях 27-28 УПК РФ.

Так как на прокурора возложена реализация задач уголовного судопроизводства в полном объеме, а также исходя из того, что он является гарантом соблюдения законности в деятельности органов предварительного расследования, в том числе и при прекращении уголовного дела, то именно он должен незамедлительно реагировать на все без исключения факты незаконного прекращения уголовных дел.

Как правило, при осуществлении надзора за законностью прекращения уголовных дел органами дознания прокурором используются общие проверки, проводимые по всем находящимся в производстве у органов дознания уголовным делам. Прежде всего, подобные проверки направлены на предупреждение незаконного прекращения уголовных дел. При проведении таких проверок реализуется предупредительная функция прокурорского надзора. Реализуя свое право дачи письменных указаний о направлении расследования, производстве процессуальных действий (п. 4 ч. 2 ст. 37 УПК РФ), прокурор тем самым предотвращает незаконное прекращение уголовных дел.

Кроме общих проверок в практике прокурорского надзора применяются специальные проверки, связанные с уже свершившимся фактом вынесения постановления о прекращении производства по делу. Основной задачей прокурора в данном случае является анализ оснований прекращения уголовного дела, выявление обстоятельств, свидетельствующих о сокрытии преступления либо о создании условий для освобождения от ответственности виновных лиц. Первостепенное внимание необходимо уделить на исследованность вопросов, связанных с событием или составом преступления, виновностью лица, обвиняемого в его совершении.

В соответствии с п. 13 ч. 2 ст. 37 УПК РФ прокурор утверждает постановление дознавателя о прекращении производства по уголовному делу. Поэтому дознаватель в любом случае после вынесения постановления о прекращении уголовного дела должен направить указанное постановление надзирающему прокурору. Прокурор, прежде чем утвердить постановление дознавателя о прекращении уголовного дела, должен проверить законность и обоснованность его вынесения, то есть дать правовую оценку с точки зрения соответствия его уголовному и уголовно-процессуальному закону. В случае возникновения затруднений в правовой оценке фактических обстоятельств прокурор вправе истребовать для проверки все материалы уголовного дела. Целесообразно также сопоставить постановление о прекращении уголовного дела с постановлением о его возбуждении. Дело в том, что нередки случаи, когда причиной прекращения уголовного дела является незаконность его возбуждения, и при сопоставлении указанных постановлений можно выявить как расхождение, так и совпадение фактических обстоятельств.

Признав постановление дознавателя о прекращении уголовного дела или уголовного преследования незаконным или необоснованным, прокурор отменяет его и возобновляет производство по уголовному делу (ч. 1 ст. 214 УПК РФ).

В 2008 году по сравнению с 2007 годом в 2,5 раза увеличилось число отмененных прокурорами постановлений о прекращении уголовного дела, уголовного преследования, вынесенных органами дознания (с 3613 в 2007 г. до 8981 – в 2008 г.)³¹⁵.

Подводя итог вышесказанному, целесообразно остановиться на типичных уголовно-процессуальных ситуациях, возникающих на этапе окончания дознания. Как показало наше исследование (приложение 5), а также исследования проведенные другими авторами³¹⁶, типичные уголовно-процессуальные ситуации, запускающие механизм реализации процессуальных полномочий прокурора на данном этапе, как правило, обусловлены совершением следующих процессуальных ошибок:

Неполнота и односторонность предварительного расследования.

Существенные нарушения порядка окончания предварительного расследования, связанные с несоблюдением прав участвующих в деле лиц.

Существенные нарушения порядка окончания предварительного расследования при прекращении уголовного дела.

Несоответствие выводов в итоговом решении по уголовному делу фактическим обстоятельствам.

С вариантами окончания предварительного расследования в форме дознания тесно связано приостановление уголовного дела.

Как показало наше исследование (приложение 5), по большинству уголовных дел процессуальные решения о приостановлении дознания по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, приняты без выполнения всех следственных действий, производство которых возможно в отсутствие подозреваемого.

Вопреки ч. 4 ст. 208 УПК РФ в ряде случаев дознание приостанавливалось до истечения его срока.

Нарушения закона, связанные с невыполнением следственных действий, производство которых возможно в отсутствие подозреваемого или обвиняемого, допускаются и по уголовным делам, приостановленным дознанием по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ.

Выводы о том, что место нахождения подозреваемого (обвиняемого) неизвестно и он скрылся от дознания, обосновываются рапортами оперативных сотрудников, однако достоверность изложенных в них обстоятельств следственным путем не проверяется.

По большинству уголовных дел меры по розыску подозреваемых принимаются по истечении срока расследования и ограничиваются направлением в орган дознания формального поручения (постановления) о производстве розыска.

В ряде случаев дознаватели заведомо приостанавливают производство дознания по ненадлежащему основанию, чем заведомо уклоняются от установления места нахождения подозреваемого или обвиняемого, а если он скрылся – от принятия мер по его розыску, что предусмотрено п. 2 ч. 2 ст. 209 УПК РФ.

Также не всегда обоснованно дознаватели приостанавливают производство по причине временного тяжелого заболевания подозреваемого или обвиняемого (п. 4 ч. 1 ст. 208 УПК РФ), в отсутствие медицинского заключения, свидетельствующего о тяжести временного заболевания подозреваемого и невозможности проведения с его участием следственных действий.

Подобная ситуация с расследованием уголовных дел способствовала росту в сравнении с 2007 годом более чем в два раза – до 562,1 тыс. уголовных дел, приостановленных производством дознания, что составляет 43% от общего числа дел, находившихся в производстве в 2008 году. Абсолютное большинство из них (540,5 тыс.) приостановлено на основании п. 1 ч. 1 ст.208 УПК РФ за неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Почти в три раза по сравнению с 2007 годом увеличилось число уголовных дел, приостановленных по п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ. Сложилась негативная тенденция к накоплению приостановленных уголовных дел, общий остаток которых нарастающим итогом превысил 809 тыс. и представляется угрожающим³¹⁷.

Дознавателями не принимается достаточных мер для раскрытия преступлений, слабо налажено взаимодействие с оперативно-розыскными подразделениями. По уголовным делам о преступлениях, совершенных не­установленными лицами, работа дознавателей и оперативных сотрудников огра­ничивается, как правило, отдельными шаблонными поручениями о проведении оперативно-розыскных мероприятий и ответами на них об отсутствии положи­тельных результатов. Большинство поручений о производстве оперативно-розыскных мероприятий составляются без учета обстоятельств уголовного дела и собранных доказательств. В ряде случаев при получении в ходе дознания значи­мой информации поручения о ее проверке оперативным путем не направляются вовсе. Имеются факты, когда на поручения по уголовным делам ответы не посту­пают.

На этом фоне особенно настораживающей представляется негативная прак­тика уклонения дознавателей от уголовного преследования при наличии данных, достаточных для раскрытия преступления, а то и прямо указывающих на его со­вершение конкретным лицом.

Не всегда средствами дознания достигается эффективная зашита прав и за­конных интересов граждан от преступных посягательств. В единичных случаях по делам данной категории в соответствии с требованиями закона выявляются об­стоятельства, способствовавшие совершению преступления, и вносятся представления о принятии мер по их устранению.

Дознавателями допускаются факты волокиты, необеспечение полноты и всесторонности предварительного расследования, влекущие принятие незаконных процессуальных решений о прекращении и приостановлении предва­рительного расследования.

По указанным причинам в 2008 г. окончено лишь 35,9% от числа находившихся в производстве дознавателей уголовных дел.

Приостановление производства по уголовному делу может повлечь за собой угрозу утраты возможности получения многих доказательств и вместе с тем, установления фактических обстоятельств совершенного преступления.

Так, например, уголовное дело № 791184³¹⁸, возбужденное по ч. 3 ст. 256 УК РФ, было приостановлено дознавателем в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Вместе с тем, дознаватель допустил необоснованную волокиту по уголовному делу и не выполнил ни одного следственного действия, что привело к утрате возможности получения доказательств и, как результат, повлекло за собой внесение прокурором представления об устранении закона с требованием привлечения виновного к ответственности.

Таким образом, прокурор должен незамедлительно реагировать на факты незаконного или необоснованного приостановления уголовных дел и своевременно отменять вынесенные в этих случаях постановления (п. 6 ч. 2 ст. 37 УПК РФ). Эффективным процессуальным полномочием в подобных ситуациях является право прокурора давать письменные указания дознавателю, органу дознания о производстве процессуальных действий (п. 4 ч. 2 ст. 37 УПК РФ) в связи с отменой постановления о приостановлении дознания.

В 2008 году прокурорами отменено каждое четвертое незаконное постановление о приостановлении дознания (143 586 постановлений). Из них лишь 1,7% отменены в связи с поступившими в органы прокуратуры жалобами, что свидетельствует о пассивности начальников подразделений дознания в реали­зации предоставленных полномочий по самостоятельному устранению наруше­ний закона³¹⁹.

По мнению опрошенных нами прокуроров, осуществляющих надзор за деятельностью органов дознания пограничных органов по расследованию преступлений, основными причинами вынесения дознавателями незаконных и необоснованных процессуальных решений о приостановлении уголовных дел являются следующие:

низкий уровень профессиональной подготовки работников органов предварительного расследования и оперативных служб;

их нежелание заниматься сложной и кропотливой работой по раскрытию неочевидных преступлений;

волокита в расследовании и проведении оперативно-розыскных мероприятий;

слабое знание оперативной обстановки на местах;

недостаточный ведомственный контроль.

Немаловажным участком деятельности прокурора является надзор за своевременностью возобновления уголовных дел.

Проверка прокурором своевременности возобновления производства по уголовному делу является условием обеспечения быстрого и полного раскрытия преступлений.

Следует отметить, что о качестве проведенного дознания, а вместе с тем об эффективности процессуального контроля прокурора за деятельностью органов дознания по расследованию преступлений свидетельствует количество уголовных дел, возвращенных судом прокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ.

Так, в 2008 году по сравнению с 2007 годом количество уголовных дел с обвинительным актом, возвращенных судом прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, уменьшилось на 6,6% (с 7222 в 2007 г. до 6742 в 2008 г.), в 2009 году по сравнению с 2008 годом еще на 13,9% (до 5807). В каждом третьем случае такое решение суда было обжаловано прокурором. Судом кассационной инстанции в результате рассмотрения представлений прокуроров отменено в 2007 году – 869, в 2008 году – 937, в 2009 году – 1158 постановлений о возвращении уголовных дел, расследованных органами дознания, прокурору³²⁰.

Приведенные данные свидетельствуют о положительной динамике показателей работы прокуроров по надзору за процессуальной деятельностью органов дознания, являются результатом повышения требований прокуроров к качеству предварительного расследования при изучении уголовных дел, поступивших с обвинительным актом, о чем свидетельствует и рост числа уголовных дел, возвращенных прокурорами для производства дополнительного дознания.

Подводя итог сказанному, сформулируем выводы по параграфу:

Реализация процессуальных полномочий прокурора зависит от конкретной уголовно-процессуальной ситуации, возникающей в ходе процессуальной деятельности дознавателя специализированного подразделения дознания пограничного органа.

Типичными уголовно-процессуальными ситуациями, возникающими в деятельности подразделения дознания пограничного органа и влияющими на реализацию процессуальных полномочий прокурора в стадии возбуждения уголовного дела, являются:

укрытие преступлений от учета путем уклонения от возбуждения уголовного дела, несмотря на то, что имеются достаточные к тому основания; нерегистрации или несвоевременной регистрации сообщений о преступлениях в установленном порядке; создания гражданам препятствий, затрудняющих доступ к правосудию;

возбуждение уголовного дела при отсутствии достаточных к тому оснований;

несоблюдение сроков проверки сообщений о преступлениях;

опубликование в средствах массовой информации сообщения о преступлении;

необходимость производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов.

Типичными уголовно-процессуальными ситуациями, возникающими в деятельности подразделения дознания пограничного органа и влияющими на реализацию процессуальных полномочий прокурора при выполнении ими неотложных следственных действий, являются:

неправильный подбор понятых либо производство неотложного следственного действия вообще без понятых;

изъятие вещественных доказательств с грубыми нарушениями уголовно-процессуального закона.

Типичными уголовно-процессуальными ситуациями, возникающими в деятельности подразделения дознания пограничного органа и влияющими на реализацию процессуальных полномочий прокурора на стадии предварительного расследования в форме дознания, являются, в основном, ситуации, связанные с уголовно-процессуальными правонарушениями при производстве следственных и иных процессуальных действий.