Вилли был фанатиком! И не просто фанатиком, а Фанатиком от науки. Энола Гай набирал высоту, взрыватели Вилли уже установил, и теперь было время не просто отдохнуть, а повспоминать! Кто бы мог не то, что понять, а хотя бы представить, каково это было шестнадцатилетнему пареньку пробиться в военную академию, сколько трудов, сил, нервов стоило уговорить ту комиссию дать ему шанс стать военным. Как он ненавидел ту мерзкую жизнь, какую ему прочил его отец, защищавший в судах всяких убийц и воров? "Деньги не пахнут!", "Деньги решают всё!", "Ничего личного, только бизнес!" От всего этого Вилли тошнило! Он поклялся себе, что сделает всё и сверх того, чтобы вырваться из этой клоаки. И он пошел в военные - единственную прослойку общества, как ему тогда казалось, свободную от всего этого. Учиться было трудно! Учиться было страшно! Но он старался быть самой душой компании, за что к нему приклеилось прозвище "Диакон", впоследствии переросшее в "Дик". Чего стоило оказаться на выпуске нет, не первым, но в числе первых. Потом назначения, переводы, разработки радаров и временных взрывателей...
Свадьба! Марта была единственным человеком на свете, понявшим его, и принявшим таким, каким он был. Со всеми достоинствами и недостатками, причудами и пунктиками. Марта стала для него не только женой и другом, но и соратницей. Такая же целеустремлённая, идущая на пролом в своих исследованиях, не останавливающаяся ни перед чем. Теперь они в одном проекте, и на неё он может вполне положиться. Ханна! Не стоило о ней вспоминать! Опять горе залило его с головой. Дочка!?! Не уберегли! Зато теперь у них есть Пегги -егоза и разбойница, "Манхэттенская девочка - бомба", как прозвали её сослуживцы. Она доводила до ступора самого Оппенгеймера. Тот последний её разговор с ним перед отъездом Вилли на Гуам он запомнил кажется навсегда.
- А что внутри?
- А внутри ядро, вокруг которого крутятся электроны.
- А внутри ядра? - вот так запросто, кроха подошла к вопросу ядерного расщепления!
- А внутри ядра -положительные протоны и нейтральные нейтроны.
- А внутри протонов и нейтронов?
- А там всё намешано из разных типов мезонов.
- А внутри мезонов?
- А вот дальше мы не знаем!
- А я знаю!
- Да? И что же там находится?
- А внутри мезонов светят малюсенькие на наш взгляд галлактики, в которых крутятся вокруг центра свои звёзды, с планетами, на которых также есть материки и океаны, а на материках свои города с людьми.
- Ну тогда, судя по твоей теории, наша галактика тоже входит в какой-то сверхмезон?
- Конечно! А из этих сверхмезонов состоят сверхпротоны и сверхнейтроны внутри сверхатомов, из которых состоят сверхлюди.
- Вот она теория единства сверхбольших и сверхмалых величин, словами ребёнка!
Вилли тогда подумал, если расщепление ядер атомов высвобождает столько энергии, что получается бешеный взрыв, позволяющий уничтожать города, то сколько энергии высвободится при расщеплении нейтронов и протонов? Он прикидывал с разных сторон, и получались немыслимые цифры. Один фунт такого вещества при распаде способен был бы высвободить энергию достаточную для уничтожения любой планеты солнечной системы. Только бы Оппенгеймеру не запретили заниматься таким проектом! А - то всякие "защитники мира" уже появлялись перед воротами Манхэттенского исследовательского комплекса. Они ведь не могут понять, что такой устрашитель позволит нам всему миру диктовать свои условия и правила существования. И тогда мы сможем только пальчиком покачать каким-нибудь диктаторам, чтобы они навсегда забыли про возможность развязывания войны. Вот и сейчас Уильям Стерлинг Парсонс летел ради устрашения всего мира!
Мэдока бежал по улице навстречу Кику-тян. Хоть сейчас и каникулы, но они договорились пойти на мост Аой, там такие хорошие виды по утрам, а Кику -тян любила рисовать акварелью просыпающуюся утром Хиросиму. Третий класс средней школы, но как же это здорово, когда ты открываешься девочке, и та отвечает тебе тем же. Мэдока был счастлив! Мэдока парил на крыльях! Мэдока не хотел терять вдали от Кику-тян ни мгновения. Имо:то Мисаки поддевает брата: "Невестой обзавёлся!", а мама одергивает дочь, а сама улыбается. Ничего, когда у неё появится ухажер, Мэдока всё припомнит! Ну вот и Кику -тян! На плечо накинут сложенный мольберт. Лицо сияет, платье, как дуновение ветерка слегка, колышется мягко касаясь её коленей, радостные глаза опровергают невозможность таких размеров для японцев. Наверно он и сам также выглядит. Ну и пусть! Главное - они вместе! Пошли в сторону реки. Вокруг постепенно растворялись следы нервозности после недавней воздушной тревоги. Ну что, скажите бомбардировщикам делать над мостом Аой? Они будут бомбить верфи, причалы, заводы в промышленных районах, но никак не парки и больницы. Миновав выставочный центр Торгово-промышленной палаты, Мэдока с Кику повернули к мосту.
Тэмо-чан радовался подарку отца. Наконец-то у него теперь есть друг, о котором он сможет заботиться, любить, оберегать. Такой маленький, тёплый, пушистый комочек, постоянно пищащий и виляющий коротеньким хвостиком. Он мечтал о таком всю свою сознательную жизнь! И имя уже было готово, и даже не подлежало обсуждению: ну конечно же Хатико. Тэмо -чан был уверен, что его подопечный никогда его не подведёт, не предаст и будет ему верен, как и сам Тэмо -чан ему.
За крылом Энолы Гай остался сиротливый Тиниан. Самолет набирал высоту, направляясь на Японию. Дик возился с Малышом, а Пол передал управление Роберту и, откинувшись на спинку кресла, впал в раздумья. Приказ получен, цель ясна, сомнений никаких. Лучший пилот Великой Америки, личный пилот Эйзенхауэра выполнял свою работу. И выполнял он её только на отлично. Его жизнь! Отец в этом богом забытом Майами, со своими карамельками! Тьфу! Как он мечтал вырваться из этого гнилого болота под названием "обыденность", "рутина"! Он рожден был для более великих дел! Мама Энола! Она одна понимала его и поддерживала в его стремлении вырваться, вознестись ввысь! Отец, гроза всего Майами, даже пикнуть не посмел против напутствия матери, когда Пол в феврале тридцать седьмого пошел курсантом в армию. Налёты на Францию, бомбардировки Италии... Сверху все эти копошащиеся муравьи воспринимаются иначе, чем на земле. когда бомбы летят на цель, чувствуешь свою силу, власть над всеми этими муравьями, над их жизнями. Великая страна Америка! Несокрушимая! Она одна достойна повелевать всем миром. В голове не укладывается, как это какие то жёлтые, узкоглазые мартышки осмелились что -то вякать против могучей страны! Пусть рабство в Америке и запретили, но никто не запрещал рабовладение в мире! Конечно, такие вонючие, грязные рабы как на Тиниан никому не нужны, но уж после уничтожения Японии, можно будет взять себе во владение какой-нибудь Кюсю. И все мартышки будут там прыгать по команде Пола. Он их научит Америку любить! А ихний Хирохито будет вылизывать сапоги у американских солдат. Эх и хорошую же штуку придумали яйцеголовые! Бац! И нет города! И не надо выискивать цель на земле, кинул приблизительно, а там всё перемешается с землёй в радиусе нескольких километров. Вон Вилли настроил свою штуку, возвращается. Умный мужик, только как все учёные чересчур наивный, хочет заставить всех бояться, чтобы не было войн. Ха-ха! Три раза. Да без войн никакого развития не бывает. Только война двигает прогресс, только на войне у каждого возникает возможность стать миллиардером, обогатиться за счет завоёванного на чужих территориях. Золото, рабы, контрибуции, выкупы, трофеи. И если в мире нет войн, то надо их организовать, чтобы не было застоя в обществе. Вон русские играются с костями якобы Гитлера, а сам-то он давно в Аргентину переправлен, Эта фигура ещё должна сыграть свою роль. Если в какой-то стране всё хорошо, то надо найти там человека, которому там что -нибудь не нравится, дать ему оружие, и пусть он там сам войнушку делает, мы ему поможем! Морально. А когда он сядет там на трон, у нас появится карманная зверушка, которой легко управлять, качать из его страны ресурсы и финансы. "Nothing personal, it's just business." -хорошо сказал Отто Берман. Сейчас ещё остался зубастый медведь на севере, но и он не бессмертен! Сядет вместо него какой-нибудь Хрущёв, и рассыплется колосс на глиняных ногах. А там глядишь, и до их нефти можно будет дотянуться, да и алмазы что-то у них стали появляться в больших количествах. А- то ишь, об Аляске вздумали вспоминать. Ну ничего, доберёмся и до вас! Готовьтесь! Тяжелой поступью к вам идёт Повелитель!!!
Её подловили на обеденной перемене. Миюки Одзии совсем немного не дошла до столового бокса, как её просто затолкали к заросшему лопухами забору. Теперь она сжавшись в клубочек, обхватив руками свои ноги, просто решила вытерпеть во что бы то ни стало все пинки сыпавшиеся на её тощее тельце. Она сильная! Она выдержит! Только бы не по голове! Миюки уже готова была лишиться сознания, когда сквозь вату боли услышала спасительный возглас: "Вы что творите?" Удары сразу прекратились, и её сразу заслонила чья-то тень.
- Да ты что, не видишь? Это же нищенка! На госстипендию учится! -словно выплюнула Иёсики, заводила этой бандитской компании.
- А вы значит все тут богачи? Короли самоназванные? -чуть ли не прорычал Касуги Хошито , парень на два года старше их, уже выпускной. Миюки его немножко знала, видела издали, но запомнила почему -то как зовут.
- А ты, тварь не подумала, что бизнес -это дело переменчивое? Вчера твой отец хозяин Хиросимы, повелевает сотнями людей, а завтра конкуренты срывают поставки его подрядчиков, твой отец не выдерживает сроки выполнения заказов, несёт убытки, попадает на штрафные санкции, пытается судиться с поставщиками и заказчиками, для чего берёт кредиты в банке, и проигрывая суд, мало того, что становится банкротом, так ещё и попадает в долговую тюрьму по кредитам. И тянет за собой на дно всю свою семью. Кто из твоих теперешних "подруг" после такого тебя саму не пнёт?
- Что ты мелешь? Такого никогда не случится! Ты ещё сапоги моего отца лизать будешь, вымаливая себе прощение!
- Пошли вон отсюда, падаль! - рявкнул Касуги, и до Миюки донёсся топот убегающих девчонок.
Миюки робко выглянула из-под руки, и увидела протянутую ей руку.
- Ты как, идти можешь? - Миюки, воспользовавшись предложенной помощью, попыталась подняться, но от резкой боли в боку, непроизвольно вскрикнула. Касуги приобнял её за плечи и повёл в санблок.
В санблоке фельдшера не было, и Касуги завёл Миюки в отдельный блок и помог ей лечь.
- Где болит? -Миюки молча показала на правый бок. -Мне надо тебя осмотреть, протянул Касуги обводя взглядом пустой санблок. Миюки, засмущавшись покраснела. Лифчика не было.
- Я не обижу тебя! Доверься мне! - без улыбки бросил Касуги, и Миюки закрыв глаза, подняла руки над головой. Задрав блузку до груди Касуги начал осторожно нажимать на рёбра. Смущение куда-то ушло, и по телу распространилось спокойствие. От двери раздался сердитый окрик: "Что здесь происходит?" и в этот момент дикая боль не позволила скрыть вскрик Миюки. А дальше она всё воспринимала как сквозь вату.
- Бинты! Много! Бегом! - чьи-то быстро удаляющиеся шаги, - Ты меня слышишь? Надо перевернуться и постоять немного на коленках. Сможешь? Давай девочка! Ты сможешь! Вот так. Потерпи немного, - и тут же переходя на крик, - Ну что встала? В больницу звони! Не видишь, перелом рёбер с проникновением в лёгочную полость.
Дальше небольшое неудобство, перекрываемое нежным, но уверенным прикосновением рук. В боку слегка покалывало, но уже не так больно, правда, дышать стало неудобно.
- Что опять встала? Сопроводительный анамнез я за тебя писать буду? Бездарь!
Появились какие-то дядьки, переложили Миюки на носилки, она испугалась и мертвой хваткой вцепилась в руку Касуги.
- Поедешь с нами, она тебя не отпустит!
В дороге Касуги что-то ей рассказывал, успокаивал, но смысл его слов ускользал из сознания Миюки. Было просто спокойно! Какая-то большая комната, яркие светильники, её переложили на жесткий стол и попытались оторвать от неё руку Касуги.
- Девочка, ты мне делаешь больно! Я ни куда не денусь, буду рядом! Только отпусти меня!
Отпустить Касуги? Это выше её сил! Кажется, если она отпустит его руку, то этим самым она отпустит свою жизнь.
- Парень, встань у её головы, тогда не будешь мешать нам!
Забытьё.
Мичико была в бешенстве. Какой-то сопливый школьник посмел повысить на неё голос! Нет. Она этого так не оставит! Она сотрет его в порошок! Ну да, она отсутствовала в санблоке, но как можно было оторваться от созерцания Риота - преподавателя физкультуры, тем более когда он проводит разминку на стадионе в своем тренировочном костюме? Ей уже двадцать пять, а она ещё не замужем! Мичико просто устраивает свою личную жизнь, а этот хам из третьего класса старшей школы посмел накричать на неё! Когда она вошла в санблок, и увидела как тот лапает младшую школьницу, Мичико хотела броситься на него с кулаками, но тут эта малолетка вскрикнула, и в уголках губ выступила кровь. Мичико ничего не понимала! Когда у стадиона ей ученицы средней школы сказали, что в санблок повели девочку с ушибами, Мичико с большим сожалением оторвалась от рассматривания Риота, и неспеша побрела в сторону своего места работы. Ну, она же не думала, что там переломы! Да, она растерялась, Ну а кто не растерялся бы? Тоже мне, нашёлся командир! Придя домой, Риота тут же с порога рассказала всё маме. Мама умная, она всё поймёт. И каково же было недоумение, когда получила от родной мамы пощёчину. Мама кричала не меньше этого Касуги, и даже дольше. Какими только эпитетами она её не наградила! И в конце крика: - Если ты не извинишься, то ты будешь ничтожеством!
- Извиниться перед ним? Да лучше умереть!
- Нет, дочка, он в твоих извинениях не нуждается! Ты перед девочкой извинишься!
При чём тут Миюки? Да она вообще кажется всё время почти без сознания была. Мичико была обескуражена. Она не понимала смысла требований мамы. Ужинали они уже отдельно!
Прошёл уже почти месяц с момента операции Миюки. Рёбра уже не болят, и она на каникулы пошла, не только не отстав от своего класса, но ещё и окрылённая.
Она - НЕВЕСТА! Официальная!
Тогда, во время операции она так и не отпустила Касуги, хотя и была под наркозом. И первое, что она увидела очнувшись -голову спящего Касуги на своей койке в реанимации. Счастье! Нежность! Восторг! Бурлящие в ней чувства, наверное, разбудили Касуги. А потом был ад! Но приятный ад. Ведь рядом был Касуги. Как долго она стояла перед дверью туалета, боясь первый раз отпустить руку Касуги! А сколько знаний он вывалил на неё потом, ведь вместе с её учебными предметами, ей приходилось вникать и в предметы выпускного класса. Многое было не понятно, и Касуги терпеливо ей всё объяснял, притаскивал учебники второго класса. "Когда объясняешь предмет кому-то рядом с собой, самому легче доходит!" - говорил он. Может поэтому, Миюки блестяще сдала промежуточный тест. Касуги не противился, когда мама, посещая в больнице Миюки, называла его женихом. А когда её выписали на амбулаторное лечение, он первым поднял вопрос о помолвке.
- Зачем тебе это надо? - спросила тогда мама.
- Я в этом году оканчиваю школу, наверное, пойду на лётные курсы. Не хочу Миюки оставлять без защиты!
- И какая же защита будет для Миюки, когда ты будешь учиться на курсах?
- Вы же всё понимаете. Статус невесты оградит её от нападок.
- Ты наверное хочешь сказать, статус ТВОЕЙ невесты! В таком случае все поостерегутся задевать её, твоё имя значит теперь много!
Да уж! После того как отец Иёсики был признан банкротом, о Касуги узнали все ученики школы. К нему даже подходить-то остерегались лишний раз. А Иёсики в школе не появляется.
Солёный бриз вдыхается с мечтою, 塩味のそよ風が夢に吸い込まれます。
Луч солнца пробивается сквозь тучи. 太陽の光線が雲を突破します。
Готова ли ты встретиться с судьбою? あなたは運命に直面する準備ができていますか？
В храме на помолвке было много друзей и родственников Касуги, и почти никого со стороны Миюки. Только мама и тётка с мужем и двумя сорванцами младшей школы.
НЕВЕСТА! Будущая жена! Сейчас Касуги, нежно держа её под руку, вёл Миюки на очередной осмотр в больницу. В этой же больнице, только с другого входа располагался военный госпиталь.
Хикэру как всегда развешивала вазы с цветами перед входом в свой магазинчик. Всё-таки вид от её владений открывался изумительный, и не зря она вложила в аренду столько денег. Уходящая от её порога дорога, мимо Выставочного центра упиралась в роскошный Аой. Хикэру любила иногда смотреть на мост, на гуляющих там людей. Мысли успокаивались, ощущалась умиротворённость, на душе становилось тепло и радостно. Подходящий мужчина не зацепил её взгляда, и неожиданно она услышала:
-Здравствуйте уважаемая девушка. Я осмелился наблюдать за Вами уже давно, проходя мимо по пути на работу. Кажется, Вы очень любите цветы, Вы так на них смотрите, когда развешиваете их перед входом, так гладите их. Но почему же такое неброское название Вашего заведения? Просто "Цветы"? Почему бы не назвать Ваш магазин, допустим "Васуренагуса" (Незабудка)? Я не навязываюсь, не поймите неправильно! Просто Вы мне нравитесь! И я хотел как-то Вам помочь. Ещё раз извините, пожалуйста! – и, поклонившись развернулся и ушёл.
На Хикэру напал столбняк. Что это было? Она пока не воспринимала смысла его слов. Его интонация, мимика, эмпатические волны окутали её с ног до головы. Что же он там говорил? Её как кипятком обожгло! Васуренагуса! Она должна что-то вспомнить! Хаотично стали всплывать воспоминания: мама с отцом ведут её на фестиваль цветов, она сидит на плечах отца - не то! Крупная волна накатывает на маленькую Хикэру, сидящую на берегу, она захлёбывается и начинает кашлять, а какой-то мальчик даёт ей леденец на палочке и уговаривает её не плакать. Нет, кажется не то! Мальчишка в школе пригласил её на первое свиданье, и они с подружками - соплюшками одиннадцатилетними посмеялись потом над ним, наблюдая из кустов за одинокой фигуркой с букетиком полевых цветов у входа в выставочный павильон. Им тогда было весело, но как горько ей было на следующий день смотреть ему в пронзительные глаза.
СТОП!
ГЛАЗА!
Его глаза! Она только - что видела эти глаза! Этот взгляд! Почему тогда их раскидала судьба? Почему она не смогла извиниться перед ним? Ведь она так этого хотела! Хикэру метнулась за ним. Где он? Пропал! Ну, ничего, завтра она его будет ждать перед входом и уже не пропустит! Незабудка!
Кохэку Кацушито наблюдала за своими питомцами. Дети! Маленькие люди! Казалось бы человеческие заготовки, лепи из них что хочешь. Однако у них свой характер, свои мысли, чувства! Она может только подправлять их развитие, но не ломать, переделывать их. Маленький двухлетний Кейджи никогда не отойдёт от своей сестрёнки Аяки, которая в свою очередь в свои восемь лет командует детьми и постарше. Тут в приюте нет простых детей, все в чём - то особенные. Сумико в пять лет рисует карандашом портреты так, что их можно принять за фотографии, Семилетний Кэчиро превращает своими руками все сломанные безвозвратно игрушки в полностью целые, и даже как - то меняет их облик. Мичико любит причесывать девочек, и у неё получается создавать на головах детей шедевры. Кайоши никогда не допустит ссоры в приюте. Да тут просто нет обычных детей, все в чём - то особенные. Единственное, что их объединяет, это отсутствие родных. У кого - то они погибли, у кого - то умерли от голода, кто - то пропал без вести, кто - то бросил своих детей, приведя их в приют, чтобы у детей появился шанс выжить. Кохэку не могла не любить эти доверчивые души, часто заглядывающие ей в глаза, как бы спрашивая: "А ты нас не обидишь? Не выгонишь? Позволишь нам ещё пожить здесь, порадоваться жизни?"
Она не могла уснуть, склоняясь над детскими хитонами, когда кто - то из детей начинал тихо скулить под простынью, повторяя: "Мама! Мама!" Хотелось бы заменить собой им и маму, и папу, но память детскую не вытрешь как слёзы с их щёк.
Сегодня у них небольшой праздник. Военные вчера прислали в приют свой пайковой шоколад, а значит, накрывая сейчас на стол завтрак, около каждой тарелки появлялась целая плитка сладкого шоколада, которого не могут увидеть даже дети в обычных японских семьях. Шоколад сейчас не продаётся! А детям приюта повезло!
Томас был удручён. Ну, кто же знал, что на этом Тиниане будет так тошно. Грязь, нищета, оборванцы в жалких деревушках. Кто же виноват, что таких как он не любят в Америке. Томас хотел найти место на планете, где он не вынужден был бы прятать свои желания. Папаши этих милых созданий так возмущались, когда узнавали, что делал с их крохами Том, что ему приходилось бежать из этой местности. Восемь - двенадцать лет! Самый нежный возраст для девочек! Они такие невинные, нежные, послушные! Большой дядя - непререкаемый авторитет! Они сделают всё, стоит только попросить со строгим лицом! Томас надеялся, что уж в Океании он найдёт себе игрушек. И такой облом! Да с ними не то, что играть, смотреть - то страшно! И почему их не оставили на Гуаме? Там всё - таки цивилизация, города, чистые, опрятные девочки. Но они только сутки провели там, и их сразу перекинули на Тиниан.
Япония! Они летят сейчас завоёвывать Страну Восходящего Солнца. Вот там Томас задействует право завоевателя по полной. Там много городов, там много людей, там много свежих маленьких девочек! Они станут ЕГО гейшами! А ещё четыре дочери Хирохито! Правда, они уже старушки: Атсуко - четырнадцать, Кадзуко - вот - вот шестнадцать исполнится. Но есть ещё Такако, правда ей всего шесть лет, но почему бы и не попробовать? А уж отобрать у побеждённого врага что - то сам всевышний велел! Уж Томас получит своё, он сумеет! Только бы добраться до императорского дворца.
Тиббетс позвал в кабину. Значит, подходим к цели! Томас занял привычное место второго пилота, взялся за штурвал и повёл самолёт на точку сброса. Всё прямо как на тренажере, руки сами помнили моторику. Видимость отличная, Хиросима - как на карте. Небольшое упреждение по скорости и высоте, корелляция по ветру и кнопка утопает в штурвале! Самолёт слегка качнуло от высвобождения бомболюка. Ну, теперь ходу, пока взрывной волной не достало! Почти ушли, но ощутимо ухнули в воздушную яму - отголосок взрыва. Слегка заложив вираж можно было увидеть гриб взрыва, поднявшегося выше облаков! ЙЕС! ЙЕС! ЙЕС! В кабине ликовали ребята. Да! Мы сделали это!
8:15
Над мостом Аой взошло солнце! Яркое! Ослепительное! Солнце в восемнадцать килотонн в тротиловом эквиваленте! Солнце заката некогда великой империи.
У людей не было никакого шанса! Кто находился под его лучами, сгорали мгновенно, превращаясь в ТЕНИ. Но их боль была бесконечна!
- За что?
- Что мы вам сделали?
- Прости! Я не смог тебя защитить!
- Больше не увижу тебя?!
- Прошу тебя, Хатико, только живи!
- Мама! Мамочка!
- Умоляю! Помогите!
Не буду описывать ужасы творившиеся в Хиросиме в эти минуты. Это уже писали много раз, желающие могут сами найти всё в интернете, хотя бы это: https://www.ridus.ru/news/193174.
Люди умирали! Кто-то умирал сразу, кто - то спустя годы!
Двухлетняя Сасаки Садако выжившая во время взрыва умирала долго! МУЧИТЕЛЬНО! В течение десяти лет! Она так и не смогла исполнить свою мечту: собрать тысячу бумажных журавликов, чтобы
ПРОСТО
ПРОДОЛЖАТЬ
ЖИТЬ!
НЕЗАБУДКА!
У славян этот цветок является напоминалкой: "Помни о том, что было с нами!" В Японии он называется "Цветок забвения". Только значение этого цветка имеется и более глубокое: "Ты забыл что - то очень важное!
ВСПОМНИ
ЭТО!"
Ѥ
ВАСУРЕНАГУСА!
Хибакуси - это не изгои Японии!
Хибакуси - это ПОЗОР АМЕРИКАНСКОЙ НАЦИИ!!!
Нации самых отъявленных воров и убийц, столетиями собираемых со всего света на этом континенте!
Именно за это их ненавидят вставшие на колени перед заокеанскими завоевателями.
А они такие же люди как и мы: рождаются и умирают, ссорятся и мирятся, любят и страдают!
Моя мечта: 6 августа положить хотя бы по одной незабудке у каждого имени, высеченном в Стене Памяти!
Сконвертировано и опубликовано на https://SamoLit.com/