Новогоднее

 Скоро Новый год. Как же мы все ждем этот праздник!  Особенно, когда тебе 7 лет. А потому что мы знаем, чего мы ждем. Волшебства. С каждым годом мы надеемся, что именно в эту новогоднюю ночь произойдет что-то такое ожидаемое, желанное, в то же время, неожиданное, такое, что аж дух захватывает! Почему люди так верят в волшебство, в то, что какой-нибудь добрый чародей реализует их мечту, сделает так, чтобы ты подпрыгнул от восхищения и удовольствия, а сердце забилось часто-часто и от этого тебе стало так хорошо, как никогда в жизни!?

   Вот и очередной Новый год настает, уже сегодня! Генка ждал его с детским нетерпением и был в предвкушении чуда. Вся семья готовилась к празднованию. Отец уже поставил елку. Это была даже не елка, а пихта, пушистая, серебристая и густая. От нее исходил такой аромат леса, что, ели закрыть глаза, казалось, ты сам находишься в заснеженном сказочном лесу. Конечно же, наряжали ее всей семьей. Прежде всего, отец принес из подвала огромный старинный чемодан с игрушками. Открывая его и вдыхая запах старинных игрушек, от счастья кружилась голова. А уж разбирать все игрушки, по которым ты скучал целый год, было верхом счастья! Наряжали елку неспеша. Каждый хотел быть причастен к этому таинству и норовил повесить свою любимую игрушку. Их было много, елка большая, и процесс ее украшения длился практически целый день. Сначала, конечно же, нужно было окутать ее гирляндой, предварительно проверив на целостность и функционирование лампочек. Раньше все лампочки были соединены последовательно. Что это такое? Объясняю. Если перегорала одна из них, переставали гореть все остальные. Тогда, доставалась резервная, и отец пытался найти перегоревшую, последовательно меняя каждую из гирлянды. Муторное занятие. Зато, убедившись, что все лампочки целы, горят своим цветом, гирлянда начала окутывать елку с отцовской помощью. Это, конечно же, была его прерогатива. Ну, так уж повелось. Дальше, в ход шла «тяжелая артиллерия» из больших игрушек – в основном, это были расписные разноцветные шары, сосульки, Снегурочки и снеговики. Их вешала, в основном, мама с Жекой (это старший брат, 16 лет от роду).  Им можно было доверять. Ну, потому что люди они были взрослые, и вероятность разбить игрушки имела малую вероятность. Кстати, в те времена почти все игрушки были стеклянными и не было ни одного года, когда бы это казус не происходил хотя бы раз. И уже, когда очередь доходила до наименее ценных игрушек, типа небольших фигурок, с креплениями-крокодильчиками, либо, мягких – разнообразных птичек и зверей, наступала Генкина очередь. До чего же приятно было крепить их на ветки, а особенно, когда родители одобряли их место на елке! Последними на елке занимали место конфеты.  Но самым главным для Генки – было расположение под елкой Дома. Это был не совсем дом, а дом с улицей. Поговаривали, что эту картонную раскладушку привез кто-то когда-то из Германии. Вполне возможно, поскольку в СССР таких еще не было. Да и все, что было на ней изображено, очень походило на сказку. Скорее всего, на Снежную королеву. Ну, посудите сами. Сквозь окна дома была видна семья, сидящая за праздничным столом: отец с матерью, бабушка и внук с внучкой. Все они были одеты не по-нашему, в белые рубашечки, какие-то чепчики и шортики. Улица была жутко красивой. С заснеженными фонарями. Дорога тоже была в снегу. И, самое главное, по ней мчалась оленья упряжка, в санях сидели какие-то люди. А вот к саням зацепились двое детишек на санках с орущими от счастья физиономиями. Внутрь этого домика обязательно нужно было поместить лампочку. В противном случае, персонажи не оживали. Рядом с домом обязательно располагался Дед Мороз со Снегурочкой. Оба мягкие, блестящие. Из папье-маше. И, любимым Генкиным занятием было – залезть с головой под елку и смотреть на эту картонную сказку, вдыхать сумасшедший еловый аромат. Завершал этот натюрморт на елке льющийся и мерцающий «дождик»!

 Однако, в этом году родители решили доверить Генке вешать игрушки самому. (Конечно же после того, как он им проел из-за этого всю плешь). Ладно, вешай уже все сам, только аккуратно, ничего не разбей и не свались с табуретки.

 А что же происходило в это время на кухне? Ооооо! Какой аромат! Судя по запаху, это, гусь с яблоками! И с гречкой. На балконе застывает (наверное, уже застыл) наивкуснейший сложный холодец. Здесь же в тазике стоит в оливье. Кстати, с варенным мясом, сметаной пополам с майонезом. Это гораздо вкуснее, чем сейчас. Что там еще на столе? Ну, конечно! Селедка под кольцами лука, покрапленная постным маслом и уксусом. Вот это - лобио, а здесь колбасная нарезка, белые маринованные грибочки, соленые грузди, здесь – слабосоленая форель (а может кета?). И банки- баночки! Так-c. Шпроты, сайра, красная икра, ну, и обязательно, черная икра. Настоящая. Вкусная и доступная, как минимум, на праздники. Да, вот еще. Бабуля, как всегда, испекла рыбный пирог. Он большой и ужасно вкусный. Весь верх его протыкан викой, чтоб пропекся, а сверху он помазан топленым маслом с помощью гусиного крыла. Поэтому, пирог у бабушки всегда красивый и румяный. В прошлый раз, кстати, были шаньги. Постные – тоненькие и хрустящие, и дрожжевые – толстенькие и пышные. Ну, и оранжевым пятном – мандарины и апельсины. Ах, как все вкусно! А чем же, все-таки, родители и бабушка занимаются на кухне? Вот оно что! Ну, как я мог забыть! Они лепят пельмени! Генка тоже иногда помогает, но пока у него еще получается не так красиво. Бабуля лепит их, как автомат – штуки по три за секунду. Мама медленно, но очень старается. Отец – не спеша, но очень красиво. Его пельмени всегда выделяются своим изяществом. Бабушка охает, вздыхает и косится на отца с матерью – уж больно долго они лепят, окаянные. Лучше б уж Генка лепил. Пусть не так красиво, зато побыстрее. Нет проблем!  Генаха, иди лепить! Отец с удовольствием встает со своего рабочего места и идет смотреть телевизор. Гена старается оправдать бабулино доверие и пыхтит, полностью сосредоточившись на лепке, оттачивая мастерство. Наконец, процесс окончен. И как только бабушка умудряется сравнять количество муки и фарша, так, чтобы не оставалось ни крошки ни того, ни другого? Впрочем, всегда обязательно лепится один единственный счастливый пельмень. Пустой! Да, да, пустой. И, кому он попадет, тому и будет счастье. Отличить его невозможно. Класть монетку – не гигиенично и опасно для здоровья, так что, давным-давно решено сделать этот пельмень пустым, то есть, без мяса. В конце всегда происходит подсчет налепленных аппетитных сочных комочков с мясом. Подсчет – Генкина обязанность. Итак, считаем. Десять на двенадцать (это на одной доске). Итого, сто двадцать…. И, в конце концов, общее количество составляет 635 пельменей! Ура! Считается, что налепить меньше пятисот – оставить семью голодной. Причем, если что-то и остается от них после праздничного застолья, так это, как говорит бабушка, Генке с Жекой на пожарить на завтрак.

  До Нового года еще полно времени и семья расползается кто куда: бабушка, как всегда, что-то колдует на кухне, отец безуспешно борется со сном у телевизора, уронив газету на колени. Мама читает книгу, Жека, как всегда, делает уроки. Какие могут быть урок в каникулы!?

- Гена, давай-ка ты тоже поспи! – мать укрывает Генку теплым пледом. – До Нового года еще три часа. А на Новый год мы тебя разбудим.

- Точно разбудите? Не забудете? – Генка переживает. Проспать праздник он бы не хотел. К тому же, он уверен, что под елкой его будет ждать подарок. Пока его нет. Он украдкой косится на место под елкой.  Но в Новый год точно что-то да будет! Дед Мороз, конечно, уже подарки не носит, это все выдумки прошлого, но отец с матерью что-то купят. Интересно только, что?

- Разбужу, разбужу, не переживай! Спи.

  Гена закрывает глаза и старается представить, что он найдет под елкой, когда проснется. Жаль, Дед Мороз только в сказках. А так бы как угадал мое желание! Он бы точно его исполнил. А родители ругаются. Значит, ЭТОТ подарок можно не ждать. Что же будет под елкой...?

________________________________________________________________________________

 - Ты смотри, он в меня уже не верит! – голос где-то вдалеке.

- А про меня и вовсе не вспоминает, - уже более отчетливый, но уже женский.

 Гена потихоньку открывает глаза. Свет в комнате выключен, горит только гирлянда на елке, да еще светится под ней домик. Волшебно. А кто же это разговаривает? Наверное, послышалось.

- Да, дети стали неблагодарные и недоверчивые, - что-то зашевелилось на елке. Это был Щелкунчик.  – Мы их радуем, веселим, а они хоть бы нас протерли раз в год! Так пыльными и вешают! Безобразие!

- Да уж, раньше меня всегда вешали рядом с орешком, а сейчас – с морковкой! Ну, где это видано, чтобы белки ели морковку! – это уже рыжая белка.

- И, что характерно, он перестал в меня верить, - пробасил Дед Мороз и, в сердцах, хлопнул посохом по ватному полу.

- А что я ему сделала плохого? А, дедушка? Ведь в прошлом году мы с таким трудом с тобой достали ему железный конструктор! А он даже и ухом не повел! – возмущалась Снегурочка.

-Эх, молодежь! – вздохнул Дед Мороз.

 Генка лежал, не шелохнувшись, и не верил своим глазам! Игрушки разговаривали! И не только разговаривали, а еще и обсуждали его самого! Мурашки пробежали по его телу.

 - Помнится, в прошлом году он разбил шишку. А какая ж она была красивая, зеленая, вся переливалась! И висела прямо у нас перед окном, – это уже была бабуля из домика в зеленом чепчике.

 - И почему я должна висеть со свиньей? – пробурчала клубничка. – У нее постоянно такое выражение, что она меня хочет слопать!

 - Больно надо! – завизжала свинья. – Мы, свиньи, клубнику не едим!

- Ну, конечно! Не едите! Вы не едите, а жрете все подряд! – прокричал желудь, висевший неподалеку. – Я тоже против того, чтобы висеть со свиньей!

- Да не ругайтесь вы! – прикрикнул на них Щелкунчик. – Я вот вишу рядом с орехом, и ничего! Он же меня не боится!

- Еще как боюсь! Так боюсь, что даже слово сказать не могу, - съежился на ветке орех.

- А я, а я! – на елке началось такое движение, что Гена испугался, что она сейчас упадет вместе со всеми игрушками. Вот и будет тогда у нас Новый год! Без елки. И он, как бы нечаянно, пошевелился.

 - Тише вы! – это вступил стойкий оловянный солдатик. – Вы же его разбудите! – Я вот мечтаю только о том, чтобы висеть рябом с моей возлюбленной – прекрасной балериной!

 - Все мы хотим висеть с нашим родными и друзьями! Ах, мы несчастные! – зароптали игрушки.

 Ведь самолет должен висеть наверху, под облаками, а черепашке так страшно летать под звездой. Никогда еще не висели заяц с лисой, а прекрасные шары в глубине! И, не известно, сколько бы еще это продолжалось, если бы часы не пробили одиннадцать. Игрушки смолкли.

 Гена встал и аккуратно принялся перевешивать все игрушки. Ровно через пять минут он уже любовался своей работой. Ему даже показалось, что игрушки заблестели, а кое-кто даже улыбался. Ему стало так хорошо и уютно, что он снова завернулся в плед и заснул.

 - Генаха, вставай, а то Новый Год проспишь!  - мама тормошила его за плечо. Все уже сидели за столом, кроме Жеки.

 - А где Женька? – Гена сел на диване, протирая глаза.

 - Ему с нами не интересно, пошел с ребятами погулять. Садись за стол.  Кстати, уже двенадцать. Посмотри, что там тебе принес Дед Мороз?

 Тут Гена вспомнил свой сон. А сон ли это был? Он оглянулся на елку. Все игрушки висели, как они сами того хотели. Ничего не понятно. Ладно, потом разберусь. А где же мой подарок? Конечно же, под елкой! Какой большой! Рядом с домиком стояла большая коробка, перевязанная ленточкой. Гена с трудом вытащил ее на середину комнаты.

- Ну, открывай, не стесняйся! Дед Мороз в этот раз, кажется, постарался на славу! – с довольной улыбкой сказал отец.

 «Да уж, какой там Дед Мороз! Я уже не маленький, хватит меня обманывать» - подумал Гена и потянул за ленточку. Крышка буквально отлетела от коробки, и откуда-то из ее глубины на него смотрели маленькие и наивные глаза! Да это же щенок! Не может быть! Это собака!

 - К тому же, еще и овчарка! – довольно резюмировал отец.

 Ну, все! Радости Генки не было предела. Он схватил щенка. От него жутко пахло псиной, но для его нового хозяина это запах был самым лучшим на свете. Генка прижал его к груди, а щенок принялся облизывать его лицо. Все смеялись.

 - Скажи спасибо Деду Морозу, он тебя услышал, - мама указала рукой на Деда под елкой.

- Я так думаю, это вам спасибо! А при чем здесь Дед Мороз? – вполне по-взрослому ответил Гена.

— Это так получается, ты не веришь, что щенка, да и все новогодние подарки тебе дарит Дед Мороз со Снегуркой, а не мы? - вмешалась в разговор бабушка.

 На лице Гены отобразилась полуулыбка, недвусмысленно говорящая: ладно, ладно, я-то знаю, не маленький уже.

- Да что ж это творится, Господи прости? – бабушка аж подскочила со стула. – Да ведь вот только что он приходил, пока ты спал! Мы же все его видели! А, может, еще и не ушел далеко? Подь сюды, глянь-ка в окно!

 За окном был настоящий сказочный новогодний ночной пейзаж. Снег огромными хлопьями тихо ложился на набережную, крыши и подоконники домов. А посредине моста усталой походкой шел он! Самый настоящий Дед Мороз! С мешком за плечами и огромным посохом, в валенках, красной шубе и шапке. Генка раскрыл рот от удивления.

— Вот видишь, а ты нам не верил! Не успел, значит, еще далеко уйти! Вот он, собственной персоной!

 И, в это момент, Дед Мороз оглянулся, посмотрел на Генкины окна и помахал рукой. Генка автоматически замахал ему в ответ и закричал, что было силы:

- Спасибо!!! Спасибо, Дедушка Мороз!!!

 Потом перевел недоуменный взгляд на елку, игрушки… Так это был не сон? И говорящий Дед Мороз?... И тут вдруг Дед Мороз из папье-маше хитро подмигнул ему из-под елки.

 __________________________________________________________________________________

 -  Черт бы побрал эту бороду! Дышать невозможно! И в рот постоянно лезет. А шуба-то какая тяжеленная! Да где ж он? А…, вот, в окне. Ну, наконец-то. Не за что! В чудеса нужно обязательно верить!

 Хорошо, что взял одежку переодеться. А то, как бы я в этой шубе приперся домой? – с этими словами Жека юркнул в соседний подъезд.