ДИКАЯ ИСТОРИЯ ДИКОГО МИРА
Часть третья.
Осенний лес радовал глаз буйством красок, запахом прелой листвы, яркими гроздьями рябины. Группа парней и девушек возвращалась с двухдневного броска к древним курганам неизвестного племени, затерявшихся в дремучей части соснового массива. Поход выдался на славу, удалось даже отыскать несколько наконечников стрел и обломок ножа, что крайне редко в этих мало хоженых человеком местах.
Выйдя к опушке, решили перекусить, тем более время двигалось к обеду. Быстро разожгли костёр, подвесили над ним котелок с водой для каши, стали накрывать на расстеленную на пожелтевшей траве скатерть.
Один из парней решивший, что хвороста будет маловато и каша нормально не сварится, взяв топор, направился на поиски сухой берёзки. Пройдя несколько метров, наткнулся на кем-то сваленный в продолговатую кучу еловый лапник. Это показалось ему странным, юноша откинул ногой несколько веток и обомлел, на него мёртвыми глазами смотрела молодая обнажённая девушка. Узнав о находке, группа быстро свернула лагерь, и практически бегом бросилась в ближайший опорный пункт.
***
Ди, стоя рядом со старой избушкой, не торопясь потрошил только что убитого бобра подвешенного на ветке. Иногда отрезал от тушки кусочки ещё тёплого мяса, с аппетитом уминая их. Вывалив внутренности в стоявший под тушкой таз, громко крикнул:
- Выходи уже!
Из-за толстого дубового ствола росшего метрах в ста от мальчика, вышел Степан с карабином на плече. Он направился в сторону приёмного сына, недовольный столь быстрым обнаружением.
- Заметил, таки, – заворчал Степан. – Я ж как тень ниндзя двигался.
Ди улыбнулся. В который раз Степан пытается подкрасться к незамеченным, однако это не выходит.
- Унюхал, - соврал Ди.
Ответ устроил Степана, хотя на самом деле Ди почувствовал его, как только тот зашёл в лес. Подарок шамана во сто крат обострил все чувства, которые и без того были гораздо сильнее чем у обычного человека.
- Будешь? – Ди протянул ему кусок бобриной печени, отлично зная ответ.
- Офонарел что ль сынок? Давай прекращай ерундой заниматься, каникулы к концу подходят, мать заждалась.
- Обещал сюда возвращаться, сам знаешь кому.
Степан тяжело вздохнул, перевесил карабин на другое плечо. Ди поднял с земли шкуру бобра, растянул в руках, примеряясь, чтобы такое из неё сотворить.
- Может сапоги ей сшить или шапку? – спросил он Степана.
- Это к Маше. А вот ответь мне на один вопросик. Почему от Кати прячешься? Боишься её что ли?
Ди уставился на Степана, как лисёнок на ощетинившегося ежа, не зная, что с этим делать.
- Ничего и не боюсь, - ответил он.
- Что ж тогда она тебя приглашает всё куда-то, а ты отнекиваешься. Телефон оборвала, через день звонит, где Ди, где Ди, а он бобра в кустах жрёт. Девушка она видная, хорошая, интересная. Ты хоть знаешь, сколь за ней собак волочится?
- Собак? – Ди представил стаю ободранных дворняг бегущих за Катей.
- Кобелей местных, самцов. Тучами ходят, а она к тебе льнёт.
Ди отрезал бобру яйцо, закинул в рот, раздавив зубами, принялся с аппетитом жевать.
- Дура она, - сказал Ди. – Не понимает ничего. Я ей ни к чему, да и она мне тоже. Не время нереста.
- Эх, ты, - Степан отвесил ему лёгкий подзатыльник. – Сам дурень. Собирай манатки, пошли домой, Пров обещал приехать, долг вернуть.
***
Дядя Пров был здоровенным, как танк КВ, охотником-промысловиком давно водившим дружбу с «лесником всея лесов», как он выражался. Полгода назад одолжил у Степана десять тысяч, не хватавших на новое ружьё и вот теперь приехал вернуть долг. Маша накрыла стол, Степан достал разносолы, а Пров припёр трёхлитровый бутыль первака из «личных погребов».
Сначала трепались о житейских делах, охоте, технике. Уговорив примерно литра два, разговор перешёл в плоскость политики, а затем свернул в более интересную сторону.
- У меня кум в ментовке работает, - начал Пров, сжав в огромном кулаке полный самогона стакан, – так такого рассказал ужасть.
- Николай что ли? – уточнила Маша.
- Он самый, - кивнул охотник. – Так вот…. Сказывал, что мол, молодёжь мертвую находить стали. В основном девок, но и парни попадаются. Это не только у нас в районе, а по всей грёбанной губернии и дальше. Но менты помалкивают, типа ничего не происходит. Газеты молчат, даже в инете тихо, ибо секрет.
- А тебе выходит, он вот так взял и рассказал? – ухмыльнулся Степан.
- Под это, - Пров ударил пальцем по бутылю с самогоном, - чего только не расскажешь.
- Дальше то что? – поинтересовался Ди, разворачивая конфету.
- А вот что, - Пров наполнил стакан, пододвинув его к мальчику.
Маша тут же отодвинула его обратно.
- Ему нельзя, - нахмурилась она.
- На фронт бандитский значит можно, а остограммиться нельзя? – возмутился гость.
- Пров, - нахмурился Степан. – Сколько ещё объяснять, что люди Германа утопли в трясине?
Пров рассеянно махнул рукой, продолжив:
- Короче часть жертв на месте убита, в основном парни. Девки изнасилованы там же или принесены откуда-то покромсанные, без некоторых органов даже. Свидетелей нет, на камерах ничего, следов никаких, причины неясны, между собой незнакомы. Эксперты понять ничего не могут, толи это один человек орудует, толи банда, потому что пробы там какие-то всё время разные, но подчерк схожий. Вся полиция «на ушах стоит», а толку ноль.
- Господи, - вздохнула Маша, - страх то какой.
- Недавно ещё одну нашли у опушки, как от курганов идти. Лапником засыпана, голая вся, - Пров махнул стакан, поморщившись.
- Дела, - покачал головой Степан. – Как бы не скрывали, всё равно просочится, будет паника.
- Либо линчуют кого-нить, - согласился Пров. – Но всё это строго между нами.
Ближе к полуночи возлияния были закончены и дядя Пров отправился храпеть на боковую, а семья лесника принялась убирать со стола.
- Странно всё это, - произнёс Ди, собирая тарелки.
- Ну-ка, ну-ка, - посмотрел на него Степан, убиравший опустевший бутыль. – Какие соображения у первобытного охотника?
- Причина нападений по любому быть должна, а то, что следов никаких, так плохо искали. Но странно другое, я получается, в лесу был, когда девку убили, но ничего не слышал и не чувствовал.
- И? – Степан непонимающе уставился на сына. – Ты чё радар?
- Представь себе, - сказала Маша.
- Что же, по-твоему, это значит? – снова спросил Степан.
- А то, что искать нужно совсем не то, что они ищут.
- В смысле не то? – удивилась Маша, протиравшая заляпанный руками самовар.
- Сам ещё не догнал что.
- Ладно, - Степан сгрёб столовые приборы в кучу, - пусть опера разбираются, но надо быть осторожнее, мало ли. И ещё Ди…, - Степан сделал суровое лицо, что вызвало у Маши улыбку. – Завтра выходной. О чём тебя Катя просила в последний раз?
- Ну, сколько можно Па? – расстроился Ди.
- Сходи с ней куда попросит, - вмешалась Маша.
- Так она в районный клуб завёт на дискотеку. Отремонтировали его, чтоб он сгорел. Там оглохнуть можно, - опустил взгляд мальчик.
- Вот сходишь, посмотришь, как молодёжь отдыхает, - сказала Маша. – Всё тебе в лесу торчать, как дикарю. Усёк?
- Деньги дам, не парься, - произнёс Степан.
Ди обречённо кивнул, соглашаясь с опекунами.
***
Денёк выдался на редкость тёплым. Ди, высунув язык навстречу ветру и ощущая им вкус доносившихся отовсюду осенних запахов, резво крутил педали старенького советского велосипеда «Урал». Временами, разгоняясь так, что пару раз на повороте чуть не вылетел в кювет. Примерно через три часа интенсивной работы ногами, Ди въехал в предместье райцентра усыпанного покосившимися избушками. Проехав чуть дальше, оказался во дворах кирпичных трёхэтажек с кое-где обвалившимися ступенями подъездов. Наконец, скрипнув тормозами, остановился возле окружённого пожелтевшей сиренью дома. Несколько раз позвонил в велосипедный звонок, ожидая, что Катя покажется на балконе второго этажа, но она, довольно улыбаясь, уже выходила из подъезда. Девушка подошла к Ди, с тревогой осматривая старенькое средство передвижения.
- Мы на этом поедем? – спросила она, теряя улыбку.
- Извиняйте, «Кадиллак» завяз, когда за грибами гоняли, - развёл руками Ди.
- Ты б хоть позвонил, предупредил, - сказала девушка, садясь на багажник. – Сотовый то есть, наверное?
- Какой? – спросил Ди.
- Забудь, - вздохнула Катя. – Погнали.
Ди ударил по педалям, легко, словно пушинку, потянув приятно пахнущий духами груз. Они ехали по центральной улице, под взоры идущих в клуб компаний местных парней и обнимавшихся парочек. Достигнув клуба, Ди прислонил велосипед к ограде газона, даже не потрудившись пристегнуть замком, болтавшимся на раме. Он отлично знал, что, после последнего случая, никто не тронет технику. А случай был следующим: местный хулиган решил присвоить видавшее виды имущество, но Ди нашёл вора в тот же вечер и посредством укуса в загривок, напугал так, что тот до сих пор вздрагивает при виде собственной тени.
Катя, доставая билеты, пошла к дверям, возле которых толпились дымившие сигаретами тусовщики. Мальчик нехотя поплёлся следом, вынимая из кармана заранее купленную пачку жвачки. Засыпав всё содержимое в рот, принялся ускорено жевать, превращая отдельные подушечки в большой, сладкий ком. Уже перед входом в здание, сплюнул его в руку, раскусил на две половины, заткнул ими уши с чувствительными к мельчайшим звукам перепонкам.
Ди шёл за Катей, которая быстро пробиралась к стайке подружек сквозь колышущуюся в такт музыке толпу. Некоторые парни, завидев Ди, пугливо отступали в сторону, другие пожимали руку, ничего не произнося, третьи агрессивно смотрели исподлобья. Он остановился в паре метров от яркой, благоухающей компании, рассматривая девушек.
- Катюха, - возмутилась одна из них, - ты что, с ним пришла? Он же еб***й на всю голову.
- Твоё какое дело? - ответила она. – Он хоть и немного того, но в обиду не даст.
- Ты сама того уже. После двойняшек свихнулась совсем.
- А сейчас, по просьбе пацанов с района, белый танец! - объявил диджей, врубая медляк. – Чики приглашают кабанов!
Катя бросилась к Ди тупо уставившемуся на мигавший красным светом стробоскоп. Она обняла его за шею, прижавшись упругой грудью, от чего щёки мальчика запылали невыносимо жарким пламенем так сильно, что тому захотелось нырнуть в прорубь или окунуть голову в снег.
- За талию возьми! - крикнула она, заметив жвачку. – Ты что жвачкой уши заткнул?!
- Тут оглохнуть не долго! - сказал Ди, аккуратно беря её пальцами за талию.
- Я поведу! – она начала плавно покачиваться в такт музыки.
- Куда?
Но девушка не ответила. Ди почувствовал, как тёплые, незнакомые волны стали омывать его напряжённое тело, неизвестное состояние убаюкивало, набрасывая паутину странных ощущений на сосредоточенное сознание. Мальчик постепенно перестал замечать окружающих и слышать музыку, всё его внимание поглотила улыбавшаяся девушка, которую совсем недавно пришлось вытаскивать из дома привыкания кровожадного лесного племени.
Внезапно сущности подаренные шаманом позволили Ди почувствовать что-то ещё, что-то опасное, живущее в созданной им атмосфере невыносимого ужаса, страха, боли и непонятной, а от того пугающей цели. Ди перестал топтаться, отстранился от Кати, став хаотично разглядывать присутствующих. Как и говорил шаман, эта одержимость пригодилась за границей лесов.
- Ты чего?! – испуганно спросила девушка, заглянув в его, светившиеся жёлтым огнём, глаза. – Что-то случилось?!
Ди продолжал разглядывать танцующие пары, стоящие вдоль стен компании, уткнувшихся в телефон одиночек, стараясь угадать виновника его состояния. Некто таящий в себе смертельную опасность был здесь, однако ощущение его присутствия стало затухать удаляясь, одновременно находясь внутри помещения. Это обстоятельство крайне озадачило мальчика. Ди сосредоточился на неизвестном посетителе стараясь проникнуть в его ощущения. Духи напрягли силы, следуя приказу хозяина, выплеснув на него наполненное агрессией желание скрывавшегося в толпе хищника. У Ди перехватило дыхание, он закашлял, давясь воздухом. Бросив партнёршу побежал к выходу сшибая влюблённые пары, расталкивая охрану, сбивая с ног зазевавшуюся шпану.
Выскочив наружу, втянул ноздрями вечерний воздух, уловив тонкие нотки смешанной с землёй крови. Схватил за рукав зевавшего у машины ППС полицейского потащил того за клуб, где в луже крови лежали два тела: парень с пробитой чем-то головой и пришедшая с ним на танцы девушка, со вспоротым животом. Ди бросилось в глаза, что вокруг места обнаружения тел была тьма, точнее пятно темноты. Два ближайших фонаря не горели, прожектор на крыше клуба направленный в эту сторону конвульсировал короткими вспышками света, а всегда по-новогоднему переливавшаяся вывеска автомастерской не работала.
Наступившую ночь расколол визг молодой женщины из последовавшей за Ди любопытной компании подвыпивших зевак. Полицейский дрожащими руками взял протянутую Ди рацию, которую уронил от неожиданно развернувшейся перед ним картины, заикаясь, сообщил о случившемся на пост.
Ди вернулся к входу в клуб, где столпилась молодёжь, узнавшая о жестоком убийстве, среди неё стояла Катя с жавшимися друг к другу напуганными подружками. Где-то зазвучали сирены мчавшихся на место трагедии дежурных служб. Ди подошёл к Кате, наклонился к уху, тихо произнеся:
- Оно было тут, охотилось и ушло. Больше не чувствую присутствия.
- Кто оно? - так же тихо спросила девушка.
- Оно. Теперь все в опасности, - добавил Ди, потащив её за руку к велосипеду.
- Куда мы идём? – спросила упиравшаяся Катя.
- Провожу домой, подруги сами доберутся, всё равно всех не уберечь.
Загнав Катю домой, Ди отправился в обратный путь по погрузившейся в ночную тьму местности. Но домой он не поехал, а свернул к месту недавнего убийства девушки. Он практически сразу нашёл его по распаханной полицейским транспортом опушке.
Вот тут она лежала сброшенная с высоты человеческого роста, вот тут ходили кинологи с собаками, вот тут пася табун ментов соря сигаретным пеплом, читал Ди, одному ему понятные следы. Он углубился в лес, напрягая все имевшиеся чувства усиленные семью древними духами.
«Нет, её принесли не отсюда», - догодался он.
Пробежался вправо вдоль опушке, но и там ничего не уловил, вернулся обратно, побежав в противоположную сторону. Через двадцать минут вышел к упиравшейся в бурелом старой лесной дороге с еле заметными отпечатками протектора. Некто привёз тело на машине.
«Кому надо тащить труп в такую даль?», - спрашивал себя Ди. – «Проще бросить на месте. Или кому-то не в тягость так заметать следы? А если не в тягость, значит, он очень силён и этот вес за вес не считает».
Ди припал к земле, понюхал след шин, а когда поднялся в ближайших к нему зарослях орешника стоял лось, в упор смотревший на мальчика.
- Здравствуй, - произнёс Ди.
Лось сверкнул мгновенно засветившимися красным огнём глазами, поднялся на задние ноги, приняв облик безликого крылатого человека покрытого пушистым мехом - одним из ликов Хтона.
«Здравствуй Ди», - зашелестели заросли.
- Знаешь, кто это сделал? – Ди указал в сторону, где было обнаружено тело.
«Я не буду помогать людям, как при поиске детей. Хватит», - заскрипели кроны дубов. – «Они убивают леса. Не будет леса, не будет животных, не будет смысла существовать. Но тебе, как приёмному сыну своему скажу одно, не лезь в эту берлогу, пусть зверь наестся вдоволь. Сытый хищник не опасен, поест да уйдёт».
- Сколько же ждать пока насытится? Сколько жизней он заберёт?
«Столько сколько нужно».
Хтон собрался улетать, но обратил внимание на уши мальчика.
«Что в ушах?», - спросил он.
- Ничего, - ответил Ди, вынимая жвачку.
Хтон взмахнул крыльями, взлетев над макушками деревьев, мгновенно скрывшись в ночи. Опечаленный таким ответом, Ди пошёл к велосипеду. Когда взошла Луна, он уже завозил его в сарай под недовольное ворчание Степана.
***
Раним утром следующего дня прибывший ментовской «козёл» забрал Ди в УВД в месте с опекунами. Пока Степан с Машей нервничали в коридоре, допрос мальчика вёл дотошный следователь, по особо важным делам присланный из столицы губернии.
- Значит, якобы услышал какие-то крики, которые кроме тебя никто не уловил? – спрашивал следователь. – С жвачкой в ушах?
- Крики, - подтвердил Ди.
- И никого не видел?
- Никого.
- А может это вообще твоих рук дело? – предположил следователь, заглядывая в глаза мальчика, следя за его реакцией. – Ходят же слухи, что, мол, братки Германа не сами утопли. Утопли ли вообще.
- Не понимаю о чем вы дяденька полицейский, - притворился дурачком Ди.
- Поймёшь когда в КПЗ посидишь. Ну-ка давай колись, как было на самом деле. Как ты парня с девкой резал.
- Я никого не резал, - спокойно ответил Ди.
Дверь резко отварилась, вошёл сосредоточенный прокурор. Следователь вытянулся в струнку. Прокурор посмотрел на мальчика, потом на мента и спросил:
- На каком основании?
- Скрылся с места предполагаемого преступления, - ответил следователь.
- С вашим-то опытом, уважаемый, нести такую чушь. В своём уме? Или в охранники соскочить хотите?
Следователь замялся, побледнел.
- Выйдите, успокойте опекунов, потом отпустите мальчика, - приказал он, что тот незамедлительно поспешил исполнить.
Прокурор сел напротив мальчика, помял лоб, на мгновение закрыл лицо руками, проведя ими сверху вниз, сказал:
- Ты видел убийцу?
- Нет, - ответил Ди.
- Памятуя о том, что ты сделал для моей семьи, хочу спросить твоего мнения об этом.
Ди уставился в стол, поскрёб его ногтем.
- Сложно что-то сказать.
- На данный момент…, - прокурор попытался подобрать более мягкие слова, - есть некоторое количество жертв, как в области, так и за её пределами. Убийца умудряется растерзать их в самых оживлённых местах, не оставив свидетелей, избежав видеокамер. Но это невозможно, логически невозможно.
- Тут действовал настоящий суперохотник, - произнёс Ди. –Больше ничем помочь не могу.
- Ясно. Распоряжусь, чтоб тебя отпустили, - прокурор пожал ему руку.
Вернувшись домой, Ди долго лежал на кровати глядя в потолок, размышляя о случившемся. Что это было? Кто это? Какова его цель? Повертевшись под одеялом, он с большим трудом уснул.
***
Дед выглядел полностью здоровым, но на лице его не было радости. Он понимал, что нашёл нечто неординарное, способное изменить окружающую действительность, как в лучшую, так и в худшую сторону. Его подорванное службой здоровье внезапно восстановилось, но это был не результат сверхсекретного военного эксперимента, а скорее его побочный эффект.
Для маленького Никаса дед был непререкаемым авторитетом во всём. Даже отец, обязанный ему всем на свете, от шикарных ботинок, до высокопоставленной должности, не имел такого веса.
После одного из экспериментов дед стал настоящим волшебником из сказочных книг. Он мог предсказать погоду, взглядом столкнуть чашку со стола, намотать гвоздь на палец или согнуть лом вокруг шеи. Он видел и знал то, что не под силу самому мудрому мудрецу, но это тяготило его, ибо платой за подобную силу была душа. Попытки военных получить в своё распоряжение некую оккультную силу унесло немало жизней и только деду удалось уцелеть, заплатив за это непомерную цену.
Когда Никасу исполнилось одиннадцать, дед внезапно умер. Его тело лежало в гробу в одной из спален загородного особняка. Там было душно, пахло лекарствами, мазями, дымом. Мальчик пробрался туда, не смотря на запрет родителей. Сел в одиночестве на стул напротив гроба, разглядывая такое родное и уже такое далёкое лицо. Никас слышал, как за дверями суетились гости приехавшие проводить деда в последний путь, как они шептались, как часто звучало не совсем понятное ему слово «одержимость».
Никас подошёл к гробу, взглянул на деда, дотронулся до его лба, ставшим холодным и липким. Ему стало дурно, мальчик подошёл к окну, открыв его. Порыв ветра, рванувшийся внутрь, немного освежил Никаса, однако он был настолько сильным, что сорвал с одного из напольных зеркал простыню. Мальчик посмотрел в зеркало на отражение гроба почему-то стоявшего не в спальне, а в абсолютно черном коридоре, ведущим к маленькому красному огоньку в конце.
Тело в отражении вздрогнуло, село в гробу. Дед медленно повернул голову, посмотрев на мальчика побелевшими глазами, поманил пальцем. Подчиняясь чьей-то непреодолимой воли, не чувствуя ног, Никас подошёл к зеркалу. Дед протянул руку, прислонив ладонь к стеклу, Никас повторил движение, их ладони соприкоснулись. Внезапно лицо деда превратилось в озлобленный звериный оскал, стекло в месте соприкосновения треснуло, кольнув ладонь мальчика. Он отдёрнул руку, коротко вскрикнув, из распоротой ладони сочилась кровь. Розетки и выключатели в помещении вздрогнули коротким замыканием, выпустив черный дым.
Теперь в отражении стоял пустой гроб, за которым копошилось нечто. Никас поспешил завесить зеркало простынёй, испачкав ту в крови. С этого дня с ним начались пугающие, дающие странные, неисчерпаемые силы метаморфозы, создававшие ощущение если не богоподобности, то некой схожести.
***
Сегодня Степан уехал по делам в райцентр, а Маша весь день занималась готовкой. Ди сидел в сарае, крутя ручку новенькой японской рации, ловя переговоры полиции, МЧС, охотников, дальнобоев и проскакивающие телефонные звонки местных жителей.
- Свидетель видел, как она входила в подъезд пятнадцать минут назад, - говорил кто-то из полиции. – Лежит на площадке между первым и вторым этажом. Света нет, замыкание вроде как.
- Что и там тоже никто ничего не слышал? – спрашивал оппонент.
- Я вот тоже не понимаю, там просто фарш и никаких звуков не было. У нас паника начинается. Добровольцы патрулировать улицы собрались, как бы чего не вышло, ментов не хва….
Разговор оборвался шипением эфира. Ди покрутил ручку, поймав очередную беседу. По-видимому, по сотовому трепалось высокопоставленное начальство:
- …оих на Кипр отправил, - встревоженным голосом говорил мужчина.
- Ну, чё правильно, - отвечал другой. – Сейчас стремно, на улицу без охраны не выйдешь.
- Народ беспокоится.
- Думаешь, за оружие возьмутся?
- Мне уж в сети намекнули, мол, не найдёте убийцу или отмажете с вас спросим и фото столба прислали.
- Не кипешуй ещё не….
Связь прервалась, Ди снова покрутил настройку, поймав ещё один звонок. Разговаривали женщины:
- Господи, что твориться, - сетовала одна. – Дочь соседскую вместе с парнем со своим за клубом нашли. Говорят, её изнасиловать успели, а ему проломили голову.
- Но там народу полно было, не уж то никто не видел? – спрашивала другая.
- Вроде кто-то услышал, но поздно уже было. Рядом автомастерская, на ней камера стоит, так именно в этот момент она выключилась.
- Откуда знаешь?
- Акулина рассказала, она в УВД уборщицей работает, слыша оперов.
Разговор поглотил шум.
«На сегодня, наверное, хватит», - подумал Ди. – «Последний раз и всё».
Он просканировал эфир, поймав бестолковую трескотню. Мужик говорил с каким-то старпёром. Ди собрался было выключить рацию, как его слух уловил странную фразу:
- …во мне неуязвим, невидим, - сказал мужчина. – Я выбираю.
- Это бред. Прошу тебя прекрати, - произнёс мужчина постарше. – Когда-нибудь не смогу помочь. Это полный пиз….
- Мы не нуждаемся в помощи, - прервал его молодой мужчина.
- По-моему, - вступил в беседу приятный женский голос, раздавшийся откуда-то издалека, - нас кто-то слушает…. Он сидит где-то рядом с лесом….
Ди вздрогнул, тут же выключив рацию. Холодок пробежал по спине. Неужели женщина поняла, что он подслушивал? Но как определила, где он находится? Ди обхватил голову руками, уставившись на молчавший прибор. Мальчик почувствовал нарастающую опасность, а подаренные шаманом духи заволновались, приготовившись к чему-то, что решили пока скрыть от хозяина.
После обеда к дому подкатила старенькая иномарка, из которой вышли четверо парней, которых он иногда видел тусовавшихся возле продуктового магазина, куда ездил со Степаном. Обычно они сдержанно кивали ему в знак приветствия, он отвечал тем же.
- Хозяева! - позвал самый старший из них, встав у калитки.
На голос вышла Маша, за ней подошёл Ди.
- Что надо Сергей? – спросила Маша, разглядывая компанию.
- Здравствуйте тёть Маш. Можно с Ди переговорить, - он начал представлять друзей. – Это Васька, это Вова и Вова.
- Очень приятно. Говори при мне.
- Да не тронем мы его, - улыбнулся Вася.
- Берега не путай, - нахмурилась Маша.
Улыбка пропала с лица парня.
- Мы хотим по патрулировать улицы с ближайшими к райцентру дорогами и позвать Ди, - произнёс Сергей. – В курсе, наверное, что происходит?
- В курсе, - кивнула Маша, посмотрев на Ди, в ожидании его ответа.
- Что даст патруль? – спросил мальчик. – Какая от меня польза?
- Мы можем как-нибудь, случайно обнаружить убийцу, а ты лишним не будешь в таких делах, - смутился Сергей.
- В каких? – вновь спросил Ди.
- Ну, ты понимаешь, о чем я. Говорят, но мы не очень-то верим, что банду Германа….
- Враньё это, - нахмурилась Маша. – Наговор.
- Где собираетесь?
- У клуба, - произнёс Сергей. – В восемь вечера. С нами будешь.
- Хорошо, - согласился Ди. – Приеду.
- Ди, - возмутилась Маша. – Как это понимать?
- Попытка – не пытка. И не отговаривай, - парировал он. – Значит в восемь у клуба.
Парни еле заметно улыбнулись. Ещё бы, теперь в их команде будет настоящий первобытный охотник, не ведающий жалости. По крайней мере, так о нём шептались на кухнях за рюмкой «взрослой воды».
Ди прибыл на место сбора без пятнадцати восемь, остановил велосипед за углом ближайшего дома, внимательно изучил контингент добровольцев, сновавших между машин. Их было человек пятьдесят, разных возрастов и характеров, но сейчас они были единым организмом, вставшим на защиту близких. И пусть эта защита нескладная, скомканная, но она может принести пользу. Ди заметил свою команду, вышел из-за угла, направившись в сторону патрульных. Весело болтавшие мужики вдруг замолчали, увидев приближающегося мальчика. Ди остановился в паре метров от них.
- Здравствуйте, - сказал он.
- Привет, - донеслось со стороны собравшихся.
- Ты чего тут? - спросил здоровый бородач, по видимому бывший за старшего.
- На охоту, - ответил мальчик, - А вы?
- Он с нами, - подбежал Сергей, схватив велосипед за руль, потащил к машине.
Ди пошёл за ним сопровождаемый угрюмыми, местами даже испуганными, а то и удивлёнными взглядами. Сергей закинул велосипед на находившийся на крыше багажник, быстро прикрутив верёвкой. Вася и два Вовы наблюдали за ними из салона автомобиля, слушая музыку, доносившуюся из колонок. Сергей открыл багажник, демонстрируя Ди арсенал состоявший из бейсбольной биты, пары арматур, железной трубы и туристического топорика на очень длинной рукоятке.
- Ну, как? – довольно спросил Сергей.
Ди взял топорик, взвесил в руке, положил обратно, вспомнив про оставленный дома набор холодного оружия всех мастей и видов изготовленный под заказ из высококачественной стали, подаренный прокурором.
- В принципе на кролика пойдёт, - одобрил он, чем опечалил Сергея.
- Пацанам не говори, - попросил он.
- По машинам! – крикнул бородач. – Надеюсь, все помнят свои сектора!
Патрульные быстро сели по местам, и автомобили понесли их к намеченным маршрутам. Ди сел на заднее сидение рядом с двумя Вовами.
- Выключи музыку, - попросил Ди, когда они выехали за пределы райцентра. – Не слышу ничего.
Сергей подчинился, почувствовав спиной недовольные взгляды приятелей. Где-то, через сорок минут их остановил патруль ДПС.
- Какого чёрта вы тут катаетесь? – спросил лейтенант, проверяя права Сергея. – Тоже что ль патруль?
- Ага, - ответил тот.
- Не ваше это дело, только проблемы от таких добровольцев, - продолжал возмущаться офицер. – Дуйте по домам, а то нарвётесь ещё. Это не шутки.
Лейтенант заглянул в салон, пройдясь светом фонарика по лицам пассажиров. Остановился на Ди, задумался, отошел в сторону ко второму ДПСнику, что-то сказал. Тот подошёл к машине, точно так же прошёлся фонариком по лицам, остановился на Ди.
- Хорошо, - произнёс второй, выключая фонарик, - Езжайте.
Не говоря ни слова, Сергей сел за руль, обернулся на Ди, который ковырялся в носу пальцем безучастно пялясь в окно. Парни также удивлённо смотрели на мальчика, но никто не решился заговорить. Автомобиль покатил дальше, постепенно набирая скорость.
Шёл второй час ночи, дороги были пустынны, автобусы перестали ходить, лишь изредка пробежит бездомная дворняга или кот сверкнёт глазами. Команда Сергея тихо посапывала, а он сам еле продирал глаза, боясь влететь в столб или съехать с дороги в кювет. Только Ди бодрствовал, он мог не спать по трое суток подряд, не есть продолжительное время или сидеть в засаде неделю, выжидая нужного ему зверя.
- Надо бы заправиться, - зевнул Сергей, ткнув пальцем в загоревшийся чек, одновременно сворачивая на перекрёстке в сторону мерцавшей разноцветными огоньками, словно шапито, колонке.
- Давай потом по домам, - сказал проснувшийся Вася, - наша смена почти вышла.
- Тормози! - резко выкрикнул Ди, заставив обоих сонных Вованов подскочить.
Сергей ударил по тормозам, машина, взвизгнув покрышками, застыла возле автобусной остановки с единственным на дороге неработающим фонарём из всех.
- Когда ушёл последний автобус? – спросил мальчик, то рассматривая что-то в траве, то переводя внимание на перегоревшую лампу фонаря.
- Так, с полчаса вроде, - откликнулся Вася. – В чем дело?
- Тут же посёлок рядом? – продолжал расспрашивать Ди, не отводя взгляда от одному ему видимого предмета.
- Да, - сказал один из Вованов. – Девки симпатичные….
Ди опустил стекло, понюхал воздух.
- Не глуши мотор, - сказал он, выходя наружу.
Оба Вовки и Вася вышли за ним. Ди подошёл к остановке, присел на корточки, разглядывая что-то в траве. Парни подошли ближе, заметив женскую туфлю со сломанным каблуком.
- И чё? – удивился Вася. – Ну, туфля.
Ди блеснул на него загоревшимися желтым светом глазами, аккуратно поднял обувь за висящий «на соплях» каблук, понюхал стельку.
- Лет 20-22, - начал он. – Месячные только закончились. С парнем была, вот следы от его ботинок на земле, размер ноги 42. Вышли из автобуса, сиськи мяли, он сплюнул помаду, измазавшую губы.
Парни хохотнули. Ди бросил туфлю, опустился на карачки, рассматривая следы волочения на земле.
- Потом на них напали, поволокли за остановку, - поднялся, прошёл за сооружение, посмотрел куда-то вдаль, втянул ноздрями воздух. – Мертвы уже, метров двести отсюда. Вон там лежат.
Он указал пальцем в заросли ковыля. Неожиданно в той стороне включились, и стали быстро удаляться автомобильные фары.
- Там просёлочная дорога, - шёпотом произнёс Вася. – Если это убийца, нам не догнать, тачку расшибём.
- И не надо, - Ди сошёл в ковыль, направившись в сторону лежащих тел.
***
Команда Сергея вместе с Ди сидели в отделении полиции, разглядывая плакаты на стенах.
- Забавнейшая история, - произнёс подошедший следователь, перебиравший в руках фотографии с места преступления. – Они через месяц пожениться собирались.
Он показал компании пару снимков растерзанных жертв.
- Туфлю, значит, заметил? - следак встал перед Ди. – В траве, ночью, на скорости?
- Потом заметил, - сказал Ди. – Сначала почувствовал.
- Это как?
- Так же как вы габариты машины чувствуете, когда водите.
- Не понял.
- По-другому объяснить не могу, - развёл руками мальчик.
К следаку подбежал дежурный, наклонился к уху в надежде, что его никто больше не услышит, но Ди услышал.
- Нашли целую семью в частном доме, - доложил он. – Сначала думали, что это не наш, может, кто залётный, но это он. Пробы такие же запутанные.
- Что ж это за ёп твою мать? – следак ударил себя по ноге снимками. – Так и до комендантского часа недалеко. Если раньше было по всей губернии, да в других округах, так теперь сконцентрировалось на нашем районе. Ни хрена не понимаю.
- Свет там был? – вдруг спросил Ди. – Электричество работает в доме?
- Нет, - удивился дежурный.
– Замыкание, - кивнул Ди, - вся проводка накрылась.
- Откуда знаешь? - поинтересовался следак, подозрительно взглянув на мальчика.
- Заметил. У клуба и на остановке тоже ничего не работало.
- Ну-ка, пойдём перекашляем, - он указал мальчику на кабинет.
Ди проследовал за следователем, расположившись в кресле в кабинете, полицейский сел за стол.
- У тебя есть какие-то предположения? – спросил следак. – Что с электричеством?
- Оно не работает на месте преступления.
- Думаешь, каким-то образом его вырубают?
- Я не электрик, - ответил Ди. – Однако у жертв должно быть что-то общее ведь так?
- Обычно да, но в нашем случае они никак не связаны. Вообще никак понимаешь, мы всё перепроверили по сто раз.
Ди почувствовал, как от него отделился один из духов. Он подошёл к висевшим на стене часам, остановив их, а потом пустил стрелки в обратную сторону.
- Может дело во времени?
- Причем тут оно?
Ди пожал плечами.
- Можно меня больше не задерживать? – спросил мальчик.
- С какой стати?
- Ладно, - Ди посмотрел в окно на начинавшийся рассвет. – Во сколько районный музей начинает работать?
- В десять, а что? - следователь взглянул на настенные часы, которые шли назад, нахмурился.
- Никогда в нём не был. Хочу посмотреть.
- Ой, б*я парень, - следак уткнулся лбом в ладонь. – Какой в жопу музей сейчас?
Наконец их отпустили. Ди попрощался с парнями, направившись в музей, до открытия которого оставалось совсем немного. Смотрителя дождался сидя на ступенях здания.
- Это ты сын лесника? – спросил подошедший смотритель, отпирая тяжёлую дверь.
- Приёмный, - ответил мальчик, вставая.
- Чего в такую рань?
- Дюже интересна история края.
- Похвально, - смотритель пригласил пройти внутрь.
- Только более подробную.
Смотритель замедлил шаг, недоверчиво оглядев мальчика.
- Подробную? – спросил он.
- Меня интересует реальное прошлое. Это очень важно.
- Ну, раз важно….
Они долго сидели за столом, рассматривая исторические документы, карты, фотографии давно почивших жителей, наскальных рисунков, деревянных истуканов. Смотритель положил перед Ди скан старинной грамоты.
- Это самое первое упоминание о здешних селениях и жителях, 1434 год, - пояснил смотритель.
- Но есть же наскальные рисунки. Разве они не самое первое? - спросил Ди.
- Это всего лишь изображения, оставленные в эпоху неолита. Но есть интересное предположение, основанное на анализах ДНК проводимых в рамках ещё Советских медицинских исследований, что часть местных жителей являются прямыми потомками тех самых пещерных жителей, трёх древних женщин.
- Чего, чего? – удивился Ди.
- Прямые потомки, чистая линия ДНК.
- Спасибо большое, - Ди встал со стула, пожал руку смотрителю. – Вы очень помогли. Мне пора.
***
Восемнадцатилетний Никас сидел на полу своей комнаты, уставившись в точку на стене. Сейчас он был похож на пластиковую куклу. Ничего не выражающий взгляд, струйка слюны, стекающая из уголка рта, безвольно повисшие руки. Со стороны можно было подумать, что он находится под воздействием сильнодействующих препаратов, но на самом деле он общался с тем, что поселилось внутри него.
«Дорогой друг», - говорило существо, когда-то перебравшееся в него из покойного деда. – «Настало время решительных действий. Хватит пугать никчемных людей дурацкими выходками, пора стать орудием в руках провидения. Пора на охоту, Никас. Мне, то есть нам, нужна не только пища, но и будущее».
Никас вспомнил последнюю хулиганскую проказу, когда лёгким толчком руки забросил напиравшего на него сто тридцатикилограммового бугая на крышу минивена, которого только что сам подрезал на повороте. Амбал перекрыл дорогу, вышел из машины поучить юнца уму-разуму, но тут же оказался на крыше собственного автомобиля. Никас улыбнулся, ему нравилось обладать немеряной силой, чувствовать себя выше и могущественней других.
«Но я не охотник», - ответил он.
«Зато я охотник», - ответило существо.
«На кого же будем охотиться»?
«На тех, кого ты превосходишь во всём. Но не на всех, а исключительно на определённых. Они не имеют право жить, а лишь служат пищей. Они преграда на пути к воцарению нас».
«Жаль, что на определённых», - поник юноша. – «Надеюсь они того стоят».
«Однако мои возможности не безграничны. Нам понадобиться следопыт, а пока его нет, будем управляться своими силами».
Влюблённая парочка углубилась в мало посещаемую горожанами часть парка в надежде, что их лобызания никто не увидит, но они смертельно ошибались. Никас давно следил за любовниками, его интересовала девушка, ведь на неё указало существо. По его расчетам она являлась искомым объектом, а парень только путался под ногами.
Благодаря способностям внутреннего хозяина Никас крался так тихо и незаметно, что сам удивлялся, а удар ножом был настолько мощный и точный, что он чуть не задохнулся от восторга. Мгновение и парень лежит с распоротым брюхом, жадно глотая воздух. Ещё мгновение и оглушённая ударом в голову девушка глухо стонет под крепкими поступательными рывками обезумевшего убийцы. Хозяин требовал именно насилия и мук, ведь они давали наибольшее количество так нужной ему пищи, от которой сам Никас становился сильнее и проворней.
«Хорошо», - хвалило существо, - «Очень хорошо Никас. Первая жертва и уже такой прогресс. Это начало большой охоты, Никас. Твой дед не хотел охотиться, поэтому умер от недостатка энергии».
«Но ведь мне это не грозит»? – спросил он.
«Нет, если будем хорошо кушать».
Никас закончил грязное дело тем, что перерезал девушке горло.
***
Надежда Лии на лучшую жизнь давно угасла, не смотря на все попытки вырваться из объятий разрухи царившей в небольшом островном городке на севере страны. Отец говорил, что они якобы потомки старинного дворянского рода ведущего родословную чуть ли не от вождей первобытных племён. На счёт дворян Лия сомневалась, а вот то, что первобытное прочно держит и не отпускает их семейство, знала наверняка.
Она могла свободно предсказывать ближайшее будущее, видела его ясно, будто освещённое сотней солнц. Чувствовала ни с чем не схожие человеческие запахи, которые не ощущали животные, которые не могла описать или сравнить хоть с чем-то. Они исходили от людей тонким шлейфом, не схожим ни с каким другим ароматом. Причём любые родственники пахли всегда примерно одинаково, и вычислить среди них приёмного ребёнка не представляло труда, его шлейф разительно отличался.
Лия была сильнее любого мужчины из городка, хотя внешне не скажешь, обычная симпатичная девушка. Ей приходилось тщательно скрывать это, как и многие другие странности. Например, она могла двигаться стремительно и бесшумно, бросала любой предмет со снайперской точностью, а мощному удару позавидовал бы чемпион по боксу.
Ещё не уехавшие на «большую землю» парни пытались, с завидным постоянством, «клеить» её, но Лия лишь равнодушно взирала на жалкие потуги не интересных ей личностей. Она ждала такого как она, такого кто всколыхнёт её черствеющее с каждым днём сердце, и он не замедлил появиться….
Втайне от родителей Лия собрала вещи в рюкзак, забрала часть денег из семейного бюджета и, вскочив на паром, отбыла на «большую землю». Надо было что-то менять в никуда не движущейся жизни….
Первую неделю она снимала крохотную комнатку в хостеле недалеко от порта. Пыталась устроиться хоть на какую работу, но девушку нигде не брали. Деньги подходили к концу, скоро её вышвырнут на улицу. Неожиданно удача скосила взгляд в её сторону, Лие посчастливилось нелегально устроиться уборщицей в портовый туалет. Тяжёлая, неблагодарная, копеечная работа, вонь, грязь, пьяные скоты постоянно пытавшиеся облапить симпатичную девушку ещё более ожесточили её сердце.
Однажды она влепила звонкую оплеуху распустившему руки мерзавцу, пытавшемуся залезть под юбку. Удар был такой силы, что у мужика вылетел зуб. Он не стал орать и махать кулаками, а просто ушёл, но Лия уже знала, что он пожалуется дружкам, которые попытаются изнасиловать её после смены на вечно сыром полу туалета, однако всё пойдёт не так как они задумали….
Лия закончила мыть писуары, когда в туалет ввалилась компания недавно потерявшего зуб мужика. Их было семеро вместе с ним. Прикинув расклад сил и отсутствие хоть какого-то оружия, Лия поняла, что если даже она сможет каким-то чудом убить двоих, остальные вполне смогут добиться желаемого, а этого очень не хотелось. Надо любой ценой продержаться до наконец-то наступавшего судьбоносного момента.
- Ну, чё шкура? – зло улыбнулся потерявший зуб негодяй. – Сама раздвинешь или помочь?
Лия начала отступать к стене, лихорадочно ища способ отбиться, о побеге не могло быть и речи, главное событие её жизни вот-вот произойдёт. Наглая компания с заигравшим на лицах возбуждением двинулась за ней. Внутренним взором Лия увидела дальнейшие действия, немного подавив подступавшую панику.
В туалет неслышно вошёл подтянутый, щеголеватый мужчина. Не обращая внимания на готовящееся изнасилование, он проследовал к писуару, встав позади компании. Занявшись своими делами, облегчённо вздохнул, чем обратил на себя внимание упырей.
- Слышь, мужик, - обратился к нему один из нападавших, сунув руку в карман с покоившимся там ножом. – Канай отсюда.
- Это вы мне? – спросил щёголь, громко застегнув ширинку.
- Нет, б***дь, Пушкину, - нож тихо лязгнул раскладываясь.
И тут щёголь заметил прижавшуюся к стене Лию. В его глазах мелькнуло удивление, смешанное с заинтересованностью, на насильников, один из которых был вооружён, он даже не взглянул, будто их не было.
«Никас, - произнесло существо, - ты видишь девушку»?
«Конечно», - ответил Никас. – «Прекрасный экземпляр. Хочешь есть»?
«Это следопыт».
Насильник с ножом в руке двинулся на щёголя надеясь увидеть страх в его глазах, но там его не было. Удар левого кулака троекратно превышавшего по скорости бросок кобры, вмял нос насильника внутрь лица. Тот, выронив нож, растянулся у ног Никаса, забрызгав кровью недавно вымытый пол. Шестеро ещё стоявших на ногах мужиков хмуро уставились на неподвижно лежавшего на окровавленном кафеле приятеля. Неожиданность ситуации застала их врасплох. Но когда второй из нападавших после чудовищного удара ногой по рёбрам снёс собой кабинку с унитазом, компания опомнилась, бросившись на помешавшего развлечению гостя.
В тот момент, когда третий из компании упал с перебитой трахеей, сзади на них напала Лия. Она схватила ближайшего подонка за голову, с силой приложив о стену. Хрустнув черепом, мужик съехал вниз, оставляя за собой кровавую полосу. Следующему она вцепилась зубами в шею, повиснув у того на плечах. Укушенный было заорал, но Лия резко повернула его голову в сторону и вверх, хруст шейных позвонков сменил так и не начавшийся вопль. Следующего Никас вырубил точным ударом в основание челюсти, добив упавшего каблуком ботинка в висок.
Наконец дошло дело до последнего «шакала», пожертвовавшего зубом ради сомнительного удовольствия. Он забился в кабинку, тяжело дыша и поскуливая. Никас подобрал валявшийся на полу нож, протянул его Лие, та с охотой взяла оружие, нежно коснувшись руки спасителя. Зашла в кабинку, прикрыв за собой дверь. Кроткий вскрик и пол вокруг унитаза окрасился в густой красный цвет. Когда она вышла, Никас взял её за руку, улыбнувшись произнёс:
- Я нашёл тебя следопыт.
- Нет, это я нашла тебя охотник.
Внезапно замерцавшие лампы вздрогнули, перестав светить. Парочка вышла с места кровавого побоища, держась за руки, будто с первого класса были влюблены друг в друга.
Полиция долго искала виновников массового убийства, но так ничего не нашла, сущность сидевшая внутри Никаса умела заметать следы, заставляя идущих по ним не замечать очевидных фактов, терять улики, путать показания свидетелей, если таковые были.
***
Отец Никаса подписывал очередные судьбоносные для страны бумаги. В кабинет заглянула секретарша Наденька, ворожившая посетителей обильным бюстом в купе с точёной талией и стройными ножками.
- К вам господин Троян, - мягким голоском произнесла девушка.
- Пусть войдёт, - сказал высокий чин.
Троян был нечто вроде порученца по сомнительным делам при отце Никаса. В его задачу входило «вынюхивать» нужные сведения, копаться в «грязном белье» возможных врагов и пресекать утечку любого компромата на начальство всеми возможными и невозможными способами.
Троян плотно закрыл дверь, послушал, нет ли за ней любопытных шагов, быстро направился к руководству, присев на краешек стула «пред светлы очи».
- Опять? – поник высокий чин, обязанный «креслом» одержимому деду.
Троян кивнул.
- Что на этот раз? – продолжал выяснять начальник.
- Про портовый туалет слышали, надеюсь?
- Господи, - «слуга народа» обхватил руками начинавшую трещать по швам голову.
- Это хорошим не кончится? – насупился Троян.
- Но только в том случае, если он тронет равных нам.
- То есть рядового гражданина можно? – удивился посетитель.
- Несомненно. Ему….
- И вы готовите для него место рядом с собой?
- Оно давно готово, только Никас предпочитает… такие вот… путешествия, а не просиживание штанов.
- Что нам делать? Нельзя же постоянно прикрывать его.
- Следите, чтоб в прессу не просочилось, - побагровел отец, – затыкайте вовремя рты. Набесится, вернётся в лоно семьи, сядет в высокое кресло.
- Слушаюсь, - равнодушно ответил Троян.
***
Неуловимый убийца посеял в округе страх замешанный на подозрительности и ненависти к любому незнакомцу, жизнь раскололась на до и после вроде бы беспричинных преступлений. На помощь местному УВД были брошены дополнительные силы в лице гвардии, солдат, оперативных работников и откомандированных полицейских из других областей.
Патрули наполнили населённые пункты под завязку, нельзя было шагу ступить, чтоб не налететь на проверку документов или досмотр автомобиля, но, несмотря на все усилия преступления продолжались. Ребром встал вопрос о комендантском часе и объявлении чрезвычайного положения, а пока страшный убийца неумолимо шёл к одному ему понятной цели, ступая по колено в крови.
Очередную жертву обнаружили в лесополосе, девушку растерзали, предварительно надругавшись. Её ухажёра нашли в ста метрах от неё с проломленным затылком. Собаки след не взяли, а анализ биологических следов убийцы ничего не дал, эксперты лишь разводили руками. В этот раз не удалось определить не то что группу крови, но и пол нападавшего.
Ди сидел в свободном углу сарая, наблюдая за роящимся в нескольких метрах перед ним клубком мошек, которых становилось всё больше и больше, пока рой не принял вид семи уродливых фигур. Мальчик обратился к подаренным шаманом духам:
- Как понять какая жертва следующая? Кого и как он выбирает? Имеют ли к этому отношение три первоматери?
Духи молчали, покачиваясь, переминаясь с ноги на ногу.
- А может, - продолжил мальчик, - вы вовсе не так сильны? Или по какой-то причине боитесь охотника на людей?
Духи переглянулись, один из них неуверенно потянул руку вверх, это была сущность с длинным носом, отвечавшее за повышенное обоняние.
Телефонный звонок оторвал прокурора от просмотра материалов дела о крупном хищении госсредств. Он поморщился, нехотя взял сотовый, на экране коего высветился номер лесника Степана.
- Да, Степан, - сказал он, прислонив трубку к уху, - только быстро. Это ты Ди? – удивился прокурор. – Что у тебя с голосом?
На другом конце провода Ди поправил торчавшие из ноздрей куски воска, отлично блокировавшие малейшие запахи.
- Это воск, - прогундосил мальчик.
- Какой воск? – продолжал спрашивать прокурор. – Что случилось?
- Надо кое-что понюхать, - сказал Ди.
- Не понимаю.
- В общем….
Следующие пять минут Ди подробно объяснял, что нужно понюхать и где.
- Ты понимаешь, о чём просишь? – возмутился прокурор.
Ди снова попытался объяснить ситуацию. Прокурор задумался, прикидывая, чем это может ему грозить, но прекрасно понимая, что на Ди можно положиться согласился с просьбой.
Областной морг встретил посетителей кристальной чистотой. Сонный охранник провел прокурора с Ди к холодильникам, где содержались почти все жертвы серийного убийцы. Там их уже ждал директор заведения.
- Товарищ прокурор, - сказал директор, разглядывая Ди с торчащими кусками воска из ноздрей, - я, конечно, понимаю, что для поисков маньяка все средства хороши, но тут явно какое-то недопонимание.
- Мы быстро, - ответил прокурор, – И будьте так любезны, не распространяться о сегодняшнем визите.
- Не волнуйтесь, - директор открыл холодильное помещение.
Они вошли внутрь небольшого ярко освещённого зала, вдоль стен которого, располагались холодильные шкафы с выдвижными секциями. Директор подошёл к самому первому, начав выдвигать подряд все секции, на которых покоились изуродованные трупы. Ди попросил мужчин отойти подальше, а сам вытащил из ноздрей восковые затычки.
В мозг тут же «ударили» многочисленные запахи смерти. Ди обхватил голову руками, качнулся, чуть было не упав. Директор с прокурором бросились на помощь, но мальчик остановил их знаком руки. Придя в себя после сокрушительного обонятельного взрыва, Ди склонился над трупом, лежавшей перед ним девушки, втянув запах её тела.
Несмотря на то, что различные медикаменты и вонь трупного разложения ощутимо мешали, Ди всё же удалось уловить тончайшие нотки странного незнакомого запаха. Он пошёл к трупу парня, принюхался, но нового запаха у того не было, но вот у следующего молодого человека он присутствовал даже ярче чем у девушки. Закончив обход тел, Ди обратился к мужчинам, указывая на трупы со странным запахом.
- Эти связаны между собой давно потерянными родовыми линиями. Запах схож, - сказал он. – Остальные нет.
- Не понял? – подал голос прокурор.
- Они как бы имеют родство, точнее тут три линии родства. Очень древнего. Это и есть общее. То, что вы ищите. Связь. Все другие случайные жертвы.
- Подожди-ка, - произнёс директор. – Ты хочешь сказать, что убийца или убийцы чувствуют подобные запахи?
Ди кивнул, вставляя воск обратно в ноздри.
- Что за запах? – спросил прокурор.
- Похоже на запах леса после грозы или на прелую листву в глубокой чаще, или даже на свежесрубленный дуб, - ответил Ди. – Это запах их основы, того что их определяет.
- ДНК? – раскрыл рот директор.
Ди улыбнулся, директор подобрал правильное слово.
- ДНК не пахнет, - добавил директор. – Как оно может пахнуть?
- Если Ди говорит, пахнет, - произнёс прокурор, - значит пахнет.
- Охотник находит жертву по этому запаху, - продолжил Ди. – Он привлекает его.
- Чем? – спросил прокурор.
- Не знаю. Возможно это не совсем охота, а что-то другое.
- Наверное, если их ДНК в таком неизменном виде дошла до наших времён, то это очень сильные люди, как внешне, так и внутренне, - предположил директор. – Они генетический стержень вида, всей популяции, чистое семя, дающее многотысячные всходы здоровых людей. Это же живой ковчег на случай любого апокалипсиса. Они выживут где угодно, когда угодно, в любых условиях.
- Если эти люди ковчег, - сказал прокурор, - тогда кто же убийца?
- Б***дь ё***ая! – в сердцах крикнул директор на весь морг.
- Ты сможешь определить очередную жертву? - спросил прокурор у мальчика.
- Скорее всего, таких людей немало и понять, кто будет следующий невозможно, - ответил тот. – Тем более они могут жить где угодно.
- Ладно, - задумался прокурор глядя на ряды трупов, - иди пока.
***
Дядя Пров приехал похвастаться новым ружьём, это была импортная вертикалка с причудливой резьбой от коробки до пятки приклада. Все сидели за столом уставленным разносолами, где гость демонстрировал «мужскую игрушку».
- Запарился ждать сначала доставку, потом когда мастер по резьбе из запоя выйдет, потом когда ружье забирать. Уф, - сетовал дядя Пров. – Очень долго всё таки везли, будто с Сириуса.
- Откуда? – не понял Степан.
- С Сириуса, - повторил Пров. – Хотя по правде сказать не видать нам никакого Сириуса да и космоса вообще. На орбите поболтаемся, как хер в стакане и то недолго.
- Почему? – спросил Степан, разглядывая резьбу на прикладе.
- Потому, что ещё не все яхты куплены, и дворцы построены, - ответил тот. – Не будет никакого космоса. Это раньше футурологи, мать их, грешным делом думали, что сейчас будет космический век. Ага, разбежались об забор. Того гляди в феодализм скатимся, на лучины перейдём.
- Да ладно, - сказала Маша, - не ворчи, может, и полетят ещё потомки наши.
- Держи карман шире, - ухмыльнулся Пров. – Потомки…. Это хорошо если они в нормальной семье родятся, станут честными тружениками и не скатятся до бомонда, лицедеев или того хуже политиков.
Степан весело засмеялся, толкнув жену локтем в бок.
- Ты дядя Пров, хорошо стреляешь? – вдруг спросил Ди.
- Нормально, - ответил тот.
- Пров у нас не только стреляет, - сказал Степан.
- Прекращай Степа, - смутился тот.
- Пусть Ди знает, - поддержала Маша супруга.
Пров махнул рукой, мол, делайте что хотите.
- Он у нас стрелок что надо, - продолжил Степан. – Не одну горячую точку прошёл, видел, чёрте знает что. В рукопашных в сумме, наверное, человек двадцать положил. Какое прозвище тебе дали, а Пров?
- Какое, какое, - отвернулся тот, пряча глаза. – Чекан. Оружие такое ударное.
- Из молотка, короче, выковал эту штуку, - не унимался Стёпа, - приварил на стальную рукоятку и давай в ближнем бою головы пробивать. Страшное дело….
- Дома он у меня, - произнёс Пров. – Памятная вещь. Давай о другом чем-то Стёп. Что тут у вас с маньяком? Ловят?
- Не знаю, чего они там ловят, - ответила за мужа Маша, - но убивают по-прежнему. Будто невидимка прям. Кругом патрули, добровольцы, солдаты, гвардия. И чё? Через плечо.
- Странно, - задумался Пров.
- Он охотник, - произнёс Ди. – Отменный охотник.
- А менты что не охотники? – спросила Маша.
- Они звероловы, да и то однорукие, - пояснил мальчик. – Не взять его им никогда. Будет убивать, пока не надоест или всю добычу не укокошит.
- Чего ж делать? – дядя Пров наполнил рюмки вновь привезённым самогоном. – Ждать пока насытится и не мешать?
- Мы найдём его, - сказал Ди. – Найдём. Будет славная охота, ведь такого зверя просто так не завалить.
- Ди, - возмутилась Маша. – Что ты несёшь?
- Погодь, Маш, - осадил Степан.
- Как же найдём? – заинтересованно спросил Пров.
- Он выбирает неслучайных жертв, а тех, кто пахнет по определённому. Я знаю этот запах, буду следить за возможной жертвой, и он обязательно покажется.
- Может тогда капнуть ментам? – предложил Степан.
- Не поможет, - ответил Ди. – Раз до сих пор на след не вышли, значит и тогда упустят, а то вовсе не заметят, возьмут не того. Сами всё сделаем….
- Памятуя о том, что бригада Германа как-то неудачно прогулялась по трясине, я тебе верю, - согласился Пров, ловя на себе гневный взгляд Степана.
- Чёрт с вами, - кивнул Степан. – Пойдём поохотимся, раз такое дело…. Достал он уже в край сволочь.
- Нечисто здесь, - произнесла Маша, перекрестившись, - Ой, не чисто.
- Сгоняю за чеканом, - поднялся из-за стола Пров.
***
Ранним утром Сергей ждал возле клуба на машине, как и договорились по телефону с Ди. Мальчик подъехал на велосипеде в условленное время, вместе прикрутили старую, но надёжную технику к багажнику на крыше, сели в салон.
- Остальные пацаны не нужны? – спросил Сергей, поворачивая ключ зажигания.
- Мы не патрулировать будем, а кататься, воздухом дышать, - ответил Ди, протягивая пятисотрублёвую купюру. – На бензин, - добавил он.
- Как скажешь, - пожал плечами Сергей, когда они тронулись с места.
- Будешь фоткать, на кого укажу, - произнёс Ди.
- Это подозреваемые? – насторожился Сергей.
- Возможные жертвы, - ответил мальчик, опуская стекло.
- Откуда знаешь?
- Пахнет.
- Чем?
- Жизнью, а для кого-то смертью.
Сергей, якобы, понимающе закивал. На этот раз дух обоняния аккуратно и не торопясь увеличивал чувствительность хозяина. Незаметные запахи постепенно улавливались рецепторами, строя в мозгу причудливую вязь событий при которых они появились или истории незнакомых людей, от самого момента их рождения и даже дальше.
- Этот, - Ди указал на тяжело идущего толстяка.
Сергей сделал снимок на телефон, не отвлекаясь от вождения.
- Эта, - Ди ткнул пальцем в сторону миниатюрной женщины с пакетом продуктов в руке.
- Вон та, в спортивном костюме, - Ди кивнул на симпатичную девушку.
Так они проездили полдня, пополняя «картотеку» возможных жертв. Ближе к обеду тормознули возле местного буфета, где подавали вкуснейшие ватрушки с чаем. Расположившись за столиком, принялись, с аппетитом, поглощать свежую выпечку.
Неожиданно в ноздри, а затем и в мозг Ди ударил сильнейший запах кого-то из предполагаемых жертв. Он был настолько сильным, что подействовал на мальчика словно нашатырь. Ди эпилептично вздрогнул, опрокинув чашку с недопитым чаем, схватился за голову стараясь унять боль раскалённым гвоздём впившуюся в сознание.
- В чем дело? – перепугался Сергей, застыв с набитым ртом.
Ди отщипнул от ватрушки хлеба, забив быстро скатанные шарики в ноздри, только после этого пришёл в себя. Оглядел помещение слезящимся взглядом, заметив фигуру, приближавшуюся от входа. Протёр влажные глаза салфеткой и обомлел, к нему шла улыбающаяся Катя. Так вот от неё так пасло древним ДНК.
- Привет мальчуганы, - Катя села на стоящий рядом стул. – Обедаете?
- Привет, Кать, - поздоровался Сергей.
- Здорово, - кивнул Ди.
- Это что? – она указала на торчавшие из ноздрей Ди хлебные шарики.
- Надо, - прогундосил тот.
- Смотрю не рад мне, - она смерила Ди недовольным взглядом.
- Рад, - смутился Ди, уставившись на пролитый чай.
- Чем заняты?
- Катаемся и нюхаем, - ответил Сергей.
- Дело знатное, - хихикнула девушка. - И что нюхаете, если не секрет?
- Явно не клей, - продолжал смотреть на лужу Ди.
- А по-моему клей. Да ещё такой едрёный, что не соображаете уже.
Сергей хохотнул.
- Отойдём, - Ди потянул Катю за рукав к выходу.
Они вышли на улицу, где девушка попыталась взять его за руку, томно вздохнув и одарив многообещающим взглядом.
- Ты вот что, - начал Ди, стараясь не замечать навязчивые знаки внимания. – Дома посиди пока. Старайся никуда не ходить.
- Чего это? – уперев руки в боки, спросила девушка.
- Маньяк вообще-то орудует, - напомнил мальчик.
- Ой, мамочки мои, - она обняла его за шею, - Неужто волнуешься? Свершилось.
- От тебя пахнет.
- Чего? - Катя понюхала подмышку.
- Да не в этом смысле,- отмахнулся Ди. - То другой запах. Он привлекает убийцу. Не у тебя конечно одной он есть, но твой наиболее сильный.
- Не гони, - улыбнулась она. - Ты гонишь, питекантроп.
В дверях показался Сергей, крутивший на пальце брелок с ключами от машины. Неожиданно Ди схватил Катю за плечи с такой силой, что она чуть не задохнулась от боли.
- Ты что не понимаешь? – заскрипел он зубами. – Эта мразь четвертует тебя, как угря. На части порежет, а его даже не заметит никто. Это суперохотник.
- Мне больно, - простонала девушка. – Синяки будут.
Ди отпустил её, слегка оттолкнув.
- Жди меня завтра, - сказал Ди Кате, поворачиваясь к переставшему крутить ключи Серёге. – Поехали Серый - сказал он ему.
Тот поспешил к машине, обратив внимание на до предела расширившиеся зрачки мальчика. Его состояние напугало Сергея до коликов в животе. В райцентре поговаривали, что такие глаза у Ди были в момент, когда тот пришёл забирать велосипед у хулигана.
- Поняла!? – Ди обернулся к застывшей в недоумении Кате.
- А чего…, а чего…, а чего это ты раскомандовался?! – вспылила она. – Я вообще-то старше тебя! Ты малец ещё передо мной! Да я уже с парнями целовалась, когда ты в памперсы берестяные гадил!
Сергей покрутил пальцем у виска, смотря через лобовое стекло на нервничающую девушку. Ди ничего не ответил, сел в машину, которая тут же умчалась.
Когда они остановились у клуба, чтобы снять с багажника велосипед, Ди сказал:
- Перешлёшь снимки в прокуратуру на имя прокурора, адрес найдёшь в этом…, - Ди задумался, вспоминая название. – В тырнете.
- В интернете? – решил уточнить Сергей.
- Ага. Напишешь в письме, что от меня, там всё поймут.
- Сделаю. Может тебя до дома подкинуть?
- Ну, нафиг. Сам. Так привычней.
- Хозяин-барин.
Они пожали руки и Ди, сев на велосипед помчался домой. Примерно на полпути он заметил едущий за ним экстремально заляпанный грязью «УАЗ Патриот» темно-зелёного цвета. Ди обернулся, пытаясь рассмотреть водителя, но наглухо затонированные стёкла мешали этому. Номер также не удалось рассмотреть, его скрывал толстый слой грязи. Нехорошее предчувствие кольнуло сердце мальчика.
Он резко свернул с дороги в лес, отъехав подальше, положил велосипед на землю, а сам нырнул в стоявший коричневым валом папоротник. Внедорожник остановился, находящийся внутри человек явно высматривал мальчика. Постояв так с минуту, машина резко стартанув скрылась из виду.
Ди вернулся к велосипеду, поднял его и, не выходя на дорогу, отправился домой через лес.
***
- Мне сказали, что ты следопыт, - произнёс Никас, когда официант принёс первое блюдо.
- Кто? – спросила Лия, принявшись за горячий суп.
- Потом познакомлю.
- Что нам за это будет? – поинтересовалась девушка, поглощая вкусное варево.
- За туалет? Ничего.
Никас произнёс это так, будто речь шла о мусоре, упавшем мимо урны.
- Ты та, кого я искал, - продолжал он. – Укокошить двух недоносков дорогого стоит.
- Знала, что придёшь, - сказала Лия. – Видела это.
Никас зачерпнул ложку супа, но, не донеся до рта замер, услышав подобные слова.
«Она зрит будущее, - прошептала сидящая в Никасе сущность. – Но плохо понимает как».
«Что она за следопыт такой»? – мысленно спросил Никас.
«Она из разновидностей древнейших паразитов,- пояснила сущность. – Втирается в доверие к какому-нибудь племени и, используя возможность видеть вперёд, подминает под себя вождя. С его помощью пользует людей как рабов, до тех пор, пока племя не вымрет полностью, но сейчас она ещё не осознает своей роли в жизни, поэтому для нас сия девушка ценный следопыт».
- Ты видишь будущее? – спросил Никас.
- Это некое предчувствие и то до определённого момента, - ответила Лия, откусывая кусок хлеба. – Твой таинственный друг рассказал?
- Действительно следопыт, - улыбнулся Никас. – Он не совсем друг, он и есть я. Мы охотники.
- Ты одержим?
Никас замолчал, такое определение ему явно не нравилось.
- Это симбиоз, - нашёлся он. – Взаимовыгодное сотрудничество.
- Аааа. Теперь это так называется.
Никас продолжил молча поглощать остывающий суп. Когда официант поставил на стол салаты и второе, он произнёс:
- Хочу тебе кое-что предложить, но раз ты видишь наперёд, то можешь сразу дать ответ.
- Я согласна, тем более у тебя надёжные тылы в виде приятеля и папашки, - Лия взглянула на крайне удивлённого Никаса.
- Согласна охотится со мной? – всё же спросил он.
- Конечно. Без меня вас рано или поздно поднимут на вилы.
- Ну что ж, тогда отметим наш союз, - Никас махнул рукой официанту. – Вина будьте любезны. Самого хорошего, - он посмотрел Лие в глаза. – Начнём.
***
Ди вернулся домой затемно. Поставил велосипед в сарай, пошёл к двери. Неожиданно она распахнулась, на пороге стоял Степан и дядя Пров, подкидывающий в руке увесисты чекан.
- Я не видел тебя на дороге, - сказал Степан. – Что-то случилось?
- Тут часом Патриот не крутился? - спросил Ди, протянув руку к чекану.
- Вроде проезжал зелёный, - произнёс Пров, передавая оружие мальчику. – Весь в грязи, как придорожная шмара.
- Пров! – донёсся из дома возмущённый крик Маши. – Прекрати нести чушь!
Ди взвесил в руке чекан, махнул несколько раз, отдал обратно.
- Ладная вещь, - похвалил он изделие, чем вызвал улыбку у Прова.
Все вошли внутрь, где Маша накрывала стол к ужину.
- Что за Патриот? – спросил Степан.
- Не знаю, - ответил мальчик, - но недалеко от остановки, где парня с девкой нашли, мы видели какой-то внедорожник. Может и этот.
- Сейчас менты все тачки шмаляют, - Пров положил чекан на комод. – Если это он, то остановили бы.
- А если нет?
- Он что невидимка?
- Про морок кто-нибудь слышал? – вмешалась Маша, резавшая хлеб.
- Да, брось мать, - отмахнулся Степан. – Сказки это.
- Никакие не сказки, - Маша отложила нож. – У меня бабка умела. Зайдёт было на поле во время уборки моркови и мешок из-под носа у председателя заберёт, а он ни ухом, ни рылом.
Пров закатился смехом. Наконец все уселись за стол, но Ди не торопился утолять голод.
- Не буду объяснять, как это узнал, - начал Ди. – Если коротко, то унюхал. Короче Катя под угрозой, впрочем, как и многие другие. Но у неё больше шансов попасть на кладбище. Дядя Пров, как у тебя со свободным временем?
- Сколько угодно. Считай во внеочередном отпуске до зимы. Хочешь, чтоб за ней последил?
- Поживёшь у неё, хотя она ещё не в курсе. Па не сможет, ему работать надо. Тем более ты человек пороху нюхавший.
- А ты, сынок, чем займёшься? – спросил Степан.
- Выслежу тварь. Как пойму кто он, вместе навалимся.
- Чую наделаете вы делов, - вздохнула Маша. – Ещё ты Пров с этой железякой.
- Начнём, - согласился Степан.
На следующий день Ди явился к Кате с вооружённым до зубов дядей Провом. Её родители долго не могли понять, что надо «партизанам», но Ди всё же умудрился объяснить им всю необходимость присутствие мужика с вертикалкой и набором холодного оружия в доме.
Главным условием хозяев была ночёвка Прова в кладовке и питание за собственный счет, но на деле отец Кати практически сразу обмыл с гостем «предстоящую операцию». В общем, в результате, всё всех устроило, тем более что в такое смутное время лишний ствол в доме не помешает. Катя только фыркала, хотя было видно, что такое внимание со стороны Ди ей приятно.
Получивший фотографии прокурор попытался организовать охрану возможных жертв, однако ничего толкового не вышло, двух из них нашли мёртвыми в собственных квартирах. И снова никто, ничего не видел.
По пути в ближайший, к «местам охоты», город, машину Трояна в очередной раз остановили для проверки. Многочисленные посты ГБДД усиленные автоматчиками из военных частей перекрывали даже просёлочные дороги, и ни один автомобиль не мог проскользнуть мимо. К сожалению, «погоны» действительно так думали.
Задание, полученное от отца Никаса, было предельно простое: заткнуть рот местной независимой газетёнке с интернет изданием и постараться вернуть драгоценного сына домой.
Приехав в город, Троян первым делом отправился в самый дорогой отель в самый дорогой номер, он отлично знал, где искать высокопоставленного отпрыска. Дверь открыла одетая в банный халат крепкая девка, вытиравшая полотенцем влажные волосы. Обычно Никас предпочитал моделей, но эта скорее напоминала дочь кузнеца. Однако Трояна сие не удивило, он вообще давно перестал удивляться странностям чокнутой семейки.
Мужчина представился, спросил Никаса, но Лия не успела крикнуть хозяина номера, тот, услышав знакомый голос, позвал Трояна внутрь.
- Отец не может связаться с вами, - довёл до него Троян, усевшись в мягкое кожаное кресло напротив Никаса. – Опять сменил номер?
- Что ему надо? – спросил сынок.
- Просит вернуться домой.
- Там нечего делать. Разве что протирать пятую точку в министерском гадюшнике.
Троян достал телефон, набрал номер начальника, произнёс в трубку:
- Я нашёл его. Сейчас передам, - протянул трубку Никасу.
- Да, папа, - сказал Никас.
- Когда вернёшься? – спросил тот.
- Я занят папа, очень занят.
- Чем!? – сорвался на крик отец. – Чем, мать твою, ты занят!?
- Очень важным делом способным поменять мироустройство. Это мой выбор.
- Мироустройство так не меняют, сынок. Какой на хрен выбор? Кто тебе сказал эту чушь? Ты доиграешься!
- Тот, кто во мне неуязвим, невидим, - сказал Никас. – Я выбираю.
- Это бред. Прошу тебя прекрати, - произнёс отец. – Когда-нибудь не смогу помочь. Это полный пиз….
- Мы не нуждаемся в помощи, - прервал сын.
- По-моему, - вступила в беседу, готовившая на кухне кофе Лия, - нас кто-то слушает…. Он сидит где-то рядом с лесом….
- Потом пообщаемся, - Никас сбросил вызов. – Кто нас слушал? – спросил он у вошедшей с подносом кофе и рогаликов девушки.
- Какой-то странный мальчик.
- Ты запомнила место?
- Приблизительно. Тут все места выглядят одинаково.
Ничего не понимающий Троян взял чашку кофе.
- Он может быть опасен? – спросил он.
- Без понятия, - села на диван Лия, тоже взяв чашку.
- Отец просил присмотреть за тобой, ведь колхозному мужлану не объяснишь, чей ты сын. Если поймает на месте деяний, убьёт.
- Если, - равнодушно ответил Никас. – Помимо всего прочего, что ещё поручено Троян?
- Заткнуть «фонтан» местной газетёнке.
- Вот и занимайтесь, а мы, между делом, поищем мальчика. Хорошо любимая?
Лия обворожительно улыбнулась. Ей давно пришлось по нраву занятие Никаса. Именно его она искала, именно такую, паразитическую жизнь желала вести. Практически с самых первых убийств она стала получать странное удовольствие от мучений жертв, от созерцания насилия творимого Никасом над девушками. Он говорил, что чем больше мук, тем больше пищи для поселившейся в нём сущности и тем сильнее они. И действительно с некоторых пор Лия стала чувствовать нескончаемую силу. Особенно мощную волну она ощутила совсем недавно, в момент убийства девушки, позже засыпанной лапником в лесу. Их никто не видел и не слышал, хотя убивали её в райцентре возле кафе.
Вторую волну, схожую с оргазмом, поймала, когда растерзали влюблённую парочку за клубом, под носом у целой толпы. И опять их никто не видел, сущность исправно гасила свет, вырубала камеры слежения, отводила глаза. Однако в этот раз её чувство аромата жертвы и предвидения, дали странные результат, который так же уловила демоническая часть Никаса. В клубе находился кто-то практически неощутимый, и он был опасен. Складывалось впечатление, что некто охраняется целым отделением первобытных духов, которые блокировали любую информацию о нём и его будущем.
Третий раз оргазм настиг на остановке, где они снова почувствовали еле уловимое присутствие сильного противника теперь делавшего попытки пойти по их следу, но пока серьёзной опасности он не представлял.
Потом было изнасилование и убийство в лесополосе, два трупа в квартирах, однако они были не столь впечатляющим по ощущениям, как и убийство семьи в частном доме. А вот недавно обнаруженная девушка с сильнейшим ароматом древней основы обещала диковинное наслаждение своей смертью и мегатонны энергии. Насиловать, мучить и рвать её решили прямо у неё дома. И родители вовсе не помеха для одержимого монстра и уникально сильной девушки провидца-следопыта.
Однако охоту немного омрачал странный мальчик, чьё присутствие она почувствовала в момент разговора Никаса с отцом. Это был не простой любопытный подросток балующийся рацией, нет, это был наделённой непонятной силой охотник, который мог бы составить конкуренцию Никасу с его внутренним «другом». В другой раз, предугадав его поездку на велосипеде они решили избавиться от возможной угрозы, но тот, нырнув в лес, растворился в нём скрываемый чём-то ещё более непонятным для Лии, чем его сила. Они упустили мальчика, но сильно не расстроились, достанут в другой раз.
***
Троян за полночь возвращался с тяжёлого разговора с директором газеты, жившим на окраине райцентра. Глупец никак не желал прекратить писать о возможной причастности к преступлениям кого-то из элиты, купившей на корню правоохранительные органы, которые, как ни странно, тут были не при делах. На эту версию его толкнула неуловимость убийцы. И всё же звонок от отца Никаса помог заткнуть пасть несговорчивому кретину, уверовавшему в справедливость.
Троян ехал в город через райцентр. Проезжая мимо череды трёх этажных домиков, он заметил заляпанный грязью Патриот Никаса, который тот специально приобрёл для охоты. Он припарковался недалеко от внедорожника, осмотрел местность. Вокруг стояла гробовая тишина, скорее всего Никас с Лией уже делали кровавую вылазку.
«Недоносок, - мысленно выругался Троян, - опять за своё. Сколько можно? Надо бы уговорить хотя бы сегодня этого не делать».
Троян обратил внимание, что в подъезде одного из домов замерцал и погас свет. Та вот где они. Троян вышел из автомобиля, осторожно направившись на предстоящее место охоты сладкой парочки, не заметив стоявшего в угольно-черной тени деревьев, мальчика с закреплённым за спиной набором дротиков в ременной перевязи. Рядом с ним нервно поглаживал «Сайгу» прислонившийся к дереву Степан, вернувшийся с обхода владений.
Никас с Лией неспеша поднимались по ступеням, когда она произнесла:
- Троян приехал.
В подтверждение её слов распахнулась подъездная дверь. Они остановились, подождав пока тот поднимется.
- Настоятельно прошу прекратить, - сказал Троян, подойдя к Никасу.
- Охота в самом разгаре, - пояснил Никас.
- Вас ловит всё мужское население вместе с прибывшим усилением УВД.
- У них ничего не выйдет, - отмахнулся Никас.
Они продолжили подъём, Троян последовал за ними.
- Отец просил присмотреть за тобой, - произнёс он в спину Никасу.
- Я большой мальчик, Троян.
Внезапно Лия остановилась, прислушиваясь к своим чувствам.
- Там засада, - прошептала она, – Бывалый мужик с ружьём.
- Нам важна эта самочка, - отверг её настороженность Никас. – Задача истребить основу, чтобы открыть путь таким же, как мы и таким, что во мне. Воцарение нас, вот что в приоритете.
- Что за белиберду ты несёшь Никас? - возмутился Троян. – Тебе нужен врач.
- Экзорцист скорее, - зло улыбнулся тот.
Они с Лией подошли к толстой деревянной двери, прислушались к доносящимся из квартиры звукам.
Пров с отцом Кати сидели на кухне, уговаривая вторую бутылку горькой. Старый вояка бренчал на расстроенной хозяйской гитаре, бубня песню, отец Кати тихо подпевал. Катя сидела рядом, поедая малосольные огурцы с варёной картошкой.
- «А сколько ииииих, не сделав в жизни первый шаг, домой пришлиииии в солдатских цинковых гробааааах», - тянул Пров.
На кухню зашла недовольная мать Кати, со словами:
- Может, хватит уже? У меня сейчас инфаркт будет. Я ещё с вашим Ди разберусь за этот притон.
- Где притон? – пьяно нахмурился отец, под смех дочери.
- Вы такая симпатичная женщина, - произнёс Пров, отложив гитару. – Главное для женщины никогда не фотографироваться на фоне цветов, это по старушачьи. Никогда не делайте подобного и будете всегда прекрасны.
Мать хотела что-то возразить, но в этот момент раздался звонок в дверь. Трынь - трынь. Семейство застыло в напряжении, Пров взглянул на настенные часы, стрелки указывали на без пятнадцати одиннадцать.
- Кого-нибудь ждёте? – спросил он, потянувшись к прислонённому к батарее ружью.
- Может соседи? - предположила мать, направившись открывать.
Мгновенно протрезвевший Пров опередил её со словами:
- Я сам, вы все укройтесь в комнате…. Уважаемый, - он почтительно, протянул отцу Кати вынутый из-за пояса ПМ со сточенными номерами. – Надеюсь, ещё помните?
- Войска сложно забыть, - насупил брови тот и, взяв оружие, спрятался с семьёй в комнате, закрыв дверь.
В квартире замерцал свет. Не обращая на это внимание, Пров подошёл к двери прислонив к той дуло оружия заряженного патронами на медведя.
- Хто тамА? - подражая старику спросил Пров.
За дверью послышался сдавленный смешок. Лия отодвинула Никаса в сторону от предполагаемого места выстрела. Пров взглянул в глазок, но в кромешной темноте ничего, кроме блеснувших в свете далёкого уличного фонаря глаз не увидел.
- Хто енто? – продолжал Пров, вполне понимая кто пришёл.
- Суседи, - подхватил Никас, так же имитируя прокуренного старика, – Сахарком не разживёмся, епта?
- Нет, - ответил Пров, меняя местоположение ружья, - а вот свинцом запросто.
Он нажал на оба спусковых крючка, ожидая пушечного грохота и арбузообразной дыры в двери, но произошло неожиданное, новое ружьё, на котором ещё муха не еб**сь, дало осечку на оба ствола. Пров не успел удивиться, мощнейший удар ноги унёс его через весь коридор на кухню вместе со входной дверью, припечатав к плите. Ружьё осталось в коридоре.
Освещаемые нервно дрожащим светом в квартиру вошёл хорошо одетый парень с симпатичной девушкой. Позади них, на лестничной площадке, психовал мужчина. Девушка достала из-за пазухи куртки полуметровый обрезок лома с приваренным к нему увесистым подшипником. Эту вещь она сделала сама перед приездом в райцентр. Лию вдохновил на это Никас, легко проламывавший черепа жертв кулаком.
Пров со звериным рыком отшвырнул дверь, разбившую ему в кровь лицо. Поднялся на ноги, опираясь о помятую плиту, одновременно вынимая из-за пояса верный чекан. Лия с диким визгом бросилась на посмевшего сопротивляться мужика. Пров нанёс сокрушающий кости удар в голову психованной девке, но та парировала его железной дубиной, да с такой силой что от скрестившихся рукояток полетели искры, а у Прова практически отсохла кисть. Коридор наполнил звон безумной схватки, на которую Никас даже не обратил внимания, он искал Катю.
От удара коленом слетела с петель дверь в комнату, где пряталась семья. Отец Кати храбро выступил вперёд, быстро нажимая на спусковой крючок ПМа, но вместо выстрелов раздались всё те же сухие щелчки осечек. Заговорённый парень улыбнулся, разглядывая закрываемую матерью Катю. Короткий удар ногой и отец лежит без сознания на переломившимся под ним диване.
Дух, отвечающий за орлиное зрение, указал Ди направление броска дротика. Тот вынул его из перевязи и под вопрос Степана «херли ждём?» метнул в окно подъезда. Дротик, свистя оперением, описал дугу, пробив дыру в оконном стекле, влетел внутрь. Затем они со Степаном бросились на помощь Прову.
Троян психовал на лестничной площадке, не зная, что делать. То порывался сбежать, то хотел остановить Никаса с его бешенной су***й. Наконец он решил покинуть место расправы, сделав шаг к лестнице, и вовремя. Стекло звякнуло, через образовавшуюся дыру, словно молния влетел дротик, распоров Трояну воротник на куртке и, гулко вонзившись в кафель на полу до середины наконечника. Это привело Трояна в неописуемый ужас, он бросился к выходу, но услышав быстрые шаги снизу, повернул к незапертому чердаку.
Ди со Степаном явились вовремя, ещё бы немного и отмороженная парочка расправилась с семьёй, не смотря на потуги Прова.
Лия на мгновение отвлеклась на показавшихся в дверях людей, этого хватило Прову, чтобы резко присев взвалит её на плечи, швырнув борцовской мельницей на зеркальное трюмо. Девушка рухнула на пол, разнеся мебель на куски. Пров тут же саданул чеканом по вошедшему в комнату Никасу, но тот внезапно легко блокировал чекан предплечьем. По идее рука должна была минимум сломаться по полам повиснув на мясе, однако оружие будто попало по рельсе, что подтвердил соответствующий звон. Пушечным ударом кулаком по рёбрам Никас отправил Прова в полёт обратно на кухню, сломав тому пару рёбер. Сын крупного начальника бросился к лежащей на полу Лие, следопыта надо было спасать любой ценой.
Как только он показался в коридоре, Степан нажал на спусковой крючок «Сайги», почему-то отозвавшейся неожиданной осечкой. Он мгновенно передёрнул затвор, послав пулю звенеть по кафелю подъезда, но и второй выстрел не прозвучал, опять осечка. Тогда Ди метнул в убийцу два дротика обеими руками, от которых Никас легко уклонился.
«Уходим, - прошипела находящаяся внутри Никаса сущность, - парень может помешать, с ним враждебные духи».
«Разве ты не можешь их уничтожить»? – удивился Никас.
«Это займет время, их семь. Пока мы будем бороться, люди могут убить следопыта».
Никас подхватил Лию на руки, разбежался, снеся ногой раму выпрыгнув в окно. Он спокойно, будто сошёл с бордюра, приземлился на асфальт, бросившись к Патриоту, а чуть в стороне к своей машине бежал Троян, выбравшись из дома по чердаку через соседний подъезд.
- Уходят! – заорал Степан, метнувшись на улицу, когда там взревели моторы.
Подобрав дротики, за ним поспешил Ди. Выбежав во двор, Степан прицелился, спустив курок карабина, на этот раз раздался выстрел, разбивший в машине Трояна заднее стекло. Степан выстрелил ещё несколько раз по удаляющимся автомобилям, так и не поразив жертву. Раздосадованный лесник заорал матом на всю улицу, а Ди спокойно наблюдал за бегущими к ним со всех сторон местными мужиками из патрулей, солдатами и полицейскими. Коротко объяснив им причину стрельбы, Степан с Ди ринулись к припаркованной в соседнем дворе «Ниве», а полиция объявила «План перехват».
Автомобили Никаса и Трояна неслись по ночному шоссе на максимальных скоростях. Троян взял сотовый, позвонив Никасу.
- Сверните где-нибудь, - сказал он в трубку, - я отвлеку их. Уведу подальше, а там махну «корочкой», сразу притухнут.
- Хорошо, - согласился Никас, - смотри батю не подставь.
- Будь спок.
Патриот тут же свернул с шоссе на небольшое поле, пропахав по нему, углубился в лес, а Троян продолжил бешеную поездку. Примерно через пять минут его уже нагоняли два патруля ППС требовавшие остановиться, но тот лишь вихлял по дороге, мешая им пойти на обгон. ППСники пригрозил открыть автоматный огонь, на что Троян ответил продолжительным гудком.
Впереди, с прилегающей дороги выскочили ещё две полицейские машины, встав поперёк шоссе. Позади Трояна послышались автоматные очереди задолбавшихся орать в громкоговоритель ППСников. Пули застучали по багажнику, разнесли спинку кресел заднего ряда, но Троян был уверен, что его не убьют, а лишь попугают, зато потом с помощью отца Никаса он отправит всю эту братию вылизывать парашу на зоне.
Преградивший дорогу патруль недолго думая открыл шквальный огонь из четырёх «Калашниковых» превратив автомобиль в дуршлаг с нашпигованным свинцом куском человечины, бывшей секунду назад особым помощником «небожителя». Машина Трояна ушла в сторону, съехав в кювет и перевернувшись на крышу. Чуть позже на месте происшествия уже толпилась добрая половина райцентра.
- Граждане не мешайте, пожалуйста! – кричал только что прибывший следователь. – Идите на хер по домам ради бога!
- Молодцы! Завалили скота! – доносилось из толпы. – Так его гниду!
Ди со Степаном пробрались через толпу, встав недалеко от следователя.
- А где вторая машина? – спросил Степан.
- Какая вторая? – удивился следователь. – Патрульные видели только эту.
- Патриот где? – вмешался Ди.
- Ты про что парень? – к нему подошёл ППСник участвовавший в погоне.
- Это не маньяк, - шепнул Ди на ухо следователю. – Это его дружбан.
У того отхлынуло с лица, а через час Степан, Ди и основательно перебинтованный Пров, сидели перед ним в кабинете.
- Что вы там делали? – следователь обвёл троицу тяжёлым взглядом.
- Ничего, - сказал Пров, поморщившись от боли в рёбрах.
- Отец семейства, в квартире которых вы устроили разгром, помалкивает, его дочь тоже, - нахмурился следователь, став похожим на бобра, чем вызвал у всех невольную улыбку. – Зато хозяйка оказалась более разговорчива. Это была засада на маньяка, точнее на целую банду головорезов. Верно? Не знаю, как вы их выследили, но стрельба в населённых пунктах вроде как запрещена. Или я не прав?
Присутствующие продолжали дружно молчать.
- Хозяйка так же поведала подробности драки, в результате чего я пришёл к выводу, что она находится в глубоком шоке. Но самое интересное, что никто не запомнил лиц нападавших, номеров и марок машин. Как так?
- Морок, - пожал плечами Пров.
Следователь хотел было что-то ответить, но неожиданно в кабинет, поздоровавшись, вошёл встревоженный прокурор. Следователь быстро встал с места, приветствуя высокопоставленного гостя, тот рукой показал, мол, садись. Следователь сел обратно, прокурор нервно заходил из угла в угол.
- Всё услышанное сейчас касается всех и должно остаться строго между нами. Дела очень плохие, - начал прокурор, - точнее полное дерьмо. Убитого в машине опознали, это некий Троян, помощник по особым делам одной очень шишастой шишки с которой лучше не связываться. От шефа редакции местной газеты мы узнали что Троян, угрожая связями, запретил распространение материала об убийствах маньяка. Тут же после гибели Трояна эта самая шишка начала серьёзно давить на прокуратуру с целью спуска дела на тормозах. Напрашивается вопрос: кого покрывают? Я могу предположить только одно, сына шишки, любителя путешествий. Навёл уже справки по его весьма интересной личности.
- И чё делать? – поник следователь.
- Придётся на время приостановить дело, отозвать половину нарядов, иначе его у нас заберут, а маньяка так и не поймают, всем понятно почему.
- У него тут интерес, - произнёс помрачневший Ди. – Он не уйдёт, будет убивать дальше, пока не выполнит миссию.
- Эту гниду нельзя отпускать, - сказал Степан, – даже если связи делают его неприкасаемым.
- Там похоже не только связи прикрывают, - Пров погладил рёбра, - а ещё аЦкий сатана.
- Связи, деньги, положение, блат, месть родственников за подонка, - грустно сказал Ди. - В лесу всё решается здесь и сейчас. Выследил, схватил, убил, съел. Честная победа. Никто не будет искать, мстить, привлекать к чему-то там уголовному. Лес – честный.
- Вот что хочу предложить, - остановился прокурор. – Вы же с Ди как-то нашли его, значит, и во второй раз найдете, тем более что он, по вашим словам, отсюда не уйдёт. Я и товарищ следователь окажем любую посильную помощь, финансы, оружие, прикрытие, только найдите упыря, кем бы он ни был.
- Лес он такой, - согласился следователь, - зашёл и поминай, как звали.
- Ну что? - прокурор посмотрел на лесника и его компанию.
- «Нива» у меня старая, - сказал Степан, - еле ползает.
- Инфляция нынче, гражданин начальник, слыхал, какая? Ни на что грошей не хватает, - сощурил глаз Пров.
- А я ещё не придумал, - произнёс Ди.
- Это значит, да? – не понял следователь.
- Да, - кивнул Степан, посмотрев на Прова с Ди.
***
Обнажённая Лия лежала на полу номера отеля, перед массивным зеркалом, смотря на отражение в котором Никас пыхтел над ней, толкая сильными поступательными движениями. Она внимательно присматривалась к зеркальной сцене, ожидая потустороннего таинства. И вот оно свершилось. За покрытым каплями пота Никасом кто-то еле заметно шевельнулся. Потом движения стали становиться отчётливей и отчётливей, пока она не увидела сущность.
Постепенно отражение Никаса отошло на второй план, мгновение и в зазеркалье на ней дёргается жуткая тварь. Но её вид не напугал девушку, наоборот возбудил, она громко застонала. Парень воспринял это на свой счёт. Закончив, Никас отвалился в сторону, как сытая пиявка, сущность в зеркале тут же исчезла. Лия положила Никасу голову на взмокший живот.
- Ты тоже не чувствуешь того мальчика? - вдруг спросила она.
- Чувствую, но как-то размыто, - отдышавшись, ответил Никас. – Будто смотрю через матовое стекло. В нём семь молодых духов.
- Выходит, он тоже одержим?
- Не совсем. Это скорее дружба.
- Он как-то выследил нас, засада его рук дело, - вздохнула Лия.
- Мы знаем, где он живет, - нашёлся Никас, - подкараулим и убьём, два мужика с ружьями не помеха…. И что-то Троян молчит, - забеспокоился он. – Не знаешь почему?
- Троян мёртв, - сказала Лия, - расстреляли в машине при задержании. Видела это ясно. Мальчик тоже был там.
- Вот блин…. Подождём, когда местные немного успокоятся, тогда нападём, - решил Никас, снова залезая на Лию охотно принявшего его в себя.
Когда Степану, Прову и Ди вернули оружие, они не сразу поехали домой, а направились обратно к Кате, где их встретил усиленный наряд ОМОНа, приставленный по указанию прокурора. Только убедившись, что с ней всё в порядке, троица попылила до дому.
Ехали молча, слушали рэп-бормотуху по радио, остальные каналы почему-то шипели белым шумом. Когда «Нива» въехала в лес, радио вообще перестало работать, а через пару километров машина встала, как вкопанная погасив фары.
- Не понял, - удивился Степан. – Аккумулятор новый.
- Может на массу пробило? Или ещё что, рухлядь же, – предположил Пров.
Степан многозначительно поднял палец вверх, собираясь произнести что-то технически важное, но вдруг застыл, словно кто-то нажал на стоп-кадр, Пров так же замер. Над машиной захлопали меховые крылья и, прямо перед автомобилем опустился Хтон в облике летающего человека. Ди вылез из машины, поздоровавшись с неродным отцом.
«Вам их больше не выследить и тем более не убить. Никому не убить», - зашелестели кроны, осыпав дорогу листвой.
- Их кто-то охраняет? – спросил Ди.
«Она предвидит будущее, он одержим древней сущностью, с которой твоим духам не справиться», - заскрипели сосны.
- Почему не справится?
«Есть правило: чем старше сущность, тем сильнее. Твои ещё зелёные по всем меркам», - колыхнулись заросли.
- Они же перебьют всех за кем пришли.
«Ну и что», - равнодушно пропел ветер.
- Это не правильно, не честно. Это не охота, а истребление.
«Однако есть вариант», - зашуршали пожелтевшие травы. – «Ты отпускаешь духов на вольные хлеба и снова становишься прежним мальчиком, а я сделаю так, что убийцы не смогут прятаться. Таково моё условие».
- Я подумаю, - сказал Ди.
«Ответ нужен сейчас, иначе в другой раз они доберутся до твоей самки».
- Это не моя самка, - смутился Ди.
Он вспомнил, как маньяки напали на квартиру Кати и, каких трудов стоило их просто выгнать, даже не причинив вреда.
- Хорошо, - согласился мальчик, - отпущу духов, но не ради самки.
Хтон кивнул, взмахнул крыльями, скрывшись в чернильно-черном небе. «Нива» тут же завелась, сверкнув дальним светом. Из кабины высунулся Степан.
- Когда ты выйти то успел? – ничего не понимая спросил он.
- Только что, - ответил Ди, садясь обратно в машину.
Глубокой ночью, когда все крепко спали, Ди выбрался из дома, зашёл в сарай, сел в уголке на перевёрнутое вверх дном ведро.
- Вот он я, - сказал мальчик.
Передним стали материализовываться семь уродливых, слабосветящихся фигур, озадаченных немым вопросом.
- Думаете, зачем позвал? – спросил их Ди.
Фигуры молча смотрели на мальчика.
- Вы свободны.
Фигуры качнулись, как бы недоумевая.
- Живите вольно, как птицы.
Фигуры продолжали стоять покачиваясь.
- Я приказываю! - топнул ногой Ди. – Живите сами!
Фигуры опустили головы, развернулись, тяжело вздохнув, ступили во тьму, в ней же растворившись. Ди вышел из сарая, напряг глаза, стараясь рассмотреть шуршащих на опушке леса грызунов, но увидел лишь колыхание травы. Зрение вернулось в изначальный вид.
- Я выполнил свою часть уговора, - шёпотом произнёс Ди в сторону леса.
Что-то огромное стоящее за деревьями сверкнуло блюдцами красных глаз и, словно ковыль, раздвигая когтистыми руками, стволы вековых сосен, углубилось в чащу.
Никас и Лия спали в обнимку на кровати после бурно проведённого времени на полу. Но отражение в зеркале было иное, помимо них там находилось сидящее на корточках жуткое существо. Оно наблюдало за спящими, изредка перемещаясь то вправо, то влево.
Вдруг оно встрепенулось, посмотрев в сторону окна. В зазеркалье что-то изменилось. Существо поднялось, пошло к окну, но взглянуть на источник изменений не смогло. На карниз приземлился мохнатый человек рассекавший воздух тяжёлыми крыльями. Он толкнул рукой незапертую раму, влез внутрь номера, мельком взглянув на спящих по другую сторону зеркала.
- Хтон? – удивилось отшатнувшееся назад существо. – Что тебе надо?
- Ах, это ты Блох, - сложив крылья, произнёс Хтон. – А я думаю, кто это тут у нас такой кровожадный.
- Надо что? – вновь спросило существо.
- Хочу, чтобы всё было честно. Мальчик отпустил духов, теперь и ты уходи.
- Честно?! – возмутился Блох. – Помогать дикарю честно?!
- Я протягивал руку помощи усыновленному дитя исключительно в смертельных для него обстоятельствах. А что делаешь ты? Помогаешь убивать ради призрачной цели заселения мира себе подобными? Думаешь, истребив потомков самых древних и живучих людей, руками двух идиотов, сможешь расплодиться по всей Земле?
- Убирайся в свой лес, - огрызнулся Блох. – Не твоего ума дело, что я думаю.
Хтон, царапая пол когтями, медленно двинулся на Блоха.
- Ты понимаешь, кого сейчас послал? – разозлился Хтон. – Я старше тебя на триллион лет. Я видел, как рождалась Земля, я обжигал ноги в потоках её расплавленных пород. Ты ещё под котёл со смолой пешком ходил, когда я оберегал первые леса от всяких космических недоносков.
- Что-то ты сейчас несильно их оберегаешь от людей, - оскалился Блох, выпуская из пальцев острые когти, покрепче любой стали.
- Да, я позволяю им многое, но это позволение сродни разрешению смертельно больному есть всё, что угодно. Они исчезнут с лица Земли без следа, так же, как сотни цивилизаций до них, а планета вновь расцветёт буйством красок. Но ты Блох не должен им мешать, - Хтон раскинул крылья, на суставах которых появились изогнутые, словно крюки, зубы.
- Я бессмертен, - сказал Блох. – Меня нельзя убить.
- Человеку нельзя, - уточнил Хтон. - Убирайся! Требую честную охоту!
- Пошёл ты!
Хтон с резкостью молнии ударил Блоха крыльями с обеих сторон, да так, что тот даже не успел закрыться руками. Оглушённое существо попятилось назад. Хтон нанёс удар ногой в живот противника, распоров его когтями, вывалив чёрные внутренности на пол.
Блох попытался полоснуть нападавшего когтями, но сокрушительный удар кулака в голову раздробил тому скулу. Он упал, разнеся в щепки стол. К нему подскочил Хтон, наступил ногой на распоротый живот, погрузив в него ступню по щиколотку.
- Ты будешь подыхать сотни лет, - прорычал Хтон, вырывая Блоху грудную клетку вместе с лёгкими.
Хтон посмотрел на Блоха, слабо шевелящего конечностями и резким движением когтистого пальца разрезал его сердце пополам, выпустив наружу «океан» черно-красной крови. Блох захрипел, плюясь красной пеной, засеменил ногами.
Хтон отбросил ребра с лёгкими, взглянул на спящую парочку по ту сторону зеркала, подошёл к нему, просунул руку сквозь затрепетавшую стеклянную грань, коснувшись когтистым пальцем макушки Лии, слегка пробив кожу, на которой выступила капелька крови. Девушка вздрогнула, но не проснулась. Закончив манипуляцию, приблизился к стенающему от боли Блоху.
- Так-то честнее. Хозяину привет, - прошептал ему на ухо Хтон и, взмахнув крыльями, вылетел в окно, оставив противника ждать смерти в зазеркалье.
Блох лежал в луже крови, уставившись в потолок, когда входная дверь номера тихо открылась. По полу застучали копыта, кто-то шёл в направлении поверженного демона. С большим трудом Блох повернул голову на звук шагов.
- Хозяин, - еле выдавил он. – Помоги хозяин.
Копытный встал напротив Блоха.
- Хочешь поссорить меня с Хтоном? – спросил хозяин. – А ведь это может случиться, если благодаря тебе погибнет его приёмный сын. Погибнет не в схватке или на охоте, не от зубов хищника или пули человека, а от руки чокнутого от вседозволенности выпердыша, направляемого недалёким демоном. То есть по факту от твоей, а значит и от моей руки тоже! – разозлился копытный. - Мне не нужна такая война! Он старше нас всех вместе взятых! Ты хоть представляешь масштаб бойни?!
- Хозяин, - протянул к нему руку Блох.
Но хозяин не ответил на мольбы, а наклонился и коротким рывком оторвал Блоху голову, швырнув её в стену с такой силой, что та разлетелась, словно переспелый помидор, оставив на обоях кровавую кляксу. Блох закончил своё существование во всех мирах, хозяин же спокойно удалился, тихо прикрыв за собой входную дверь.
Ди спалось плохо, он то и дело ворочался с боку на бок. Ему снился странный сон, будто он бежал за давно почившей матерью по мелководной лесной речушке, веером распуская прозрачные брызги из-под ног. Ди никак не мог догнать её, отставал всё дальше и дальше, пока вовсе не потерял мать из виду.
- Мама! – позвал Ди. – Где ты мама?!
Вдруг вздрогнула земля, по воде пошла крупная рябь. Что-то огромное шагало через лес позади мальчика. Ди обернулся, тут же покрывшись испариной, на него шагало огромное, поросшее сухими ветвями существо. Даже самые высокие деревья едва доставали ему до колена. Существо остановилось, уставившись на Ди красными блюдцами глаз.
«Я выполнил условие», - гулко прокатился по небу гром, - «Охота будет относительно честной».
Одно из обличий Хтона улыбнулось, обнажив несколько рядов скало-образных зубов, от чего мальчик плюхнулся задом в речку.
Ди проснулся, за окном всё ещё стояла ночь. Он сел в кровати, пощупал под собой простынь, не намочил ли её случайно от такого кошмара. К счастью она была сухой, Ди облегчённо вздохнул. Придя в себя, вскочил на ноги, бросившись будить взрослых с криком: Пора на охоту! Они больше не невидимки! Условие выполнено! Ничего не понимающие взрослые лишь тёрли спросонок глаза.
Через пару часов Ди, Степан и Пров стояли в наполовину расформированном штабе откуда координировались все действия по поимке маньяков. Разрешение прокурора позволило им просмотреть все доступные камеры слежения в онлайн режиме. На той, что была установлена возле дорогой городской гостиницы, они увидели уже знакомый, покрытый грязью Патриот. Морок спал, и теперь ничто не мешало поймать убийц.
Из гостиницы вышли парень с девушкой, сели в машину, чуть позже внедорожник тронулся с места, направившись в сторону райцентра, хищники вползли на охоту. Не говоря никому из присутствующих полицейских ни слова, троица быстро удалилась к припаркованной у входа «Ниве».
***
Патриот нёсся по лесной дороге, разбрасывая опавшую листву. Никас сидел за рулём, Лия расположившись рядом, жала на кнопку поиска радиоканалов на магнитоле, как назло передавали только ненавидимые ею треки.
- Да что ж это за отстой такой галимый крутят по всем каналам? - возмущалась Лия, переключая волну.
- У меня с самого утра странное чувство, - сказал Никас. – будто чего-то не хватает.
- У меня тоже, - подтвердила Лия. – По-моему я перестала ощущать будущие события и ещё где-то поцарапала макушку до крови.
- Хм, - задумался Никас. – Очень плохо.
«Ты здесь»? - позвал он обитавшую в нём сущность, но никто не ответил. - «Где ты?»
Никас напряг руку в попытке согнуть руль, но у него ничего не вышло, одержимость покинула его. У Никаса на лбу выступил холодный пот.
- Надо на время залечь на дно, - произнёс он. – Похоже, кроме бати, мы теперь не сможем ни на кого надеяться.
- Существо исчезло? – спросила Лия.
Никас кивнул. Он собирался развернуть машину, чтобы поехать обратно к отелю, когда позади грянул ружейный дуплет. Правое заднее колесо превратилось в лохмы, но Никас удержал машину от переворачивания, мягко съехав в кювет. Быстро достал из бардачка так не любимый им подарок отца, хромированный «Бульдог». Вытолкнул Лию наружу, сам выскочил следом, сделав два выстрела в подъехавшую «Ниву», в ответ грохнула «Сайга» царапнув Никаса пулей по икре. Парочка бросилась в лес. Пров, орущий матом на весь лес, Степан и Ди в полном вооружении побежали за ними.
Парочка бежала гораздо быстрее Степана с Провом, только Ди мог легко догнать их, но он не торопился, не хотел терять из поля зрения еле поспевающих за ним мужиков.
- Ди, - тяжело дыша, сказал Степан, - они уйдут. Слишком быстро бегают. Догони, задержи до нашего прихода, но в бой не вступай.
Ди рысью метнулся вперед, быстро сокращая расстояние до хищной добычи. Никас обернулся, заметив приближающегося мальчика с торчащими из-за спины дротиками и гарпуном в руке. Он выстрелил, Ди легко ушёл за дерево, выглянув из-за него. Никас сделал ещё несколько выстрелов, закончив пальбу сухим щелчком, это закончились патроны. Он остановился, чтобы перезарядить барабан, но успел вставить только один патрон, первый дротик пригвоздил его бедро к находившемуся за спиной дереву, гарпун приколол к нему бок. Никас заорал, поднял, ставший ужасно тяжелый «Бульдог», прицелился в мальчика. Выстрел «Сайги» раздробил кисть, пистолет упал на покрытую ржавой хвоей землю.
Опешившая было от увиденного Лия, бросилась бежать, но дуплет из вертикалки Прова разворотил картечью спину. Девушка упала лицом вниз, хрипя, поползла вперёд, бороня землю ломающимися ногтями.
- Ты что делаешь!? – закричал на Прова Степан, схватив того за дуло ружья. – Их поймать надо было!
Пров вырвал ружьё у Степана подошёл к умирающей Лие, перевернул её ногой на спину.
- Поймать говоришь?! – огрызнулся Пров, доставая стреляные гильзы и перезаряжая ружьё, - Ты не догнал что это за изморось, Степан?! Их завтра же оправдают и отпустят на все четыре стороны, а того, кто их брал, посадят! Будут пиарить, как белых и пушистых, выставляя жертв черте знает кем, будут визжать что мол, достойная награды парочка избавила мир от сущих мразей! Всё с ног на голову поставят! Надо тебе это?! Вон гайцы, те, что шестёрку шишастую завалили, до сих пор, объяснительные строчат! Неизвестно чем кончится для них!
Пров сложил ружьё, взвел курки, приставил дула к груди девушки пальнув дуплетом. На месте сердца теперь красовалась дымящаяся дыра, Лия застыла, уставившись в небо.
- Вам пи***ц, - донеслось со стороны дерева к которому, словно муха, был приколот Никас. – Грёбанная чернь…. Вы и до зоны не доедите…. Ублюдки…. Ваши семьи вырежут завтра же…. А я буду загорать на Бали….
- Где? – спросил Ди.
- Слышал, слышал, - кивнул Пров, подходя к Никасу. – Сказочноебали. Остров такой….
- Пров! - разозлился Степан. – Может не надо?!
- Снимись с ручника Стёпа. Слышал, что эта падаль пробулькала? Мотай на ус. Идите с мальцом к машине, а я тут всё устаканю. Комар носа не подточит. Иди Степа, прошу тебя искренне! – повысил голос Пров. – Оставь мне эту сволочь элитную! Ихние папашки вчерашних школьников на убой гнали, да ноги об нас вытирают до сих пор! Оставь его мне!
Пров вырвал из тела воющего от боли Никаса дротик с гарпуном, отдал их Ди, после чего тот со смирившимся Степаном пошёл к машине. Когда они удалились, Пров обыскал Никаса, нашёл у него узкий нож, которым он время от времени потрошил жертв. Перевернул Никаса на живот, встал коленом на спину, одной рукой взял за волосы, задрав голову, другой поднёс нож к горлу.
- Ну, а сейчас спасут тебя связи и «лавандос»? – спросил он, у заёрзавшего под ним Никаса. – То-то….
Через час, к стоявшим у «Нивы» Степану с Ди, вышел запыхавшийся Пров с чем-то круглым, завернутым в куртку Никаса.
- Однако скоро зима, - сказал он с видом, будто ходил отлить.
- Что с парнем? – спросил Степан.
- Всё путём, - ответил тот. – Не волнуйся, прикопал так, что ни одна собака не найдёт.
- В куртке что? – поинтересовался Ди.
- Не важно, - нахмурился Пров. – Вы домой езжайте, а я пока Патриота в трясине притоплю, ночью вернусь, вещи приготовьте мои, загостился что-то.
Степан помог Прову поменять колесо у Патриота на запаску. Тот вскочил за руль, поехав в сторону ближайшей трясины. Угрюмый Ди смотрел ему вслед с нескрываемой горечью.
- Ты чего? – спросил Степан.
- Как же погано, как же отвратительно всё это, - произнёс Ди. – Своих же резали….
- Своих они в жопу целуют, мы чужие.
Они сели в машину, молча отправившись домой. Пров вернулся под утро всё с тем же свёртком, собрал вещи, попрощался и уехал.
***
После расстрела Трояна отец Никаса не находил себе места, кто теперь сможет так же быстро как он разыскать великовозрастного повесу, ведь вестей от сына не дождёшься. Нехорошее предчувствие свинцовой тучей повисло над ним, не давая сосредоточится на работе. Он взял неделю отпуска, хотел отлежаться в собственном коттедже, больше похожим на средневековый замок, выросший среди вековых сосен.
Ранним утром, завернувшись в халат, он вышел с чашечкой кофе на балкон, вдохнуть кристально чистого воздуха, послушать щебет ещё не улетевших на юг птиц, но вместо них услышал лай сторожевых собак и вокзальную матерщину, доносившуюся со стороны кирпичной стены вплотную примыкавшей к лесу.
- В чём дело? – спросил он у стоявшего внизу охранника.
Тот быстро связался по рации с другими служаками. Отец Никаса заметил, как тот побледнел, отключил рацию, вопросительно уставившись на хозяина поместья.
- Что там?! – не выдержал отец, чувствую неладное.
- Ничего такого, - растерянно ответил охранник. – Вам лучше оставаться дома.
Отец бросился вниз, теряя тапки на ступенях, босиком добежал до места, где столпились охранники с лаявшими собаками. Увидев его, они расступились, пропуская к круглому предмету, лежащему в пожухлой траве. Никому не пришло в голову остановить важную персону.
Сначала зрение не могло сфокусироваться на предмете, уже давно всё понявший мозг не хотел в это верить, но всё же вынужден был смириться. Отец Никаса упал на колени, протянул руки к предмету, поднял его. В наступившей тишине, где даже собаки боялись дышать, раздался дикий вопль. Отец выронил голову сына, упав рядом. Ни приставленный к «небожителю» врач, ни примчавшаяся реанимация не смогли ничего сделать. Обширный инфаркт отправил ещё одного «эффективного менеджера» в ад.
Хмурый, как гроза, сидел Ди на поваленном дереве рядом с лесной избушкой, правил ножом лезвие дротика. Он давно услышал, как к нему идёт Степан с прокурором, но не подавал виду, что знает об этом. Дождался когда те встали прямо перед ним. Прокурор протянул газету с некрологом, где говорилось о скоропостижной смерти видного политического деятеля.
- Это был его сын? - спросил Ди, прочитав заметку.
- Да, - прокурор сел рядом с мальчиком. – Его отрезанную голову нашли в саду. Сердечко не выдержало.
- Поделом, - сказал оставшийся стоять Степан.
- Я понимаю, - согласился прокурор. – Однако преступления прекратились и то хорошо. Послушай Ди, о тебе пошла молва за пределы края и теперь очень солидные люди хотят, чтобы ты охранял их детей. Платят любые деньги…. Меня попросили поговорить с тобой….
- Детей? – спросил Ди. – Каких детей? Таких, как этот? Пусть варятся сами в своём дерьме, но без меня.
Прокурор с надеждой взглянул на Степана.
- Пусть сам решает, - сказал тот, поняв его взгляд.
- Уйду в дебри, - вдруг произнёс Ди. – Навсегда уйду. Тошно мне здесь.
- Ты это, сынок, - заволновался Степан, - давай не дури. Тебя вон Катюха опять искала. В кино собирается пригласить. Ты ж для неё теперь герой прям. Родители её, нас в гости ждут.
- На что мне Катюха? - смутился Ди. – Для спаривания не годиться, костлявая.
Прокурор заржал так, что чуть не свалился с дерева.
- Откормим, - с полной серьёзностью добавил Степан. – Мать рыбных котлет налепила, пельменей накрутила, салатов нарезала.
- Рыбных котлет? – оживился Ди. – Ну, раз рыбных, тогда посмотрим….
Он встал со ствола, отряхнулся.
- Чего застыли? – мальчик хмуро посмотрел на мужчин. – Пошли домой, а то остынут.
Ди захватил вещи из избушки, и они втроём пошли в сторону Степанова дома, где Маша начинала жарить первый десяток так любимых мальчиком котлет.
2019.
Сконвертировано и опубликовано на https://SamoLit.com/