Действующие лица
Рудольфа (Рудо́лифа), двадцатидвухлетняя дама с изящной линией губ, тонким и острым орлиным носом, большими птичьими круглыми глазами с плавной линией век, длинными, в меру густыми бровями и такими же ресницами.
Кармен, 40 лет, мать Рудольфы; мстительная и эгоцентричная особа.
Фернанду, 47 лет, отец Рудольфы; корыстолюбивый интриган.
Эрнест, слуга семьи Рудольфы.
Маурисия[1], 29 лет; строгая, холодная и властная вдова, управляющая неназванными землями в Центральной Европе; богатая наследница.
Доротея, 26 лет; близкая подруга Маурисии.
Ланиетт[2], 11 лет, радостная простодушная девочка; дочь Маурисия, которая в скором времени должна выйти замуж.
Иоахим, 48 лет; будущий муж Ланиетт, прибывший из Южных Нидерландов и находящийся в родстве с герцогами Брабанта.
Сибилла, 16 лет; служанка, подруга Ланиетт.
Вера[3], 24 года; иностранная (русская) графиня; одета с пышностью, одинаково любимой как в Испании, так и в России.
Аделиза, 30 лет, иностранная (французская) графиня; скромная, но весёлая.
Жоселин, 43 года, муж Аделизы, генерал; вечно хмур.
Мод, 35 лет; красивая и также глупая не по годам (согласно тому времени) женщина.
Бодуэн, 20 лет, сын Мод; не выиграл генетическую лотерею.
Место и время действия – Нижняя Силезия, 1613 год.
АКТ I
Сцена первая
Сцена представляет собой безвкусно, но дорого обставленную залу в аристократическом поместье.
Рудольфа, Кармен и Фернанду.
Рудольфа сидит за столом и вяжет. Кармен сидит напротив дочери с зеркалом и прихорашивает увядающую красоту.
Входит Фернанду с рукописным документом в руках.
Фернанду. Жена! Дочь! Я обязан поделиться с вами необыкновенной вестью, о коей я узнал мгновение назад из присланного мне письма.
Кармен (с живым интересом). Что же? Что же?
Рудольфа удостаивает отца лишь кротким взглядом, после чего тут же продолжает занятие.
Фернанду. Известная аристократка из соседних с нами земель желает видеть нас у себя в гостях. Особенно ей интересно узнать Рудольфу.
Девушка поднимает глаза на Фернанду.
Фернанду. Да, Рудольфа.
Кармен (со старушечьим недовольством, по большей части игнорируемом окружением). С чего это какая-то там - пусть и аристократка – хочет видеть у себя бедных, но высокородных дворян?
Фернанду. Госпожа наслышана о красоте и уме, скромности и трудолюбии нашей дочери.
Кармен (задумчиво). В таком случае было бы невежливо отказываться от столь занимательного предложения.
Пауза. Рудольфа отрывается от вязания.
Рудольфа (опуская голову). Так когда мы едем?
Фернанду (оживляясь). Чем раньше – тем лучше.
Кармен (смеясь). Сказано – сделано?
Фернанду. Эрнест!
Входит Эрнест.
Фернанду. Седлай лошадей! Мы едем в Силезию!
Занавес. Начинается весёлая барочная приключенческая музыка с игрой на дудке.
Сцена вторая
Сцена представляет собой порог очередного дворянского жилища и прилегающий к нему парк, исполненный в стиле английского сада.
Фернанду, Кармен и Рудольфа въезжают в скромной – по меркам времени – карете, запряжённой двумя – чёрной и белой - лошадьми.
Карета останавливается у порога.
Фернанду (выходя из кареты). Какое милое местечко!
Кармен (выходит второй; вторит). Просто чудесное!
Рудольфа (выходя последней). Да, на первый взгляд приятное.
Семья близится ко дворцу. Они останавливаются у самой двери, как вдруг последняя отворяется, и из неё выбегает двое людей: Ланиетт и её служанка Сибилла.
Ланиетт (обращаясь к Сибилле). Нет, Сиби, нет! Я не выйду замуж за этого хромого, старого, больного…
Сибилла. Но, госпожа Ланиетт…
Ланиетт. Нет, нет! Я знаю, что ты скажешь! Пусть владеет хоть всеми землями в этой проклятой стране! Мне плевать! Я уже ненавижу его!
Ланиетт смотрит на идущую за ней Сибиллу и не замечает, как сталкивается лицом к лицу с Фернанду.
Ланиетт. О, Господи, простите!
Фернанду (улыбаясь). Не беспокойтесь, госпожа. Я так понимаю, вас зовут Ланиетт и вы дочь владелицы сего прекрасного и гостеприимного дома?
Ланиетт (улыбаясь в ответ и делая реверанс). Как будет угодно дорогому господину.
Сибилла повторяет жест приветствия за хозяйкой. Кармен, лепеча, неуклюже подбегает к тройке беседующих.
Кармен (Ланиетт). О, так это вы та самая Ланиетт! Позвольте поцеловать вашу чудную нежную детскую ручку.
Ланиетт с должной робостью протягивает ручку, после чего Кармен смачно целует её.
К обществу приближается стоявшая до того поодаль Рудольфа. Она делает реверанс.
Ланиетт. Рада приветствовать вас, милые гости! Прошу, пройдёмте за мной.
Ланиетт отворяет тяжёлую дверь и окунается в вечерний мрак комнаты. За ней следуют Сибилла, Фернанду, Кармен и Рудольфа.
Занавес
Сцена третья
Сцена представляет собою пышно украшенную залу XVII века во дворце.
В помещении все, кроме Маурисии и Доротеи. Люди разбрелись по группкам, в которых с успехом ведут светские беседы.
Вера и Жоселин.
Вера. Знаете, эти усики вам очень к лицу.
Жоселин (удивлённо и смущённо). Бог мой, голубушка, вы смутили такого бывалого человека, как я. Как вам это удалось?
Вера (кокетливо скрывая лицо за веером). Вы просто не знаете, насколько я бывалая.
Жоселин (краснея). О-хо-хо, чувствую, не к добру это.
Аделиза, завидев перемену в настроении мужа, присоединяется к обществу Веры и Жоселина.
Аделиза (беря Жоселина под руку; тихо, но уверенно). Жоселин, дорогой, мне кажется, нам пора домой.
Жоселин (с мгновенной реакцией). Что? А, Адель, нет! Мы остаёмся здесь!
Аделиза (убирая руку и отстраняясь, опуская голову). Хорошо.
Аделиза отходит к окну и, нервно топая ножкой, смотрит на сумеречный пейзаж.
Мод и Бодуэн.
Мод (раздражительно). Ох, когда же уже эта Госпожа озарит нас своим присутствием?!
Бодуэн с интересом разглядывает то Рудольфу, то Ланиетт.
Мод. Бодуэн, ты вообще меня слушаешь?
Бодуэн. А?
Мод. Ты никогда меня не слушаешь! Никто меня не слушает! Никому я не нужна! (начинает плакать)
К Мод и Бодуэну подходит Ланиетт.
Ланиетт. Уважаемая графиня…
Мод (перебивая). Баронесса!
Ланиетт. Уважаемая баронесса, госпожа Маурисия в скором времени вернётся к нам. Графиня крайне занята и не может прийти раньше.
Мод. Да почему же?!
Ланиетт замолкает.
Ланиетт. Дело в том, что…
Мод (перебивая). Не хочу я слышать ваших оправданий! Я хочу хлеба и…
Ланиетт (также перебивая). Всё будет. Не торопитесь.
Мод. Как же ужасно! (в это время Ланиетт отходит) Совершенно нечем себя занять! И ни один нормальный мужчина вокруг! (с брезгливостью) Да и те, что есть, не обращают на меня внимания! Как такое вообще возможно?! Скажи мне, Бодуэн. Ты же мужчина. Как можно не обращать внимания на такую красотку, как я[4]?
Бодуэн (о матери; в сторону). Всё потому, что ты глупая, как башмак.
Мод (оправляя шаль). Ты что-то сказал?
Ланиетт и Сибилла.
Сибилла шепчет на ухо Ланиетт.
Ланиетт. Нет, Сиби. Только не свадебное платье! Как ты себе это представляешь. Передай матушке, что я никогда не выйду за Иоахима.
Сибилла кротко, в реверансе, кивает головой и ретируется.
Фернанду и Кармен (тихо переговариваются между собой).
Кармен (явно недовольным тоном). Как же я устала ждать эту госпожу. Я сюда пришла не для того, чтобы находиться в душной комнате среди не менее душных и скучных людей.
Фернанду. Кармен, хватит ворчать. Скоро она придёт, и тогда…
Кармен (перебивая). И тогда всё наконец свершится. Ох, как же я устала!
Входит Маурисия, за ней – Доротея. Обе улыбаются, а Доротея – пытается унять смех. Оказываясь в центре толпы, Маурисия, опомнившись, убирает руку с талии Доротеи.
Маурисия (всем). Добрый вечер, дорогие гости! Я очень рада видеть всех вас здесь, и я рада, что все вы откликнулись на моё предложение. Надеюсь, вы уже перезнакомились. Приступим к делу. Рудольфа, подойди ко мне.
Рудольфа, до того стоящая в стороне от всех, с недоумением на лице стремится навстречу Маурисии.
Маурисия. Рудольфа с завтрашнего дня будет работать в этом (делает описывающий пространство жест рукой) доме.
Рудольфа в растерянности. Её страшно от неожиданности и непонимания происходящего. Фернанду и Кармен с вожделением глядят на Маурисию: это жажда отнюдь не любовная.
Маурисия. Рудольфа будет выполнять обыкновенные работы служанки, а также кое-что ещё. В сём документе (поднимает руку, в которой покоится узкий с печатями свиток) изложены все виды деятельности, которые только могут быть выполнены Рудольфой. Позднее вы сможете ознакомиться с правилами нашего маленькой – как это стало модным говорить – мануфактуры.
Рудольфа в закрытой позе. Она озирается, ища ответа в глазах родителей.
Маурисия. Приятного времяпрепровождения!
Все, кроме Рудольфы, аплодируют.
Кармен (Рудольфе; тихо). Мы с отцом возвращаемся домой.
Рудольфа. Что?
Фернанду. Не волнуйся. Здесь о тебе позаботятся.
Кармен и Фернанду, ликуя втихаря, удаляются. Все присутствующие, кроме Рудольфы, Доротеи и Маурисии, следуют за ними.
Рудольфа. Что происходит? Что всё это значит?
Маурисия. А, вас не предупредили? Ваши родители подписали договор, согласно которому вы будете работать у нас до тех пор, пока не выйдите замуж.
У Рудольфы текут по щекам горячие слёзы, но лицо её холодно, как сталь.
Доротея (Рудольфе). Можете начать выполнять свои обязанности с нас. Составите нам компанию?
Рудольфа. Какую компанию? Для чего?
Маурисия и Доротея смеются.
Маурисия. Рудольфа, вы правда очень красивая девушка. Но немного глуповаты. Не переживайте. Это следствие вашей неопытности. Просто идите за нами и не задавайте лишних вопросов.
Маурисия и Доротея, улыбаясь уходят. За ними по шагам плетётся Рудольфа.
Занавес. Слышатся смех и женский плач.
Сцена четвёртая
Сцена представляет собой мрачное подземелье.
Маурисия, Доротея, Рудольфа.
В центре подвала находится широкая китайская ширма, соответствующая моде, опережающей время. За ширмой виднеется женский силуэт. По оба края ширмы стоят Маурисия и Доротея.
Маурисия. Ну что там наша сеньорина?
Рудольфа (из-за ширмы). Я сейчас-сейчас!
Доротея. Давайте я вам помогу (заходит за ширму и помогает Рудольфе снять корсет и юбки).
Пауза.
Доротея (испуганно). Маурисия, посмотри! Что это?!
Маурисия подходит к Доротее и Рудольфе. Все три женщины находятся за ширмой.
Маурисия. Божечки!
Пауза.
Маурисия (радостно). Так это же прекрасно! Я читала о таком в старинных медицинских трактатах. Насколько мне известно, такие люди, как Рудольфа, не могут зачать ребёнка.
Доротея. Правда?
Маурисия. Да. Это очень хорошо.
Пауза.
Доротея. Она девственна.
Маурисия. Я вижу. (беря Рудольфу за щеки и целуя в лоб) Рудольфа, я вас люблю!
Пауза.
Маурисия. Хорошо, Рудольфа. Завтра в пять утра вы начинаете работать.
Доротея (романтично). А пока идёмте за мной.
Маурисия выходит из-за ширмы.
Занавес. Тихое и приятное шуршание юбок медленно сменяется дневным шумом.
Сцена пятая
Сцена показана, как вращающийся коридор с множеством дверей.
Рудольфа.
Рудольфа бежит от одной двери к другой, пока то из одной, то из другой доносится трепетный и раздражающий писк звоночка. При этом из дверей, из которых она выходит, слышится то визг, то сладострастное удивление, то ругань, то высокомерное и наигранное недовольство.
Пока длится суета Рудольфы видно, как сменяются времена суток и года. Одежда девушки изменяется, а на коже появляются синяки, глаза красно-синие, а фигура тонка, словно веточка розмарина. Люди то и дело выходят из комнат и заходят в них. Периодически гости меняются комнатами и ходят друг к другу. Рудольфа, кажется, ничего не успевает.
И с каждым шагом Рудольфа словно становится несчастнее.
Занавес. Оскорбительные слова, проговорённые со злобной интонацией, учащаются.
Сцена шестая
Сцена представляет собой всё тот же коридор, только на этот раз в уголках помещения появились скромные тенёта, на полу – пыль и разбросанные вещи.
Рудольфа.
Коридор, в коем нет ни души. Рудольфа стремительно выходит из крайней левой двери, идёт и, спотыкаясь о некий предмет, лежащий на полу, падает на пол и, обессиленная, не в состоянии подняться. Вероятно, это единственный раз за обширный промежуток времени, когда барышня смогла прилечь.
К распростёршейся на паркете женщине близится взявшаяся из ниоткуда Доротея с полным стаканом в руках.
Доротея. Ох, голубушка, что это вы тут развалились. Выпейте-ка стаканчик миндального молока. (протягивает стакан Рудольфе) Он освежает лучше воды и бодрит сильнее кофе.
Рудольфа. Какого молока? Что такое «кофе»?
Доротея. О, это молоко изобрела наша хозяйка. Она мастерица в кулинарных делах… А кофе – это очень вкусный, но горьковатый турецкий напиток. Сам Папа его любит. Хотя некоторым людям, что дегустировали его, он не приносит тех приятных ощущений, о которых они наслышаны и которых ожидают испытать.
Рудольфа с недоверием смотрит исподлобья на Доротею.
Доротея. Попробуйте, не пожалеете.
Рудольфа (усмехаясь). С удовольствием. Только встану.
Из-за занавеса выглядывает Сибилла. Её взор холоден.
Доротея. О, да, конечно. (ставит стакан на консоль) Позвольте, я помогу вам.
Доротея оправдывает действиями свои только что сказанные слова. Теперь Рудольфа стоит и отряхивает платье.
Доротея берёт стакан с консоли и протягивает его Рудольфе.
Доротея. Вероятно, у вас пересохло горло.
Рудольфа (с вожделением, печалью и интересом рассматривает протянутый ей стакан). Да, так и есть.
Рудольфа выпивает напиток до дна и возвращает стакан Доротее.
Доротея. Ну как?
Рудольфа. Необычно, но вкусно.
Доротея. Замечательно (живо ретируется).
Рудольфа стоит, как вкопанная. Резко вспомнив о собственных, навязанных ей обязанностях, она разворачивается спиной к зрителям и спешит – очевидно, в который раз – в комнату, располагающуюся посредине коридора. Она аккуратно затворяет скрипящую дверь.
Занавес. Шорох платья. Внезапный грохот, будто упало что-либо тяжёлое, после чего голоса стихают.
Сцена седьмая
Сия сцена пропитана мраком и скорбью. В центре неё покоится гроб: он закрыт, а длинная сторона его расположена параллельно рядам.
За гробом, словно за обеденным столом, сидят все действующие лица, кроме Рудольфы и её родителей.
Посередине сидит Маурисия. По правую руку от неё – Доротея, Ланиетт, положившая руку на руку расположившегося рядом с ней Иоахима, а после – Сибилла. По левую же руку от Маурисии – Аделиза и Жоселин – оба очень строги, с заметными морщинами на лице, - Бодуэн, заметно располневший, и замыкающая этот порочный круг, демонстративно и как-то патетично рыдающая Вера.
Вдруг Маурисия, до того выражающая полное безразличие, встаёт и хлопает в ладоши, чтобы привлечь внимание присутствующих.
Маурисия. Ну, не стоит скорбеть! (вновь садится в безвкусно обитое кресло) Что ж, эта история затянулась. Вам так не кажется?
Аделиза, Жоселин, Доротея и Бодуэн кивают головами. Остальные шепчутся.
Маурисия. Тогда нам следует пригласить Фернанду и Кармен. Думаю, теперь…
Аделиза (перебивает; неожиданно эмоционально). Теперь вы все можете приезжать к нам. Правда, Жосе́?
Жоселин (улыбнувшись). Да, Адель.
Иоахим. Отлично! Я был бы рад погостить у вас. Я никогда не был во Франции. А ты, милая? (смотрит на Ланиетт)
Ланиетт (с потухшим взором). Не была.
Вера. О, но я так устала!
На лице Маурисии возникает гримаса ненависти. Все замолкают.
Маурисия. Вера, вы забыли о нашем договоре.
В её руке появляется уже известный свиток, который Маурисия развёртывает одним лёгким движением, после чего указывает его содержимое Вере.
Вера опускает голову.
Вера. Я помню об этом, Госпожа.
Маурисия (улыбаясь). Отлично. (всем) Благодарю вас за то, что присутствовали здесь. Согласитесь, это зрелище стоило того (встаёт).
Все дружно кивают и встают следом за Маурисией.
Занавес. Гости расходятся.
10.10.2020 г.
[1] В честь Анны Австрийской (1601-1666); её полное имя – Анна Мария Маурисия).
[2] В честь члена семьи Бейн (жертвы массового убийства).
[3] В честь актрисы Веры Ивлевой.
[4] Кстати, есть фильм Франсуа Трюффо, название которого состоит из этой фразы («Такая красотка, как я»).
Сконвертировано и опубликовано на https://SamoLit.com/