Стрелка часов наконец-то доползла до пяти. Юрий Владимирович выключил компьютер, спешно оделся и почти бегом выскочил из кабинета, чуть не забыв запереть дверь. Еще до обеда на телефон пришло с сообщением, что посылка доставлена, и он едва дождался конца рабочего дня. Несмотря на дождь, он отправился в пункт выдачи пешком, тратиться на автобус Юрий Владимирович не считал нужным. "Всего-то двадцать минут, - подбадривал он себя, прыгая через лужи, - не размокну". Но дождь, очевидно, хотел во чтобы то ни стало опровергнуть это его утверждение и усиливался с каждой минутой. Когда Юрий Владимирович выходил с работы, это был легкий летний дождик, сквозь который весело светило Солнце, а к пункту выдачи он подходил под сплошными струями льющейся с неба воды.

Внутри Юрий Владимирович даже не стал стряхивать с себя воду - бесполезно. Он только засунул поглубже телефон и документы. Администратор неодобрительно посмотрела на собиравшуюся у его ног лужу и принесла посылку - тоненький пластиковый белый пакет. Юрий Владимирович осторожно, стараясь не набрызгать вокруг, расписался за получение.

- Вскрывать будете? - спросила администратор.

- Нет, нет, - под ее взглядом Юрий Владимирович почувствовал себя неловко и поспешил уйти.

Пока Юрий Владимирович получал посылку, дождь кончился, и только над самой окраиной города, куда ветер отогнал тучи, висела серая пелена. Юрий Владимирович отправился вслед за дождем: его дом был последним по улице, и сразу за ним начинался лес. В квартире он переоделся в сухое и, развесив мокрую одежду в ванной, устроился за кухонным столом, и аккуратно ножницами вскрыл конверт. Внутри оказался еще один конверт - из чуть желтоватой бумаги. Пальцами Юрий Владимирович почувствовал внутри воздушные пластиковые пузырьки упаковки. Он осторожно отрезал край конверта и вытряхнуло содержимое. В ладонь ему приятной тяжестью упал рубль эпохи Николая Первого. Упакованный в капсулу, кое-где покрывшийся темно патиной он даже не блестел и казался обычной круглой железкой. Надев перчатки, Юрий Владимирович достал монету из капсулы и принялся рассматривать ее через двадцатикратную лупу.

Три месяца экономии на всем не пропали даром, рубль действительно стоил этого. Практически без потертостей, с четким рисунком. "Даже камни на короне хорошо видны", - удовлетворенно подумал Юрий Владимирович и долго любовался монетой. Насмотревшись всласть, он убрал ее назад в капсулу и торжественно поместил в металлический кейс среди екатерининских гривенников, петровских полтин, александровских полушек и николаевских червонцев. Закрыв кейс на ключ, он спрятал его в сейф.

Почти пятьдесят лет прожил на свете Юрий Владимирович, и не было в его жизни никакой другой страсти, кроме нумизматики. Еще в детстве, случайно найдя в деревне в сундуке несколько старых медяков, увлекся он коллекционированием. Каждое лето, когда родители отправляли его в деревню, он обходил соседей, выпрашивая старинные монеты. Не стеснялся маленький Юра и в брошенный дом забраться, если это сулило интересную находку. К окончанию школы у него уже было приличное собрание монет, а знаниями своими в этих вопросах он удивлял даже бывалых нумизматов.

После армии Юрий Владимирович вновь вернулся к своему хобби, но теперь поле его деятельности переместилось из деревни в город. Учась в институте в столице, он обзавелся множеством знакомств среди коллекционеров и постоянно выменивал и скупал монеты, тратя на это почти все деньги, и существуя почти впроголодь. По окончанию учебы Юрий Владимирович имел уже на руках полную коллекцию общераспространенных монет, и впереди у него оставались только очень редкие экземпляры. И он, отбросив все сомнения, кинулся на их поиски. Увидев в магазине металлоискатель, Юрий Владимирович не раздумывая приобрел его, и с того времени отпуск он всегда брал весной и проводил его в поисках монет, торопясь, пока все не заросло травой.

По настоянию родителей он женился, однако жена так и не смогла понять обуревавшую его страсть, и через несколько лет они расстались. Не имея собственной семьи, Юрий Владимирович с удовольствием проводил свободное время в семье брата Ивана. Его племянник, Тимофей, пухлый мальчик 7 лет с соломенными волосами и губками бантиком, наслушавшись дядиных рассказов, тоже заинтересовался нумизматикой. Поддерживая увлечение племянника, Юрий Владимирович сам подарил ему несколько монет.

Как обычно в воскресенье, Юрий Владимирович пришел на обед к брату.

- Привет, дядя Юра! - услышав звонок, Тимофей первый выскочил в коридор.

- Тимофей, привет! - Юрий Владимирович снял плащ, - а где родители?

- Мама на кухне, а папа в магазин пошел, - бодро отрапортовал Тимофей и тут же спросил, - Дядя Юра, а ты мне принес чего-нибудь?

- Привет, Юра! - Аня, жена брата, вышла из кухни, - Тимофей, сколько раз я тебе говорила, нельзя ничего выпрашивать у старших!

Тимофей потупился, а Юрий Владимирович засмеялся:

- Ничего страшного! Ванька-то зачем пошел?

- За пивом, - вздохнула Аня.

- Не горюй, - ободрил ее Юрий Владимирович, зная что брат его иногда может сильно перебрать, - я ему помогу с пивом, чтобы он не того...

Он подмигнул. Аня вздохнула еще раз и вернулась к плите, на которой в большой сковородке жарились котлеты.

- Дядя Юра, так ты принес мне что-нибудь? - шепотом, чтобы не слышала мать, повторил Тимофей и дернул его за штанину.

- Извини, - также шепотом ответил Юрий Владимирович, - в этот раз ничего нет. Но на следующей неделе обязательно что-нибудь принесу. Обещаю.

- Только честно, - Тимофей потянул его за руку в свою комнату, - Пойдем, я тебе покажу, что нашел.

Он усадил Юрия Владимировича на маленький желтый диванчик, стоявший в углу, и высыпал перед ним из банки целую кучу монет. "Надо подарить ему альбом", - подумал Юрий Владимирович, не допускавший беспорядка в таком серьезном деле.

- Я все это уже видел, - сказал он, рассеяно скользя взглядом по монетам.

- Нет, не видел, - заговорщически ответил Тимофей, - я вчера ходил в гости к бабушке, и она дала мне три монетки.

Он порылся в куче и положил перед Юрием Владимировичем три металлических кружочка. Юрий Владимирович взял одну из них в руки - десять копеек 71-го года, ничего интересного, следующая - 5 копеек 30-го года, то же ничего особенного.

- Хорошее пополнение коллекции, - сказал Юрий Владимирович и поднес к глазам третью, самую маленькую копеечную монету. Он напряг зрение и разобрал надпись на коричнево-желтом кружке - 1957 год. "Интересно", - подумал он про себя и спросил:

- Тимофей, у тебя есть увеличительное стекло?.

- У меня нет! - ответил Тимофей, - а зачем тебе?

- Хочу рассмотреть твою коллекцию поближе. Может у родителей есть? Сбегай, спроси у мамы.

Тимофей выскочил из комнаты и через пару минут вернулся с большим, размером с блюдце, увеличительным стеклом. Поднеся стекло к монете, Юрий Владимирович принялся считать ленты на гербе: "Одна, две, три, ...... восемь" - сосчитал он левую сторону. "Девять, ..... пятнадцать", - закончил он с правой стороной, - и шестнадцатая внизу".

Он еще раз пересчитал ленты на гербе, и снова их оказалось шестнадцать. "Вот как, - подумал он, - а может я забыл чего. Давно уже советскими монетами не занимался". Он отложил увеличительное стекло в сторону, а монету, стараясь выглядеть равнодушным, бросил назад в кучу.

- Хорошая коллекция, давай соберем ее назад, - обратился он к Тимофею, и они вместе пересыпали монеты в банку.

Тем временем вернулся Иван с пивом, и они сели обедать, но еда не лезла в горло Юрию Владимировичу. В мыслях он все время возвращался к копеечной монете. Сославшись на внезапную головную боль, он сразу после обеда ушел, так и не исполнив своего обещания помочь брату с пивом.

Дома он не раздеваясь сел за компьютер. "Одна копейка 1957 года" - набрал он в строке поисковика. Нет, он ничего не перепутал, монета со старым гербом СССР 1956 года - 16 лент, очень редкая, стоимость от 500 000 рублей.

"Вот так повезло племянничку, - подумал он раздраженно, - как же она к нему попала? Вроде он сказал, что бабушка дала ему монеты", и Юрий Владимирович отправился через весь город к маме.

- Здравствуй, Юра! - старушка была приятно удивлена его визиту, - Ты чего сегодня решил зайти?

- Привет, мама! Да вот решил заглянуть к тебе, - Юрий Владимирович сдержался, чтобы сразу с порога не спросить о монетах.

Они прошли на кухню и мама стала заваривать чай, а Юрий Владимирович, стараясь выглядеть спокойным, рассказывал о всяких житейских пустяках. Дождавшись, когда чай будет разлит по чашкам и мама сядет за стол, Юрий Владимирович перешел к делу.

- Мама, - начал он, - я сегодня был у Вани, и Тимофей сказал, что ты вчера дала ему 3 монеты.

- Ну да, монеты, - старушка закивала головой, - Тимофей вчера гостил у меня, а я взялась пуговицу на халате пришивать.

- И?

- Стала я пуговицу искать, высыпала их из коробки, а тут Тимофей пришел. Тоже давай в пуговицах копаться и нашел там какие-то монеты. Тоже весь в тебя - кладоискатель.

- А дальше что?

- Что дальше. Спрашивает у меня: "бабушка, можно я возьму их себе?". А мне они на что? Сейчас их уже ни в каком магазине не возьмут. Я и отвечаю: "Забирай, если нужны", - закончила рассказ старушка, - А тебе какой интерес в этом?

- Что же ты, мама. Я же тебя столько раз спрашивал, есть у тебя старые монеты или нет? - с горечью сказал Юрий Владимирович, - Ты мне говорила, что все отдала!

- Я тебя все отдала, когда ты еще в школе учился. А что там в пуговицах было, я почем знаю. Я там не смотрела никогда. Тимофей стал копаться и нашел.

- До таких лет дожила, и не знаешь, где и что у тебя лежит! - не выдержал Юрий Владимирович.

- А ты меня годами-то не попрекай! - обиделась мать, - сам сначала до моих лет доживи, а потом будешь говорить. Мне чего надо, я все у себя знаю. А чего мне не надо, то мне и знать не зачем.

- Все с тобой ясно, мама, - Юрий Владимирович встал из-за стола.

После разговора с матерью ему стало вдвойне обидно. Если бы Тимофей нашел где-нибудь эту злосчастную монету, или выменял бы у кого-нибудь, - Бог с ним, но чтобы так..... "Эта копейка пятьдесят лет лежала у меня под носом, - Юрий Владимирович был готов с досады рвать волосы на голове, - а я даже не догадывался". От волнения у него подскочило давление и заломило виски. Кое-как добравшись до дома, он принял таблетки и лег на диван. "Что же теперь делать? - думал он, ворочаясь с боку на бок, - уйдет монета, ой уйдет. Тимофей потеряет или сменяет на что-нибудь. А может Ваньке рассказать? Нет, не стоит, он захочет продать ее, а у меня денег нет выкупить. Что если самому сменять ее у Тимофея на что-нибудь? Предложить ему десяток-другой монет. Он согласится. Точно, так и сделаю!"

Обрадованный пришедшей в голову идеей, Юрий Владимирович так и заснул и проспал на диване, не раздеваясь, до самого утра.

На следующий день после работы, он вызвал такси, чего с ним не случалось долгие годы, и поехал к брату. Один карман его пальто оттягивал мешочек с монетами, во втором лежали три плитки шоколада.

- Всем привет! Не помешал? - Юрий Владимирович старался выглядеть непринужденно, - раз уж вчера не досидели, дай, думаю, сегодня еще к вам загляну. И тебя не забыл.

Он отдал племяннику шоколадки и, вытащив из кармана мешочек с монетами, помахал им в воздухе. Они снова расположились на диване в комнате Тимофея.

- А где твои монеты? - спросил Юрий Владимирович племянника. Тимофей достал из шкафа жестяную банку.

- Настоящие коллекционеры, Тимофей, - издалека начал Юрий Владимирович, - не раздают свои монеты просто так.

- А что они делают? - заинтересовался Тимофей.

- Когда им нужны монеты, они меняются друг с другом. Один дает другому монеты, а тот ему дает свои монеты. Понял?

- Понял, - кивнул головой Тимофей, - мы с Мишкой в садике машинками поменялись.

- Вот-вот, - обрадовано подхватил Юрий Владимирович, - только коллекционеры меняются не машинками, а монетками. Давай и мы с тобой, как настоящие коллекционеры, поменяемся?

- Не буду, - вздохнув, неожиданно отказался Тимофей. У Юрия Владимировича потемнело в глазах:

- Почему, Тимофей?

- Меня тогда папа наказал за то, что я с Мишкой поменялся, - всхлипнув, ответил Тимофей, - папа сказал, что меняться нельзя.

- Папа, наверное, сказал, что с детьми в детском саду нельзя меняться. Мы-то с тобой не в детском саду, - Юрий Владимирович попытался развернуть ситуацию в свою пользу, - Так что давай меняться, А?

- Не буду, - Тимофей упрямо стоял на своем, - папа сказал, чтобы я ни с кем больше не менялся.

- Даже со мной не меняться папа сказал? - ехидно спросил Юрий Владимирович.

- Да! Папа сказал ни с кем не меняться.

Юрий Владимирович встал с дивана и подошел к окну. Взявшись за ручку, он принялся считать машины на стоянке.

- Тогда давай так, я подарю тебе свои монеты, а ты подаришь мне какую-нибудь одну монетку, - с надеждой предложил Юрий Владимирович, немного успокоившись и возвращаясь на диван.

- А разве так можно? - засомневался Тимофей.

- Конечно, можно. Это же не обмен. Это просто мы подарим друг другу подарки.

- Подарки..., - слова Юрия Владимировича до конца не убедили Тимофея, - надо у папы спросить.

- Да зачем у папы спрашивать! Во смотри, я дарю тебе целый мешок монет, тут их много - целых двадцать пять штук. А ты мне даришь всего одну монетку! Идет?

- Идет, - тихо повторил Тимофей.

- Хорошо, - обрадовался Юрий Владимирович, - что ты мне подаришь?

Тимофей принялся внимательно разглядывать свои сокровища, рассыпанные по дивану, соображая, какую монету подарить Юрию Владимировичу. В конце концов он выудил из кучи почти черные довоенные 10 копеек:

- Я подарю тебе ее!

- Может, ты мне подаришь вон ту маленькую монетку, - голос Юрия Владимировича даже задрожал, когда он подцепил из кучи заветную копейку.

- Эту не могу, дядя Юра, - он потупился, - она у меня всего одна.

- Я ведь тебе дарю взамен целых двадцать пять монет. Они все старинные. Вот, смотри.

Он высыпал на диван свои монеты и долго возбужденно рассказывал о них племяннику, беря в руки то одну, то другую.

- Договорились? - он с надеждой посмотрел на Тимофея.

- Не могу. Мне ее бабушка подарила. Подаренное не дарят.

Лицо Юрия Владимировича стало пунцовым. Он откинулся на спинку дивана и шумно засопел.

- Ладно, забирай мои монеты! - сказал он обреченно, - можешь мне ничего не дарить. Бери их так.

- А тебе 10 копеек не нужны? - спросил Тимофей.

- Нет, у меня такие есть, - махнул рукой Юрий Владимирович.

- Спасибо, дядя Юра! - Тимофей сгреб все монеты с дивана в банку.

Потом был ужин, на протяжении которого Юрий Владимирович молчал и угрюмо смотрел в свою тарелку, односложно отвечая на все вопросы и опять отговариваясь внезапной головной болью. Он бы с удовольствием напился, но брат выпивал только по выходным, и спиртное никто не предлагал.

После чая разопревший Юрий Владимирович пошел в ванную, сполоснуть лицо. Сквозь открытую дверь детской он увидел, что банка с монетами стоит на столе. Сердце у Юрия Владимировича замерло. Не думая ни секунды, он подошел к столу, снял с банки крышку и выудил из нее желанную монетку. На его счастье она оказалась сверху, и ему не пришлось греметь, пересыпая монеты из банки и обратно. Все также с екающим сердцем Юрий Владимирович попрощался со всеми и побрел домой.

"Все равно Тимофей потеряет ее, - рассуждал он сам с собой по дороге, - для него нумизматика что? Так, забава. Сегодня интересно, завтра - нет, и раздаст все друзьям. А у меня копейка будет в полной сохранности. Я пятьдесят лет коллекцию собираю и ничего подобного не находил, а тут - на тебе, второй месяц только как занялся и сразу такая монета. Да и по правде сказать, копейка эта должна была быть моей, это уж мама тут просмотрела, не отдала ее мне, а я ведь сколько раз ее спрашивал. Деньги? Я ведь не ради денег ее взял, не продам же я ее. Иван с Аней о монете ничего не знали, так что от них ничего и не убыло, без меня она так и так бы пропала. Когда я помру, все равно вся коллекция брату достанется или Тимофею, других-то родственников у меня нет. Получат сполна все, еще и с процентами. Ну не сейчас, попозже, зато разбогатеют на раз".

Дома Юрий Владимирович тщательно протер монету, поместил ее в капсулу и убрал в кейс. Завершив все процедуры, он откупорил давно припасенную бутылку коньяку и выпил половину в одиночестве, закусывая копченой колбасой. Несмотря на коньяк, ночью Юрий Владимирович спал плохо, часто просыпался и утром почувствовал себя отвратительно. На работе у него тоже все валилось из рук. Вечером нога за ногу он вернулся с работы, кряхтя достал и открыл кейс, тоскливо посмотрел на копейку....

Через час он сидел на кухне у брата и, отхлебывая из большой кружки холодное пиво, смеясь рассказывал о редких монетах, а Иван, Аня и Тимофей, открыв рты, слушали его. На столе перед Юрием Владимировичем в пластиковой капсуле лежала копейка 57-го года.