1

Стены небольшой комнаты скрывали шкафы с книгами разных жанров и эпох. Сидя в кресле перед панорамным окном, председатель городского суда печально смотрел на лужайку с каменной беседкой, от которой тень тянулась к фонтану, искрившему на утреннем солнце горбатыми струями воды. У подлокотника кресла стоял одноногий столик с бутылкой коньяка и с двумя шарообразными бокалами. Багровый халат судьи сливался с обивкой кресла.

– Здравствуй, Михалыч. Что звонил? Что случилось? – неслышно ступая по ковру, в библиотеке появился пожилой мужчина с желтоватым лицом. Его мешковатую фигуру облачал темный спортивный костюм. С трудом верилось, что неказистый гость – подполковник, начальник отделения полиции одного из районов города. Его дача соседствовала с дачей судьи.

– Выпей, – закрыв голые колени полами халата, предложил судья и плеснул в бокалы коньяк.

Подполковник взял короткой рукой и покрутил бокал под своим острым носом. Аромат букета из пяти виноградных спиртов вызвал у него умиленную улыбку. Брови его слегка приподнялись, морща кожу узкого лба.

Судья тоже покрутил бокал и после глоточка коньяка сказал печально:

– Мой зять завтра презентует в верховном суде компьютерную программу «Честный судья».

– Поздравляю, – отозвался подполковник и уставился взглядом на беседку. – Я слышал, что в случае успеха, твой зять и его команда получит доступ к безграничному финансированию внедрения программы «Честный судья» в жизнь.

– Если это случится, – судья допил коньяк и поставил пустой бокал на столик, – судьи останутся без работы, рухнет слаженная судебная система, рухнет страна. По этому, как ни прискорбно, надо срочно ликвидировать моего зятя. Срочно! Он – мозг группы программистов.

– Без проблем, – сказал подполковник и вылил коньяк из бокала себе в рот.

– Вообще-то я за технический прогресс, – признался судья. – У меня умный дом. У меня электромобиль. Я хочу жить в довольстве и достатке, а после моей смерти пусть людей судит «Честный судья» – мне уже будет все равно.

– Где сейчас твой зять? – спросил подполковник полиции.

– Здесь рядом – на даче моей дочери. Вечером он и она поедут на тусовку к работнику МИДа, – сообщил судья и закрыл глаза. Выпитые на пустой желудок сто грамм коньяка усыпили его пятидесятилетние сознание, измученное мрачными мыслями о будущем без судейской мантии и о смерти.

Подполковник полиции тихо вышел из особняка судьи, спустился по парадной лестнице и по дорожке из гранитных плит прошел через калитку в кирпичном заборе на свой участок, где исчез в замке, возведенном по чертежам средневековья.



2

На кухне однокомнатной квартиры, сидя на табуретке, тощий сержант полиции пил из литровой кружки быстрорастворимый кофе. За окном, на детской площадке бегала и лаяла дворняжка. Сержант поглядывал на собаку и придумывал слова для знакомства с рыжеволосой помощницей судьи, которую вчера увидел во время дежурства в арбитражном суде.

На кухонном столе мобильный телефон проиграл мелодию входящего звонка.

– Слушаю, – коснувшись пальцем сенсорного экрана мобильника, сказал сержант.

– Через два участка от моей дачи есть трехэтажный коттедж с зимним садом на крыше. Там живет молодая женщина с мужем.

– Понял, – узнав голос начальника своего отделения полиции, отозвался сержант.

– Сегодня, до вечера, женщина должна стать вдовой. Фото ее мужа я тебе сейчас пришлю.

– Понял, – сказал коротким гудкам сержант полиции.

Через минуту на экране мобильника он увидел и запомнил трехэтажный коттедж с разных сторон, профиль и анфас молодого мужчины. Затем сержант прошел в туалет, утопил телефон в унитазе и несколько раз слил воду из бачка. Другой мобильный телефон он взял из прикроватной тумбочки в комнате, оделся в камуфляжную форму и с вытянутой из-под кровати зачехленной снайперской винтовкой вышел из квартиры.

На углу своего дома он поймал такси, назвал адрес районного городка и удобно устроился на заднем сидении. Уже не первый раз он удачно исполнял заказ подполковника полиции.

Через десять минут безостановочной поездки по загородному шоссе, сержант потребовал:

– Останови!

– Мы еще не доехали! – воскликнул таксист, но, получив щедрую плату, надавил на тормоз.

Машина встала у рекламного щита перед бензоколонкой.

Сержант покинул салон такси и быстрым шагом скрылся в березовой роще, в глубине которой находились участки с особняками. Вскоре он перемахнул через забор из металлических прутьев и улегся с расчехленной винтовкой за кустом жасмина возле бревенчатой бани, от которой гранитная дорожка тянулась к парадному входу огромного дома, на крыше которого был зимний сад.



3

Тридцатилетняя дочь судьи в обнимку с двадцатилетним мужем вышла из особняка на веранду, уставленную кадками с цветущими чайными розами разных оттенков.

– Милый, давай заведем собачку. Дочь прокурора купила вчера во Франции щеночка бишон-фризе. Ах, какая беленькая лапочка. Я такую же хочу, – сказала дочь судьи, наклонилась, понюхала розу, выпрямилась и крепко поцеловала мужа в губы.

Прозрачный материал ее голубого платья позволил сержанту полиции видеть через оптический прицел ее узкие белые трусики.

– Обязательно купим, но только после завтрашней презентации моей программы «Честный судья», – отдышавшись после поцелуя, сообщил муж, подхватил жену на руки и отнес ее, заливисто смеющуюся, к бассейну с водой ярко-синей от солнечных лучей.

– Уронишь! Ой-ой-ой-ой! – с умело наигранным испугом вскричала дочь судьи.

– Не уроню! – смеясь, заверил муж и вместе с ношей упал в воду бассейна.

Веер брызг увидел через оптический прицел сержант полиции, облизнул губы и захотел поменяться с женихом хоть на минуту местами.

Женский визг и смех разлетелся по округе. Дочь судьи вылезла из воды голой, прыгнула с продвижением вдоль кромки бассейна и встала на одну ногу, другую вытянула назад и наклонилась вперед. Муж ее захлопал ладонями по воде и … с простреленной головой погрузился в бассейн, окрашивая кровью воду. Меткий глаз, верная рука, винтовка с глушителем, конфискованная когда-то у профессионального киллера, дали сержанту нужный результат единственным выстрелом.

Дочь судьи замерла в позе ласточка, а потом дико закричала, сжалась в комок и закрыла голову руками. В бассейне плавал ее пятый муж!

Первый муж – повар из студенческой столовой – сорвался со скалы. Второй муж – преподаватель института – утонул в акваланге на коралловом атолле. Третий муж – виолончелист – погиб под колесами неизвестной машина. Четвертый муж – журналист периферийной газеты – разбился вместе с одномоторным самолетом.

Сержант отполз от бани, перелез через забор и скрылся среди берез.

Резко выпрямившись, дочь судьи убежала в особняк, вызвала по телефону, нервно смеясь и плача, полицию. Затем она позвонила и сообщила папе о трупе в своего мужа в бассеине.



4

Не прошло и полчаса, как на участке дочери судьи появился полицейский микроавтобус, «скорая», два легковых черных автомобиля с мигалками. Председатель городского суда – тесть убитого – бродил в строгом сером костюме по веранде между кадок с розами и бросал косые взгляды на труп, на действия следователя и криминалиста.

– Как себя чувствует, твоя дочь? – поднявшись по гранитным ступеням на веранду, спросил подполковник полиции.

– Приняла душ. Прилегла отдохнуть, – тихо отозвался судья.

– Передай ей мои соболезнования.

– Передам, – пообещал судья и пошел к молодому следователю прокуратуры, который, разрешив медикам забрать труп, направился от бассейна в особняк.

– Молодой человек, – попросил судья. – Вы знаете, кто я?

– Да. Мы недавно встречались на процессе над серийным убийцей малолеток.

Судья рукопожатием попрощался с подполковником, провел следователя в гостиную с итальянской позолоченной мебелью и предложил:

– Присаживайтесь. Я позову дочь.

Следователь остановился у дивана с изогнутой спинкой, понаблюдал, как судья по винтовой лестнице поднялся на второй этаж, и увлекся просмотром развешанных на стенах отличных копий картин художников-передвижников. И, конечно, он не слышал, как судья сказал дочери, валявшейся под простыней на кровати с балдахином:

– Приведи себя в порядок и ступай вниз. Ты обязана дать показания. Следователь ждет тебя. Я знаю его. Он сын генерал-майора юстиции и холост. На суде над педофилом его обвинительная речь была с четкой доказательной базой. Он далеко пойдет.

– Папа, не надо мне никого сватать! – возмутилась дочь и села на кровати, прикрывая голую грудь простыню.

– Пора, пора тебе, дочь, за ум взяться, – судья ритмично прошелся по спальне. – Пора тебе, дочка, выйти замуж за человека из нашего круга судей, прокуроров, высокопоставленных сотрудников МВД и следственного комитета.

– Папа, не смей, так говорить со мной! – возмутилась дочь и, кутаясь в простыню, встала ногами на паркетный пол. – Я выйду замуж только по любви!

– Хватит дурью маяться, – веско произнес судья. – Тебе уже тридцать лет. Тебе пора жить по правилам людей нашего круга. Оденься и ступай к следователю. Знай, что я хочу видеть его моим зятем, – и прошел в комнату убитого зятя. Там он поджег в камине дубовые полешки и побросал в огонь все бумаги, найденные в письменном столе, а потом и ноутбук, диски и флэшки.

Тем временем дочь судьи спустилась из спальни на первый этаж. В черном вечернем платье с глубоким декольте она выглядела сногсшибательно. Ее черные глаза обещали блаженство. Заглянув в них, следователь забыл о служебном долге и потерял счет времени…

… Через неделю после похорон программиста, дочь судьи стала женой того самого следователя прокуратуры.





* * *



Сконвертировано и опубликовано на https://SamoLit.com/