Михаил Строганов
ПОЧЕМУ ЛЮДИ БОЛЕЮТ И УМИРАЮТ?
Глава 1. Берегись бед, пока их нет
Есть книги, встретив которые, ты никогда не будешь прежним…
Это не значит, что они должны быть научным откровением или литературным шедевром, что в них сконцентрировались все тайные и явные знания о природе вещей, тем более, что их названия непременно пребывают у всех на устах. Зачастую, книги, претендующие своим появлением на событие, оказываются разрекламированной и навязанной пустышкой, о которой спустя годы никто и не вспомнит.
Куда важнее, когда жизненно необходимый текст попался на глаза своевременно и стал той архимедовой точкой опоры, с помощью которой переворачивается взгляд на проблему, а иногда и на саму природу явлений…
В годы моей юности эту книгу, содержащуюся исключительно в спецхране, получить в библиотеке было невозможно, не имея на то специального допуска. Вдвойне этот факт был удивительным потому, что автор при жизни был объявлен классиком русской литературы, по своему мировоззрению являлся материалистом, умел не наживать себе врагов в верхах, был вполне обласкан властью, благополучно пережив и террор гражданской войны, и времена «чисток». Произведения входили во всевозможные хрестоматии и школьную программу, по жизни и творчеству выпускались монографии, а книги регулярно переиздавались тиражами в десятки и сотни тысяч экземпляров.
И всё-таки одна книга была под строгим негласным запретом. Казалось бы, из-за чего такая опала на книгу, появившуюся в далёком 1900 году, которую художественным произведением назвать сложно. Скорее – заметками и размышлениями. Отчего такая немилость, откуда секретность и стремление убрать подальше от любознательных глаз?
Речь идёт о сочинении Викентия Вересаева «Записки врача», посвящённой врачебной этике и науке, в которой он во всеуслышание рассказал о неприглядной, изнаночной стороне ремесла, претендующего на роль «вершителя жизненных судеб».
Эта вечная тема и нерассказанная история от Гиппократа до наших дней и дальше – до конца рода человеческого – о надежде и отчаянье, о попытке жизни отсрочить свой смертный час в схватке с неумолимой логикой болезни. А так же о тех, кто строит карьеру «на костях», греет руки на отчаянье и боли, приобретает общественное положение и отращивает эго до безразмерных границ на незримой власти врача над больным...
Последовавшая реакция «просвещенной публики», больше напоминающая травлю писателя, заставила Вересаева не раз и не два публично объяснять свою позицию о вещах, которые должны быть понятны каждому нравственно вменяемому человеку. К изумлению писателя он столкнулся с фатальным непониманием и со стороны «прогрессистов», и со стороны «реакционеров»; ни его книга, ни профессиональная позиция врача одинаково не принималась ни при царизме, ни при советской власти.
«Предлагаемые «Записки» вызвали против меня среди некоторой части читателей бурю негодования: как мог я решиться в общей печати, перед профанами, с полною откровенностью рассказывать всё… Негодование это представляется мне знаменательным. Мы так боимся во всем правды, так мало сознаем ее необходимость, что стоит открыть хоть маленький её уголок, – и люди начинают чувствовать себя неловко: Для чего? Какая от этого польза? Что скажут люди непосвящённые, как поймут они преподносимую правду? По поводу моих «Записок» мне приходилось слышать от врачей возражения, которые я положительно не решаюсь привести, – до того они дики и профессионально-эгоистичны; а слышать их мне приходилось от многих. Я думаю, подобные возражения могут выплывать лишь из того непроглядного, безгласного мрака, в котором мысль начинает шевелиться, лишь вплотную натолкнувшись на вопрос… – Пишет Вересаев, отбиваясь от шельмующих его критиков сразу после выхода книги. – Впрочем, суть дела не в этом, суть вот в чем: почему профанам не следует знать о существовании указываемых вопросов? Кто дал кому право опекать профанов? Повторяю здесь то, что я говорю в «Записках»: я лично не обращусь за помощью к только что кончившему врачу, не лягу под нож хирурга, делающего свою первую операцию, не позволю дать своему ребенку нового, мало испытанного средства, не позволю привить ему сифилис…»
Счастливчики, кому эта книга досталась по наследству с ещё доцензурных и НЭПмановских времён, берегли её как зеницу ока, стараясь вовсе не выносить из дома. О «записках» благоразумно не распространялись, но написанному в них доверяли полностью и безоговорочно, как слову правды, чудом прорвавшемуся через толщи трусливых недомолвок и стены сознательно возведённой лжи.
Если книгу давали читать, то непременно проверенным людям, часто в своём присутствии, под присмотром. Потому что полученные знания, пусть даже в полухудожественном виде, были жизненно необходимы, а подчас и бесценны: каждому хочется заранее постелить соломки и знать, куда придётся падать. Спустя десятилетия благодарный читатель понимал, что изложенные в книге проблемы злободневные и вечные, потому их оглашение старательно избегают во все времена…
Темы здоровья и болезни, методов и способов лечения всегда сопоставимы с господствующей идеологией и самой властью, потому первый ключевой мировоззренческий раскол проходит именно по этим вопросам. Достаточно вспомнить историю о выходе из дворца 29 летнего принца Сиддхартхи Гаутамы и его знакомство с образами бедности, старости, болезни и смерти, что привело его в превращение в Будду. Перевернувшие внутренний мир «четыре видения» заставили принца отрешиться от иллюзорных наслаждений и посвятить себя постижению подлинных причин человеческих страданий.
С тех пор и до сегодняшнего дня темы «четырёх видений» являются самыми обсуждаемыми и самыми негласными одновременно. Они то выставляются напоказ, то скрываются под занавесом недомолвок и оберегаются как секреты заговорщиков. Потому что непонимание очевидного, происходящего прямо на глазах и даже с самим тобой, производит эффект «умственного принуждения», заставляющего принимать действительность такой, какой её тебе преподносят. Никакие прежние знания тут не помогут, потому что так устроен человеческий мозг: он сдаётся под напором обрушенных на него фактов, явлений и событий не умозрительного, а предметного мира.
Увидевшие свет на рубеже веков «Записки врача», вызывали горячие споры до 1928 года, конца относительной свободы печати. И вот что удивительно: Россия пережила множественные социально-экономические трансформации, войны, революции, даже смену культурно-исторических кодов, а книга Викентия Вересаева всё так же вызывала нарекания. Её одинаково «громили» и «справа» и «слева», она ровно вызывала нарекания и от партийной элиты, и от рвущегося на социальную лестницу пролетариата:
«Двадцать семь лет прошло со времени выхода в свет этой книги; в промежуток этих лет легли события, глубокою пропастью отделившие вопросы и интересы прежние от нынешних. А книга продолжает требовать все новых изданий; диспуты, посвященные ее обсуждению, проходят при переполненных аудиториях. Очевидно, вопросы, задеваемые книгою, не отжили своего срока, продолжают интересовать и волновать читателей, требовать своего разрешения, – хотя, быть может, и в несколько иных плоскостях, чем прежде. На некоторых из этих вопросов я считал бы нужным тут остановиться. И на диспутах и в частных разговорах мне нередко приходится в последние годы слышать такого рода возражения: «Вы выказываете слишком много заботы об отдельной личности. Это – индивидуализм. Надо стоять на точке зрения коллектива. Всякое серьезное, важное для жизни дело требует жертв. Возможна ли, например, революция без жертв? Нам нет дела до блага отдельных лиц. Важно благо коллектива». Так сейчас говорят очень многие…»
Потом наступил год великого перелома: дискуссию свернули, «Записки врача», задвинули в глубины спецхрана: сначала негласно запретили, а потом и вовсе забыли. Для умственного спокойствия масс, блага «профанов» и невозмутимой безмятежности «посвящённых»…
Но человеку духовно живому, думающему труднее всего выносить бессмысленность происходящего в жизни его и его близких. Он может вынести много несправедливого, смириться с обстоятельствами, принять навязанные правила жизни, только бы не ощущать себя заложником стечения обстоятельств или игрушкой слепого рока. Труднее всего человеку, когда он сталкивается с неведомыми, непонятными, но такими могущественными и всесильными врагами, имя которым – неизлечимая болезнь и преждевременная бессмысленная смерть.
Каждый человек нуждается в сочувствии и уважении. По крайней мере, он достоин понимания, что в произошедшем горе, были свои причины и свой смысл…
Глава 2. Не бойся умереть – бойся заболеть
Если вам или вашим близким довелось болеть не обычною простудою, а обзавестись серьёзным, «фундаментальным» недугом, то вы знаете, где начинается вход в преисподнюю. Вам известен беспросветный ужас приемных покоев, с его смотровыми боксами, рентгеновскими кабинетами, серологическими и биохимическими лабораториями, в которые многие вступают с надеждой на выздоровление, но спустя время вынужденные с ней расстаться навсегда…
Впервые попадающий в «больничные жернова» человек и не подозревает, что зачастую сталкивается с присосавшимся к его страданиям и надеждам хищным спрутом, который кормится, богатеет, растёт благодаря бесконечной веренице страдальцев, идущих по обречённой дороге…
Многие из ступивших на этот путь потеряют веру в человечность, когда манипулируя их надеждами, «убедительные люди» вытянут все деньги, предлагая новейшие перспективные методы лечения. Их слова будут настолько вескими, а приведённые доводы достоверными, что отчаявшийся человек продаст своё последнее имущество, влезет в долги, а если надо, то и заложит душу. Когда закончатся деньги – иссякнут и обещания, и некогда приветливые лица вполне обнаружат свою инфернальную сущность…
Противостояние человека с болезнью напоминает отчаянную схватку безобидного травоядного с коварным плотоядным хищником, который медленно, но верно подминает и подламывает свою жертву, не расцепляя клыков и не убирая когтей, позволяя довершить начатое времени. Но при этом, ни на миг не теряя контроль над происходящим.
Хищник – всегда терпелив и последователен, а его жертва, напротив, опрометчива и спонтанна. Быть может, в этот момент в ней просыпается протест против несправедливости мира – первое моральное чувство гибнущего существа, осознающего несправедливость любимого и желанного мира. Того безжалостного и безучастного мира, в котором равнодушная природа будет взирать на разыгрывающееся личное горе жертвы тысячами глаз. Невольными зрителями окажутся существа разных родов и видов, больших и ничтожно малых, парящих в облаках и копошащихся в земле, многие из которых сумеют урвать от чужой смерти свои крохи…
Быть может, поэтому во все времена люди так боятся заболеть: «подцепить вирусы», «впустить инфекцию» или случайно обнаружить в себе дремлющий недуг. Многие впадают в отчаянье, холодеют от одной мысли, заметив неожиданно появившееся темное пятно, обнаружив уплотнение, или ощутив в своём теле тупую ноющую боль, растекающуюся по венам ломящей усталостью…
Человек бросается за ответами к знакомым, и там слышит бесконечные истории о родственниках, коллегах по работе и соседях по дому, которые во цвете лет легли в больницу, чтобы сделать пустяковую операцию – и не оправились никогда. Совсем как по свидетельству Вересаева:
«Вы помните женщину с эндометритом, которую я вам демонстрировал полторы недели назад и которой я тогда же сделал при вас выскабливание матки. Вчера она умерла от заражения брюшины... Профессор подробно изложил нам ход болезни и результаты вскрытия умершей. Кроме разращении слизистой оболочки, ради которых было произведено выскабливание, у больной оказалась в толще матки мускульная опухоль – миома. Выскабливание матки при миомах сопряжено с большою опасностью, потому что миомы легко могут омертветь и подвергнуться гнилостному разложению. В данном случае самое тщательное исследование матки не дало никаких указаний на присутствие миомы, выскабливание было произведено, а следствием этого явилось разложение миомы и смерть больной. – Таким образом, милостивые государи, – продолжал профессор, – смерть больной, несомненно, была вызвана нашею операциею, не будь операции, больная, хотя и не без страданий, могла бы прожить еще десятки лет... Такие несчастные случайности предвидеть очень трудно, и к ним всегда нужно быть готовым…»
Наслушавшись жизненных историй, или припомнив безрадостные случаи из своего опыта, человек всё ещё надеется на частную медицину, полагая, что уж за собственные деньги, там, где приветливый персонал, комфортная атмосфера и дорогое оборудование, он непременно вылечится. По крайней мере, если не «купит здоровье», то наверняка «откупится от болезни».
Однако, стоит ему заглянуть в Интернет, чтобы внимательнее изучить ситуацию с частной медициной, как на него тут же обрушится поток страданий, отчаянья и злобы, помноженного на обесценивающий любое лечение чёрный юмор. Потребуется не больше получаса, чтобы вдоволь начитаться историй про то, что у каждого врача есть своё кладбище, что из-за медицинских ошибок и некачественного оказания помощи погибает около тысячи человек ежегодно (и это только вскрытые факты)!
Человек найдёт сотни откровений, что лечиться можно только начать, а закончить невозможно: «Замучалась устанавливать точный диагноз, потому что одни врачи говорят одно, а другие совсем другое! Кому верить? Непонятно что лечить и какими препаратами! Ужас!»
На ютубе выложено множество роликов повествующих о некомпетентности и корысти платной медицины, рассказы об ужасающих последствиях и плачевных результатах лечения, о сознательном и целенаправленном введении в заблуждение пациентов, ради собственных корыстных интересов:
«По мнению некоторых специалистов, существуют некоторые ненужные органы: например аппендикс, гланды, которые надо удалять чуть ли не в младенческом возрасте, во избежание в дальнейшем больших проблем со здоровьем… На самом деле существует взаимосвязь органов… В аппендиксе хранится весь ваш уникальный набор микрофлоры, то есть что составляет оболочку вашего кишечника. Именно она формирует иммунитет, ту защитную структуру, без которой организм уязвим... Миндалины это по сути дела барьер, который принимает на себя удар внешней среды, всех инфекционных заболеваний. И то, что в складках этих миндалин бывают гнойные пробки, означает только то, что гланды остановили что-то… Существует мнение, что любые проблемы с позвоночником надо решать оперативно. То есть все эти протрузии, грыжи и так далее, которые сейчас внушают мягкоголовым пользователям, решаются только оперативным путем. Эти операции оплачиваются как хирургическое вмешательство высокой опасности, то есть по максимальному ценнику… мне неудобно это говорить, но вас склоняют к этому действию потому что за это получают деньги, те, кто их делает. Никакого иного основания для этого нет. Цинизм происходящего меня поражает… Начну с конца: раньше все хворали люмбаго («прострел» в пояснице), остеохондрозом и радикулитом, когда спина болела. Теперь всем ставят диагноз протрузии и грыжи, подразумевая: «Ну, батенька, вам пора бы на усечение этого диска…» Если у вас разбиты колени, то вам активно пытаются вшить нейлон или трупную связку… Поверьте, если вам вошьют всякую дрянь, гулять по парку в очёчках и с тросточкой, а то и с костыликами вы сможете. Вы бегать не сможете… Не торопитесь как бы убедительно ни выглядел врач, возможно он хочет на вас заработать: вы для него сырьё…»
Неудивительно, что сегодня диагноз воспринимается как приговор, а современная медицина, как «способ медленно, мучительно и дорого умирать». Растерянность и страх вынуждают избегать любого обращения к врачу, заменяя его походами в аптеку и покупкой препаратов от «всех болезней». Впрочем, этот путь не решит ни одной проблемы: болезнь никуда не уйдёт, а будет проникать глубже, укореняться, обрастая новыми страданиями и проблемами.
Глава 3. Самая важная эмоция
Выдающийся исследователь эпохи общества потребления и новой реальности Жан
«Потребителю вменяется обязанность наслаждаться, он становится предприятием по наслаждению и удовлетворению. Он как бы обязан быть счастливым, влюбленным, расхваливающим (расхваленным), соблазняющим (соблазненным), участвующим, эйфоричным и динамичным. Это принцип максимизации существования через умножение контактов, отношений, через интенсивное употребление знаков, объектов, через систематическое использование всех возможностей наслаждения».
Одновременно с насаждаемой пропагандой культа конкурентоспособного тела, проводится непрекращающееся массированное информационное внедрение, направленное на главную болевую точку сознания – неуверенность и отсутствие гарантированных перспектив. Современное сознание отличает не только отсутствие гарантий будущего, но и гипотетической веры в них. Существуя «наугад» и во всём полагаясь «на удачу» человек сам себе напоминает сборщика металлолома на минном поле.
Жизнь в постоянном беспокойстве от неизбежной утраты молодости, возможной потери здоровья, вероятности внезапно и неизлечимо заболеть приводит к расшатыванию и хроническому нарушению Высшей Нервной Деятельности. Страх потерпеть жизненное фиаско по независящим иррациональным причинам становится основным пусковым механизмом к саморазрушению. Правило, описанное три тысячелетия назад Иовом многострадальным, безотказно действует и сегодня: «Ужасное, чего я ужасался, то и постигло меня; и чего я боялся, то и пришло ко мне…»
Сегодня главные информационные потоки, особенно в сфере развлечений, наряду с пропагандой красивого, раскрепощённого и здорового тела активно эксплуатируют тему тотальной утраты контроля и безопасности. Инструментом выступает демонстрация неизлечимых болезней, локальных и планетарных эпидемий, общемировых катастроф, низвергающих существующую парадигму жизни.
Никогда прежде, как с начала XXI века, образ болезни и связанных с ней общественно значимых явлений не занимал ведущего места в рекламном, эфирном и мультимедийном пространстве. На читателя, зрителя и слушателя обрушивается бессчетное количество новостных сюжетов и популярных передач от локальных очагов лихорадки Эбола до охватившей континенты эпидемии атипичной пневмонии или птичьего гриппа. Контекстом врываются в подсознание сообщения о возвращении ранее исчезнувших заболеваний, о невероятном распространении полиомиелита, менингита, гепатита, о массовом заболевании СПИДом или раком.
Сила пропаганды заключается в частоте использования нужных образов и тем, её эффективность – во всесторонности и многообразии охвата, действенность – в верном эмоциональном подкреплении. И главное – она должна быть тотальной, чтобы ни в какой сфере, ни днём, ни ночью человек не мог от неё укрыться.
Пропаганда работает как слаженный оркестр: у инструментов может быть разная природа звучания и своя партия в свой момент, но, повинуясь палочке дирижера, они вступают, когда это потребуется. Не раньше, не позже, чётко по заданному плану. Поэтому не так уж важно, какой инструмент играет сейчас – куда важнее, почувствовать «дух музыки», который явственно слышен сквозь оглушающий шум информационной какофонии.
Не всё ли вам равно, если преподносятся сенсационные факты или разоблачаются в пух и прах? Или в который раз вопрос на ток-шоу мусолится вопрос существования СПИДа? Или публикуется материал, что рак вот-вот будет побеждён? Умом вы понимаете, что лично к вашей жизненной ситуации они не относятся и не представляют ни малейшей ценности. Они всего лишь хитроумная наживка, блесна, а рыбка, которая отправится на уху, в коптильню или на просушку – ваше сознание.
Губительное и смертельно опасное всегда притягивает к себе потенциальных жертв, на этом основывается любая приманка. Тысячелетиями мухи будут лететь к паутине, комары к росянке, а люди всё так же наивно полагаться на свой недалёкий ум и односторонний жизненный опыт. Потому что если ужасающее человека восхищает и манит, он найдёт слова убеждающие, что перед ним великое и прекрасное. Мало кто услышит предупреждение Ницше, что: «Действительная цель прячется за образом химеры».
В кодировке сознания «на болезнь» особенную роль играют околомедицинские и постапокалипсические фильмы, сериалы, компьютерные игры и произведения массовой литературы. Такие проекты как «Доктор Хаус» или «Ходячие мертвецы» посмотрели миллионы людей во всех странах и континентах. Фильмы «12 обезьян», «Обитель зла», «Рассвет мертвецов», «Заражение», «28 дней спустя», «Я легенда» приобрели статус культовых, а в игры «Fallout», «Left 4 Dead», «The Division», «Resident Evil» хоть немного не поиграл или по настоящему старый, или очень ленивый.
Сегодня не осталось ни одной сферы, ни единого маленького клочка информационного пространства, избежавшего идеологического прессинга и внедрения в психику бессознательных страхов. Информационный вал формирует у потребителя когнитивные схемы – структурированные и эмоционально важные формы знания, которые независимо от человеческой воли направляют психические процессы и поведение в заданном, запрограммированном русле.
Тотальность этих процессов характеризует обыденная житейская ситуация, когда две бабушки, стоящие у кассы супермаркета, принялись активно обсуждать напечатанные на упаковке вредные компоненты. Ссылаясь на телевизор, они перечисляли, какие нарушения и болезни вызывают консерванты, добавки и стабилизаторы. Потом охали, качали головами и покупали свой потенциальный диабет, гастрит, почечную недостаточность…
Доступность и образность тем, широта охваченных вопросов, рассмотренных проблем, смоделированных жизненных ситуаций, интенсивность явных и тайных сигналов закрепляют информацию на подсознательном уровне. Потребляя информацию виртуально, человек эмоционально проживает её на самом деле, превращая в неотъемлемую часть своего жизненного опыта и своей личности.
Убеждения, житейские правила, способы эмоционального отреагирования и оценочные критерии не возникают сами по себе – они формируются под непрерывным информационным воздействием, являются адаптационным ответом на требования среды. В этом заключается феномен рекламного воздействия, эффективность скрытого манипулирования и действенность промывки мозгов, вынуждающей человека сознательно и добровольно поступать вопреки собственным интересам.
Глава 4. Расщепление сознания
В романе «Мастер и Маргарита», Булгаков достоверно описал принципы, по которым «неведомая сила» поэтапно осуществляют взлом сознания собеседников. С первых страниц происходит поэтапное развёртывание грандиозного плана, о существовании которого участники-жертвы даже не могли предполагать.
В главе-прологе, открывающей и объясняющей логику всех последующих событий, профессор Воланд выступает и в роли когнитивного манипулятора, и в роли библейского змея, искушающего запретным плодом современных «материалистических Адамов».
В начале романа, с его описанием «чуть зеленеющих липовых аллей в час небывало жаркого майского заката» как бы воссоздаётся Эдемский сад до грехопадения, с разлитой в нём безмятежной, невозмутимой и гедонистической гармонией. Современный «липовый рай» помещён в атеистическую Москву, не то Третий Рим, не то Новый Иерусалим, где прежние библейские понятия объявляются мифологическими, «липовыми». Однако древний змей искуситель предстаёт в современном обличии, на интеллектуальном уровне недостижимом для самоуверенных «инженеров человеческих душ».
Его цель - запустить собственную, «изнаночную» неделю творения, задать новые, «перевёрнутые» координаты для неба и земли, явить чудеса и взыскать за них плату рассудком очевидцев...
Он не просто библейский «отец лжи», он опытный психоалхимик и психотехнолог, модифицирующих физиологию собеседников простым воздействием через их вторую сигнальную систему. Потому что «В начале было слово…» И слова говорящего изменяют и настраивают нервную систему слушающего по своему «точному плану». Неслучайно глава призывает «Никогда не разговаривать с неизвестными», чтобы случайно не впустить в своё сознание информационные вирусы, которые не сможете ни нейтрализовать, ни контролировать.
Начало романа, как и начало «Книги Бытия», идиллическое и безмятежное, как и положено в преддверии надвигающегося безумия и кошмара. Действительно, что потревожит граждан в час небывало жаркого заката, в Москве, на Патриарших прудах? Разве что отсутствие нарзана, да тёплая абрикосовая. Точно не причудливая фигура иностранного консультанта, прибывшего разобрать в государственной библиотеке подлинные рукописи чернокнижника Герберта Аврилакского.
За лёгкой и непринуждённой беседой профессор чёрной магии вначале изучает и тестирует собеседников, тщательно собирая «детали бытия»: какими идеями они живут, во что верят, как видят жизнь. На самом деле, это «очень важные сведения», за которые можно и поблагодарить. Обладая основополагающим набором данных, становится возможным сходу создать когнитивный кризис и задать беседе нужный вектор. Застигнутые врасплох оппоненты вынуждены придерживаться навязанных правил, даже не желая того. Он – рыбак, они – привлечённые блесной и попавшиеся на крючок рыбёшки. Его задача – не дать им сорваться и улизнуть. Они – не в состоянии оценить происходящего или спрогнозировать предстоящие последствия.
Вскрытие сознания оппонентов происходит по классическому принципу антиномий – неразрешимых противоречий, ни доказать, ни опровергнуть которые в принципе невозможно. Противоречий, объяснить существование которых Кенигсбергский затворник так и не смог, придумав неубедительную формулу в утешение своего беспокойного ума.
Подлинная ценность антиномий для манипулятора, ставящего цель расщепить сознание, состоит не в попытке что либо опровергнуть или доказать, а в стремлении вызвать «мозговую пробуксовку» и ввести жертву в когнитивный ступор.
Понятный и рациональный, даже уютный материалистический мирок победившего атеизма начинает трещать по швам от иррационального вмешательства в него болезни и смерти, которые профессор чёрной магии буквально вколачивает в сознание самонадеянных собеседников как раскалывающий дерево клин:
«Виноват, – мягко отозвался неизвестный, – для того, чтобы управлять, нужно, как-никак, иметь точный план на некоторый, хоть сколько-нибудь приличный срок. Позвольте же вас спросить, как же может управлять человек, если он не только лишен возможности составить какой-нибудь план хотя бы на смехотворно короткий срок, ну, лет, скажем, в тысячу, но не может ручаться даже за свой собственный завтрашний день? И, в самом деле, – тут неизвестный повернулся к Берлиозу, – вообразите, что вы, например, начнете управлять, распоряжаться и другими и собою, вообще, так сказать, входить во вкус, и вдруг у вас… кхе… кхе… саркома легкого… – тут иностранец сладко усмехнулся, как будто мысль о саркоме легкого доставила ему удовольствие, – да, саркома, – жмурясь, как кот, повторил он звучное слово, – и вот ваше управление закончилось! Ничья судьба, кроме своей собственной, вас более не интересует. Родные вам начинают лгать, вы, чуя неладное, бросаетесь к ученым врачам, затем к шарлатанам, а бывает, и к гадалкам. Как первое и второе, так и третье – совершенно бессмысленно, вы сами понимаете. И все это кончается трагически: тот, кто еще недавно полагал, что он чем-то управляет, оказывается вдруг лежащим неподвижно в деревянном ящике, и окружающие, понимая, что толку от лежащего нет более никакого, сжигают его в печи. А бывает и еще хуже: только что человек соберется съездить в Кисловодск, – тут иностранец прищурился на Берлиоза, – пустяковое, казалось бы, дело, но и этого совершить не может, потому что неизвестно почему вдруг возьмет – поскользнется и попадет под трамвай! Неужели вы скажете, что это он сам собою управил так? Не правильнее ли думать, что управился с ним кто-то совсем другой? – И здесь незнакомец рассмеялся странным смешком…»
Схватка профессора «чёрной магии» с «инженерами человеческих душ» начинается с выяснения мировоззрения оппонентов. Но продолжатся она будет до тех пор, пока прежние конструкты, определяющие взаимосвязи и отношения между предметами и событиями, не будут расщеплены и переосмыслены новыми, открывающими совершенно иной взгляд на реальность. Так будет происходить вплоть до того, пока от обрушенного и поглощённого парадоксального информационного потока у обладателя не «лопнет чрево сознания».
В итоге, за пару часов эффективно проведённого сеанса «расщепления сознания», у бывших «инженеров человеческих душ» не только разрушаются прежние представления о реальности, но и предопределяется дальнейшая судьба.
Ситуация незадачливых литераторов напоминает классический рисунок-метафору Питера Брейгеля «Большие рыбы пожирают малых», в которой участникам доступны только эпизодические фрагменты процесса, а его ход и последствия доступны исключительно для стороннего зрителя.
Манипулятивное информационное внедрение («мозговой клин») всегда строится на конкретных слабостях, ожиданиях и страхах жертвы. Первоочередная задача которого направлена на разрушение прежнего алгоритма восприятия, мышления и поведения.
Погружённый в когнитивный диссонанс, то есть столкнувшись с ситуацией, когда весь его предшествующий опыт расходится с восприятием жизненно важной информацией или с логикой происходящих событий, человек утрачивает способность критически мыслить и следовать в интересах своего жизненного пути. У субъекта происходит нарушение высших ценностных связей, образующих его индивидуальность. Личность «преодолевается» и замещается сформированными когнитивными и поведенческими установками.
Детонатором для расщепления выступает значимый факт, или событийный ряд, демонстрирующий парадоксальность происходящего: «такого не может быть, но есть». Вызванную когнитивным расщеплением (шизофренизацией сознания) логику развёртывающихся процессов можно назвать «Принципом 7-ми если»:
1. Если это есть, то так быть не должно.
2. Если этого не должно быть, то с этим надо что-то делать.
3. Если надо что-то делать, то со всеми вопросами можно разобраться по ходу дела, но приступать следует немедленно.
4. Если приступать следует немедленно, то надо задействовать все ресурсы.
5. Если надо задействовать все ресурсы, то можно использовать крайние меры.
6. Если можно использовать крайние меры, то не стоит опасаться никаких последствий.
7. Если не стоит опасаться никаких последствий, то весь смысл сконцентрирован в том, чтобы такого не могло быть, а если случилось, то быть не должно…
После расщепления сознания человек, на первый взгляд, выглядит прежним, но стоит коснуться особо значимых вопросов, затронуть «установки по умолчанию», как когнитивные схемы активизируются, и собеседник диаметрально меняется. Такое состояние можно назвать психологическим и когнитивным коллапсом.
Утрачивая психическую целостность, человек какое-то время сохраняет видимость последовательности и логичности, но, оказавшись на продолжительное время оторванным от своего «программиста», быстро погружается в тотальную дезорганизацию.
Когда подобные воздействия на сознание повсеместно встроены в образ жизни посредством рекламы, новостей, индустрией развлечений, принадлежностью к любому из множества массовых субкультур, последствия для индивида подобны попаданию насекомого в паутину: чем больше и энергичнее оно действует, тем сильнее увязает. Трагическое положение человека усугубляется тем, что когнитивная паутина его оценок, чувств и поступков уже сплетена в его голове. Он сам для себя муха и паук. Он сам в себе запущенный в неуправляемую реакцию радиоактивный плутоний…
Глава 5. «Мозговая машина»
Человеческая психика, призванная поддерживать адекватное взаимодействие организма со средой, функционирует в непрерывном процессе переработки, усвоения и использования освоенной ранее информации. В этом предназначение и само условие для её существования.
Высшей формой психических процессов является умственная активность, напрямую связанная с «четырьмя принципами» взаимодействия с информацией:
1. Существует потребность в постоянном поступлении новых сведений, и связанным с этим процессом сознательным поиском актуальных эмоционально и интеллектуально значимых уточнений. Наши «серые клеточки» в буквальном смысле питаются информацией, поступающей к ним в виде сигналов, что жизненно необходимо для правильного функционирования коры и подкорки головного мозга. В противном случае наступает дезорганизация биоэлектрической работы мозга с широким спектром последствий.
2. Переработанная психикой информация не только кодируется и сохраняется в нашей памяти на белковом уровне, она становится частью нашей Центральной Нервной Системы и всей психофизиологии. Воспринятая, переработанная и усвоенная тем или иным образом информация начинает активно участвовать в настройке работы мозга и всего организма. Сфера её воздействия простирается от морально-этических представлений до работы внутренних органов, от общего психического состояния до процессов, происходящих на клеточном уровне.
3. Отделы мозга, ответственные за восприятие и переработку информации обладают определённой ёмкостью. Поэтому, превысив определённый объём, даже значимая информация прекращает точно восприниматься, искажается и повреждается. С течением времени некогда значимая, но не актуальная информация, утрачивает свою ценность, превращаясь в милый сердцу или приносящий дискомфорт «мозговой хлам».
4. Несмотря на общую схожесть и типичность физиологических процессов, каждый мозг уникально перерабатывает и кодирует информацию, особым образом встраивая её в любые формы проявления психики. Оттого психические состояния, процессы и свойства личности каждого человека уникальны. Это всё равно, как, имея один алфавит, писать на разных языках разнообразные тексты по форме, содержанию, эмоциональному, интеллектуальному и функциональному содержанию. О том, что в принципе может быть написано этими буквами – заранее представить невозможно, но легко спрогнозировать и предсказать по характеру направленности интересов.
Важно помнить, что мозг и психика не могут нормально функционировать вне среды, важнейшей частью которой является поступающая от неё информация. Любая, начиная от сенсорных раздражителей.
Психика – представитель и распорядитель нашего организма, повелитель, восседающий на плечах рефлексов и инстинктов, за которыми выстроились полки нервной системы. Не случайно про человека глупого и неадекватного говорят: «Без царя в голове».
Психика наш повелитель, владыка и наш царь. Но каков этот царь по жизни? Мудрец на троне или коронованный дурачок? Справедливый правитель или кровожадный деспот? И самый главный вопрос: ведает ли владыка, чем живут и чем заняты его подданные? Какие вынашивают планы? Как налажен их быт и какое у них здоровье: достаточно ли комфортно они существуют и обеспечены материально? Имеют ли прочные родственные и соседские связи, много ли увечных и больных и как решается их судьба? И о состоянии их нравов знать совсем нелишне: желают ли подданные самоотверженно трудиться на общее благо и защищать его не на жизнь, а на смерть или погрязли в гедонизме и распутстве? Насколько они преданны своему государю и своей стране – организму? Нет ли среди них предателей, ставших идейными врагами, желающих всему государству скорейшего конца? Что он делает, чтобы содержать подданных в спокойствии и достатке, вознаграждать и карать по делам и заслугам, на корню пресекая безумство отщепенцев и козни врагов?
Понимает ли государь, что современная индустрия беспокойства, с тиражированием болезней, страданий и смертей, есть ни что иное, как скрытая информационная война, использующая биологические особенности организма, как вирус? Поймёт ли мудрый владыка и его спецслужбы, что постоянное заострение внимания с помощью тайных и явных сигналов не просто закрепляют информацию на подсознательном уровне, а внедряют её в организм, превращая в плоть и кровь, при которой трансформированная информация становится частью Центральной нервной системы.
Верное замечание академика Павлова, что «Слово сделало нас людьми», можно расширить евангельским уточнением: «И Слово стало плотью». Поэтому глупый поэт Иван Бездомный подхватит шизофрению, как насморк, а хитроумный председатель правления МАССОЛИТа Миша Берлиоз непременно лишится головы под колёсами трамвая…
В этом утверждении заключается начало всех значимых положений о том, почему в одних случаях болезнь овладевает человеком при малейшей возможности, а в других – организм организован так, что способен оставаться здоровым в ситуациях повышенных нагрузок, стрессов, недостаточного рациона питания, влияния неблагоприятной среды и даже во время эпидемий.
Родоначальником понимания психического здоровья, как комплекса взаимосвязей, был создатель русской физиологической школы И.М.Сеченов. В ключевых работах «Рефлексы головного мозга» 1863г. и «Физиология нервной системы» 1866 г. впервые выдвинул научно обоснованную гипотезу о психофизиологического единства, правда, с уклоном в рефлекторную сторону, представляя «субъективный мир человека чисто физиологически». Его интуитивный гений проник в природу организма намного глубже, чем позволял выразить и описать уровень современной ему науки.
Опираясь на теорию физиологического единства, Сеченов ставил над собой опасные эксперименты, например, выпивал раствор с туберкулёзными палочками, и оставался здоров. Многие незадачливые последователи учёного, пытаясь повторить его опыты, приходили к плачевным результатам. Потому что слепое копирование идей и выводов не работало – требовалось нечто большее, чем простая сумма предположений и знаний.
Во многом в гипотезах Сеченого заметно расхождение между воплощением идей и механическим объяснением происходящего, но даже в его прямолинейном утверждении «о машинности мозга» прочитывается идея о той «биологической службе», которую непрерывно несёт мозг, поддерживая баланс, защищая и восстанавливая организм.
В столкновении организма со средой, стремясь к сохранению целости неделимого, «мозговая машина» способна как усиливать рефлексы, так и угнетать их, действуя при каждом случае избирательно. То есть, производимые «машиной» операции вполне сознательны и рациональны, хотя и не доступны для понимания её владельца.
Развивая обозначенную Сеченовым «возможность приложения физиологических знаний к явлениям психической жизни», спустя полвека С.Л. Рубинштейн приступает к решению проблемы «о взаимоотношении психического и физического». Итогом его работы стала концепция психофизического единства.
Он понимает психическое – как живой и подвижный процесс, непрерывно изменяющийся и развивающийся в ходе взаимодействия с внешним миром. Так мышление в равной степени связано не только с мотивами и деятельностью человека, но и с изменением метаболизма мозговых нейронов, невообразимым комплексом электрохимических процессов и изменений, происходящими в мозге.
В буквальном смысле – человек, помыслив и начав свою деятельность, изменится и никогда не будет прежним, потому что на физиологическом уровне запущен механизм возникновения и активизации новых нейронных сетей. В результате этого не только личность, но и мозг будет несколько иным, чем прежде. Поэтому выражение, означающее получение значимого жизненного опыта «Теперь я стал другим человеком», следует понимать буквально. Единство сознания и деятельности состоит в том, что психика выступает регулятором не только деятельности, но и всех протекающих в организме физиологических процессов.
Где и на каком уровне проходит граница взаимодействия психического со средой и собственной физиологией? Следует ли искусственно ограничить это взаимодействие тем объёмом, и той информацией, которую способно вместить и обработать сознание человека? Или же психическое простирается намного дальше: до клеточного и молекулярного уровня, становясь органичной частью физиологического процесса? Если посмотреть на вопрос глубже, то психика – это внутренняя форма отражения бытия, присущая всему живому…
Возникая, подстраиваясь и трансформируясь под взаимодействием внешней и внутренней среды, психика производит незначительные и ключевые перемены, запускает все процессы, связанные с развитием, поддержанием гомеостаза и угасанием любой жизни.
Незримый дирижёр и великий архитектор, исходный пункт и место прибытия, начало и конец, в точке которого вновь наступает новое начало…
Глава 6. Принцип Босха
Во вселенной только одно существо не может жить без сколько-нибудь целостной картины мира в своей голове. Оттого ему так важно определить значение слов и понятий, воспринять идеи и оперировать собственным взглядом на «природу творимую» и «Природу творящую». Пусть даже эти знания и представления будут хаотичными и подверженными постоянному переосмыслению: и мудрец, и дурак равно признаются в этом. Оттого только человеку и больше никому необходимы нанизанные на истину прошлое, настоящее, будущее. Пусть даже сама истина окажется иллюзорной, а события времен вариативными – для сознания важна лишь информационная стабильность.
Беспокойный ум пророков и первооткрывателей всегда подозрителен и опасен, прежде всего, для его обладателей. И тогда творческий гений вынужден маскироваться за религиозными или научными доктринами, облачаться в иносказательность художественных образов или вовсе мимикрировать согласно требованиям окружающей его среды. Потому что человеческий ум не может вместить и принять того, что абсолютно не согласуется с его представлениями о реальности.
В 1555 году, за десятилетие до смерти, пытаясь защитить малолетнего сына от неумолимой логики окружающего мира, Мишель Нострадамус напишет для него письмо-завещание:
«Я часто предсказывал то, что долгое время было скрыто и все же сбывалось. И все это происходило в силу вдохновения и интуиции, исходящих от Бога. Удивительные предсказанные события, счастливые и несчастные, происходили повсеместно и с нарастающей быстротой, однако, не желая нанести вред ни настоящему времени, ни, особенно, будущему, я не хотел предавать огласке свои предсказания. И связано это с тем, что царства, секты и религии с течением времени потерпят столь резкие изменения, что станут своей же противоположностью, и если бы я открыл им то, что произойдет с ними в будущем, то великие и сильные этих царств, сект, религий и вер, сочли бы это будущее столь мало подходящим для себя, что прокляли бы на столетия вперед то, чего нельзя избежать и что грядущие поколения увидят и смогут понять... В силу этого и я решил отказаться от провозвестия и удерживая свое перо от бумаги. В дальнейшем все же мне пришлось отступить от это правила, чтобы в темных и загадочных выражениях способных озадачить каждого, сообщить хотя бы о наиболее важных переменах в судьбах человечества, стараясь не оскорбить при этом хрупких чувств, поскольку я заметил какое впечатление оказывают пророчества на людей, когда они сбываются. Поэтому я пользовался тайным языком более, чем другие пророки…»
Быть может свой тайный язык провидец «подсмотрел» у современника Иеронима Босха, чьи прекрасные и ужасающие картины восхищали не только ценителей искусства, но и сильных мира сего, среди которых самым страстным почитателем фламандского мистика был могущественный король Испании Филипп II.
Самой важной, метафорической, концептуальной картиной Босха стал созданный в первое десятилетие XVI века знаменитый триптих «Сад земных наслаждений», где нашла своё воплощение тайная и явная судьба человечества. Никому после Данте не удавалось так ёмко и глубоко изобразить прошлое, настоящее и будущее, разрешённое в духовной, чувственной, интеллектуальной и телесной ипостасях.
Перед нами зримо предстаёт сакральная история бытия, построенная по принципу креста, в своём перекрещивании смысловых сюжетов. Перед зрителем возникает мир «как процесс», явленный во времени от сотворения Эдемского сада до Армагеддона по горизонтали, от места Господнего на Святой горе до безобразного конвейера адской кухни по вертикали.
Перекрёстных сюжетов-посланий ни один, и ни два – их множество, но не произвольное, а чётко определённое мистическим прочтением Библии. Подобно символизму «Божественной комедии», Босх использует количественное повторение-перекрестие в изображении Эдемского сада равное числу дней творения книги Бытия. Изображая в центральной части триптиха искажение природы всего сущего, а не человека только, используется как сквозной образ тайны Вавилона – «матери блудницам и мерзостям земным».
Для понимания зашифрованного в «Саде…» тайного послания, важно число сущности «зверя багряного» сделавшимся «жилищем бесов и пристанищем всякому нечистому духу, пристанищем всякой нечистой и отвратительной птице…» Образы воздаяния-возмездия и мучений за извращение естества, так же согласуются с числовым кодом семи чаш и семи язв Откровения.
В триптихе не случайно так много движения и действия – «Сад земных наслаждений» можно использовать в качестве иллюстрации «психического как процесса».
Следуя за мистиками своего времени, Иероним Босх безусловно полагал наличие живой души – психики, не только у потомков Адама и Евы, но и у всех порождений природы. Согласно первой главе книги Бытия, все сотворённое не только живо, но и одухотворено: «Да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их».
Во времена «панпсихизма» наличие живой души приписывалось не только всем «плавающим, летающим, ползающим или ходящим» существам, но и всему, что растёт, цветёт и умирает под солнцем…
Творческий метод Босха – сквозное переосмысление иссохшей ясности Средневековья и выродившейся чувственности Возрождения. Творцу XVI века только и оставалось, что провести духовную ревизию рода человеческого: прошедшего ужасы чумы, пережившего крах иллюзий и надежд, ничему не научившегося и не захотевшего стать лучше.
Потому каждому утверждению гуманистов находилась у него горькая отповедь. Если Леонардо да Винчи утверждал: «Благая природа так обо всём позаботилась, что повсюду ты находишь чему учиться», то провидец Иероним горько возражает: «Благая природа? Так ведь один Бог благ, а мир грешен и лжив…»
Потому в центральной части «Сада наслаждений» предстаёт главное разочарование Творца. Во всеобщей неге и гармонии пред зрителем предстаёт подлинная цель обезумевшего творения – апокалипсический «зверь багряный», которого род человеческий собирает как нового Троянского коня.
«Зверь погибели», произрастающий из «Древа познания Добра и Зла», ещё не обрёл целостности, а пребывает как пазлы во фрагментарном, разобранном состоянии. Люди, звери, гады и даже растения (т.е. «вся тварь») только играют, коммуницируют – взаимодействуют с его частями, переиначивая прежние, положенные от Начала, взаимосвязи. Они ещё не додумались собрать части «зверя» воедино, но логика гедонизма и разнузданности неумолимо влечёт к его созданию.
Совсем неслучаен универсальный числовой код зверя - 666. Он не только бросает вызов Святой Троице, трижды «перезапуская» Творение мира – он необычайно удобен математически и статистически, технологически совершенен, как и вся новая «цифровая цивилизация». Он – ключ, дверь и путь в «Новое цифровое сознание» нашей эры...
Противоестественные образы соединения человеческого и звериного, даже растительного – триумф своеобразной всеобщей генной модификации, построение Вавилонской башни на останках природы изверженной из рая.
Плод познания добра и зла неизбежно прорастает в плоти, как личинки паразитов, а грех выступает катализатором бесконечной алхимической фабрики бесов, «имя которому легион»...
Если посмотреть на триптих с точки зрения бытовавшей концепции макро и микрокосма, то перед нами за «тёмными и загадочными» образами откроется настоящая медицинская энциклопедия.
Сформулированные в «Саде земных наслаждений» принципы здоровья и болезней, образуют цепь взаимосвязанных событий, охватывающих человеческие жизни от блаженства зачатия до огня преисподней, где главными участниками выступают Бог, природа и чуждые им демонических хищные существа.
Следуя средневековой традиции, Босх изображает болезни разновидностями химер – паразитирующих и пожирающих сотворённую Богом живую природу. Процессы, проистекающие из физиологической чувственности, становятся для микрокосма тем фитильком, который разрушает её защитные крепостные стены. Или, по крайней мере, открывает для чудищ входную дверь, превращая слабую, нагую, уязвимую плоть в лёгкую добычу, обречённую на мучительную смерть.
Непрерывный процесс пожирания болезнями «детей человеческих» так же подчинён особой логике, имеет свои законы и правила:
Во-первых, любая болезнь по Босху ни что иное, как демоническая химера, обладающая собственным интеллектом, ареалом обитания и предпочтением в выборе жертв. В мире много болезней, потому что чудовищ легионы.
Во-вторых, не бывает отдельно человеческих болезней – химеры обитают во всём имеющим живую душу: растениях и плодах, насекомых и птицах, пресмыкающихся и животных. Выжидая своего часа, они «гнездятся» в удобных для себя родах растений и тварей, но главными целями были, есть и будут «дети человеческие», потому что в них болезнь вызревает и получает своё окончательное воплощение.
В-третьих, особенности протекающих в организме психофизиологических процессов, наследственность и предрасположенность, превращают своих обладателей в объект охоты или паразитирования определённого типа химер. Они всегда рядом. Они притаились в воде и воздухе, в земных плодах и лепестках цветов, на перьях птиц и чешуе рыб, в похожем на жёрнов хороводе наездников, чьё вакхическое кружение происходит против движения солнца. Химеры подкрадываются всё ближе и ближе, так, что прорастают корнями-щупальцами в тела своих беспечных жертв…
Однако Босх, как и Нострадамус, не претендует ни на роль трибуна, ни на роль пастыря, ни на роль врача – он не морализирует и не выписывает лекарств, а только изображает сам процесс, детально раскрывая его неумолимую логику.
Свободу воли человека провидец Иероним понимает как познание бытия – разгадывание открытых ему свыше причинно-следственных связей «Сада земных наслаждений».
Глава 7. Возложение вины на жертву
Бесполезнее многочисленных книг на тему оздоровления и диет, могут быть только сочинения по так называемой «психосоматике». Выглядят они очень заманчиво, изложенные в них положения кажутся многообещающими и вдохновляющими. Добавьте претензию на посвящённость, элитарность знания, и даже приобщение к некому духовному избранничеству…
С первых же страниц выльются ушата очевидного-невероятного, недоступного уму непосвящённых профанов и очевидного для вдумчивого читателя. Сначала вам подтвердят банальные предположения о происхождении «всех недугов от нервов», но тут же таинственно намекнут, что «всё куда глубже, сложнее и интереснее», стоит только понять причины и изменить само отношение к здоровью и болезни.
Подлинное знание и суть метода откроется быстро – стоит только понять, что тысячи очагов напряжения и болячек возникают из-за невозможности проявлять свои чувства. В особенности агрессивные.
На читателя как музыка польются правила самопознания, принципы гармонии души и тела, эмоций и слов, чувств и поступков. Когда же придёт осознание взаимосвязи эмоционального опыта и возникновении болезней, клиническая картина вовсе прояснится, начиная от конъюнктивита и заканчивая геморроем. Специально для тех, до кого туго доходит, не раз и не два открытым текстом сформулируют главную заповедь психосоматики: «Измените мысли, и вы получите здоровое тело». Черти схемы, учи матчасть и успевай уши развешивать!
Последствия от принятых на веру подобных изысканий намного печальнее, чем от попыток объяснения болезней посредством популярной диетологии: любил полакомиться сырком – вот вам подагрический артрит, кушали много углеводов – получите диабет, а раз злоупотребляли сахаром – и вовсе прямая дорога к онкологии!
Заболевший человек, а к подобной литературе обращаются в основном имеющие проблемы со здоровьем, часто не может мыслить критически, даже в том случае, если ему позволяет необходимый уровень знаний. Он растерян, сбит с толку и ему требуются быстрые практические советы, что следует делать немедленно. Здесь он получает первый сокрушительный удар – оказывается, это собственная психика породила болезнь из-за неумелого обращения с эмоциями:
«Опухолевые заболевания также следует рассматривать с позиций психосоматики, так как причина их возникновения кроется исключительно в области психики: все остальные ракурсы исследования этой болезни попросту бесполезны. Лишь та наука, которой удастся дать четкий параметр всеобъемлющего принципа познания, сможет излечить опухоль любого вида – при условии, конечно, согласия самого пациента: без согласия пациента ничего нельзя сделать. За всю свою клиническую, психотерапевтическую практику мне ни разу не пришлось столкнуться со случаем опухолевых заболеваний, возникших из-за перенесенной инфекции, курения, стресса, воздействия радиации или химических реагентов. Но что неизменно присутствовало, так это волевое – отчасти осознанное, отчасти бессознательное – стремление субъекта, приводившее его к болезни».
Возложение вины на жертву – классический приём добивающихся своих целей манипуляторов, а так же распространённое когнитивное искажение в понимании причинно-следственных связей произошедшего события.
Вежливо и с напускной эмпатией человека убеждают в том, что он сам стал причиной несчастья, сам является источником пожирающей его болезни. Это – человеконенавистническая логика психопата, убеждающего жертву в том, «что это она во всём виновата и сама всё испортила», а поэтому должна понести заслуженное наказание.
Привнесённое за болезнь чувство вины, с сопутствующим ему страхом неотвратимого наказания, раскаяньем за прошлое, стыдом за настоящее, неуверенностью в будущем, подталкивают человека к стремлению незамедлительно «переформатироваться», переписать свою личность в соответствии с новыми данными. Это испытанный метод вербовки в секту. Стоит поддаться подобным мыслям, или попасть на приём к подобному «специалисту» – распростишься не только с деньгами, временем, но и самой жизнью. Болезнь же никуда не денется, не уйдёт, не исчезнет, а лишь вцепится в опрометчивую жертву мертвой хваткой…
Перед нами непреходящий сюжет из центральной части «Сада земных наслаждений», вечная история о том, как причастившиеся от плода познания дети человеческие, сами увлекают себя в невидимые жернова, трансформирующие и перемалывающие в труху их тела и души…
В любой сложной ситуации человеку стоит не поддаваться пылу эмоций, не разжигать в себе неуёмный интерес, особенно к тому, что выглядит таким заманчивым манящим. Не стоит забывать, что в природе большая часть жертв погибает, попадаясь на приманку, бывая одурачена хищником, либо своей беспечностью.
В большинстве случаев стратегия охоты основывается на том, чтобы привлечь внимание и заинтересовать потенциальную добычу чем-то для неё жизненно важным. Для этого создаются приманки, с помощью которых объект охоты выводится из обычного инстинктивного равновесия. Достаточно всего лишь разжечь азарт и породить иллюзию скорого получения желаемого.
Точно на таких принципах построены все методы пропаганды и рекламы – возбуждения эмоций, сужения сознания с его концентрацией на заданном объекте. Нервная система и психика сами подтолкнут жертву к желаемой поведенческой активности. Каждый хочет быть везучим, вознесённым на пьедестал чемпионом, или хотя бы причастным к чему-то особенному...
Как только человек осознает свою растерянность и станет внутренне готовым принять предложенный «план спасения», в тот самый момент в его сознание будет незамедлительно введён информационный токсин. Когнитивный яд, оправиться от которого практически невозможно:
«Происхождение опухоли носит чисто психический характер: ее даже можно определить как соматическую, выраженную вовне, версию наиболее тяжелых форм шизофрении. При этом шизофрения не напрямую поражает мозговой аппарат или психическую зону, а вспыхивает на соматическом уровне… Опухоль прорывается, как только индивид, столкнувшись с неудобной для него ситуацией, стремится овладеть ею любой ценой, не меняя самого себя. С точки зрения жизни в неподходящей для индивида окружающей среде для него существуют два возможных решения: либо адаптироваться и преодолеть разногласие, превратив его в момент личного роста, либо уйти. Третий путь - патологический – внешнее приспособление и расплата болезнью… Чтобы вылечить больного опухолью, необходимо вступить с ним в открытый и свободный диалог, дав понять, что «либо он изменится, либо умрет». Нежелание измениться влечет за собой неминуемую смерть…»
Манипуляторов от психосоматики обычно мало беспокоит тот факт, что их ложь сшита белыми нитками – потому что отчаявшийся человек, уже во всём обвинил себя и априорно на всё согласен, лишь бы получить свою спасительную соломинку.
Жертва информационной агрессии не в состоянии задать самых простых вопросов о психическом характере онкологии у младенцев, собак, кошек или даже у мышей. Понятно, что рак поражает грызуна исключительно в тех случаях, когда он «столкнувшись с неудобной ситуацией, стремится овладеть ею любой ценой, не меняя самого себя…» Такое у мышей упрямцев нежелание меняться, такая безапелляционная позиция, такая отрицательная психосоматика…
Стоит усвоить эту распространённую и активно внедряемую ложь, призванную расщепить сознание и демонтировать защитные силы организма. Запомнить и по возможности выработать к ней стойкий иммунитет и неприятие. Знать о ней, чтобы не попасться на неё, как муха на липкую бумагу, умножая и без того неисчислимую армию погибших и погибающих.
Итак, положения, что:
1. Существует прямая зависимость между заболеванием и питанием, или «человек есть то, что он ест».
2. Болезни человека внутренне присущи его природе, обусловлены психическими процессами и возникают из-за его неправильных мыслей, подавленных эмоций и вытесненных желаний.
Эти «базовые» утверждения популярных систем оздоровления – чистой воды смысловое напёрсточничество, которое сродни площадному надувательству доверчивых людей хитроумным шпильманом.
Действительно, и потребляемые продукты, вкупе с эмоциональной и когнитивной деятельностью играют весьма существенную, но всё же вторичную роль в развитии болезни. Они – факторы, способствующие возникновению, обстоятельства ускоряющие ход и осложняющие течение, но никак не первопричина. Потому что не пуля убивает, а стрелявший из оружия…
Подобные публикации бывают и бездумно тиражируемой глупостью, стремлением находиться в мейнстриме. Но источником злонамеренного введения в заблуждение и манипуляции сознанием, является описанный
Глава 8. Очевидная реальность
Диалектика, как способ познания мира, родилась из диалогов - тех самых споров мудрецов, в «которых рождается истина». Так искусство задавать вопросы и отвечать на них превратилось в науку об универсальных законах развития, принципах всеобщей связи и общей схемы для всех явлений в мире, позволяющую на примере одних правил постигать и объяснять другие. Потому что законы диалектики одинаково применимы и в неживой и в живой природе, и в общественном развитии, и принципах мышления. Фундамент диалектики базируется на утверждении, что всё в этом мире существует, функционирует, изменяется по одним и тем же универсальным правилам. Подобное в одном постигается подобным в другом.
Особенно эффективно диалектика прослеживает отношения взаимовлияния одних систем с другими – это хорошо известно из школьной программы. Например, воздействие производственных сил и производственных отношений на общественный строй, экономику, политику, культуру и даже экологию, с глобальными проблемами сохранения жизни на Земле.
Чтобы понять всеобщие правила болезни и здоровья без всеобъемлющих принципов диалектики не обойтись…
Фундаментальной потребностью всех живых существ является их взаимодействие с окружающей средой и непрекращающийся триединый обмен базовых начал: вещества – энергии – информации. Этой формулой описывается жизнь, начиная с клеточного уровня и заканчивая любой системой. Существование частных и всеобщих феноменов мира, от индивидуального организма до всеобщей цивилизации.
Вокруг базовых потребностей разворачиваются вселенская война и мир, конкуренция и сотрудничество, ненависть и любовь всех живых существ «от мала до велика».
Очарованный этим всеобъемлющим процессом Дарвин выводит свои знаменитые постулаты о борьбе за существование. Теория происхождения видов основана на принципах индивидуального выживания в неблагоприятной среде. Особое значение в нём играют выстроенная система отношений с особями своего и чужого видов и способность к адаптации.
Успех и убедительность теории Дарвина во многом был обеспечен тем, что научные гипотезы, положения и выводы были сформулированы по неоспоримым законам диалектики.
Он строил понимание жизни на том факте, что любой организм является сложной системой, существование которой возможно при постоянном взаимодействии с другими системами. Успешность индивидуальной и видовой жизни заключается в отлаженном механизме разноуровневых связей.
Связи распространяются не только уровни комфортной жизни и размножения, но и расширения ареала обитания своего вида с возможным овладением новыми ресурсами. Такие связи подразумевают складывание отношений типа: жертва – хищник, хозяин – паразит.
И хищничество, и паразитизм объединяет факт существования, подразумевающего в использовании других существ как источника жизнедеятельности своего организма, а так же успешной адаптации к условиям постоянно меняющейся окружающей среды и стремлением занять в ней более выгодную позицию. Подняться на вершину пищевой и социальной лестницы.
В свою очередь жертв характеризует стремление выработки пассивных и активных защитных механизмов, варьирующихся от простой маскировки и мимикрии, заканчивая выработкой самосохранительной поведенческой стратегии. Так, например, в противостоянии с волчьей стаей или медведем полярные овцебыки становятся плотным кругом, помещая внутрь детёнышей и слабых сородичей, атакуют хищника организовано, прикрывая друг друга, и только в случае заведомого проигрыша уходят галопом.
С взаимоотношениями типа хозяин-паразит дело обстоит намного сложней и даже многовекторней. В одних случаях паразит является отравляющим жизнь нахлебником, который медленно истощает и подтачивает жизнь своего владельца, столуясь и квартируясь насколько это возможно. В других случаях хозяин служит для паразита своеобразным инкубатором и кормушкой на строго определённый срок, пока в его теле размножаются, вызревают, развиваются и буквально пожирают изнутри чужеродные организмы.
Следует отказаться от представления, что паразит менее опасен своему обладателю, чем активно нападающий хищник. Напротив, захват организма паразитом не столь очевиден, а среда его обитания обычно не вызывает у жертвы никакого чувства опасности. Изощрённое коварство паразита состоит не только в том, что он медленно убивает организм и незаметно пожирает тело. Прежде физической смерти паразит отбирает душу своей добычи.
Давно известны и детально описаны случаи влияния паразитов на нервную систему и психику своих жертв, подстраивания поведения носителей в ущерб собственным интересам. В некоторых вариантах паразитизма хозяин начинает действовать даже вопреки главному принципу выживания – инстинкту самосохранения.
Паразитический гриб кордицепс, паразитирующий на гусеницах и мухах, не только использует тело носителя в качестве питательной среды, в котором он и прорастает. Перед тем, как его жертва погибнет, заставляет её перебраться в боле благоприятное для себя место, чтобы споры хорошо разносились ветром.
Морской паразит саккулина, проникая в краба, полностью перекраивает его физиологию, заменяя поведенческие стереотипы: краба-самца она вначале стерилизует, а потом превращает в подобие самки, чтобы он заманивал других самцов и «награждал» их паразитом. Такой краб полностью утрачивает связь со своей природой и его поведение больше не управляются инстинктами, заложенными от природы. Заражённый саккулиной краб не только позволяет пожирать себя заживо, но и всячески заботится и защищает интересы своего паразита до самой смерти.
Плоский, похожий на листок червь-сосальщик фасциола гепатика, живет в печени, жёлчном пузыре и его протоке, как правило, у копытных, но может выбрать своим хозяином и человека. У червя сложный жизненный цикл со сменой множества хозяев и разным видом собственных патогенных поколений, включающих и стадию гермафродитизма. Однако, печёночная двуустка не является вымирающим типом организма. Её личинки стремятся попасть в мозг переносчика – будь то малый прудовик, улитка или муравей, чтобы не только питаться своей жертвой, но и контролировать её поведение. Обречённое, изнуряемое паразитами существо, мучаясь от боли, добровольно ищет своей смерти, становясь «Троянским конём» для нового владельца.
Черви из группы волосатиков под названием «конский волос» живут в кузнечиках и сверчках, вырастая в них до размеров в два-четыре раза превышающих размер хозяина. Для своего спаривания выросшему червю надо очутиться в водоёме, поэтому паразит начинает вырабатывать особые белки, нейропептиды, изменяющие работу нервной системы своего владельца. Кузнечик совершает акт самоутопления, после чего «конский волос» оставляет жертву, отправляясь искать партнёра для спаривания. Интересно замечание, что до своего репродуктивного возраста паразит выделяет вещества, стимулирующие нервную систему жертвы, а после кардинально меняет химию, доводя хозяина до самоубийства.
Ракообразный паразит, известный под говорящим названием «мокрица, пожирающая язык», проникая в рыбу, полностью замещает собой орган. Как говорится, используя хозяина не только как «стол и дом», но и как средство миграции для своего вида. После смерти паразита часто гибнет и сама рыба, пожизненно превращаясь в заложника незримого врага…
Некоторые паразиты вынуждают своего хозяина искать хищника и быть съеденным заживо, чтобы жизненный его путь продолжился на более высоком уровне. В определённый момент своего развития они заставляют рыбу выбрасываться из воды, чтобы продолжить свой дальнейший цикл в птицах. Отключают у мышей и крыс страх перед кошками, чтобы паразит токсоплазмы перешел из тела промежуточного носителя в основного хозяина – человека.
На токсоплазмозе следует остановиться поподробнее, потому что тема напрямую затрагивает основного хозяина – человека и неплохо изучена учёными, утверждающими, что по количеству своих обладателей он не уступает герпесу – около 35% всех людей…
Это опасное заболевание, которое возникает после попадания токсоплазмозной гондии в кровь. Оно может произойти от употребления неочищенной воды или плохо обработанных продуктов, при переливании крови, и даже от матери к плоду через плаценту, но чаще человек заражается им по вине главных переносчиков паразита – кошек.
При сильном иммунитете долгое время существование паразита может быть бессимптомным, но стоит человеку ослабнуть, заболеть или постареть, как внутриклеточный паразит проявит себя «во всей красе». Токсоплазмы захватывают лимфатические узлы – шейные, затылочные, подмышечные, паховые из которых проникают в кровь и разносятся по всем органам, при этом имея главную цель – мозг.
Возникающие симптомы, отягощённые сосудистыми кризами, заставляют подумать об опухолевом поражении, а психические изменения напоминают симптомы развития шизофрении.
Вдобавок к этому вместе или поочерёдно прибавляются мышечные и суставные боли, боли в печени, селезёнке и сердце, постоянная интоксикация, нарушение пищеварения, зрительных функций, работы эндокринной и Центральной Нервной Системы…
Токсоплазмоз меняет поведение и жизненный уклад жертвы, нарушает прежде активные социальные и межличностные связи, заставляя человека отдаляться и даже изолироваться от окружающих. И всё больше любить, холить и лелеять своего главного переносчика – кошку, с которой паразит мирно сосуществует и не проявляет себя никак…
Вот, что особенно важно: у больного в тяжёлой форме нарушаются когнитивные функции (уровни ощущений и восприятий, внимание, память, и особенно страдают мыслительные способности), развивается чувство вины, на фоне обострения общего беспокойства, неуверенности и рассеянности. Под «химической атакой» паразита человек-жертва, мало чем отличается «от братьев своих меньших»: он не может логически мыслить, не способен перестать во всём винить себя и поискать причины своих проблем вне своего «Я».
Очень часто за неврозами и ложной социопатией стоит не психические особенности и патологии личности, а паразит. Реальной угрозой для карьеры, личной жизни, физического и психического здоровья вполне может стать внешне здоровая кошка…
Изложенное – очевидная биологическая реальность, в которой мы живём, зачастую становясь хозяином-жертвой для легиона безжалостных паразитов. Они день за днём изнуряют, крадут силы, заставляют жить с чувством разочарования и вины.
Вековая мудрость о том, что в природе всё имеет сходные правила взаимодействия и единые механизмы развития, была известна человечеству во все времена. Задолго до появления научного метода – «Органона» Аристотеля, единство законов для всего сущего было прописано в главном сочинении древности о человеке в его «здравии и болезни». Книга Иова утверждает:
«Спроси у скота, и научит тебя, у птицы небесной, и возвестит тебе; или побеседуй с землею, и наставит тебя, и скажут тебе рыбы морские».
Глава 9. Химеры из микрокосма
В 1683 году голландский натуралист Антони Ван Левенгук при помощи изобретённого им увеличительного прибора - микроскопа, разглядел в дождевой капле «бегающих зверьков». С рвением первооткрывателя он стал подвергать микроскопическому исследованию весь окружающий мир и с потрясением обнаружил, что повсюду, от слюны до гнилого сена, природа населена невиданными прежде существами, которые живут, питаются, размножаются и умирают в недоступном для человеческого глаза микрокосме.
Сто лет спустя, создатель системы классификации растительного и животного мира Карл Линней объединил все известные ему микроорганизмы в один род, обозначив его говорящим именем – «хаос». Так было положено начало науке называемой микробиология, которая триста лет пытается постичь загадочную вселенную микроорганизмов.
С тех пор наука существенно продвинулась в классификации, таксономии и идентификации населяющих микромиры доклеточные и клеточные.
Бактерии – вездесущие живые, клеточные существа, которые размножаются самостоятельно, имеют генетический набор информации. Условно их разделяют по принципу «полезные – вредные», в зависимости от последствий их жизнедеятельности.
Число находящихся в организме микробов и бактерий превышает количество клеток организма как минимум в несколько раз, и они населяют тело буквально повсюду.
Одни бактерии помогают эффективному функционированию и защищают человеческий организм. Они – добрые соседи и полезные помощники, не просто сосуществуют рядом, а находятся во взаимодействии с разными внутренними системами. Прежде всего, органами иммунной системы – красным костным мозгом, тимусом, лимфатическими узлами, селезёнкой.
Бактерии, устанавливающие паразитические связи, «плохие» –патогенные. Они стараются подавить иммунитет, поставить организм под свой контроль, использовать в своих целях до смерти.
Диапазон вызываемых заболеваний у человека патогенами очень велик: от гастрита и язвы до туберкулеза и чумы, от периодонтита и микоза до желтухи и менингита.
Количество полезных бактерий намного больше, чем вредных, их соотношение примерно 99% к 1%. Между ними происходит непрекращающееся противоборство и конкуренция, задача «полезных» бактерий состоит в создании в организме такой среды, при попадании в которую «вредные» микроорганизмы погибают.
Вирусы – не принадлежат ни к живой, ни к мёртвой природе, эта форма представляет сумеречное бытиё идеальных хищников, паразитов и серийных убийц.
Вне живого организма – они никак не проявляют себя, не размножаются, не питаются и не умирают, но соприкоснувшись с живой природой, мгновенно активизируются. Проникновение, захват, размножение, с попутным повреждением, уничтожением или трансформации захваченных клеток – главные проявления вирусной активности. Вирусы атакуют не только клетки организма, но и бактерии (бактериофаги), потому что целью для их паразитизма и охоты является всё живое.
Находясь в клетке вирус, проявляет себя как жёсткий паразит, выходя из неё одетым в белковую оболочку, ведёт себя как ненасытный хищник («волк в овечьей шкуре»). Так происходит запуск инфекционной болезни – состояния нарушающего работу организма, при благоприятном для вирусов стечении обстоятельств, стремящихся привести жертву к гибели.
Если «плохая» бактерия уничтожается организмом, то проникший в организм вирус, не уйдёт никогда. Победивший иммунитет лишь ослабит его и сумеет держать на поводке, отправляя в дремлющее состояние. Но вирус всегда дождётся удобного случая для своего реванша…
Создаётся впечатление, что эта невообразимо малая химера из микрокосма, постоянно мутирующая сама и трансформирующая живые организмы, обладает своеобразным сознанием и собственным стратегическим планом.
Вирус использует антибиотики в своих целях, как карточный шулер самоуверенного хапугу, развиваясь и совершенствуясь с их помощью, устраняя свои слабые места. Вирус играет с вакцинами, имуномодуляторами как хищник с неумелым охотником, борется с ними – изучая их, постоянно изменяя себя. Он размножается быстрее бактерий в тысячи раз, намного эффективнее распоряжаясь имеющими в его распоряжении ресурсами. Он тот незаменимый инструмент, с помощью которого можно вносить изменения в ДНК всего живого, произвольно встраивая нужную информацию.
Логика иммунитета строится по принципу: «свой – чужой», а механизм защиты состоит в том, чтобы с помощью выработки защитных антител уничтожить чужеродные и враждебные белковые организмы – болезнетворные бактерии, или одетые в белковую оболочку вирусы. Но враг из микромира хитёр, нахрапист и обладает дьявольски изощрённой стратегией ведения войны.
Полководцы из микромира одинаково эффективно могут использовать и маскировку, и действовать грубой силой, чтобы сокрушить иммунитет и его союзников. Иногда они проталкивают впереди себя «троянских коней», иногда принимаются рекрутировать ранее лояльные микроорганизмы. Почти всегда им удаётся активизировать дремлющую «пятую колонну», производя на свет собственных сателлитов, а в исключительных случаях – даже выращивать из клеток организма потерявших прежний образ и подобие «Франкенштейнов».
Надо понимать, что все разговоры о полезных вирусах - бактериофагах, то есть пожирателях бактерий, избирательно истребляющих «плохих» и не наносящих вреда организму, их эффективном использовании в лечении и производстве, напоминает средневековые истории, об удачном заключении контракта с дьяволом – существом умеющим дожидаться своего часа и взыскивающим сполна за свои услуги…
О подлинных намерениях микромира относительно всего живого можно только догадываться. Существует множество предположений, что у небелковой формы жизни есть свои планы на живую природу в целом и человеческую популяцию в частности.
Раздел вирусологии - ксенология утверждает, что вирусам под силу произвести горизонтальный перенос генов, при котором происходит передача генетической информации не от кровных родственников к своему потомству, но и между совершенно чуждыми особями, даже и не относящимся к одному и тому же биологическому виду. Такая возможность особенно сильна при паразитарных или симбиотических взаимодействиях организмах. То есть при инфицировании вирусами паразита им под силу встраивать фрагменты его генома в ДНК хозяина.
Роль микромира в истории человеческой цивилизации трудно переоценить, потому что «главная причина смерти людей – микробы… Микробы – наш самый страшный враг, который всегда уничтожал, уничтожает и будет уничтожать больше людей, чем любые войны, голод, исторические катаклизмы, преступность, стихийные бедствия, хищники и вообще любые причины смерти вместе взятые. Соответственно и в истории человеческой цивилизации микробы оставили гораздо более глубокий, хотя до сих пор неосознанный нами след, чем любые битвы, революции, короли, казни, инквизиции, державы и агрессоры. Только об этом мы почти ничего не знали и плохо понимали, потому мало документировали причины смертей, и вообще только теперь начинаем понимать масштабы происходящего, насколько страшная смертельная схватка происходит между людьми и микробами. Причем инфекции не только убивают, но также очень значительно влияют на нашу культуру, менталитет, историю…»
Действительно, чем больше пытаешься постичь роль существ из микромира, тем больше возникает вопросов, ответить на которые пока возможно разве что интуитивно. Не вызывает сомнений, что логика их действий представляет самостоятельную антисистему – видовую согласованность и общность действий, призванного изменить природу. Перекроить правила и принципы существования жизни. Мутация за мутацией, болезнь за болезнью, эпидемия за эпидемией…
Вирус – это Мефистофель, с которым подписывают контракт генные инженеры, закладывая взамен тела и души.
Вирус – это незаменимый консультант и профессор чёрной магии Воланд, призванный разобрать рукописи природы, но вместо этого ловко вселяющийся в «нехорошую квартиру».
Вирус – это вечный Дракула, живая оболочка с мёртвой сутью, имеющую лишь одну пламенную страсть: иссушать без остатка…
Не вызывает сомнений, что вымирание множества видов флоры и фауны, невообразимые цепочки генетических мутаций, изменения функций и работы Центральной Нервной Системы, особенности связей инстинктов с психофизиологией всего организма, а так же их интерпретаций сознанием, и даже трансформация мировоззрения в большинстве случаев связаны с бактериальной и вирусной активностью.
Название «вирус» происходит от латинского «яд», но Гений Карла Линнея не случайно выбрал для обитателей микромира иное общее наименование – «хаос». Поэтому не стоит заблуждаться разрозненностью и несогласованностью сумеречного существования вирусов – выражаясь языком «теории хаоса» в видимой беспорядочности и нелинейных процессах при определённых условиях может скрываться структура и стабильность.
Многочисленные микроорганизмы постоянно находятся в нас, не причиняя при этом никакого тяжкого вреда для организма, не меняя поведения. Но такое положение вещей зачастую бывает обманчивым: оно лишь усыпляет бдительность и размягчает волю.
Подобная ситуация напоминает классическую империю, которая до первого потрясения кажется сильной, стабильной и выглядит процветающей. Но стоит случиться катаклизму, бунту, вражескому вторжению или сигналу к действию в критический момент заранее внедрённой группе, как пошатнутся все её основания.
Тогда вслед за главной бедой придут другие семь бед: из тёмных уголков выползут паникёры, мародеры, насильники и убийцы, совсем недавно бывшие непритязательными работягами или декадентной богемой, добропорядочными обывателями или дисциплинированными служащими.
Проблемы будут нарастать, самовоспроизводиться, распространяясь хаотическим путём. Удары последуют оттуда, откуда их никто не ждал.
Глава 10. «Идеальный шторм»
Когда в разбушевавшемся океане сходятся и сочетаются все неблагоприятные ситуации, факторы и обстоятельства, возникает «идеальный шторм». Он не только многократно превосходит в разрушительной силе обычные стихийные бедствия, его главным отличием становится непредсказуемая логика развития. В случае «идеального шторма» опытный человек так прогнозирует последствия: «Будет то, что будет, а поэтому надо готовиться к худшему».
Сегодня идеальным штормом в мире болезни является онкология. Говоря дословного, «наука о тяжести». Непосильном и неподъёмном для организма «идеальном грузе».
Существует десять самых распространённых видов рака: два их которых поражают кровеносную и лимфатическую системы, и восемь захватывают органы (на самом деле их более двухсот и до сих пор появляются новые разновидности; только рак молочной железы встречается пяти основных видов).
Смертность составляет от 1% до 25% от общего числа состоящих на учёте, все виды имеют склонность к рецидиву после 7 лет даже в том случае, если болезнь считается побеждённой.
Разновидности относятся к одному типу заболеванию, но поведенческая стратегия и даже сам внешний вид клеток сильно разнится. Одни раковые клетки похожи на зёрна, другие на кольца, третьи на плоские чешуйки…
Рак – болезнь тотальная, затрагивающая и захватывающая все органы и системы организма, разумеется, перестраивая психику под логику происходящих процессов. Соприкоснувшийся с ней человек, вне зависимости от её «доброкачественности или злокачественности», никогда не будет прежним. Никогда не сохранит прежнего ощущения жизни.
Для официальной медицины подлинные и достоверные причины онкологических заболеваний неизвестны. Озвучиваемые обстоятельства провоцирующие возникновения опухолей звучат так неопределённо, что сами обесценивают себя.
Влияние канцерогенов, вирусных заболеваний, стрессов и загрязнённой экологии сегодня испытывает каждый – многие не просто не заболевают, а проживают в крайне неблагоприятной среде свой среднестатистический жизненный срок.
Эффективного, научно обоснованного лечения на сегодняшний день так же не существует и все уверения о 100% эффективности излечения на ранней стадии – чистой воды спекуляция. Ответственный специалист подобный гарантий никогда не даст. Утверждения имеют смысл исключительно в психотерапевтических целях и коммерческих целях: лечение от рака весьма недёшево… Специальностей и разделов в онкологии больше двадцати, которых очень верно объясняет горький афоризм: «Хорошо живущих благодаря раку в сто раз больше, чем людей, которые от него медленно умирают». Ключевое слово – медленно.
Зачастую лечение по схеме: операция – облучение – химеотерапия только усугубляют болезнь, заставляя уходить вглубь, в метастазы. При операции раковые клетки попадают в кровоток и разносятся по организму, облучение поражает соседние органы, как при ядерном взрыве, химиотерапия уничтожает органы иммунитета, особенно угнетая печень и почки, сами же химические препараты долго в организме не задерживаются и раковые клетки выживают. Что в итоге: после двух-трёх лет добровольного и весьма дорогостоящего пребывания в чистилище больного выталкивают умирать домой…
Подобная борьба с раковой опухолью напоминает стрельбу из пушки по воробьям, когда на одного убитого слетится стая ворон. Но пока человек живёт – он надеется, пока надеется – платит. Почти всегда платит не только больной, но и его близкие, иногда к ним присоединяются родственники, друзья, коллеги,благотворители. Это жестокий бизнес без сантиментов.
Статистика онкологических заболеваний в России подобна военным сводкам: более пятисот тысяч заболевших в год, полторы тысячи ежесуточно. Ежегодно умирает от рака около 300 тысяч человек, то есть каждый день почти тысяча человек... При этом последнее десятилетие наблюдается эпидемический прирост числа – до 15% в год, особенно среди категории, не достигшей 50 летнего возраста.
По своей распространенности смертность от онкологических заболеваний стоит на втором месте после сердечно-сосудистых, а среди причин детской смертности в ряде регионов занимает первое место.
Наибольший прирост, практически в 2 раза, даёт заболеваемость щитовидной железы, чья основная функция состоит в выработке гормонов и поддержания нормального обмена веществ в организме.
Щитовидная железа – регулятор всех органов, задающий тон сердечно-сосудистой, половой и пищеварительной системам, а так же ключ к работе нервной системе и функционированию головного мозга. То есть рак эволюционирует, учится, набирается опыта, начиная действовать стратегически, захватывая контроль малыми силами, нанося удары по критическим и особо уязвимым местам. Этот прирост особенно важен тем, что на сегодняшний день рак щитовидной железы подавляется наиболее эффективно, при его лечении достигается наиболее устойчивая ремиссия и летальность составляет не более 1% в год от общего числа…
Фундаментальных вопросов по «идеальной болезни» бесконечно много, стоит обозначить лишь некоторые, особенно важные для этой книги:
1. Передаётся рак по наследству или нет, какова роль генетики в запуске онкологических процессов? Современная наука, допуская такую возможность, по сути ничего не проясняет. Медицинская пропаганда этот факт отрицает с яростью фанатика. Жизненные наблюдения и опыт общения у людей, столкнувшихся с этим недугом, говорит об обратном.
2. Почему заболевает человек, ведущий здоровый образ жизни, уделяющий внимание внешней и внутренней экологии? В каких случаях сильный иммунитет может стимулировать развитие рака? (неоднозначный феномен «иммуностимуляции опухоли» открытый в 1970-х годах Р.Преном.)
3. Почему в разном возрасте злокачественные опухоли преимущественно поражают разные органы, и подобная тенденция прослеживается по четырем основным возрастным группам?
4. Почему имеющие признаки воспаления и ярко проявляющие себя «предраковые заболевания», на самом деле переходят в рак не чаще 2% от наблюдаемых случаев. В чем причина того, что в 50% случаев на начальном этапе рак возникает и захватывает организм практически без симптомов.
5. Почему темпы роста опухолей различны: одни могут расти на глазах, а другие незаметно увеличиваться годами? И почему с одним видом рака человек может дожить до старости, а от другого – сгорает в считанные месяцы?
6. Почему альтернативные методы лечения онкологических заболеваний, в том числе средствами диеты, в одних случаях помогают, а в других оказываются бесполезными?
7. В чём причина спонтанного регресса опухоли и почему иногда рак просто проходит сам собой? Не секрет, что многие патологоанатомы, исследовавшие умерших людей до 50 лет по неонкологическим причинам, наблюдали у них как невыявленное развитие заболевания, так и процессы произвольного исцеления от него.
8. Многие злокачественные новообразования могут совсем не поддаваться медицинским способом лечения, при этом в некоторых случаях поддаются эффективному подавлению совершенно неправдоподобными способами. Хорошо известен прецедент итальянского врача-онколога Туллио Симончини, который смог продемонстрировать многочисленных пациентов, излеченных с помощью обычной пищевой соды. Или противораковая диета дожившей до 95 лет Джоанны Будвиг, основу которой составляет творог и льняное масло (так называемый «протокол Будвиг»). Существует не менее 25 широко используемых противораковых методов, дающих существенное улучшение состояние организма или полностью подавляющее заболевание (официальная медицина это категорически отвергает).
Онкологию не случайно сравнивают с чумой: как по количеству смертей, так и по степени воздействия на общественное сознание только она может потягаться с «чёрной смертью». Сегодня рак не только медицинский и фармакологический бизнес, но как во времена средневековья, он – идеология, стиль жизни и даже религия. Циничный «Южный парк» называет положение вещей своими словами, повторить которые у многих не хватает честности и воли: «СПИД был популярен в 80-90-е годы, сейчас все тащатся от рака».
Сегодня рак не просто видный экономический, политический, культурный и религиозный игрок – он самый популярный медийный персонаж. Потому что каждый умерший от него, а правильнее сказать, каждая убитая им жертва, приносит ему новую известность и чёрную славу.
В разном возрасте, при разных обстоятельствах от рака скончались такие всемирно известные люди, среди которых французская певица Эдит Пиаф, американский мультипликатор Уолт Дисней, индийский гуру Рамакришна, болгарская ясновидящая Ванга, эзотерик Карлос Кастанеда, гитарист The Beatles Джордж Харрисон, итальянский тенор Лучано Паваротти, основатель Apple Стив Джобс. Последними словами умирающего от рака Боба Мари была горькая констатация: «Деньги не могут купить жизнь».
Сегодняшняя паническая боязнь рака граничит с навязчивым к нему интересом, порой принимая крайне уродливые формы и проявления. Одни с увлечённостью фанатов составляют списки богатых и знаменитых, оказавшихся не в состоянии противостоять его пожирающей силе. Другие как произведения искусств собирают фотографические базы своего кумира, коллекционируют клинические «образцы и материалы». Третьи – поклоняются ему как разумной, сознательной и могущественной силе…
Глава 11. Враг в твоём теле
Существует два широко распространённых заблуждения, почему в организме возникает раковая опухоль. Впрочем, эти заблуждения активно поддерживаются, тиражируясь здесь и там «заинтересованными сторонами».
Эти навязанные когнитивные схемы можно сравнить с заранее внедрёнными «раковыми агентами» – незримым информационным врагом, поселившимся в голове. В дни испытания они не позволят чётко и спокойно мыслить, не дадут возможности всё хорошенько взвесить и обдумать – решения будут приняты соответственно прежним, заранее внедрённым установкам. Потому что за годы многократного повторения они приобрели легитимность ваших собственных мыслей, убеждений и совсем незаметно стали частью поведенческого стереотипа.
В любых обстоятельствах стоит иметь железную выдержку и действовать хладнокровно, при этом особенно не лишним знать подлинное лицо и намерения своего врага.
Первое заблуждение: рак возникает без причин, сам собой, в первую очередь из-за того, что некоторые клетки как бы сами собой «ломаются» и перерождаются, отклоняясь от своего естественного цикла. И виновата в этом во всём наша нервная система: не так командовала, не правильно управляла, не достаточно контролировала, а иногда и намеренно саботировала, пытаясь уничтожить организм «по вертикали власти».
Таким образом, эта идея полностью соответствует активно внедряемому посылу «психосоматов», пытающихся не только изменить сознание пациента, но и возложить на него вину за все возможные происходящие с ним беды и болезни. Дескать, злился, держал обиды, не хотел меняться с миром – заполучи честно выращенный рак.
Эта в равной степени лживая, манипулятивная и человеконенавистническая пропаганда разбивается горькой статистикой детской онкологии, для которой в большинстве случаев характерны онкологические заболевания крови и головного мозга.
Если же проанализировать раковые заболевания у животных, то на поверку изыскания «психосоматов» окажутся методами ведения пропаганды, способом промывки мозгов широким группам населения, бессовестно эксплуатирующим очевидные психофизиологические постулаты. Большинство их весьма однообразных, будто под копирку содранных друг у друга, выкладок и утверждений, на поверку оказываются спекуляциями на тему очевидной связи эмоций и мышления с работой нервной системы, определяющей и регулирующей функции всего организма.
Не покупайтесь на их красивые слова, не доверяйте раздутому авторитету, не прельщайтесь регалиями. Всегда помните, что в большинстве вы имеете дело с информационными ботами или профессиональными пропагандистами «нового телесного сознания», мастерами психологических трюков и очень опытными когнитивными шулерами, ловко подтасовывающими смыслы и без зазрения совести пускающими в дело «краплёные факты».
Самонадеянный человек изначально убеждён, что он наверняка в состоянии сложить «2+2» и во всём разобраться. Он безоговорочно доверяет своим ощущениям и жизненному опыту, полагая самостоятельно отделить «зёрна от плевел». Фатальная ошибка в том и состоит, что он имеет дело с «модуляторами вкуса», информационным ГМО.
Самонадеянность худший советник во всём: опытный мошенник проведёт вокруг пальца, умелый вербовщик поменяет жизненные ориентиры, искусный шулер разденет до нижнего белья…
Второе заблуждение: возникновение раковой опухоли всегда логично обосновано. Если существует генетическая предрасположенность, отягощённая некоторыми обстоятельствами неправильного образа жизни и неблагоприятной экологической средой, то тогда достаточно одной «канцерогенной пули», чтобы процесс злокачественного новообразования был бы запущен.
Подобные рассуждения напоминают выкладки средневековых схоластов «О невозможности Земли быть круглой и тем более её вращения вокруг Солнца». Такая позиция была официальной, а публичные сомнения карались застенками и костром…
По большому счёту, заблуждение – тоже внедряемая форма возложения вины за болезнь, в которой пациенту объясняют, что ему «достались не те гены», или он «вёл не тот образ жизни», или «находился не в том месте». В общем, не предвидел, не предотвратил, не обратился вовремя в клинику, поэтому сам во всём виноват и должен нести всю полноту ответственности за свои ошибки…
И растерянный, испуганный, а часто уже морально сломленный диагнозом человек примет на себя вину, согласится за всё платить в прямом и переносном смысле. Он не в состоянии схватить за руки манипулятора и сказать: «Стоп! Рак не наркомания, не алкоголизм, не ожирение – это пандемия, и предотвратить заражение не под силу обычными мерами профилактики, здоровым образом жизни или позитивной психосоматической жвачкой».
Если это бедствие мирового масштаба, с ежегодным приростом в двенадцать миллионов и ежедневной смертностью в двадцать тысяч человек, то относиться к нему следовало бы как к глобальной эпидемии. По крайней мере, не сводить, подобно влиятельному «раковому лобби», к частной проблеме личности, приравнивая онкологию к кариесу…
Говоря о раке, многие исследователи настаивают на понимании его природы как некоторого биологического вида, активно эволюционирующего, жизнеустойчивого и многообразного, стоящего на самой верхушке пищевой пирамиды. Имеющего собственную стратегию поведения в соответствии своему положению. В частности на этой идее настаивал известный биолог, создатель Синтетической теории эволюции, один из организаторов Всемирного фонда дикой природы Джулиан Хаксли (1887-1975гг).
Подтверждающие эту точку зрения современные исследования отмечают тот поразительный факт, что геном рака, в отличии от других живых существ, не является стабильным. Он находится в процессе активного становления и развития, выработки идеального сочетания между собственной природой и желаемой средой обитания.
Движущей силой возникновения онкологических заболеваний и за логикой эволюционной изменчивости рака, вероятнее всего, стоит вирусная активность.
Таким образом, мир имеет дело с плохо изученными, но хорошо организованными химерическими существами, действующими массово и очень дерзко, не боящихся лобового столкновения со всем комплексом воздействия современной медицины. Существ имеющих собственные эволюционные цели и не скрывающих подчерк своего вторжения – оставляющих в телах своих жертв «подписи» в виде клешней ракообразных…
Исследователи рака до сих пор не могут объяснить механизмы нестыкующихся фактов развития онкологического заболевания. Способы его существования так же вызывают недоумение: «Природа рака такова, что её можно назвать запрограммированным бессмертием».
Рак всегда возникает вдруг, появляясь в органе из ниоткуда, и тут же начинает стремительно размножаться, при этом управляя и манипулируя не только близлежащими от себя клетками, но и всем организмом.
Подобно спланированной военной операции опухолевый рост проходит по чёткой схеме, проходя стадии инициации, промоции и прогрессии:
1. Вторжения.
2. Подготовки плацдарма.
3. Захвата стратегических объектов.
4. Установления полного контроля над территорией и противником.
На этапе первоначального внедрения его невозможно обнаружить никакими методами диагностики, в равной мере он мастерски маскируется и от иммунитета. Рак или проникает незаметно, или обрушивается как нашествие.
Затем раковые клетки начинают использовать стратегию, применяемую вербовщиками тоталитарных культов или оккупантами, формируя вокруг себя круг адептов или коллаборационистов.
Сначала они притягивают здоровые клетки в свою орбиту с помощью забрасываемых жгутиков, вовлекают их в обменные связи, а затем поглощают внутрь опухоли. То есть «вербовщики» сознательно увеличивают опухоль, «строят» свою организацию.
Стратегия настолько безотказная и чёткая, что исследователей не оставляет ощущение, что рак точно знает, что делает. При этом нет никакой симптоматики, на враждебную активность организм не реагирует потому, что соседние с опухолью клетки проявляют «добровольность» сотрудничества, «энтузиазм» и полнейший «альтруизм». Они, став на путь коллаборационизма, уже перестали быть «своими» для организма, ещё не разглядевшего их предательства.
Существует предположение, что «вербуя и переформатируя» здоровые клетки организма, рак пробуждает в них древнюю программу самовоспроизводства, таким образом, создаётся самодостаточная структура – опухоль, которая на глобальном уровне воспринимается не как чужеродный организм, а как собственный эмбрион, или собственный клон. В этом случае защитные механизмы пребывают в растерянности – они не могут и не хотят восставать против «своего дублированного» организма. Как зачарованные, они, не видят ничего плохого в подобном умножении, следуя обыкновенной житейской логике: «один хозяин – хорошо, а два – лучше и надёжней». Так смерть играет с самонадеянным иммунитетом в напёрстки…
Для достижения большего размера и безопасного развития опухоль создаёт вокруг себя благоприятную микросреду, которая начинает жить уже не по законам всего организма. Она становится независимым анклавом, «государством в государстве», становясь недоступной для вмешательства иммунитета.
Рак на этом не останавливается. Как опытный захватчик он пытается овладеть всеми органами: кровь и лимфа разносят раковые клетки всюду – и зверь пускает метастазы. Он проникает сквозь весь организм, прорастает в него, становясь центром всех его жизненно важных систем. Печень, лёгкие, почки, мозг его первоочередные цели, хотя агрессор стремится закрепиться везде, где сможет.
Рак – хорошо структурированная и управляемая армия, имеющая в себе разные виды войск и подразделений. Геномный анализ, проведённый из разных участков опухоли, часто показывает, что клетки могут иметь различные злокачественные мутации.
При этом очень часто мутации могут быть индивидуальными, специфическими для определённых условий. Таким образом, в случае гибели одних раковых клеток, выживут другие, и будет реализован альтернативный вариант развития заранее прописанного сценария. Рак устроит любой предрешённый исход…
Происходящее ужасающе напоминает фантастический мир «Чужих» – генномодифицированных химер, воплощающих в себе самое хищное и паразитическое от всех существующих организмов. Есть ли от них спасение? Борись или беги, обнажай оружие или сразу сдавайся, будь на виду или скрывайся – выбор поведенческих сценариев, проистекающий из наших рефлексов и инстинктов не так уж и велик…
Всё живое проигрывает в этой схватке, может ли в ней победить человек? Выживет ли он в новом «Саде земных наслаждений»?
Глава 12. Время R.I.P
Сегодня, пятитысячелетнее правило «Есть время жить, есть время умирать», больше не работает.
Об этом можно прочитать в любой газете и книге, услышать в каждых новостях, посмотреть в журналах, кино, на выставках. Разумеется, прочитать между строк, услышать между слов, посмотреть сквозь заключённые в образы смыслы. Потому что в современном «психическом как процессе» закончилось само время. Утратило прежние сакральные и рациональные составляющие. Обмелело, иссохло, метафизически заболотилось до «Времени R.I.P.». Отныне мы пребываем или «покоимся с миром» в хронометрическом безвременье.
Принцип современности – самодостаточность, без излишних «как было и как будет». Подобное осознание времени, действительности и логики вещей для современного мозга сродни занозы под ногтём. Поэтому растянутая во времени ложь, вкупе с подтасовкой фактов, уже никого не волнует. Современность живёт по принципу: «Врите сколько хотите». Стрела времени превратилась в стрелку компаса, под который подкладывают, когда нужно или когда хочется, железку или магнит.
Триединство прошлого – настоящего – будущего, в сознании человека XXI века расщеплено и фрагментарно, шизофренировано. Современный мир – сладострастный и развесёлый «Корабль дураков» Иеронима Босха, руководит которым архишут. На нём весело всем, в том числе и тем, кто оказался за бортом. Потому что «смерть есть, а смысла в ней нет…»
Послание от Босха расшифровывает новое устройство бытия: «У дураков нет ни понимания реальности, ни чувства времени. Прошлое и будущее съедено и выпито настоящим. На корабле дураков нет ни мудрецов, ни праведников – все кто на нём оказались, виновны по факту своего присутствия. Личная набожность или распущенность не значат ничего, поскольку они всего лишь ещё один дурацкий атрибут. Потому как дурак для самого себя шут и царь, холуй и мессия. Он не живёт, а чудит и дурачится, оттого в своём смертном часе не представляется, и даже не умирает, а подыхает как бессмысленная тварь…»
Понятие истинности и моральности представляются в том виде, в котором они будут удобными в соответствии с текущим моментом. В современном мире все, кто может задавать векторы и направления развития, контролировать информационные, финансовые и сырьевые потоки, кто в праве карать и миловать, тот и определяет, «что истинно, а что ложно».
Поэтому «князья и правители мира сего» стали богами, а «кумиры и властители дум» – божками рангом пониже. Утверждение о том, что человечество движется в новое средневековье, выглядит весьма наивным. Мы уже в древнем Вавилоне и Египте, на пиру богов. Быть может – на балу у сатаны. Как снова не помянуть добрым словом гений Булгакова? Не стоит упускать важный факт, что самый мистический роман XX века, явился своеобразной исповедью умирающего врача…
Вы задумывались, почему в «Мастере и Маргарите» мимо читателя проносится вереница психических расстройств и помешательств, болезней и смертей? Не потому ли, что профессор чёрной магии и его свита первым делом проводят расщепление «бытия и сознания» не только у профессиональных пропагандистов, «инженеров человеческих душ», но и в целом у московского народонаселения?
Если на первом плане Москва предстаёт морем, а театр-варьете кораблём дураков, то на плане втором, глобальном, бескрайним океаном становится сама Вечность, а Москва выглядит даже не кораблём дураков, а разбросанным по семи холмам сумасшедшим домом…
Все персонажи романа, кроме главных, сверхъестественных, неизлечимо больны. Не важно, знают они о том, или нет – их непременно ждёт лёгкая и скорая или мучительная и долгая смерть. Разве может ожидать что-либо другое массовых «читателей газет – глотателей пустот»?
Обратите внимание, что сам Воланд не покупается на технические достижения, не восхищается научными и политическими новшествами, не оказывает почтения передовой моде. Не выказывает ни малейшего уважения к ничтожному бытию обывательской «массы».
Сатана предпочитает плоть и кровь – начала вечные и быстротечные как сама жизнь. Поэтому на своём балу (триумфальном пришествии в Москву) провозглашает тост и пьёт за бытиё, отправляя никчемные массы в небытиё. Потому что «каждому будет дано по его вере».
За строками романа читается второй, нерассказанный мистический эпилог: В конце останется только один. Один, воскресший, во свете, другой, ещё не сгинувший, во тьме. Две силы несущие целостность и расщепление, исцеление и болезнь, жизнь и смерть…
Характерной чертой «Времени R.I.P» является самосаботаж, в основе которого лежит наметившееся подсознательное расщепление личности.
В остановившемся времени, как в стоячей воде, раздолье для паразитов разного рода. Но своеобразным «Царём горы» среди них, героем нашего времени стал самосаботажник «ripper» – «потрошитель». Для этого явления можно припомнить и созвучное слово «reaper» – жнец с косой, великий расщепитель личности.
Человек и сам не замечает, как в нём начинают проявляться черты двух людей, один из которых ведёт себя явно недоброжелательно, совсем как злокачественная опухоль.
Как ни странно, владелец «самого себя», подобно свихнувшемуся иммунитету, не просто считается со своим странным «подселенцем», а уважает его интересы, порой заботится о комфорте и благе, а в большинстве случаев потакает низменным наклонностям и поддерживает саморазрушительные инстинкты. Хозяин психического паразита не замечает сам, как лелеемое Альтер Эго принимается за методичное и весьма расчётливое сживание со света своей «второй половины».
Для внутреннего «потрошителя» на первом этапе, главным становится формирование когнитивной лености и самоуверенности. Человек самонастраивается таким образом, при которой он не стремится критично воспринимать поступающую информацию и получать новые системные знания. Создана внутренняя установка, что он – зрелая личность, обладающая собственным мнением по любому вопросу.
С подобным негодным «компасом» в голове и он оглянуться не успеет, как день за днём его станут захватывать новые конфликты. С каждым месяцем всё сильнее начнёт наваливается апатия, а зависимости и девиации покажутся единственной отдушиной в беспросветной действительности. «Потрошитель» всеми силами станет провоцировать на бесперспективную трату энергии, направлять внимание в сторону самоизоляции, которая подвергнет личность жёсткой переработке, чтобы впоследствии вытолкнуть на обочину жизни.
На втором этапе, а иногда на первом, без промедления, «потрошитель» подтолкнёт в болезнь, заставит её принять и сродниться с ней. Современный человек бессознательно смирился с ролью жертвы, потому что духовно существует в инфицированном информационном пространстве. Как только сознание даст хотя бы малейшую трещину, в неё ринутся полчища захватчиков, пройдутся по цепочке эмоции – инстинкты – гормоны, становясь частью нейрофизиологии жертвы.
Не лишним будет упомянуть о психологических пусковых механизмах - триггерах, превращающих самоуверенных индивидов в «собачек Павлова». Необходимое состояние расщепленного сознания вызывается разнообразными информационными стимуляторами, наводящими психику на определённые поступки или определяющие поведение в целом.
Подобными пусковыми механизмами может быть что угодно: новости, реклама, вирусное видео, социальные сети, флешмобы, слухи и даже татуировки, массово пестрящие на случайных прохожих…
В благоприятной среде «Времени R.I.P» триггеры подобны вирусам – они быстро и бесконтрольно самовоспроизводятся, мутируют, проникая глубже и захватывая всё новые объекты. Ни переносчики, ни больные, ни умирающие никогда не поймут, что их попросту одурачили. Как «конский волос» кузнечика, как саккулина краба.
Человек мается и не знает, что делать со всеми выползшими из тёмных уголков сознания желаниями и страхами, бесконтрольными импульсами и неудержимым «влечением головы» от неудовольствия к удовольствию, и каким образом ему двигаться к принципу реальности?
Идеологи «Времени R.I.P» подскажут, что на самом деле умирать легко, весело и даже приятно, потому как самое глубокое влечение человека – к смерти. Сильнее секса, фундаментальнее наслаждения.
Нашей психофизиологии безразлично и веянье моды, и технологии воздействия на сознание. На экспериментальные манипуляции она отвечает сбоями и некорректной работой.
Это – первый звонок, первый оборот ключа к запуску болезней. Не удивительно, что некрозы органов – инфаркты, и неврологические поражения – инсульты стремительно молодеют, потому что чем моложе человек, тем большему числу расщепляющих факторов он подвержен.
Музыка, мода, кино, игры, субкультура, сленг… И без искусственно запущенных эпидемий человечество накроет волна болезней в ближайшие десятилетие. К концу 2020-х годов количество онкологических больных вырастит на 25%, количество психических заболеваний увеличится на 30%, сердечно-сосудистых – на все 40%.
Когда у человека изменяется восприятие действительности, то и сам мир становится альтернативным. Человек принимает другую реальность как единственно верную и пытается ужиться в ней, но вот беда – законы объективного бытия остаются незыблемыми.
Так ребёнок пытается в зоопарке ускользнуть от взрослых, чтобы его встретил старый друг «Король лев». Так несмышлёныш жаждет с зонтиком спланировать с десятого этажа. Так стремясь к романтике приключений, отправляются добровольцем в «горячую точку». Так в поисках истины уходят к изуверам в тоталитарную секту.
Тик-так… Тик-так… Тик-так… Прислушайтесь, так отсчитывает человеческие судьбы часовой механизм «Времени R.I.P.»
Вокруг тонут самоуверенные «Титаники», рушатся великие империи, исчезают народы или меняются так, что их предки и отцы-основатели грызут в гробах свои кости… А «Корабль дураков» плывёт себе и плывёт. На нём весело, вкусно, сексуально – пусть даже большая часть наслаждений транслируется виртуально прямо в мозг, выжигая, вытягивая душу как у наркомана…
Куда плывёт весёлый «Корабль дураков»? Да какая, в сущности, разница? Плывёт себе и плывёт. Не всё ли равно!
Глава 13. Родимые пятна
Анамнез – означает воспоминания. «Анамнез вита» – история жизни, «анамнез морби» – история болезни.
Со времён русских выдающихся диагностов XIX века Боткина и Захарьина здоровье и недуг стали рассматриваться как не только как личная, но как семейная, родовая история. Булгаков в своём романе подробнейшим образом описал разработанный Захарьиным принцип сбора анамнеза – наследственной истории болезни от дедушек и бабушек до дядь и тёть. Потому что семейные «родимые пятна» часто являются теми заветными ключами, которыми открываются двери в чистилище и преисподнюю.
Эффективность анамнеза в руках опытного диагноста прекрасно осознавал ещё один писатель, бывший профессиональным врачом. Своему издателю, терзаемому мигренями, Чехов напишет в письме: «Насчет головной боли. Не пожелаете ли посоветоваться с Захарьиным? Он возьмет с Вас сто рублей, но принесет Вам пользы минимум на тысячу. Если головы не вылечит, то побочно даст столько хороших советов и указаний, что Вы проживете лишних 20 – 30 лет».
Анамнез по Захарьину подразумевал скрупулезный методичный расспрос, который мог длиться столько, пока больному «ничего не оставалось добавить». Понимание сути расспроса, позволит постичь и логику формулирования тех самых «хороших советов», которые запросто могут продлить жизнь на два – три десятилетия.
Основоположник московской терапевтической школы строил сбор информации по принципу инквизиционного расследования, выискивая своих «врагов рода человеческого» в самых что ни на есть бытовых и незначительных фактах. Он неукоснительно следует средневековому утверждению: «Бог открывается в деталях, а дьявол скрыт в мелочах».
На все скептические замечания по поводу «бессмысленности знания, куда выходят окна комнаты, на каком боку спит пациент, что он обыкновенно ест на завтрак, о чём помышляет и кто находится в его ближайшем окружении», Захарьин неизменно отвечает словами Суворова: «Ты, брат, тактик, а я – практик» и добавляет от себя: «Кто хорошо расспрашивает, тот хорошо диагностирует».
Исследования начинались с тщательного расспроса о «главных страданиях» пациента, при этом диагност настойчиво следовал правилу: «Во-первых, утверждать или отрицать лишь то, что ему твердо известно, а во-вторых, отвечать лишь о том, что спрашивается».
Второй блок вопросов, заключался в выявлении условий и образа жизни. Он состоял из ключевых 12 пунктов:
1. Подробное описание местности проживания.
2. Детальная характеристика жилого помещения.
3. Личная бытовая гигиена.
4. Какие и в каком количестве употребляются влияющие на работу нервной системы продукты (алкоголь, табак, кофе, чай).
5. Пища (разновидность, объём, время, периодичность).
6. Предпочитаемое питьё и его частота.
7. Семейное положение (подразумевавшее всех совместно проживающих и близких кровных родственников), а так же круг общения.
8. Продолжительность и характер сна (и бодрствования).
9. Деятельность телесная и умственная.
10. Время пребывания в помещении.
11. Время проводимое на «вольном» воздухе.
12. Характер и качество отдыха.
Третий блок расспросов, позволял увидеть состояние организма вцелом. При этом особенно важным Захарьин считал вносить к каждому вопросу детальные пояснения, чтобы происходящие изменения было возможно отследить в динамике.
– Общие сведения об аппетите и жажде.
– Состояние ротовой полости, сохранность зубов.
– Здоровье горла и дыхательных путей.
– Работа желудочно-кишечного тракта (наличие изжоги, несварения, запоров и т.д.)
– Описание заднего прохода (характер и частота стула, наличие воспалений, трещин, болей, геморроя).
– Состояние мочевого пузыря и почек, частота и периодичность опорожнения.
– Половые органы и характер интимной жизни.
– Описание «живота вообще».
– Общая характеристика органов движения и кровообращения (состояние кровяного давления).
– Описание «груди вообще».
– Состояние нервно-мышечного аппарата.
– Боли в шее, спине и конечностях.
– Наличие головных болей и головокружений.
– Нарушения чувствительности (парестезии - онемения, покалывания, мурашки)
– Характеристика зрения и слуха.
– Общее нервное и душевное состояние.
– Общий анализ кожных покровов.
Подробный расспрос производился даже в тех случаях, когда задаваемые вопросы казались не связанными с заболеванием никаким образом. Захарьин настаивал, что распознавание болезни – диагностика – занятие не механическое, производимое по известному порядку, но деятельное и пытливое душевное состояние.
Большое значение уделялось анализу здоровья и недугов «семейного древа», выявлению наследственных заболеваний, особенно у ближайших родственников.
С незапамятных времён причастные к тайнам жизни прекрасно понимали, что «вопросы крови – самые сложные вопросы в мире». Цари и жрецы, колдуны и знахари, а вслед за ними за ними политики и учёные на все голоса утверждали или оспаривали эту истину, не нуждающуюся ни в каких доказательствах.
Задолго до существования генетики, автор «Медицинских бесед» Леонид Михайлович Чичагов отмечал:
«Если доказано, что дети страдают теми же болезнями и увечьями, которыми одержимы их родители, и даже некоторые болезни переходят из рода в род, то каким же образом они передаются? Естественно, могут передаваться только кровью. Следовательно, причиною болезней этих детей – кровь родителей, которая их сотворила и питала до появления на свет, и нельзя сказать, чтобы причина болезней была неизвестна. Для произрождаемый детей имеет весьма важное значение состояние здоровья родителей до зачатия. Из болезней передаются не только бугорчатка, сифилис, подагра, но и душевные болезни, падучая, ипохондрия, истерика и прочие…»
В своих выводах, автор следует распространённому в XIX веке гиппократовскому взгляду на кровь, как источник всех болезней «если в ней будут задержаны и скопятся негодные и вредные вещества, которые должны быть выделены из неё различными органами тела, как, например, углекислота, желчь, мочевина и т.д.».
Чичагов интуитивно чувствует, что кровь человека является чем-то более фундаментальным, чем «жидкая ткань организма», чем питательная среда и очистительная система. Не развивая темы, он догадывается, что в отличие от непосредственно участвующих в зачатии репродуктивных сперматозоидов и яйцеклеток, именно кровь выступает базовым началом, которое определяет будущее физическое состояние организма, и его психический статус.
Кровь – родимое пятно и родовое клеймо, определяющее «природу, породу и судьбу» человека. Её называют самой неизученной субстанцией и до сих пор непонятны связанные с ней элементарные вопросы.
Почему существуют разные группы и резусы крови, в результате чего и зачем они появились? Вряд ли стоит в серьёз воспринимать заявления о том, «что у всех людей кровь красная». Попробуйте перелить людям несовместимые группы крови и тогда увидите, всё ли определяется внешним сходством и цветом…
Исследователи часто называют лейкоциты разумными существами, которые иногда ведут себя необъяснимым образом. В том числе, они способны начать саботаж и враждебные действия против собственного организма. По необъяснимым причинам кровь может начать отторжение идеально подходящего донорского органа или синтетического имплантата.
Особым образом кровь реагирует не только на музыку и слова, но и на волновые колебания. Кровь – сверхрецептор, способный сканировать изменения среды, мгновенно сигнализируя мозгу. Всем хорошо известны очень точные высказывания: «Кровь холодеет и кровь вскипает…» Не потому ли с древности кровь считалась обителью добрых и злых духов?
Во все времена нерушимая клятва могла быть только на крови. Чтобы отрезать путь назад – переступают через кровь, как и братаются, смешивая кровь. Кровью очищаются от греха и смывают вину, кровью подписываются мистические контракты и кровью становятся в Апокалипсисе земные воды. Не случайно библия говорит: «Душа всякого тела есть кровь его». Всякого тела, значит и человеческого.
Заповедь «Почитай отца твоего и матерь твою, чтобы продлились дни твои, и чтобы хорошо тебе было на земле» можно интерпретировать в прикладном контексте, в качестве родового анамнеза. Человек может «определить и классифицировать родимые пятна», прочесть историю своего рода, выделяя семейные «опасные зоны и критические точки», чтобы избежать влияния общих негативных тенденций. Сознательным волевым усилием подправить и откорректировать судьбу.
Хорошо известен феномен переноса «родовых пятен» из поколения в поколение на генетическом, смысловом и даже мифологическом уровне семейных историй, случаев, преданий и легенд, где правда и вымысел всегда «замешены на крови». Оттого каждое новое поколение, так или иначе, обыгрывает один и тот же родовой сценарий, зачастую прорисовывая судьбы как под копирку. Кровь всё знает, кровь всё помнит…
Лучший и самый пристальный анамнез должен начинаться с воспоминаний о «родной крови». Это по-настоящему великое дело, начало мудрого долголетия, обретение согласия с судьбой. Не стоит страшиться некрасивых и болезненных «родовых пятен», но прочесть, понять, исцелить следует обязательно.
Помнить и понимать. Принимать и примирять. Тогда не стоит бояться влияния на свою жизнь «чёрной» и «дурной» крови: «Она уйдёт в землю. И там, где она прольётся, вырастут виноградные гроздья…»
Глава 14. Змей над чашей
Около полувека назад, с конца 1960-х годов, в странах Запада происходит никем не замеченная медицинская революция. Началась она под благовидным предлогом улучшения и контроля лечения, благодаря качественному скачку научных знаний и стремительному развитию фармакологии. Общество с восторгом встречало наступление времени всеобщего здоровья, подзабыв, что благими намерениями вымощена дорога в ад…
Неудивительно, что скоро медицинская тема вышла за рамки привычного здравоохранения, превращаясь в медикализацию – феномен, задающий тон общественным, экономическим, политическим и культурным процессам.
Отныне все вопросы и проблемы личной, общественной и государственной жизни рассматриваются с точки зрения некоторых «медицинских состояний и рекомендаций». Эти рекомендации предполагают и даже требуют в обязательном порядке системы наблюдений и профилактики, постановки диагноза, лечения, зачастую проведения психологических и психотерапевтических мероприятий. И контроля, контроля, контроля, подразумевающего законное вмешательство в сферу личной жизни сторонних сил. Так в свободном обществе возникают рычаги незримого, но явного управления и принуждения…
Например, отныне беременность рассматривается исключительно как болезненное состояние, требующая не просто наблюдения, а лечения, в том числе медикаментозного и гормонального.
Кто не слышал таких понятий как «синдром неспокойного сна у детей», «предменструальный синдром», «синдром смены часовых поясов», «синдром тревожного расстройства», «синдром переживания утраты», «синдром менопаузы»? Введённых в обороты речи понятий так много, что мы их попросту не замечаем, когда говорим «унисекс» или «качество жизни».
Медикализация проводит обработку общественного сознания с помощью навешивания ярлыков на явления личной и общественной жизни, а затем систематического вбивания в головы по радио, телевидению, СМИ, через организованные и финансируемые на гранды «благотворителей» общественные организации.
Борьба за здоровый образ жизни превращается в разновидность крестового похода помноженного на охоту на ведьм. Отныне человек, не согласный или не вписывающийся в определённый образ жизни, относится к радикалам, экстремистам и даже врагам общества.
Медикализация присваивает статус определённым группам и общественным явлениям. Лоббирует свои интересы в правительствах, активно управляет спросом и потреблением, задаёт тон здравоохранению и образованию. Манипулирует вопросами экологии и личной гигиены, вводит новые этические нормативы и формирует стереотипы поведения, нарушение которых грозит уничтожением репутации и превращение человека в социального изгоя.
В глобальном плане, медикализация определяет, что является истинным, а что ложным в глобальном масштабе. Она создаёт критерии относящегося к норме и патологии. В отличие от прежних авторитарных и тоталитарных политических систем, она претендует на полный контроль, используя принципы самоорганизующегося хаоса.
Зайдите в Интернет: на вас тут же обрушатся потоки информации, льющие воды на мельницу медикализации, внедряющие «Новый культ тела». Его продвижение простирается от вездесущей эротики до экспериментирующих над собой фриков. Его послания в рассказах о неизлечимых заболеваниях и эпидемиях, плавно перетекающих в рекламу чудодейственных средств и лекарств от всех болезней. Его заповеди начертаны скальпелями пластических хирургов, наполнены силиконовыми вставками и уколами вечной молодости. Его обетования в биохакинге и клонировании, во всеобщей генетической модификации, в торжестве грядущего трансгумманизма …
Несмотря на всеобщую медикализацию жизни и активное внедрение «правильного образа жизни», за прошедшие годы наблюдается сокращение продолжительности жизни в развитых странах и многократный рост сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний. Впрочем, остальные «ключевые болезни» так же показывают устойчивую динамику к своего увеличения.
Человечество стало намного больше, интенсивнее и, главное, дороже лечиться. Для большинства этот процесс стал непрерывным от рождения до смерти: люди меняют больничные палаты и процедурные кабинеты на кресло психотерапевта и посещение аптек, но здоровыми так и не становятся. Современный человек всеми силами стремится избежать страданий и преждевременной смерти. Но более всего старается избежать своего личного не соответствия постоянно ужесточающимся правилам и требованиям всеобщей медикализации.
Новый бог или старый дьявол, создаёт извечный замкнутый круг из которого живым человеку уже не выйти, о чём напишет американский футуролог Френсис Фукуяма:
«Во многих случаях медицинская техника предлагает нам сделку с дьяволом; продление жизни – но со снижением умственных способностей; избавление от депрессии – но и от творческой силы духа; медикаментозная терапия, стирающая грань между тем, чего мы достигаем сами – и чего достигаем с помощью воздействующих на мозг химикатов… Человеческие гены пересаживают животным и даже растениям – для научных целей и для создания новых медицинских препаратов; животные гены добавляются некоторым эмбрионам, чтобы улучшить их физическую выносливость и сопротивляемость болезням. Ученые не решаются изготовлять полномасштабные химеры, полулюдей-полуживотных, хотя и могут, но молодые люди начинают подозревать, что их товарищи по школьной скамье, сильно от них отстающие, генетически не вполне люди. Тем более что так оно и есть. Извините, но у вас просто умерла душа…»
Следует отметить особую роль в поломке «мозговой машины» увлечение всеобщей фармакологизацией. Сегодня «эффективный препарат» играет ту же роль, с какой в Средневековье выступали чудотворные реликвии и святыни. Не важно, какое влияние на организм они окажут в долгосрочной перспективе, главное, чтобы быстро купировали внешние симптомы.
Фармацевтическая индустрия – не просто триллионные обороты, но и один из главных факторов трансформации человечества.
Фармацевтическое лобби внимательно отслеживает, подавляет, дискредитирует любые эффективные способы лечения, подсаживая сознание больного «на таблетку» подобно наркоторговцу.
Важной частью этой работы служит постоянная дискредитация как классической гиппократовской медицины, так и массовая профанация народных способов лечения.
«Большой фармацевтический брат» перекроил под себя классическую медицину и открыто управляет руководствами врачей, жёстко карая за малейшее отступление. Для уничтожения народной медицины, проверенных жизненными испытаниями «бабушкиных и дедушкиных» способов самопомощи, создаётся настоящий «идеальный информационный шторм».
Прежде всего, он предусматривает продвижение и рекламу целителей-проходимцев и откровенно подставных медийных персон, продвигающих в массы неприемлемые, а порой и опасные способы самолечения. Они тиражируются и облекаются в самые разнообразные формы, чтобы привлечь и втянуть в смертельно-опасную игру как можно большее число доверчивых простаков.
Медикализация является наиболее эффективным методом расщепления сознания, как на личном, общественном, и даже государственном уровне. Человечество имеет дело с невыдуманным, киношным, а самым что ни на есть реальным «Доктором Зло». Это захватывающий власть над миром глобальный Алхимик с новым философским камнем, имя которому «таблетка от всего». Он отменяет в головах любые антиномии и расщепляет мозг без споров, слов и принуждения – химически, на молекулярном уровне. Воплощённый ужас из «Сада земных наслаждений» Босха, место прибытия и вечной стоянки нетонущего «Корабля дураков».
В своей книге «Наше постчеловеческое будущее» Фукуяма анализирует не ближайшее будущее, а наступившее настоящее, говорит об изменениях XXI века, которые происходят открыто, у всех на глазах:
«Современная неврология подняла капот и дала нам взглянуть, хоть и через узенькую щелочку, на двигатель. С десяток нейромедиаторов, таких как серотонин, дофамин и норэпинефрин, управляют срабатыванием нервных синапсов и передачей сигнала по нейронам мозга. Уровень этих медиаторов и их взаимодействие непосредственно сказываются на нашем субъективном самочувствии, самооценке, ощущениях, страхе и так далее. Их уровни подвержены действиям окружающих обстоятельств и очень связаны с тем, что мы понимаем под словом «личность». Задолго до того, как генная инженерия станет возможной, знание химии мозга и возможности ею манипулировать будут важным средством управления поведением, имеющим серьезные политические последствия. Мы сейчас уже в разгаре этой революции, и нет необходимости рассматривать научно-фантастические сценарии, чтобы увидеть, как она может пойти дальше… Социальный контроль – это вещь, которой могут воспользоваться иные социальные силы, кроме государства: родители, учителя, школы и другие, чьи интересы связаны с поведением людей... В наши дни это явление известно под названием политической корректности, и действительно стоит побеспокоиться, не станет ли современная биотехнология вскоре мощным средством для прямого биологического достижения целей политической корректности…»
Современное человечество и оглянуться не успело, как Шекспировская парадигма всеобщего лицемерия, сменилась на фармакологическую эпопею: «Весь мир – аптека, люди в ней – больные». Стоит ли удивляться массовым «отклонениям в развитии» и «патологически протекающим процессам», новым вирусным мутациям и эпидемическому росту, прежде всего онкологических заболеваний? Какой процент их будет к концу XXI века?
В этом и состоит тайна Полишинеля, тщательно скрывающего «секрет – на весь свет». Тем не менее, вовлечённое в медикализацию подавляющее большинство населения ничего не видит и ничего не понимает. Его сознание расколото, «мозговая машина» выведена из строя.
Наступает время безнадёжно болеть, дорого, долго и безрезультатно лечиться, чтобы умереть, так и не узнав, для чего ты приходил на этот свет…
Глава 15. Объект «Плоть и Кровь»
Лермонтовские строки очень созвучны слёзам и отчаянью тех, кто приходит за исцелением и чудом, с надеждой на жизнь. А потом расплачивается за недостаточное понимание реалий своими деньгами и жизнями.
Человеку, не наученного мыслить символами, ничего не откроет говорящая эмблема «змия над чашей»: он вливает в сосуд жизни – яд, но с вечного языка этот яд есть virus! Вирус не только «прирученный», в виде вакцин с инактивированными формами, но и вирус информационный, инфицирующий и обрабатывающий массовое сознание.
Религия и культура во все времена понимала символы как мост, переброшенный из мира смыслов в мир явлений, прочитывала их как сообщение от высших сил для каждого, способного внимать истине. Потому никто и никогда не станет учить «профанов» символистическому восприятию мира и мышлению.
Знания – подлинная сила, а сила – всегда власть. Как минимум власть распоряжаться собственным сознанием, поведением, здоровьем, а стало быть, и самой жизнью.
Символическое прочтение нашего времени не говорит, что лечение для избранных и для всех остальных, представляет два разных направления в медицине. Боле столетия назад об этом расхождении писал Вересаев: «В жизни оказывалось, что медицина есть наука о лечении одних лишь богатых и свободных людей, для всех же остальных оказываясь самым бесстыдным её поруганием».
Сегодня между отношением «избранности и профанности» пролегла принципиальная бездна: к одним отношение как к драгоценному семенному фонду, который следует сохранить на века, к другим дозволительно применять технологии генной модификации, чтобы они «утратили возможную способность к будущему». Поэтому основной удар по новым поколениям будет наноситься даже не в утробе матери, а задолго до того.
Честные врачи классической Гиппократовской школы это знали, предчувствовали и предсказывали. Поэтому когда в очередной раз встретитесь с психосоматическим объяснением рака крови или мозга у младенцев, всегда вспоминайте замечание выдающегося русского врачевателя Леонида Михайловича Чичагова:
«Для произрождаемых детей имеет весьма важное значение состояние здоровья родителей до зачатия. Следовательно, причиною болезней этих детей – кровь родителей, которая их сотворила и питала до появления на свет, и нельзя сказать, чтобы причина болезней была неизвестна».
Отравители всегда нацелены на кровь жертвы, именно таким внешне неприметным образом совершается часто остающееся безнаказанным «идеальное убийство». Несдержанные отравители жаждут немедленного результата и часто расплачиваются за свой импульсивный азарт. Убийцы мыслящие и действующие на перспективу – готовы и подождать, используя яд (virus) методично, потому часто преуспевают…
Вакцины неслучайно сравнивают с «Троянским конём», которого беззаботные жители встречали с ликованием. Только вот возвратить назад «бесценный дар» было уже некому.
Беда случается из-за беспечности, нежелания искать знания и задавать вопросы даже самим себе. Почему бы не поинтересоваться: насколько оправдано ставить десятки вакцин в первые годы жизни, когда у ребёнка не сформирован иммунитет, и даже желудочно-кишечный тракт только начинает приспосабливаться к окружающей среде? Какое их влияние на иммунитет и ДНК, и как скажется на ближайших двух трёх поколениях? Кто отслеживал их действие в перспективе и попытался связать с ростом врождённых патологий и эпидемическим увеличением онкологических заболеваний? Кто исследовал и публиковал риски, связанные с осложнениями и последующими аномалиями развития? По каким причинам табуируются исследования о связях вакцинации и развития психологических отклонений, аутизма?
И почему здоровье нынешних поколений по своим психофизиологическим параметрам отличается далеко не в лучшую сторону от поколений, сформировавшихся до эпохи тотальной фармакологической обработки населения?
Проблема будет замалчиваться, либо дискредитироваться фармакологическим лобби, а насильственная вакцинация станет обретать силу закона. Без неё не отправишь детей в школу, не устроишься на работу, не получишь минимальных социальных гарантий. Многое из социального принуждения уже в действии, что её совсем недавно казалось неприемлемым и невозможным. Логика процессов всегда говорит о перерастании принуждения в репрессии…
Известны случаи, когда вскоре после «неудачной вакцинации» развивались серьёзные заболевания или люди умирали. Если количество осложнений прорвёт информационную блокаду, выйдет из-под контроля, то найдут виноватых. Так в 2016 году было официально объявлено, что «в 20% случаев поствакцинальных осложнений (ПВО) произошли из-за того, что медики неправильно вводили препарат». Однако, расписку «на добровольное согласие» с разъяснением, что «предупреждён о возможных последствиях» всё-таки возьмут. И при случае скажут: «Тебя предупреждали, вот сам и будь ответственен за свой выбор…»
Большинство боится, ропщет, но всё равно покорно соглашается сделать свой «осознанный выбор».
Многочисленная и порой неоправданно широкая вакцинация – прежде всего инвестиция, вкладывание в стремительный рост потребления фармакологической продукции, а так же в тотальную медикализацию жизни.
Не стоит забывать слова Чичагова про кровь, про долговременные генетические мутации, в отслеживании результатов которых никто не заинтересован. Символически подобный «генетический конвейер» предвидел Босх, который на входе кажется «садом наслаждений», а на выходе оказывается адской кухней.
Показательны внедряемые мировоззренческие установки о норме и патологии, призывающие переосмыслить общее понятие здоровья и болезни. Сегодня бессмысленно говорить о норме «с компетентными людьми». Они в один голос заявят, что понятие условно и «нормы», как таковой в природе не существует.
Стоит ли удивляться, что вам врут и не краснеют? Нет, работа у них такая: врать и манипулировать сознанием. Совсем по Булгакову:
– Разве я выразил восхищение? – спросил маг у Фагота.
– Никак нет, мессир, вы никакого восхищения не выражали, – ответил тот.
– Так что же говорит этот человек?
– А он попросту соврал! – звучно, на весь театр сообщил клетчатый помошник и, обратясь к Бенгальскому, прибавил: Поздравляю вас, гражданин, соврамши!
Правда же состоит в том, что в любом случае вакцина – опасный токсин, последствия которого после внедрения в организм предсказать невозможно.
Образно вакцину можно обозначить как «прирученного дьявола», которого впрыскивают в кровь в виде чужеродного белково-генного материала. Надежда прививаемого на защиту от болезни состоит в том, что «прирученный бес» примется перестраивать иммунную систему «инфицированного» во благо, настаивать её «на здравие». Только вот встретившись со «своими сородичами», вирусный «чёртушка» может себя повести как угодно. Сработать по принципу детской считалки: «Первый раз – прощается, второй раз – запрещается, а на третий раз…» Совсем как в сказке Пушкина «О попе и работнике его Балде».
Будет уместно вспомнить о том, что: «Дать ещё один шанс врагу, всё равно, что дать второй патрон тому, кто не попал в тебя с первого раза».
Важно знать и понимать сам процесс изготовления вакцин. Вот что про него пишет американский доктор Джозеф М. Меркола:
«Немногим известно, что вакцины выращивают на обезьяньих почках, мышиных мозгах и зародышах цыплят. Немногим известно о страшных последствиях введения чужеродных животных тканей (их ДНК и РНК) и об аутоиммунных реакциях, которые они могут вызвать. Немногим известно о том, что вакцины подавляют иммунитет и могут стать причиной рака, лейкемий и даже быть связанными со СПИДом. Многим вообще неизвестно (поскольку им не говорили), что вакцины выращиваются на органах животных, и они содержат ДНК и РНК этих животных… Вакцины делают из самых омерзительных и грязных веществ на планете. Вакцинный «котёл» полон гнилых соков из организмов, подвергшихся заражению и выделивших гнойные секреты. Наука подбирает эти отбросы в надежде создать вакцины для «предотвращения» болезни, а мы одурачены – ведь прививки, на деле, приводят к увеличению заболеваемости. Во-первых, патогенные (вызывающие болезнь) вирусы не растут на здоровой «почве» (среде)… В производстве вакцин всё идёт в дело. (А что вы думаете об органах трупа или о крови людей, умерших от гепатита? …Напрягите воображение: моча, кровь, кал, гной и другие выделения.) Как только вирус выделен, он должен выращиваться в ядовитой среде… вы ведь помните, что патогены не растут в здоровых тканях? Используются ткани и органы животных, соединённые с соответствующей культуральной средой и «питательными веществами». Клетки почек детёнышей хомяков, обезьяньи почки, HeLa-клетки (раковые клетки умершей от рака шейки матки Генриетты Лэкс), ткани абортированного плода (для производства краснушной вакцины RA 27/3) и другие органы животных – всё используется в производстве вакцин. (Помните, что всё это – чужеродный животный генетический материал, делающий вакцины столь опасными). Как только вирусы вырастают, их инактивируют формальдегидом (сильным канцерогеном) или другим агентом… Питание – вот ключ к любой программе улучшения иммунитета, но они ведь игнорируют питание (травы, витамины, пищевые продукты) в угоду прибыльным прививкам. Вакцины делают много больше для сенсибилизации организма, чем для его иммунизации, т. к. они содержат многие токсические вещества, вызывающие такие реакции сенсибилизации, как аллергии и анафилаксия. Когда вы читаете эти строки, подумайте об этом аспекте прививок. Ртуть известна в качестве вещества, вызывающего аутоиммунные состояния и увеличивающего титр антиядерных антител (используемых в диагностике волчанки). Аллергия и/или анафилаксия просто являются тяжёлыми реакциями гиперчувствительности на материал, присутствующий в вакцинах. Все вакцины подавляют нервную систему и содержат вредные и токсичные компоненты, вызывающие реакции такого типа. Но как же может ослабленная иммунная система выработать иммунитет к болезни? Мы просто одурачены, если думаем, что может. Прививки предотвращают Здоровье!»
Человеческий ум так устроен, что быстрые и очевидные результаты заставляют его принимать и доверять явлению в целом. На этом построено безоговорочное доверие к препаратам, купирующим симптомы заболевания и приглушающие боль. Поэтому одни люди свято верят в стимуляторы, другие в антидепрессанты, третьи в стероиды – и все получают быстрый желаемый эффект, за который придется, так или иначе, расплачиваться. Как за сделку с дьяволом.
Представитель американского интеллектуального истеблишмента Френсис Фукуяма называет вещи своими именами и не стесняется говорить о последствиях. Но Фукуяме, как части элиты, позволено для другой части элиты говорить несколько больше, чем простому смертному. Потому что для «среднестатистического человека» думать и говорить – непозволительная роскошь. Такого человека незамедлительно поправят и укажут на место.
Впрочем, зачастую ничего и делать не нужно: в непрекращающейся житейской суете «профану» ни узнать, ни подумать, ни сформировать своего мнения попросту некогда. Вдобавок ко всему, он не владеет нужными навыками и знаниями, не способен к системному поиску достоверной информации, её критической интерпретации и методологическому отбору.
В таком случае стоило бы задаться ключевым вопросом: «По какой причине следует слепо доверять своё здоровье и жизнь некому производителю (часто транснациональному)? Вводить в свою кровь неизвестный состав, априорно признавая благие намерения неизвестных лиц? Тем более, если сама процедура зачастую происходит в добровольно-принудительном порядке…»
Без теории заговоров понятно, что продвигающих массовую вакцинацию в первую очередь интересует получение прибыли, а не отвлечённое благо людей. В другом случае, все тяжёлые заболевания лечились бы бесплатно и несчастных не обдирали бы как липку, вынуждая близких просить на операцию умирающим детям…
В системе, где существую подобные взаимоотношения, где обыденны такие правила «жизни и смерти», нет места ни милосердию, ни доброй воле. Благие намерения – не более, чем уловка. Для большинства нет, и не будет иного выбора, как «пить из чаши бытия с закрытыми глазами…»
Бизнес на «Крови и Плоти» дурно не пахнет, потому что услужливый Мефистофель всегда спрыснет его туалетной водой.
Глава 16. Десять заповедей «еретика медицины»
В 1900 году врач Вересаев навлёк на себя массовый гнев коллег, когда детально описал «врачебные опыты на живых людях», а так же их последствия с точным указанием источников.
Он вполне откровенно рассказал, как пациентов, часто «находящихся в цветущем здравии», заражали гонореей и сифилисом и «ртутным лечением добивались их полного выздоровления». Детально и добросовестно изложил, что с простолюдинами и их детьми поступали как с подопытными крысами.
Терзали экспериментаторов угрызения совести по поводу «слезы ребёнка»? Отнюдь! Они с нескрываемой гордостью делились с коллегами и открыто публиковали полученные результаты в медицинских журналах.
После изданных «Записок врача» количество экспериментов над людьми приобрело формы глобальной пандемии. Не секрет, что XX век изобиловал «гуманными» медицинскими исследованиями, которые массово проводились на самых уязвимых слоях: детях, стариках, инвалидах, тяжело больных...
Получивших огласку жутких экспериментов – сотни, поэтому вспомним лишь некоторые, ставших одиозными благодаря журналистским расследованиям. Воздержимся от упоминания людоедских опытов, которые проводили нацисты со своими союзниками.
В конце XIX начале XX века американский врач Артур Вентворт, без всякого на то основания вводил детям ясельного возраста в позвоночник стальную спицу (так называемая «люмбальная пункция»), чтобы определить насколько им больно.
В 1908-13 годах прокатилась волна экспериментов над детьми бедняков, которых в большинстве случаев инфицировали туберкулёзом и сифилисом. В частности, об этом писала газета «Вашингтон Геральд» в статье: «Дети – сироты стали объектами вивисекции».
С 1907 по 1933 год доктор Генри Коттон экспериментировал над лечением психических заболеваний и депрессий путём удаления у пациентов зубов, миндалин, жёлчных пузырей, частей кишечника и других внутренних органов. Большинство больных при этом скончалось.
В 1920-х годах проводятся массовые эксперименты по пересадки половых желёз людям (в основном объекты – заключённые и признанные социально неполноценными. Эта тема нашла отражение в «Собачьем сердце» Булгакова.
С 1930 по 1970е годы массовое внедрение лоботомии (более сотни тысяч по всему миру), как «универсального средства от психических недугов».
В это же время стартуют эксперименты Корнелиуса Роудса по заражению раком жителей Пуэрто Рико.
1930-40 годах серия жесточайших психологических экспериментов над детьми Уэнделла Джонсона, многие из которых оказались искалеченными и не способными к нормальной жизни.
В 1940-50-х годах Лауретта Бендер экспериментировала с шоковой терапией на детях-пациентах. Впоследствии подобная методы были признаны не только негуманными, но и бессмысленными.
В 1946 годах массовое заражение гватемальцев сифилисом (люди умирали целыми семьями), работающими в стране «благотворительными» медицинскими организациями из США.
В 1950-х годах начало экспериментов по промыванию мозгов («методика полного стирания личности»), посредством погружения в инсулиновую кому и воздействия электрошоком, превращающим подопытного в овощ.
1950-60-е годы – экспериментирование с воздействием радиации и вредоносных бактерий над гражданским населением (включая гражданские населённые пункты и города). При этом жертвам, для «чистоты» эксперимента и наблюдения, сознательно не оказывалась никакая помощь.
Большинство экспериментов были одобрены научными сообществами или ведомственными учреждениями, некоторые экспериментальные программы имели государственный статус. Ответственность за проведение манипуляций приводящих к увечьям и смерти пациентов не понёс никто.
Только обнародованные факты, только явная, никем не скрываемая и не оспариваемая статистика медицинских экспериментов, дают право на сомнение и сознательный выбор в вопросах распоряжении своим здоровьем, телом и самой жизнью. Слишком высокая цена заплачена, слишком много невинных жертв было принесено на алтари тщеславия, алчности и непомерной жажды власти.
Право сомневаться и не доверять никому в вопросах собственной жизни и своего здоровья написано слезами и кровью подопытных. «Благими намерениями вымощена дорога в ад». – Заповедь высечена на костях невинных мучеников.
О неоправданных медицинских вмешательствах, изнаночной стороне вакцинации, лекарственной терапии, хирургии и гинекологии откровенно писал крупный американский педиатр Роберт Мендельсон (1926-1988).
Его книги «Исповедь еретика от медицины», «Как вырастить ребенка здоровым вопреки врачам», «Мужская медицина. Как калечат женщин», достойны внимательного прочтения каждым, кто хочет разобраться в тенденциях медикализации здравоохранения и превращение медицины в новый бесчеловечный религиозный культ (по определению самого Мендельсона, врача с 40 летней практикой). Не стесняясь в выражениях, он сравнивает насаждаемую медицинскую политику с действиями инквизиции, не допускающей диалога.
Современная медицина по Мендельсону, прежде всего тоталитарная идеология, модернизированная форма духовного и физического господства.
Искусственное разделение людей на две неравные в правах группы, поведение которых определяются как авторитарные решения «спасителей» в интересах «спасаемых».
Политика медикализации (новой медицины) строится на трёх основных принципах:
А) Главная проблема – это вы сами.
Б) Решение вашей проблемы под моим профессиональным контролем.
В) Мой контроль – ваше спасение.
В работах президента Национальной федерации здоровья изложена болезненная и отрезвляющая правда. Мендельсон не побоялся перевернуть представление о современной медицине, которая сознательно разорвала преемственность с двухтысячелетней профессиональной этикой Гиппократа:
«Современная медицина уже не занимается лечением людей. Медики сейчас зарабатывают деньги. И как во всяком бизнесе, они заботятся о том, чтобы их клиентов становилось всё больше и больше. Поэтому калечат людей прямо с рождения...»
Внимательно отслеживая происходящие метаморфозы в современной медицине, Мендельсон предложил своим пациентам и читателям простые правила, которые бы позволили защитить и сохранить своё здоровье не только от болезней, но и от равнодушной «новой религии».
1. Мировоззренческая позиция определяет взгляд на болезнь и здоровье. Невежество и нежелание людей сформировать трезвый взгляд на свой организм и слепое следование медицинским рекомендациям ставят под опасность физическое и психологическое благополучие. Помните мудрое наставление: «Теми, кто думает, что знает ответ, управлять трудно. Если они и знают, что чего-то не знают – они сами найдут свой путь». Лучший инструмент при обращении с болезнью – здравый смысл. Сознание может повлиять на самоисцеляющие силы организма, сохранять оптимизм – первоочередная задача.
2. Человеческий организм имеет поразительную способность исцелять себя самостоятельно. Лучше всяких врачей – мать всего сущего Природа, родители, бабушки и дедушки, которые выступают против стремления медицины подавить способность организма к самоисцелению. Старайтесь во всём следовать логике естественных процессов (грудное вскармливание, регулярная физическая нагрузка, здоровые психофизиологические установки). Не попадайтесь на уловки «общепризнанных авторитетов», особенно если они широко разрекламированы и директивно рекомендованы. Да будет вам главный авторитетом и наставником Природа и многовековой опыт вашего народа и вашей семьи.
3. В 90% всех прописываемых лекарств нет никакой нужды, и принимающие их рискуют поплатиться своим здоровьем. Все лекарства по своей природе токсичны и опасны. Кроме того, злоупотребление ими в детстве формирует у человека заблуждение, что существует «пилюля от любой болезни», приводящее к попыткам решать эмоциональные проблемы «химическим путем».
4. Слишком часто риск неосторожного или ненужного медицинского вмешательства опаснее последствий самой болезни. Многие процедуры либо бессмысленны, либо откровенно вредоносны для организма (например, вакцинация и лучевая терапия).
5. Значительная часть хирургических операций проводится без достаточных оснований и подвергает пациентов риску смерти от непредвиденных обстоятельств, анестезии или инфекций, которым так благоприятствует кишащая микробами больничная среда.
6. Часто логика лечения и процедур обусловлена исключительно стремлением получить выгоду. Так же огромный урон здоровью наносит невежественность и некомпетентность специалистов, следование неэффективным, опасным и наносящим вред алгоритмам лечения. Особой опасности подвержены беременные и дети: многие акушерские процедуры не только травмируют женщин, но и приводят детей к умственной отсталости, к проблемам в обучаемости и физическим дефектам.
7. В случае необходимости лучше пользоваться медицинскими приборами и лекарствами проверенными временем, потому что новые зачастую внедряются без должной апробации и могут оказаться неэффективными и опасными. Помните: практически все медикаменты попадают на прилавки без необходимых или сколько-нибудь надежных испытаний. Эти средства, наверно, кому-то помогают, может быть, даже очень быстро, но как их прием скажется на дальнейшем самочувствии? Не известно и то, какими будут их вероятные отсроченные и кумулятивные эффекты.
8. Никому не доверяйте своё здоровье априорно и безоговорочно. Не позволяйте к себе применять испытанную тактику манипулирования и запугивания. Помните: «Чем меньше врач уверен в правильности своего диагноза или назначенного лечения, тем больше вероятность того, что он сбросит с себя овечью шкуру, как только вы позволите себе безрассудство подвергать сомнению его назначения. «Вы что – медик?» – ставит он вас на место, чтобы увильнуть от вопросов, на которые, как и сам знает, не сможет дать удовлетворительного ответа. В большинстве случаев этот прием срабатывает».
9. Не забываете, что адекватное питание – основа здоровья. Неведение побуждает использовать лекарства там, где можно обойтись простым изменением диеты, на чём настаивал ещё Гиппократ. Чем продукты проще, естественней и претерпели меньше промышленной переработке – тем они полезнее и «целебнее».
10. Дорожите семейными, родственными, клановыми, национальными связями. Помните, что семья основа здоровья: «Современная Медицина нападает на семью прежде всего потому, что когда ты хочешь обратить кого-то в свою веру, – первым делом обруби его семейные узы. «Не слушай маму и бабушку. Эти все бабушкины сказки. Слушай нас». Нас учат быть независимыми от всех, но только не от специалистов – врачей. Как только исчезает влияние семьи, исчезает и то, что я называю вертикальной передачей ценностей – от одного поколения к другому. И вы остаетесь открытыми перед влиянием горизонтальных передатчиков информации – ровесников и других современных источников знаний, то есть научных исследований, новостей и рекламно-развлекательной индустрии». Не забывайте простой истины: ответственность за сохранение здоровья лежит на вас, а не на враче.
Отстаивая позиции «медицины здоровья и жизни», которые противопоставлялись «медицине болезни и смерти» доктор Мендельсон нажил себе много проблем и врагов. Он не был политкорректным, не заискивал перед сильными мира сего, почитая правду профессиональным и человеческим долгом. Он призывал любить жизнь и не бояться жизни. Или хотя бы её не предавать:
«Если кто-то скажет, что грудное вскармливание связывает руки матерям и усиливает зависимость детей от них, согласитесь: да, вы за это связывание и за такую зависимость. Если кто-нибудь скажет, что люди, предпочитающие чистую и натуральную пищу, сумасшедшие, чудаки и экстремисты, подтвердите, что вы и ваши друзья как раз и есть сумасшедшие, чудаки и экстремисты. Современная Медицина может обозвать не конвенциональных врачей знахарями, но, может быть, знахари – это то, что нам нужно. Названия не имеют значения. Важны действия… В стране работают сотни блестящих специалистов, изучающих проблемы предотвращения таких смертельных заболеваний, как рак и болезни сердца; но, поскольку их методы нетрадиционны, им приходится двигаться очень легкой поступью, чтобы церковь не изгнала их из общества. Вспомните, Национальный институт рака отказал нобелевскому лауреату Лайнусу Полингу в его просьбе выделить небольшие средства для уточнения, действительно ли аскорбиновая кислота приносит пользу раковым больным, что было показано в его предыдущих исследованиях… Людям нужно потрудиться, чтобы полностью сбросить с себя бремя Современной Медицины. Для этого потребуется армия еретиков, твердо решивших освободиться от Современной Медицины и имеющих мужество, знания и возможности изменить отношение общества к здоровью и болезням».
Глава 17. Школяр в университете Бога
В истории медицины вряд ли найдётся бунтарь и еретик более известный, чем Парацельс. Его не случайно называют «Лютером медицины»: всю свою жизнь он пребывал в состоянии непрекращавшейся вражды не только с современными ему с лекарями и аптекарями, но и с большинством известных врачевателей прошлого.
При жизни о Парацельсе ходили невероятные слухи: что он способен словом изгонять болезни, что его боится Чума, а смерть не может к нему подступиться, потому что великий врач знает средство от любого недуга.
Парацельс любил вступать в публичные дебаты, чтобы обвинить коллег в глупости и невежестве, бесплатно исцеляя больных, которых самый авторитетный врачебный консилиум объявлял безнадёжными.
Ещё он скармливал свиньям самые дорогие лекарства аптекарей и публично сжигал медицинские сочинения, уверяя в полезности своей затеи для людей. Потому что и скормленная свиньям отрава, и обращённые в пепел «нелепые фантазии» больше никому не причинят вреда.
В ещё большую ярость высокомерных коллег приводила неподдельная близость Парацельса к народу, его стремление быть на равных с «плебеями», жить рядом с ними и даже учиться у них:
«Врач далеко не всё, что ему надлежит знать и уметь, узнаёт из университетов. Ему следует учиться так же у старых бабок, крестьян, знахарей, странствующего и бродячего люда – ибо они знают больше, чем все университеты!»
Всю жизнь Парацельс разрабатывает уникальную философию и методологию исцеления, зашифровывая её в напоминающих фэнтези образах и аллегориях. Он часто говорил о чудесах, но и сам творил чудеса, даже после собственной смерти.
Спустя три столетия, когда во всей Европе бушевала эпидемия холеры, жители Зальцбурга совершили паломничество и молебен на могиле Парацельса, прося защиты. И холера обошла город, основательно «выкосив» население остальной Германии и Австрии…
Его обвиняли в шарлатанстве, а он излечивал неизлечимо больных, называли «отвергающим любые авторитеты» еретиком, а он преклонялся перед авторитетом библии и называл себя «странствующим школяром в университете Бога».
Может поэтому многочисленные враги и завистники отчаялись ждать его конца от естественных причин, и Парацельс был убит в 48 лет оружием первоубийства – камнем. Существует легенда, что камень выбирался ритуально и был специально привезён из «места силы», пустыни, где Моисей жезлом высек из скалы источник вод…
Чтобы понять и оценить масштаб личности Парацельса, надо внимательно присмотреться к «духу времени», в котором ему предстояло жить. Мысленно пройти сквозь тот событийный ряд, который повлиял на ум и душу главного еретика и пророка от медицины, за три с половиной века до открытия вирусов утверждавшего: «Врачевателю не стоит удивляться, что в небесах ядов столько же, сколько и на земле. И следует ему также помнить, что без яда болезней не бывает…»
Филипп Ауреол Теофраст фон Гогенгейм родился в 1493 году, на краю Средневекового сознания и географии Старого Света. Практически в это же время Христофор Колумб открывает Америку, и весь Европейский христианский мир начинает жизнь в совершенно ином времени и пространстве.
Начавшийся с открытия Нового Света и религиозного мятежа Лютера «долгий, великий и грозный» XVI век показал человечеству, что мир изменился навсегда и жизнь никогда не вернётся к прежнему.
Разомлевшая от хлынувшего золота Европа вдруг столкнулась с невероятным и беспрецедентным обнищанием большей части простонародья, прокатившиеся по всей Европе крестьянскими войнами и восстаниями городской бедноты.
Реформация привела к невиданному по ярости религиозному противостоянию, войне на полное истребление. Гугеноты жгли иконы, разбивали скульптуры и распятия, обращали монастыри в дома терпимости, принуждая молодых монахинь становиться проститутками, а их противники взамен отвечали истреблением всех «до последнего еретика».
XVI век – это время Великих географических открытий и обесценившая золото и серебро Революции цен. Последняя вспышка Высокого Возрождения и движение Контрреформации. Революция в науке, обозначенная книгами Коперника «О вращении небесных сфер» и Везалия «О строении человеческого тела» и начало массовой охоты на ведьм. Эпоха «князя гуманистов» Эразма Роттердамского и время рождения ордена инквизиторов Томаса Торквемады. Конструирование первой идеальной «Утопии» Томасом Мором и ужаснувшее современников реальное «тысячелетнее царство» мюнстерских фанатиков. Вспышки пророческих видений Босха и Нострадамуса, вихри хаоса в «Плясках смерти» Гольбейна и явленный на весь мир кошмар «Варфоломеевской ночи», зарождение причудливого, страдающего, глубоко чувствующего барокко под аккомпанемент горького смеха Сервантеса...
В своей неудержимой и трагически-возвышенной устремлённости XVI век можно сравнить только с веком XX: точно так же каждое десятилетие люди будут приветствовать надвигающиеся перемены, а потом с ностальгией вспоминать и даже мечтать о прошлом. Даже правление Ивана Грозного современники и потомки долгое время будут считать лучшими и плодотворными годами. Счастливыми, безоблачными, ясными днями перед лицом семибоярщины и интервенции, перед ужасом дыхания хаоса – Смуты…
Подобно выкосившим Европу в XIV веке трём волнам чумы, когда, по свидетельству Боккаччо, скончавшийся от чумы человек «вызывал столько же участия, сколько издохшая коза», XVI век так же познал великую эпидемию. Имя до сегодняшнего дня не изученному заболеванию – «Английский пот».
Английская чума так же прошла по Европе волнами с в 1485 по 1551 годы. Не смотря на то, что основная тяжесть её пришлась на Британские острова, каждая новая волна вызывала неподдельный ужас по всему континенту.
«Английский пот» пугал своей стремительностью и непредсказуемостью, а так же странным и нелогичным источником исцеления, о чём красочно свидетельствовал Френсис Бэкон:
«Болезнь эта была скоротечной как в каждом отдельном случае заболевания, так и в смысле длительности бедствия в целом. Если заболевший не умирал в течение двадцати четырёх часов, то благополучный исход считался почти обеспеченным… Это была чума, но, по всей видимости, не разносимая по телу кровью или соками, ибо заболевание не сопровождалось карбункулами, багровыми или синеватыми пятнами и тому подобными проявлениями заражения всего тела; все сводилось к тому, что тлетворные испарения достигали сердца и поражали жизненные центры, а это побуждало природу к усилиям, направленным на то, чтобы вывести эти испарения путём усиленного выделения пота…Эту болезнь считали не заразной, а вызываемой вредными примесями в составе воздуха, действие которых усиливалось за счет сезонной предрасположенности; о том же говорило и её быстрое прекращение».
В начале XVI веке произошло до сих пор необъяснимое событие, вошедшее в историю как «Страсбургское помешательство», когда внезапно возникшая пляска увлекла сотни человек. Безумный марафон продолжался неделями, пока большинство не умерло жажды, голода, нервного истощения или от сердечных приступов. Неведомым знаменьем озарила Европу «танцевальная чума», массовое помешательство всех на глазах у всех, «смерть не красная на миру». За эпохой Возрождения наступали времена Вырождения…
В странный период «смертельно больного Средневековья», у подножья Альп в меланхоличной лесной тени родился на свет будущий исследователь и пророк медицины.
Его появление на свет было ответом незримых сил зримому миру. Посланием и живым доказательством, что в руках Божьих больное – станет здоровым, немощное – обретёт силу, безвестное – прославится на весь свет.
Отцом Парацельса был врач из династии лекарей, ведущий начало своего ремесла со времён Крестовых походов. Жизнь отца – чреда разочарований: незаконнорожденный, вынужденный жить в медвежьем углу и перебиваться мелочными заработками обслуживая паломников. А тут очередное крушение надежд: сын родился болезненным и слабым, почти нежизнеспособным. Отец, ярый последователь идей римского врача Цельса, принял этот факт со смирением, публично объявив, что наследник не доживёт и до совершеннолетия…
Не возлагая на сына никаких надежд, он всё-таки наставлял его врачебному ремеслу, а потом отправил в монастырь святого апостола Андрея Первозванного, откуда 16 летний юноша направился в университет.
Во многом из-за своих болезней и предоставленной свободы юный Филипп Ауреол Теофраст всецело увлёкся медициной, много учился и самостоятельно лечил себя, постигая тайны исцеления на собственном организме. К своему совершеннолетию он был полностью здоров, а потому не без вызова принимает недвусмысленный псевдоним – Парацельс, что означает «превзошедший Цельса», бывшего в то время главным авторитетом для всех врачей.
Понимание причин – вот главный объект мысли, призвание и страсть которые владели всем его существом.
Основываясь на собственном опыте исцеления и прочтения библии, как главного учебника жизни, он решительно отказывается от традиционного взгляда на медицину, занимающуюся вытягиванием денег и калечащую несчастных пациентов:
«К несчастью, одни отравляют больных ртутью, другие залечивают слабительным или кровопусканием до смерти. Некоторые заучились до такой степени, что лишились напрочь здравого смысла, других больше заботит собственная выгода, нежели здоровье больных. Болезнь же не имеет обыкновения изменять свой характер и приспосабливаться к знаниям лекаря, но лекарь должен понимать причины болезни».
Получив степень доктора медицины, Парацельс уходит странствовать по миру: становясь школяром в университете Бога. За десятилетие странствий с 1517 по 1526 годы он «обошёл пешком» весь континент: Южную, Центральную и Восточную Европу, посещает Англию и Шотландию, но особым значением для него стали странствия по Палестине и посещение Константинополя.
Отправляясь в паломничество за пониманием истины, он нанимается военным хирургом в разные армии, примыкает к посольствам, и даже лечит за пропитание и кров. Часто терпит нужду, голод и холод, сталкивается с самодурством людей, облечённых самой незначительной властью, переносит унижения и узы… Всё переносит с великим терпением потому что знает, что лишения, страдания и оковы превратили фарисея Савла в святого апостола Павла.
О врачебном деле говорит как о высшем призвании, языком божественного избранника: «Я задаю себе вопрос: как бы я мог научиться искусству медицины, если бы на земле не было ни одного учителя? Не существует иного способа, кроме как обратиться к великой книге Природы, написанной рукой Господа».
Из «университетов Бога» Парацельс выводит главное правило ремесла: «Врач много путешествовать должен, что ни страна, то страница. Ногами ты должен её пройти так, словно перелистываешь книгу».
По возвращении из странствий, Парацельс не обзавёлся могущественными покровителями, не занял кафедру, не оброс учениками, не открыл практику, не зажил размеренной добропорядочной жизнью.
Благодетели желали видеть непокорного и строптивого пророка учтивым придворным лекарем, коллеги завидовали и ненавидели, а ученики не понимали и предавали. За чудесные исцеления богатые горожане не желали платить, объясняя стечением обстоятельств или волей Провидения, а бюргерская жизнь для того, кто читает книгу написанную Десницей Божьей, была попросту немыслима...
Только один человек смог по достоинству оценить гений Парацельса и засвидетельствовать о нём для потомков. Только один осмелился признать его дар превосходящим таланты и навыки всех остальных врачей.
Исцелённый после многолетней болезни Эразм Ротердамский так напишет в письме Парацельсу: «Я не могу предложить вам плату, достойную вашего искусства и знаний».
Глава 18. Покровитель безнадёжных случаев
Сегодня о Парацельсе, его философских взглядах и методах лечения написано предостаточно. Много поверхностного, досужего, лишнего, но по существу – практически ничего.
Большинство статей составлены под влиянием теософских взглядов Блаватской и её последователей, либо опираются на исследователя оккультизма 1920-х годов Менли Палмера Холла. В редких случаях можно встретить идеи основоположника аналитической психологии Карла Юнга.
Проблема в том, что всё придуманное и составленное ими, к учению и практике Парацельса имеет значение весьма отдалённое. Большинство авторов действовали спекулятивно, стремясь втиснуть великое наследие в прокрустово ложе собственных концепций.
Показательна книга Франца Гартмана «Жизнь Парацельса и сущность его учения» 1887 года, с которой, как под копирку, и написано большинство статей. О самом Гартмане, входившем в теософское общество, его основательница Блаватская едко заметит: «Нет человека, схватывающего оккультные идеи быстрее, но нет человека менее способного уразуметь их духовно... Магнетизм этого человека вызывает дурноту, его лживость омерзительна...»
Стоит особо отметить, что Парацельс не был оккультистом с теософской точки зрения, которую бы счёл напыщенной и пустой. Он считал себя учёным, черпающим вдохновение из священного писания. На этом основании он строил свою теорию и практику:
«В Боге – лишь один наш путь, одна наука, одно учение, один обычай, одна сущность. Но в свете Природном путей много: для мастерства, для наук, для различных способностей и религий. Но велик лишь тот, кто охватил умом все семейство наук как единое целое, собрав их все вместе. Ему понятны чудеса Господни и способен он распознавать божественные деяния в Природе и иметь с ними дело».
Нелепыми выглядят стремление притянуть взгляды Парацельса к холизму, с его утверждением, что целое всегда больше простой суммы его частей и тем самым приписать его к «психосоматам». Но синтез объективных научных знаний и субъективных человеческих ощущений для Парацельса ни в коей степени не являются «последней реальностью универсума», как об этом заявлял в 1926 году изобретатель холизма Ян Смэтс. Следуя подобным спекуляциям, к холизму можно приписать и учение академика Павлова о высшей нервной деятельности.
Самым занятным, выдающим поверхностное заимствование расхожих мнений, является ничего не говорящая современному читателю и никак не объяснённая авторами цитата:
«Первое, что следует знать врачу, это то, что состоит человек из трех субстанций. И образуют они человека, и они есть человек, получает он от них и через них все, что есть благо, и все, что есть зло для его физического тела… И потому в них следует искать и меру здоровья, и меру болезни, ибо нельзя врачу пренебрегать весом, числом и мерою недуга… Все имеет свое тело от трех субстанций. И зовутся эти субстанции: Сера, Ртуть и Соль…»
Для подготовленного читателя XVI века это напоминание было сродни современному замечанию о постоянстве внутренней среды – гомеостазе натрия и калия в организме, о минералах вообще, недостаток или избыток которых приводят к физиологическим сбоям и развитию патологий. Разговор идёт о правильном кислотно-щелочном балансе организма, не более того. Никаких откровений!
Говоря о книгах Парацельса надо принимать в расчёт, что как автор он написал очень немного, предпочитая надиктовывать тексты своим ученикам. Часто рассказывал свои взгляды «под запись», не слишком заботясь о редакторской правке.
Судя по доступным источникам, при жизни Парацельса было издано всего 9 книг, а через несколько десятилетий сочинения разрослись до: 35 книг по медицине, 235 книг по философии, 12 книг посвящённых политике, 7 книг исследующих математику и 66 книг по «прочим направлениям».
Этот феномен объясним весьма просто – во второй половине XVI века учение и фигура Парацельса стали необычайно популярны, а книга в те времена была подлинной роскошью и своим издателям приносила баснословный доход.
Удивляться нечему: хорошо известен факт, что хозяин художественной мастерской заставлял молодого Питера Брейгеля подписывать свои гравюры именитым Иеронимом Босхом. Для того, чтобы лучше продавались. Неслучайно при жизни Парацельс смеялся над теми, кто «всю жизнь сидит за печкой, книгами себя окружив, и плавает на одном корабле – корабле дураков».
Теория и практика Парацельса представляют собой неразрывную взаимосвязь веры и жизненного опыта, двух начал составивших его личность.
С первых сознательных лет он начал горячо верить – для того чтобы выжить. Совладав с недугом, стал жить, чтобы постичь чудеса и благословения веры, которая «все утверждает, и укрепляет, и возносит, и низводит, и творит». Всё же остальное, будь то алхимия, астрономия, медицина были для него не более чем инструменты, помогающие странствующему разуму проникать в тайны Природы. Способ постижения замыслов Творца.
Мысля глобально, отцом медицины называет не Гиппократа, а Христа, которому надо верить и стараться подражать во всём.
Здоровье Парацельс понимает как естественное состояние, отвергая мысль о неизлечимо больных, потому что для «Господа нет ничего невозможного».
Следуя этой заповеди, он часто берётся лечить даже тех, от кого все остальные врачи отказались, тем самым, заслужив себе прозвище «Покровителя безнадёжных случаев».
Не скрывая и не утаивая своих знаний, часто прибегает к иносказательности, описывая волшебных существ говорит языком сказок и легенд, как некогда Иисус Христос открывал тайны Царствия Небесного в притчах.
Парацельс предлагает последователям и ученикам пройти проверку «внутренним человеком», задачей которого станет «мыслить вслед Творцу» и держаться истины «посредством своего света».
Для этого им разработана и представлена ясная и чёткая методология, которая убережёт «взыскующего истины» от случайных заблуждений и напрасных усилий:
«Надо, чтобы основание… покоилось на Священных Писаниях, на учении и вере Христа, являющихся самой крепкой и надежной опорой и краеугольным камнем, на коем зиждятся три основных принципа этой философии. Первый есть молитва, которой соответствует следующее изречение из Священного Писания: «Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам». Посредством этой молитвы должны мы искать Господа и преданно веровать его обетам. И если будем творить ее чистым сердцем и духом, дано будет нам и обретем то, что ищем, и все, что прежде пребывало тайным, будет отверсто и явлено нам. Второй принцип есть вера, способная поднять горы и ввергнуть их в море, ибо для уверовавших нет ничего невозможного, как говорил Христос. Третий принцип заложен в нашем воображении, которое впоследствии возгорается в сердцах и надлежащим образом согласуется и гармонирует с вышеупомянутой верой».
Без понимания ключевых принципов, Парацельса можно рассматривать не более, чем натурфилософа, естествоиспытателя и создателя оригинальной методики врачевания своего времени.
Все случаи его чудесных исцелений настолько индивидуальны, что их вполне можно отнести к стечению обстоятельств, нескольким удачным рецептам приготовления «зелий» и эффекту плацебо.
Действительно, почему из многочисленной когорты учеников и последователей и близко не достиг успехов, достойных своего учителя? Многие пытались копировать его методы и при составлении лекарств, и при создании «лечебных амулетов», и при общей терапии. Но вместо превращения в медицинские светила, его последователи становились заурядными лекарями и аптекарями, эксплуатирующими недостижимый авторитет учителя. Парацельс писал об этом вполне недвусмысленно:
«Господь без людей ничего не делает. Если совершает Он чудо, то происходит оно через людей, а именно через врачей. Но поскольку два рода врачей существует, и одни из них лечат чудесным образом, а другие с помощью медицины, прежде всего понимать следует, что чудеса совершает лишь тот, кто верует… а тем, кто за ремесло лишь держатся, не на что опереться, кроме одних только формул, своё отживших и пустых...»
Следуя евангельскому правилу «кто может вместить, да вместит» Парацельс никогда не договаривал главного секрета, животворной сути, которую мог постичь только равный ему «во внутреннем человеке». Не способный вместить Божественное откровение, будет в лучшем случае ремесленником и цирюльником, а если сочтёт, что для исцеления достаточно будет одних алхимических формул и врачебных книг, «то он сумасшедший и блаженный в медицине, более направлен на обман, нежели на правду...»
Сегодня наследие Парацельса в большей степени кажется артефактом своего времени, этапом развития науки, литературным памятником, антиквариатом мысли, но никак не живой, работающей эффективной системой исцеления. Поэтому нет нужды повторять бесчисленно количество раз повторённые причины болезней по Парацельсу, не нужно приводить химических формул составления лекарств, говорить о принципах «лечения подобного подобным» и правилах сигнатур, пространно рассуждать о защитных знаках и предметах. Всё это из области припахивающего мошенничеством «медицинского юродства».
Не стоит забывать, что лечение «зельями и порошками» Парацельс рассматривал как вынужденную меру и не высоко ценил, а хирургические операции и вовсе относил скорее к ремеслу цирюльника, а не к искусству врача.
Из чтения «по ремеслу» предпочитал библию, уверяя, что врачу она «полезнее сочинений по медицине вместе взятых». Потому что «человек может лечить другого с помощью лекарств, которые должны воздействовать на больного через телесное посредство врачевателя; Господь же осуществляет это одним словом Своим, не используя ни рук, ни ног».
Найти ключи тайны его знаний и силу, дарующую исцеление несложно. Он хранит сокровенное у всех на виду, прекрасно понимая, его подсказки найдут своего адресата, а прочие – глазами посмотрят и не увидят, ушами послушают и не уразумеют.
Парацельс любил рассказывать притчу о жемчужинах в нечистотах, уверяя, что ради сокровища мудрый не побоится испачкаться, а свинье бывает достаточно одной грязи…
Глава 19. Много званных, но мало избранных
Способность «вместить истину» позволила Парацельсу интуитивно разобраться в вопросах, в которых медицина всё ещё путается, как слепой котёнок.
Современного читателя может смутить обилие алхимических и схоластических терминов, в которых выражает свои мысли автор – и совершенно напрасно. Пусть до неузнаваемости изменились форма и язык изложения, но если читатель способен постигать суть, «вмещать истинное знание», то его содержание заговорит о явлениях и процессах актуальных и незыблемых. Потому что основополагающие законы жизни были, есть и будут теми же самыми, сколько бы времени не прошло, и какая бы мода не овладевала умами современников.
Парацельс выделят пять сущностей, или осуществляющих воздействие на организм первопричин, запускающих определённые психофизические процессы.
Первая сила – космическая, или звёздная сущность (ens astrorum), которая действует на человека очень тонко, прежде всего, оказывая влияние на мозг, нервную систему и жизненно важные органы. Она способная повлиять на интенсивность, качество протекающих процессов, настроить или расстроить работу всех или некоторых функций организма.
Вторая сила – незримая ядовитая сущность (ens veneni), обитающая повсюду, часто незримая, которая может вредить в любое время и могущественная, потому что от её воздействия человеческий организм не способен себя защитить. Её следует понимать шире, чем обыкновенные отравляющие вещества, включая в группу от болезнетворных микроорганизмов (патогенов) до радиации, незримо, но губительно действующей на организм.
Третья сила – природная сущность (ens naturale), одновременно тайная и явная, совпадающая с жизнедеятельностью всех систем организма, поэтому искажение или распад любой из её частей приводит к болезни или смерти. Эта сущность подразумевает генетический аппарат и его склонность к мутациям.
Четвёртая сила – духовная сущность (ens spintuale), которую можно сопоставить с психическими процессами (восприятие, память, внимание, мышление, воображение), психическими состояниями (целостное взаимодействие с миром, например: интерес и апатия, творческий подъём и суицидальная активность), и психическими свойствами (темперамент, характер, направленность личности). То есть всё то, что составляет и определяет индивида как личность. Эта сущность способна быть пусковым механизмом как в разрушении организма и развитии заболевания, так и в его исцелении и в «настройке» его на здоровый лад.
Пятая сила – Божья сущность (ens Dei), самая важная и основополагающая, через которую можно понять причину всех заболеваний и подобрать к ним ключи исцеления. Как говорит сам Парацельс: «И хотя все заболевания и происходят от Природы и четырех сущностей, тем не менее, следует их излечения искать не в Природе, но в религиозной вере. Об этом и пойдет сейчас речь. И следует тебе знать, что именно здесь следует искать тебе основы целительства, и здесь истинная медицина будет тебе открыта».
Постигать Божью сущность – основа основ, овладеть которой стремился Парацельс более всего. Об этом и говорит нехитрое земное имущество, в котором особую ценность для него представляла Библия, Евангелие, а так же собственноручно составленный к ним указатель цитат.
Понять Бога чувственным или рациональным путём невозможно: постигать Его можно исключительно верой, ощущать присутствие – наполняясь любовью, видеть замыслы – внимая знамениям.
Но существует ещё один путь соприкосновение с Его сущностью посредством стяжания святого Духа: исихазм, или «умное деланье и видение Фаворского света», как называли его святые подвижники угасающей Ромейской империи.
Умная молитва широко известна из практики отшельников первых веков христианства, стремящихся «заключить в своём теле бестелесное», а именно Фаворский свет – энергию Божественной сущности. Исихазм можно определить как союз ума и сердца, подчинённый единой Божьей воле: «Собрав ум свой, вводи его… путем дыхания внутрь, понудь его вместе с сим вдыхаемым воздухом низойти в самое сердце и держи его там…»
Эта практика, сводящая в одну точку всю психофизиологию человека, полностью преображала его сознание: «Когда благодать Святого Духа придет в человека… ум научается от Святого Духа высшим и сокровенным тайнам, которых, по божественному Павлу, ни око человеческое не может видеть, ни ум уразуметь сам собою никогда».
В XIV – XVI веках исихазм становится важнейшей составляющей духовной жизни всего Восточного христианства, прежде всего Византии и России. Влияние исихазма на умы христианского мира было столь велико, что во многом определяло религиозные и мистические искания в течение нескольких столетий.
Практические стороны исихазма были не только хорошо известны, но и активно использовались всеми «ищущими света откровения». Так многочисленные рассуждения о Природном и Божественном свете, знаниях и мудрости, а так же методах познания Парацельса свидетельствуют о том, что он в совершенстве владел не только «великим деланием» - алхимией, но и был знатоком «умного делания», переосмысленного и преобразованного на свой лад:
«Два вида мудрости есть в этом мире – одна из них вечна, а другая преходяща. Вечная мудрость проистекает непосредственно от света Духа Святого, другая же – прямо от света Природы. Та, что происходит от света Духа Святого, бывает одного лишь рода – а именно мудрость праведная и безупречная. Та же, что происходит от света Природы, бывает двух родов – добрая и злая. Добрая мудрость причастна Вечности, злая – проклятию».
Ни его учение о микро и макрокосме, ни тем более его практика постижения тайн Природы не могут быть поняты и раскрыты вне библейского контекста: «Ибо Священное Писание являет собой начало всей философии и естественной науки; без начала этого вся философия была бы используема и применяема напрасно».
Подобно исихастам, поднимающимся в своём сердце на духовную гору к Вечному свету, Парацельс, вслед за евангельскими стоками «Царствие Божие внутрь вас есть», полагал, что внутри каждого человека есть путь в сотворённый Богом первозданный райский сад. Вступить в Эдем может каждый «чистый сердцем и помыслами», если сумеет наяву прожить в своём сердце шесть дней Сотворения мира и ответит Господу на вопросы, которые Он задавал, испытывая сердца своих избранных. Прежде всего, это 38 – 41 главы из «Книги Иова»:
«Препояшь ныне чресла твои, как муж: Я буду спрашивать тебя, и ты объясняй Мне: где был ты, когда Я полагал основания земли? Скажи, если знаешь. Кто положил меру ей, если знаешь? или кто протягивал по ней вервь? На чем утверждены основания ее, или кто положил краеугольный камень ее, при общем ликовании утренних звезд, когда все сыны Божии восклицали от радости?.. Нисходил ли ты во глубину моря и входил ли в исследование бездны? Отворялись ли для тебя врата смерти, и видел ли ты врата тени смертной? Обозрел ли ты широту земли? Объясни, если знаешь все это. Где путь к жилищу света, и где место тьмы? Ты, конечно, доходил до границ ее и знаешь стези к дому ее. Ты знаешь это, потому что ты был уже тогда рожден, и число дней твоих очень велико…»
Так с помощью особого «умного делания» от вечера и до утра, человек должен стать сопричастным своему Творцу в Его Творении мира и отвечать Ему своим сердцем, как «препоясанный муж». Подвизаться и день за днём пройти прозреть и привязать свой «образ и подобие» к часам, минутам и секундам, в которые Бог сотворил небо и землю.
Вместе с Ним увидеть землю же была безвидной и пустой, и тьму над бездною, и Божий Дух, несущийся над водою. И услышать, как сказал Бог: «Да будет свет», и увидеть, как «стал свет». И вместе с Господом постичь, что он хорош и возликовать, наблюдая, как Бог отделяет свет от тьмы. После – вникнуть в значение, что свет называется днём, а тьма – ночью. И только тогда будет вечер и будет утро: день один…
День за днём Великую неделю, станет изучать своим духом как «произрастит земля зелень, траву, сеющую семя дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод», и зачем «будут светила на тверди небесной для отделения дня от ночи, и для знамений, и времен, и дней, и годов», и почему «произведет вода пресмыкающихся, душу живую; и птицы да полетят над землею, по тверди небесной». И когда увидит, что это хорошо, тогда благословит их человек вслед за Богом, говоря: «Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте воды в морях, и птицы да размножаются на земле…»
Пройдя этот путь, избранный постигнет, что «В человеке небосвод как на небе, но не из одного куска, их два. Ибо рука, разделившая свет и тьму, и рука, сделавшая небо и землю, сделала то же самое снизу в микрокосме: взяла из верхнего и включила в кожу человека все, что охватывает небо. Поэтому и для нас внешнее небо путеводитель по небу внутреннему: кто же тогда может быть врачом, не зная внешнее небо? Ведь в данном небе мы, и оно лежит перед нашими глазами: есть Млечный Путь на небе и внутри нас. Галактика проходит через живот. В человеческом теле также имеются полюса и Зодиак».
Практика Парацельса – не перенятые учёными мёртворождённые умозаключения, не мелочное следование «с розгами вбиваемыми знаниями и навыками». Истоки практического и экспериментального в медицине и философии для Парацельса заключаются в стремлении искать «прежде Царства Божия и правды Его», и тогда всё необходимое приложится:
«Человек – больше чем только природа. Он есть природа. Он также есть и дух. Он также есть и ангел. И он имеет качества всех этих трех сущностей. Когда он блуждает в природе, то рабски служит природе. Когда он странствует в духе, он служит духу. Когда он переходит в ангела, его служение ангельское. Первому дано тело, а другим дана душа; они суть богатство души. С тех пор как человек имеет душу и два других дара, он возносится над природой, дабы исследовать также и то, чего нет в природном естестве, и особенно для того, чтобы изучать и узнавать о преисподней, о Низвергнутом и его царстве. Таким же путем человек исследует Небеса и их сущность, а именно, Бога и Его Царство…»
Завершив своё великое вхождение в тайну мира, избранный получает от Бога заветное Слово, которое одновременно причастно творению мира и отражает внутреннюю суть «препоясанного мужа», является так же мерой его таланта и характером призвания. По этому слову, как по паролю, сторожевой Херувим пропустит его в Эдемский сад и обращающийся пламенный меч не принесёт вошедшему ущерба.
Свои сокровенные знания, понимание принципа подобий и соответствий, происходящую от Бога целительную силу, позволяющую даже из слюны и земной пыли сделать исцеляющее брение, избранник черпает из никуда не исчезнувшего земного рая.
В неистребимом Саду Эдемском он наполняется Божьей мудростью, и если потребуется «с тобой заговорят травы и корни, в которых тогда была сила, в которой ты нуждался бы». Потому что «лекарство без неба будет ничем, и оно должно проводиться через небо».
Парацельс прекрасно понимал, что можно выучиться на цирюльника или аптекаря, можно называться врачом, при этом твои действия будут мало чем отличаться от труда ремесленника, пусть даже много знающего. «Владение таким искусством лежит в сердце: если твое сердце неправильное, то и врач из тебя неправильный».
Во все времена высокомерные врачи любили именоваться «светилами медицины». Парацельс же взывал к милосердию и состраданию, называя их большими из всех необходимых вещей: «Сила врача - в его сердце, работа его должна руководствоваться Богом и освещаться естественным светом и опытностью; важнейшая основа лекарства - любовь».
Само искусство врачевания происходит из великой тайны любви. Потому что избавление от мук страждущих потомков Адама и Евы – это Божий дар и служение, за которое Он спросит на Высшем суде…
Глава 20. Между здоровьем и болезнью
Происхождение медицины имело два источника и развивалось двумя путями столь же связанными, разными и непримиримыми, как «Да и Нет». Изучить генезис, понять корни – всё равно, что «причаститься источников» с водой мёртвою и живою в сказке: от одного глотка ослепнешь, и от одного же глотка и прозреешь. Умрёшь и оживёшь заново, возвратишься обогащённым знанием, которое тебе прежнему не открывалось: глазами смотрел и не видел, ушами слушал, и не разумел, хотел бы вместить – да был плоским, двумерным, как бумажный лист...
Истоки медицины следует искать в глубинных инстинктах самосохранения и комплексе власти, поэтому проходит она по разлому индивидуального и коллективного бессознательного. Оттого она не придумана людьми, а явилась комплексным продуктом психического.
Непосредственное происхождение медицины относится к появлению проторелигии – осознанной связи между собственным «Я» и видимой и незримой Вселенной. На ранних стадиях своего развития медицина не просто подобна религиозным верованиям, но во многом дублирует их.
Она так же говорит о самых важных вопросах бытия, излагая свои положения точно таким же языком причинно-следственной связи. Каждый пророк или жрец религиозного культа одновременно является целителем или врачом.
В основе человеческого существования, будь то зачатие и рождение, жизнь и смерть, наслаждение и страдания, сила и немощность лежат понятие нормы и патологии, гигиены и лечения, как в религии – праведности и греха, то есть следование заповедям и искупления.
Переосмысленные религиозные правила Гиппократ положил в основу гигиены – системы предупредительных и профилактических мер, опирающихся на понимание психофизиологической нормы и здоровья. Исключительно моральное понятие греховности внедрилось в сознании со времён рационализма и Просвещения, то есть с XVII – XVIII веков, а до той поры грех полностью совпадал с нравственной деформацией, физической нечистотой и патологией.
Религия означает связь, восстановление, медицина – исцеление. Одно следует за другим, как нитка за иголкой, потому что первое – связующее, восстанавливающее начало, определяет куда, как и на каких условиях двинется начало второе, возвращающее здоровье.
Евангелие говорит о самом главном: как Христос проповедует Царствие Небесное и исцеляет больных. Здесь религия и медицина, Бог и врач – одно…
Здоровье и болезнь не просто объединяют религию и медицину: они их первопричина – проявление земного пути рода человеческого, и строительный материал всей цивилизации.
У медицины два религиозных начала, два источника, по настоящее время определяющие её содержание по отношению к человеку.
Первый источник – анималистический, второй – культовый.
Анималистической начало, в его изначальном смысле, это мировоззрение в котором душа является главным принципом и смыслом жизни. Началом и концом. Источником, смыслом и итогом жизни, подобным единству бьющего из-под земли ключа, полноводной реки и раскинувшимся от края до края земли бесконечному морю.
С незапамятных времён анимизм подразумевал личную связь с духами или Божеством, дарующим или отнимающим здоровье и жизнь. Природа и Вселенная в анимизме воспринималась как единый одушевлённый мир, наполненный разными волями живых, чувствующих и мыслящих существ.
Вся Библия наполнена этими началами от книги Бытия до Откровения Иоанна. Наиболее ярко подобное мировосприятие раскрывается в псалмах Давида:
Хвалите Господа с небес, хвалите Его в вышних.
Хвалите Его, все Ангелы Его, хвалите Его, все воинства Его.
Хвалите Его, солнце и луна, хвалите Его, все звезды света.
Хвалите Его, небеса небес и воды, которые превыше небес.
Да хвалят имя Господа, ибо Он повелел, и сотворились;
поставил их на веки и веки; дал устав, который не прейдет.
Хвалите Господа от земли, великие рыбы и все бездны,
огонь и град, снег и туман, бурный ветер, исполняющий слово Его,
горы и все холмы, дерева плодоносные и все кедры,
звери и всякий скот, пресмыкающиеся и птицы крылатые,
цари земные и все народы, князья и все судьи земные,
юноши и девицы, старцы и отроки
да хвалят имя Господа, ибо имя Его единого превознесенно, слава Его на земле и на небесах…
Анимистический подход в медицине заключает в себе понимание здоровья как установленного свыше (от разумной Природы или от всемогущего Бога) правила жизни, а исцеление больных как исправление ошибок всего рода человеческого.
Спасение и врачевание для избранного заключает не только главный смысл его жизни, но и является основой служения Богу. Вот как об этом говорит Евангелие от Матфея: «Ходя же, проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное; больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте; даром получили, даром давайте».
Личная связь, ответственность перед Богом и Природой, «духами рода» перешла от знахарского дела и целительского призвания в научную медицину, основателем которой справедливо считают Гиппократа.
Основываясь на опыте, знании и рациональном методе он рассуждает и действует находясь в полном согласии с анимистическим подходом, утверждая: «Болезни излечивает Природа, врач ей только помогает. Медицина поистине есть самое благородное из всех искусств. Больной, благодаря искусству медицины, освобождается от болезни, опасности смерти, избегает страданий и зол».
Главная заповедь, которой должен руководствоваться врач: «Не навреди». Оттого и написанная Гиппократом клятва продиктована высшими моральными соображениями личности, что ставит её в один ряд с вступлением в завет с Богом:
«Клянусь… направлять режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости. Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла; точно так же я не вручу никакой женщине абортивного пессария. Чисто и непорочно буду проводить я свою жизнь и свое искусство. В какой бы дом я ни вошел, я войду туда для пользы больного, будучи далек от всего намеренного, неправедного и пагубного …»
Второе направление в медицине можно назвать культовым, подразумевающим поклонение неведомым силам, намного превосходящим умственного и физического состояния своих адептов.
Культовое мировоззрение, в отличие от мировоззрения анимистического, не подразумевает родственной или партнёрской связи между высшими силами и человеком. Здесь нет родственно духовных взаимоотношений, выстраивающих связи по принципам «отец и сын», здесь работают паразитарные позиции «хозяин и слуга (прирученный скот)».
Культовое направление в медицине зародилось, выработало собственную теорию и практику в жреческой среде, превращая врачей в особую привилегированную касту. Подобное явление свойственно всем цивилизациям Востока, но особенно ярко феномен медицины как культа проявился в Древнем Междуречье.
Вавилонское и Ассирийское царства впервые в истории создали удивительную по своей изощрённой целесообразности бесчеловечную цивилизацию. Её сила состояла не столько в кровожадности, как в цивилизации Инков или Ацтеков, сколько в умении манипулировать, играть на струнах души, указывая человеку его подлинную цену и тем самым, определяя его место под луной и солнцем.
Религиозная система очень напоминала современную корпоративную этику, в которой «планктон» существует исключительно для того, чтобы с радостью и энтузиазмом быть полезным для своих «китов». Все из божества из пантеона ассиро-вавилонян представляют собой химер – несуществующих в природе чудищ, которые даже в собственной интерпретации воспринимаются скорее как мстительные, капризные и извращённые демоны.
Казалось бы, как может подобная непривлекательная система быть настолько устойчивой и живучей, чтобы в состоянии создавать могущественные царства? Ответ заключался в том, что она умела гибко сочетать насилие с идеологией, которые пропитывали все без исключения сферы жизни. Не обещая и не гарантируя ничего, жреческая и царская власть предоставляли значительной части населения минимальные социальные лифты и некоторые блага, в обмен на безоговорочную лояльность. В этой системе социально-общественных взаимоотношений медицина была на самом острие идеологического фронта…
Первой характерной особенностью культовой медицины выступала принципиальная социальная оторванность от прочего населения. Врачи не могли быть выходцами из народа, как скажем, апостолы, которых в Вавилоне за несанкционированное целительство моментально бы подвергли штрафам и суровым наказаниям. При этом тот факты, что парализованные начинали ходить, прокажённые очищались, а слепые прозревали, никакой бы роли не сыграли – самодеятельное занятие медицинской деятельностью рассматривалось как покушение на религиозную и политическую систему государства.
Впрочем, и с распространённой в греческих полисах «гиппократовской медициной» (которая возникла задолго до самого отца медицины и при нём только окончательно оформилась), медицина культовая имела весьма мало общего. Античный врач был кем-то вроде современного высококлассного специалиста, пусть часто представителя династии со своими профессиональными секретами, но не более того. Сферой его деятельности считалось искусство, соединённое с определённым набором знаний и практических навыков. Античный врач скорее напоминал опытного настройщика пианино XIX века, или современного компьютерного мастера, который хоть и не поделится с вами своими секретами или софтом, но в остальном он человек во всём равный вам.
Вавилонский культовый служитель медицины выступал как живой представитель официальной идеологии, которому государство давало и статус, и привилегии и определённый процент с налогов. Он – скорее революционный комиссар, чем кадровый военный.
Их образование не имело общего ни с мистической традицией знахарей, ни с античным научным подходом. Главным в жреческих школах были установки о соответствиях человеческого здоровья, работы внутренних органов, заболевания и лечения интересам великого сонма вавилонских богов-демонов, жречества и конечно же царя с вельможами. Здоровье, жизнь и смерть отдельного человека и целых групп понималась как совокупность религиозно-политических интересов, которых пациентам знать ни в коем случае нельзя.
Второй чертой отличающей анимистическую и культовую медицину было отношение к тайне заболевания.
Анимистическая и вышедшая из неё научная медицина всегда с готовностью объясняла все вопросы о здоровье и болезни пациента на доступном ему языке. И человек прекрасно понимал, что страдает из-за своих грехов, или потому, что перед едой не мыл руки. Что причиной его сыпи стали козни злых духов или потому, что имел прямой контакт с заражённым.
Знахарь или врач помогал осознать пациенту с кем или чем он имеет дело, убеждал его в типичности подобного явления и они вместе составляли чёткий план борьбы с недугом. Таким образом, болезнь становилась явлением не просто осязаемым, но и понятным.
И знахарь, и врач всегда мотивировали своего пациента на положительный результат: «С нами Бог или с нами наука! Ты исцелён или наш способ лечения гарантирует выздоровление!». Вдохновлённый человек активизировал и задействовал все внутренние ресурсы организма: запасался терпением, смирением, волей, но самое главное – верой в благоприятный исход своей борьбы.
Культовый служитель медицины Вавилонского и Ассирийского царства понятия не имел ни о человеколюбии, ни о гуманизме, ни о профессиональной этике, потому что представлял собой высокооплачиваемого функционера.
Главной задачей врача-жреца была «идеологическая обработка» клиента. Она заключалась как в определении лояльности к богам и властям, так и в установке взаимоотношений с больным и его окружением. Обязательным условием лечения являлось признание личной беспомощности и покорности, а так же готовность платить деньги, «пока боги не удовлетворятся предложенной суммой выкупа».
В отличие от анимистических целителей и врачей гиппократовского направления, культовые врачеватели Двуречья никогда не использовали разговорный язык, в своей практике они пользовались непонятным для большинства старошуммерским наречием. Поэтому в лечении особую роль и львиную долю времени занимало произнесение гимнов и проклятий, чтение всевозможных заклинаний, и проведение своеобразных экзорцизмов. Посторонним категорически запрещалось читать медицинские тексты и свитки, которые маркировались доступным предупреждением: «непосвященный да не прочтет». Нарушивший запрет навлекал на себя гнев богов и подвергался уголовному преследованию.
Третье отличие заключалось в самом подходе к лечению больного.
Анимистическое направление выступало за полное сотрудничество между больным и врачом, за единение их разума, воли и веры:
«И вот подошел прокаженный и, кланяясь Ему, сказал: Господи! Если хочешь, можешь меня очистить. Иисус, простерши руку, коснулся его и сказал: хочу, очистись. И он тотчас очистился от проказы».
Точно так же Гиппократ настаивает на совместной помощи врача и больного «исцеляющей силе Природы». Исцеление в этом случае содержит в себе причины, историю и профилактику болезни в будущем: «Вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобою чего хуже».
Культовая медицина категорически отрицала роль и способность человека как самостоятельно исцелиться, так и в будущем избежать заболевания. Самолечение или обращение к «чужим» врачам считалось страшным грехом, поэтому первой медицинской процедурой были «полоскания рта против силы клятвы».
Культовая медицина полностью лишала больного всяческой инициативы. В ней были немыслимо обращение к пациенту «возьми постель свою и иди», потому что совершение ритуальных действий, постановку диагноза, осуществление хирургических вмешательств, выполнение процедур и даже уход за больным должен был осуществляться специализированным медицинским персоналом. Порой доходило до того, что несмотря на обилие родственников, больной испражнялся под себя или умирал от голода, потому что не мог заплатить за надлежащее медицинское обслуживание.
При этом в культовой медицине соблюдался видимый баланс интересов между пациентом и системой: в ней хорошо имитировались принципы справедливости и врачебной ответственности.
Так за неудачную операцию хирург (один из низших врачебных разрядов), мог сам потерять руку или глаз, но при этом высшие медицинские чины вроде «заклинателей и экзорцистов» были не подсудны. То есть любая вина возлагалась исключительно на своеобразных медицинских «козлов отпущения».
Право произвести справедливое возмездие предлагалось родственникам потерпевшего, что значительно укрепляло авторитет системы и доверие к лечению как таковому.
Эти две базовые разновидности, два фундамента, два пути, два подхода существуют до настоящего времени, существуют параллельно, периодически доминируя друг над другом, и даже смешиваясь. Как тысячелетия назад, сегодня они различаются не по форме, не по формальному отношению к больному, а по содержанию – своему идеологическому наполнению и определяющей сущность мировоззренческой системе.
Глава 21. Медикализация как предболезнь
Основоположник научного богословия и последний из великих гуманистов Эразм Ротердамский любил повторять, что за лицевой всегда скрывается изнаночная сторона. Автор «Писем тёмных людей» и «Похвалы глупости» не занимался морализаторством и о серьёзных вещах говорил языком сатиры, как бы «от нечего делать».
Для человека пустого его сочинения были забавой праздного ума; вдумчивому читателю подобные откровения казались шокирующее горькими. Тем, кто стремился к мудрости, они становились вехами, указывающими путь познания.
От его коротких, афористических сочинений разум вырывался из двухмерного измерения, обретал объём и перспективу, просвечивая и проникая в саму суть явления. Человек, открывший вместе с Эразмом «свободу воли», вместе с ней обретал и ясность мысли, уже не скованную догматическими и схоластическими путами:
«Любая вещь имеет два лица. Снаружи как будто смерть, а заглянешь внутрь – увидишь жизнь, и наоборот, под жизнью скрывается смерть, под красотой безобразие, под изобилием жалкая бедность, под позором слава, под ученостью невежество, под мощью убожество, под благородством низость, под весельем печаль, под преуспеванием неудача, под дружбой вражда, под пользой вред».
История человечества подобна развитию «по спирали», в которой все основополагающие, архитипические базовые правила и принципы никуда не исчезают. Они вечны как сама цепочка ДНК, в них заключён своеобразный «закон сохранения энергии» человеческого рода. Поэтому написанные тысячелетия назад священные тексты и великие литературные произведения всё так же актуальны.
Современный человек будет узнавать в делах давно минувших жизненно для него важные проблемы и ситуации, и находить на них правильные, взвешенные ответы. Кто жил, тот знает, что в трудные дни, в отчаянные моменты не бывает лучшего утешителя и советника, чем рассыпанные по векам слова собеседников вечности…
До эпохи медикализации, то есть до конца 1960-х годов, понятие здоровья в медицинской науке укладывалась в простую формулу, определяющую такое состояние организма, когда все его части нормально развиты и правильно функционируют. Этот взгляд, несколько расширенный послевоенными гуманистическими идеями, и был зафиксирован в Уставе Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ) в 1946 году:
«Здоровье – это состояние полного физического, душевного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней и физических дефектов».
Начавшаяся в 1960-х годах глобальная Перестройка миропорядка не могла спокойно пройти мимо частного, то есть ориентированного сугубо на личность, определения здоровья. Прежняя точка зрения была раскритикована за её односторонность и в 1968 году заменена следующей формулировкой:
«Здоровье – это свойство человека выполнять свои биосоциальные функции в изменяющейся среде, с перегрузками и без потерь, при условии отсутствия болезней и дефектов. Здоровье бывает физическим и нравственным».
Даже человек не приученный вникать в тонкости формулировок и определений, заметит категорическую разницу этих двух подходов:
– Первый говорит о физическом, душевном и социальном благополучии человеческой личности как таковой.
– Второй подход ориентирован на способность выполнять некие биосоциальные функции в изменяющемся мире. Упоминание, что «здоровье бывает физическим и нравственным» выглядит не чем иным, как нагло пущенной в глаза пылью.
Однако, дело было сделано, формулировка принята и двери всеобщей медикализации, подразумевающей «тотальную заботу о здоровье всего человечества», распахнуты.
Первым, чего добилась медикализация, было признание, что сами понятия «здоровья и болезни» относительны. Единых критериев «здоровья и болезни» нет и быть не может.
Тысячелетний опыт и элементарное здравомыслие не принимались в расчет, потому что в новом миропорядке становилось всё относительным. Обязательным становилось введение новых требований к взаимодействию личности с её телом, которые всё боле воспринимались как два разные субъекта.
Немногим известно, что борьба и повсеместное введение моратория на смертную казнь, исходит не из соображений гуманизма, а из принципа двойной субъектности человека. Поэтому нельзя убивать виновную личность и при этом уничтожать ни в чём не повинное тело. Напрашивается аналогия о том, что человеческой личности не в полной мере принадлежит её плоть и кровь, а она лишь её временно использует, вроде паразита.
С начала 1970-х годов в образовательный курс вводятся обязательные предметы по взаимоотношению с собственным телом, включающим не столько гигиенические, сколько поведенческие и ценностные установки. Вскоре, многие из этих просветительных и практических аспектов будут привнесены в корпоративную и профессиональную субкультуры. Таким образом, вводятся запреты и ограничения на полное и безоговорочное право человека самостоятельно распоряжаться собственным телом.
Отныне за любые действия и манипуляции с собственным телом вне рамок дозволенного и одобренного – следуют немедленные санкции и наказание.
Темы здоровья и болезни, нормы и патологии обрушиваются на общественное сознание как идеальный шторм и по теории хаоса начинают самовоспроизводиться как вирус с неконтролируемой скоростью и неконтролируемым охватом.
Медикализация проводит своё наступление тотально. От бесчисленных ток-шоу до ведущих СМИ. От массовой культуры, модной публицистики до научных исследований. От официального пересмотра правил лечения, профилактики и гигиены до предметного включения в систему образование. Благими намерениями…
Именно в эти годы американский педиатр Роберт Мендельсон, представитель гиппократовской «медицины жизни», не сможет поступиться принципами и промолчать ради своей высокой должности и обеспеченной жизни:
«Современная Медицина процветает на болезни, а не на здоровье. Чем больше людей пугают всякими болезнями, которые находятся «где-то рядом» и выжидают удобного момента, чтобы наугад поразить людей… Если вы верите в Современную Медицину – значит, вы на самом деле думаете, что не стоит ожидать
Искренний и честный врач, верно проанализировал «смену вех» и превращение научной медицины в медицинский культ с характерным набором атрибутов: возложение вины на пациента, полного отрицания собственной инициативы больного в лечении, требования безоговорочно следовать предписаниям при непредставлении гарантий результата, тотальное психологическое давление, запугивание, принуждение…
Современные концепции здоровья, внедряемые с 90-х годов XX века, исходит из положения «баланса» и «адаптации». Первая подразумевает «состояния равновесия между потенциалом здоровья и запросом», вторая – «способность к адаптации себя к условиям среды». То есть самого понятия здоровья в его изначальном виде, нет как такового: ели ты можешь функционировать и приспосабливаться, то означает, что ты здоров: «И если очень заболит радикулит: иди работай, пусть болит – не инвалид!»
Следуя новой логике медикализации, которая и не собирается учитывать прежнее понимание здоровья, началось выделение разных типов здоровья, «исходя из его носителей». К организмам разных социальных и возрастных групп стали предъявляться разные требования, соответственно и применяться неодинаковые способы лечения.
Таким образом, общество снова расслаивается на групповую и кастовую систему, которая на нижних этажах социума работает по принципу «нужный – не нужный». Исходящая из «оценки полезности носителя» так называемая «метрия здоровья», открывает двери к невиданной сегрегации, при которой жизнь человека напрямую проистекает от его профессионального, социального или возрастного статуса.
Человеку, живущему в эпоху медикализации, системно проводят повреждение «мозговой машины», по крайней мере, стремятся организовать её сбой. Расщепление сознания, несмотря на всё разнообразие методов, построено на принципах когнитивного принуждения, как это описано у Булгакова. У потенциальных жертв, до самого конца, до отрезанной головы или психиатрического диагноза, будет сохраняться иллюзия контроля происходящего…
Как известно, что болезнь не появляется внезапно, ей всегда предшествуют некоторые симптомы. Даже перед банальной простудой человек обычно чувствует лёгкое недомогание, ломоту в суставах, упадок сил, раздражение в глазах. Скрытый, едва различимый по симптомам период называется предболезнью.
Едва заметив первые симптомы, человек умудрённый опытом начинает предпринимать определённые меры, чтобы максимально активизировать резервы организма и помочь иммунной системе справиться или хотя бы облегчить течение заболевания. Кто-то идёт париться в баню и включает в рацион лук и чеснок, кто-то заваривает травы и налегает на мёд с малиновым варением, кто-то пьёт имуномодуляторы и разнообразные таблетки на свой вкус.
Объединяет всех этих людей одно – психологическое состояние предболезни, которое характеризуется повышенной тревогой за своё здоровье. Не случайно в дни эпидемий цены на чеснок стремительно растут, а в аптеках выстраиваются очереди из совершенно здоровых людей.
Этот феномен хорошо проанализирован социальной психологией и успешно используется как в методах управления, так и рекламы. Если массовое беспокойство становится самой важной эмоцией для большой группы общества, то безопасность тут же превращается в самый востребованный товар для всех.
Главная идеологическая задача медикализации – удерживать как можно большее число людей в состоянии предболезни, осознаваемой угрозы обвала организма по принципу домино. Умышленно создаётся дополнительная эмоциональная нагрузка, постоянно действующий раздражитель, направленный на системное раскачивание нервной системы, которое проявляется в неврозах и физиологических сбоях.
Круг замкнут – запущенный в сознание информационный паразит приводит в действие механизм, который заставляет организм стремительно деградировать и разрушаться. Об этом недвусмысленно писал Мендельсон на заре всеобщей медикализации:
«Мы уже убедились, каким бедствием стала лечебная медицина, но так называемая профилактическая медицина еще опаснее. На деле профилактическая медицина является локомотивом Современной Медицины в ее стремлении к власти ценой наших жизней. Не секрет, что жаждущие власти структуры, включая правительства, могут безнаказанно наносить увечья, прячась за намерение предотвратить несчастья… Профилактика – это столь опасный брэнд, что нам стоит избегать самого этого термина. Нет ничего плохого в самой идее того, что люди должны заботиться себе, чтобы не заболеть, но концепция профилактики Современной Медицины, как вы можете догадаться, весьма далека от этого. Прежде всего, Современная Медицина не идентифицирует себя со здоровьем. Большинство врачей не знает, как описать здорового человека. С вами всегда будет что-нибудь
Исследования показали, что находящийся в состоянии предболезни человек, более подвержен суггестии, у него существенно снижены воля, инициативность, уровень личных притязаний.
Человек в состоянии хронической предболезни склонен к конформизму настолько, что не станет отстаивать свои принципы и убеждения, если не задеты его конкретные интересы. Он вообще начинает мыслить «мелочными категориями» текущего момента. Про такой образ жизни раньше говорили: «Он не живёт, а существует».
Идеальный информационный шторм капля за каплей заполняет предболезнью каждого. Сознание до краёв заполнено сюжетами про стремительный рост заболевших, грядущих эпидемиях, необходимости срочных профилактических мер… Агентов предболезни много, число им «легион». Рано или поздно они сделают своё дело: прогрызут, прогноят, пробурят борта лодки вашего здоровья, оставляя в опасных и безжалостных водах недуга…
Глава 22. Жернова разума
Подбирая ключи к познанию истины французский философ, математик, механик и физиолог Рене Декарт неожиданно находит универсальный принцип, способный объяснить всё.
В трактате «Первоначало философии» 1644 года он с восхищением напишет: «Я мыслю, следовательно существую, – есть первое и вернейшее из всех познаний». Этими словами навсегда заканчивается мировоззрение Средневековой эпохи с его единством «мысли и плоти», и открываются врата дуалистического Нового времени. Период, потребовавший переосмысление всего, почему Декарт призывал «определять значение слов», играющих роли рычагов в мыслительном процессе.
Неудивительно, что особенный интерес у Декарта вызывает устройство головного мозга, который им определяется «вместилищем мыслей».
В рациональном мире мозг предстаёт сложнейшим механизмом, обеспечивающим согласованную работу всего прибора – человеческого организма, воспринимаемого подобием часов. Впрочем, и сам мозг так же является всего лишь инструментом души, которая входит в контакт с телом посредством шишковидной железы: эпифиза или «третьего глаза», мало изученного небольшого образования.
В представлении Декарта человек состоит из двух взаимосвязанных субстанций: тела, проявляющегося в начале физическом и мыслящей души, отвечающей за рассудок и духовную сферу.
Тело воздействует на душу посредством раздражителей из внешнего мира – рефлексов, душа влияет на тело с помощью мышления. Особую роль в их взаимосвязи и взаимодействия играют эмоции, которые являются своеобразным мостом, переброшенным от одной субстанции к другой.
Таким образом, Декарт впервые открыл важнейший принцип работы психофизиологии, связав психические процессы с работой Центральной Нервной Системы и физиологией всего организма…
Удивительным образом дуалистические представления воплотились в самой популярной забаве того времени, представляющей собой механизм в механизме, или неожиданно выпрыгивающего чёрта из музыкальной шкатулки.
Эта потеха не только отразила миропонимание эпохи, но и раздирающие его противоречия. Задала главный онтологический вопрос бытия: почему рядом с божественно чистой душой непременно гнездится дьявол?
Одни проблему «грешной святости или святого греха» объясняли врождённой нечистотой тела. Другие видели проблему в уязвимой природе эмоций, через слабость которых змей сумел совратить невинных Адама и Еву. Третьи утверждали, что во всём виноват разум, поскольку имеет свойство склоняться к самоуверенности, самодостаточности и гордыне, оттого перерождается так же, как трансформировались в демонов падшие ангелы.
Декарт отметил ещё одно важное свойство работы мозга, которое оценить сумели только со временем развития нейрофизиологии. Заключается оно в том, личность характеризует не весь мозг, а лишь некоторая и весьма небольшая его часть. Остальные же объёмные отделы имеют свои определённые функции, в известной степени уподобляясь механическому пианино.
Наше мышление, и нашу личность, в определяет и контролирует кора головного мозга – тончайший слой серого вещества в 2-4 миллиметра, в которой находится всего 10 миллиардов нейронов против общего количества в 100 миллиардов.
Самой важной частью коры являются лобные доли, составляющие примерно 1/5 часть. Они представляют очень небольшой «привилегированный слой», элиту из элит – аристократию и тайных правителей человеческого микрокосма.
Только им доступны высшие проявления мысли: чёткий логический строй и понимание абстракции, тайнопись игры смыслов и художественная красота иносказательности, наконец, символическое восприятие мира и неожиданная лёгкость юмора.
Известно, что работу мозга, да и всю нашу психофизиологию, во многом определяет вторая сигнальная система, то есть слово во всех его формах. Не случайно академик Павлов любил повторять: «Слово сделало нас людьми».
Воспринятое слово как по цепочке распространяется нервными импульсами от одного участка мозга к другому, становясь рекомендациями, командами и директивами, влияющими на протекание физиологических процессов и даже производящими настройку всего организма.
Проблема состоит в том, что кроме лобных участков и частично коры, остальные части и отделы нашего мозга далеко не сообщество аристократов, философов, учёных и шутников. В своём большинстве они клерки и работяги, полицейские держиморды и лишённые воображения технари, которые совсем не воспринимают отвлечённых идей и юмора. Они честно и эффективно отрабатывают свой хлеб, понимая «верхи» на свой манер: прямолинейно и без изысков.
Когда серые клеточки говорят: «Да чтоб я сдох!», «Я болен, смертельно и безнадёжно…» или «Умираю от наслаждения…» – они вполне осознают несерьёзность этих заявлений, подобный дурашливый тон их вполне подбадривает и веселит.
В то же самое время «низы» воспринимают эти посылы как прямую угрозу или с недоумением, принимаясь на свой лад формулировать вечные вопросы: «Кто виноват?» и «Что делать?»
Разные отделы мозга могут друг друга понимать, оценивать и передавать смысл информационного сообщения «сверху» примерно как же, как сообщаются медсестра и участковый, сантехник и повар. В чём-то их реакция и действия будут согласованы, в чём-то нет, но в целом информация будет искажаться, становиться путанее и фрагментарнее. Энергетический импульс потеряет направленность, искажая задачи нервной системы. Неправильная команда «по цепочке» превратится в критическую ошибку в конкретном пункте своего назначения.
Если это послание было эмоционально слабым, то есть обладало малой нервной энергией, то оно заглохнет «в барской кухне и дворницкой», но вот если раздражитель был сильным и продолжительным, тогда в работе мозга может наступить настоящий сбой и он потеряет стабильность.
Возникает своеобразное подобие предреволюционной ситуации, при которой «верхи не могут управлять, а низы не хотят жить по-прежнему». В народе о таком состоянии говорят: «Мозги заклинили» или «шарики за ролики заехали…»
Часто такая проблема не требует специального лечения, разрешается успокоительными и продолжительным отдыхом, общим расслаблением и умиротворением. Схожий случай замечательно описан Булгаковым в эпизоде помешательства Ивана Бездомного:
«Ну хорошо. Только не напрягайте мозг… Вам здесь помогут… Вы слышите меня?.. Вам здесь помогут… вам здесь помогут… Вы получите облегчение. Здесь тихо, все спокойно. Вам здесь помогут… Да, и кислород попробуйте… и ванны…»
Настоящая проблема возникает в том случае, когда не разрешенный кризис из острой фазы переходит в хроническую. Тогда начинается систематическое расшатывание не только психической адекватности, но и запрограммированной Природой физиологической целесообразности работы всего организма. Особенно стремительная трансформация происходит в пубертатном возрасте, при слабой конституции нервной системы, систематических перегрузках, хронических заболеваниях, так же неполноценном отдыхе и питании.
Когнитивный кризис, в широком понимании, ситуация при которой информация входит между собой в ценностное противоречие и самоопровержение, процесс «глубинного непонимания» друг друга разных отделов мозга. Критическое состояние, когда сигналы от одного отдела к другому неверно передаются, неправильно интерпретируются или даже сознательно искажаются. Отдельные отделы мозга начинают вести себя по отношению к целому враждебно, как чужеродный организм.
Индивид, пребывающий в таком состоянии, меняется на глазах и психологически, и физиологически. Человек полностью психически вменяем, но при определённых когнитивно-ценностных ситуациях в его психических реакциях могут проявляться черты острого параноидального бреда или психоза.
Не смотря на внешнюю способность рассуждать последовательно и логически, мозг не способен «охватить и увидеть целое», понять подлинные причинно-следственные связи. Говоря проще: воспринимать действительность и понимать реальное положение вещей.
До человека в подобном состоянии невозможно «достучаться» никакими доводами. Любые приводимые аргументы и факты будут бесполезны не в силу особой «упёртости», «вредности» или «стремления действовать назло и во вред», а из-за неспособности мозга правильно воспринять и интерпретировать информацию.
Любая вносимая извне когнитивная система (система убеждений) будет вызывать своеобразную «психическую интоксикацию», потому что в «расщеплённом мозге» часть его стала изощрённым врагом самому себе.
Образовавшиеся новые нейронные связи действуют как настоящие коллаборационисты и сепаратисты – они «воспринимают, одобряют и поддерживают» исключительно наносящее вред целостности личности. Их совершенно не пугает ни понижение социального статуса, ни возможные страдания, ни сама смерть. Подобное расщеплённое состояние искусственно вызывают у неофитов тоталитарных сект или жертв «промывки мозгов» вроде групп смерти. Так же его можно наблюдать у больных анарексией и даже у игроманов.
Чем дольше человек находится в ситуации искусственно вызванной шизофрении – тем катастрофичнее будут последствия. Психическое расщепление подобно жерновам, перемалывающим зёрна, имевшие потенциал возобновляемой жизни.
Прежние, сформированные естественным ходом жизни нейронные связи и взаимодействия отделов головного мозга нарушаются, заменяются новыми, искусственно сформированными, оттого пригодными исключительно к текущей ситуации.
Очевидным последствием психического расщепления и самосаботажа работы мозга, является психофизическая деформация личности. Внешне человек может казаться вполне адекватным, но стоит с ним заговорить, как на ум приходит поговорка: «с виду жеребец, да по сути мерин…»
Наблюдения за бывшими адептами тоталитарных сект (как и представители течений, трансформирующих личность) показали, что подавляющее большинство не способно вернуться к полноценной жизни. Заново встроиться в систему здоровых и многоуровневых социальных взаимоотношений практически невозможно.
Психофизиология людей, подвергшихся извне деформации или модернизации сознания, бывает разрушена. В лучшем случае «руины» возможно отремонтировать и надстроить. Внешне такой человек может выглядеть вполне стабильным, эмоциональным, «нормальным». Как вполне выглядит здоровым лишённый нерва зуб на штифте, на 2/3 состоящий из стоматологических композитов.
Время всеобщей медикализации, отвергающее понятие здоровья, живёт под девизом: «Видимость – всё, сущность - ничто». Действительно, какая разница из чего у человека скроены губы, груди и ягодицы? Какая, в сущности, разница, что находится у медийного лица в его черепной коробке? Всё излечит время R.I.P.
Глава 23. Живи быстро
Жизнь человека, как существа разумного, состоит в непрерывном обновлении эмоций и создании новых смыслов.
Три источника определяют её содержание: особенности культурно-исторической среды, актуальная информация и фундаментальные, генетически обусловленные психофизиологические особенности организма. Поэтому личность следует понимать не как совокупность характеристик, а как живой динамический процесс. Об этом совершенно точно писал родоначальник диалектики Гераклит Эфесский: «Наши тела и наши души текут, как ручьи, и вечно обновляются, как вода в потоке».
Сочетание трёх факторов: доминирующей информации, социальной среды и генетических особенностей создают и поддерживают определённый образ жизни.
Это происходит помимо субъективной направленности человека и не подвластно его контролю. Каких бы ценностей и взглядов он ни придерживался, какими бы ни были его высшие или обыденные устремления и цели, он всё равно является детищем своего времени и порождением своей особенной социальной среды. Даже если сознательно их отвергает и энергично противостоит своему окружению.
Подверженный постоянным изменениям, скроенный из сиюминутных моментов, колеблемый временем, человек, как тростинка на ветру, только и может, что мечтать и грезить о Вечности…
Мечту о вечном, незыблем, постоянном можно охарактеризовать как генетически обусловленную метапотребность. Её источником является базовый инстинкт самосохранения, который без преувеличения можно охарактеризовать как «самосознание ДНК».
Поэтому человеческая «метапотребность в вечности» становится важным объектом информационного воздействия. Для этого манипуляторы побуждают человека руководствоваться понятиями «постоянного и непреходящего» применительно к текущему моменту.
С помощью длительного воздействия на когнитивную сферу происходит формирование ценностных и поведенческих установок, которые становятся действенными рычагами управления сознанием. Человек поступает согласно внедрённым в сознание когнитивным схемам, вопреки собственным интересам.
Для того чтобы перекодировать склад мышления и поведенческие стереотипы, агрессивная суггестия, или «промывка мозгов», должна обязательно учитывать три составляющих образа жизни человека и сообщества, к которому он принадлежит. Так возникает искусственно выращенное поколение, которое не понимают предшественники и которому совершенно чужды последующие поколения.
Подобные «потерянные люди», ставшие заложниками исторических обстоятельств или, подобно гомункулу, выращенные в «информационной реторте», хорошо изучены и описаны в специальной литературе. На микро социальном уровне они представлены в различных субкультурах, тоталитарных сектах, девиантных сообществах «по интересам».
Понимание как сиюминутного, конъюнктурного, направленного на обслуживание чужих и чуждых интересов любого навязываемого порядка вещей – вот первый шаг, предотвращающий произвольное расщепление сознания, преграда на пути информационного вирусного хаоса. Базовый уровень защиты от внедрения в вашу психофизиологию вредоносных когнитивных схем и матриц.
Здесь уместно вспомнить автора нашумевшей «Римской истории» Теодора Моммзена, который не уставал повторять универсальный принцип прогнозирования будущего: «Мировые события, идя на землю, бросают вперед свои тени». По очертаниям и динамике приближающихся «смысловых и событийных теней», человек, обладающий незашоренным взглядом, может понять чему суждено быть и к чему надлежит готовиться. Этот закон предсказывания будущего до сих пор остаётся самым точным и достоверным.
Как в древности пророки призывали постигать грядущее посредством знамений, так в сегодняшнем дне можно отчётливо видеть завтрашний и послезавтрашний день по самым длинным и мрачным информационным теням…
Начавшись эстетически утончённым и болезненно эротизированным XX век, очень быстро изменил вектор своего развития и в полной мере проявился в беспрецедентном насилии, массовых убийствах и сломе традиционного политического и социально-бытового уклада.
После «идеального исторического шторма» – окончания Первой мировой войны, Зигмунд Фрейд, переосмысливает либидо как главную энергетическую силу организма.
Основатель психоанализа приходит к выводу, что главным и естественным влечением, находящимся «по ту сторону удовольствия», является стремление к смерти. Бессознательное желание возвратиться из вторичного, органического состояния, в состояние исходное – неорганику. Если смысл и назначение жизни – смерть, то болезнь и сопутствующие ей страдания –удовольствие глубинное, подлинное. Полнота либидо…
Половой вопрос является основополагающим не только с биологической точки зрения, он выступает ключевым и всех фундаментальных правил человеческой жизни: религии, культуры, науки, политики. Не случайно религиозный философ Василий Розанов отмечал: «Связь пола с Богом – большая, чем связь ума с Богом, даже чем связь совести с Богом».
Исходя из современной реальности, можно творчески развить его мысль: «Связь пола с властью – большая, чем связь ума с властью, даже чем связь совести с властью…»
В 1949 году, в проходном фильме «Стучись в любую дверь», прозвучала фраза, спустя годы ставшая девизом нескольких поколений: «Живи быстро, умри молодым, оставь красивый труп».
Этот фильм, в чреде себе подобных, был своеобразной шестерёнкой в запущенном после окончания Второй мировой войны механизме всеобщей переоценки ценностей. Темы разочарования, отчуждения, озлобленности предшествовали первой ступени расщепления индивидуального сознания – сексуальной революции.
Витавшие в специфических кругах идеи «секса, как содержания жизни» Вильгельма Райха и Герберта Маркузе стали усиленно внедряться в информационное поле. Сексуальная революция стала стремительно захватывать людские умы, превращаясь в важнейший фактор массового сознания. В соответствии с теорией хаоса, по аналогии с распространением раковой опухоли…
В 1956 году в США выходит книга социолога Питирима Сорокина «Американская сексуальная революция». Умудрённый опытом социальных революций и гражданской войны, русский интеллигент по первым симптомам прогнозирует последствия от «всеобщей одержимости сексом миллионов индивидов, действующих по собственной инициативе».
Проанализировав «обширный эмпирический и логический материал», Питирим Сорокин сравнивает искусственно нагнетаемую сексуальность с идеальной взрывчаткой, способной взорвать фундаментальные основы личной и общественной жизни:
«Когда беспорядочная сексуальная жизнь распространяется на большую часть членов общества, то начинается рост психических заболеваний, эмоциональных бурь и кризисов, паралича воли. Из-за паралича воли возрастает неспособность общества контролировать биологические и эмоциональные побуждения, противостоять искушениям плоти, материального богатства и комфорта, обуздывать жажду власти, выполнять тяжелые обязанности и идти на необходимые жертвы, определять свой исторический путь и следовать ему. Из самоопределяющейся и самоконтролирующейся общности общество вырождается в нечто, пассивно плывущее вниз по течению до самого края исторической Ниагары. Эмоциональная неустойчивость проявляется в слишком частых эпидемиях бурных страстей и смены настроений, которые вспыхивают и гаснут без особых причин и которые постоянно нарушают душевное спокойствие общества и ощущение безопасности. Незначительные и даже воображаемые события ввергают его в состояние то самой дикой радости и самовосхищения, то тревоги и страха; то делают его гневным и воинственным, то любезным и мирным. В один момент оно чувствует себя счастливым и гордым, а в другой – несчастным и отчаявшимся. За одну ночь хрипящий певец или третьеразрядный пианист становится его героем. На следующей неделе поражение спортивной команды в международных соревнованиях вызывает волну депрессии и даже пробуждает воинственные чувства по отношению к победителям…
Такое общество живет в состоянии непрерывного возбуждения и редко наслаждается самообладанием, внутренним покоем и стабильностью общественного строя. Каждый эмоциональный ураган оставляет после себя свою долю жертв: самоубийц, убитых, раненых, преступников, людей, получивших нервное расстройство, потерявших рассудок, наполненных ненавистью. Наряду с параличом воли эти потрясения и сопровождающие их беспорядки ослабляют общество и делают его легкой добычей врагов. Сопутствующее нарушение интеллектуальных и познавательных процессов проявляется не только в увеличении случаев психозов и неврозов, но и в более широком помрачении общественного сознания и нарушении мышления у членов группы. Подобно испорченной камере, органы восприятия сообщества начинают отражать людей, объекты и события в искаженном виде. Некоторые реальные вещи они вообще перестают воспринимать, в то же время многие незначительные явления и некоторые иллюзии и заблуждения видятся им как гигантские и важные. Спецслужбы и их сотрудники принимают настоящего врага за друга, а настоящего друга — за врага. Они видят заговоры, подрывные действия и опасности там, где их нет, но не видят истинных угроз вокруг себя. «Перекошенное» восприятие мира в одержимом сексом сообществе создает мир теней. Представления и мнения о том, «что есть что», все больше искажаются. Суждения становятся все менее логичными. Ценности и вкусы становятся вульгарными, а нормы вырождаются в ложную «меру всех ценностей». Общество все больше и больше погружается в фантастический мир призраков и миражей, во вселенную фальшивок, ложных знаний и причудливых верований. Такое психическое состояние не позволяет обществу адекватно и успешно реагировать на неисчислимые собственные потребности и вызовы окружения. Оно все больше становится несостоятельным как внешне, так и внутренне. Его трудности умножаются и болезненная дезорганизация возрастает до тех пор, пока оно не возьмется судорожно исправлять трудную и опасную ситуацию различными отчаянными мерами. Оно пытается найти выход путем радикальных экономических перестроек, таких как национализация или денационализация собственности; равное или чрезвычайно неравное распределение доходов и расходов; государственный или полный частный контроль производства. Или оно может связать свои надежды с радикальными политическими изменениями: от монархии к республиканизму или наоборот, от автократии к олигархии или наоборот, и т. д. Эти отчаянные средства редко, если вообще когда-нибудь, улучшают ситуацию. Они могут скорее усугубить, чем ослабить кризис…»
Важным последствием «вездесущих сексуальных раздражителей» Сорокин считает невероятное ускорение человеческой жизни, при постоянном падении эмоционального качества и показателей физического здоровья. Стоит ли удивляться, что именно в годы разгара сексуальной революции Всемирная Организация Здравоохранения в спешном порядке переосмысливает содержание и назначение здоровья личности?
Сексуальная революция – идеальное средство для перестройки сознания социума в целом, потому что трансформирует самые прочные и естественные человеческие связи:
1. Вызывает кризис в отношениях между мужчиной и женщиной, формируя неспособность к совместной жизни.
2. Разрушает родовые и семейные ценности, приводит к нарушениям детско-родительских взаимоотношений.
3. Возрастающая распущенность порождает цинизм и нигилизм в «субъект – субъектных» отношениях, формирует хищнический и паразитический тип социального поведения.
4. Интересам и ценностям сексуального подчиняются все сферы человеческой деятельности: культура, наука, политика и даже религия. Возникает новая цензура со своими карательными органами, ограничивающими свободы и права.
5. Происходит глобальная трансформация этических, морально-нравственных и религиозных норм. Наступают времена «моральной шизофрении», которые закрепляют новые правила жизни на законодательном уровне. Всеобщее увлечение сексуальным становится основополагающим правилом массового сознания, культуры, политики и права.
Сексуальное раскрепощение и перевозбуждение входит в принципиальный конфликт с базовыми системами психофизиологии. Со временем нервная система будет перегружена и истощена, организм станет неправильно функционировать, а психика давать сбои, проявляющиеся чаще всего в депрессивных и суицидальных состояниях.
«Избыточная сексуальность является одним из главных источников неврозов и функциональных психозов. Психические расстройства могут быть вызваны хроническим и чрезмерным употреблением алкоголя, которое обычно сопровождает распущенность, или сифилисом и другими венерическими заболеваниями, приобретаемым благодаря внебрачным связям. Однако еще более важны психические расстройства, непосредственно вызванные распутством. Конституциональные факторы играют значительную роль в развитии маниакально-депрессивного, шизофренического или параноидального психозов, вызванных сексуальными излишествами, Более того, глубокие внутренние конфликты, сильные эмоции, постоянные психические нагрузки и потрясения являются результатом полного несовпадения биологических импульсов, эмоций, желаний развратников с идеями, моральными заповедями и социальными ценностями… Даже человеку, имеющему здоровое тело, крепкие нервы и целостную личность, придется мобилизовать все свои ресурсы для того, чтобы успешно выдержать такие большие нагрузки. Ослабленное физическое, эмоциональное и духовное состояние любителя секса обычно делает его неспособным противостоять им, и в конечном счете он ломается под их тяжестью. В итоге он зачастую становится психоневротиком или кончает жизнь самоубийством…»
Механизм запуска саморазрушения состоит в том, что вслед за деструктивными взглядами и поведением происходит определённая «подстройка» всех физиологических функций.
Организму как системе, прошедшему тысячелетний «генетический путь», безразличны любые разговоры «о широте взглядов». Он работает именно так, как изначально запрограммирован и создан. Выгоревшие дотла индивиды, социальные группы и целые поколения сексуальной революции 1960-80х годов – бесспорное тому подтверждение.
Глава 24. Жертва среднего возраста
Кризис означает противоречия, приведшие в тупик, состояние, в котором прежние ценности, цели и средства не способны ни удовлетворить базовые потребности, ни адекватно разрешить насущные противоречия.
В философском смысле кризис можно описать как девальвацию и потерю смыслов и ориентиров, эмоциональный и когнитивный тупик.
В медицинском аспекте кризис определяется как критическое и переломное состояние, которое ведет либо к выздоровлению, либо к угасанию пациента.
Кризис среднего возраста, продолжающийся с 33 до 40 лет, относится к так называемым «нормативным», то есть возникшим по естественным причинам, связанным с биологическими изменениями организма и корректировкой психических процессов, составляющих личность человека.
Он не является результатом неврастенирующих или травмирующих факторов, поэтому его нельзя ни предотвратить, ни избежать.
Между тем кризис среднего возраста – не только самый продолжительный по времени, но и самый фундаментальный, производящий всеобщую переоценку сложившихся функционирующих систем, прежде всего гормональных и психологических.
Кризис среднего возраста приводит к системным психофизиологическим, социальным и ценностным изменениям. Войдя в него одним человеком, можно выйти совершенно другим и физически, и психически. С полностью трансформированным мировоззрением. Из всех «нормативных» кризисов, только его можно охарактеризовать «идеальным».
Первым системным конфликтом личности внутри «кризиса среднего возраста» становится осознание иллюзорности контроля и управления своей жизнью.
Суммированные противоречия и диспропорции уже не позволяют объяснять своё существование оптимистическими и ли самоуверенными категориями, как это было в кризисе подростковом.
На вопрос: «Кто же управляет жизнью человеческой и всем вообще распорядком на земле?», индивид уже не в силах искренне и бодро рапортовать: «Сам человек и управляет».
Нет ни прежней ясности, ни лёгкости бытия. Время, ранее наполнявшее тело силами и соками, желаниями и страстями, начинает просачиваться и утекать сквозь кожу – даже неисправимый оптимист ощущает процесс физически.
Вместе с процессом окончания физического и умственного развития происходит стремительное обесценивание личности как таковой. Особенно если она не принадлежит к избранным сословиям и социально привилегированным группам.
В новой цивилизации и новой реальности «тела как идеального товара», жизненный опыт, моральные качества, знания и навыки не имеют даже третьесортного значения. Достаточно вспомнить судьбы не интегрированных «в новый дивный мир» властителей дум и покорителей сердец прошлого: никому не нужных поэтов и художников, забытых режиссёров и философов, выброшенных на свалку актёров и певцов.
Список можно пополнять бесконечно людьми всех творческих и земных профессий, которых реальность недвусмысленно оценила и наглядно продемонстрировала их «нулевую» социальную ценность и значимость.
Итогом первого системного конфликта будет нарастающее чувство беспокойства.
Вторым системным конфликтом становится общее ухудшение самочувствия.
Оно может возникать спонтанно или наблюдаться волнообразно. Переходящий на другой «возрастной режим работы» организм, начинает давать систематические сбои, обостряя хронические и в полной мере проявляя наследственные заболевания. Вдобавок ко всему изменяется общий гормональный фон и скорость обмена веществ, что приводит к стремительным переменам в его внешности.
В большинстве это не банальный набор лишних 5-10 килограмм, а проблемы с работой щитовидной железы, функционированием отделов мозга и Вегетативной Нервной Системы. В перманентном кризисе протекает работа всех внутренних органов, желёз, лимфатических и кровеносных сосудов. Наступает время хронического изменения и нарушения гомеостаза, то есть саморегуляции организма.
Стоит отметить, что поддерживающие гомеостаз отделы Вегетативной Нервной Системы контролируются корой головного мозга, искусственно «расщеплённое» состояние которой провоцирует сбои и усиливает негативные последствия органической перестройки организма.
Сегодня это проявляется в эпидемическом росте инфарктов, инсультов и операций на щитовидной железе у «тридцатилетних». Важнейшим показателем психофизического неблагополучия выступает повсеместно распространённый «синдром хронической усталости».
Итогом второго системного конфликта становится периодически обостряющееся чувство страха за своё здоровье и будущее.
Третий системный конфликт определяется как мировоззренческий или когнитивный.
В это время происходит «переоценка жизненных ценностей», подвергаются ревизии ожидания и установки, представления и убеждения, что неизбежно приводит к изменению собственной «Я – концепции». Человек не только утрачивает эмоционально-значимую связь с прошлым, он и сам становится другим, «чужим самому себе».
Иногда за годы кризиса внешность претерпевает настолько существенные изменения, что с фотографии на паспорте смотрит «посторонний человек».
В этот жизненный цикл человек особенно неустойчив. Часто он вынужден заново выбирать свой жизненный путь. Поэтому манипулировать и управлять им проще, чем даже подростком. К нему в большой степени применимо высказывание Ницше: «Падающего – подтолкни».
Ранее стабильный, «нормальный» человек может пуститься «во все тяжкие» или превратиться в ипохондрика, сочиняющего для себя список опасных заболеваний.
Переживая экзистенциальный кризис человек запросто разрывает связи с прошлым, кардинально меняет образ жизни, уходя часто в бессмысленные «духовные искания». Иногда он превращается в шагающего по головам карьериста, помешанного на здоровом образе жизни, бытовом комфорте и гедонизме.
Из всех проблемных возрастов, кризис среднего возраста делает индивида особенно когнитивно уязвимым, при сохранении видимой самоуверенности и успешности. В таком состоянии человек ведёт себя как «умный дурак», «немощный силач», «перспективный безнадёга».
Особая когнитивная уязвимость – тектонический разлом, по которому рушатся не только судьбы, но и сама жизнь. Поэтому, полноценно судить о личности можно только после определённого возрастного рубежа.
В прежних цивилизациях «души и разума» кризис не проходил столь болезненно и остро – ценность человека измерялась несколько иными критериями и по другим шкалам. Современная цивилизация, «цивилизация умирания», не просто обострила внутриличностные противоречия, а загнала человека в своеобразный когнитивный тупик. Привела к фатальной утрате онтологического понимания смысла жизни.
Чуткий и прозорливый врач Мендельсон справедливо называл медикализацию новой «религией смерти», где места нет здоровью, а болезням предоставлено раздолье.
Новое мировоззрение создаёт особый тип цивилизации, диктует свои права и правила, определяя все векторы смыслового, культурного и социально-политического развития. Современная тяга массискусства к зомби, вампирам и мертвякам совершенно недвусмысленна. Подобно кровавым доколумбовым цивилизациям она создаёт артефакты и запечатлевает сакральные послания.
Парадоксально, но мы живём в цивилизации смерти, как об этом свидетельствовал Питирим Сорокин:
«Современное искусство – преимущественно музей социальной и культурной патологии. Оно сконцентрировано в полицейских моргах, в убежищах преступников, на половых органах, оно действует главным образом на уровне социального дна. Если мы признаем, что это искусство правдиво изображает человеческое общество, то человек и его культура обязательно потеряют уважение… Искусство поношения и унижения человека подготавливает почву для своей же собственной гибели…»
Стоит ли удивляться, что у всех охваченных медикализацией народов происходит стремительное сокращение населения и увеличение распространённости психических патологий. Тогда как страны «Третьего мира» не только дают устойчивый прирост численности своих народностей, которые демонстрируют западному миру свою возрастающую «волю к жизни и волю к власти». Может быть, дело совсем не в технических аспектах здравоохранения, а в цивилизационных посланиях и смысловых кодах?
Современный человек кризиса среднего возраста уязвим в особенной степени из-за того, что с одной стороны, он излишне интеллектуально самоуверен, а с другой, у него обычно бывает мало по настоящему ценного жизненного опыта. Человек «сознания смартфона» является обладателем ограниченного кругозора и специфического способа мышления.
Самоуверенность неизменно приводит к ошибочности выводов о происходящем и отчуждению, изоляции от многомерности и вариативности мира. Специфичность жизненного опыта оборачивается иллюзорной корелляцией отдельных фактов и событий, на основании которых строится поведенческая стратегия.
В основе мировоззренческой концепции лежит односторонняя картина мира, из не проверенных, кажущихся, субъективных связей и закономерностей. В большой степени человек является заложником навязанных ему убеждений, пережитых травм. Типичным носителем шаблонов и стереотипов, сгенерированных окружением и средой.
Разрыв между ментальной восприятием действительности и реальностью усугубляется постоянным самоотчётом и оценкой своей актуальности и значимости.
Наступает время наиболее жёсткого внутреннего самоконтроля и дрессуры, посредством самостоятельно сконструированных, или перенятых у окружения правил (как нужно поступать), запретов (что делать нельзя) и директив (раздача самому себе команд). В своём стремлении контролировать жизнь человек прибегает к таким жестоким мерам, как самоподкрепление или самонаказание за каждый поступок.
Так молодые женщины изнуряют себя тренировками за каждое съеденное пирожное, а мужчины берутся за сверхурочную работу или ввязываются в рискованные проекты при падении уровня доходов.
Достигнутые подобными методами желаемые результаты будут кажущимися и всегда временными. На первых порах они отплатят психологической подавленностью, которая непременно отзовётся ухудшением самочувствия и общим деструктивным сдвигом физиологических процессов.
Недостаток опыта человека «кризиса среднего возраста» не позволяет увидеть ситуацию в целом и понять, что любые драконовские методы приведут в лучшем случае к неврозу. Системные психофизические расстройства выступят пусковым механизмом целого спектра функциональных заболеваний. Не случайно академик Павлов определял невроз как спровоцированное хроническое нарушение работы коры головного мозга.
В этом случае формируются негативные убеждения о себе самом, окружающих и о жизни в целом, складывается пессимистический взгляд на собственное будущее, создаётся устойчивое переживание неизбежного краха и тупика. Развёртывание негативного сценария происходит «по принципу Босха», с навязчивым ожиданием «потери рая» и «переходом в чистилище».
Всё отчётливее проступают тщательно маскируемые ощущения собственной беспомощности, второсортности, малозначимости, которые человек пытается компенсировать «подростковыми способами»: склонностью к чрезмерному раскрепощению, неоправданному риску, различным злоупотреблениям и авантюрам. Но чем глубже человек увязает в некорректных способах исправления своей жизни, тем отчётливее осознаёт, что он находится в заложниках у сил и процессов, над которыми он не властен.
Человек «кризиса среднего возраста» в полной мере ощущает всю ограниченность своих сил и отмеренного генетикой биологического ресурса, но ещё не понимает главного – что по объективной природе своего жизненного этапа является обладателем наиболее искажённой картины мира и уязвимой поведенческой стратегии. Зачастую сам выступает для себя главным недоброжелателем, подстрекателем, а иногда – и кровным врагом.
Глава 25. Разрушить себя модно
Изнаночная сторона медикализации – идеология саморазрушения, начавшаяся в 1960-х с отрицания традиционных ценностей отцов и матерей, предлагая поиска альтернативного счастья и смысла жизни под лозунгом «Sex, drugs and rock and roll».
Выращенного здоровыми родителями «бунтующего поколения» хватило относительно надолго. Перебесившись и переломавшись со временем, ещё не утратившее семейных связей большинство, смогло образумиться и вернуться к нормальной жизни. Однако, «жившее быстро» поколение несло в себе черты когнитивного и нравственного надлома, делающего безучастным к дальнейшим общественным трансформациям.
Психологические наблюдения свидетельствуют, что имеющий опыт морального нигилизма становится терпимым к нравственным деформациям окружения. Очень метким является народное название такого индивида, как «человека с гнильцой».
Такие люди не только не восстанут против явной несправедливости, но и не захотят отстаивать никакие моральные принципы, если их интересы напрямую не затронуты. Потому что им, попросту, всё равно. По инерции, они всё ещё пытаются самооправдаться, прикрываясь расхожими штампами: «У каждого своя правда» и «Сколько людей, столько и мнений».
Старея, они всё больше утрачивали черты целостного поколения, и в отличие от поколения прошедшего мировую войну, долгое время диктовавшее свои правила жизни, превратились в своеобразную «социальную замазку».
Последствием волны имморализма стало фронтальное разрушение семейных и межпоколенческих связей. Формирование реальности, когда близких по крови людей больше не объединяют ценностные смыслы, помогающие выживать и быть успешными.
Возникла ситуация, при которой разным поколениям неинтересно друг с другом, а подчас и нечего сказать «по душам». Семейный клан под одной крышей превратился даже не в коммунальную квартиру, а в хостел или зал ожидания…
Межпоколенческая отчуждённость разрушила положительную передачу традиций и жизненного опыта, но никак не сказалась на наследовании деструктивных «родимых пятен». Существует немало исследований, посвящённых «семейным девиациям» и наследственной трансляции криминального поведения.
Возведённый в абсолют лозунг «делай то, что тебе нужно», на деле приводит к утрате способности ценностного целеполагания. Подлинная свобода выбора существует при условии, если человек обладает системным, нестереотипированным мышлением и достаточным уровнем достоверной информации.
Подвергнутый массированной информационной обработке, индивид не вполне осознает, что ему нужно и чего он хочет. Следуя принципу социального заражения и подражания, он полностью находится во власти внедрённых в его сознание когнититивных схем и поведенческих стереотипов.
Такой человек мыслит, поступает и даже испытывает некую гамму эмоций в соответствии с активированным кодом: обращает своё внимание на специфические элементы, своеобразно их интерпретирует и в соответствии с этим строит своё поведение. Современные методы психологического воздействия подразумевают идеальное управление сознанием масс без видимого принуждения.
В своём большинстве поколения медикализации представляют собой девиантов, объединённых в субкультурные микрогруппы. В широком смысле слова девиант, это человек, сбившийся или сбитый с близкой ему социокультурной программы, маргинальная личность.
Девианта характеризует противоречивое стремление быть «не таким как все», и в то же время желание «оказаться в тренде».
Высокий уровень нервного напряжения и эмоциональной нагрузки он компенсирует внешними или внутренними манипуляциями с собственным телом. Агрессия и аутоагрессия позволяют почувствовать мнимую индивидуальность и значимость, пусть даже и «на пустом месте». Сделать ужасающую или обезображивающую татуировку – характерный способ агрессивной трансформации тела, открытое анатомирование психического перенапряжения. Сила и степень эмоциональной нагрузки и сбоев нервной системы воплощаются в отчаянном стремлении «достучаться до своих небес».
Кроме стереотипного социального подражательства, за массовой «синей болезнью» прослеживается психологическая дезадаптация, кризисное состояние функционирование нервной системы, не справляющейся с агрессивной средой.
Татуировка в таком случае выступает типичным проявлением психологической компенсации или восполнения недостающего. В какой-то мере её можно назвать «протезированием самосознания». Даже небольшой опыт «анатомирования» психических процессов позволит увидеть подлинный смысл татуировок по интенсивности и особенности набивания рисунков на теле.
Девиант всегда пребывает в состоянии искусственного разлада, психологической и физической предболезни, оттого выбирает немелодичную музыку с деструктивными текстами и полулюбительским исполнением, экшен и хорор фильмы, уродливые, противоестественные тенденции в моде и общественной жизни. Всё, что является созвучным внутреннему разладу его нервной системы, его психической предболезни.
Дезадаптация повышает в организме количество адреналина, ищущего своего применения в рискованном поведении, экстриме, «жажде ощущений», как к компенсирующему суррогату жизненной полноты. Человек охотно «подогревает» свои чувства соответствующей масскультурой, интересами и поведением, а ложь окружению и самому себе ещё в большей степени усугубляют проблему.
Стремящийся всеми силами избегать ответственности, он сам в себе выращивает наказание, которое в скором времени догонит его истощением нервной системы, многочисленными сбоями и функциональными расстройствами организма. Не случайно во время Босха одержимого страстями сравнивали с угодившей в паутину самонадеянной мухой …
Характерная черта девианта – оторванность от своих социальных, культурных и этнических корней. Обычно и презрительное отношение к среде, частью которой он является. Не принимая её ценностей, современный девиант видит смысл жизни в гедонизме, потреблении материальных благ и комфорте. Счастье и успех измеряются медийностью и деньгами. Девианта отличают отсутствие метапотребностей (того, что не купишь) – правды, совести, справедливости, чести, благородстве, милосердии…
Хорошо известно, что высшие потребности являются тончайшими регуляторами и настройщиками, соединяющими психические процессы с работой всей нервной системы. Их неразвитость, подавленность или отсутствие делают психофизиологию девианта особенно уязвимой в среде, стремительно изменяющей смысловые и моральные векторы развития.
Наличие в психике стержневых метапотребностей (правда, совесть, честь, гармония...) придают устойчивость не только психическим процессам, но и функционированию головного мозга. Исключи их из «ядерного цикла» Центральной Нервной Системы и получишь «Чернобыльский реактор» но своих плечах.
Поэтому девианты не только отравляют жизнь окружению, они смертельно опасны для самих себя: рискованное асоциальное поведение, употребление психоактивных веществ, участие в деструктивных субкультурах, склонность к суицидальному поведению.
Сбой и разлад в работе Центральной Нервной Системы является пусковым механизмом, активирующим дремлющие наследственные и дегенеративные заболевания.
Технология превращения человека в девианта проста и эффективна: вначале сознание подвергается информационной и эмоциональной перегрузке, что приводит к утрате или ослабеванию его критического контроля.
За незначительное время происходит «удаление» с последующим «переписыванием» особо важных разделов в коре головного мозга – вся наша память кодируется и записывается в нейронах на собственном «носителе». В голове человека прописывается виртуальный образ заданной новой реальности, по воле и замыслу программиста.
Принцип формирования новой реальности индивида состоит в общей подмене восприятия или искажённой интерпретации действительности. В этом случае мир для человека становится иным, альтернативным. В одной голове возникает не просто параллельная, а множественная реальность: желанная и неприемлемая. Поведение и психофизиология индивида также изменяются соответственно с той программой, определяющей его мировоззрение.
Таким образом, у разных групп людей формируется собственная действительность при совершенно несхожих картинах мира. Индивиды могут говорить на одном языке и совершенно не понимать друг друга.
Без внешнего вмешательства, «естественным образом» у них начинает формироваться взаимное неприятие, перерастающая в агрессию по идеологическому признаку. Одни девианты начинают ненавидеть и всячески вредить другим девиантам, носителям «неприемлемой» реальности.
Достаточно вспомнить агрессивные молодёжные группировки XX века: они калечили и убивали себе подобных, не имея на то никаких реальных поводов и интересов. В результате представители всех враждующих сторон оказались в одинаковом «тупике жизни». Мало кто из них понял, что они попали в когнитивные жернова, смысл которых заключён в самом процессе, а результат вообще не имеет значения.
Медикализация десятилетие за десятилетием усугубляет кризис идентичности: вначале культурной и национальной, затем возрастной, теперь и половой. На пороге – переосмысление человеческой сущности, под эгидой модного биохакинга.
Хорошо известно, что «новое – это хорошо забытое старое», и что «нет памяти о прежнем».
Успешные представители поколения 30-летних, а так же их менее удачливые подражатели, вползая в свой кризис среднего возраста, очень надеются при помощи «прокачивания организма» отсрочить время старения и прожить до 150 лет.
Они уже не помнят, что давным-давно в Америке жил чудо-мальчик, который беззаветно уповал на могущество пластической хирургии и силу лекарственных препаратов. Он любил спать в кислородной камере, придерживался здоровой диеты и усердно защищался от болезнетворных влияний окружающей среды. Будучи всемирным поп-идолом и миллионером, он публично обещал прожить до 150 лет, но умер в 50, представляя из себя физическую развалину…
Бесконечные новомодные диеты, в основе которых заложен принцип нарушения пищевого поведения и сбоя обменных процессов, системное применение лекарственных препаратов и биодобавок, психологические тренинги, переписывание образа жизни, вживление микрочипов, модификация ДНК – это вхождение в сферу неведомого, долгосрочные последствия которого убийственно предсказуемы. Природа не прощает не только вмешательства, но и непонимания себя. Она умеет ждать и мстить.
Кто помянет добрым словом этих безумных первопроходцев? Кто научится на их ошибках?
Никто их не вспомнит и печальный опыт никого и ничему не научит: так было, и так будет.
Во все времена самонадеянные девианты будут жить под старым девизом: «Живи быстро, умри молодым, оставь красивый труп…»
Глава 26. Старикам нет места
«Человек стареющий» – не просто уязвимая, но и неприемлемая возрастная категория в цивилизации «вечно молодого тела».
Согласно новой логике вещей, «человек стареющий» не должен совсем появляться на свет, потому что своим существованием нарушает смысловую и ценностную картину медикализованного мира. Он выступает вестником ставших неприемлемыми культурно-исторических традиций, воплощением изживаемого уклада.
Современность с пожилыми людьми не церемонится. Она сознательно и методично делает всё, чтобы они исчезли как вид.
Успевшие стать старушками дивы прошлого века в очередной раз перекраивают и утягивают свои лица, откачивают жир, тратят внушительные суммы на косметические процедуры, одеваются и ведут себя как старлетки. Обеспеченные старики старательно молодятся в специализированных клиниках, выбирают «синюю таблетку» и обрастают юными пассиями.
Остальным старикам и старухам, не сумевшим за долгую честную жизнь обзавестись капиталом, остаётся признать себя «уходящей натурой» и существовать, постоянно извиняясь за то, что зажились на земле…
Модель сживания со света стареющих людей отличается системностью и продуманностью. Она внедрена и охватывает все ключевые сферы, определяющие физическое, социальное и психологическое состояние стареющего человека.
Во-первых, для определённых возрастных групп создаётся фоновый психологический дискомфорт и прессинг. Всеобщая ситуация, в которой стареющий человек ощущает свою невостребованность и ненужность.
Если человек перешагнувший 45-летний рубеж, попытается устроиться на нормальную работу «с нуля» без связей и протекций, на него в лучшем случае посмотрят как на психически ненормального.
Жизненный и профессиональный опыт обесценен и обезличен. Совесть, честь, достоинство – качества невостребованные и нетерпимые. Поэтому «человек стареющий» психологически начинает деградировать и умирать как минимум за десятилетие до гипотетической пенсии. Можно наблюдать негласную, но де-факто существующую хорошо отлаженную систему дискриминации, и даже сегрегации по возрастному признаку.
Система так эффективно «перемалывает» человека, что он подсознательно желает смерти, чтобы избежать ещё больших унижений и страданий, которые готовит ему «гнусная действительность».
Во-вторых, организация сужения жизненного пространства и возможностей для манёвра.
Сегодня 35 летние считают себя «старыми» и начинают всерьёз опасаться за своё будущее, справедливо полагая, что у них в запасе остаётся максимум 10 лет для социально полноценной жизни. Поэтому человек уже не просто переживает «кризис среднего возраста» – попутно с ним он проходит «ускоренные курсы старения».
Результатом становятся затяжные неврозы, провоцирующие эпидемический рост сердечно-сосудистых и хронических заболеваний, а так же навязчивые мысли о скоротечных неизлечимых болезнях (онкология) и преждевременной смерти.
Кризис старения «эпохи медикализации» усугубляется общей сменой жизненной парадигмы.
Если в традиционных обществах старость безоговорочно воспринималась как этап почёта, уважения и заслуженного отдыха, то теперь все её атрибуты низведены до категорий, свойственных самым презираемым общественным группам. Связанные с возрастными изменениями слова и социальные значения, например, такие как «седина», «пенсия», «дом престарелых», вызывают бессознательное отвращение и страх.
Пожилой стал синонимом аутсайдера и лузера – человека фатально проигравшего жизни.
Искать рациональное объяснение в логике новой цивилизации так же бессмысленно, как доказывать людоеду о морально неприемлемой стороне каннибализма. Для него поедание собратьев и разумно, и хорошо с любой точки зрения. Потому что выбор «цивилизации смерти» – всегда тупиковый, оттого и абсурдный (постмодернистский) в истолковании любых причинно-следственных связей. Он выдвигает свои программы и лозунги, главный из которых: «Хочешь жить – не старей», противоречащий фундаментальному правилу бытия: «Всё течёт, всё изменяется…»
Три тысячи лет назад Екклесиаст так описал поступательное движение жизни: «Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем».
Если в те времена ближневосточная цивилизация приносила в жертву детей кровожадному демону Молоху, то сегодня постгуманистический мир технично сживает со света стариков.
Пожалуй, никто так честно и проникновенно не писал о современной цивилизации смерти, как «еретик», а может быть «пророк от медицины» врач Роберт Мендельсон:
«Дискриминация пожилых людей начинается с проклятия, которое гласит, что старики обязательно отстают в талантах и способностях, которые делают человека достойным членом общества… В конце жизни «неудобным» пациентам позволяют умереть или даже подталкивают к смерти… Врачи действительно помогают старикам убраться с дороги и умереть. Их отношение к старым людям и их проблемам доходит до приговора к медленной смерти. Такие выражения, как: «Вам просто нужно научиться с этим жить» или «А что вы хотели в ваши-то годы?», убеждают пожилого человека в том, что его проблем следовало ожидать. Как следствие, пожилые люди ожидают эти проблемы. И получают их. Так как врачи не допускают, что проблемы, обычно связанные с пожилым возрастом, не являются неизбежными и могут быть предотвращены или вылечены натуральными методами, пациент оказывается незащищенным перед целым строем паллиативных – и смертельных – лекарств. В культурах, еще не подпавших под смертельный морок Современной Медицины, люди доживают до пожилого возраста, полностью сохраняя свои способности. Но Современная Медицина помогает старикам стать недееспособными и вместо того, чтобы продлевать им жизнь, делает их смерть более медленной и тяжелой… Так как продуктом Современной Медицины является смерть, для начала «смягчают» наше восприятие идеи не-жизни.
Вопрос отсрочки старения и продления жизни любой ценой и любыми средствами становится главной доминантой современного сознании. Для достижения этой цели финансово состоятельное большинство готово пойди на любые жертвы и риски, не говоря о фигуральных этических аспектах. Но многие попытки вкусить «молодильные яблочки» оборачиваются онкологическим кошмаром.
Популярные в недавнем прошлом инъекции стволовых клеток, сегодня вызывают панический ужас из-за чреды необъяснимо быстрых и стереотипных смертей «богатых и знаменитых» пациентов. Но логика и установленные медикализацией ориентиры, заставляют всё новых и новых «стареющих индивидов» стремиться обмануть время на свой страх и риск. Сыграть со смертью на молодость в «русскую рулетку».
Жизненные наблюдения и всепроникающее «сарафанное радио» давно говорят о том, что увлечение мезотерапией вызывает повреждение щитовидной железы, а плазмолифтинг приводит к злокачественным новообразованиям. Официальная медицина дипломатично ничего не подтверждает и не опровергает, а вот поставщики и продавцы процедур, разумеется, всегда готовы развеять любые опасения. Тем более, что никакой гарантии нет, да и быть не может.
Растерянный, дезориентированный, испуганно наблюдающий признаки возрастных изменений человек, всегда будет готов уцепиться за любую соломинку. Ему внушили, и он сознательно принял на веру бесчеловечное правило: «Спасение утопающих – дело рук самих утопающих». Страх не лучший советчик, особенно когда его голосом искушает всё тот же древний змей, шепча на ушко: «Не умрёте, но будете как боги»…
«Человек стареющий» находится в ситуации когнитивного и эмоционального тупика, из которого выход сознательно не предусмотрен. Он судорожно ищет подсказок и способов остановить неминуемые возрастные изменения, не понимая того, что вокруг него сплетена паутина из неисчислимых интернет ресурсов, рекламных статей, медицинских центров, номенклатурных списков БАДов и чудодейственных фармакологических препаратов, продуктов масскультуры, наглядно демонстрирующей чудеса пластической хирургии и технологий успешного омоложения.
«Человек стареющий» видит невероятные чудеса и где-то в глубине души осознаёт, что они не более чем ловкие фокусы и обман зрения… Но так уж устроен наш разум, что многократно услышанная ложь со временем становится для слушателя альтернативной реальностью. После – самой правдой…
Путь в тысячу миль начинается с одного, первого шага. Если ты не собираешься пройти этот путь и узнать, что будет «в конце коридора», если догадываешься, что может тебя ожидать – лучше заранее не делать ни одного шага. Или как можно быстрее сойти с этого пути.
Несмотря на все провозглашенные лозунги о здоровом образе жизни, вечной молодости и активном долголетии, логика медикализации подразумевает совершенно иной план развития индивидуального цикла для большинства населения:
1. Субъект должен пребывать в перманентном беспокойстве, чтобы со временем неизлечимо заболеть.
2. Он обязан потратить все заработанные деньги на изнуряющее и бесполезное лечение.
3. Необходимо чтобы он умер до наступления хронологической старости.
Глава 27. Рычаги психофизиологических изменений
27 ноября 1783 года Джон Мичелл, английский священник из небольшой деревушки, читавший библию сквозь призму небесной механики Ньютона, неожиданно обнаружил возможность существования невидимых гигантских звёзд. Тех самых, которые спустя полтора века назовут «чёрными дырами».
Свою теорию о невидимых, но управляющих небесными телами, звёздных великанах, он весьма оригинально изложил в письме Королевскому обществу. Священник полагал, что раз видимый свет состоит из крохотных материальных частиц – фотонов, то в случае огромной силы притяжения звезды они окажутся не в состоянии преодолеть гравитации и никогда не покинут поверхность. Таким образом, звезда, с диаметром равным 500 Солнцам, будет оказывать могущественное, быть может, решающее влияние во вселенной, оставаясь ни кем не видимой…
Космогоническое открытие Мичелла, изложенное в духе масонских и заговорщических тенденций своего века, оставило равнодушным учёный мир, но не на шутку взбудоражило пытливые умы, воспринявшие теорию «незримых звёзд» аллегорией тайной власти.
Вывод из открытия скромного священника напрашивался сам собой: для обнаружения и понимания сущности действующей силы не обязательно обращаться именно к ней – достаточно изучить те рычаги, с помощью которых она движет мир в нужном для себя направлении. Результаты опишут реальность с точностью лабораторного анализа: достоверно определят и охарактеризуют силы стоящие за процессами …
Известно, что скорость и особенность возрастных психофизиологических изменений во многом зависят и определяются тремя взаимосвязанными системами:
1. Генетической наследственностью организма.
2. Степенью благоприятности или враждебности условий на протяжении жизни.
3. Факторами социокультурной среды, определяющей и регламентирующей самосознание индивида, его поведение, отношение к гигиене, субъективное восприятие возраста и здоровья.
Третий фактор является невидимой могущественной силой, принуждающий человека считать себя молодым или старым, здоровым или больным, определять степень своей маскулинности или фемининности.
Незримо программируемый, но явно подкрепляемый поведенческий контроль превращает эгоистичного и строптивого индивида в сказочного джина, послушного своей медной лампе.
Понимая эти принципы «открыватель ноосферы» академик Вернадский написал: «Нет неизлечимых заболеваний, есть недостаток знаний и энергии. И старение – это болезнь, которую можно лечить». Но в том то всё и дело, что на пути «лечения от старости» возникает непреодолимая враждебная сила – стереотипное массовое сознание и окружение человека, принуждающее его искать смерти подобно персонажу «Легенды о Нараяме».
Это базовая основа наиболее влиятельного в западном мире психологического течения – бихевиоризма, изучающего и внедряющего в жизнь закономерности воздействия социальной среды на поведение и самоощущение человека.
Используя методы бихевиоризма, за прошедшие десятилетия медикализация успешно модифицировала не только поведение современного социума, но и его мышление.
Манипулируя нужными стимулами, такими как одобрение или осуждение, поощрение или наказание, она добивается не только контроля над поведением, но и добровольное принятие людьми нужных критериев и правил.
По практическим выкладкам бихевиоризма добиться этого достаточно просто. Поведение и мышление человека определяется набором приятных (позитивных) и неприятных, болевых (аверсивных) стимулов. Их эффективность особенно возрастает и усиливается, когда воздействие подкрепляется массовым психологическим и физическим давлением.
Истоки этой теории восходят к началу XX века, когда американский исследователь Джон Уотсон провёл многочисленные эксперименты на детях. Так он решил доказать, что в человеке очень легко выработать крайне негативную реакцию на безобидные и даже умиляющие ситуации.
Уотсон показывал ребёнку белого кролика и после радостной детской реакции «воздействовал» на дитя ударом тока. На 3-4 демонстрацию животного ребёнок плакал и приходил в ужас без шокового подкрепления. Когда в группу детей с «модифицированным восприятием» помещался сторонний ребёнок, то группа моментально начинала подавлять его интерес и добрые эмоции по отношению к белому кролику.
На основании экспериментов над младенцами (младше одного года) и детьми (в основном дошкольного возраста) Уотсон пришёл к заключению, что все реакции человека определяются и подчиняются трём базовым инстинктам: страху, гневу и любви.
Для того, чтобы эффективно программировать, добиваться желаемой реакции и контролировать мышление и поведение как отдельного человека, так и разных социальных групп, надо определённым образом настроить среду. Особенно важно, чтобы в ней чётко и безоговорочно действовали стимулы приносящие удовольствие и причиняющие боль (страдания, дискомфорт).
Для этого вводится широкий спектр воздействия: от одобрения окружающих, похвалы, лести, возможности сделать карьеру и получить высокий социальный статус до полного игнорирования, шельмования, травли, социальной изоляции, бедственного материального положения, голода...
По теории бихевиористов критически важное для управления обществом большинство выберет поощрение, в какую бы нелепицу не пришлось поверить, и какую бы мерзость его ни заставили делать. Следуя этому методу в головах масс можно поменять восприятие добра и зла, правды и лжи, даже восприятия «чёрного и белого».
В целом, социум определяется ничем иным как сборищем марионеток в руках у того, кто владеет ниточками поощрения и наказания, потому что «все мы крысы, закрытые в коробке, и все мы ищем свой кусок сыра».
Медикализация предлагает современному человеку «проследовать за белым кроликом» и выяснить самим «глубока ли кроличья нора». Впрочем, не договаривая, куда в итоге приведёт этот путь...
Сегодня «человек стареющий» искусственно и многократно подвергнут ситуациям, приводящим к психической неустойчивости и постоянного беспокойства. Постоянное снижение уровня доходов вводит пожилого человека в состояние хронического невроза: «Как выглядеть достойно в глазах окружающих? Как на эти деньги прокормиться? На что купить лекарства? Смогу ли скопить на похороны, чтобы погребли по-людски?»
При этом «человек стареющий» находится в перманентном кризисе по естественным причинам: его физические силы иссякают, проявляются новые болезни, все функции организма периодически дают сбои…
Страх и тревога накладываются на катастрофическое восприятие возраста, деформируя прежние черты личности.
Естественная «потребность в психологической компенсации» подчас делают человека невыносимым для окружающих – и тем самым ещё больше отдаляя его от мира живых и активных, вплоть до полной изоляции. Современная цивилизация, наряду с легализацией абортов, негласно узаконила незаметную ликвидацию стариков. Мы совсем недалеко от узаконенной эвтаназии…
Феномен долгожителей у кавказских народов напрямую связан с традицией почтительного отношения к пожилым людям, выделение их в привилегированную касту.
Разговоры об экологии и здоровом питании следует рассматривать исключительно как направленный на отвлечение внимания «смысловой шум». Роль экологии существенна, но не играет определяющей роли. Достаточно посмотреть на востребованных, «купающихся» в общественном почитании светских персонажей, живущих в мегаполисах. Многие из них вели далеко не монашескую жизнь, но бодро перешагивали 80-летний рубеж.
Благоприятный психологический климат и правильный умственный настрой являются стержнем здорового и эффективного долголетия.
Расшатывание и перенапряжение работы нервной системы подготавливают среду для «психических самоатак», когнитивных диссонансов и общего личностного кризиса. В такой ситуации человек не может ответить, насколько имеет смысл его «цепляние за жизнь».
Сегодня получила массовое распространение искусственно вызываемая депрессия. С помощью её медикализацией продвигается идея необходимости эвтаназии у здоровых и дееспособных людей, которые подсознательно начинают свыкаться с возможностью добровольного ухода из жизни.
Стремящиеся избежать старения (неэффективности) люди идут на мотивационные тренинги, увлекаются экстремальными диетами, превращаются в страстных сторонников здорового образа жизни, а в результате получают неврозы, системные расстройства организма, проблемы с сердечно-сосудистой системой и часто – появление злокачественных новообразований.
Большинство по-прежнему ищет волшебную таблетку, или верит в эффективную чудо-диету, или уповает на тренировки… Потребуются годы и значительные средства, чтобы понять очевидное: все задействованные ресурсы временны и быстро исчерпываемые.
Сознание подкупается эффектом быстрого результата, на глазах улучшающихся показателей, как при применении допинга в спорте. Обычно психологический подъём и физиологическая стабильность редко длятся больше десяти лет, после чего начинается стремительный спад. Время успешно навёрстывает упущенные годы, а болезни возвращаются с хорошими процентами.
Самонадеянность и упование на негодные методы приводит к вечному правилу жизни: «в конце пути придётся рассчитаться…»
Человек желающий «жить долго и счастливо» должен хотя бы изредка смотреть на звёздное небо и размышлять об угаданных скромным священником «губителях света». Представлять как незримые смертоносные приливные силы «чёрной дыры» заигрывают и дестабилизируют звезду, как они паразитируют на её шатком состоянии. Понимать, что как только звезда полностью попадёт в орбиту влияния и ослабеет, «незримый убийца» примется её терзать и разорвёт на части, поглощая с ненасытностью хищника.
Это самая настоящая и жизненно необходимая диалектика – умение задавать правильные вопросы и разбираться в универсальных законах бытия. Как говорил Парацельс: «Макрокосм тождественен микрокосму и подобное в одном постигается подобным в другом».
Думающий человек обнаружит принципы всеобщей связи всех явлений и процессов, на примере одних правил сможет определить и объяснить насущные правила для своей жизни.
Глава 28. Защита от «дурака»
Вы не задумывались, почему добропорядочные и рассудительные люди вдруг начинают вести себя как отморозки или слетевшие с катушек идиоты? Почему ни с того, ни с сего вменяемые по психиатрическим меркам людьми, пускаются в разнос, начиная планомерно сживать себя со света? Почему так быстро, буквально на глазах, деформируется не только моральная, но и мыслительная природа, всячески препятствуя даже обыденному, житейскому здравомыслию? Почему человек обращается сам для себя в изнуряющего паразита и безжалостного хищника?
Подобные жизненные коллизии многие наблюдают собственными глазами, не вынося из чужой беды никакого полезного опыта. Размышление о причинах заменяет одна и та же бессмысленно повторяемая мантра: «Чужая душа – потёмки, чужая судьба – загадка. Это случилось с ним, а со мною подобного быть не может». Но прописанный неумолимой логикой процессов закон жизни гласит: «Будет, обязательно будет. Многих из вас накроет в свой черёд…»
Реальность жизни такова, что человек начал стремительно терять почву под ногами. Это происходило и раньше, но сегодня процессы целенаправленны, системны, научно просчитаны, скрупулезно выверены и направлены на конкретные возрастные и социальные группы.
«Пустота под ногами» эпидемическая, массовая, тотальная. Сознание и поведение модифицируется в любой сфере жизнедеятельности, включая досуг и развлечения. Телевидение, интернет, масскультура – превратились в жёсткие рычаги медикализации, неустанно выкачивающие деньги из бесконечных ресурсов – душ и тел человеческих.
Современных людей отличает расшатанная нервная система, и модифицированная информационными суррогатами психическая сфера. Следуя бихевиоризским установкам, человека целенаправленно «вводят в искушение», без объяснений меняя правила игры, применяя наказание, за что совсем недавно следовало вознаграждение.
Создание непонятной и непредсказуемой действительности, которая требует утверждать одно, но поступать совершенно по другому и ожидать непредсказуемых результатов, вводит население в состояние искусственной шизофрении, снять симптомы которые можно исключительно с помощью антидепрессантов или, следуя русской традиции, алкогольными возлияниями.
Искажённое восприятие реальности, разрыв осознания «Я» от собственных психических реакций на происходящее вокруг, приводит к размыванию личности.
Человек, ощущая себя независимым и свободным, на деле ведёт себя как узник концлагеря. Посмотрите на звёзд шоу бизнеса: стоит развернуться общественной компании против одного из них, как прежние друзья тут же отворачиваются, мужья и жёны отрекаются, дети выражают презрение. Не найдётся никого, кто бы захотел выступить с близким человеком против всего мира. Рядом не будет никого, потому что сознание контролируется тотальным страхом. Богатые, знаменитые и высокомерные по факту оказываются безвольными заложниками системы, а показушные бунтари – системными конформистами.
Происходит «руинизация сознания», при которой человек утрачивает целостное видение и понимание проблемы. Нарушается системное и критическое восприятие действительности. Субъект превращается в «заложника момента». Он чувствует и мыслит в соответствии с действующими на него раздражителями. Внешние рычаги управления воспринимаются внутренним проявлением собственных психических процессов.
Кроме прогрессирующей «интеллектуальной вторичности», человек утрачивает несущую основу личности – индивидуальную волю. Индивид уподобляется «крысе, которая ищет в клетке свой сыр». Его чувства и поступки определяются в соответствии с доминирующими информационными директивами. Поэтому «среднестатистический человек» безусловно выбирает сторону, идеологию и поддерживает любые действия носителей силы и власти.
Фантастика много раз прошлась по теме «светлого тоталитарного будущего», красочно моделируя, как люди добросовестно и с рвением служат силам, стремящимся истребить личную свободу или человеческий вид. Аналогия с поведением клеток-коллаборационистов и раковой опухолью напрашивается сама собой…
Состояние «измены себе» и «предательства своих», проявляется в катастрофичности сознания. Формируется неразрешимый внутренний конфликт, который усугубляется «беспричинными» депрессивными и суицидальными состояниями.
Физиологическое разрешение нервного перенапряжения находит выход в нарушении обмена веществ, гормональном дисбалансе и функциональном расстройстве работы щитовидной железой. Мозг начинает искать выхода из сложившегося тупика и бессознательно находит для себя этот выход в смерти. На поведенческом уровне это проявляется в осознанной или бессознательной суицидальной активности.
Наш мозг – продукт множества поколений, своеобразный шедевр коллективного генетического творчества, обладающий необсуждаемым «особым мнением», защищённым от вмешательства «серых клеточек» собственного Эго. Говоря народным языком, мозг человека спроектирован и создан с учётом «дуракоустойчивости».
В нём существует неподверженная манипуляциям генетическая «прошивка», своеобразное коллективное «политбюро» или «совет старейшин», предшествующих индивиду единокровных поколений.
В ключевых моментах «коллективное генетическое сознание» активизируется и может выносить своё критическое решение по судьбе или дальнейшей жизнедеятельности своего конкретного подопечного.
Если «ответственный орган» решит, что индивид не оправдал возложенных на него родом чаяний и надежд, то после «долгой и продолжительной болезни» ему приходит время скоропостижно скончаться.
Если организм ещё молод и репродуктивен, внутреннее «политбюро» активирует в нём половую гиперактивность – возможно биологический материал «выстрелит удачнее».
Поэтому и мужчины, и женщины «в судьбоносные моменты» внезапно срываются в половой разгул: им кажется, что только «открылись на жизнь глаза», но на самом деле «тайные генетические правители» решили, что в скором времени эти глаза закроются навеки.
Тысячу лет назад Владимир Мономах сформулировал генетическую «защиту от дурака» одной строкой: «Лжи остерегайтесь, и пьянства, и блуда, от того ведь душа погибает и тело».
Наши предки живут в нас и активно вмешиваются в нашу судьбу, как бы их не определяли. Коллективным сознанием или бессознательным, наследственно заложенной информацией в ключевых отделах мозга, моральным иммунитетом в составе ДНК.
Подобное присутствие «ангелов-хранителей и строгих судей» устраивает далеко не всех. Прежде всего, власть имущим: «нравственная прошивка» мешает эффективной манипуляции и управлению, делая объект менее устойчивым и контролируемым.
Пропаганда стремится воссоздать «Вавилонскую башню», которая, по аналогии с Царствием небесным, «внутри вас есть». Об этом можно судить потому, насколько массово и с какой настойчивостью продвигаются идеи биохакинга и генной модификации, пересматривающие неприкосновенность человеческой природы.
Нет ничего нового под луной нет. Подобные стремления определяли религиозных культ Месопотамии, являлись составной частью политики национал-социализма, в своём желании раз и навсегда покончить с «человеком разумным» как видом: «Человек есть нечто, что должно преодолеть. Что сделали вы, дабы преодолеть его?»
В 1970 году футуролог Элвин Тоффлер, в работе «Шок будущего», спрогнозировал и описал трансформацию человечества в наступающей медикализованной цивилизации:
«Оторвите человека от родной культуры и бросьте в совершенно новое окружение, где ему придется мгновенно реагировать на множество совершенно новых представлений о времени, пространстве, труде, сексе и т. п., и вы увидите, какая поразительная растерянность овладеет им. А если вы еще отнимете всякую надежду на возвращение в знакомую социальную обстановку, растерянность перерастет в депрессию. Психологическое онемение – жуткий синдром сегодняшних дней...
Задолго до того, как в отношении внешнего космоса произойдут все эти изменения, наш дом на Земле испытает на себе воздействие новейших технологий, разбивающих наши представления о сексуальности, материнстве, любви, деторождении и образовании. Пока идут дискуссии о будущем семьи, в лабораториях варится «ведьмино варево». Моральный и эмоциональный выбор, который нам предстоит в ближайшее десятилетие, поистине может свести с ума...
Мы со всей стремительностью приближаемся к тому времени, когда станем способны создавать высшие расы и низшие расы. Как определил в работе «Будущее» Теодор Дж. Гордон: «Получив возможность делать на заказ расу, я удивился бы, если бы мы попытались «сделать всех людей одинаковыми», или мы все–таки выберем апартеид шаблонов? Эти расы будущего могут быть: расой руководителей, контролеров ДНК, расой смиренных слуг, расой специально выращенных атлетов для разных игр или расой ученых с 200% IQ и с небольшими телами…» Мы получим возможность создавать расы идиотов и математических гениев. Мы также получим возможность рожать детей с необычными зрением и слухом, с тончайшим обонянием, необычайно сильных или музыкально одаренных. Мы будем способны создавать сексуальных гигантов, девочек с супергрудью (и, вероятно, со стандартной грудью) и другими бесчисленными изменениями в ранее более однородном человечестве.
Мне кажется неизбежным, что появятся специальные конкурсные школы генной архитектуры… Функционеры будут убеждать родителей делать детей приспособленными для насущных нужд общества; прогнозисты будут планировать создание детей, которые будут занимать свободные ниши в обществе к 20 годам, романтики будут настаивать, чтобы каждый ребенок создавался по крайней мере с одним выдающимся талантом, наконец, натуралисты будут рекомендовать творить индивидуумов, настолько генетически сбалансированных, чтобы быть почти идеально уравновешенными во всех жизненных ситуациях… Стили человеческого тела, подобно стилям одежды, станут соответствовать моде так же, как генетические кутюрье, которые будут их придумывать, будут входить и выходить из моды»...
Мы отказываемся смотреть в лицо фактам. Мы избегаем их, упорно не замечая скорости перемен. Мы чувствуем, что лучше замедлить наступление будущего. Даже те, кто наиболее близок к переднему краю научных исследований, едва ли верят в реальность быстрых изменений. Даже они, как правило, привычно недооценивают скорость, с которой будущее врывается в нашу жизнь...»
В начале XXI века вновь становятся актуальны вечные принципы Босха:
1. Сладостный пролог человеческого бытия, ощущение нового начала.
2. Цепь взаимосвязанных событий, построенных на трансформации природы. Всеобщая эйфория.
3. Неизменно кошмарный эпилог, в котором химеры пожирают, и никак не пожрут, человекообразных уродцев (гомункулов).
Сколько бы ни твердили людям, что благими намерениями вымощена дорога в ад, они всё равно по ней пойдут. В личное и коллективное общечеловеческое чистилище. Несмотря на технологические ухищрения, «защита от дурака» сработает в свой черёд.
Ложь, фатально опасный ингредиент, хорошо спрятана за изнаночной стороной безобидных информационных потоков, за искусственной личиной пропаганды: «Снаружи как будто жизнь, а заглянешь внутрь – увидишь смерть…»
Глупость тем и отличается от мудрости, что не способна заглянуть за лицевую сторону. Стороны изнаночной для неё не существует.
Глава 29. Всё, что нас убивает
В лихие 90-е, времена разгара кризиса и галопирующей инфляции, в моём доме проживало много пенсионеров, родившихся ещё в 1910-20-е годы.
Все они были выходцами из «трудового народа» и вынесли на своём хребте революционное лихолетье, индустриализацию и коллективизацию, войну, непосильные годы послевоенного восстановленья. «Молодёжью» среди них считались не достигшие 65, а «стариками» только те, кому перевалило за 80 лет.
Впрочем, и последние проявляли завидную активность, самостоятельно справляясь с повседневным бытом и находя силы выращивать несколько мешков овощей на выделенном «под огород» ни к чему не пригодном клочке земли. Своим урожаем они умудрялись кормиться сами, делиться с детьми и даже помогать соседям, которым жилось особенно трудно.
Осенью, когда дачный сезон подходил к концу, старики и старухи усаживались перед купленными ещё в СССР «Горизонтами» и «Рубинами», переносясь в тёплые, эмоционально будоражащие сказочные миры «Рабыни Изауры», «Санта Барбары», «Богатых, которые тоже плачут», «Дикой Розы», «Просто Марии» и «Тропиканки»…
Каждое утро, несмотря на погоду, они собирались возле своих лавочек или иных заветных мест, чтобы немного обсудить депутатов и Ельцина, которые «жизни не видели и лиха не хлебали». Совсем в скользь говорили о том, что детям на заводе денег не платят, а дают бартер в виде носков, пуховиков, растительного масла или другого неликвида, который практически невозможно ни продать, ни обменять. Чуть-чуть касались тающих на глазах пенсий и сгоревших трудовых накоплений на сберкнижках. Проблемы и обстоятельства всем известные, что их обмусоливать? Помянуть словом, лишь бы на сердце легче стало…
Дальше начинались разговоры о главном: бушующих в далёких Бразилиях и Мексиках роковых страстях, несчастных бедных красавицах и бессердечных злодеях, благородных спасителях и коварных интриганах. И, конечно же, о неизбежном наказании виновных и чудесном избавлении героев, заслуженно обретающих выстраданное счастье...
«Не умру, пока не узнаю, чем всё у них закончится!» – Подобных обещаний, произносимых с невероятной решительностью и на полном серьёзе, в те годы можно было услышать сколько угодно «от Москвы до самых до окраин». Поэтому когда ломался телевизор, соседи с пониманием предлагали смотреть «заветные серии» у них столько, сколько нужно. Непременно угощали, не отпуская домой без «гостинца» и хотя бы конспективного обсуждения эпизодов.
Потом чудеса и страсти «придуманных пляжных стран», в залитых солнцем декорациях вечнозелёных пальм и цветущих роз, внезапно и безвозвратно исчезли. На их место пришли суровые бандитские будни, перемешанные с разборками олигархов, блеском и нищетой проституток, бесконечным мордобитием и стрельбой. Но перед этими «мерзостями земными» шли бесконечные, муторные, однотипные передачи о здоровье.
Старики, лишённые жизнеутверждающей отдушины, стали переключаться на темы медицинских передач, которые хотя и говорят «за здравие», активно пробуждают мысли про «упокой». В это же время у пожилых людей начинается повальное стремление накопить на свою смерть «гробовые деньги».
Прошло совсем немного времени, и ценители «жарких тропик», и почитатели «фазенд» всё чаще говорить о своих болячках, о том, что лекарства не помогают, и медицина стала не та, и мир не тот, и время жизни вышло…
Они всё больше и больше болели, а потом стали умирать. Друг за дружкой, так быстро, что в два-три года не осталось никого: ни «молодых», ни «стариков». Как тут не вспомнить о двойном смысловом дне «князя гуманистов» Эразма Роттердамского, когда «под дружелюбием скрывается вражда, а под видом пользы наносится непоправимый вред»?
Этот совершенно реальный, во многом типичный пример из жизни, можно проиллюстрировать замечательной жизнеутверждающей повестью Джерома Джерома «Трое в лодке, не считая собаки», вышедшей в 1889 году:
«Помню, как-то раз, чувствуя себя не совсем здоровым, я пошел в библиотеку Британского музея посмотреть в медицинском словаре, какими средствами нужно лечиться от лихорадки. Я добыл книгу и вычитал все, что мне было нужно, затем, от нечего делать, начал перелистывать её дальше, изучая разные болезни. Не припомню теперь, что первое попалось мне на глаза, – знаю только, что это был какой-то страшный, губительный недуг, один из бичей человечества. Еще не дочитав до конца описи симптомов болезни, я уже убедился, что она гнездится в моем теле.
Оледенев от ужаса, я несколько минут сидел без движения, потом с горя начал перелистывать дальше. Напал на тифозную горячку, просмотрел симптомы и обнаружил, что я, несомненно, болен тифом, болен уже несколько месяцев, сам того не зная! Надо посмотреть, нет ли еще чего? Дошел до пляски святого Витта, – так и есть, и тут все признаки налицо. Это меня заинтересовало, и я решил узнать всю правду до конца. Прочел о перемежающейся лихорадке и узнал, что болен и ею, но острый период наступит только через две недели. Брайтова болезнь у меня была, но, к счастью, в измененной форме: с этим можно еще жить, и довольно долго. Зато холера оказалась у меня с тяжелыми осложнениями, а дифтерит, должно быть, у меня был врожденный. Словом, я добросовестно перебрал все болезни по алфавиту и пришел к заключению, что у меня нет только одной – хронической язвы голени!
Далее я задался вопросом: много ли еще мне осталось жить? Я попробовал сам себя исследовать. Стал щупать пульс, но сначала не мог даже найти его. Потом пульс вдруг забился, и очень сильно. Я вынул часы, стал считать и насчитал 147 ударов в минуту. Попытался выслушать сердце, но и сердца не мог найти. Оно перестало биться…
Я вошел в читальню здоровым, счастливым человеком, а вышел из нее, еле волоча ноги, дряхлой развалиной…
Доктор велел мне расстегнуться, смерил меня взглядом, завладел моей рукой, стукнул меня по груди в такой момент, когда я этого вовсе не ожидал… Затем он сел, написал рецепт, сложил его и подал мне, а я, не читая, сунул его в карман и ушел.
Войдя в первую попавшуюся аптеку, я подал рецепт провизору. Он прочел и возвратил мне его обратно, говоря, что «этого они не держат».
– Как, разве здесь не аптека?
– Вот именно аптека! Будь у меня гостиница с рестораном, я мог бы помочь вам, а теперь – извините. Я – аптекарь, а не трактирщик!
Я развернул рецепт и прочел:
Я в точности исполнил предписание доктора, и результат получился блестящий, – для меня лично, – так как я до сих пор жив и не собираюсь пока умирать…»
Рождённые, воспитанные и прожившие свои годы старики и не догадывались, какой чудовищно разрушительной силой обладает информационный хаос. Особенно если он внедряется в неискушённое сознание под видом полезных знаний.
Любой разговор о болезнях, лечении, лекарстве, профилактики подкреплённый сюжетами социального распада, насилия, кризиса, несправедливости вызывает эффект, красочно прописанный в «Легенде о Нараяме».
Старики, атакованные информационными вирусами, начинают тяготиться жизнью. Они утрачивают волю находиться в мерзкой, непонятной и априорно враждебной к ним действительности. Мир становится чужеродной и агрессивной средой, физически и морально не пригодной для существования.
В годы войны, лишений, бедствий – была мотивация и жажда жизни, потому что её подпитывали осознанный смысл существования, высокая гуманистическая культура и религиозная вера, у кого она была.
Всеобщий нравственный разброд, несправедливость, беспричинная жестокость перекрывают самый главный, онтологический вопрос личного существования: «Зачем мне всё это надо? Глаза бы мои этого не видели…»
В неблагоприятной жизненной среде экзотические сериалы выполняли функцию эмоциональной отдушины, позволяющей отвлечься от неприглядной реальности. За их просмотром стареющий человек находил возможность предотвратить перенапряжение психики, избежать нервных срывов.
Проживание день за днём часа «доброй сказочной действительности», имеет эффект восстановительной терапии. Подобным образом в годы бедствий выживали старики и дети: одни рассказывали сказки, другие их слушали. Взаимно поддерживая, укрепляя, и эмоционально подпитывая друг друга.
В ситуации, когда разбалансированные эмоции находятся в конфликте с жизненными стереотипами, негативная информация работает по принципу раковой опухоли: она перекраивает и переформатирует под себя прежний опыт, переворачивает его с ног на голову, подталкивая к роковому шагу, к системной ошибке: человек попросту утрачивает смысл существования и волю к жизни.
Бывший узник нацистского концлагеря невролог Виктор Франкл, подчёркивал особую роль осознания смысла своей жизни и своего назначения в мире для выживания в нечеловеческих условиях. Если ты не понимаешь, зачем живёшь, значит, ты уже почти умер:
«Человек, утративший внутреннюю стойкость, быстро разрушается. Фраза, которой он отклоняет все попытки подбодрить его, типична: «Мне нечего больше ждать от жизни». Что тут скажешь? Как возразишь?
Вся сложность в том, что вопрос о смысле жизни должен быть поставлен иначе. Надо выучить самим и объяснить сомневающимся, что дело не в том, чего мы ждем от жизни, а в том, чего она ждет от нас. Говоря философски, тут необходим своего рода коперниканский переворот: мы должны не спрашивать о смысле жизни, а понять, что этот вопрос обращен к нам – ежедневно и ежечасно жизнь ставит вопросы, и мы должны на них отвечать – не разговорами или размышлениями, а действием, правильным поведением. Ведь жить – в конечном счете, значит нести ответственность за правильное выполнение тех задач, которые жизнь ставит перед каждым, за выполнение требований дня и часа. Эти требования, а вместе с ними и смысл бытия, у разных людей и в разные мгновения жизни разные. Значит, вопрос о смысле жизни не может иметь общего ответа. Жизнь, как мы ее здесь понимаем, не есть нечто смутное, расплывчатое – она конкретна, как и требования ее к нам в каждый момент тоже весьма конкретны. Эта конкретность свойственна человеческой судьбе: у каждого она уникальна и неповторима. Ни одного человека нельзя приравнять к другому, как и ни одну судьбу нельзя сравнить с другой, и ни одна ситуация в точности не повторяется – каждая призывает человека к иному образу действий… И коль скоро судьба возложила на человека страдания, он должен увидеть в этих страданиях, в способности перенести их свою неповторимую задачу… Для нас, в концлагере, все это отнюдь не было отвлеченными рассуждениями. Наоборот – такие мысли были единственным, что еще помогало держаться. Держаться и не впадать в отчаяние даже тогда, когда уже не оставалось почти никаких шансов выжить…»
Современное представление о здоровье, построенное на способности приспособиться к требованиям окружающей среды, совершенно игнорирует этот мощный экзистенциальный ресурс. Поэтому максимальной задачей организма, как биосоциальной системы, называется выработка способностей к двум вида адаптации:
1. Срочной (конкретной) – подразумевающей способность человека выжить в стремительно изменившейся ситуации.
2. Долговременной (кумулятивной) – формирование ресурса позволяющего производить жизнедеятельность в неблагоприятных обстоятельствах.
Разумеется, подобный подход во многом рассматривает человека как биомашину, и применим в основном для людей, сформировавшихся физиологически, психологически и социально, и плохо пригоден для стариков и детей, пребывающих в перманентных кризисах возрастных трансформаций.
До бихевиоризма эта концепция восходит к идеям эпохи Просвещения, в частности, к наследию врача и философа-материалиста Ламерти, объяснявшим в книгах «Естественная история души» 1745 и «Человек-машина» 1748 годов «мерило ума» количеством и качеством физиологических потребностей.
Совсем не случайно угасшие звёзды и кумиры 90-х добровольно превращают себя в «причудиков и фриков», интернет-мемов и «всеобщих плевательниц», лишь бы не оказаться в жерновах забвения.
Они острее других прочувствовали и поняли, что для глобальной медикализации не только старики и старухи, но «человек стареющий», тот, кому за 40, представляется чуждым и враждебным элементом. Зрелость подлежит сегрегации с её последующим исчезновением «как класса». Таким образом в своё время целенаправленно и планомерно уничтожались мужики-работяги из крестьянства: «кулаки и подкулачники». Сгинули они довольно быстро и практически бесследно…
Основатель современной социальной психологии, создатель теории «психологического поля» Курт Левин, убеждал, что все явления и предметы обладают для каждого человека не только смыслом, но и особым энергетическим зарядом, выступающим пусковым механизмом для психологических процессов.
Энергетически наполненные феномены проявляют и трансформируют человеческую натуру, разделяя сознание и поведение на «волевое» и «полевое». Выбирать и следовать «волевым путём» способны только цельные, мотивированные личности с особым психофизическим складом.
Подавляющее большинство ведёт себя и воспринимает действительность в точности, как диктует окружающее его «поле». Чтобы трансформировать личности (точно так же, как и заразить), их достаточно собрать и сплотить в группы, пусть даже и виртуальные. Потому что «легче изменить индивидуумов, собранных в группу, чем изменить каждого из них в отдельности».
В такой системе координат индивид представляется чем-то вроде приемопередаточного строительного материала, который чем сильнее увязает в болезненном состоянии сам, тем яростнее тянет на дно всё своё окружение. Как попавшие под раковое «влияние» клетки старательно губят организм и самоотверженно работают на опухоль…
Стоит ли удивляться массовости «интернет новостей», вроде истории о 76 летней старушки, которая, направляясь в хоспис, берёт с собой полуобнажённую картонную копию своего кумира и умоляет назвать ёё – сексуальной! Разумеется, что благосклонный медиа идол во всеуслышание одобрит её поступок и назовёт умирающую от рака старуху дико сексуальной…
Последовательно обрабатывая «поле сознания», медикализация всячески подчёркивает не уникальность, вторичность и стимульность ведущих психологических процессов любой личности. Основополагающий постулат можно сформулировать так: «Значимость конкретного человека актуальна взависимости от того, какие установки, ценности и потребности ему привиты».
Позиция, вполне ясно озвученная Мефистофелем: «Ты думаешь, что двигаешь, а двигают тебя».
Глава 30. Понимать – значит быть
Френсис Бэкон, один из самых загадочных персонажей рубежа позднего Средневековья и Нового времени, утверждал о непременном союзе науки и жизни, как единственно достойном способе существования человечества. Ему принадлежат концептуальные афоризмы «Знание – сила» и «Истинное знание есть знание причин». В последние годы он создавал принципиально новую доктрину познания, открывающую безграничную власть над природой вещей.
Многотомный труд, названный «Великим восстановлением наук», он завершить не успел, оставив после себя две книги и несколько тетрадей набросков и путаных заметок. Написанного оказалось достаточным, чтобы его по праву считали «отцом методологии».
История науки и политики свидетельствует, что все последующие после него исследователи, учёные, экспериментаторы, а так же идеологи и пропагандисты пользовались идеями и методами, открытыми Бэконом. В большинстве случаев, даже не догадываясь о том…
В основе его изысканий лежит понятие о правильном методе, позволяющем сделать «разум одновременно проницательным и восприимчивым».
Верный метод познания и сообразная с природой система воззрений, по мнению Бэкона, позволит человеку даже со средними способностями во всём превосходить людей выдающегося ума. Потому что при отсутствии верной методологии личные незаурядные способности и знания будут только вредить:
«Хромой, идущий по дороге, опережает того, кто бежит без дороги. Очевидно и то, что, чем более ловок и быстр бегущий по бездорожью, тем больше будут его блуждания».
«Новый метод» Бэкона предусматривает смену прежнего познания, основанного на безоговорочном доверии авторитетам и собственным эмоциям. Он призывает перестать доверять чувствам и пресекать склонность ума к отвлечённым началам, которые искажают реальность и вводят в заблуждение:
«Человеческий ум по природе своей устремлен на абстрактное и текущее мыслит как постоянное. Но лучше рассекать природу на части, чем абстрагироваться… Следует больше изучать материю, ее внутреннее состояние и изменение состояния, чистое действие и закон действия или движения…»
Мудрый постигает сущность и происхождение причин – тех сил, которые производят события, привносят изменения и закрепляют новые результаты. Наиболее точному пониманию причин способствует постижение логики процесса при наблюдении как изменяется состояние объекта, и какие трансформации он претерпевает в каждом значимом отрезке времени.
Овладевший «новой методологией» понимает суть происходящих событий точно так же, как алхимик разбирает замысловатые формулы, или как повар читает собрание рецептов.
Главными препятствиями познания процессов и причин, Бэкон называл идолами – неверными стереотипами и установками или, выражаясь языком современной психологии, искажёнными когнитивными схемами:
«Идолы и ложные понятия, которые уже пленили человеческий разум и глубоко в нем укрепились, так владеют умом людей, что затрудняют вход истине, но, если даже вход ей будет дозволен и предоставлен, они снова преградят путь при самом обновлении наук и будут ему препятствовать, если только люди, предостереженные, не вооружатся против них, насколько возможно».
Подобно теологам, выделяющим семь смертных грехов, «губящем душу и тело», Бэкон называет четыре фатальных идола сознания, «поклоняясь и служа которым» человек утрачивает власть и контроль над собственной жизнью.
Он описывает их аллегорически ёмко и полно, потому что «кто может вместить истину», тот вместит намного больше, чем может о том прочитать или услышать:
«Пусть наше учение постепенно проникает в души, способные и готовые его принять. Споры неуместны там, где мы расходимся в началах, в самих понятиях и даже в формах доказательств».
В своей книге «Великое восстановление наук. Новый Органон» 1620 года Френсис Бэкон выделяет 4 силы, «осаждающие» ум человека:
1. Идол рода – искажения, вызванные культурными и групповыми установками, а так же свойственной человеку когнитивной самоуверенностью, которая убеждает индивида в его изначальной способности понимать и делать выводы о любых событиях, явлениях и объектах. «Ум человека уподобляется неровному зеркалу, которое, примешивая к природе вещей свою природу, отражает вещи в искривленном и обезображенном виде».
2. Идол пещеры – ограниченная конкретным опытом, субъективная сторона познающего «Я», которая всегда исходит из собственного (весьма ограниченного) интеллектуального опыта. Предвзятость происходит как в силу специфики знаний, мировоззренческих установок и направленности интересов личности, так и ёё особых психических характеристик (темперамент и характер). «У каждого помимо ошибок, свойственных роду человеческому, есть своя особая пещера, которая ослабляет и искажает свет природы… Люди ищут знаний в малых мирах, а не в большом или общем мире».
3. Идол площади – это заблуждения, связанные с национальными и социальными стереотипами, с выработанной определённой группой собственной «житейской психологии». Это система суждений и ценностей, которая сложилась при специфических обстоятельствах в определённой среде и жизнеспособна только в конкретный отрезок времени, но не способная достоверно объяснять ни причины, ни процессы. «Их слова прямо насилуют разум, смешивают все и ведут людей к пустым и бесчисленным спорам и толкованиям».
4. Идол театра – характеризуется догматизмом, косностью, односторонней специализацией мышления, приверженность к искусственным системам и учениям, идейным штампам и когнитивным клише. Они возникают как в силу определённых обстоятельств, так и создаются злонамеренно, отрывая человека от целостного мироздания и превращая в звено определённой системы. «Сколько есть принятых или изобретенных философских систем, столько поставлено и сыграно комедий, представляющих вымышленные и искусственные миры… Люди верят, что их разум повелевает словами, хотя на самом деле слова обращают свою силу против их разума…»
Спустя четыре столетия наука, введя иную терминологию и не используя аллегорические сравнения, по сути не сказала ничего нового. В этом ёмком определении на все времена можно отыскать ключи к объяснению и пониманию множества самых разных вопросов, в том числе истоки причин «Почему люди болеют и умирают».
В своих записках к незавершённому «Великому восстановлению наук» Бэкон оставил несколько проверенных жизнью советов, как не расшатать своё здоровье и не встретить преждевременную смерть:
«В этом деле есть мудрость, выходящая за рамки предписаний медицины: собственные наблюдения человека за тем, что ему хорошо, а что вредно, есть самая лучшая медицина для сохранения здоровья. И более безопасно говорить: «Это не очень хорошо влияет на меня, поэтому я воздержусь от этого», чем: «Я не нахожу ничего вредного в этом, поэтому я могу это употреблять». Ведь сила природы в молодости преодолевает многие излишества, которые свойственны человеку до самой старости. Не забывай надвигающихся лет и не думай делать по-прежнему то, что делал раньше, ибо с возрастом не спорят.
Остерегайся внезапных изменений в какой-либо важной части диеты и, если необходимость вынуждает осуществить их, приспособь остальную часть диеты к этому изменению. Ибо один из секретов природы и политики состоит в том, что безопаснее менять много вещей, чем одну. Изучи свои привычки в отношении диеты, сна, занятий, одежды и тому подобного и старайся мало-помалу сокращать то, что ты сочтешь вредным; но делай это так, чтобы, обнаружив, что это изменение причиняет тебе неудобство, ты снова мог вернуться к прежним привычкам, ибо трудно различить то, что вообще считается хорошим и полезным, от того, что особенно хорошо и пригодно для твоего собственного тела.
Один из лучших рецептов долгой жизни – это пребывать в свободном и жизнерадостном расположении духа в часы еды, сна и занятий. Что же касается страстей и увлечений духа, то избегай зависти, тревожных страхов, затаенного гнева, тонкого и путаного самоанализа, чрезмерных радостей и веселий, неразделенной печали. Питай надежды; испытывай, скорее, спокойное веселье, чем буйную радость; стремись, скорее, к разнообразию удовольствий, чем к их излишеству; переживай удивление и восхищение от знакомства с новшествами; занимай ум блестящими и прославленными предметами, как история, предания и размышления о природе.
Если будешь совершенно избегать лекарств, они окажутся слишком чуждыми для твоего тела тогда, когда они тебе понадобятся; если слишком познакомишь с ними тело, они не произведут необходимого действия, когда наступит болезнь. Я, скорее, рекомендовал бы применять некоторую диету в определенные периоды, чем частое использование лекарств, если только это не превратилось уже в привычку, ибо эти диеты изменяют тело больше, а беспокоят меньше.
Не оставляй без внимания ни одного происшествия с твоим телом и испрашивай мнение о нем. Когда болен, обращай внимание главным образом на здоровье; когда здоров – на свою активность. Ибо тот, кто, будучи здоровым, подвергает свое тело лишениям, когда заболевает не очень серьезными болезнями, может быть зачастую вылечен при помощи одной диеты и тщательного ухода.
Цельс, если бы он был только врачом, а не мудрым человеком, не смог бы дать столь прекрасный рецепт здоровья и долголетия, а именно: человек должен менять и чередовать противоположности, но склоняться к более доброй из двух крайностей; например, чередовать пост и хорошее питание, но чаще хорошо питаться; чередовать бодрствование и сон, но предпочитать сон; чередовать отдых и упражнения, но чаще упражняться и тому подобное. Таким образом будет поддерживаться и укрепляться природа.
Некоторые врачи настолько поддаются настроению пациента и подделываются под него, что не заставляют его подчиняться правильному курсу лечения; а некоторые другие так педантичны в своих действиях, предпринимаемых в соответствии с искусством лечения, что недостаточно принимают во внимание состояние пациента. Изберите середину или же, если нельзя найти таких качеств в одном враче, возьмите двоих, того и другого рода; и не забудьте позвать как того, кто лучше знаком с вашим организмом, так и того, кто более всего известен своими способностями…»
***
Приходя в этот мир, каждый человек находит свои «три сосны», двигаясь вокруг которых ему суждено навсегда заблудиться и не найти выхода. Загадочную архетипическую триаду бытия, в которой заключён смысл и сущность жизни, пытались объяснить с изначальных времён.
Древнегреческая философия, основываясь на учении Гиппократа, находила в ней три составных части самого человека, полагая, что разум живёт в голове, страсть обитает в сердце, а вожделения с яростью помещаются в печени.
Следующие за Платоном мистики, видят «в трёх царях всего» устройство Вселенной: бесконечный, всепроникающий мир идей, созидающее и разрушающее подвижное энергетическое начало и прекрасную, но подверженную коррозии косную материю.
Современное представления о психических процессах, несмотря на концептуальные расхождения, в той или иной степени так же разделяют тройственное начало психической жизни индивида. Человеческое существо стремится к уменьшению нервного напряжения, следуя в каждом случае от принципа неудовольствия к принципу удовольствия, и неизбежно от него приходя и принимая принцип реальности.
Причина – следствие – реальность: вот наши фатальные три сосны. Они явлены как данность, возникли из ниоткуда, словно прорастая сквозь Вечность.
Про их происхождение никто не объяснит, потому что и сам достоверно не знает. Но любой правдоподобный, убедительный ответ принесёт говорящему власть над тем, кто его слушает, и кто ему верит.
Незыблемые «три сосны» растут и крепнут с каждым годом в сознании изумлённого человека, но до гробовой четы не удосужатся даже намекнуть о своей цели и предназначении.
Мечется человек между ними – они стоят как вкопанные. Остановится – они стремительно переместятся так, что закружит голову до тошноты, до потери ориентиров.
Нет, не сам по себе заплутал человек, это ландшафт бытия стал неузнаваемым. Чем отчаяннее стараешься переделать его под себя, тем больнее и ниже упадёшь, следуя древней истине: «Кто выдыхает воздух с большим усилием, тот досморкается до крови…»
Тысячелетиями человек, осаждаемый древними идолами сознания, всё так же плутает межу вековечных «трёх сосен». Ему не удаётся никак разорвать иллюзорный круг мыслей и ощущений, заглянув за которые было бы возможным увидеть первозданную суть бытия.
Человеку, вершине и венцу Природы, остаётся выбрать из трёх подложенных мудрецом дорог:
– Быть подобным муравью, старательно подбирающим увиденное и довольствуясь тем, что есть.
– Уподобиться пауку, воспроизводящим логику своих мыслей из собственной природы и наблюдений.
– Взять пример от пчелы, которая извлекает лучшее из лучшего, перерабатывая его в совершенную квинтэссенцию жизни, способную исцелять душу и тело.
Подобное преодолевается подобным…
Выход из лабиринта причинно-следственного детерминизма сознания возможен благодаря триединству Веры, Надежды и Любви, управляющих познающим разумом и очищающих индивидуальный опыт до универсального совершенства.
Когда свобода становится законом, а истина – единственным критерием, человек обретает особое видение, позволяющее постигать мир в прежде недоступных измерениях:
Вместо спонтанности мира – он видит стройный замысел бытия.
Вместо безысходной пустоты жизни – обретает своё личное призвание и предназначение.
Вместо безнадёжного страха перед болезнью и смертью – ему открывается вечная и неистребимая бесконечность, берущая начало от его природы и уходящая за горизонт Вселенной.
Сконвертировано и опубликовано на https://SamoLit.com/