ДИКАЯ ИСТОРИЯ ДИКОГО МИРА
День подходил к концу, неспешная суета райцентра медленно сходила на нет, люди возвращались по домам, закончив работу, учёбу или другие необходимые дела. Две девушки с рюкзаками шли в сторону станции, оживлённо обсуждая вылазку на озеро, когда дорогу им преградила «Приора» с весёлыми молодцами, быстро выскочившими наружу.
- Девчули! – их попытался обнять парень, бывший, по-видимому, заводилой. – Айда с нами! Не жмитесь, не обидим!
- Нет, спасибо, - испугались девушки, - нам надо домой.
Парень пыхнул на них лёгким перегаром.
- Какое домой!? - улыбнулся он. – Ещё рано!
Приятели засмеялись, нагло беря девушек в плотное кольцо. Вдруг один из них замер, уставившись куда-то дальше по улице, остальные так же посмотрели в ту сторону, прекратив домогательства.
- Твою ж мать, - тихо выругался один из парней.
- Всё нормально! – крикнул кому-то заводила, приветливо помахав рукой, меняясь при этом в лице, на котором теперь читалась не похоть, а страх. – Мы…. Мы уходим! Уходим!
Парни быстро прыгнули в машину и та, взвизгнув покрышками, умчалась вдаль. Девушки обернулись, ожидая увидеть пару здоровенных десантников или разукрашенных наколками авторитетов с финками, а может ФСБшника с пулемётом наперевес, но их ожидания не оправдались.
Метрах в пятидесяти от них стоял жилистый мальчик лет пятнадцати в простенькой одежде с пластиковой канистрой антифриза в руке. Он не мигающим взглядом проводил удаляющийся автомобиль, переведя внимание на девушек, от чего те съежились. Им показалось, что его глаза слегка светились, а может в них на мгновение отразился отблеск заходящего Солнца. Мальчик продолжал пристально наблюдать за девушками, будто изучая их.
- Это сын лесника, - шёпотом сказала одна из походниц, не отрывая взгляда от мальчика. – Приёмный.
- Про него болтают, что банду Германа замочил? – спросила подруга. – Больше двадцати боевиков положил.
- Я не верю, - ответила та. – Тел же не нашли, вроде как в трясине сгинули. Но выглядит он странно. Пойдём от греха.
Они быстро перебежали на другую сторону улицы, направившись в сторону станции к которой уже подходила электричка. Закончив наблюдать за девушками, мальчик свернул в ближайший переулок, из которого вышел к продуктовому магазину, где на небольшой стоянке с напрочь разбитым асфальтом, стояла старая «Нива» с открытым капотом. Там чертыхаясь и матерясь, возился Степан, он отвлёкся, посмотрев на приближающегося Ди.
- Господи, что так долго? – спросил лесник.
- Мужик с продавцом скандалил, не ту запчасть выдали, - ответил Ди, ставя канистру рядом с машиной.
- Мы тут ночевать собрались? – подала голос Маша, сидевшая в салоне.
- Я виноват, что патрубок слетел? – возмутился Степан.
- У тебя всегда что-то слетает. Невозможно за продуктами выбраться.
- Вот иди сама делай, – произнёс лесник, поднимая канистру.
Залив в радиатор жидкость, Степан плюхнулся за руль, Ди сел на соседнее сидение и они поехали домой под причитания Маши о разваливающейся технике.
На лесную дорогу выехали, когда Солнце на половину закатилось за горизонт. Сумерки украсили лес прозрачной пеленой тумана, запахом папоротника и мха.
- Останови пап, - вдруг сказал Ди, перестав пялиться в окно.
Степан с Машей переглянулись.
- Останови, - повторил мальчик. – Мне по малой нужде.
Степан нехотя нажал на тормоз. Ди вылез из машины, не оглядываясь, углубился в лес, исчезнув за елью.
- Степан, - сказала взволнованная Маша, - тревожно мне. Боюсь, как бы он обратно не ушёл, тянет его туда.
- Знаю, - ответил Степан. – Тут уж ничего не поделаешь. Если решит, ничем не удержишь.
Маша всплакнула.
- Прекрати, - цыкнул на неё муж.
Ди стоял за елью, вдыхая ароматы леса даже не думая мочиться, это был лишь предлог побыть наедине с глушью.
«Диии», - донеслось из крон, – «Почему так редко навещаешь меня Ди?».
- Так уж, получается, - шёпотом ответил мальчик.
«Я сержусь на тебя Ди. Приходи почаще».
- Постараюсь, - ответил Ди, повернув к машине.
Приёмные родители встретили его с плохо скрываемым облегчением. «Нива» поехала дальше, скрипя рессорами и тарахтя двигателем.
***
Борис - сын Германа, покойного главаря группировки занимавшейся незаконной вырубкой леса, лежал на давно нестиранных простынях небольшой дачи, доставшейся ему от отца. Всё остальное движимое и недвижимое имущество либо пришлось продать, либо конфисковали по результатам расследования, а чёртовы обыски, вытрясли из закромов всё до копейки.
Борис давно не мылся, не стригся, не брился и вообще стал похож на бомжа. Деньги закончились, на работу не брали да делать он ничего не умел, кроме как клянчить деньги у отца да проматывать их направо-налево. Боря повернулся к стене, уставившись на потёртые обои, поковырял их пальцем, случайно проделав приличное отверстие. Это показалось ему странным, он стал отрывать обои, пока на свет не показалась узкая, продолговатая ниша.
Боря метнулся на кухню за ложкой, пошарил ей в нише, вытащив оттуда телефон и отдельно лежавший аккумулятор. Зарядив устройство стал копаться в файлах и папках, пока не нашёл то отчего чуть не упал с кровати. Он протёр глаза, хохотнул, подошёл к окну.
- Вот я тебе сволочь! – крикнул он, грозя ложкой в сторону видневшегося леса.
***
Катя, работавшая няней в семье прокурора, отряхнула от песка платьица двойняшек Лизы и Тани пяти лет отроду. Они опять ползали по всей песочнице, играя в черепашек, а теперь будут просить пить.
- Я хочу пить, - заныла Лиза.
- И я, - вторила ей сестра.
- Сейчас, сейчас, - Катя полезла в сумку.
Однако бутылку с водой они давно опустошили, и теперь придётся бежать домой за новой. Тащить за собой сестёр сущая морока, они всю дорогу будут баловаться и ныть, проще быстро сбегать самой. Конечно, это было нарушением правил, что грозило потерей работы, которую она с таким трудом нашла. Хорошо, что в её восемнадцать лет у неё уже было несколько рекомендаций с предыдущих мест.
- Пить! – заскулила Таня.
Катя оглянулась по сторонам. Современная детская площадка, стоявшая в конце коттеджного посёлка, примыкавшего к лесу, была пуста, как и вся улица. Никто не заметит, что она отлучилась на минутку.
- Девочки, - сказала Катя. – Побудьте одни немного, сейчас принесу воды.
- И яблоко, - добавила Лиза.
- И яблоко, - кивнула няня.
Катя стрелой побежала в коттедж, а когда вернулась, девочек не было. Она обыскала всю площадку с ближайшими закоулками, но сёстры как в воду канули.
- Скотина! Скотина! – лупцевала её по щекам жена прокурора, – Где мои девочки!?
От зарёванной Кати её оттащил муж, а прибывшие врачи вкололи успокоительное.
- Ещё раз расскажи, как всё было? – стараясь сохранять присутствие духа, сказал прокурор.
- Ну, я же говорила, - плакала Катя. – Вышла, а их нет.
К ним подбежал участковый с начальником поисковой группы.
- На уличных камерах видно, как они входят в лес, держась за руки, - доложил участковый.
- В лесу никаких следов, - добавил поисковик. – Будто испарились.
- Соберите всех кого можно и прочешите каждый кустик, - приказал прокурор. – Проверьте каждое дупло и нору, но найдите детей. Вознаграждение нашедшему два миллиона.
Целая неделя поисков ничего не дала, дети исчезли, а жена прокурора слегла с нервным срывом. Сам прокурор, еле держась в рамках приличия, вёл собрание «Штаба поисков».
- Докладывайте, - произнёс он, оглядев собравшихся тяжёлым взглядом.
Тут были все местные и неместные охотники, и звероловы, походники, волонтёры, поисковики, военные, МЧС, егеря и лесники. Вперёд выступил начальник поисковой группы.
- Прочесали всю опушку, посёлок и дороги, - сказал он. – Ничего.
- Никаких следов, - добавил старшина егерей.
- Поиски с вертолётов и квадрокоптеров ничего не дали, - доложил МЧСник.
Прокурор с надеждой посмотрел на охотников.
- У нас вот, - сказал один из них по имени Яков, положив на стол, кучу костяшек, часть которых была надета на плетёную верёвочку.
- Что это? – спросил прокурор.
- А хрен его знает, - ответил Яков. – Дальше в лесу нашли. Примерно в километре от места, где они вошли. В кустах валялось.
- Небось, растаманы какие обронили, - ухмыльнулся военный.
- Похоже на браслет, - добавил охотник. – Только дюже странный.
- Вы позволите? – один из волонтёров взял костяшки в руки, внимательно разглядывая. – Я врач и неплохо разбираюсь в анатомии. Могу, конечно, ошибаться, но это фаланги человеческих пальцев. Возможно мужских…. Разных возрастов….
Штаб погрузился в тишину. Прокурор взял трубку телефона, набрал номер.
- Алло, - сказал он. – Капитан? Поднимите-ка дела о пропажах женщин за всё время. Если таковые имеются, тащите сюда отчёт вместе с уликами. Да, сюда! Под мою ответственность! Быстро капитан! Быстро!
Через полтора часа в штаб вбежал запыхавшийся капитан полиции с сумкой с торчащей из неё папкой. Он вывалил её на стол перед прокурором, рядом упал пакетик с точно такими же костяшками на верёвочке. Тот тут же схватил его, почитав надпись на наклейке: «Дело № 468. 1988 год». Прокурор пробежался глазами по страницам отчёта об этом деле связанным с пропажей 16 летней девушки, полистал дальше.
- Похожих дел не так много, - произнёс он, - но это, - прокурор продемонстрировал костяшки, - явно наш случай. Не удивлюсь, что в других поселениях будут похожие пропажи.
- Есть новые данные, - добавил капитан.
Присутствующие затаили дыхание.
- Продавщица из магазина, что недалеко от площадки, выходила покурить в момент пропажи, - продолжил он. – Она не видела, как дети зашли в лес, но слышала странные звуки. Как будто в лесу кто-то еле слышно играет на дудочке или рожке. Может флейте….
Прокурор покопался в «Деле № 468», там так же упоминалось о странных звуках со стороны леса.
- Надо перекопать, чёртов лес, – сказал терявший терпение прокурор.
- Ничего мы не найдём, - вдруг произнёс самый старший из присутствующих охотников, дед Афанасий. – Раз сразу никаких следов не было, значит, не найдём. Грибники, когда теряются, так примерное место поисков обозначить можно, следы кое-какие попадаются, а тут глухарь.
- Ты чего несёшь дед? – возмутился кто-то из поисковиков.
- А то, - парировал он, опёршись о клюку. – Вы вот в гости, когда приходите, что делаете? По дому ходите, обедаете за столом, туалет, ванную посещаете. Но вы там только гости, чужие вы там. Хозяева никогда тайн дома не раскроют, о них только свои знают. Только члены семьи, а вы пожрёте, посрёте и к себе. Так вот в лесу вы только гости и он вам тайн своих не выдаст. Нужно для него своим быть. Быть членом семьи.
- К чему клонишь? – спросил прокурор.
- Кто член семьи? – задал вопрос дед. – Кто свой в лесу? Кто в нем родился? Кому он раскроется?
Присутствующие переглянулись, ожидая, что кто-нибудь всё же произнесёт имя.
- Ты о сыне лесника? – спросил прокурор.
Афанасий кивнул.
- Лес его воспитал, он ему и поведает, что тут произошло и где искать, - сказал дед.
***
В комнату для свиданий вошёл одетый с иголочки Боря. На нём был жёлтый костюм с сиреневым галстуком и оранжевой рубашкой. Он сел на стул перед пуленепробиваемым стеклом, перегораживающим комнату. С другой стороны сел приведённый конвоем Игорь по кличке Барбаросса.
- Здравствуй Боренька, - поздоровался он. – Что вырядился, как грейпфрут?
- Приветствую Игорь, - спокойно ответил благоухающий дорогим парфюмом Боря, проведя ладонью по гладковыбритому подбородку. - Тут вот какое дело, - неспешно начал он, переходя на шёпот. – Оказывается, у отца было несколько приличных офшорных счетов за бугром. Никто о них не знал, а я возьми да найди.
- Поздравляю Боренька. Бери тёлок и на Гоа.
- На хрен Гоа, - вспылил сын Германа. – На хер тёлок. Я хочу наказать недоноска.
- Так найми ухарей, - посоветовал Игорь. – Они всё сделают.
- Э, нет. Не пойдёт. Никому доверять нельзя, сейчас стукач на стукаче. Я хочу лично содрать с него кожу живьём, и ты мне в этом поможешь. Хотя в гибели отца есть и твоя вина, но она мизерная. Ты лишь хотел подстраховаться, это понятно. А Степан с Машкой пусть дальше горюют, они мне ни к чему.
- Как же тебе помогу интересно? – спросил Барбаросса.
- Большие деньги творят чудеса. Завтра тебя выпустят, хотя официально будешь сидеть.
- Ты серьёзно? – не поверил Игорь.
- Думаешь, шутить пришёл?
- Раз так, я с тобой Боренька.
- Не называй меня Боренькой! Я – Борис! Меня назвали в честь…, в честь…, в честь этого бля…, - он безнадёжно махнул рукой.
- Хорошо Борис, - улыбнулся Игорь. – Как будет угодно. Мента с собой возьмём для грязной работы, слышал, он совсем опустился после всего этого и тоже хочет отомстить за поломанную жизнь. Болтать не будет, ручаюсь. Его же всего лишили, чуть на нары не загремел, жена с детьми ушла, жрёт с помойки, бедолага.
- Лады, - кивнул Боря. – На той неделе дочки прокурора в лесу сгинули. Ничего про это не знаешь?
- Братва разное болтает, но ничего конкретного. Это не их рук дело, тут что-то иное. Может залётные фраера, а может инопланетяне, - хихикнул Барбаросса.
- Есть, мысля Игорь, - задумчиво произнёс Боря. – Если найти не смогут, то возможно используют последний шанс, обратятся к грёбанному щенку. Кому, как не ему знать лес лучше других.
- А ты прошаренный малый, - расплылся в улыбке Игорь. – Нам понадобятся путёвые стволы и прочие мужские радости.
На следующий день Боря встретил Игоря у КПП зоны. Они заехали в магазин, где прикупили Барбароссе новую одежду. Пообедав в кафе, выдвинулись к разжалованному майору Майорову.
Барбаросса нажал на кнопку звонка, никто не открыл. Он нажал снова. Потом ещё раз пока до него не дошло, что звонок не работает. Боря потянул на ручку двери и, как ни странно она оказалась не запертой.
- Во, даёт, - усмехнулся Игорь, - вообще на всё забил.
Прошли внутрь. Квартира представляла собой жалкое зрелище, всюду грязь, вонь, пустые бутылки, паутина, пакеты с мусором. Хозяин клоаки нашёлся в спальне, он лежал на животе, громко храпя после очередной попойки. На нём красовалась давно не стиранная, потерявшая цвет майка, заляпанные едой треники и один тапок на ноге.
Боря пнул мента ботинком в ногу, отчего тапок слетел на пол, но Майоров не среагировал, продолжая храпеть. Боря пнул его ещё раз, результат повторился.
- Гражданин Майоров! – крикнул Игорь. – Встать! Суд идёт!
Мент вскочил, сев на кровати, хлопая заспанными глазами.
- Какой суд? – удивился майор. – Вы кто?
- Ну, ты совсем допился, - сложил руки на груди Игорь.
- Барбаросса, - узнал его майор. – Освободился. Сколько лет прошло?
- Три года, - ответил за Игоря Борис.
- Это что за грейпфрут? – посмотрел на него майор. – Боренька, ты?
- Не Боренька, а Борис! – огрызнулся тот. – Хочешь отомстить и заработать?
- Сколько?
Боря достал телефон, набрал на калькуляторе сумму, показал её майору. Увидев число, мент окончательно проснулся.
- Что хотите? – спросил он.
- Хотим поквитаться с дикарём, - ответил Игорь.
- Освежевать гадёныша за дела его добрые, - добавил Боря. – Для начала нужны стволы. У тебя ведь остались связи?
- Связи деньгами хороши, - сказал майор, потянувшись к недопитой бутылке пива, стоящей у кровати.
- Не буксуй, - произнёс Боря.
- Сегодня вечером на рынке после закрытия у 73 контейнера. Спросите Механика, ждать там буду.
Вечером Игорь с Борей прибыли в указанное место. Заплывший жирком Механик в безмерных штанах на подтяжках, проводил их внутрь контейнера уставленного упаковками с Китайским нижним бельём. Отшвырнул несколько тюков с прохода, под ними оказался люк. Открыв его, пригласил гостей спуститься вниз, где среди груды ящиков их встретил немного протрезвевший майор. Механик открыл ближайший ящик, продемонстрировав старые ружья, обрезы, видавшие виды пистолеты.
- Чего ты паришь? – возмутился Боря. – Это хлам.
- Мы на серьёзное мероприятие идём, а не перед шпаной выпендриваться, - поддержал его Игорь.
Механик оглянулся на майора, тот развёл руками, дескать, а я что говорил. Механик оттянул подтяжки, шлёпнул ими по пузу, открыв другой ящик.
- Вот это уже дело, - улыбнулся Игорь, доставая оттуда новенький импортный карабин с оптическим прицелом.
- Таких три и вот это, - Боря указал на лежащий на дне ящика «Винторез» - снайперскую винтовку для бесшумной стрельбы. – Ещё это, - Боря кивнул на «Стечкин» и два ПМ со сточенными номерами. – Патроны давай все что есть.
Закончив сделку и спрятав оружие в надёжном месте, троица поехала к новостройкам. Боря тормознул у одной из высоток, но все продолжали сидеть в салоне.
- Без этого никак? – поинтересовался мент.
- Никак, - ответил Боря.
- Может не надо Борис? - попробовал отговорить его Игорь. – Чё зря светиться?
- Эта сука предала отца. Кормилась за счёт него, а потом предала, - зашипел он. – Хотя у нас с ним были отвратительные тёрки, прощать этого нельзя. Никому нельзя.
- Тут камеры кругом, - произнёс майор. – Спалимся Боря.
- Это боевое крещение. Это жертва удаче, - начал разглагольствовать Борис, дико вращая глазами. – Когда всё закончится, вы получите хорошее вознаграждение. Хватит на безбедную старость.
Он взглянул на часы в телефоне, вытащил из кармана заточку с плотно обмотанной тряпкой рукоятью.
- Пора, - выдохнул он, накинув капюшон плаща, открывая дверь автомобиля.
- Б***дь, - выругался майор, наблюдая за Борей, идущим к парковавшийся во дворе иномарке. – Нарвёмся мы с ним.
- Не боись, - спокойно сказал Барбаросса.
Анжела Олеговна, благополучно избежавшая уголовного преследования по делу о группировке Германа, припарковалась на своё любимое место, недалеко от подъезда. Послезавтра у неё будет юбилей, она уже предвкушала подарки, премию от вышестоящего начальства и билет на курорт от ухажёра из соседнего ведомства. Она выключила двигатель, открыла дверь и вздрогнула, перед ней стоял Борис.
- Добрый вечер Анжела Олеговна, - слащаво поздоровался он.
- Боренька? – удивилась она. – Что ты тут делаешь?
- Не Боренька, а Борис, - ответил он. – Хотел с вами поговорить. Отец, как-то обмолвился о сыне лесника. Вы можете рассказать о нём подробнее? Он так вас уважал, ставил в пример.
- Наверное, смогу, - кивнула Анжела, польщённая речью.
- Разрешите, - Боря кивнул на соседнее сидение.
- Садись Борис.
Боря влез в машину. Анжела начала рассказывать ему то, что он и так знал о Ди. Общие фразы, слухи, её личные наблюдения и другие никому не нужные сведения. Когда она закончила, Боря слёзно попросил отвести его к станции, чтобы сесть на электричку до дачи. Тяжко вздохнув, Анжела вырулила на со двора на шоссе.
Через десять минут Боря попросил тормознуть рядом с неосвещённой частью местного парка, чтобы откликнуться на «зов природы». Как только машина остановилась, Боря всадил Анжеле в живот заточку не менее семи раз. Она упала на руль, хрипя и истекая кровью. Боря, дрожа от возбуждения и страха, воткнул заточку в бок, оставив в теле. Выскочил из машины, не забыв прихватить бумажник жертвы для инсценировки ограбления. Захлопнул дверь, быстро скрывшись в парке, на другом конце которого его ждала машина с подельниками.
Бывший помощник губернатора, отправившегося в места не столь отдалённые, возвращался домой на автомобиле. Ему удалось избежать ареста, пойдя на сделку со следствием. Пришлось заложить всех и вся, чтобы остаться на свободе. Пускай сейчас он перебивался замом номинального директора еле живой типографии, но зато был на воле, а не стоял буквой «ЗЮ» перед ЗЕКами.
Неблагодарная, малооплачиваемая работа закончилась, когда на улице основательно стемнело. Хорошо, что завтра был выходной, и можно было отоспаться на даче, на которую он спешил по неосвещённой разбитой дороге. Неожиданно машину повело вправо, он остановился. Включил «аварийку», вышел посмотреть, в чём причина неполадки. Многоэтажный мат спугнул стайку птиц устроившихся на ночлег недалеко от дороги. Колесо было спущено до обода.
Помощник полез в багажник за запаской, достал её, но почему-то не нашёл домкрата. Пораскинув мозгами, вспомнил, что в прошлые выходные одолжил его соседу по СНТ, но тот так и не вернул заветный механизм. Помощник присел перед спустившим колесом, заметив торчавшую из него небольшую железку с загнутыми остриями. Его осветил свет фар приближающейся машины. Помощник вскочил на ноги, замахав руками водителю. Машина остановилась рядом с ним.
- Простите великодушно, - постучался он в тонированное стекло. – Можно ли попросить у вас домкрат на непродолжительное время?
- Конечно можно, - ответил Боря, опуская стекло.
Помощник замер открыв рот, стал пятиться назад, но удар железной трубой по голове в исполнении майора Майорова заставил его потерять сознание. После майор с Игорем усадили его на водительское сидение его автомобиля, вытащили железку из колеса. Боря достал из багажника канистру бензина, облил машину, кинув в неё зажженный спичечный коробок. Помощник очнулся, но было уже поздно, он лишь успел поорать с минуту перед отправкой в загробную местность примерно с такой же атмосферой, которая сейчас была в салон автомобиля.
***
Степан стоял во дворе дома с «Сайгой» в руках. На другом конце двора расположился старый верстак с установленными на нём мишенями: гайками, охотничьими спичками, пивными банками и мятой алюминиевой миской закреплённой на ребре.
- Показываю ещё раз, - сказал он, скучавшему поодаль Ди.
Степан, не целясь, выстрелил от бедра, пуля снесла крайнюю слева гайку. Степан выстрелил ещё раз, сбив банку.
- Теперь ты сынок, - передал он карабин мальчику. – Давай в миску.
Ди прицелился, выстрелил, угодив в верстак. Перезарядил, снова выстрелил, пуля ушла в лес.
- Ты издеваешься? – разозлился Степан.
- Да как из этого стрелять то? – возмутился Ди.
- Вот так.
Степан выхватил у него карабин, вытянул руку с оружием и выстрелил. Пуля чиркнула о головку спички, заставив её вспыхнуть.
- Ещё раз, - он передал оружие Ди. – На выдохе, спокойно. Держи на мушке.
Ди прицелился в миску, выстрелил, расщепив доску в заборе. Степан в сердцах плюнул под ноги, описал круг вокруг Ди, остановился.
- Вот объясни мне, пожалуйста, почему у тебя по физкультуре 3, 2, 3, 2, 2, 2, 3?! – спросил он. – Ты же стометровку со мной на плечах пробежишь быстрее, чем они все вместе взятые! А отжимания? К тебе лампочку подключать можно. Прыжки те же. В чем дело?
- Бесполезная трата сил, - поведал Ди. – На кой надо? Вот про космос интересно. Оказывается, есть планета с кольцами.
- Ужас, - добавил лесник.
Ди отдал карабин Степану, подошёл к стоящему в сарае ящику с крепежом, достал оттуда двухсотый гвоздь, размахнувшись, метнул в сторону стола. Гвоздь прошёл в отверстие гайки, зацепил её шляпкой, унеся с собой. Пролетев так несколько метров, он вонзился в забор, заставив гайку описать несколько оборотов вокруг железного стержня.
- Да так каждый сможет, - деловито отмахнулся Степан. – Ты в миску пулей попади.
Он передал карабин мальчику, тот нехотя прицелился, медленно выдохнул, спустил курок. Пуля взметнула фонтанчик земли далеко за забором. Степан забрал карабин, сходил домой за двустволкой заряженной картечью, дал сыну.
- Попробуй, промахнись, останешься без сладкого, - произнёс он. – Бей дуплетом.
Ди прицелился, выдохнув, выстрелил сразу из двух стволов. Ножка верстака разлетелась в щепки, стол накренился, роняя мишени, и рухнул на бок. Степан покачал головой, забрал ружьё. Он собрался было произнести ругательную речь, но запнулся, заметив, как по дороге в их сторону пылит кортеж из нескольких разномастных внедорожников.
- Прокурор, - узнал одну из машин Степан.
- Почему тебя не позвали искать его детей? – спросил Ди.
- Не мой округ, - ответил лесник. – Да и без меня народу полно. Видать совсем плохо дело раз по твою душу припёрлись.
- По мою? – удивился мальчик.
- А кто у нас сын леса?
- Приёмный, - смутился Ди.
Кортеж остановился у ворот, из распахнувшихся дверей повалили недавние штабные заседатели, в числе которых был и дед Афанасий. Вслед за ними наружу вылез прокурор с заплаканной женой. Степан с выскочившей во двор Машей пригласили всех домой. Ди вошёл последним и под взоры уставившихся на него гостей скромно уселся на табуретку в углу избы.
- Здравствуй Ди, - поздоровался прокурор. – Ты, наверное, уже слышал о нашем несчастье?
Ди кивнул.
- Мы хотим попросить тебя помочь с поисками девочек, - произнесла жена прокурора. – Больше не к кому обратиться.
Ди молча оглядывал собравшихся.
- Что молчишь? – спросил Степан. – Люди просят.
- Не молчи малой, - влез дед Афанасий.
- Ди! – повысила голос Маша. – Что с тобой?!
- Чем же я помогу? – подал голос мальчик, уставившись в пол. – Вы, поди, все следы там затоптали, да собаки зассали запахи. Иголку в стогу сена найти проще. Всего-навсего стог.
Присутствующие стали тихо переговариваться, обсуждая слова.
- Может и не в лесу они, а в городе или ещё каком селении, - предположил Ди.
- Мы всё прочесали, - вмешался Афанасий. – Менты воров трясли, блатных, всех кто мог быть причастен. Нет их в городе.
- Может, знаешь что это? – прокурор положил на стол два костяных браслета.
Ди поднялся с табуретки, пошёл к столу, присутствующие почтительно расступились. Внимательно посмотрел на кости, волосы на затылке мальчика встали дыбом, а лоб покрылся испариной. Он взял в руку вещдоки, поднёс к носу, втянув запах. Кожа покрылась мурашками, зрачки расширились. Ди словно погрузился в густой кисель, через который мутным пузырём всплывало давнее воспоминание.
- Что это Ди? – как сквозь подушку услышал он голос Маши.
В тот далёкий день он возвращался из похода-экскурсии, которые ему время от времени устраивал Хтон. Он водил его в такие дебри, где сам путался в ориентирах, но это позволяло Ди гулять в любых местах, как у себя дома. Однако были и такие отдалённые чащи, куда Хтон не имел доступа. «Ничейная земля», - говорил он.
Ди проходил мимо поросшей мелкой травкой берёзовой рощи, ярко освещённой Солнечным светом, когда до его чуткого слуха донеслась мелодия не то дудочки, не то рожка. Звук насторожил маленького дикаря. «Осторожней» - послышалось из крон.
Бесшумно заскользил Ди в сторону звука, выйдя на небольшую полянку. На ней стояли шесть распоротых палаток, возле которых лежали трупы пятерых взрослых мужчин с отрубленными пальцами рук и проломленными черепами. Стараясь не смотреть на исковерканные тела, Ди обследовал походные жилища, обнаружив, что пропала еда и пять, а может шесть женщин, вещи которых были разбросаны внутри палаток.
В одном месте были видны следы борьбы, наверное, похитители вязали женщин верёвками. Чуть дальше в раздавленных помидорах виднелся человеческий след, не принадлежавший ботинкам погибших, он был без протектора и гораздо большего размера. Ещё дальше лежал распоротый рюкзак, под которым Ди нашёл точно такой же браслет, как принёс прокурор. Тогда он просто выкинул его.
Удар Степана по плечу вывел из ступора далёких воспоминаний. Ди непонимающе огляделся, нашёл взглядом прокурора.
- Фаланги мужских пальцев, - произнёс он, вернув браслеты.
Присутствующие зашептались.
- Это относится к исчезновению моих девочек? – спросила жена прокурора севшим голосом.
- Да, - ответил Ди. – Не знаю чьё это и откуда. Могу только предполагать. Одно скажу точно, они живы. По крайней мере, на сегодня.
Жена прокурора начала плакать, Маша, как могла, успокаивала её. Дед Афанасий наклонился к мальчику.
- Ты же рождён в лесу, - тихо сказал он. – Ты там свой, это мы гости. Может он подскажет тебе о судьбе детей?
- Не уверен, - ответил Ди. – У каждого своя охота и её секреты личное дело охотника.
- Но ведь ты можешь попробовать указать примерное направление, - сказал Степан.
Ди опустил голову. Жена прокурора стала съезжать на пол, её подхватила Маша и несколько охотников.
- Пожалуйста, - зарыдала она.
- Если вам не трудно, выйдете, наружу, - попросил прокурор.
Все включая хозяев дома, вышли вон, оставив Ди наедине с безутешными родителями. Жена прокурора достала мобильник, нашла в нём последнее фото детей стоящих на детской площадке в обнимку с 18-летней няней.
– Мои ангелочки, - всхлипывая, сказала жена.
Ди внимательно посмотрел на фото, старясь запомнить сестёр, потом перевёл взгляд на няню.
- Кто эта девушка?
- Дрянь, которая их потеряла, - взвизгнув, ответила женщина. – Няня.
Прокурор отобрал у неё телефон, убрал к себе в карман.
- Думаю, ты сможешь указать путь, - произнёс прокурор. – Помоги нам, и сделаю всё, что захочешь. У Степана будет новый внедорожник, Маше купим любую домашнюю технику. Всё, что вам будет угодно. Вознаграждение. Всё….
- Лес даёт всё, что нужно, - ответил Ди.
Жена прокурора со слезами упала на колени, обхватив Ди за ноги.
- Пожалуйста, - стонала она.
- Не надо так, - совсем смутился Ди.
Рядом на колени встал прокурор, он схватил Ди за руку, потянув к себе.
- Мы умоляем тебя Ди, сделай что-нибудь, - сдерживая слёзы, сказал мужчина. – Просто укажи, где искать и мы бросим туда все силы: егерей, спецназ, вертолёты. Только укажи….
- Ма боится, что не вернусь. Что останусь там навсегда.
- Мы отправим с тобой лучших военных и охотников. Пожалуйста….
- Мне нужно посоветоваться, - пробубнил себе под нос Ди.
Он вырвался из тяжких объятий. Вышел наружу, супруги последовали за ним. Выйдя из дома, направился в сторону леса, не обращая внимания на окрики Степана и Маши, к которым поспешили взволнованные прокурор с женой. Ди подошёл к опушке, остановился, глядя на кроны. Ступил в лес, обняв первое попавшееся дерево.
- Ты всё видел, - произнёс он. – Ты всё знаешь.
«У каждого своя охота и её секреты личное дело охотника», - донеслось из кроны шуршание листвы.
- Как их найти?
«Логово священно и никому не открывается без усилий».
- Что же делать?
«Детёныши человека ушли навсегда».
- Отец неродной мой, укажи направление. Большего не прошу.
«Показать след не возбраняется, но просьбы мало, есть правило».
- Спасибо за подсказку.
Ди пошёл обратно к дому.
«Возвращайся Ди», - послышалось сзади.
Мальчика встретили перепуганные его поведением взрослые. Жена прокурора немного успокоилась, а её муж нервно ходил взад вперёд вдоль собравшихся.
- Ну что? – нетерпеливо спросил он.
Ди подошёл к нему, прошептал на ухо следующее:
- Дети ушли слишком далеко, направление пока неизвестно. Будет нужна жертва. Надо задобрить того о ком не говорят. Он сердится на меня.
- Ничего не понимаю, - произнёс крайне удивлённый прокурор.
- И не надо, - ответил за сына, подслушивавший их Степан. – Просто поверьте.
- Ди, - забеспокоилась Маша. – Ты надолго собрался в лес? Я не разрешаю. Я боюсь потерять тебя. Пусть ищут как-нибудь по-другому.
- Корова, бык, овца, кто нужен? – не обращая на неё внимания, спросил прокурор. – Сколько надо? Две, три штуки, вагон, состав? Сколько?
- Сам всё сделаю, - сказал Ди, проходя через толпу в дом. – Уезжайте. Как всё будет готово, Па позвонит. И найдите рукастого кузнеца.
Ди ушёл в дом. Чуть погодя гости погрузились по машинам и, поблагодарив Степана с Машей, уехали обратно, ожидать звонка.
- Ди, - сказала Маша, войдя в дом вместе со Степаном, - нам надо серьёзно поговорить.
- Слушаю Ма, - произнёс Ди.
- У них связи, деньги, возможности. Пусть сами ищут. Или ты повёлся на вознаграждение?
- Маша, - вступился за Ди Степан. – Там дети.
- Я не хочу потерять своего, - огрызнулась она.
- Я не потеряюсь – ответил Ди. – Если смогу, найду, подам сигнал. После сразу домой. Всё будет хорошо Ма.
- Успокойся, - произнёс Степан. – Уже не маленький. Забыла как он жил до этого?
- Ладно, - нехотя уступила Маша. – Найди их и домой.
Она обняла мальчика, крепко прижав к себе, а когда отпустила, он сказал:
- Мне понадобится трубка, спицы, толкушка с железной миской и куриные перья.
Трубку сделали из старой алюминиевой лыжной палки, толкушку с миской взяли в кладовой, перья в курятнике, спицы от вязания.
Побродив по опушке леса около двух часов, Ди вернулся с целой охапкой растений, корешков и ягод. Растолок всё это в миске, в одному ему известной пропорции, выдавил сок, выпарив его на электрической плитке до мёдообразного состояния. Собрал из спиц и перьев стрелы для духовой трубки.
- Что это? - спросил Степан, указывая на подозрительную жидкость тёмно-жёлтого цвета.
- Черепаший сок, - ответил Ди. – Когда была жива первая Ма, она учила, но не всему успела.
Ди обмакнул в тягучую жидкость стрелы, намотав на остриё приличные сгустки.
- Человеку сок не опасен, - продолжил Ди. – Ну, может пропоносит или наблюёт ведро, температура поднимется. Так ерунда.
- А животному?
- Увидишь Па, - таинственно улыбнулся мальчик. – Ночью пойдём вместе, посмотришь, подстрахуешь ружьём, вдруг промахнусь. Дело опасное.
Когда взошла Луна, они уже шли по погружённому во тьму лесу. Ди постоянно принюхивался, прислушивался и застывал, словно статуя, стараясь почувствовать присутствие животных.
- Как мы узнаем, кто ему нужен, - тихо спросил Степан, поглаживая пальцем спусковой крючок.
- Укажет сам, - сказал Ди. – Выведет на него.
Прошло около получаса, когда в нескольких метрах впереди показался здоровенный кабанище с бивнеподобными клыками. Он рыл землю, что-то поедая с громким чавканьем, капая пеной с уголков рта. Потом принюхался, посмотрев в сторону людей.
Ди со Степаном остановились, мальчик вставил в трубку стрелу, прицелился. Лесник навёл карабин на зверя. Ди знаком дал понять, что стрелять нужно только в крайнем случае. В это мгновение кабан, громко визжа, бросился в атаку, сшибая всё на своём пути.
Ди резко выдохнул в трубку, стрела впилась вепрю в ухо. Степан обратил внимание, что животное немного замедлилось, но продолжало бежать на них. Он еле сдержался, чтобы не выстрелить, когда кабан пронёсся мимо увернувшегося от его клыков мальчика. Ди выпустил следующую стрелу, угодившую кабану в заднюю ногу, а когда тот развернулся для броска, третья стрела вошла ему в пятак. Кабан побежал вперёд, с каждым шагом всё медленнее и медленнее переставляя ноги, пока не остановился в метре от Ди. Степан вытер рукавом вспотевшее от напряжения лицо, держа на мушке лесного монстра.
Ди подошёл к застывшему кабану, потрепал за ухом, шлёпнул по губам, оттянул веки, заглянул в глаза.
- Похоже на бешенство, - сказал он. – Самое начало. Сок будет действовать ещё три часа, надо торопиться.
- Ты меня пугаешь сынок, - произнёс Степан. – И чем дальше, тем больше. Волосы дыбом от всего этого.
Ди улыбнулся, просунул палец в сопливую ноздрю кабана, потащив его за собой. Через час вышли к небольшому круглому, как блюдце, заболоченному озерку покрытому ковром ряски. Ди поднял камень, лежавший у берега, зашвырнул его на середину озера. От него пошли идеально ровные круги волн, но они не затихали, а наоборот росли в размерах, пока озеро не превратилось в пульсирующую в Лунном свете массу.
- Стой здесь, - указал Ди Степану место за деревьями, а сам ступил в воду, таща за собой кабана. – Прими подарок отец мой неродной, – прошептал он в сторону бушевавшего озера. – Не сердись на меня.
Кроны деревьев вздрогнули, отозвавшись протяжным деревянным скрипом. Степану даже показалось, что вдалеке, за скрытыми в туманной дымке соснами стоит огромное человекообразное существо, поросшее кривыми ветвями. Оно наблюдало за людьми, изредка переступая с ноги на ногу. «Нет, нет, - гнал от себя страшные мысли лесник, - показалось, это я устал, понервничал. Это всего лишь мираж».
Тем временем Ди зашёл по пояс в воду, подтолкнул кабана вперёд, подождал, пока тот полностью скроется под волнами и вышел на берег. Озеро резко затихло, покрывшись ряской, будто и не было волн. Ди постоял ещё несколько минут, наблюдая за поднимавшимися пузырями в месте погружения кабана, потом подошёл к дрожащему не то от ночного холода, не то от страха Степану. Прижался губами к его уху, еле слышно произнеся:
- Хтон принял подарок. Он больше не сердится.
Как бы подтверждая это, над лесом пронёсся протяжный гул, вспугнувший стаю ночных птиц. Дело сделано, пора возвращаться.
Утром Степан отзвонился прокурору, тот прислал машину за мальчиком. Попрощавшись с новыми родителями Ди сел в автомобиль, который повёз его к кузнецу, там уже ждал отец пропавших близняшек.
Мальчик долго ходил по мастерской, восхищённо разглядывая искусные изделия, железные розы, рыцарские шлемы, блестящие мечи и украшенные орнаментом щиты.
- А где настоящее оружие? - спросил Ди кузнеца.
- Так вот оно, - кузнец указал на клинки.
- Это не оружие, - произнёс Ди. – Слишком красиво. Нельзя использовать, ежи засмеют.
- Как это не оружие?! – возмутился кузнец.
- Давайте реальное показывайте, а не туфту всякую, - оскалился прокурор начинавший терять терпение, ведь дело до сих пор не сдвинулось с мёртвой точки.
Кузнец подошёл к большому, грубо сколоченному шкафу, открыл обе дверцы. Взору Ди предстали дротики, копья, ножи и прочие смертоносные приспособления из тёмного металла с отполированными чёрными рукоятками.
- Огооооо, - вырвалось у мальчика.
- Надеюсь, вы мне сейчас срок не припаяете? – нахмурился кузнец.
- Да заткнитесь уже, - осёк прокурор. – Что это?
- Булат, дамаск, рессорная сталь середины 70-х, титан, метеоритное железо и прочее.
- Да вы охренели, - не отрывая глаз от арсенала, произнёс прокурор.
- То, что надо, - с придыханием сказал Ди.
Он взял дротик, повернул окончание древка, из еле заметных щелей выскочило пластиковое оперение.
- Таких пять, но без пластика, всё должно быть натуральным иначе не ничего не выйдет. Слишком пахучее, - проинформировал Ди. – А это зачем? – он ткнул пальцем в углубление в конце древка.
Кузнец снял с подставки длинный крюк с ложем, зацепил его за углубление.
- Если кидать так, - показал он. – То летит на много дальше, точнее и сильнее. Своего рода рычаг.
- Берём, - кивнул Ди. – Ещё вот это, - кивнул он на метательные ножи, - Три штуки. И это, - он взял в руки нож с обоюдной заточкой с крепкой пустотелой рукояткой в виде трубки. Только надо с одной стороны волнами заточить.
- Серейторную что ли сделать? – спросил кузнец.
- Да. Вот этот гарпун тоже берём, - Ди с торжественным видом снял с дверцы шкафа опасное оружие. – Понадобится обувь на прямой подошве, кожаный рюкзак, чтоб бурдюк можно было сделать в случае чего. Вся одежда должна быть из натуральных материалов, чтоб никакой химии, ещё огниво, трёхдневный запас сухого мяса, сухарей, дальше сам добуду, что поесть, флягу воды. Стальную леску для силков, верёвки рвутся. Это что за штука? – он указал на острую, стальную четырёх лучевую звезду.
- Сюрикен, - объяснил кузнец. – Один экземпляр.
Кузнец взял метательное оружие, с силой кинув его в стоящий на другом конце мастерской деревянный щит. Сюрикен с глухим стуком вонзился до середины луча.
- Годится, - одобрил Ди. – Ещё пращу с голышами и рогатку с чугунными шариками. Самую хорошую. Вроде всё.
- Вам всё ясно? – спросил прокурор кузнеца.
Тот кивнул несколько раз. Прокурор расплатился, попросив доставить покупки в дом лесника. Когда они покинули кузницу, Ди сказал:
- Если будете за мной следить, всё пропало. Никаких квадролётов и веслокрутов.
- Квадрокоптеров и вертолётов? – спросил прокурор.
- Ага. Никаких следопытов, всё равно вычислю, никаких следящих мошек.
- Жучков?
- Их. Не обещаю, но если найду, подам дымовой сигнал. Издалека увидите. Сразу шлите спецназ, танки, подводные лодки, ядерные ракеты, боевых верблюдов, всё что есть. Не знаю, кто их выкрал, но это очень опасные охотники и свист этот не к добру.
- Хорошо. Мы сделаем всё, как сказал. Лично прослежу.
- Теперь отвезите меня домой. Как приедут нужные вещи, сразу выступаю.
- Девочки ещё живы? - опустив взгляд, спросил прокурор.
- В лесу похищают не для того, чтобы убить, - ответил Ди.
***
Боря третий день сидел перед монитором, по которому транслировалось изображение со спрятанной возле дома лесника видеокамеры. Он не обращал внимания на прокурора и других деятелей, посещавших жилище. Он ждал, когда мальчик выступит в поход.
- Слыхал? - произнёс лежащий на диване майор, листавший в телефоне криминальную хронику. – Возбудили дело по убийству Анжелы и бывшего помощника губернатора.
- Плевать, - не отвлекаясь от экрана, сказал Боря. – Дело и до прокурора дойдёт. Зарою гниду.
- Ну, ты разогнался, - добавил нарезавший колбасу Барбаросса. – Хотя лес он такой, будь хоть министр, зашёл и поминай, как звали.
- Пусть ищут, - продолжил Боря. – Ментовский бог в помощь.
- Это ты про Железного Феликса? – хохотнул майор.
- Вроде того, - согласился тот. - Ему что-то привезли, - ткнул Боря в монитор в вышедшего из машины кузнеца с большой спортивной сумкой.
Майор и Игорь подскочили к экрану, внимательно разглядывая ношу в руке посетителя.
- Может это Машка чего заказала или Степан? - предположил майор.
- У кузнеца? – произнёс Игорь. – Нет, это щенку подарочек.
- Не верится, что он действительно такой, - сказал Боря. – С виду обычный пацанёнок.
- Этот пацанёнок на моих глазах трех вооружённых уголовников положил, - отозвался Игорь, - меня на костыли отправил с сотрясением мозга.
- Вот что, - задумался Боря, - теперь дежурим каждый по два часа, всё пишем на диск. Как только покажется, сразу выступаем.
- Всё будет пучком, - спокойно сказал майор, - раним его, а ты кожу снимешь. Но, вот мне интересно, зачем она тебе?
- Сапоги сошью, чтоб каждый день топтать.
Игорь и майор напряжённо переглянулись.
- Ты прикалываешься? – спросил Игорь.
- Нет, - ответил Боря.
- Думал, шутишь.
- Это всё ради сапог? – добавил майор.
- Это для кучи, - хмуро сказал Боря. – Мне нужно отомстить, чтобы подняться в глазах уцелевшей братвы, взять лесной бизнес в свои руки, подмяв отцовские дела. Вы в доле, если поможете.
- Дело мутное, но за хорошие бабки рискнуть можно, - кивнул майор.
- Одно другому не мешает, - одобрил Игорь. - Рискнуть можно.
- Главное не прозевать выход, - постучал пальцем по монитору Боря. – Главное не прозевать.
С двух до четырёх ночи была смена Бориса. Он пристально вглядывался в монитор, пока усталость не сморила. Пока дремал, на экране появился Ди, спускавшийся с крыльца в полной боеготовности. Попрощавшись с приёмными родителями, бодро зашагал в сторону леса, скрывшись за деревьями. Но он вошёл в лес не один, чья-то проворная тень мелькнула в заросли орешника в паре сотен метров от дома.
Утром Боря продрал глаза, вся его команда мирно дрыхла на кроватях, сменить его никто не пришёл. «Вот уроды, - подумал он, - даже будильник не потрудились поставить».
Он включил ускоренную перемотку видео проспанных часов и чуть не упал со стула, когда увидел, как Ди входит в лес. Боря хотел заорать от отчаяния, но мелькнувшая на экране тень, заставила его заткнуться. Он снова перемотал на тень, увеличил изображение. Это явно был человек, он ждал Ди, спрятавшись рядом с орешником. Боря разбудил подручных, быстро доведя до них что произошло. Игорь расстелил на столе карту местности, тыча в неё пахнущим колбасой ножом.
- Предположим, хотя это не предсказуемо, что он пошёл строго по прямой, - сказал Барбаросса. – Тогда по любому должен выйти сюда, - Игорь ткнул в растянувшийся огромным спящим драконом горный массив. – Это единственное место, где его можно пересечь без особого труда. Идёшь по каменной реке, выходишь на другую сторону гор. В других местах тоже можно перемахнуть через хребет, но очень долго и опасно, того и гляди вниз полетишь.
- Как говорят альпинисты, - добавил майор. – Лучше день потерять, зато потом за пять минут долететь. Дикарь может пойти в любую сторону. В любую…. Куда угодно…. Надо признать, что мы его упустили. Парень движется бесшумно, не оставляет следов и вообще это его мир, мы там лишь гости.
- Может и не оставляет, - сказал Игорь, - а вот этот, - он указал на застывшее на паузе изображение тени неизвестного человека, - явно не Чингачгук. За ним пойдём, только нужно выждать денёк, а то щенок нас унюхает. По-хорошему лосиным дерьмом обмазаться не мешало для маскировки.
- Ты нарываешься на премию, - улыбнулся Боря.
Всю ночь, бредущего по лесу Ди беспокоил едва уловимый запах пластика. Он обследовал одежду, рюкзак, но ничего не нашёл. На рассвете мальчик расположился у ручья, чтобы перекусить. Запах пластика опять резанул ноздри. Он снова обследовал вещи, обнаружив внутри лямок рюкзака несколько жучков-слежения. Тяжело вздохнув, бросил их в ручей. «Вот теперь следите», - подумал он.
«Уж решил, не найдёшь», - послышалось из крон. – «Следуй к поганому месту, оттуда найдёшь путь, но будь осторожен, ты не один».
- Знаю, - ответил Ди. – Нашли, кого послать, топает как боров. Заведу поглубже и оторвусь, пусть поблуждает, по аукает.
Ди углубился в лес на приличное расстояние. Медленно темнело, лес готовился перейти в изнанку дня. Мальчик практически не делал привалов в надежде измотать преследователя, шедшего буквально по пятам. Он хотел оторваться от него ещё раньше, но шпион оказался настойчивым. Поэтому было принято решение оставить его без оружия и припасов, потеряв снаряжение любой, кроме Ди, пустится в обратный путь.
Ди взял в сторону от маршрута, не оставляя следов, сделал круг назад почти с километр, оказавшись у преследователя за спиной. Уже порядком стемнело, когда он подкрался к стоянке противника. Преследователь сидел на корточках перед походной газовой плиткой, что в представлении Ди было полнейшим святотатством. Запах газа, вырвавшегося при установке баллона в плитку, мог привлечь внимание тех, кто похитил девочек или ещё кого похуже. Лучше уж запах дыма от костра, хотя это тоже своего рода палево, но оно более естественно для леса, чем плитка с газом. Жечь костёр могут не только враги. Люди из райцентра, города или деревни даже не догадывались, что может скрываться в самых дальних уголках леса, там, куда не добраться ни одной экспедиции или военному отряду, там, куда даже Хтону нет хода.
Преследователь чиркнул спичкой, пламя плитки весело заиграло разными цветами в сгустившейся темноте. Человек стал выкладывать харчи из рюкзака, гремя консервами и столовыми приборами, собираясь отужинать.
«Странный тип, - подумал Ди, взвешивая в руке заранее приготовленную изогнутую палку, больше напоминавшую заготовку для бумеранга. – Долго не протянет».
Он подождал, когда человек отодвинется от плитки и метнул заготовку. Палка, гулко рассекая остывающий после жаркого дня воздух, ударила кулинара в затылок, тот, как подкошенный свалился вперёд, зарывшись лицом в кислицу ковром покрывавшую землю. Ди спокойно подошёл к неудавшемуся следопыту, перевернул того ногой, застыв в нерешительности. Это была молодая, симпатичная девушка.
Ди внимательно посмотрел ей в лицо, оно показалось знакомым. Да, да, он видел её на фото с детьми прокурора, это та самая няня, из-за которой весь сыр-бор. Ди набрал в рот воды из фляги, выдав фонтан на потерявшую сознание девушку. Секундой позже она очнулась, тихо застонав от боли, медленно села, держась руками за ушибленный затылок. Ди присел перед ней на корточки, постукивая о ладонь подобранной заготовкой, готовый в любой момент пустить её в ход.
Если самка выглядит безобидно, это не значит что её можно спокойно оставлять без должного присмотра. Как раз от таких, вызывающих доверие тихих «кошечек» можно ожидать любую подлость вплоть до ножа в спину. Ди не раз был свидетелем, как казалось бы перепуганная насмерть олениха или другая, покорившаяся судьбе представительница женского пола местной фауны, умудрялась на мгновение усыпить бдительность прижавшего её хищника, а затем одним ударом копыта в череп отправить того кормить червей.
Наконец няня обратила внимание на находящегося рядом мальчика в сшитой из шкуры одежде с торчащей из-за спины обоймой дротиков, прикрытых кожаным рюкзаком.
- Надо же, - произнёс Ди, - один из виновников кутерьмы. Куда собралась, на ночь глядя?
- Почему один? - спросила девушка. – Разве есть другие?
- Те, кто забрал. Что тут делаешь?
- Иду за тобой. Я виновата в пропаже девочек и хочу загладить вину, отыскать их, но. Если бы попросила, ты меня не взял, поэтому решила пойти следом. Их родители надеются только на тебя.
- Сумасшедшая, - замахнулся на неё палкой Ди, оценивая с какой скоростью та прикрылась руками, дабы понять пришла ли она в себя. – Это путь в один конец. Ты не вернёшься, если сейчас же не повернёшь назад. Даже не представляешь, куда я иду. Туда даже Хтон не хо…, - Ди осёкся, прикрыв рот ладонью. – Туда вообще никто не ходит, - закончил он.
- Не могу так, - вдруг заплакала девушка. – Они из-за меня пропали, я виновата. Как мне жить теперь если они погибнут? Не могу, не могу.
Ди оглянулся по сторонам, оглядев ночным зрением лес. Вроде всё тихо, никто не видел и не слышал их.
- Как звать? – спросил он.
- Екатерина.
- Чего?
- Катя.
Он пожал ей руку.
- Ди, - представился мальчик.
- Знаю, - вытирая слёзы, сказала девушка. – Правду говорят, что ты убил всю бригаду Германа, больше двадцати человек?
- Точно сумасшедшая, раз веришь в это, - покачал головой Ди. – Посмотри на меня. Кого я могу убить? Разве что комара. Вот я, например, слышал, что они все утонули в трясине. Сбились с тропы и утонули. Поняла?
- Поняла, - успокоившись, ответила Катя.
- А это зачем? - указала она на торчащие из-за спины дротики.
- На всякий случай. Утром пойдёшь обратно, - в приказном тоне довёл до неё Ди.
- Не пойду. Вообще чего ты раскомандовался? Лес общий, а я старше тебя.
- Мне до медвежьей кучи, что тут чьё и кто раньше кого вылупился. Ты идёшь домой, а то, как тресну, - Ди замахнулся на неё палкой.
Девушка и не вздумала закрываться руками, как в первый раз, она лишь злобно взглянула на мальчика.
- Можешь убить меня, как подручных Германа, но я пойду с тобой.
Ди на мгновение задумался, а может вправду прикопать её тут, ведь кроме опарышей никто не найдёт. Но опомнившись, быстро отогнал подобные мысли, не в его правилах уничтожать способных к деторождению самок, хотя и таких наглых. Увидав его сомнения, Катя добавила:
- Я могу быстро идти, умею плавать, могу нести вещи, стоять на стрёме, дежурить у костра, готовить.
- Чего тут готовить, - задумчиво произнёс Ди. – Отрезай сырое да ешь.
И тут ему в голову пришла не совсем благородная мысль о приманке, отвлекающей на себя внимание тех, с кем он мог встретиться.
- Хорошо, - сказал Ди, - пойдёшь со мной, но для начала надо избавиться от всего неестественного, от всей химии, электроники и прочего кала этого мира. Сейчас перекусим, потом спать, а утром всё ненужное закопаем.
- И телефон? - удивилась Катя. – В нём же навигатор.
– Эту хрень в первую очередь, отдельно от батареи. А навигатор тут, - он постучал себя палкой по лбу.
Утренний туман медленно выдавливал из себя трёх вооружённых мужчин. Они шли осторожно, прислушиваясь к приглушённым водяной взвесью звукам. Шедший впереди рыжебородый Игорь остановился у небольшой проплешины среди покрывавшей землю кислицы.
- Тут он ночевал, - указал Барбаросса на примятую растительность.
- Кто? – спросил майор.
- Ну, этот, который за щенком пошёл, - ответил Барбаросса, опускаясь на колени, внимательно изучая следы.
- Долго копаться будешь? - Боря явно нервничал, ему не терпелось растерзать маленького гадёныша.
Игорь теми временем вынул нож, стал, как заправский сапёр прощупывать почву, пока не наткнулся на что-то металлическое под слоем дёрна. Он поддел его ножом, откинув в сторону. Показались обгоревшие консервные банки присыпанные землёй и какие-то вещи.
- Сжёг пустые консервы, чтоб медведя запахом не дразнить, а то на хвост сядет, - объяснил он. – Странно. Сухпай забрал, а весь целлофан зарыл, телефон тоже и вообще весь пластик оставил. Плитка с баллонами.
- На кой? – удивился Боря.
- Не знаю, - пожал плечами тот, выуживая из земли упаковку гигиенических прокладок. – Так это баба.
- Вот только бабы нам не хватало, - стукнул прикладом о землю майор. - Придётся обоих валить.
Игорь перевернул две почерневшие от огня консервные банки. Одна из них была вскрыта открывалкой, другая ножом.
- Двое их было, - определил Игорь, кивая на банки. – Баба открывалкой работала, мужик ножом. Это он…. Ди….
- А вдруг не он, - предположил мент.
- Следов почти не видно, - возразил бородач, - точно он.
Игорь поднялся на ноги, посмотрел в сторону, куда вели еле заметные следы.
- За мной, - произнёс Барбаросса. – Надо поторапливаться, чем дальше уходят, тем меньше шансов догнать.
К утру третьих суток Ди с Катей вышли к так называемому поганому месту. Не доходя до него примерно двести метров, Ди остановился, рассматривая тропу на земле.
- Начинается, - хмуро произнёс он. – Медвежья тропа. Видишь, будто две дорожки параллельно идут, это Потапыч. Надо бы держаться подальше.
Пройдя вперёд, они очутились в том месте, где Ди впервые наткнулся на странных похитителей, играющих на духовом инструменте. Катя ойкнула, заметив разбросанные по полянке человеческие кости, черепа, остатки сгнившей одежды и палаток.
- Что это? – испуганно спросила она.
- Поганое место, - объяснил Ди. – Теперь своего рода указатель. Здесь когда-то побывали похитители. Они забрали всех женщин, мужчин убили, отрезав пальцы на украшения. Ещё играли на дудочке, может рожке, не знаю. Теперь повернёшь домой?
- Дорогу не найду, - ответила девушка. - Зачем они это делают?
- Не знаю, но нажива их не интересует, вещи не тронули.
Ди стал ходить по полянке, ища упомянутый Хтоном путь. Он обошёл её несколько раз, пока не наткнулся на полусгнивший женский ботинок, лежавший в пяти метрах от места расправы.
- Похоже, - сказал мальчик, - нам надо идти к горам, к каменной реке, а дальше ничейные земли. Так и знал….
- Ничейные земли? – удивилась девушка.
- Нехоженые места. Там много чего скрыто.
Ди задумался, присел на поваленное дерево. Катя села рядом, наблюдая за ним. Ди начал жалеть, что подписался на поход. Найти девочек был один шанс из ста, а вот навсегда стать похороненным в лесной подстилке, гораздо больше. Хтон рассказывал о некоторых творящихся в тех землях вещах и от этих рассказов у Ди шевелились волосы на голове. После них мальчику казалось, что прописать «леща» косолапому более безопасно, чем бродить в неизведанных лесах.
Хтон знал много, хотя являлся самым молодым из подобных существ. Он всего-навсего был ровесником Земли, помнил, когда вокруг планеты ещё крутились три Луны, когда на месте сегодняшних лесов были равнины, утыканные величественными городами, когда самый затрапезный зверёк был размером с пятиэтажку. Он видел и знал много, но с тех пор, как обычные земли стали ничейными вход туда был ему заказан. Какая-то поселившаяся там несвойственная обычному миру сила не давала проникнуть вглубь таинственных территорий.
***
Прокурор выкладывал из пакета купленные в магазине продукты на кухонный стол. Уставшая, осунувшаяся жена присела рядом на край стула.
- Как думаешь, - спросила она, - мы правильно сделали, что положились на мальчика?
Прокурор поставил на стол бутылку водки.
- Кому ещё можно было довериться? – сказал он. – Тем более это не совсем мальчик, это что-то другое, что-то не понятное нам.
- В смысле?
- Думаешь, бригада Германа утопла в трясине? Часть конечно да, но основная масса схватилась с ним и лесником. С лесником в меньшей степени. Я не понимаю, как это произошло, не понимаю, как он это сделал, но другую причину исчезновения матёрых убийц не вижу.
- Но ведь это ребёнок, - удивилась жена.
- Ему кто-то помогал, не Степан, кто-то ещё. Кто-то с кем лучше не сталкиваться на лесной тропинке. Я не стал тогда вдаваться в подробности и возбуждать дело о массовом убийстве, как чуял, что малой пригодиться. Хрен с ними с бандитами, пусть лежат там куда положили, сейчас главное вернуть девочек. Тут нам поможет только Ди.
Прокурор откупорил бутылку, налил водку в стоявшую на столе чайную чашку, залпом осушил не поморщившись.
- Не рано ли налегаешь? – покачала головой жена.
- Ты на успокоительных сидишь, а мне на чём прикажешь? Нервы ни к чёрту.
- И мне налей, - сказала жена, пододвигая вторую чашку.
***
Инстинкт сработал раньше, чем Ди успел понять, что его беспокоит. Он вскочил на ноги, выхватив из-за спины дротик, замер, прислушиваясь к лесным звукам.
- Ты чего? – испугалась Катя.
- Как будто где-то далеко-далеко разговаривают трое, - насторожился Ди. – Или это только почудилось, только почудилось. Лес может издавать разные, ни на что не похожие звуки.
- Где-то читала, - сказала девушка, - что когда человек входит в лес, все деревья сразу сообщаются между собой электрическими импульсами, как бы предупреждая об этом. Человек только ступил в него, а деревья на другом конце леса уже в курсе. Как думаешь, это правда?
Ди перестал прислушиваться, посмотрел на Катю, произнеся:
- Может быть. Чем дальше в лес, тем больше дров. Пошли.
Они продолжили поход, а через несколько часов на поганое место ступили преследователи.
- Матерь божья, целое кладбище, – поморщился Борис.
- Хрена себе за ягодкой кто-то сходил, - ухмыльнулся майор.
Игорь, внимательно изучавший каждую травинку, ответил:
- Это не кладбище, скорее ориентир.
Он ткнул дулом карабина в полусгнивший ботинок, заметив рядом след от Катиной обуви.
- Они пошли к каменной речке, - сказал Барбаросса. – Надо торопиться, придётся идти без привалов и возможно ночью. Там места напрочь глухие, упустим, в жизнь не найдём.
Прошло ещё два дня. Сухпаёк давно закончился, и Ди пришлось приняться за охоту. Ему посчастливилось убить глухаря из рогатки, разорить пару гнёзд перекусив яйцами, а у попавшегося на пути родника добыть зайца. Но больше всего им повезло у небольшого озера, где мальчик загарпунил крупного карпа.
Ранним ветреным утром, когда все звуки и запахи мгновенно уносились прочь, Ди с Катей пробирались через прогалину заросшую до груди кустами малины, как вдруг идущий впереди мальчик исчез, словно сквозь землю провалился. Катя застыла в нерешительности, не понимая, что происходит. В это мгновение, позади лязгнул затвор карабина. Девушка обернулась, перед ней, направив оружие в голову, лыбился заросший щетиной мужчина. В паре десятков метров по бокам от него находились ещё двое охотников, один с рыжей бородой.
- Ишь, какая сладенькая, - облизнулся майор, - упругая, податливая. Кровь с молоком.
Обомлевшая Катя, понявшая, куда клонит мужик, потеряла дар речи. Двое приятелей медленно приближались, настороженно осматривая лес, водя дулами от дерева к дереву.
- Где твой дружок? – спросил Боря, не сводя взгляда с малинника. – Отвечай или мы тебе таких мозолей натрём, ни один пластырь не спасёт.
- Кто первый встал, того и тёлки, - добавил майор, давая понять, что он будет первый терзать молодое тело.
- Вы чё, совсем одурели? – возмутился Игорь, беря на мушку ближайший куст орешника. – Не понимаете, где находитесь? Это его дом, а мы в него влезли.
- Ты преувеличиваешь, – ответил майор, протянув руку к груди девушки.
Боря хотел было, добавить пару слов, когда в воздухе что-то тихо просвистело. Чугунный шарик, запущенный из мощной рогатки, снёс менту нижнюю челюсть, превратив её в болтающиеся кровавые лохмотья, смешанные с острыми осколками костей и зубов. Второй шарик разворотил трахею. Майор выронил карабин, упав между кустами малины. Забулькал кровью, забубнил тарабарщину, семеня ногами, хватаясь пальцами за остатки горла. Боря с Игорем дали по залпу наугад, припав к земле. Эхо повело себя странно, оно стало повторять звук, то усиливая, то уменьшая его, то повторяя совсем не то, что было вначале. Деревья будто вздрогнули, скинув с себя оцепенение, взбодрившись, пристально уставившись на посмевших их потревожить людей.
Улучив момент, Катя бросилась вперёд, снося кусты, царапая в кровь руки. Очень быстро она пропала из виду. Боря вскочил на ноги, собираясь броситься в погоню, но Игорь остановил его:
- Даже не вздумай. Или ты тоже считаешь, что наёмники твоего отца утонули в трясине? Мы устроим засаду и пришьём недоноска. Только так, только так, Боря.
Боря послушал бывалого охотника, оставив затею. Они подобрались к корчащемуся в луже крови майору. Игорь покачал головой, мол, не жилец. Достал нож, хладнокровно пронзив им сонную артерию. Мент дёрнулся, уставившись в небо безжизненным взглядом.
- Самое лучшее лекарство, - довёл до опешившего Бориса Игорь. – Никаких мучений. Надо бы схоронить, да времени нет. Животные позаботятся, - он закрыл майору глаза.
- Слышал эхо? – вспомнил о странном явлении Боря.
- У меня сложилось впечатление, что лес недобро посмотрел на нас, - ответил Игорь. – Но может от усталости показалось.
Они закидали тело срезанными кустами малины и, убедившись, что мальчика нет рядом, двинувшись дальше, решив сделать крюк, зайдя тому поперёк пути.
Маша с Ди практически бежали до самого вечера, по возможности стараясь заметать следы. Девушка всхлипывала, ругала Ди за убийство и одновременно благодарила за спасение. Он молчал, напряжённо вглядываясь в каждый куст, прислушиваясь к шорохам. Ночёвку решили устроить в небольшом овражке, в котором лежало несколько высохших сосен. Вот тебе, маскировка, дрова и лавочки. Разжигая костёр, Ди заметил странного вида ромашку. Её лепестки на краях были загнуты, имели острое крючковидное окончание красного цвета. Ди потянул за лепесток, вытащив наружу крепившееся к нему белое зёрнышко.
Он осмотрелся, заметив ещё несколько подобных растений. Потом его внимание привлек кустик черники с крупными, как крыжовник ягодами. Мальчик раздавил одну, испачкав пальцы в склизком тёмно-зелёном соке, а воздух наполнился неизвестным приторно-сладким ароматом.
- Что-то не так? – заметив его настороженность, спросила уже успокоившаяся Катя.
- Первый раз вижу такие растения, - ответил Ди. – Странно, очень странно. Я был тут раньше, но их не замечал. Надо быть более осторожными ночью. У меня плохое предчувствие.
- Думаешь, эти нападут? – вздрогнула Катя.
- Они не самое, опасное. Это сын Германа с Игорем и бывшим майором пришли мстить. Мы можем измотать их, а потом прибить, но на это нет времени. Постараемся оторваться….
Они перекусили оставшимся с обеда карпом, подогрели чай на небольшом костерке, доели сухофрукты прихваченные Катей. Подбросив сучьев в костёр, улеглись рядом с ним на коврики спать, укрывшись одеялами.
Ди спал очень чутко и поэтому, как только недалеко от их стоянки еле слышно захрустели сухие ветки, он тут же вскочил на ноги, схватив дротик. Катя тоже проснулась, усевшись на коврик, вглядываясь в темноту.
- Что случилось? – шёпотом спросила девушка.
- Мы не одни, - так же тихо ответил Ди.
- Животные?
- Не пойму, шаги незнакомые. Животные так не ходят, да и человек тоже.
Ди напряг зрение так, что стал видеть всё до последней травинки, но виновника переполоха так и не заметил. Катя встала на ноги, укрывшись одеялом, подошла к Ди, испуганно прижавшись к нему.
- Ты мне мешаешь, - произнёс он, оттолкнув её плечом. – Если кто, сейчас прыгнет, я могу не попасть. Думаю, он решил нас обойти, только мы его не слышим. Учёл ошибку….
Как бы в подтверждение его слов с противоположной стороны стоянки раздался тяжёлый вздох. Они обернулись. От увиденного, волосы на голове Ди встали дыбом, а Катя, вскрикнув так, что её услышали ушедшие далеко вперёд Игорь с Борей, упала в обморок. Ди хотел метнуть дротик в горло гостю но, поняв, что тот не нападает, передумал.
Перед ним стояло огромное мохнатое существо, поросшее бурой шерстью. Короткие ноги заканчивались большими человеческими ступнями, руки были длинные, покрытые бугрящимися под волосами мышцами. На короткой шее сидела массивная голова с тяжёлыми надбровными дугами, нечто среднее между обезьяной и человеком с каким-нибудь наследственным заболеванием лица. Горящие зелёным светом глаза ничего не выражали, тупо смотря на мальчика, разглядывая то одежду, то оружие.
- Кто ты? – взяв себя в руки, спросил Ди.
Гость что-то прорычал, однако мальчик уловил звуки похожие на речь, что-то вроде:
- Бхорт. Здесь дом. Ты кто?
- Ди, – названный сын леса.
- Хтон? – пробурчало существо, поёжившись и оглянувшись назад, будто опасаясь чего-то.
Ди кивнул, медленно наклонился к Катиному рюкзаку, достал оттуда завёрнутый в ткань кусок чёрного хлеба, развернув, протянул гостю.
- Тебе, - сказал Ди.
Существо осторожно взяло хлеб двумя пальцами, закинуло в пасть, принявшись с удовольствием жевать. Ди сел на поваленное дерево, знаком пригласив гостя расположиться напротив. Существо приняло приглашение, сев на со скрипом прогнувшийся под ним ствол.
- Откуда? – продолжал расспрашивать Ди.
Гость указал в сторону ещё скрытых за лесом гор.
- Много вас? – поинтересовался мальчик.
Тот кивнул, произнеся:
- Разные. Есть высокие без шерсти, - принялось рассказывать существо, - Они убивают, едят. Мы не убиваем. Куда идёшь?
- Ищем девочек. Одинаковых.
- Их забрали охотники. Не ходите, режут пальцы, крадут. Свистят, от этого самки не думают, идут к ним. Очень плохо, очень плохо.
- Мы должны.
- Нет, нет. Уходи названный сын. Хтон не поможет, не его земли, - рыкнул гость.
Катя заворочалась, приходя в себя. Увидев это, существо поднялось во весь гигантский рост.
- Пора, - сказало оно. – Самка боится, теряет себя, слабая. Груди почти нет, зад костлявый, когти тонкие. Покрой её пока не сдохла, может, будет помёт, выносит пару детёнышей.
Ди улыбнулся, хихикнув. Гость тоже выдал нечто похожее на смех, повернулся и практически бесшумно скрылся во тьме. Катя очнулась, села на холодную землю, посмотрев на Ди, спокойно греющего руки у костра.
- Оно ушло? – испуганно спросила девушка.
- Кто? – равнодушно отозвался он.
- Чудовище.
- Тебе приснилось.
- Приснилось? Я своими глазами видела.
- Сказал, приснилось! – прикрикнул на неё Ди, давая понять, что разговор на эту тему окончен.
Ди отошёл от костра, лёг на коврик, завернувшись в одеяло, положив дротик под бок. Ничего не понимающая девушка улеглась рядом, плотно прижавшись к его спине. Сон не шёл к Кате, она тревожно слушала ночные звуки, иногда вздрагивая от них.
- Ди, - сказала она, - ты спишь?
- Сплю, - ответил тот.
- Просто хотела спросить.
- Ну, - буркнул Ди, не горя желанием что-то обсуждать.
- У тебя есть девушка? – она прижалась к нему сильнее, обняв за талию.
- Время гона ещё не настало, - сказал он, не оборачиваясь. – Нет смысла покрывать самку.
- Причём тут это? Я тебе про ухаживания говорю, чувства, любовь.
- А я про что? – возмутился мальчик. – Если и брать самку, так чтоб у той молока много было, зад крепкий иначе не выносит. А коли в помёте больше одного будет, так лежбище нужно надёжное. Или намекаешь на что?
Ди повернулся к Кате, сосредоточенно уставившись ей в глаза.
- Не на что не намекаю, - смутилась девушка. – Спросила только, а ты уж губу раскатал, - улыбнулась она.
- Аааа, - понял Ди. – Было подумал, что спариться хочешь. Так вот брось эти намёки, ты не подходишь. Тощая, мясо ещё не наросло. Ешь больше жирного, мучного, каши разные, прибавишь килограмм тридцать, там и поговорим, а пока забудь, нерест не для тебя.
Ди с серьёзным видом отвернулся обратно к костру, оставив Катю напрочь оглушённой таким раскладом.
Весь следующий день они провели в дороге, редко останавливаясь на привал. Незнакомые растения и неизвестные животные с птицами стали попадаться чаще. В некоторых местах практически полностью вытеснили знакомые виды. Взять, к примеру, рябину с вытянутыми, как у кизила ягодами или тысячелистник красного цвета с терпким запахом. Но больше всего Ди удивили синие, похожие на колокольчики цветы, пожиравшие насекомых и прочую мелкую живность, привлекая их ароматом мёда или кленового сиропа. Складывалось впечатление, что растения либо видоизменились, что маловероятно за такой короткий срок, либо занесены сюда из каких-то чуждых земель. Но каких? Неужели здесь ещё остались такие места, где пруд пруди невиданной флоры и фауны? Однако Ди знал, что в этих дебрях таких мест нет….
После полудня Ди уловил еле заметный запах костра с готовящейся на нём пищей. Так как ветер несущий ароматы шёл оттуда, куда они направлялись, путешественника ничего не оставалось, как посмотреть, кто же кашеварит в такой глухомани. Через пару часов вышли к быстротекущей речке, вдоль берега которой, стояло несколько грубо сработанных построек. Чуть дальше около дюжины заросших щетиной мужиков, что-то промывали в плоских тазиках.
- Старатели, - тихо сказал Ди, указав на мужиков. – Как-то встретил парочку у ручья, песок мыли.
- Золотой? – спросила она.
- Шут его знает. Говорят, многие из них люди опасные, недоверчивые, чуть что, за ружьё хватаются. Обойти надо.
Они направились вдоль берега. Пройдя метров двести, Катю приспичило по нужде, сказывалась непривычная для нежного желудка лесная пища. Пока она усаживалась в кустах, Ди притаился в зарослях папоротника, внимательно наблюдая за местностью. Внезапно появившееся чувство тревоги заставило его вложить дротик в ложе метательного приспособления.
Пока Катя тяжко вздыхала, строя «кирпичный завод» из-за деревьев показались двое одетых в лохмотья и вооружённых ружьями старателя с подвешенными к патронташам зайцами, выуженными из силков. Они возвращались с охоты не ожидая увидеть выходящую из кустов девушку подтягивающую штаны. Старатели и Катя замерли, уставившись друг на друга.
- Баба, - произнёс один из старателей, снимая ружьё с плеча. – Просто офигенная баба. Молитвы услышаны.
Второй лишь грязно выругался, выражая тем своё восхищение юной особой с которой тот не против приятно провести время. Катя поискала глазами Ди, заметив его поднимающегося из зарослей папоротника прямо за спинами старателей.
- Дайте нам пройти, - сказала Катя.
- Кому нам? – спросил первый старатель.
Девушка указала им за спины, те обернулись.
- Ого, - произнёс второй, - ещё и мальчуган. Никуда вы не пойдёте. Деваха точно тут останется надолго, а ты шкет брось палку.
Что Ди и сделал, решив не вступать в долгие, ничего не решающие дискуссии. Короткий бросок и крюк посылает дротик с неимоверной силой точно в цель. Первый старатель не успевает нажать на курок, дротик насквозь пробивает грудную клетку, приколов его к стволу ближайшего дерева. Второй тут же снимает ружьё с плеча, но делает это слишком медленно для маленького дикаря. Он не успевает навести дуло на мальчика, метательный нож с гулким хлюпаньем входит ему в солнечное сплетение. Падая, старатель всё же нажимает на курок, пуля пробивает Ди штанину, слегка царапнув по голени. Катя визжит от страха.
Ди быстро подходит к жертвам, вытаскивает нож с дротиком из тел, забирает зайцев. Схватив Катю за руку, бежит с ней подальше от этого места, куда уже выдвинулись услышавшие выстрел старатели.
- Зачем, - причитает Катя, - зачем убил их?!
- Что значит зачем? Они даже не спросили, что ты тут делаешь, а сразу перешли к делу. Как должен был поступить? Уговаривать, просить, умолять? – стал объяснять Ди. – Забыла, где находимся? Тут глухомань, зашла и поминай, как звали.
- Почему все хотят меня тр…?
- Почему? – перебил Ди. – Ты хрен знает, где от цивилизации, голодные мужики, закон на острие клыка. Какие ещё нужны объяснения?
Прибывший на место вооружённый отряд замечает, как вдали Ди с Катей переправляются на другой берег реки вброд. Попытка преследования проваливается, старатели быстро теряют след. В бессильной злобе несколько раз стреляют в заросли.
- Это кошмар какой-то. Тебе разве не страшно? – задыхаясь от бега, спрашивает Катя.
- Если было бы не страшно, был бы беспечен и меня давно кто-нибудь доедал, - ответил Ди.
***
Жена прокурора лежала на кровати со скомканным, давно не стираным бельём, прокурор лежал рядом, держа в руке пустой стакан, недавно бывший до краёв полненным виски. Оба смотрели в потолок.
- Есть вести от мальчика? – тихо спросила жена.
- Нет, - ответил муж.
- А если он не найдёт? – вновь спросила она.
- Не думай об этом, пожалуйста.
- Если не найдёт, для чего тогда жить? Я жила только для детей.
- И я.
- Если не найдёт, руки наложу.
- Прекрати! – крикнул прокурор. – Не вздумай! Он найдёт их, он дитя леса! Это его дом, а что где лежит в доме, он должен знать! Будем ждать!
- Будем ждать, - повернувшись на бок, произнесла жена.
***
Прошло ещё два дня, впереди показался скалистый хребет, навскидку до него было не больше дня пути. Так как уже темнело, стоянку решили устроить в сосновом бору. Разожгли костерок, подвесили котелок, разложили на ткани провиант.
Когда Ди мешал ложкой ароматную похлёбку, то краем глаза заметил движение за ближайшими деревьями. Очень быстрое, стремительное движение, чего-то бледно-белого, согбенного и высокого. Движение повторилось с другой стороны от стоянки, но теперь что-то пряталось за стволом векового тополя, часто выглядывая из-за него. Ди удалось разглядеть гостя, не привлекая ни его, ни Катиного внимания. Мальчик вздрогнул от одного вида лесной твари.
Это было долговязое существо с шероховатой кожей белёсого цвета, будто обсыпанной мукой или тальком. Лицо-маска с чернеющими глубоко посаженными глазами, ввалившимся ртом. Голова без волос и ушей, по-видимому, это та тварь, о которой предупреждал Бхорт. Ди обратил внимание на ноги с повёрнутыми назад коленями и длинные, увенчанные кривыми когтями руки. «Такой если влепит подзатыльник, пол башки срежет», - подумал Ди, прикидывая, что делать с таким молниеносно двигающимся противником. Решение оказалось неожиданно простым.
- Помешай-ка, - Ди протянул Кате ложку, - стоянку обойду, посмотрю, нет ли змей, а то по большому присядешь и каюк, жопа отравлена.
- Ночью? – удивилась девушка.
- Что ночью? Почти как днём вижу.
- Ну ладно, посмотри, - пожала плечами девушка, занявшись готовкой.
Ди, отстегнул ремешок державший нож в ножнах, незаметно вытащил из рюкзака моток припасённой для силков стальной проволоки, отошёл от костра на пять метров, принявшись натягивать её между деревьев вокруг стоянки на уровне поднятых вверх рук. Когда всё было закончено, вернулся к костру, где Катя заботливо накладывала похлёбку в миску. Принялись за ужин, но Ди ел медленнее обычного, наблюдая за мелькавшим за деревьями существом. Оно приближалось всё ближе и ближе, сокращая круги вокруг людей. «Готовится напасть, - подумал Ди, потягивая поближе гарпун. – Очень быстрый. Мгновенная смерть. Но похоже на похитителей девочек оно не покушается, боится».
Ди вспомнился рассказ Степана о пропавшей в этих местах научно исследовательской экспедиции с двумя опытнейшими проводниками. Посланная на поиски группа обнаружила только исполосованные когтями вещи, залитые уже почерневшей кровью, тогда всё списали на медведей.
Ди поднёс ложку ко рту собираясь отведать очередную порцию варева, как вдруг из темноты к ним метнулась смертоносная тварь, занёсшая руку для удара. Натянутая проволока издала звук гитарной струны. Скорость существа была настолько велика, что обезглавленное тело швырнуло в костёр, а отсечённая голова с кистью руки, описав дугу, ударились в дерево на противоположной стороне стоянки, отскочив от него словно мячики.
Катя заорала так, что у Ди заложило уши. Он схватился за них, боясь, что чувствительные к малейшим звукам перепонки лопнут, забрызгав всё вокруг кровью. Кричащая девушка вскочила на ноги, побежав куда-то в лес, Ди нагнал её в два прыжка, повалил на землю, заткнув рот ладонью.
- Прекрати голосить дура, - сказал он на ухо, - вдруг оно не одно.
Катя замолчала, уставившись на него выпученными от страха глазами. В этот момент до них донёсся звук гитарной струны, сопровождавшийся падением ещё одного тела.
- Хорош валяться. Давай к костру, - Ди рывком поднял её на ноги, - там оружие и припасы.
Когда прибежали обратно, Ди заметил множественные движения вокруг, твари прибывали на кормёжку. Дрожащая Катя села у затухающего костра, в который Ди подбросил охапку хвороста. Пламя быстро взвилось вверх, наполнив округу запахом горелой плоти.
Ди подошёл ко второму лежащему неподалёку телу, нашёл его голову, размахнулся, швырнув её в темноту. Туда же полетела голова первого существа. Движения за границей света прекратились, видимо желавшие перекусить твари задумались, стоит ли это делать. Ди взял в одну руку гарпун, в другую дротик, приготовившись к не предвещающей ничего хорошего схватке. Если бы не девушка он бы никогда не попал в такую хреновую ситуацию, никто в лесу не знал бы, что он тут вообще есть. Он бы не спеша, бесшумно, не оставляя следов добрался до хребта, отыскал девочек, подал сигнал и так же спокойно пошёл домой, предоставив спецназу разбираться с похитителями.
- А теперь медведь вас задери, что делать? – произнёс он мысли вслух, оглянувшись на Катю, но та ничего не услышала, она пребывала в шоковом состоянии.
Ди заметил выступившее из-за дерева существо, занёс дротик для броска, как вдруг тварь повернула назад, мгновенно скрывшись в дали, остальные, неизвестные науке хищники последовали за ним. Ди прислушался, пронюхал воздух, но вонь горящего трупа перебивала все другие запахи.
«Растёшь Ди», - донеслось из крон.
Ди посмотрел на Катю, она всё ещё прибывала в прострации, ничего не соображая.
- Ты не предупредил, - сказал он.
«Сам неплохо справился. Скоро не смогу идти с тобой. Кто тогда предупредит? Надейся только на себя».
Ди кивнул.
«Брось её, - шепнули листья, - это обуза, хотя и самка детородного возраста. Брось».
Ди снова взглянул на дрожащую всем телом Катю, ему впервые стало жаль эту глупую, попёршуюся неизвестно куда девушку.
- Пригодится для приманки, - сказал мальчик.
«Врать ещё не научился, хотя теперь и живёшь с людьми», - засмеялись деревья, скрипя и раскачиваясь.
Ди улыбнулся.
«Спите спокойно», - произнёс запутавшийся в листве ветер, - «В ближайшие дни они не вернуться, подтирают зады лопухами».
Голос Хтона растворился в ночных зарослях. Ди сел рядом с начавшей успокаиваться Катей. Дрожь прошла, но она всё ещё слабо понимала происходящее вокруг.
- Куда мы попали? – спросила та, слегка заикаясь.
- Я почём знаю, - ответил Ди, обняв её за талию. – Раньше тут такого не водилось.
Катя положила голову ему на плечо.
- Думала, мы умрём, - всхлипывая, произнесла она.
- Должны были, - согласился мальчик, - Обошлось.
- Мне показалось или ты разговаривал с деревьями? Или с кем-то в них?
- Тссс, - поднёс к её губам палец Ди, - показалось.
- Хорошо, - согласилась девушка. – Пусть так, а то с ума сойти можно.
- Можно, - Ди пнул ногой обгорелый труп. – Сходи тут теперь за грибочками.
***
Игорь с Борей стояли на краю поляны поросшей странными ромашками с крючковатыми лепестками. Совсем рядом насупился горный хребет, рассечённый надвое каменной речкой.
- Что это такое? – спросил Боря.
- Только заметил? – вопросом на вопрос ответил Барбаросса. – Подобное уже пару дней попадается. Думал, чудится с усталости, ан нет.
- Опасно? – заволновался Боря.
- Не знаю. Лет пять назад был здесь, подобного в помине не было. Но одно хорошо, мы опередили парня почти на день. Предлагаю засесть на тех выступах.
Он указал на нависшие над обоими берегами скалы. Место было отличное, вся округа оттуда легко простреливалась, да так, что даже двух плохо подготовленных стрелков с оптикой, хватило бы, чтоб удерживать на месте несколько хорошо вооружённых отрядов, а что уж говорить о профессионале коим являлся Барбаросса.
- Сядешь на одной, а я на другой скале, - объяснял он Боре. – Как голубки выползут, валим обоих.
- Он мне живым нужен.
- Ну, значит, бабу валим, его подстрелим слегка, чтоб не сбёх. Потом рви скота, сколько хочешь.
Они двинулись к скалам, топча странные ромашки, цеплявшиеся за штаны крючковатыми лепестками.
***
Дорогу пересекал высохший ручей. Ди с Катей собирались перейти на другую сторону, когда из крон послышался голос:
«Ди».
Мальчик замер. Посмотрел на крону развесистого дуба, закрывавшего добрую половину неба.
- Слышал? – тихо-тихо спросила Катя.
- Ничего не слышал, - ответил Ди. – Стой тут, - указал он на место.
Катя подчинилась, наблюдая, как Ди подошёл к дубу, обняв его.
«Дальше мне дороги нет», - донеслось из кроны. – «Будьте в тройне осторожны».
- Спасибо за помощь, - поблагодарил Ди.
«Ступай сын мой названный. Буду ждать».
Ди вернулся к Кате, и они перешли на другую сторону ручья. Мальчик оглянулся, наблюдая, как дуб качал ветвями, как бы прощаясь с ними.
- С кем шептался? – спросила девушка.
- Тссс, - приложил палец к губам Ди. – Не говори.
Чем ближе они подходили к каменной речке, тем больше редел лес, дальше была заросшая высокой травой равнина. Ди решил сделать привал перед трудным броском. Там, где нет деревьев, всегда есть опасность нарваться на неожиданно сильного хищника.
Мальчик освежевал последнего из трофейных зайцев, бросил мясо в котелок с булькающей на огне водой, набранной в хиленьком роднике в котором сейчас умывалась девушка. Ди попробовал бульон, не хватало соли, он бросил щепотку и вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд. Мальчик сосредоточился на ощущениях, стараясь понять с какой стороны пришла тревога. Наконец определил направление, кто-то наблюдал за ними со стороны хребта.
Ди скосил взгляд на возвышавшиеся горы, заметив на ближайшем склоне движение. Хотя до него было далеко, Ди мог превосходно видеть трещины в камнях и, торчащую из них хилую травку, а что уж говорить о двигающемся короткими перебежками человеке.
Закончив умываться, Катя села на походный коврик рядом с Ди, мешавшим бульон в какой-то задумчивой прострации.
- Ты чего? – спросила девушка.
- Как перекусим, сменим стоянку, - ответил он. – За нами наблюдают.
- Эти дебилы с ружьями?
- Может они, может кто-то другой. Думаю, мы у логова похитителей. Скорее всего, оно за хребтом, единственный короткий путь по каменной речке. Но всё здесь, какое-то не такое.
- В смысле не такое? – удивилась девушка.
- Если всё так, как думаю, ночью увидим что к чему.
Поев, сменили стоянку, углубившись обратно в лес, расположившись на небольшой поляне. Когда на мир опустилась ночь, они легли на коврики, уставившись в звёздное небо. Ди поднял руку, указывая на звёзды пальцем:
- Смотри, - сказал он. – Ни одного знакомого созвездия. Небесного гвоздя, то есть Полярной звезды, вообще нет.
- Боже мой, - тихо произнесла Катя, указывая на восходящую Луну на которой не было привычного рисунка ночного светила заляпанного пылевыми морями, оно лишь пестрело огромными кратерами. – Где мы?
- Когда я ещё не родился, - произнёс Ди, - отца загрызли огромные волки, позже я убил их вожака. Таких волков в природе не бывает. Может они отсюда, как и все непонятные твари, попадающиеся в глухих лесах?
Катя закрыла лицо руками.
- Бедные девочки.
- Ладно, - прервал причитания Ди, - давай спи. Завтра бросок вдоль реки.
Катя укрылась одеялом, повернулась спиной к костру, задремав через пару минут. Ди сел, прислушиваясь к ночным звукам, нюхая прохладный воздух, вглядываясь в кромешную тьму. Время от времени он проваливался в чуткую дрёму, сразу просыпаясь, вновь оглядывая местность. Однако усталость взяла своё, ближе к утру он уснул на мгновение, когда же проснулся, на него летел высокий, одетый в шкуры воин-охотник, пытаясь пронзить коротким копьём. Ди уклонился, подставив дротик, воин, не ожидая такой выходки от спящего мальчика, сходу наткнувшись на остриё. Он удивлённо уставился на торчащее из живота древко, собравшись закричать, но Ди не дал этого сделать, вонзив в горло нож по рукоятку. Воин завалился на бок, испустив дух. Разглядывать нападавшего не было времени, так как Катя пропала. Где-то в дали резко зазвучала и смолкла мелодия дудочки принадлежавшей похитителям, пославших убийцу.
Ди вытащил дротик из тела, втянул ноздрями ароматы ночи, уловив несущие ветерком тонкие нотки запаха разгорячённых мужских тел тщательно скрываемого под пахучими оленьими испражнениями. Он прислушался, мелодия повторилась, тут же опять замолчав.
Мальчик припал к земле стараясь отыскать запах Кати. Обнюхав всю траву рядом с местом, где та спала он, наконец, обнаружил его. Картина происшедшего начинала складываться. Похоже, Катя сама встала и ушла, виной же этому была мелодия. Ди вспомнилась сказка о крысолове, рассказанная учителем по истории в варианте, где тот уводит из города не крыс, а детей.
«Значит, - подумал Ди, - существует определённый набор звуков, определённой тональности влияющий исключительно на женское сознание, заставляющих их действовать по чужой воле», - по-другому происшедшее он объяснить не мог.
Ди ещё раз втянул запах, определив направление поисков, схватил оружие, бросившись в погоню.
Прошло около десяти минут, когда он настиг похитителей, приготовившись перебить тех дротиками на расстоянии, но неожиданно всё повернулось по-иному. Он уже слышал торопливые шаги, когда из ближайших зарослей донёсся звук натягиваемой тетивы. Ди прыгнул в сторону, откатившись за дерево, стрела со свистом ушла в разжижаемую рассветом темноту, не задев его. Ди отложил дротик, достал рогатку, вложив в резиновый жгут чугунный шарик, навёл её на заросли. Видимо лучник решил сменить место дислокации, двинувшись в обход мальчика. На мгновение между листвой мелькнула его голова, этого было достаточно, чтобы влепить в неё чугунным снарядом. Стрелок тут же упал, замерев без движения, Ди обошёл его с фланга, для верности пустив в голову ещё один шарик окончательно расколов её на части, и тут заметил движение сбоку.
Крупная мужская тень метнулась к нему, замахиваясь каменным топором. Схватив дротик, мальчик ушёл с линии атаки, ударив им противника наотмашь по голове. Того немного занесло от удара, но он снова махнул топором, удар пришёлся в пустоту. Противник остановился, не понимая, куда исчез мальчик мгновение назад бывший перед ним, это замешательство стоило ему жизни. Дротик вошёл между лопаток, выйдя из груди на несколько сантиметров, топорник качнулся, упав лицом вниз. Ди вытащил оружие из начавшей остывать туши, побежал дальше.
«Зачем я её взял, зачем я её взял», - мысленно повторял Ди, настигая похитителей в начавших пробивавшихся сквозь листву рассветных лучах.
Трое одетых в шкуры бугаёв попеременно тащили на плече связанную, ничего не соображавшую Катю. Как только она приходила в себя, один из них начитал дуть в тонкую деревянную дудочку, после чего девушка теряла волю, становилась покладистой, ручной, готовой выполнить любой каприз похитителей.
Заметив Ди, от группы отделился жилистый мужик с двумя дубинами в руках. Ди вложил дротик в метательное приспособление, тут же пустив его во врага, но тот легко отбил смертоносное оружие. Ди пустил второй, с ним произошло то же самое. Воин неумолимо приближался, размахивая дубинами, а Катю уносили всё дальше и дальше, пока она не пропала из виду.
Поняв, что дротики бесполезны, мальчик бросил в противника метательный нож, который вонзился в подставленную под него дубину. Расчёт на небольшие размеры ножа, из-за которых его сложно отбить, не оправдался. Воин быстро сократил оставшееся расстояние, нанеся удар по Ди. Мальчик уклонился, тот снова ударил, чуть не попав Ди по рёбрам. Очередной удар пришёлся по ногам, но и тут молниеносная реакция спасла маленького дикаря, однако вторая дубина всё же задела его по макушке.
Перед глазами Ди всё поплыло, было отступивший под утренним Солнцем мрак ночи, вновь вернулся, потянув его в непроглядные, тяжёлые глубины, куда вдруг долетел сухой треск выстрела. Ди упал, потеряв сознание, воин-охотник замахнулся дубиной, чтобы добить упорного преследователя, но меткая пуля вошла тому в затылок, выплеснув с противоположной стороны мозг вместе с осколками лица. Воин упал рядом с мальчиком.
Ди очнулся, когда Солнце было в зените. Голова раскалывалась, тело нестерпимо ныло. Он повернул голову влево, рядом лежало тело одетого в шкуры дуболома, повернул вправо, увидев сидящего на поваленном дереве Барбароссу, внимательно оглядывавшего окрестности. Ди попытался подняться, но руки и ноги оказались крепко связаны верёвкой.
- Добренького утречка, - сказал Игорь, заметив пробуждение Ди, направляя на него ствол карабина. – Совесть то не мучит за столько трупов?
- С чего это? – удивился Ди. – Они нападают, я защищаюсь. Или не положено свою жизнь отстаивать, как и жизни близких? Тебе ли это говорить?
Игорь задумчиво почесал бороду произнеся:
- Что верно то верно. Это в цивилизации не положено, а тут самое милое дело дубьём помахать. Это что за дерьмо? – Игорь ткнул дулом в сторону трупа воина-охотника.
- Один из тех, что украли девочек.
- Интересно, интересно, - продолжал рыжебородый. – Откуда они в наших лесах? Вроде как не осталось подобных племён, чай не в каменном веке.
- В каких наших? – ухмыльнулся Ди. – До сих пор не понял, где находишься? Растения видел, а небо ночное, а Луну?
- Поднимайся, - сказал Игорь, вставая и разрезая ножом путы на ногах мальчика, - пойдём к Боре, оружие твоё захвачу.
Ди с трудом поднялся, шатаясь, поплёлся в сторону хребта.
Боря лежал на скалистом выступе, наблюдая за той частью леса, куда ушёл Игорь.
«И как он умудрился заметить там дикаря с подружкой, вот что значит намётанный глаз», - думал он.
Вдали ухнул выстрел из карабина.
«Подстрелил, - улыбнулся Борис, проверяя в рюкзаке набор острых, как бритвы ножей, – Хорошие будут сапоги».
Убедившись, что всё на месте, он вновь посмотрел в сторону леса, заметив какое-то движение. Боря достал бинокль, но в предрассветных сумерках было плохо видно кто там. Движение повторилось ближе. Боре показалось, что в его сторону идут двое мужчин, один из которых тащит на плече мешок или что-то подобное. Их снова не удалось рассмотреть, поскольку те мгновенно скрылись в зарослях ненормально высокого хвоща. Боре пришло на ум, что возможно это вовсе не люди, а кабаны, медведи или ещё какая живность. На всякий случай он передёрнул затвор карабина, поставив его на предохранители.
Боря приложил оптику к глазу и притаился, ожидая появления прячущихся в зарослях существ. Если это животные, он не будет стрелять, а если люди то подумает…. Вдруг он почувствовал спиной чей-то пристальный взгляд. Страх сковал движения, тело не желало слушаться и повернуться назад, глаза боялись увидеть виновника неприятного ощущения, но Боря всё же нашёл силы посмотреть. Мужик, одетый в разноцветные шкуры летел на него, гремя костяными браслетами, на ходу вынимая из ножен длинный широкий нож. Боря набрал в лёгкие воздуха, чтоб закричать, но выдохнул его уже через хлещущую кровью дыру в груди.
Игорь и идущий спереди связанный по рукам Ди, подошли к скале, нависшей над рекой. Барбаросса крякнул уткой, ожидая ответа сверху, но его не последовало, это насторожило бывалого охотника. Тогда они поднялись по пологому, заросшему молодым ельником склону. Представшая картина заставила Игоря вздрогнуть. Обезглавленное тело Бори лежало на рюкзаке, на руках не было пальцев, голова валялась возле потухшего костра, а из распоротой груди всё ещё вытекала кровь.
- Сапоги из тебя сшить хотел, - кивнул Игорь на труп.
- Сапоги дело хорошее, но обломитесь. Тебя ожидает такой же конец, - сказал Ди, - если не выбросишь всё неестественное: пластик, резину, кожзам и прочее. Хоть бы карабин травой обернул…. Охотники почуют, где прячешься и всё….
- Пальцы то зачем режут?
- Наверное, какое-то верование, а ещё из них делают офигенные браслеты, - произнёс Ди.
- Надо уходить, - занервничал Игорь.
- Нет. Они вернутся за трупами, захотят отомстить. Им совсем не трудно догадаться, куда ты отправишься. Тебе не выбраться живым, - обнадёжил мальчик. – Лучше развяжи меня и тогда, может быть, нам удастся избежать участи Бори. Мы возьмём правее, найдём их логово, потом вернёмся в наш лес, определим, откуда подать сигнал. Прилетит спецназ и порешит всех.
Прикинув расклад, бородач был вынужден согласиться с доводами мальчика, тем более кому, как не сыну леса разбираться во всех тонкостях первобытной охоты. Лес, даже такой, его дом, а Игорь лишь незваный гость. Он разрезал верёвку, стягивавшую руки, вернул оружие, закопал весь пластик, а карабин обернул толстым слоем пахучих растений, которые должны скрыть запах ружейной смазки.
- Надеюсь, - произнёс Игорь, - ты мне брюхо не вспорешь?
- Нет. Даю слово, - ответил Ди.
- Запомни, я верю тебе. Даже не прошу извиниться за порезанные ноги и разбитую голову.
- В тот раз я тебя пожалел, потому что Ма не любит крови.
Игорь замолчал, злобно сверкнув глазами. События того нападения на дом до сих пор отдавались болью в ногах и редким головокружением.
Они прошли по речке на другую сторону хребта, взяли правее, и на следующий день наткнулись на грубо сработанный капкан на среднего размера животное, возможно волка, установленный рядом со звериной тропой. Игорь с Ди присели возле него, рассматривая диковинку.
- Самоделка, - сказал Игорь, - кованная. Цепь абы как сделана, кузнец не парился особо.
- Установили недавно, - добавил Ди, рассматривая место крепления цепи к клину, вбитому в землю. – Может пару дней назад.
- Должно быть, селение рядом, - продолжил Игорь. – Думаю это они.
- Нет. Кто-то другой, - он указал за зацепившуюся за пружину нитку. – Те в шкурах были, а тут ткань.
Ди аккуратно снял нитку, понюхал, попробовал на вкус, сказав:
- Похоже мужская рубаха. Давно не стиранная, пропахла дымом, пОтом, землёй.
Он поднялся на ноги, понюхал воздух, указав направление вглубь леса.
- Селение там.
- Ого, - удивился Барбаросса. – А если анализы попробуешь, заболевание сразу определишь или днём позже.
Ди не ответил на издёвку, направившись в указанную сторону, Игорь пошёл за ним. Через несколько часов они вышли к селению, хотя так его можно было назвать с большой натяжкой. Несколько десятков землянок, с торчащими из земляных крыш глиняными трубами жались к центральному бревенчатому зданию округлой формы. Оно было чуть выше землянок, с несколькими окнами и двумя дверями, одной на северной стороне, другой на южной.
Время от времени из строений выходили мужчины в длинных холщовых одеяниях, занимавшиеся повседневными делами: таскали хворост, мыли посуду, рубили мясо на колодах. Однако ни одной женщины или ребёнка так и не показалось.
- Странно, - погладил бороду Игорь, - рядом отмороженные соседи, а у них даже дозорного нет.
Ди снял с себя всё оружие, оставив только нож, спрятав тот под одеждой.
- Прикрой, - сказал он Игорю, что тот и сделал, поймав в оптический прицел ближайшего мужика строгавшего оглоблю рубанком.
Ди вышел из зарослей, спокойно направившись в центр селения. Мужики, заметив его, на мгновение замерли. Ближайший к нему выронил рубанок, открыв рот. Было заметно, что жители напуганы его появлением, но то, что он был безоружным подростком, а не дюжим молодцем с секирой немного успокаивало их.
- Кто ты? – слегка коверкая слова, спросил уронивший рубанок. – Что тебе надо?
- Я ищу двух девочек и девушку в странной одежде, - сказал Ди, демонстрируя руки, давая понять, что в них нет ничего опасного для жизни. – Их потащили в эту часть леса.
Мужики бросили работу, начав обхватывать его полукругом.
- Если забрали женщин, их больше не найдёшь, - произнёс один из них.
На шум из бревенчатого здания показался крупный бородатый мужчина с медвежьей шкурой на плечах, в руках он держал рогулину - длинное, тяжёлое копьё с широким наконечником и перекладиной под ним. Это был вождь племени.
- В чём дело!? – крикнул бородатый, ударив древком рогулины о землю.
Мужики, прекратив обступать мальчика, уставились на вождя.
- Вот, - сказал кто-то из них, - девок ищет.
Вождь подошёл к Ди, оглядел его с ног до головы.
- Откуда будешь? – спросил вождь.
- Из-за хребта, - ответил Ди, указав на горы.
- Там нет селений, - добавил глава племени. – Там бледные хищники.
- Ничего доказывать не буду, думайте что хотите, только укажите, куда потащили девочек.
Вождь посмотрел на мужиков, крикнув:
- Чего встали!? За работу!
Мужики послушно разошлись по делам.
- Странный ты малый, - сказал вождь, заглядывая мальчику в глаза. – Вроде отрок ещё, а говоришь как взрослый. Видно внутри старше, чем снаружи. Потрепало тебя. Пойдём в дом, побеседуем.
- Со мной…, - Ди было хотел сказать «друг», но осёкся, какой Барбаросса на хрен друг. – Со мной человек.
- Зови, - кивнул вождь.
- Рыжий! – позвал Ди. – Иди сюда, всё нормально!
Из зарослей появился мрачный Игорь с карабином наперевес. Мужики вновь побросали работу, начав удивлённо разглядывать второго пришельца с малопонятным оружием в руках. Вождь так же оглядел Игоря и чуть поразмыслив, пригласил гостей в бревенчатое здание, не отличавшееся внутри особой роскошью. Это скорее был хозсклад племени, чем жилище вождя.
- Меня зовут Свор – широкое копьё, - представился вождь, указывая им знаком садиться за стол, на который тут же стала накрывать появившаяся из-за обшарпанной печи старуха. – Я вождь этого племени, точнее того что от него осталось.
- Я Ди, это Игорь Барбаросса, - произнёс Ди.
- Что же случилось, мил человек? – спросил Игорь, поставив карабин на предохранитель.
- Ничего хорошего. Видели похитителей? – поинтересовался Свор.
- Мы убили троих, - сказал Ди, от чего вождь вздрогнул.
- Вы покойники, они найдут вас и четвертуют, - замахал руками вождь. – Очень мстительные.
- Зачем пальцы режут? – спросил Игорь.
- Считается, что без них враг не сможет охотиться и сражаться в мире мёртвых, а значит, обречён на страдания. Плюс, заимев его пальцы, победитель как бы становиться рукастей, сильней, проворней.
- А что с девочками? - Ди отхлебнул ароматной похлёбки, поставленной перед ним старухой.
- Даже не дёргайтесь, - печально ответил вождь. – Они забирают всех женщин за исключением совсем страшных и старух. У нас их почти не осталось.
- Так перережьте им глотки, - нахмурился Игорь.
- Несколько раз давали бой. Результат видите, мы вымираем и фактически стали рабами. Они появляются здесь время от времени, забирают женщин, еду, утварь, в общем, всё что понравиться. Кто противится, убивают на месте. Сбежать не дают, возвращают и казнят зачинщиков. Я двадцатый вождь за последние несколько лет. Мы, к сожалению, перестали сопротивляться. Живём по привычке, - вождь грустно уставился в тарелку с похлёбкой.
- Зачем баб воруют? – спросил Игорь. – Своих мало?
- Своих вообще нет, - поднял на него глаза вождь. – Не родятся у них девки. Давно не родятся. Когда-то очень давно все племена жили в мире, войн не было, всё в достатке родилось. Но однажды вождь их племени положил глаз на шаманку из соседнего народа. Очень красивая женщина была, кровь с молоком. В общем, она ему отказала, и тогда тот не придумал ничего лучше, чем выкрасть красавицу, да взять силой в жёны. Тогда шаманка навлекла болезнь на их народ. С неба упал камень, заразивший всё племя. С тех пор девочки не родятся.
- Камень? – удивился Игорь. – Метеорит.
- Камень, - сказал Свор. – Так вот, вместо того чтоб загнуться или ради продолжения рода слиться с другими племенами, они посчитали, что не рождение женщин это милость духов леса. Они, мол, избранные, видите ли, духи хотят от них воинов, поэтому и самок не дают. Стали тогда воровать женщин и девочек. Началась война, они оказались сильнее и фанатичнее. Много мелких племён погибло, потом дошло дело до крупных. Иногда женщин выманивали дурманящими звуками дудочки, те сами шли к ним в руки и назад не хотели. Они истребили почти все народы находившиеся рядом. Остались только рабы подобные нам и одно воинственное племя в дне пути на восток. С ними они никак не могут справиться, оборона налажена, чужих, как мы, не пускают.
- Что ещё известно? – спросил Ди.
- У них есть фермы по размножению. Там содержат некоторых женщин, которые только и делают что рожают. От этого племя постоянно увеличивается. Воины-охотники берут по несколько жён. Размножение и война стало основной идеей. Их вождь и его телохранители самые смертоносные воины из всех.
- Вот что, - произнёс Ди, вставая из-за стола. – Покажи нам дорогу к племени на востоке.
- Они не будут говорить с вами, - ответил вождь.
- Ты что задумал? – спросил Игорь.
- Я пришёл за девочками и без них не уйду. Тем более они похитили Катю. В этом целиком моя вина. Ты можешь оставаться здесь.
- Нет уж, - сказал Игорь поднимаясь. – Надо хоть что-то нормальное в жизни сделать, а то сдохнешь, хорошим словом не вспомнят.
***
Прокурор застал плачущую жену, сидящей в уличной одежде в наполненной тёплой водой в ванне. На полу валялось ржавое лезвие «Нева» найденное в инструментах. Он сел на стоящую рядом стиральную машину, уставившись на лезвие.
- Обо мне подумала? – спросил он. – Что мне потом делать? Что?
- Скажи, что он их вернёт, - всхлипывая, произнесла жена.
- Конечно, вернёт.
- Но уже столько дней прошло.
- Надо ждать. Ждать. Больше мы ничего не можем.
- Все твои связи, большие люди, чины, деньги и знакомства ничто. Они ничего не могут сделать, ничем помочь, они ноль, пыль, мусор. Только Ди единственная надежда и та призрачная.
Прокурор поднял лезвие, убрал в карман, слез со стиралки, наклонился к жене, обняв её.
- Ждать, только ждать, - прошептал он.
***
Начавшийся утром дождь превратил лесные тропы в раскисшую хлябь. Игорь с Ди плелись в сторону указанную вождём смирившегося со своей участью племени. Постепенно стали попадаться пни от срубленных топором деревьев, старые кострища и поставленные на зайцев силки. Воинственное восточное племя было совсем рядом. Идущий впереди Ди внезапно остановился, втянув ноздрями влажный воздух.
- Чего? – насторожился Игорь, вытаскивая из охапки душистой травы карабин.
- Дозор, - сказал Ди, прислушиваясь. – Нас пока не заметили, едят. Делай как я.
Ди поднял вверх руки, крикнув:
- Эй! Мы пришли с миром! Мы охотники, не стреляйте!
Он двинулся вперёд, прокричав то же самое ещё несколько раз, пока из-за деревьев не показались вооружённые луками и копьями мужчины. Они, молча, разоружили пришёльцев, указав следовать вместе с ними. Через час конвой достиг поселения окружённого многометровый частоколом из остро отточенных кверху стволов деревьев. Толстые дубовые ворота поднялись вверх, пропуская дозор.
Их ввели в просторную избу, где на оббитом мехом стуле с высокой спинкой восседал местный вождь в кожаном нагруднике с закреплёнными на нём стальными пластинами. Рядом с ним на табуретке сидел старик, увешанный какими-то побрякушками, должно быть шаман племени. Хмурые, вооружённые короткими мечами воины выстроились вдоль стен, готовые в мгновение ока уничтожить подозрительных ходоков.
- Я – вождь Обор. Вы кто такие? – властно спросил вождь.
Ди, прерываемый поддакиваниями Игоря, коротко рассказал, кто они и зачем пришли.
- Вы рехнулись? – сказал вождь.
Воины тихо засмеялись над недалёкостью наивных гостей. Шаман всё время не спускавший глаз с Ди, встал, подошёл к мальчику, обошёл вокруг него несколько раз, бормоча и закатывая глаза. Закончив странный ритуал, вернулся к вождю, прошептав тому что-то на ухо, на что Обор удивлённо посмотрел на Ди.
- Кто ты Хтону? – спросил он.
- Об этом не говорят, - ответил Ди.
- Кто такой Хтон? – спросил Игорь.
Ди оставил и этот вопрос без ответа. Вождь переглянулся с шаманом, тот взял слово.
- Древний дух считает тебя своим, - сказал он. - Почему?
- Наверное, ему просто было одиноко, - пожал плечами мальчик. – Вот и решил усыновить.
- По сему, мы примем вас, как гостей, - произнёс вождь, – но ненадолго. Оружие вернут. Мы не хотим огорчать лесной дух.
- Покажите, где живут похитители, - попросил Ди.
- Хорошо. Дадим в помощь двух лучших воинов, - продолжил вождь, - но только для того, чтобы ты убедился в тщетности своего дела. Рыжий останется здесь до твоего возвращения.
- А вы не пробовали…, - сделал попытку вмешаться Игорь, но его прервал шаман.
- Перебить? Пробовали неоднократно. Слишком мало опытных воинов осталось, проще оборонятся за стенами.
- Почему вы в таком случае не уйдёте? – спросил Игорь.
- С какой стати? - возмутился вождь. – Это наши земли, наш лес. Мы будем стоять до конца.
- Но надо же что-то с этим делать, - сказал Ди.
- Делаем. Идут постоянные стычки, теряем много воинов, - погрустнел вождь.
- А я давно предлагал дать решающий бой, - взвился шаман. – Либо мы, либо они. Жить в постоянном напряжении и страхе негоже.
- Без тебя знаю, - фыркнул вождь.
Утром следующего, такого же дождливого дня, Ди, провожаемый вождём, шаманом и Игорем отправился с двумя войнами в логово похитителей. Вечером второго дня они, промокшие до нитки, были на месте.
На нескольких вырубленных гектарах расположилось настоящий укрепленный город, окружённый рвом с водой. Через него был перекинут подъёмный мост охраняемый парой вооружённых воинов. В город входили и выходили представители племени несущие на себе разнообразные ноши, ведущие рабов на верёвке или толкающих впереди себя зарёванных девушек. Наконец жители перестали шататься туда-сюда, и мост подняли на ночь.
- Почему нет стен? – спросил Ди.
- Они никого не бояться. Все их враги мертвы. Но штурмом всё равно не взять, - пробубнил один из воинов, посмотрев на Ди.
- Хорошо в поле выманить, да сил маловато, перебьют всех, - произнёс другой.
- Мне нужно забрать девочек, - сказал Ди.
- Выкрасть не вариант, - добавил первый.
- Рискнуть можно, - Ди стал снимать с себя оружие, оставив один дротик, нож на поясе, сюрикен с метательными ножами и пращёй.
- Они, скорее всего, в доме привыкания, - сказал второй воин. – Туда всех новеньких загоняют, опаивают чем-то пару месяцев, чтоб слушались и только потом используют по назначению.
- Где этот дом?
- Возле хлева с дикими свиньями, у противоположной стороны селения. Только это всё не годится, ты погибнешь.
- Ждите здесь до утра, - Ди проверил заточку на ноже. – Если с первыми лучами не вернусь, уходите.
Воины кивнули, а Ди отправился к противоположной части лесного города. Выйдя из укрывавшего его леса, он незаметно прокрался по открытой местности, то и дело, замирая и осматриваясь под вновь начавшимся дождём.
Он словно уж сполз в ров, усыпанный чересчур жёлтым песком, переплыл на другую сторону, тихо выбрался на берег, спрятавшись за ближайшей постройкой. Сливаясь с тенями, Ди прокрался к дому привыкания представлявший из себя обычный хлев, только вместо коров там находились посаженные на цепь женщины, девушки, дети.
Двое часовых, отставив копья, играли во что-то на перевёрнутой бочке, забыв о службе, это позволило Ди забраться внутрь через окно. Женщины сидели, привалившись к стенам, кто-то лежал, другие причитали на незнакомых языках, гремя цепью с замком, прикреплённой к ноге.
- Катя, - позвал Ди, проходя между загонами. – Катя.
- Ди, - послышалось сбоку.
Мальчик подбежал к загону, увидев внутри прикованную к стене девушку.
- Думала не придёшь, - всплакнула она, взглянув на него осоловевшими от выпитого напитка глазами. – Меня поют какой-то дрянью, от которой голова идёт кругом.
- Может, знаешь, где девочки? – спросил он.
- Там, - Катя указала дальше по проходу.
Ди побежал вперёд, остановившись у нужного отделения. Там, на соломе, мирно сопя, спали две близняшки. Ди облегчённо выдохнул, подбежал обратно к Кате.
- Надо уходить, - сказал он.
Она показала цепь на ноге.
- Я попробую, - произнёс мальчик, перемахнув через заграждение.
Сначала он попытался вырвать цепь из стены, но этот не имело успеха. Попытка вскрыть замок ножом, так же была неудачной. Увидев его попытки, женщины из других загонов пришли в волнение.
- Зачем ты это делаешь? – на ломанном русском говорили они.
- Как зачем? – удивлялся Ди. – Разве вы не хотите уйти на свободу?
- Здесь наши дети, сёстры, матери. Мы никуда не пойдём, - отвечали они. – Такова участь.
- Какая участь? – не переставал удивляться мальчик. – Вы же, как курицы для откладывания яиц.
- Здесь наши дети, - находясь в дурмане, повторяли они.
Одна из женщин громко закричала. Тут же распахнулись двери, хлева пропуская бросивших игру часовых. В этот момент проснулись близняшки, девочки захныкали, зовя маму, еле ворочая заплетающимися языками. Ди вложил в пращу камень, коротко размахнулся и голыш снёс пол черепа одному из приближавшихся охранников. Второй воин, заметив мальчика, метнул в него копьё. Ди поймал его на лету, пустив в обратный путь, угодив часовому в грудь. Тот вскрикнул, упав на пол.
Ди заметил, как в проеме двери показались ещё трое воинов, должно быть ночной патруль. Он снова выпустил голыш из пращи, попав ближайшему из них в глаз, воин беззвучно свалился замертво. Поняв, что ловить больше нечего, Ди бросился бежать через окно. Он вывалился наружу, когда рядом с ним вонзилась стрела, с другой стороны улицы спешил целый отряд. Мальчик вскочил на ноги, бросившись бежать, проваливаясь в лужи, поскальзываясь на масляно-жирной грязи. Над поселением зазвучал гулкий, похожий на колокольный, набат. Вооружённые жители выскакивали из домов, ища причину ночного беспокойства.
Ди со всех ног бежал ко рву, когда дорогу ему преградил толстый мужик в кожаных латах с булавой в руках. Брошенный метательный нож уложил его в небольшую водосточную канаву, тянущуюся вдоль дороги. Выскочившие из-за поворота двое молодых воинов отправились за мужиком, получив по ножу в горло.
Ди летел, словно ветер, уворачиваясь от пущенных стрел и копий. У самой канавы он умудрился проткнуть дротиком подвернувшегося под руку патрульного, оставив его корчиться с дырой в животе. Над городом зазвучал рог, войска собирались на центральной площади готовясь отразить нападение неизвестного противника.
Метнув дротик в целившегося в него лучника, попав тому в мочевой пузырь, Ди сиганул в ров, подняв водяной веер. Минута и он уже выползает с противоположной, спасительной стороны, зачерпнув ботинком береговой песок. Выбравшись, бежит по лесу к ждущим его воинам. Те, поняв, что произошло, короткими путями идут в скрытое за высокими стенами поселение.
***
- Шесть трупов, - говорит выслушавший рассказ Ди вождь Обор. – Это пи***ец. Это война на истребление.
- Война за освобождение, - не соглашается шаман.
Ди виновато смотрит на мыски ботинок, неожиданно заметив на них блестящие крапинки. Он снимает ботинок, вывалив на пол горсть золотого песка. Стоящий рядом Барбаросса наклоняется, беря его, для внимательного изучения. Рассмотрев, показывает находку вождю.
- Знаете что это? – спрашивает он.
- Этого добра полно там, - отвечает вождь. – Полный ров. Они из него домашнюю посуду льют, больше ни на что эта дрянь не годится. Толи дело железо, - он обнажает длинный широкий клинок, висящий в ножнах на поясе. – Вот настоящее богатство, а это мусор.
Ди чешет затылок, рассматривая золото.
- Если я приведу воинов в десятки раз смертоноснее любого из вас, - говорит он, - рискнёте дать решающий бой?
Вождь задумывается.
- Плюс, возможно, будут ещё племена, - добавляет мальчик. – Вас будет больше.
- Если будут достойные воины, - отвечает вождь, - то мы смешаем их племя с го**ом, которое они заслужили.
- Верно, подмечено, - произнёс Игорь, – Сдаётся мне, та шаманка была чем-то больна, а метеорит вообще ни при делах. Она заразила всё племя болезнью, от которой перестали рождаться женщины и эта зараза в них до сих пор.
- Это уже не имеет значения, - добавил сидящий на табуретке шаман. – Либо мы, либо они.
- Мы с рыжим, - говорит Ди, - приведём воинов через несколько дней, только надо побольше песка.
- Хорошо, приводи бойцов, там решим. На всякий случай с вами пойдут те же воины, - одобряет вождь, - но если что-то пойдёт не так, вы умрёте.
Рано утром Ди, Барбаросса и двое приставленных воинов, прихватив кожаный мешок с золотым песком, любезно предоставленный местным кузнецом, делавшим из него миски да корыта, отправились в опасный путь.
Примерно через день они вышли к племени полурабов вождя Свора. Переговорив с ним о намечавшихся кровавых мероприятиях, которые в лучшем случае могут закончиться истреблением враждебного племени, а в худшем смертью всех причастных к сопротивлению, Свор как-то повеселел. У него появилась надежда, на какое-никакое будущее. Вождь пообещал собрать из других загнанных в унизительное состояние племён, столько народу сколько сможет. Уставшие, от вседозволенности и неприкасаемости почувствовавших себя хозяевами мира похитителей, соседние племена наверняка захотят поквитаться с ними за всё «хорошее».
Дав путникам в дорогу нехитрую снедь, Свор поспешил исполнить обещанное, разослав гонцов к другим вождям, а к некоторым отправившись самолично.
Небольшой отряд быстро достиг каменной речки, разбивавшей горный хребет на две части. Наступила ночь, лагерем встали в незаметной с любой стороны, низине. Двое приставленных воинов по очереди сменяли друг друга на часах, зорко следя за обстановкой. Однако даже намёка на погоню не наблюдалось, и это было очень странно. Если бы они чувствовали или имели доказательства преследования, то всем, включая Ди было бы намного спокойней. По крайней мере, отряд ожидал бы нападения, но на данный момент всё было слишком мирно и это опасно расслабляло.
На всякий случай Ди натянул стальную проволоку между деревьев, повесив на неё крупные, срубленные ножом ветки, которые подняли бы ощутимый шум в случае падения, прикоснись кто к проволоке. Как выяснилось позже, сделал он это не зря….
Пасмурное небо не давало лунному свету пробиться к утонувшему во тьме лесу. Часовому пришло время сменяться, он поудобней перехватил копьё, собравшись идти будить приятеля, но сделав шаг, упал набок, в ухо вонзилась стрела с иглообразным наконечником. Его копьё упало чуть в стороне, задев проволоку, шумно сбросившую с себя ветки.
Ди вскочил на ноги одновременно со вторым воином. Игорь не стал подниматься, а лёжа схватился за ПМ, подтянув поближе карабин. Лес ожил дикими криками, замелькавшими в свете костра шкурах нападавших. Откуда-то сзади раздался короткий предсмертный всхлип воина, в вихре атаки налетевшего горлом на проволоку. Нет, ему не снесло голову, но прорезало горло до шейных позвонков.
Пыл атаки немного угас, это позволило Ди раскрутить пращу и метким броском уложить первого показавшегося из-за деревьев, раздробив тому лицевую кость. Слева выскочил лучник, которого Барбаросса уложил двумя выстрелами из пистолета. После этого в низину хлынула волна головорезов духоизбранного племени уверовавших в свою исключительность.
Воин, стоявший рядом с Ди, подсадил на копьё здорового детину вооружённого палицей и широким тесаком с зазубренным лезвием. Уперев копьё в землю, перекинул его через себя, попав во врага, напавшего со спины. Ди успел метнуть ещё один камень, убив заросшего щетиной парня, влепив тому между глаз. После этого бросил пращу, схватив в одну руку дротик, а в другую нож.
Расстреляв обойму в почему-то не испугавшихся выстрелов дикарей, Игорь поднялся на ноги, одновременно перезарядив пистолет. В это мгновение обе стороны сошлись в рукопашной, которая больше походила на предсмертный танец муравьёв попавших на раскалённую сковороду.
Много времени спустя, Ди пытался восстановить в памяти это событие, но никак не мог чётко вспомнить, что там творилось. Такая мясорубка для него была в новинку, что нельзя было сказать о воине косившим врагов рядом с ним. Что делал Игорь, он не видел. С его стороны доносились выстрелы, матерщина и звуки ножа вонзавшегося в плоть.
Когда пьяняще-кровавое безумие закончилось, Ди очнулся под кучей тел одетых в пропитанные кровью шкуры. Задыхаясь от тяжести трупов, с трудом выбрался наверх, огляделся. Недалеко лежал практически порубленный на куски знакомый воин, от копья которого остался обломок расщеплённого древка. Тело Барбароссы, пронзённого несколькими дротиками, сжимавшего погнутый карабин, застыло на трупе охотника с раздробленной несколькими ударами приклада головой.
На мальчика навалилась удушающая усталость, он сел на стонавшего от тяжёлого ранения нападавшего, что заставило того стонать более отчётливо. Ди только сейчас почувствовал острую боль в левом боку, посмотрев туда, обнаружил воткнутый под ребра короткий нож. Исходя из того, что он ещё не умер, лезвие не задело жизненно-важные органы, но это не означало, что смерть ушла, она притаилась, ожидая, когда он загнётся от потери крови.
Ди лёг на тёплое тело, собираясь аккуратно вытащить нож. Раненный воин завыл, слабо заворочался. Ди, превозмогая адскую боль и практически теряя сознание, стал медленно вытаскивать инородное тело. Из раны тут же хлынула кровь, которую надо было срочно остановить.
- Помоги мне, - жутко коверкая слова, простонал раненый.
- Сначала помоги мне, - ответил Ди, - а после я облегчу твои страдания, ты уйдёшь, как подобает достойному охотнику. Прижми рану!
Воин-охотник, слабо соображая, что делает, протянул руку, зажав ладонью порез. Ди вытащил из штанов скользкий от крови ремень, отмахнул ножом кусок шкуры с ближайшего трупа, положил его на рану, перехватив ремнём вокруг туловища. Кровь немного замедлила бег, Ди поднялся. Шатаясь и прижимая рану рукой, направился к рюкзаку Барбароссы за аптечкой с кучей всевозможных медикаментов. Приготовив нитку с иголкой, вколов обезболивающее в ногу, нюхнул нашатыря, приготовился снять ремень.
- Помоги мне, - вновь произнёс страдающий от невыносимой муки раненый. – Быстрее.
- Заткнись, - ответил мальчик.
Глубоко вдохнув, Ди снял ремень с куском шкуры, кровь снова хлынула ручьём. Он быстро обработал рану обеззараживающим средством, воткнул иголку в раскрывшиеся края, начав стягивать. Благо обезболивающие начало действовать, а то бы лесные обитатели услышали совсем не детские выражения. Наконец края были сшиты, рана заклеена целой пачкой бактерицидных пластырей и замотана широким бинтом.
Ди встал, вытащил из лежащего рядом мёртвого тела дротик, опираясь на него, подошёл к раненому. Тот с надеждой смотрел на мальчика. Ди оглядел его, поняв причину мучений, его кишки тянулись на несколько метров в сторону от места, где лежал воин.
Мальчик встал перед ним на колени, приподнял голову, положив её поудобней. Пошарил под трупами, под которыми он только что лежал, там, в луже крови обнаружил свой нож, который приложил к горлу раненого.
- Не знаю, что у вас говорят по такому случаю, - сказал Ди, - но думаю нечто похожее на это, – он, как ему казалось, сделал торжественное выражение лица. – Ты славно охотился, а теперь отправляйся туда, откуда пришёл. Аминь.
- Сойдёт, - прохрипел воин-охотник.
Ди коротким движением перерезал ему горло, отправив туда, куда сказал. Вытерев нож о шкуру, вколол ещё обезболивающего и, отыскав оружие с поклажей, направился к золотоискателям с предложением, от которого они вряд ли смогут отказаться.
Обезболивающее закончилось быстрее, чем он думал. Добравшись же до сухого ручья, Ди потерял сознание от боли, успев перешагнуть на другую сторону.
Временами он приходил в себя, не понимая, где находится и что происходит. Его кто-то нёс на сильных, мохнатых, поросших бурой шерстью руках.
- Бхорт несёт названного сына Хтона, - бубнило существо. – Он поставит Ди на ноги.
- Неси к старателям, - еле произнёс мальчик.
- Старатели не нужны, старатели стреляют, - продолжал бубнить Бхорт. – Несу к себе. Плохая рана, очень плохая рана.
Ди снова потерял сознание. Когда очнулся, лежал на свежем пахучем лапнике в большой тёмной норе. Ди пощупал еловую подстилку, которая сейчас у него ассоциировалась с похоронами, на которых он как-то присутствовал. Там тоже использовали лапник, выстелив тот вокруг могилы.
Увидев, что мальчик очнулся, подошёл Бхорт, тыча в лицо горстью пережёванной кашицей, от которой пахло не совсем съедобными грибами, кореньями, барсучьим жиром и слюной лесного великана. Поборов рвотные позывы Ди спросил:
- Какого рожна ты подбираешь всякую дрянь?
Мохнатое существо хрипло засмеялось.
- Лекарство, - ответил Бхорт. – Ешь. Бхорт нажуёт ещё.
- Превозмогая отвращение, Ди принялся за трапезу. К его удивлению лекарство оказалось довольно аппетитным или, как вариант, это было воздействие одному Бхорту известных грибов. Доев блюдо, Ди мгновенно вырубился. Когда же опять пришёл в себя, то почувствовал огромный заряд бодрости смешанный с многократно увеличившимися силами. Рана практически срослась и совсем не болела. Бхорт подал ему выдолбленную из пня колоду, наполненную ключевой водой, Ди выпил всё одни махом.
- Два дня лежал, - произнёс Бхорт, показывая четыре пальца. – Сейчас здоров.
- Шепни-ка рецептик, - попросил Ди.
- Берёшь белый мухомор, - начал лекцию Бхорт, тщательно разложив по полочкам ингредиенты и способ приготовления.
Днём, когда Солнце стояло над лесом, Ди закончил проверку оружия и, обнявшись на прощание с мохнатым чудовищем, заспешил к старателям, прихватив подаренный Бхортом кусок, слегка отдававший тухлятиной оленины.
Отойдя на несколько километров от норы, Ди вспомнил о дымовом сигнале, который должен был подать после обнаружения девочек, что он и сделал. Чадящий густым дымом костёр выбрасывал в атмосферу огромное количество продуктов горения. Должно быть, его сейчас можно было увидеть с орбиты или даже с Луны, вот только когда можно было ожидать появление военных и будут ли они вообще, это вопрос. Ди не знал, что его сигнал приняли за очередной очаг пожара, который целую неделю бушевал в нескольких десятках километров к югу, превращая гектары первозданного леса в прах. Продержав костёр до вечера, Ди затушил его, отправившись в намеченный путь.
***
Степан с Машей скидывали с тракторного прицепа сено для коня. Робота не клеилась, думы о мальчике мешали сосредоточиться.
- Звонил прокурору, - сказал Степан, сбрасывая очередную охапку сена. – Вестей нет.
- Если с ним что-то случится, я вас обоих пристрелю, - пригрозила Маша.
- Ничего не случится, его одного можно ночью в город отпускать. А тем, кто на него рыпнется, можно сразу катафалк заказывать, будто не знаешь.
- Знаю, но от этого не легче. Для меня он ребёнок.
- Какой на хрен ребёнок? Он просто маленький мужик со стальными яйцами.
- Я уж кому только свечи не ставила, какие только пожертвования не делала, а его всё нет. Даже не снится. Не к добру это.
- Я тоже волнуюсь не меньше твоего, но в мракобесие не вдаряюсь и лежебок не подкармливаю.
Они замолчали, продолжив скидывать сено.
***
Ди, скрываясь за толстым стволом кедра, наблюдал, как мужики намывают крупицы драгоценного металла. Снова и снова они опускали в воду потёртые лотки, крутя-мутя речной песок, но, по-видимому, удача им не благоволила. Ди тяжко вздохнул, то, что он сбирался провернуть, шло в разрез с его пониманием жизни, но ничего не поделаешь, придётся сложить оружие перед потенциальным врагом, золотоискатели нужны ему в полном составе.
Он вышел из-за кедра, громко позвав старателей. Те испуганно обернулись, уставившись на мальчика. Опомнившись, бросились к лежащим рядом с каждым из них ружьям, карабинам, винтовкам, направив дула на непрошеного гостя. Ди стал медленно бросать дротики, нож и прочие орудия умерщвления на землю, а дюжина мужиков обступать его со всех сторон.
- Я пришёл предложить вам кое-что, - сказал Ди, снимая рюкзак и доставая из него увесистый мешок с золотым песком.
- Этот гадёныш завалил Щербатого с Малиной! – вскрикнул один из старателей, целившихся Ди в голову.
Остальные, пораскинув мозгами, тоже вспомнили недавнюю стычку. На шум из ближайшего дома появился тутошный атаман, совершенно разбойного вида.
- Что за галдёж?! – возмутился он.
- Чёрта поймали, что наших вальнул, - продолжал радоваться узнавший его старатель. – Кончить его на хрен.
Старатели одобряюще загудели. Атаман подошёл к Ди, оглядел с ног до головы.
- Посмотри сюда, - Ди бросил к его ногам мешок, начавший тянуть руку.
Атаман осторожно поднял его, заглянул внутрь.
- Откуда столько? - крайне удивлённо спросил он.
- Издалека. Там такого полно, - ответил Ди.
- Опустите стволы! – приказал атаман, старатели подчинились. – Видите парня в дом!
Два крепких мужика подхватили Ди под локти, как пушинку внеся в просторное помещение. Там усадили за длинный обеденный стол, подвинув ему чашку остывшего чая, которую Ди отодвинул обратно. Атаман высыпал на стол содержимое мешка, мужики ахнули.
- Да тут годовая норма, а может и более, - сказал кто-то. – Откуда это парень?
- Всё золото, что в том месте, будет ваше, если пойдёте со мной, - произнёс Ди, наблюдая, как старатели бережно касаются презренного металла.
- Ну-ка дай полный расклад, - нахмурился атаман, зачерпнув пригоршню песка с небольшими самородками.
Ди вкратце описал события последних дней, опустив рассказ о гибели тройки Бориса.
- Значит прокурорский «помёт» спасаешь? – криво улыбнулся атаман. – Мне с трудом верится, что весь этот бред может быть правдой.
- Тогда откуда столько «рыжья»? – произнёс узнавший Ди мужик.
- Думайте что хотите, - спокойно сказал мальчик. – Вам золото, с вас огневая поддержка.
- А может, ты за наш счёт в прокурорский рай попасть хочешь? – зашумели старатели.
- Меня ещё интересует, почему дикари не испугались выстрелов из пистолета? – добавил атаман. – Скорее всего, они знакомы с порохом и огнестрельным оружием. Что про это скажешь?
- Мне тоже это показалось странным, - кивнул мальчик. – Однако ни одного ствола у них не видел.
- Странно, - задумался атаман. – Могут беречь для особых случаев. Для таких, как мы….
Старатели вновь зашумели.
- Вот всё хочу спросить, - стукнул кулаком по столу крупный седобородый мужик, - как же ты столько народу на тот свет отправил? Не совестно тебе?
- Когда жил в лесу, - уставился на него Ди, – ни одного человека не тронул, а как вышел в мир, так со счёта сбился. Я защищался и защищал дорогих мне людей. Нет, не совестно совсем, сами на рожон лезли, сами смерть искали, как и ваши приятели. Думаете, они к столу звали? Жадность в глазах, яд на губах.
- Куда они звали дело ясное, - прервал перебранку атаман. – Бабе бы твоей не поздоровилось, а может и тебе для кучи.
Старатели захихикали.
- Что скажете мужики? - продолжил он. – Грохнем парня и поделим всё поровну, а потом будем дальше мыть до скончания века или сходим посмотреть? Выручим женщин, наберём золотишка на три жизни, постреляем. Потом плюнем на всё и в олигархи.
- Мне в олигархи без мазы, - произнёс сидевший ближе всех к мальчику старатель. – В большом мире «трупоеды» только и ждут, когда ты добро своё оголишь, чтоб руки к нему протянуть, а тебя на нары отправить. Плавали, знаем. Два раза бизнес терял. На дно залягу, буду жить, не светиться. А вот за невинных заступиться дело благое. От уха до уха упырям прописать не грех.
- А коли малой обманет? – спросил кто-то.
- Обманет, на ремни порежем, - похлопал атаман Ди по плечу. – Согласен, малой?
- Согласен, - сверкнул глазами Ди.
- Кто «за»? - попросил голосовать атаман, первым подняв руку.
Старатели несмело стали поднимать заскорузлые ручищи, последним, оглядев всех, поднял руку Ди.
- Единогласно! – обрадованно объявил атаман.
***
Прокурор сидел в кабинете, уставившись на муху, ползущую по липкому столу. Он внимательно разглядывал назойливое насекомое, изучал рисунок крыльев, фасеточные глаза, плотное брюшко. В дверь постучали, вошла пожилая уборщица.
- Убираться то будем, ваше благородие? – спросила она. – Какую неделю уж в грязи сидите.
Прокурор взглянул за забитое мусором ведро для бумаг, из которого торчали не только бутылки и шкурка от колбасы, но и рваные носки.
- Спасибо, дорогая вы наша Елизавета Сергеевна, - ответил он. – Потом.
Уборщица вышла, прикрыв дверь, которая тут же распахнулась, впуская помощника с папкой документов. Прокурор указал ему на стул, тот сел раскрыв папку.
- Значит новости такие, - начал доклад он. – Продолжаем пробивать всех кого можем, на мальца надежды никакой, как понимаю.
Прокурор пожал плечами.
- Может, его уже и в живых нет, - сказал он. – Теперь на мне его смерть. Жена так вообще скоро в психушку сляжет.
- Запрошенные спутниковые снимки ничего не выявили, кроме этого, - помощник положил перед прокурором фото Бхорта с колодой воды в руках, бредущего по лесной тропе.
- Что это?
- Снежный человек. Вроде.
- Какое он имеет отношение к нашему делу?
- Мы собираем всю информацию, которую можем найти.
- Сигнал от мальчика был?
- Сложно сказать, - смутился помощник. – В лесах несколько очагов пожара, и понять какой дым принадлежит сигналу невозможно. Несколько раз высылали вертолёты, но ничего не находили. Ещё поступило заявление от родителей няни. Она пропала.
- Выезжали на квартиру?
- Да. Вместе с родителями. Вот перечень отсутствующих вещей, - помощник положил перед ним лист бумаги.
Прокурор бегло ознакомился со списком.
- Похоже, в поход собралась, - предположил он. – Пошла искать девочек, мать её так. Только этого не хватало. Объявите дуру в розыск.
- Чувство вины гложет? – спросил помощник.
Прокурор кивнул.
- Продолжаем поиски убийцы Анжелы Олеговны и бывшего помощника губернатора. Есть версия, что к этому может быть причастен сын Германа Борис, который как в воду канул вместе с бывшим майором полиции, работавшим на его отца.
Прокурор выдвинул ящик стола, достал оттуда початую литровую бутылку водки, проставил перед помощником.
- За рулём? – спросил прокурор.
- Нет, но я на работе, - попытался отказаться тот.
- Даю оплачиваемый отгул, - прокурор извлёк из ящика две рюмки и нарезку колбасы.
Помощник отложил папку в сторону, начальник разлил напиток по рюмкам.
- Всё хорошо, что хорошо кончается, - произнёс он тост.
Чокнулись, залпом осушив содержимое.
***
Отряд старателей, ведомый мальчиком, неся на себе весь необходимый скарб, уверенным шагом двигался по звериной тропе. Атаман время от времени заходил в конец вереницы золотоискателей, дабы проверить всё ли в порядке, никто не отстал, не требуется ли помощь.
В один из последующих дней произошло интересное событие. Мало того, что старатели стали замечать неизвестные им виды растений и животных, так ещё и подверглись нападению странного белого существа с отвратительной рожей и длинными когтями. Хотя оно двигалось стремительно быстро, атаман уложил его одним выстрелом в глаз из карабина с оптикой.
Ди уже был знаком с подобными тварями. В этот раз почему-то на них напало только одно существо. Возможно, твари были хорошо знакомы с ружьями, но на всякий случай решили прощупать ситуацию, послав самого ненужного из стаи. Результат не заставил себя ждать, хищники не рискнули напасть.
Один из старателей, по-видимому, имевший небольшой опыт в хирургии, а может, просто раньше работал мясником, вскрыл опасную тварь. Какого же было удивление, когда на свет показались задвоенные органы: два сердца, четыре лёгких, две печени и дальше по списку. Закопав тварь, двинулись дальше к показавшемуся вдали рассечённому рекой хребту.
Без происшествий пройдя по реке, отряд углубился в совершенно чуждые леса, где через некоторое время вышли к месту расположения племени вождя Свора. Их встретила удручающая картина, землянки были разрушены, дом вождя сожжён дотла, а поляна усеяна раздувшимися трупами. Старатели бродили по месту побоища с печальными лицами, рассматривали тела, качали головами, приглаживали бороды.
Ди повёл отряд к племени вождя Обора, скрывающегося за высокими стенами укрепления. По дороге они то и дело натыкались на обезображенные, поеденные дикими животными тела полурабов из разных племён. Местами они лежали кучами или заполняли собой неглубокие овраги. Ди видел, как старателей сначала охватил испуг, постепенно переросший в ненависть, сменяемую смертельной злобой к совершившим подобное.
Дорогу преградил дозор, но узнав Ди, воины сопроводили долгожданных гостей внутрь укрепления. Вождь выслушал рассказ мальчика о гибели его воинов и договоре со старателями. Обор согласился с условиями договора, подкрепив одобрение миской доверху наполненной самородками, изъятыми у кузнеца. Старатели повеселели. Разделили богатство поровну, согласившись встать под командование вождя, который немедленно собрал совет по предстоящему сражению. На него собрались все значимые люди племени и прибывшие золотоискатели с мальчиком.
- Когда ты ушёл, враги устроили кровавый карательный поход, - рассказал Обор, расположившись на деревянном подобие трона, указав шаману рядом на табуретку. – Искали помогавших тебе, вырезали почти все покорившиеся племена. Люди Свора и он сам погибли одни из первых. Некоторые успели укрыться у нас, пополнив ряды воинов. Однако сюда враг не сунулся, но это дело времени. Пока есть возможность, надо подготовиться и напасть первыми.
- Что значат их копья против этого, - атаман потряс карабином с оптикой.
- У них есть нечто подобное, - ответил Обор. – Правда, не такое как у вас, более старое. Личный отряд вождя, как и он сам стреляют очень метко.
- Почему не сказали раньше? – спросил Ди.
- Не было повода, - ответил Обор.
Старатели засуетились, данная информация кардинально меняла ход событий. Надежда на быструю победу над вооружёнными первобытным оружием дикарями откладывалась.
- Откуда у них огнестрел? – поинтересовался атаман.
- Давным-давно принесли из похода за женщинами, - вспоминал вождь. – Длинные ружья, заряжающиеся через дуло. Насыпают чёрный порошок, кладут шарик, забивают пыж и ба-бах. Порошок и шарики сами делают. Стрелять из подобного, большая привилегия.
- Ну, вообще зашибись, - расстроился атаман, попрощавшись со скорой победой. – Успокаивает, что «Калаши» с «Утёсом» не раздобыли. Олд-скул едрить их.
- Предлагаю следующее, - перешёл к делу вождь. – Вызовем на бой в поле. Старатели разделятся на три отряда в составе наших войск. Зажмём их с трёх сторон. Пока будет мясорубка, Ди с отборным отрядом воинов нападёт с тыла. Главная задача рассеять ряды, отвлечь внимание и мы их добьём. К слову сказать, вождь так же исполняет функцию шамана, опасный человек. Я пойду в лобовую, отвлеку основные силы, - он взглянул на атамана.
- Патронов у нас не богато, но вставить по самые помидоры, думаю, сможем, есть немного тротила, - сказал атаман.
- Надо поджечь город с разных сторон, - произнёс Ди. – Паника сделает часть работы.
- Верно, - одобрил вождь. – Что скажет шаман?
Все посмотрели на старика. Тот зевнул, продемонстрировав собравшимся беззубый рот и сказал:
- Многие падут…. В том числе ты, - он указал на Ди. – Готов ли к этому?
Ди опешил от такого предсказания. Он не знал что ответить, но собравшись с духом произнёс:
- Если суждено, то сожгите моё тело, а прах развейте по ветру. Девочек верните родителям.
- Так, - возмутился атаман, - кончайте депресняк, а то я на хрен сейчас расплачусь. Чему быть, тому не миновать.
Обсудив тонкости предстоящей операции, все разошлись по определённым для них местам ночлега. Ди долго не мог уснуть, он представлял, как его убивают, а после сжигают на костре, как плачет новая Ма, как печалится Степан. Но ничего не поделаешь, шаман не может врать.
На рассвете следующего дня все воины племени стояли недалеко от вражеского города. Вернувшиеся с переговоров послы сказали следующее:
- Они конечно охренели от наглости «недочеловеков» типа нас, но вызов приняли. Пообещали, что выжившие позавидуют мёртвым.
- Ага, сейчас, - разозлился стоявший рядом с вождём атаман. – Хер им по всей морде.
Он взял висевший на груди бинокль, посмотрел на город, потом на ров усыпанный золотым песком.
- Глянь, - передал бинокль стоявшему рядом старателю.
Тот внимательно осмотрел ров, произнеся:
- Сдаётся мне, они построили город на оголённой золотой жиле очень приличного размера. Тут на сто жизней хватит.
Раздались гулкие трубные звуки, под которые из города выступило войско племени похитителей. Их было раза в два больше чем нападавших, воины Обора зароптали, но прикрикнувший на них вождь пресёк, начавшуюся было панику среди молодых охотников, заверив тех, что старатели владеют более смертоносным оружием.
Ди в составе отдельного отряда находящегося в лесном овраге, ждал благоприятного времени для атаки. Старший отряда нетерпеливо переминался с ноги на ногу в ожидании побоища.
- Правда, что ты сегодня умрёшь? – обратился он к Ди.
- Раз шаман сказал, значит, правда, - ответил тот.
Ди не хотелось умирать, как и любому другому человеку. Он храбрился, прикидывался спокойным, но в душе всё переворачивалось на изнанку, разъедало страхом и необратимостью перехода в небытие.
- Сакральная жертва, - кивнул старший. – Увидишь моих предков, пожми от меня руку.
- Хорошо, - согласился Ди.
Вождь вражеского племени, в окружении телохранителей, наблюдал за построением войска, стоя на крыше самого высокого здания города. Он пылал злобой и ненавистью. Как могли недочеловеки бросить ему вызов, кто надоумил их? Неужели это маленькой дикарь, о котором докладывали следопыты, нарвавшиеся на него при похищении молодой самки, который имел наглость пробраться в дом привыкания и убить шестерых воинов. Да, это он. С его появлением племена рабов стали проявлять непокорность, а недобитые охотники подняли голову, выйдя из-за дававших иллюзию безопасности стен.
Телохранители заряжали мушкеты, а слуги выкладывали на столе перед вождём пять длиннодульных оленебоев, готовясь к активной перезарядке. Вождь готов был отдать приказ стрелять, но понимал, что ещё слишком рано выпускать драгоценные заряды. День предстоял жаркий, униженные и порабощённые племена пришли спросить с оборзевших угнетателей.
Ощетинившиеся копьями войска выстроились друг перед другом в ожидании команды к атаке. Воины с нетерпением ждали начала кровопролития, взвешивая в руках сплетённые из гибких ветвей щиты, проверяя заточку железных и бронзовых мечей, топоров всевозможных видов, в том числе и каменных выдававшихся малоопытным воякам. Дубины, палицы с вставленными в них острыми камнями, ножи из кремния, стрелы с каменными и железными наконечниками, пращи и дротики всё, что было в арсенале обоих племён, сегодня присутствовало на поле брани.
Шаман выступил из плотных рядов воинов, за ним вышли двое подростков ведущие на верёвках молодого кабана. Шаман вытащил из ножен, висевших на ремне кривой бронзовый нож, на конце рукоятки коего красовалась фигурка крылатого человека. Он поднял его над головой, что-то коротко прокричав, потом картинным взмахом перерезал кабану горло, зверь забился в конвульсиях и затих в луже крови. Шаман обернулся к войску, громко сказав:
- Духи даруют победу в обмен на кровь! Бейтесь храбро!
Вождь вражеского племени поднял над головой оленебой, произнеся:
- Мы избранные! Мы обречены на славу и почести! Духи с нами!
Вождь положил ружьё на стол, слуга преподнёс боевой рог, тот торжественно взял его, выдав протяжный, несколько раз прерывающийся сигнал к атаке. Войска, ведомые сотниками, бросились вперёд, дико крича.
Вождь Обор, стоявший в середине войска, поднял вверх обнажённый меч с криком:
- Вырежем скотское племя!
Его воины бросились на врага. С обеих сторон ударили лучники и пращники, кося передние ряды.
- Давай! – заорал атаман.
Грянул залп, за ним второй, третий, стрельба переросла в беспорядочную канонаду. Пули пробивали витые щиты насквозь, расщепляли древки копий, десятками отправляя на тот свет рвущегося к победе врага. Оба войска столкнулись в рукопашной схватке.
Ди, наблюдавший сражение левого фланга из засады, ужаснулся кровопролитию. Люди падали с распоротыми животами, отрубали друг другу руки и ноги, сносили головы, расщепляли их ударами дубин и каменных топоров. С детства привыкший к крови и жестокости Ди, в страхе закрыл глаза руками.
- Не пора ли выступать? - спросил один из воинов у старшего отряда.
- Рано, - ответил тот. – Пусть оттянут силы из города на равнину, потом пойдём.
- Как это поймём? – поинтересовался Ди, убрав руки.
- Вождь и его отряд начнут палить из ружей.
Потянулись тревожные минуты наполненные криками живых и умирающих, ружейной пальбой старателей и воем рога доносившегося из города, этим звуком вождь давал команды отрядам. Ди заметил, как из гущи сражения высоко вверх взлетела странная, светящаяся слабым огоньком, стрела. Она описала дугу, упав где-то в середине вражеского войска. Несколькими секундами спустя там раздался взрыв, вметнувший в воздух разорванные тела, превращённые в куски кровавой плоти.
- Что это? – испуганно спросил старший отряда.
- Тротиловая шашака, - ответил Ди. – Громкая смерть. Сейчас начнётся полный фарш.
Вслед за первой стрелой взлетели ещё две, они так же упали на вражеских воинов, оставив на их месте оторванные конечности и обезображенные тела. Противник стал отступать, в это время раздался оглушительный залп со стороны отряда вождя.
Передние ряды войска Обора повалились замертво, второй залп завалил внешний берег рва трупами прорвавшихся к нему воинов из второго ряда. Каждый выстрел мушкета, а в особенности оленебоя нёс неминуемую смерть. Это были стрелки высочайшего класса. Активное наступление тут же захлебнулось. Стрелки вождя быстро рассредоточились по городу, заняв крайне неудобные для наступавших позиции. Они открывали огонь по готовности, прорежая войско Обора.
Старатели, имевшие оптические прицелы стали стрелять по первобытным снайперам, убив пятерых, но и те в свою очередь угрохали троих золотоискателей. Лучники Обора, подступившие ближе ко рву, накрыли ближайшие постройки огненным дождём стрел с горящей паклей, в городе начались пожары. Часть лучников, не успела сделать второй выстрел, стрелки положили их в момент зарядки луков.
Рядом с одним из стрелков вонзилась стрела с тротилом. Мгновение и нашинкованные кишки полетели в разные стороны, накрыв красным веером подтянутых с других концов города воинов.
Старший отряда обратился к Ди.
- Пойдёшь в хвосте, - сказал он, ощупывая наконечник копья, - твоя задача вытащить женщин из дома привыкания. Мы прикроем. Вперёд!
Все, как один, выскочили из засады, неся скрученные вместе жерди. Перекинули их через ров подобно мосткам, устремившись внутрь города. Беспечность враждебного племени и самоуверенность в своих силах сыграли с ним злую шутку. Уверовав в свою неуязвимость и страх других племён перед ними, похитители так и не удосужились возвести необходимую сейчас стену.
Ворвавшись на улицы города, где сейчас находился минимум боеспособных воинов, отряд устроил настоящую резню, одновременно запалив его в месте штурма. Опомнившись, враг стал стягивать туда значительно поредевшие силы, оголяя другие места обороны, где уже прорывались отряды Обора.
Под несмолкаемую ружейную канонаду, взрывы тротила, крики умирающих Ди пробирался к дому привыкания, пронзая дротиками попавшихся на пути врагов. Метательный крюк был давно сломан о чью-то голову, в заплечной обойме осталось три дротика, но ещё был гарпун, нож и сюрикен. С таким арсеналом мальчик добрался до нужного места охраняемого двумя воинами. Первого он пронзил метко пущенным дротиком, второго продырявил гарпуном в короткой схватке. Выдернув дротик из остывающего тела, снял с него связку ключей, подскочил к входу, но тут же отпрянул, сверху упал стрелок с прострелянной головой, за ним шлёпнулся мушкет.
Ди вбежал внутрь. Времени в обрез, пожар в городе усиливался с каждой секундой, обезумевшие от кровавой мясорубки воины то и дело проносились мимо с дикими воплями. Мальчик метался от загона к загону, отпирая замки, выталкивая опоенных отупляющей дрянью женщин, детей и подростков в центральный проход. Туда же вытолкал сонную Катю и двойняшек. Он толкал пленниц к выходу, пинал, колол дротиком, но они лишь вяло перебирали ногами, смотря на него ничего не понимающим взглядом. Дом привыкания вспыхнул с противоположной от выхода стороны, помещение быстро заполнилось едким дымом.
Ди, наконец, вытолкал женщин наружу, где в кровавой схватке сошёлся его отряд и подоспевшие воины дикого племени. Бросившегося к ним воина с топором Ди уложил, попав сюрикеном в шею.
Дом привыкания вовсю пылал, когда мальчик заметил внутри две еле идущие фигуры. И как он мог их прозевать? Ди бросился внутрь, но неожиданно Катя схватила его за плечо. Это замешательство спасло ему жизнь, горящее здание обрушилось на страшно закричавших женщин. Пара мгновений и крики стихли в ревущем пламене.
- Бегите ко рву! – заорал Ди. – Вон из города! Вон отсюда!
Начавшая соображать Катя схватила одну девочку за шкирку, вторую Ди взял на руки, побежав в сторону рва. Женщины пошли за ним, будто вокруг ничего не происходило, будто они гуляли по парку.
Камень, выпущенный из пращи, попал Ди в голову на излёте, если бы он двигался чуть медленнее, череп точно бы треснул, но сейчас его лишь сильно контузило. В глазах поплыло, он перестал понимать, где находится, но девочку из рук не выпустил. Его занесло в превратившийся в филиал домны переулок. Увидев куда тот направляется, Катя принялась толкать его обратно, вырывать из рук плачущую девочку, но Ди цепко держал ношу. Всё же Кате это удалось, а Ди упал на колени в паре метров от пылающего ада. Какая-то женщина, оклемавшаяся от дурмана, трясла его за плечо, прося подняться, но он не слышал и не понимал, что та хочет. Катя пыталась поставить его на ноги. Ди приподнимался и снова падал. Всё же мальчик сообразил, что надо куда-то двигаться, пополз за удаляющимися женщинами подгоняемый Катей и навзрыд ревущими двойняшками. Стало быстро темнеть, пошёл противный моросящий дождь.
Он мешком свалился в заполненный трупами ров, через который переправлялись всё ещё мало соображавшие женщины, тупо воющие дети и похожие на зомби подростки. Катя тащила его к противоположной стороне, плакала, отталкивая качающиеся на воде распоротые тела, одновременно помогала плыть девочкам. Рядом рванула тротиловая шашка, обдав всех кровью и кусками трупного мяса. От взрыва Ди пришёл в себя, ощупал рану на окровавленной голове, подхватил двойняшек, лягушачьими рывками поплыв к берегу. Женщины медленно ползущими слизняками выбирались изо рва в прохладный лесной вечер наполненный хрипами тяжело-раненных бойцов, воплями заживо сгоравших в пекле городского пожара, выстрелами мушкетов и охотничьих ружей, взрывами тротила.
Ди обернулся, бросив взгляд на идущее на ближайшей пылающей улице сражение, и вовремя…. Уходивших в лес женщин заметило пять вражеских воинов, они не раздумывая, бросились в погоню за двуногим сокровищем, ради которого убили стольких отцов, братьев, сыновей, мужей, женихов и просто оказавшихся рядом мужчин из костей, чьих пальцев потом изготавливали хвастливые украшения. Ди метнул дротик в переплывавших ров головорезов. Первый дротик ушёл на глубину, вонзившись в покрытое золотым песком дно. Второй проткнул спину пловцу державшему нож в зубах. Третий пробил грудь вышедшему на берег бойцу, тело грузно упало в воду, подняв кровавые брызги в наполненный запахом горящей плоти воздух.
Катя закричала, когда трое уцелевших убийц выскочили из воды. Ди успел пустить в ход рогатку, раскроив одному череп чугунным шариком, сунулся было за очередным зарядом, но это был последний. Ди выставил перед собой гарпун, воины достали длинные ножи. В этот момент послышалось два выстрела подряд, один из старателей увидевший схватку, решив помочь мальчику. Оба вражеских воина упали обратно в ров, добавив в кровавый суп смерти свежее мясо.
Ди помахал старателю, тот махнул в ответ и рухнул от пули, выпущенной из оленебоя. Вождь кровожадного племени, стоявший на крыше ближайшей ко рву горящей постройки бросил ружьё, сиганув в воду. Через мгновение выбрался из рва, подобрал лежавшее копьё, спокойно направившись в сторону мальчика.
- Бежим! – сказала Катя, хватая близняшек за руки.
- Ты! – закричал вождь, указывая копьём на Ди. – Я знаю кто ты! Знаю кто ты! Вождя-шамана не обмануть!
- Я - охотник! - ответил Ди.
- Ты пасынок лесного духа! Вижу тебя! Знаю тебя! Намотаю кишки вокруг шеи! Сделаю из пальцев браслет!
– Твой скальп станет подошвой моей обуви, гнида фашистская! – крикнул Ди.
- Кто?! – не понял вождь.
- Забей!
Ди заметил лежащий в паре шагов от себя труп воина с разможжённой ударом каменного топора головой. Подскочил к нему, погрузив руку в кровоточащую кашу, потом провёл дрожащими от страха пальцами по своему лицу ото лба до горла. Получилась кроваво-полосатая маска.
- Бейся, трус, прячущийся за рвом! – крикнул Ди, практически перейдя на визг.
Оскорблённый предводитель теперь уже вымирающего племени, которое методично добивали воины Обора на пару со старателями, сверкнув глазами полными ненависти, бросился на Ди. Катя с девочками предпочли укрыться в лесу, наблюдая за боем, освещаемым горящим городом.
Вождь то пытался пронзить Ди, то орудовал копьём, как дубиной, то старался подсечь увёртливого мальчика, но тот лишь уходил с линии атаки, время от времени нанося удары гарпуном.
Несмотря на опытность вождя, пасынку Хтона всё же подвернулся благоприятный момент для смертельного удара. Ди сделал длинный выпад вперёд, но оступился, вождь тут же воспользовался этим, пронзив грудь мальчика насквозь. Ди глубоко вдохнул вечерний воздух, застыл на месте, уставившись на вышедшую из-за бледных туч Луну. Вождь оттолкнул уже безжизненное тело ногой, снимая с копья. Он встал над мальчиком, доставая широкий нож, собираясь отрезать пальцы.
Катя закрыла лицо руками, тихо заплакав. Рядом захрустели ветви, мимо прошёл шаман племени Обора с луком в руках. Не останавливаясь и что-то напевая себе под нос, он натянул тетиву, выпустив стрелу в вождя. Затем пустил ещё одну и ещё, и ещё.
Вождь вскрикивал после попадания каждой стрелы, пока не упал рядом с Ди, превратившись в подобие дикобраза, шаман выпустил в него весь колчан. Он подошёл к Ди, поднял на руки, понёс в сторону затихшего полевого сражения, где теперь воины Обора добивали взятых в плен врагов, разложив тех в ряд на земле, разбивая головы дубинами и палицами.
Катя направилась за ним вместе с девочками, остальные пленницы поплелись туда же. Шаман добрался до победившего войска. К нему тут же вышел Обор с перебинтованной тряпицей головой и сломанной рукой лежащей на перекинутом через шею ремне. За ним подтянулись четверо оставшихся в живых старателей, их атаман покоился на дне рва, пронзённый стрелой во время форсирования водной преграды. Измотанные битвой воины обступили шамана с мёртвым мальчиком на руках. Наступила гробовая тишина.
- Хтон будет зол. Хтон будет очень зол, - сказал шаман.
- Кто такой Хтон? – спросила Катя.
- Тссс, - прошипел шаман. – Не говори.
Катя тихо заплакала, ей вторили двойняшки, а потом и все женщины. Обор посмотрел в бледное лицо Ди, провёл ладонью по лбу, поднял веки, заглянул в глаза, посмотрел на Луну, вставшую над местом побоища к которому стекались выжившие в бойне женщины и дети. Ещё несколько часов назад они находились в личном пользовании воинов-охотников кровожадного племени или в родильных фермах, но теперь могли идти на все четыре стороны.
- Семь? – спросил вождь у шамана, положившего Ди на землю. – Не поздно ещё.
В тишине хрустнул раскалываемый череп казнённого пленного.
- Хватит там! – прикрикнул вождь.
- Это последний! – ответил воин, добивший врага. – Даже не разбежались! Всё! Хана им!
Войско радостно закричало.
- Ничего не гарантирую, - ответил вождю шаман, тоже посмотрев на Луну, - но рискнуть можно.
Обряд Семи выглядел довольно затрапезно для жителей лесов. Эта скучная процедура часто давала сбой, но когда всё получалось, восторгу не было предела.
Ди положили на ровный участок земли. Подходившие воины вонзали копья вокруг него, образуя нечто вроде густых зарослей. Шаман достал из взятого с собой мешка, два внушительных не совсем человеческих черепа наполненных мелкой галькой и длинный аркан. Аркан повесил на пояс, а черепами стал трясти словно погремушками. Они издавали звук одновременно похожий на треск и невнятное бормотание.
Шаман начал красться между копий, тряся черепами, мыча нудную мелодию, приплясывая, пригибаясь и высоко выпрыгивая. Воины зевали, женщины разлеглись на земле, некоторые, бывшие в положении, тут же уснули и только Катя с двойняшками да старателями, затаив дыхание наблюдала за первобытным таинством. Шаман закатил глаза, остановился, бросив погремушки под ноги. Раскрутил и метнул аркан, петля которого затянулась на чём-то невидимом. Шаман с силой потянул верёвку на себя.
***
Ди сонно брёл по древнему лесу, врезаясь в гигантские, овитые лианами деревья, чьи кроны скрывались за облаками. На пути то и дело попадались одетые в шкуры охотники, воины, женщины, дети, старики. Некоторые были только в набедренных повязках или сплетённых из широких листьев накидках. Ди подошёл к мальчику, игравшему с оранжевой ящерицей, толкнул его в плечо.
- Чё за лес? – спросил он. – Не пойму куда иду.
- Ты что ещё не понял? – улыбнулся мальчик.
- Чего?
- Ты мёртв. Это иной мир, мир покоя, сытости и вечного лета.
- Мёртв? - удивился Ди, хлопнув себя ладонью по лбу. – Так у меня ж там дела! - он с досадой махнул рукой.
Мальчик отвернулся, потеряв к нему интерес, продолжил играть с ящерицей. Ди вспомнил о воине, просившем пожать руку его предкам. Они тут же возникли перед Ди. Сами жали ему руку радуясь вести с Земли, обнимали, гладили по голове, целовали в щёки и лоб. Ди вспомнил о своих предках. К нему подошли Ольга с Григорием, обняли сына, взяв за руки, повели за собой в сторону ярко сиявшего гигантского Солнца.
Вдруг, нога Ди за что-то зацепилась. Он взглянул вниз, петля аркана впилась в голень мёртвой хваткой. Другой конец верёвки уходил куда-то в лес, теряясь в зарослях. Ди попытался скинуть её, но верёвка вросла в мясо, составив одно целое с костью. Родители тоже обратили внимание на препятствие, отец рискнул порвать её, но из этого ничего не вышло.
Из зарослей появилось семь странных человекообразных существ, которые стали хватать Ди за руки и ноги, толкая в заросли. У одного из них были огромные глаза, у другого большие уши, у третьего мощные руки и ноги, у четвёртого крупный нос, у пятого под тонким черепом бугрился ненормально большой мозг, у шестого гибкое, змеиное туловище, у седьмого гипертрофированное мускулистое тело.
Отец перестал дёргать верёвку, пригладил бороду, сказав:
- Тебя зовут назад Ди.
- Мы будем ждать тебя, - произнесла мать.
В это мгновение аркан натянулся, потащив мальчика в заросли. Существа побежали за ним.
***
Бездыханный Ди лежал на земле, уставившись мёртвыми глазами на Луну, от которой вдруг отошло световое кольцо, ударив его в грудь. Тело вздрогнуло, следующее кольцо так же ударило мальчика, тело снова вздрогнуло. Семь раз кольца били в труп, возвращая его к жизни. После последнего удара Ди задышал, сев и уставившись на шамана, буднично сворачивавшего аркан. Тишину взорвали радостные крики присутствующих на обряде.
- Семь разных духов теперь с тобой, - произнёс шаман. – Можешь мамонта за хобот таскать.
Ди посмотрел на место в груди, куда вонзилось копьё, там красовался уродливый шрам.
- Я был мёртв? – тихо спросил Ди.
- Ещё как, - кивнул шаман, убирая черепа в мешок.
Ди поднялся на ноги, опираясь о торчащие вокруг древки. Сбивая копья, к нему подбежала зарёванная Катя, повиснув на шее.
- Я сейчас снова сдохну от твоих обнимашек, - заворчал мальчик. – Задушишь.
Девушка ничего не ответила, она лишь плакала, обнимая Ди.
Превратившийся в пепел город потух три дня назад, воины Обора и представители примкнувших племён не успевали сжигать трупы и их охотно обгладывали довольные трапезой лесные хищники.
Радостные старатели, нагрузив четыре воза запряжённых одомашненными оленями да лосями, мешками с золотом и провизией, готовились к отъезду. Впереди лежал долгий путь домой.
Ди с Катей, двойняшками и тремя десятками женщин, детей и подростков, похищенных из нашего мира, тоже собирался в обратный путь. Остальные представительницы прекрасного пола решили остаться с племенем Обора, идти им было некуда и незачем.
- Мы отправимся без старателей, - сказал Ди подошедшему шаману. – Они будут двигаться очень медленно.
- Возможно, не дойдут вообще, - произнёс шаман, бросив взгляд на мешки с золотом. – Кто-то может решить, что такое богатство нужно одному. Но одному ему из леса не выбраться.
- Тебе видней, - пожал плечами Ди. – Вообще это их дело, договор соблюли все стороны.
- Хотел предупредить на счёт духов, - сменил тему шаман. – Прислушивайся к ним чаще, не полагайся на обычное, хотя и острое, чутьё. Оно почти бесполезно в больших городах.
- Спасибо. Учту.
Наконец сборы ведомого Ди похода были закончены. Нагрузившись провиантом и всем необходимым в дальней дороге, прихватив оружие, оставшееся от погибших золотоискателей, отряд двинулся к дому. Старатели же всё ещё продолжали паковать «чемоданы», собираясь выступить позже.
Обратная дорога была спокойной, бледные хищники больше не осмелились нападать, а обычные животные старались обходить шумную ватагу стороной. Однажды они вышли на просторную лесную проплешину, на которой паслось семейство огромных мохнатых зверей с кривыми, похожими на стволы деревьев бивнями и мощными хоботами.
- Не может быть, - удивились все кроме Ди.
- Кабанов в первый раз видите? – по-деловому спросил мальчик, уперев руки в боки.
- Какие же это кабаны? – возмутилась Катя.
- Как какие? Вон клыки, шерсть, - ответил Ди. – Это кабаны, просто большие.
Никто не стал спорить, насмотревшись на лесную диковинку, пошли дальше. Пройдя несколько километров после перехода через сухой ручей, Ди разжёг сигнальный костёр, но и на этот раз никто не прилетел.
Постепенно провизия закончилась, добываемых Ди животных на всех не хватало. В дождливую погоду приходилось, есть мясо сырым, так как костёр не разгорался. Единственный кому такая трапеза нравилась, был Ди. Чем дальше, тем больше уставали женщины, а дети так вообще валились с ног. Поход основательно замедлился.
Когда добрались до реки, на берегах которой мыли золото старатели, все повалились без сил. Надо было что-то делать, иначе дети точно начнут умирать от непосильного перехода и недоедания. Ди хотел было снова развести сигнальный костёр, но передумал. Раз тогда никто не прилетел, сейчас это тем более бесполезное занятие. Он решил поступить по-другому….
У поворота реки виднелся небольшой островок, а напротив него заливной луг, отлично подходящий для посадки вертолёта. Ди стал раздеваться, дабы вплавь добраться до острова. К нему подошла Катя.
- Куда собрался? – взволнованно спросила она.
- На остров, поговорить, - ответил Ди.
- С кем?
- С кем надо.
- С Хтоном? Кто это?
Ди хмуро взглянул на Катю.
- Раньше не спрашивала, думала, больше о нём не напомнишь, - сказала она. – Это твой приёмный отец из леса?
Ди ничего не ответил, быстро зашёл в воду, нырнул, скрывшись под мелкой рябью волн. Вынырнул метрах в двадцати от берега, мощными рывками двинувшись вперёд.
Он устало выполз на покрытый засохшими водорослями остров, лёг на песок, уставившись в небо. Отдышался, поднялся на ноги, посмотрел на наблюдавшую за ним издалека Катю, повернулся к лесному берегу.
- Я тут! – крикнул он в сторону леса.
Кроны деревьев закачались, заскрипели старые сосны, зашуршали листвой могучие дубы.
«Ты привёл чужих», - донеслось из крон.
- Это женщины и дети, - ответил Ди.
«Ты знаешь о ком я».
- Так это подарок.
«С каких пор одержимость подарок?».
Неожиданно из кроны самого большого дуба вылетел крылатый человек, покрытый бурым пушистым мехом. Он взлетел вверх, и тут же сложив крылья, камнем рухнул в воду, подняв столбообразный взрыв. Человек, проплыв под водой приличное расстояние, мгновенно выскочил рядом с островом. Взлетел над Ди, растворившись в прозрачном воздухе, накрыв мальчика тучей брызг. Видевшая это Катя коротко взвизгнула.
«Семь», - послышалось откуда-то сверху. – «Ты был мёртв?».
Ди кивнул. Над рекой раздался чудовищный рёв, от которого вся живность поспешила скрыться куда подальше, женщины вздрогнули, а дети зашлись плачем. Катя же спряталась за ближайшим деревом.
- Они не дойдут, - сказал Ди. – Поэтом прошу о помощи. Не для себя.
«Скоро совсем очеловечишься. Это плохо, но я помогу. Пообещай хотя бы раз в полгода жить у меня».
- Обещаю.
«Разведите дымный костёр, ждите».
Когда Ди вернулся с острова, его засыпали вопросами о летающем человеке, но он лишь отмалчивался или говорил не по делу.
***
Прокурор шёл по лесу с ружьём на плече. Верный пёс бежал впереди, нюхая землю. Вдруг тот рванулся, стрелой скрывшись в кустах, прокурор поспешил за псом.
За кустами находилась река с островом. На заливном лугу горел большой костёр, пачкая небо густым дымом. Вокруг костра сидело несколько десятков измождённых человек. Пес засеменил к реке весело лая, прокурор остановился, увидев, как от берега к нему идут его дочери. Он бросил ружьё, побежав к ним. Неожиданно откуда-то сбоку выпрыгнул медведь. Прокурор упал на спину, уперев руками в морду хищника.
В этот момент что-то разрезало воздух, шумно приземлившись на траву. Прокурор скосил взгляд, одновременно пытаясь загнать в глотку медведю кулак, чтоб тому было не с руки рвать лицо жертвы. В нескольких метрах от него спиной к схватке, стоял крылатый, покрытый пушистым мехом человек. Он поднял руку, указывая на костёр, и тут же медведь, выплюнув кулак, вцепился зубами в лицо человека.
Прокурор резко проснулся, отлепив вспотевшее лицо от кабинетного стола. Огляделся по сторонам, поняв, что это был сон. Приходя в себя, столкнул на пол пустую бутылку из-под коньяка. И тут его осенило….
На автопилоте открыл в ноутбуке карты, отыскал на них реку с островом, очень напоминающую ту, что была во сне. Почесал вспотевшую шею, снова оглянулся. Осоловевший от спиртного взгляд упёрся в стационарный телефон, прокурор поднял трубку, набрав номер командира вертолётного звена. Была - не была.
- Майор! – крикнул он в трубку, когда на том конце ответили. – Тут короче есть наводка! Записывай координаты, бери ребят, дуй туда, проверь!
Спавшие у костра женщины проснулись от звука, зависшего над ними вертолёта. Ди уже стоял на ногах, уставившись на железную стрекозу, махая ей гарпуном.
- Постарайтесь помалкивать про всё, что видели, - сказал он женщинам.
В течение дня, тремя партиями всех переправили в райцентр.
***
Ди сидел дома во главе стола с самоваром. По обеим сторонам пили чай Степан, Маша, Катя и чета прокурора с улыбающимися двойняшками.
- Тех, кого ты вернул, отправляем по домам, некоторые успели разрешиться по прибытии, - рассказывал прокурор. – Девочки нам всё рассказали, но я ничего не понял. Катя молчит, как воды набрала. Послал вертолёт со спецназом к хребту, но там ничего нет. Ни странных растений, ни племён, ни животных, ни сгоревшего города. В чем дело Ди?
- Раз нет, значит, не было, - сказал мальчик, сворачивая блин в трубочку и макая его в клубничное варенье. – Слух о том, что девочки заблудились, играя в лесу, самый путёвый. Придерживайтесь его и скажите другим, чтоб помалкивали. Не надо лезть туда, куда не надо.
Катя потянулась ложкой к сладости, но Ди придвинул варенье поближе к себе, не давая той зачерпнуть.
- Вы же заблудились? – спросил он у двойняшек, нахмурив брови.
- Да, дядя Ди, - неуверенно ответили они.
- Ну, вот, - улыбнулся мальчик.
Жена прокурора толкнула мужа в бок.
- Какая разница, что было, – сказала она. – Главное дети с нами. Не хочу больше ничего знать. Пусть все думают, что они потерялись в лесу, пусть об этом СМИ напишут. Катя не сердись на меня за пощёчины, пожалуйста, я была не в себе.
Катя несколько раз кивнула в знак прощения.
- Хорошо, - согласился прокурор. – Напрягу людей, болтунам рты позакрываем.
- Вот и ладушки, - улыбнулась Маша, - а теперь давайте дальше чаёвничать, а то блины остынут.
Когда чаепитие закончилось Маша со Степаном пошли проводить семью прокурора до машины, Ди с Катей остались дома. Она подсела к нему, немного помялась, а потом положила свою ладонь на его. Ди непонимающе посмотрел на девушку.
- Может, всё-таки догадаешься пригласить куда-нибудь, - улыбнулась она. – Несколько ночей, как бы, вместе провели.
- Опять что ль инстинкт продолжения рода мучает? – спросил Ди.
- Господи, идиот какой-то. В кино давай сходим хотя бы.
- А может в зоопарк?
- Здесь нет зоопарка.
- Ну, значит, и идти незачем, - выкрутился Ди.
- Как хочешь, - произнесла девушка вставая. – Надумаешь, найдёшь меня, а может уже поздно будет, парней-то красивых навалом, не то, что ты.
Она направилась к выходу.
- Постой, - сказал Ди.
Катя в надежде остановилась, радостно посмотрев на него.
- Ватрушек в дорогу возьми, родителей угостишь. Вкусные…, - протянул он вазу с выпечкой.
- Да пошёл ты!
Катя выскочила за дверь, хлопнув ей так, что оконные стёкла чуть не выпали из рам. Ди с сожалением посмотрел ей в след. Может, ему и хотел погулять с девушкой по злачным места, но он понимал, что вряд ли у такой красавицы что-то сложится с первобытным дикарём, предпочитающим тёплое сырое мясо. Лучше ей держаться от него подальше.
***
Со временем история с похищением девочек стала забываться. Двойняшки, их родители и все участники данной истории зажили вполне обычной жизнью. О старателях с возами набитыми золотом до сих пор ничего не было известно. Скорее всего, они так и не выбрались из леса. Что стало с племенами, жившими в другом мире можно только догадываться.
Ди стал чаше посещать лес, жить в своёй старой избушке, питаясь сырым мясом и кореньями. Эта жизнь была привычнее и его устраивала больше, чем вялое существование в так называемом цивилизованном мире. Временами он думал о шамане и семи духах подаренных во время воскрешения. Старый колдун неспроста приставил их к мальчику, он что-то знал о его будущем. И это что-то в скором времени заявило о себе, посеяв панику по всей округе….
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.
2019.
РаРРРБб
Сконвертировано и опубликовано на https://SamoLit.com/