Горячие головы
Глава 1
Прибытие
Старенький патефон надрывно воспроизводил танцевальную мелодию 30-х годов. На территории авиационного корпуса ВВС США царило унылое воскресное утро. Единственным развлечением солдат, офицеров и механиков базы было раздражающее уши бесконечное прослушивание древних и крайне малочисленных мелодий. Собственно, репертуар базы пока насчитывал только четыре пластинки, каким-то чудом затерявшиеся на землях Вьетнама. Пожилые обитатели корпуса еще могли вслушиваться в поскрипывающий фокстрот или взвизгивающее и шипящее танго, но молодые парни, почти осатанев от изоляции вне гражданской жизни, недостатка развлечений и навязчивого, несмолкающего ретро, которое крутили на заезженном патефоне целый день, пластом валились на походные койки и, зажав уши, пытались пережить еще один выходной.
В течение недели пилоты обычно были заняты полетами на задания, поддержанием в порядке машин, оружия и всего, что касалось военного дела. А на выходные оставалась стирка личных вещей, уборка палаток, территории и, словно в насмешку, в награду за это – пыточное прослушивание пластинок. Периодически патефону наносился урон, разумеется, случайно, поэтому старый механик терпеливо восстанавливал его всякий раз после инцидента. Качество исполнения ухудшалось с каждой новой «случайностью», починить патефон становилось все сложнее, и солдатам иногда удавалось провести воскресенье без «кошачьего концерта», прозванного ими так за плывущие завывающие звуки. Таким образом, от воскресенья к воскресенью корпус жил размеренной и вялотекущей солдатской жизнью.
Джереми Бёрнс – полковник Военно-воздушных сил армии США – сидел за своим столом и вынужденно слушал доносившуюся со стороны каптерки спотыкающуюся мелодию фокстрота, слегка морщась, когда патефон выдавал особенно визгливую ноту. Бёрнс пытался решить важные проблемы, но никак не мог сосредоточиться на деле, так как единственное, что ему приходило в голову, – это снять тяжелый башмак и со всей силы запустить его в патефон. Полковник вздохнул и обхватил голову руками. Спустя пару минут раздался звук глухого удара, раздражающая мелодия поплыла и затем резко затихла. Патефон замолчал. Обрадованный полковник понял, что у него есть два-три часа на то, чтобы разобраться с делами. Бёрнс потер руки и, положив ладони на стол, крикнул во всю силу легких:
– Эрмин*, соедини меня скорее со снабженцами!
Полковник барабанил пальцами по столешнице в ожидании, пока сержант Томми Браун, исполняющий обязанности клерка, и прозванный солдатами «Эрмин» за невероятное проворство при оформлении офисной документации и поразительную осведомленность о всех делах авиационного корпуса, соединит его с кем-нибудь, чтобы он мог выпросить побольше пилотов в свой корпус. Бёрнс даже не подумал уточнить, с кем именно из снабженцев он хотел бы поговорить. На самом деле, с тех пор, как в корпус приехал этот щуплый паренек в очках с толстыми линзами, полковник стал забывать, когда и куда нужно звонить, в каких местах и какие бумаги подписывать. Где можно достать недостающие запчасти, мелкие бытовые вещицы или даже просто хороший скотч десятилетней давности – предмет гордости, вызывающий зависть и изумление офицеров высшего состава, приезжающих в корпус с проверкой или по другим делам. Так и сейчас — полковник дал клерку только команду приступать к действиям, а о том, что нужно было решить, Эрмин всегда был осведомлен лучше него.
– Сэр, лейтенант Майк Крэнк на связи, – доложил пару минут спустя клерк, всунув голову в чуть приотворенную дверь кабинета.
– Привет, Майк! Бёрнс беспокоит… – полковник вспомнил отъевшегося на снабженческих харчах ушлого лейтенанта.
Ходили слухи, что Крэнк хранит на складе целый арсенал, и что все это – не описанное имущество. Насколько Бёрнсу было известно, официально Крэнк занимался поставкой предметов быта: форменной одежды, постельного белья, мыла, тазов, то есть той мелкой ерунды, которая необходима солдатам для жизни во время войны. К летному составу он не имел не малейшего отношения.
– А, полковник! Как жизнь? – фамильярный тон легко подсказал Бёрнсу, что лейтенант как раз сейчас вытянулся на стуле, расслабился и не собирается работать в ближайшие… сто лет…
– Хреново, лейтенант: пилотов не хватает.
– А их нигде не хватает, – послышался на другом конце равнодушный голос. – Война, понимаешь. Их отстреливают, а новые выучиться не успевают: только придут сосунки, а их, глядь, уже и подстрелили. Так что пилотов нет, полковник. Ты уж извини! Тебе, может, одеял подбросить? Говорят, дожди скоро пойдут. Холодно будет. А угля нет, так что топить печурки нечем будет…
– Мне бы пилотов, – прервал его полковник. – Хотя бы человек пять. Лучше восемь...
Громкий хохот из телефонной трубки заставил полковника чуть отодвинуть ее от уха и поморщиться.
– Восемь!!! Да ты что, полковник? Говорю тебе, никого нет совсем!
– А новички? – в отчаянии спросил Бёрнс.
– Не-ту! – по слогам повторил лейтенант. – А кроме того, в твоем корпусе новичкам сразу хана придет: у твоих парней задания по высшей лиге идут. Вы же ближе всех к фронту.
– Вот именно! – взревел полковник. – У меня здесь ФРОНТ, твою мать! И моих парней отстреливают как кроликов, потому что они втроем против десятерых на бой выходят!
– Ну, попробую поискать… – неуверенно протянул Крэнк. – А если новичок? Согласишься взять? Говорят, там, в Академии, сейчас троих парней к экзаменам готовят….
– Да я сейчас даже на ведьму на метле согласен! – завопил полковник. – Лишь бы летала хорошо! Ты что, не допёр, Майк? У меня зарез полный! Присылай. Мои парни их поднатаскают.
– Ну ладно, двое из новичков твои будут. Пришлю недельки через две. С тебя пузырь.
– Эй, погоди, Майк!
– Чего?..
– Как через две недели?.. Да еще на обучение время нужно…
– Говорю же тебе, полковник: они еще в Академии. Экзамены еще не сдавали.
– Так что, они и не летали еще без инструктора?
– Ну конечно, нет! Недельки через две, может быть…
В приоткрытую дверь просунулась голова клерка. Эрмин изображал пальцами шуршащие в руках деньги.
– Слушай, Майк, у тебя ведь большие связи… Ну поищи, а? Договоримся… – внял полковник совету клерка.
– Ну, это тебе дорого будет стоить, полковник, – сразу заинтересовался Крэнк. – О-очень дорого!
– Я согласен! – неосмотрительно заявил полковник.
– Видать, крепко припекло... – довольно буркнул голос в телефонной трубке. – Так, дай-ка глянуть, где я это видел…
Полковник с силой вдавил трубку в ухо, чтобы лучше слышать, что там бормочет снабженец. Зернышко надежды поселилось в душе Бёрнса. Если бы он мог, он сейчас весь протиснулся бы по проводам, только бы иметь возможность заглянуть в бумаги, которые перелистывал сейчас лейтенант. Ждать пришлось довольно долго. Полковник почти начал отчаиваться.
– Ну, вот. Нашел! – довольным голосом заявил через несколько минут Крэнк. – Слышал о рейнджерах?
– Кто не слышал? – безразлично протянул полковник.
– Я тут нашел одного: майор С. Блэйк. Отряд особого назначения! Спецподготовка! – перечислял Крэнк. – Рукопашный бой и бой с холодным оружием, отличия за безупречную стрельбу… ВАУ!!!! Бронзовая звезда в послужном списке. Как тебе, а?
– Майк, да на хрен мне рейнджер? – возопил Бёрнс. – Мне пилоты нужны! Пи-ло-ты!
– Летный опыт есть… 8000 часов налета… немало… Ого! Прикинь: у чувака было 32 миссии. Из них, зацени: 31 – успешные! – продолжил Крэнк. – Как тебе? А? Упс… Э-э-э… (Восторженный голос лейтенанта резко сбавил темп.) А тут у нас проблемочка…
– Эй, Крэнк, – с надеждой переспросил полковник, – ты сказал, есть летный опыт?..
– У-гу… – задумчиво промычал клерк. – Но тебе не подойдет…
– Погоди, погоди! – заторопился полковник. – Если опыт полетов есть, то почему не подойдет? На чем летает? Самолет, что ли? Так у меня есть парочка….
– Я бы сказал, летает на метле… – констатировал факт лейтенант. – Поверь мне, полковник: это не твой вариант.
– Слушай, лейтенант, если этот твой майор может поднять на взлет и посадить вертолет без посторонней помощи, беру! – Бёрнс не хотел упускать единственный шанс. – Присылай этого майора сюда, а тут мы разберемся…
– Зря торопишься, – поучительно предупредил его лейтенант. – Видишь ли, этот майор… он… г-м-м… Как бы тебе это сказать…
– Говори прямо! Что может быть самого худшего?
– Ну, я бы сказал, трудновато парням твоим придется…
– Присылай! Всё! Это приказ! – облегченно вздохнул полковник. Ничего, как-нибудь. Парни у него крепкие, а если что, так он им поможет.
– Ну, раз ты настаиваешь… – в трубке послышался смешок, а затем лейтенант перешел на деловой тон. – Значит так, полковник. Как я и сказал раньше, этот пилот тебе будет очень дорого стоить.
– Сколько? – безнадежно спросил полковник, готовясь к худшему.
– «Черный Волк», – довольно заявил Крэнк.
– Да ты охренел, лейтенант?!
У полковника даже голос осип от услышанного. «OH-58 Кайова», по-домашнему именуемый «Черный Волк» – новейшая модель вертолета, только недавно вышедшая из конструкторского бюро, отличалась прекрасными обтекаемыми формами, что позволяло вертолету развивать значительно большую скорость, превосходя прежние модели. Мощный мотор и особым образом преломленные вращающиеся лопасти пропеллера могли удержать вертолет даже в вертикальном полете почти на двести футов. А это давало огромное преимущество в маневрировании. То есть «Черный Волк» – это была машина мечты каждого пилота его корпуса. Опытные испытания первого сошедшего с конвейера «Волка» только недавно успешно завершились, и этот вертолет должен был поступить в его корпус для пилота высшей категории капитана Вэйна.
– Не хочешь как хочешь… – Крэнк даже не собирался торговаться.
– Так это же «Во-олк»! – попробовал усовестить его полковник.
– У тебя одни проблемы, у других людей – другие! – вновь поучил его лейтенант.
Эрмин вновь высунул голову из-за двери и энергично кивал головой и махал руками, намекая, чтобы полковник соглашался. Удивившись настолько, что почти потерял дар речи, полковник условно показал клерку пальцами вращающийся пропеллер и затем указал на трубку. Эрмин еще энергичнее закивал.
– Ладно. Договорились… Присылай своего майора… – сбитый с толку полковник сделал знак клерку войти в кабинет и сесть на стул возле его стола.
– Теперь это твой майор, полковник, – радостно сообщил ему Крэнк.
Бёрнс с силой швырнул трубку на рычаг.
– Ну?! – рявкнул он.
Клерк чуть вжал голову в шею и, исподлобья глядя на полковника, осведомился:
– Сэр, а вы знаете фамилию пилота, который проводил испытания «Черного Волка»?
– На кой черт мне его фамилия? – удивился полковник.
– Его фамилия Блэйк, – заявил Эрмин. – Майор Блэйк. А это значит, к нам пришлют пилота, квалификация которого достаточно высока, чтобы испытывать новейшие летательные аппараты. Пилота, для которого начальство не будет жалеть хороших машин… которые будут приходить в наш корпус… Сколько из наших парней могут похвастать подобными возможностями?
– А-а-а… – понимающе протянул Бёрнс.
– Да-а-а… – заговорщицким голосом вместе с ним подтянул Эрмин. – Куда селить будем?
– В палатку офицеров, конечно, – подписывая тут же подсунутую Эрмином бумагу, ответил Бёрнс. – Во-первых, он майор, а во-вторых, у парней там место есть. Можно третью койку поставить. Что это? Ну-ка, дай сюда!
Полковник выхватил из рук Эрмина только что подписанный им документ.
– Это ваше распоряжение, сэр, – пояснил Эрмин, пытаясь вытянуть документ из рук полковника. – Просто накладная на склад, чтобы доставили койку, постельное белье, ну и все остальное…
Полковник выпустил бумагу из рук, так и не заглянув в нее. В конце концов, Эрмин всегда все знал лучше всех.
– Эй, парни, слыхали? Нам нового майора присылают. Эрмин сказал, ходят слухи, что характер у него неуживчивый, у нас тут будут проблемы. – Громадного роста пилот с черными вихрами кудрявых волос, неуютно скорчившись на пилотском сиденье, сосредоточенно переключал тумблеры на панели небольшого старенького «Си-Эйч-21» и одновременно трепал языком, рассказывая последние сплетни сослуживцам.
– С проблемами майора мы разберемся, Чарли, – остановил его пилот, готовящий к взлету «Белл-1» или, по-домашнему, «Хьюи». – Сейчас не до этого. Парни, готовы размять свои крылышки?
– Готовы, капитан! – раздался многоголосый отклик в эфире.
– Говорит капитан Эс-Си Вэйн, группа «Бета» к взлету готова. Взлетаем, ребята! Ии-и ха-аа!
Личность капитана Вэйна всегда производила на незнакомцев ошарашивающий эффект. Со стороны казалось, что этот человек всегда находится в движении, словно завихрения воздуха. Блестящие идеи, всегда возникающие в его голове в тупиковых ситуациях, указывали на недюжинный ум. Настойчивость в достижении цели останавливала сопротивление даже самых сильных противников. Если ему приходилось работать кулаками, то высокое, чуть худощавое тело превращалось в отлично слаженный механизм, натиска которого не могли выдержать даже более сильные физически противники. Его способность вести бой, бесстрашно бросаясь на амбразуру, чтобы защитить товарищей и довести миссию до конца, завоевали ему большое уважение среди солдат. И в то же время в Вэйне не было ни капли честолюбия. Было просто удивительно, как он смог дослужиться до чина капитана при полном отсутствии тщеславия. Вэйн был из тех, кто всегда готов поддержать хорошую шутку. Он не обижался на подтрунивания товарищей насчет его слабости вопить как сумасшедший, когда машина шла на взлет. Он даже почти забыл свое настоящее имя, указанное где-то в официальных документах, и всем новым людям представлялся как капитан Эс-Си Вэйн, что в переводе с аббревиатуры означало «Звездный Ковбой». Вэйн жил по принципу «Новый день – новая жизнь». Не переживая о прошлом, не размышляя о будущем, он просто наслаждался каждым моментом нового дня.
– Полковник, разрешите доложить! Майор Блэйк. Прибыла в ваше распоряжение, сэр!
Полковник Бёрнс поднял взгляд от кучи бумаг на столе и удивленно посмотрел на стоящую по струнке женщину в форме.
– Прибыла, значит… Майор… Это такая шутка, что ли?
Ошеломленный полковник никак не мог собраться с мыслями: пилот, десантник, Блэйк…
– Эрмин!!! – неожиданно заорал он. – Соедини меня с…
– Лейтенант Крэнк на связи, сэр, – сунув голову в кабинет, быстро доложил клерк.
– А-а! Майк! Как ты?.. Да у меня все путем… А то как же… Ну разумеется… – полковник перевел взгляд на майора, невозмутимо стоящую перед ним. – Слушай, Майк, ты кого мне прислал?.. Про него… Да как тебе сказать… Ты вообще-то лично встречался с майором?.. А надо бы…
В трубке послышались протестующие интонации.
– Майк, твою мать, это же баба! – заорал полковник.
Приглушенный голос в трубке что-то сказал о метле.
– Майк, да ты что, правда не понимаешь? – взвыл полковник. – Ты слышишь, о чем я говорю? Ба-ба!.. Да, не мужик, как баба, а настоящая баба с сиськами и задницей, в мужском корпусе! Майк!
Майор расправила плечи и с вызовом приподняла подбородок.
В трубке послышались с нравоучительные нотки.
– Да плевать мне на ее послужной список! У меня тут двадцать парней с тесными штанами. Куда я, по-твоему, должен ее поместить? Сегодня переночует, а завтра забирай… Нет, Майк… Я сказал: «нет»!
Голос в трубке перешел на деловой тон.
– Понял… Да понял я, Майк… Счастливо. И тебе… – полковник швырнул трубку на аппарат и вдарил кулаком по столу.
– Твою мать!..
Полковник, подперев рукой щеку, грустно смотрел на хрупкого майора, стоящую перед ним. Каким образом можно совместить две противоположности? Как удержать парней, озверевших от войны и отсутствия сексуальной разрядки с женщинами, от домогательств при виде этой феи? Да они же ее растерзают на части прежде чем он успеет сказать слово «Отставить». Начнутся драки, разборки, дисциплина упадет, единство в коллективе разрушится…
– Куда я могу тебя поселить? Вот скажи мне! – жалостливый голос полковника совершенно не тронул майора.
– Мне это неизвестно, сэр! – четкий голос не вызывал сомнений в твердости характера.
– Ладно, – слегка побарабанил пальцами по столу полковник. – Перекантуешься ночь в палатке капитанов. Там есть лишняя койка. Надеюсь, проблем не возникнет… Впрочем, Генри сейчас в госпитале, а Вэйн на задании, так что, скорее всего, тебя никто не побеспокоит, майор. Вольно! Можешь идти устраиваться.
– Слушаю, сэр! – майор круто, по-военному, развернулась к выходу.
– Да, майор, подожди! Звать-то тебя как?
– Саманта Блэйк, сэр, – круто развернувшись в обратную сторону, доложила майор, – можно просто «Сэм». Разрешите идти?
Вздернутый подбородок указал полковнику на то, что Саманте это уже все порядком надоело…
– Сэм, значит… Разрешаю. Иди… Эрмин! Принеси мне…
– Вот, сэр… – едва не столкнувшись в дверях с Самантой, клерк почти вбежал в кабинет и положил исписанную бумагу на стол полковника. – Вот здесь подпишите, и здесь, сэр. Это чтобы для нашего майора завтра новую палатку установили.
Вертолеты один за другим садились на площадку. Пилоты медленно вылезали из машин, едва двигая затекшими от долгого сидения и психологического напряжения ногами.
– Все, парни, я отправляюсь в койку, – капитан, слегка пошатываясь, направился в сторону палаток.
– Эй, Вэйн, ты слы-слышал? – зевая, произнес Чарли. – Новый майор уже здесь.
– Не сейчас, Чарли, – Вэйн отрицательно выставил руки вперед. – Только спать, спать. Спать…
– Капитан!
– Полковник… – Вэйн предпринял усилие сконцентрироваться перед начальством.
– У тебя там один человек в палатке… Гм… На одну ночь только. Ты уж давай там без проблем, ладно?
– Без проблем, полковник, – зевнул капитан и побрел к палатке.
Вэйн почти на ощупь добрался по темной палатке до стены к своей койке, стараясь производить как можно меньше шума, чтобы не будить временного жильца. Зажженная им керосиновая лампа осветила тусклым светом небольшой столик и раскладушку. На его койке, укрывшись с головой одеялом, спал гость.
– Эй, мучачо! – окликнул его Вэйн, начиная стягивать с себя солдатскую рубашку, – Я не против разделить с тобой койку, но ты уж подвинься.
Никакого ответа. Вэйн слегка тряхнул солдата за плечо. В ту же секунду одеяло взлетело в воздух. Перед глазами ошеломленного Вэйна мелькнули блики пламени. Он услышал звук глухого удара, почувствовал резкую боль и в ту же секунду упал на пол, погрузившись в темноту.
Очнулся он на полу рядом с койкой. Ему было мокро и больно. Вода затекла в нос и за шиворот, гимнастерка вся промокла, а в голове словно били по вискам маленькие молоточки. Чуть повернув голову, он увидел опрокинутое пустое ведро, в котором они держали запас питьевой воды. Кажется, он здорово ударился затылком и, вероятно, валялся без сознания какое-то время. Вэйн почувствовал, как в нем закипает ярость.
– Ты уж извини, полковник, – пробормотал он, начиная подниматься, – но такие гости мне не нужны. Сегодня он переночует у тебя.
– Очухался наконец? – высокий голос с металлическими нотками заставил Вэйна поторопиться встать на ноги. – Собирай свои манатки и выметывайся отсюда! Я спать хочу.
Вэйн подошел ближе и с любопытством оглядел несговорчивого гостя.
Небольшого роста худощавый солдат стоял, привалившись спиной к столику. Рыжая грива длинных волнистых волос закрывала лицо с той стороны, где он стоял, но рост и фигура собеседника, методично обтачивающего ножом ногти на руках, без сомнения указывали, что перед ним женщина. Ну и дела… Хороший подарочек. Вот это гость, твою мать... а он сегодня, как назло, так устал…. Хотя, если подумать хорошенько, он не любит рыжих…
– Я тоже спать хочу, – заявил Вэйн. – И эта койка моя, а та, что у двери, – Генри. Можешь занять ту, что в середине.
С этими словами Вэйн плюхнулся на свою койку и отвернулся носом к стене. Спустя минуту он уже был в глубоком сне.
***
Наутро Вэйн, сонно позевывая, вышел из палатки и побрел к душевым кабинкам, по привычке окидывая беглым взглядом территорию корпуса. Парни толпились на вертолетной площадке. Поняв, что в корпусе есть новости, он первым делом решил узнать, что там происходит.
– Это что? Большая стрекоза? – Вэйн подошел к парням, стоявшим рядом с маленьким серебристым вертолетом. – И как это насекомое залетело в наши пенаты?
Аккуратные обтекаемые формы вертолета с мощным пропеллером и двумя навесками орудийных боксов по бокам уже несколько минут привлекали внимание пилотов.
Вэйн подошел поближе к вертолету и, заглянув внутрь, уселся в кресло пилота. Покрутив ручки и изучив управление, он вылез из машины и похлопал вертолет по корпусу.
– Гибрид, что ли? – ласково поглаживая серебристый нос вертолета, поинтересовался Вэйн. – Никогда такого не видел.
– Да-а… – протянул Чарли. – Я тоже никогда такого не видел. А вы, парни?
Вокруг захмыкали.
– Эй, ты! – раздался знакомый Вэйну металлический голос. – Убери лапы от моей машины!
Вэйн обернулся. Все та же дамочка. Рыжие волосы были убраны в тугую прилегающую к голове косу. Стройная фигура… Симпатичная. Жаль, что он не любит рыжих. Можно было бы развлечься.
– Ты слышал меня, Капитан Панда?
– Панда? – удивился Вэйн.
Солдаты заржали.
– Какого?..
И тут он вспомнил… Черт. Он совсем забыл о ночном инциденте. Вчера он получил хороший хук, и теперь на его лице, вероятно, чернеет фингал. Вэйн предупреждающе глянул на парней, и те стали постепенно расходиться. Связываться с капитаном никому не хотелось. В гневе Вэйн был скор на расправу.
– Майор! – полковник подошел к стоявшим напротив друг друга и мерявшихся злобными взглядами Вэйну и Блэйк. – Я распорядился. Для тебя уже устанавливают палатку. Особого комфорта не жди, ресурсов у меня не много…
– Спасибо, сэр!
– Вэйн, ты в порядке? – полковник разглядывал физиономию капитана. – Вроде вчера этого не было…
– Случайность, сэр! – в два голоса заявили Вэйн и Блэйк.
– Ну да, ну да… – пробормотал полковник. – На будущее постарайтесь, чтобы случайностей не было. Ясно?
– Ясно, сэр...
– Ясно.
– Знаешь, Вэйн, ты похож на панду, – с этими словами полковник, пряча ухмылку, удалился. Скоро здесь наконец-то будет весело.
В следующие несколько дней кулаки Вэйна активно работали, оставляя синяки и ссадины на боках сослуживцев. Мириться с кличкой панды ему совсем не хотелось. Наконец, синяк сошел, парни смирились, глупая кличка пропала, но у Вэйна оставался еще один должок.
Утром 4 декабря Саманта Блэйк с удивлением рассматривала стрекозу с двумя длинными клыками, стильнонарисованную белой краской на боку ее вертолета. Пару минут спустя она вихрем влетела в палатку – офис полковника Бёрнса.
– Полковник! Прошу вас пройти со мной на вертолетную площадку.
– Что там у тебя, майор?
– Эти… Они… Идемте, полковник!
Бёрнс со вздохом поднялся из-за стола, подумав, что покоя теперь точно не будет. Увидев расписной вертолет, он не выдержал: глухие звуки непроизвольно стали вырываться из его глотки, и, в конце концов, под изумленным взглядом майора он разразился хохотом.
Саманта, набрав в грудь побольше воздуха и медленно выдохнув, официально обратилась к нему:
– Разрешите принять меры, полковник?
– Принимайте, – махнул рукой полковник и пошел в палатку, утирая на ходу выступившие от смеха слезы.
* Эрмин (Ermine) - переводится с латыни как «горностай».
Глава 2
Тяжело в учении, легко в бою
– …а я уверен, если там пощупать, то там такие формы!..
– Давай, Чарли, пощупай, а потом…
– Отдыхаете? – Саманта разглядывала сидевших в тени парней.
Случайно услышанные слова и резко прерванная беседа ясно давали понять, что речь, конечно же, шла о ней. За всю свою почти семилетнюю воинскую карьеру Саманта давно привыкла, что парни, изолированные от гражданской жизни, превращаются в обычных животных, основные потребности которых – еда, сон и секс. Особенно секс, поэтому разговоры о сексе или, вернее, отсутствии такового, являются темой, наиболее затрагиваемой в разговорах. Поэтому, даже не отреагировав на болтовню солдат, Саманта выпрямилась и четким голосом отдала команду:
– Смирно! Подготовить спальные помещения к осмотру. Осмотр через десять минут. Вольно. Разойтись!
Был только один способ узнать творца этого шедевра: нужно было найти банку с краской, кисти или белые отпечатки подошвы ботинок… Обходя палатки, Саманта мельком осматривала заправленные кровати, выстроенные в рядок башмаки, уложенные аккуратными стопками походные рюкзаки. Она была уверена, что банка с остатками краски не будет находиться в палатках, но случайные капли на полу, башмаках или одежде могли навести на мысль, кто создатель этого произведения. Завершив осмотр, майор распустила солдат. Никаких следов краски в палатках солдат обнаружено не было. Оставалось только придумать, под каким предлогом осмотреть палатку офицеров. Хотя, с другой стороны, в этом уже не было смысла: обитатель там в данное время был только один. У Саманты зародился план.
В ближайшее время полковник должен был отправиться на несколько дней в штаб, где высшим военным составом обсуждались тактика и стратегия ведения войны и планировались миссии. На время отсутствия полковника руководить корпусом должна была Саманта как наиболее старший по чину офицер. Проводив полковника и мысленно помахав ему вслед рукой, майор прошлась по территории корпуса, словно предъявляя на нее свои права.
Рано утром на территории авиационного корпуса раздался звук общего позывного горна. Солдаты и офицеры выбегали на площадку на построение и выстраивались в шеренгу.
– Значит, так! – Саманта прохаживалась перед строем солдат. – Полковник будет отсутствовать в течение недели. Командовать корпусом буду я. Моя цель – добиться того, чтобы к приезду полковника в нашем корпусе не было неженок, лентяев и трусов. Поэтому с нынешнего дня мы все будем заниматься утренней зарядкой, чтобы укрепить тело и дух в начале нового дня.
– Сегодня выходной, майор! – раздался голос из шеренги.
– Прекрасно! – ответила Саманта. – Значит, у нас будет дополнительное время для тренировки. После зарядки займемся основами рукопашного боя. Корпус, упражнение начинай! Руки вверх, вперед, в стороны, вниз, вверх, вперед, в стороны, вниз… Следующее упражнение!..
Солдаты вяло водили руками, всем видом показывая, что им совершенно не интересны бабские причуды, но так как все они были истинные мужики или, вернее, в данное военное время – животные, прежде всего их интересовала миниатюрная женская фигурка, проделывающая упражнения вместе с ними. Это немного походило на игру и заставляло парней примириться с этим глупым, по их мнению, занятием.
– Бег на месте. Начинай! Раз-два-раз-два! Выше колени поднимаем. Отставить пялиться на грудь майора! – в шеренге заржали. – Отставить смех в строю! Корпус стой! Раз-два. Теперь, когда все мы разогрелись, приступим к отработке рукопашного боя.
– Ты серьезно, майор? – Чарли, да и остальные парни удивленно смотрели на Саманту, вдруг скинувшую верхнюю солдатскую рубашку и оставшуюся только в коротком, облегающем грудь черном эластичном топе и солдатских штанах.
– Я очень серьезно, Чарли! Каждый из вас должен научиться сражаться с врагом в рукопашном бою. Мы здесь не в санатории. Я проверю каждого из вас на способность отражать атаку врага. Добровольцы есть? Нет? Капитан Вэйн, выйти из строя!
Вэйн удивленно взглянул на нее и, засовывая руки в карманы штанов, послушно вышел на площадку.
– Звали, майор? – Вэйн уже догадался, что вся эта утренняя гимнастика – не что иное, как часть какого-то плана, задуманного Самантой в отместку за порчу ее вертолета. Вэйн думал, что сам он тоже не оставил бы это дело безнаказанным, так что капитану было интересно узнать, по какому пути пойдет майор.
– Вы поможете мне осуществить демонстрацию рукопашного боя для наших боевых товарищей. Принять боевую стойку!
– Майор, – лениво засомневался Вэйн, – я не уверен, что обладаю нужной вам квалификацией.
– Вот и хорошо, – поощрила его Саманта. – Парни смогут получить наглядную картинку того, что с ними может произойти, если они не будут готовы. Защищайтесь!
Саманта нанесла удар в челюсть ошарашенного таким поворотом дела Вэйна. Рухнув на площадку, капитан поднес руку к щеке и попробовал подвигать челюстью. Она что, правда опять врезала ему по морде?
– Поднимайтесь, капитан! – раздался требовательный голос Саманты.
– Майор! – раздался голос из шеренги. – Мы поняли…
– Ни черта вы не поняли, парни! Но поймете… Очень скоро. Это я вам гарантирую. Защищайся, Эс-Си!
Увидев серьезно настроенную Саманту и оценив силу и точность хука, Вэйн стал выставлять блоки, но не хотел наносить ответных ударов. Сражаться с женщиной? Да парни над ним всю войну смеяться будут и потом еще лет пятьдесят вспоминать… Он чувствовал себя таким идиотом! Понятно, что она все это подстроила. Догадалась, кто расписал вертолет. Теперь опускает его перед парнями. Ладно, он потерпит. Бывало и похуже… Скоро она все равно выдохнется.
– Ты будешь драться или нет? – между ударами осведомилась Саманта.
– Нет, – буркнул Вэйн, ставя очередной блок.
– Тогда извини, парень, сейчас тебе придется туго. Я должна показать ребятам бой, а не танцы.
В следующую секунду Вэйн полетел кувырком, получив пару крепких ударов. «Твою мать… Эти два были покрепче…, – думал он, лежа в пыли, – пора заканчивать весь этот цирк, надо как-то остановить ее».
– Поднимайтесь!
Взглянув на едва сдерживающую себя Саманту, Вэйн понял, что пропал. Возбужденная дракой, Саманта глубоко и чуть учащенно дышала, на разгоряченном теле выступили мелкие бисеринки пота, обтянутая короткой маечкой грудь ритмично поднималась и опускалась на его глазах. Ему вдруг так захотелось прямо сейчас схватить эту девчонку в объятия и, стиснув, впиться в нее губами и целовать, пока она не размякнет в его объятиях… Черт… О чем это он думает… тоже нашел время… Глянув на молчаливо замерших парней, Вэйн медленно поднялся.
– Майор, ты ведь несерьезно… Я не могу сражаться с тобой… – Вэйн попробовал успокоить разошедшуюся не на шутку Саманту.
– Почему?
– Ты…
– Что я?
– Ты женщина, мать твою! – заорал он. – Я не дерусь с женщинами.
– Мы на войне, капитан! Твоим противником может оказаться кто угодно. К бою!
Не дожидаясь новых возражений Вэйна, Саманта как зверь кинулась в бой. Удар ногой в челюсть в очередной раз опрокинул капитана на землю. Разъярившись, Вэйн вскочил на ноги и со всей силы нанес Саманте удар, решив, что была не была: сейчас он ее отключит, а потом они разберутся, что делать…. Удар был отбит, и Вэйн почти тут же получил новый под ребра.
– Так уже лучше, капитан, – довольным голосом поощрила его Саманта. – Продолжай!
Солдаты в шоке стояли и смотрели, как мужчина и женщина с остервенением бьются в пыли площадки. Удар ногой в солнечное сплетение заставил Вэйна согнуться пополам, а беспощадный и сокрушительный удар чуть пониже шеи окончательно добил его, и капитан рухнул в пыль у ног майора.
– Сержант Тимби, подайте мне шланг!
Солдат бегом приволок садовый шланг, подсоединенный к огромному резервуару с водой. Саманта открыла затвор и направила струю холодной воды на капитана. Вэйн приподнялся, тряхнув головой.
– Ладно, с него достаточно на сегодня. Отнесите его в сторонку, – скомандовала она, бросая шланг на землю. Чарли и один из лейтенантов подхватили капитана и оттащили подальше от майора.
– Следующий! – Саманта вытерла мокрые руки о штаны и обвела чуть неровную шеренгу глазами
Солдаты не двигались.
– Сержант Стеббинс, выйти из строя!
Высокий худой парень, смущенно оглядываясь на сослуживцев, вышел вперед.
– Майор, не лучше ли нам просто поговорить… Я уверен, мы сможем понять друг друга…
– Занять боевую стойку! – Саманта не собиралась потакать неженкам. – Защищайтесь, солдат! Начали!
Она сделала два стремительных шага и молниеносно нанесла два удара: один в челюсть, второй сбоку шеи. Сержант завалился на площадку.
– Поднимайтесь! Выставьте блоки, сержант. Вот так… а теперь отражайте мои удары – один блок на один удар, сержант! Что ты как макарона? Двигайся! – Не слишком сильный удар отправил сержанта наземь. Плюхнувшись на мокрую землю, сержант глянул на парней и стал медленно подниматься.
– Ладно, детка, – начал, выходя из шеренги Чарли, и, отстранив парня в сторону, встал перед Самантой. – Раз тебе непременно этого хочется, я, пожалуй, доставлю тебе это удовольствие. Хочешь почувствовать крепкие мужские руки? Я весь твой, красотка.
Кинувшись к Саманте, Чарли захватил ее в медвежьи объятья, зафиксировав ей руки прижатыми к бокам, и чуть приподнял, прижимая к своему телу, так что ее ноги оказались в воздухе. В следующий момент стремительный короткий удар лбом по носу лейтенанта заставил его разжать руки, и он взвыл от боли. А еще секунду спустя, Саманта с разворота нанесла ему такой удар, что он плашмя свалился в лужу воды, натекшей из незакрытого шланга, и остался недвижимо лежать в ней. Вэйн сглотнул и подумал: «Хорошо, что я не стал применять этот прием. Хотя, если разобраться, Чарли по крайней мере имел удовольствие прижимать к себе эту конфетку…» Вэйн готов был заработать еще парочку ударов только ради того, чтобы иметь возможность прикоснуться к ее телу. Но теперь поздно: предложи он майору сразиться с ним еще раз, парни точно все поймут в два счета. Саманта между тем прохаживалась перед строем и комментировала только что закончившуюся стычку.
– Никогда! Запомните, никогда не замыкайте обеих рук. Ваши руки и ноги в драке должны работать! Не сближайтесь с противником. Держитесь на расстоянии. Дайте себе пространство для маневра. На сегодня все. Чарли, отправляйся к доктору, пусть приведет в порядок твой баклажан. – Нос лейтенанта уже стал наливаться багрово-фиолетовым отеком. – Убрать шланг! (Раздался сигнал горна.) Всем отправляться на завтрак!
***
В столовой царила непривычная тишина. Парни «переваривали» утренние события, искоса поглядывая друг на друга. Слышалось лишь легкое позвякивание вилок о металлические подносы.
– А ведь в ней есть что-то, – произнес наконец лейтенант Коша, – что-то дикое, первобытное… А? Как вы думаете?
Все молчали.
– Серьезно, парни! – лейтенант понукал их к беседе. – В конце концов этот спектакль был неплохо поставлен…
– Неужели? – Вэйн повернул к нему разбитое лицо. – А что же ты не поучаствовал?
– Как-нибудь в другой раз, – отмахнулся тот. – С другой стороны, подумайте: только у нас в мужском корпусе есть девчонка. Можно неплохо проводить время!
Раздался горн на построение. Солдаты переглянулись.
– Значит, так! – Саманта вновь прохаживалась перед строем, а в середине площадки стоял разрисованный вертолет. – Вы все знаете об инциденте, произошедшем у нас в корпусе. Я говорю о порче государственного имущества. Я не стану спрашивать, кто тот художник, чью работу все мы видим сейчас. Я не признаю доносов, и презираю людей, совершающих их. Хорошая шутка на войне помогает хоть на время забыть о том, почему все мы находимся здесь. Но война есть война. И мы должны быть готовы отражать удары врага. Кто из вас согласен летать на таком же разрисованном вертолете?
Парни хранили молчание.
– Вот краска. Вот кисти. Даю вам час на покраску машины.
– Майор, но сегодня же выходной… – лейтенант Коша попробовал воздействовать на совесть майора.
– Вы уже напоминали мне об этом, лейтенант. Выходной отменяется. У вас групповая гауптвахта. Приступайте.
Солдаты медленно разбирали кисти и макали их в бидон с краской. Мало-помалу работа захватила их, и покраска стала продвигаться быстрее.
Спустя минут сорок пять Саманта показалась на площадке.
– Смирно! Боевая готовность пять минут. Проверить припасы боевых ракет! Всем по машинам! Команду на взлет даю я.
– Это шутка? – солдаты удивленно смотрели на нее.
– Нет, – коротко ответила Саманта и серьезно добавила: – Парням на передовой нужна помощь. По машинам! Живо!
Парни побросали кисти и кинулись выполнять приказ.
– Группа «Альфа» доложить готовность.
– Группа «Альфа» готова.
– Группа «Бета»?
– Готовы.
– Взлетаем!
Глава 3
Перемирие
Вьетконговцы вели усиленную атаку по американской пехоте. Тяжелые орудия подбивали бронетехнику, танки вели обстрел одновременно по броневикам и пехоте, пулеметные очереди косили солдат как траву в поле. Парням приходилось тяжко.
– Держитесь, ребята, мы на подлете, – произнес в эфир Вэйн.
– Группа «Альфа» – занять огневую позицию, – послышался в эфире приказ Саманты. – Уничтожить вражеские орудия. Группа «Бета» – танки на вас. Я займусь пулеметами. Вэйн, отряди три машины побольше, здесь много раненых, нужно вывезти их поскорее.
– Вас понял. Чарли, Джон, Майк, подобрать раненых.
Саманта сходу пролетела между ракетами, посланными противовоздушными орудиями, и поливала непрерывным огнем пулеметные гнезда.
– Майор, одна пушка разворачивается к тебе, – предупредил ее Вэйн.
– Спасибо, капитан! – Саманта стала разворачивать вертолет.
– Я вижу, Эс-Си, – сообщил парень из группы «Альфа». – Установка у меня на прицеле. Я прикрою твой зад, майор.
Саманта вновь развернула вертолет к пулеметчикам, доверив свою жизнь парням, и открыла огонь, прикрывая солдат пехоты.
– Майор, установки уничтожены, – доложил лейтенант из группы «Альфа».
– Отлично. Вэйн, как у тебя?
– Техники больше нет, только наша.
– Потери?
– Наших нет.
– Отличная работа, парни. Подобрать раненых и возвращаемся. Всем спасибо. По прибытии всем собраться на плацу.
– Вот твою мать, – буркнул в эфир Чарли.
***
– Бойцы, я вновь хочу поблагодарить вас за отличную работу на задании. Молодцы, парни. Лейтенант, спасибо за то, что прикрыли мою задницу. Завтра в пять ноль-ноль утра жду всех на физзарядку. Привести машины в порядок! Пополнить запас вооружения! Убрать кисти и краску с плаца! Готовиться к ужину! Отбой в одиннадцать ноль-ноль. Разойдись!
– Это, похоже, война, а, парни? – Чарли отложил вилку в сторону. – Что делать будем? И ведь вроде как она с нами была… там, в мясорубке… Черт, Джексон, что тебя дернуло про ее задницу пройтись?!
– Я и сам не знаю… Сорвалось… Хотел сказать «тыл», а получилось…
Парни заржали.
– О чем думал, о том и говорил – подвел итог Чарли. – Ну что, подписываем капитуляцию?
– Черта с два! – заявил один капрал. – У меня есть идея. Завтра на зарядке предложим ей пробежку по утрам. Нашей дамочке придется с нами бежать. Сколько протянет, как думаете?
Солдатня заулыбалась.
***
– Утреннюю зарядку начинай! Руки вверх…
– Майор!
– Что тебе, Чарли?
– А почему бы нам не побегать по-настоящему? Что мы на месте-то топчемся? Неинтересно…
Саманта удивленно взглянула на солдат: похоже, парни готовят ответный удар. Ну что ж, каждая стычка приносит новый опыт и даже укрепляет отношения. Она готова побороться.
– Отличная идея, лейтенант. Шеренга нале-во, бегом марш! Раз-два, раз-два. Скучно как-то… – заявила Саманта десять минут спустя. – Слушай мою команду! Песню запе-вай!
Из строя слышалось только пыхтение подуставших солдат. Саманта остановилась.
– Шеренга, стой! Раз-два. Напра-во! Ложись. Всем двадцать отжиманий делать! Раз, два, три, ниже, ниже. Спину прямее держать! Чай не бабы… – майор прохаживалась перед линейкой отжимающихся парней. – Смирно! Нале-во! Бегом марш! Сержант Стеббинс, песню запе-вай!
Топот шагов и безмолвие.
– Шеренга, стой раз-два. Ложись. Двадцать пять отжиманий. Раз, два… Двадцать пять. Что подустали? Смирно! Налево! Бегом марш! Сержант Стеббинс, песню запевай!
– «
– Подпевай, ребята!
Все хором:
–
Погоняв парней еще примерно с полчаса, Саманта подбадривающим голосом прокричала:
– Отличная пробежка, ребята! Осталась всего миля до базы. Скоростной бег! Кто прибежит последним, делает двадцать пять отжиманий. Начали!
Саманта рванулась вперед как стрела. Ее быстро удаляющаяся попка произвела на уставших солдат эффект глотка свежего воздуха. Почувствовав охотничий азарт, парни переглянулись и все как один дружно рванули вдогонку.
– Отлично! – круто развернувшись в воротах, Саманта с чуть сбитым дыханием наблюдала, как они один за другим вбегают в ворота и останавливаются на плацу подобно группе пригнанных с поля быков. – Последний у нас – Макарона. Двадцать пять отжиманий! Приступай!
Бедный парень с трудом приподнялся на руках раз пять, но затем, обессилев, рухнул лицом в пыль.
– Всем привести себя в порядок. Готовиться к завтраку.
***
– Парни, так это оставлять нельзя. – Чарли вновь предпринял попытку к сопротивлению. – Она постоянно пытается нас унизить…
– И у нее это отлично получается! – продолжил из-за его спины Вэйн, имитируя голос Саманты.
Чарли в страхе резко развернулся, чуть не потеряв равновесие.
– Эс-Си, твою мать!
– Тише! Смотрите! – Джексон указал на Саманту, идущую к душевой кабинке. – А что, если?..
Осторожно прокравшись к дверям душевой, один из парней плавно протянул руку и умыкнул всю одежду Саманты, включая полотенца. Добыв трофеи, он приподнял их в воздухе и увидел в ответ много поднятых кверху больших пальцев. Пока проводилась операция по похищению, парни вынесли стулья и с удобством уселись на них, выстроив две линии по бокам от душевой кабины, таким образом, чтобы Саманта не смогла видеть их из душевой, но при выходе ей непременно пришлось бы пройти сквозь строй. Торжество сияло в глазах парней: они готовились восторжествовать над майором и заодно насладиться зрелищем обнаженной девушки.
– Вот дерьмо! – ругнулась Саманта, выйдя из душевой кабинки и не обнаружив ни одежды, ни полотенец на крючках. – Вот сукины дети! Ну я вам устрою….
Осмотрев все кабинки в поисках случайно оставленного кем-нибудь полотенца, Саманта вздохнула. Единственное крохотное полотенце было обернуто вокруг ее головы, чтобы не намочить волосы. Обернув его вокруг себя, Саманта подвернула сбоку уголок, чтобы оно хоть как-то держалось на мокром теле, затем, сделав глубокий вдох и собравшись с духом, она вышла из душевой. Маленькое полотенце едва прикрывало грудь и попку, и глазам солдат предстала очень милая картинка. Громкий свист приветствовал ее. Раздались овации.
– Новая униформа, майор? – подколол ее Джексон.
– Подойдите, лейтенант, – Саманта остановилась и повернулась к Джексону. – Объясняю для всех в первый и последний раз. Сексуальные домогательства всегда карались самым жесточайшим образом. Существуют несколько приемов, которым обучают женщин, служащих в вооруженных силах. Вы не женщины, но так как ваше поведение может впоследствии привести вас к проблемам, я хочу показать вам, какого рода проблемы ожидают вас. Возможно, увидев это собственными глазами, вы наконец будете более осмотрительны.
Лейтенант по-прежнему стоял возле нее и пялился на постепенно сползавшее с груди полотенце.
– Итак, есть три точки, отвечающие за определенный раздел мозга. Нанесение ударов сюда, сюда и вот сюда, – лейтенант получил три несильных удара в район груди, – вызовут у вас временный паралич тела (в этот момент лейтенант плавно завалился, словно срубленное дерево), мерзкий вкус во рту по пробуждении и недельную импотенцию.
К этому моменту полотенце, державшееся на мокром теле лишь благодаря силе трения, окончательно упало на песок. Шумный вздох пронесся среди солдат, а затем наступила полная тишина. Солдаты, приоткрыв рты, разглядывали ее. Стройные изгибы совершенного тела не позволяли им отвести взгляд, даже если бы сейчас начался артиллерийский обстрел. Тонкая талия, плоский живот, красивой формы груди, длинные стройные ноги, копна пламенеющих и переливающихся на солнце рыжих волос, белые, безупречной формы плечи и чуть расширенные от вынесенного унижения огромные изумрудные глаза.
– Санта-Мария!.. – изумленно прошептал среди общего безмолвия чей-то голос.
Саманта, словно во сне, наклонилась, подняла полотенце и, запахнув его вокруг тела, рванула к своей палатке, рявкнув на ходу:
– Убрать стулья с плаца! Всем отправляться на завтрак, пока есть время. Да, и уберите отсюда это… полено.
В столовой парни смотрели на распростертого лейтенанта, но мысли их были о другом.
– А дамочка-то ничего, – начал капрал.
– Всё, парни, хватит! – скомандовал Вэйн. – Лучшая защита в
– А ты помнишь, как она тебе морду била? Пока совсем не вырубила…. Еще бы чуть-чуть, и концы отдал…
– И что, с тех пор я получал по морде?
Парни переглянулись.
– Он прав, ребята, – сказал Чарли. – Только все должны это делать. Все, без исключения. Согласны?
– Да, – ответил ему дружный хор.
– Твою мать, у меня сушняк во рту, – протянул голос снизу.
– Гляди, ребята, Сушняк очнулся! – загоготали парни.
***
Саманта встречала полковника.
– Как прошла поездка? Удалось?
– Очень удачно! – довольно ответил полковник. – «Выбил» три машины: один «Банан» и два «Попугая».
– Отлично.
– А как тут дела, Сэм?
– Все в порядке, полковник.
– С вертолетом разобралась?
– Так точно. Вертолет покрашен и готов к боям.
– А как с личным составом?
– Никаких проблем, сэр. Кстати, по утрам у нас теперь гимнастика.
Полковник удивленно поднял брови.
– А парни не протестуют?
– Что вы, сэр. Наоборот, они предложили усилить нагрузку пробежкой.
– Ну пойдем, поприветствуем их.
Саманта вышла на плац.
– Корпус! Становись!
Построение завершилось за рекордно короткий срок.
– Равнение на середину!
Полковник вышел в центр.
– Ну, как вы, парни? – по-прежнему фамильярно обратился он к ним. – Все хорошо?
– Сэр, да, сэр! – дружно рявкнули солдаты.
– Это правда, что вы предложили усилить нагрузку на зарядке? – спросил он их, надеясь, что тайные знаки дадут ему понять, что тут происходит.
– Так точно, сэр! – рявкнул строй.
Полковник протер заложенное ухо и, скомандовав «Вольно», пошел к офису, поманив майора за собой.
– Разойдись! – Саманта поспешила за полковником.
– Давай, майор, распредели машины. И поторопись. Скоро должна быть новая операция. Надо, чтобы парни успели обкатать вертушки.
– Ясно, сэр! Разрешите идти?
– Иди, девочка, иди…
– Всему летному составу собраться в столовой, – объявление по рации голосом Саманты заставило солдат, обрадованных приездом полковника, тяжко вздохнуть.
– Значит так, парни, у меня для вас три отличные новости.
– Три? – голос из толпы
– Ш-шш, – также из толпы.
– Да, три. Три новеньких вертолета. Один «СН-47» и два «Хьюи-АРА». И нам надо их распределить как можно быстрее. Так как у нас с вами время от времени происходит некоторое недопонимание (парни чуть напряглись, готовясь к пакостям), я предлагаю вам самим распределить машины. Вы знаете друг друга лучше, чем я знаю, вас, так что давайте. «Си-Эйч-47», «Банан», транспортник. Кому? Решайте!
Тишина. Удивленная Саманта окинула взглядом подчиненных. Она рассчитывала, что парни начнут горячее обсуждение, будут рвать друг другу глотки за новую машину, а тут…
– Чего молчите? Я серьезно… Пора пересаживаться со старых развалин… Ну? Кому? Предлагайте?
Тишина. Парни сидели, потупив головы и с преувеличенным интересом рассматривая что-то на полу.
– Никто не хочет? – Саманта поверить не могла. Видимо, придется распределять машины самой… Майор подошла к Чарли. – Лейтенант, у тебя «Си-Эйч–21». Возьмешь «Банан»?
В мертвой тишине Чарли взглянул на парней и отрицательно покачал головой.
– Отлично, – начала злиться Саманта. – Вычеркиваем. «Хьюи-АРА» – «Попугай». Кому? Предлагайте! Их два. Ну же, парни! Кому попугаев?
Тишина. Саманта не могла понять – парни что, объявляют ей бойкот? Ну ладно… Посмотрим, кто кого…
– Никто не хочет? Ладно, вычеркиваем. Все. Всем спасибо. Все свободны.
Майор первая вышла из столовой. Парни потянулись было следом, но Джексон вдруг окликнул их.
– Так кому вертолеты-то достанутся?
– А никому, – ответил Вэйн.
– Как никому? – настаивал Джексон. – Мы же на старье летаем…
– А чего же ты молчал? – спросил его Чарли. – Майор спрашивала: «Кто хочет?»
– Ты пойди к ней, Фрэнк, повинись, – подсказал ему Вэйн. – Скажи, я, мол, ошибся… Я единственный достоин «Хьюи»…
– Почему единственный? – смутился Джексон. – Вы, парни, тоже достойны…
– Вот в том-то и дело, – объяснил ему Вэйн.
– Так что, никому? – все никак не мог поверить Джексон.
– Никому, – твердым голосом ответил капитан. – Согласны, парни?
– Согласны – дружно ответили все.
Саманта вошла в офис полковника и молча остановилась перед столом. Парни явно затеяли какую-то пакость. Она пока не могла сообразить, каким образом они собираются разруливать эту ситуацию с вертолетами. Ведь ясно же, все это был только спектакль. Отказываются они, как же… Тот же Чарли: да у него ноги не в два, а в три раза сложены, когда он в «Си-Эйч» садится, а «Банан» большой, как раз для него. А Стеббинс? Хоть он и Макарона, но стрелок отличный. Ему «АРА» как раз подойдет…
– Ну как, майор? Справилась? – полковник протянул руку к бумаге.
– Сэр, тут такое дело… Они не хотят эти вертолеты…
– Как не хотят? – ошарашенно переспросил полковник. – Совсем не хотят? Или им не нравится, как ты их распределила.
– Сэр, я знаю парней не очень хорошо. Так что я предложила им самим выбрать, кто, по их мнению, заслуживает машину.
– И что? – заинтересованно подался вперед полковник.
– Они не хотят эти машины…
– Ну-ка, пойдем со мной. Посмотрим, что тут у вас происходит. Эрмин, объяви по громкой!
– Всему летному составу немедленно собраться на плацу, – раздался голос клерка в громкоговорителе.
– Ну, вот и все, парни! – капрал Майк Линч расплылся в улыбке. – Полковник ей сейчас задаст!
Парни выстроились и, вытянувшись по струнке, стали ждать реванша.
– Так, ребята, – полковник держал лист бумаги. – У нас есть три новых вертолета. Совершенно новых, парни. Не просто переброс с точки на точку. Кто хочет «Банан»? Шаг вперед.
Никто не шелохнулся. Ожидающий дружного выхода солдат вперед всем строем полковник приоткрыл рот.
– Ладно, действительно, «Банан» – не самый лучший вариант. У нас есть два «Попугая». Ну, добровольцы!
Безмолвие. Полковник оглядел строй и перевел взгляд на майора. Саманта, вздернув подбородок, в свою очередь мерила пилотов глазами, с интересом ожидая, кто из них первым сделает выпад против нее. Солдаты не шелохнулись.
– Ну и черт с вами, – рявкнул полковник. – Идем, майор!
– Вольно. Разойдись! – Саманта поспешила за полковником, улыбаясь на ходу.
– Эй, парни, а чего это сейчас было? – Макарона взглянул на еще не разошедшийся строй замерших бойцов.
– Заткнись, Макарона! – рявкнул Чарли. – Пошли спать, парни.
Туго натянутая ниточка конфликта между майором и солдатами наконец порвалась. Только что они продемонстрировали, что девиз «один за всех и все за одного», действующий в армии, относится и к их разнополому корпусу. Ни у кого даже не возникло желания пожаловаться на майора или поставить ее в неловкое положение перед полковником. Они все были единой командой. Теперь не только в сражении, но и на отдыхе.
Глава 4
«Черный Волк»
Прошла неделя. Корпус жил обычной армейской жизнью. Саманта и парни сохраняли нейтралитет. Пока еще не было того братского отношения, которое случается в долгое время сражающихся плечом к плечу командах, но перелом в отношениях был уже заметен. Саманта по-прежнему вела себя, как и положено майору, периодически покрикивая на парней, но они воспринимали это нормально. Все вышестоящие во все времена орали на солдат и устраивали им гауптвахты. Это армия. Вскоре в корпус пришла ошеломляющая новость: где-то через недельку в корпус наконец-то должен прийти новенький «Черный Волк». Все знали, что Вэйн был подписан на эту машину, и поздравляли его, с силой толкая и хлопая по плечам. Вэйн не протестовал: он был так счастлив, что готов был послужить боксерской грушей для парней какое-то время. Но судьба умеет ударить по морде как раз в тот момент, когда ты меньше всего ожидаешь. В офисе полковника раздался телефонный звонок.
– Лейтенант Крэнк на связи, сэр, – доложил Эрмин.
– А, лейтенант… – полковник понял, что настал час расплаты. – Что нового?
– Нового ничего… – ответил лейтенант, – а вот старое есть… Должок за тобой. Не забыл?
– Майк, – попробовал отвильнуть полковник, – дай мне время… Ну не могу я так сразу. Как я парню-то объясню?
– Объясняйся с солдатами как хочешь, полковник, – неумолимо ответил Крэнк. – А «Волка» я уже отписал в другой корпус. Так что звоню просто чтобы сообщить, что ждать его не нужно.
– Как отписал, мать твою? – заорал полковник. – Без меня?
– А что? У тебя три вертолета на приколе стоят. Зачем тебе еще один?
– Майк… Ты понимаешь… – «Твою мать» – подумал полковник, у него как-то вылетело из головы, что к корпусу приписаны еще три машины, от которых отказались парни.
– Все, полковник, до связи, – лейтенант дал отбой.
– Эрмин! – завопил Бёрнс.
– Сэр? – осторожно сунул голову в офис клерк.
– Почему ты не списал эти вертушки? – полковник даже не подумал, что это было его, полковника, прямой обязанностью. Но обычно Эрмин напоминал ему о срочных делах.
– Сэр, у нас четыре машины в критическом состоянии. Если бы мы списали эту поставку, то новую пришлось бы ждать очень долго. Вот, сэр… – Эрмин протянул полковнику бланк.
– Что это? – спросил полковник. – Это же требование… на вертолет… Ты что даешь мне, Эрмин?
– Сэр, у нас недостача одной машины, – ответил клерк.
– Но не по документам, – злобно бросил полковник. – А это значит, что машин у нас достаточно.
– Как раз по документам, сэр. – Эрмин, улыбаясь, протянул полковнику проштампованный бланк. – Вот. Вы списали три машины, сэр, и я отправил документы, как только новые машины пришли в корпус.
– А почему же они все еще здесь? – удивился полковник. – И этот паразит Крэнк сказал, что документы не пришли…
– Видите ли, сэр, – клерк достал еще одну более проштампованную бумагу. – Так случилось, что произошла ошибка и адрес на конверте был размазан. Почта не смогла доставить его по назначению и вернула нам… Я как раз исправил и сегодня отправлю его еще раз.
– Так ты придержал машины в корпусе? Ну ты молодчина, Эрмин!
Клерк смущенно заулыбался.
– А что с датами? – спросил полковник.
– Вот, сэр, – указывая на первую бумажку. – Здесь ваша подпись и дата. День в день как машины были получены.
Полковник встал, схватил клерка за плечи и благодарственно потряс его.
– Молодец! – коротко шепнул он и, счастливый, вышел из офиса.
На другой день во время миссии Вэйн, кинувшись на помощь Чарли и прикрыв его собой, был сбит. Капитану пришлось проваляться в госпитале почти три недели, а по возвращении он был немедленно вызван к полковнику.
– Как ты, парень? – спросил полковник. – К полетам готов?
– Готов, сэр! – отрапортовал капитан.
– Ну тогда иди, принимай «АРА», – велел полковник.
– «Попугая»? – удивился Вэйн. – А как же «Волк»?
– У меня для тебя неприятная новость, Эс-Си, – полковник с сожалением посмотрел на Вэйна. – Видишь ли, «Черный Волк» достанется другому корпусу… Мне жаль, капитан.
Вэйн кивнул.
– Возьми Стеббинса. Отправляйтесь через два часа. Можете идти, – полковник сделал вид, что сильно занят с бумагами.
Вэйн вышел из офиса и, увидев Эрмина, жалостливо глядевшего на него и пожимавшего плечами, выдавил из себя улыбку.
– Мне повезло, парень: получаю новую машину.
Эрмин кивнул и бочком протиснулся в офис полковника.
– Я себя такой скотиной чувствую, – сказал полковник. – Так парня подставить…
– Может быть, все еще наладится, сэр, – подбодрил его клерк.
Полковник только махнул рукой.
***
– Как дела, капитан? – Саманта, увидев Вэйна, идущего от офиса полковника, окликнула его. – Жив-здоров?
– Отлично, – ответил Вэйн. – Новую машину получил.
– Серьезно? – обрадовалась Саманта. – Ну, поздравляю, капитан! Когда забираешь?
– Часа через полтора летим с Макароной.
– Ну, удачи, капитан! Все в порядке? – увидев, что Вэйн словно порывается сказать что-то, она задержала на нем взгляд.
– Да, – справившись с собой, ответил Мердок. – Все в порядке, майор…
Первым, очень острым желанием было рассказать ей о той несправедливости. Он так ждал этого «Волка»… Ему говорили, что новую машину припишут к одному из корпусов, долго решали к какому, затем, когда выяснили, что машина придет в их корпус, все, затаив дыхание, ждали, пока решится вопрос: кому именно достанется этот шикарный вертолет. Когда назвали его имя, Вэйн с трудом сдержал рвущийся из глотки радостный вопль, ограничившись только сухим «Как прикажете, сэр». И тут такой облом… Она бы поняла, ведь она отличный пилот, она испытывала эту машину… Может, она смогла бы узнать, ПОЧЕМУ «Волка» забрали. Хотя теперь все равно поздно… Приказы, как говорится, не обсуждаются.
– Увидимся, майор, – улыбнулся ей Вэйн и пошел разыскивать Стеббинса.
Вечером, проходя мимо стоянки вертолетов, Саманта решила взглянуть на «Черного Волка».
«Хороший вертолет слепили, – думала она, – как раз то, чего нам не хватает. И Вэйн – отличный пилот, в самый раз для такой машины».
Вэйн крутился возле новенького сверкающего «АРА», проверял крепления ракетоносителей, что-то подкручивал в кабине.
– Это не «Волк»… – вслух удивилась Саманта.
– Ты думаешь, я не заметил? – зло огрызнулся Вэйн, но затем сбавил тон. – Извини… Я просто расстроен немного...
– А «Волк»? – спросила Саманта.
– Его отдали в другой корпус, – ответил Вэйн, отворачиваясь от нее и начиная протирать сверкающий бок машины.
– Как в другой? – Саманта рванула его за плечо и развернула к себе. – Ты что, рехнулся? Как можно «Волка» отдать кому-то?
– Ты что, думаешь, это мое решение было? – заорал Вэйн. – Да ты знаешь, как я ждал эту машину? Да я…
– Тихо! – шикнула на него Саманта. – Не привлекай внимания парней. Ты с полковником говорил об этом? Он знает?
– Да, – кивнул Вэйн. – Он велел мне взять «АРА».
Саманта задумалась на несколько мгновений, а затем решительно направилась к своему вертолету и запустила мотор.
– Ты куда? – кинулся к ней Вэйн. – Чего задумала? Не вздумай, майор! Только хуже себе сделаешь!
– Ты соображаешь, что говоришь, капитан? – одернула его Саманта. – Куда хуже-то? «Волка» забрать они решили! Ну, мать вашу, я сейчас ваш бизнес прикрою… торгаши долбанные!
– Ты куда? – крикнул Вэйн.
Саманта не ответила и подняла машину в воздух.
– Ну и дела… – протянул Вэйн. – Из-за меня теперь еще и у майора проблемы начнутся…
***
Генерал Робин Олдс подошел к окну, услышав громкое тарахтение вертолетного пропеллера. Саманта, чтобы не тратить время на беготню через весь штабной центр, опустила машину рядом со строением, в котором квартировал генерал. Поскольку бараки были выстроены близко друг к другу, то для вертолета места почти не осталось. Никакой другой пилот просто не рискнул бы посадить машину в это узкое пространство. В другой день Саманта тоже вряд ли бы сунулась с вертолетом на этот крохотный пятачок, но сейчас она была так разгневана, что столкновение вертолета с утлым фанерным домиком казалось ей благом. Увидев вертолет, генерал уже понял, кто к нему пожаловал. И когда она успокоится? Что же ей везде свой бабский нос совать надо?..
– Генерал!.. – заорала Саманта, вбегая в дверь, – Вы какого черта творите?!
– Смирно, майор! – рявкнул генерал. – Доложите как положено!
– Кем положено? И куда? – Саманта приблизилась к нему почти вплотную и вперила горящий злобой взгляд в его глаза.
– Майор!
– Так кем? Я вас спрашиваю? Хотя зачем спрашивать?! Крэнк? Да? Куда он его отправил?! А? Да говори же!!!
– Погоди, девочка… Да погоди ты!!! – заорал он в ответ, хватая ее за куртку и встряхивая. – Кого отправил? Куда?
– «Волка» моего. Первый «Волк». Опытная модель «OH-58 Кайова». Где он?!
– Как где? – опешил генерал. – Что, забыла? Приписан к одному из летных корпусов для капитана какого-то... Хороший пилот, по отзывам. Ты что, забыла, что ли? Тебе же он не нужен был…
– Я передумала, – твердо заявила Саманта. – Мне нужен «Черный Волк», генерал. Немедленно!
– Саманта, прекрати истерику, – попросил ее генерал. – Давай обсудим все по-хорошему…
– Давай, – согласилась Саманта, усаживаясь на стул. – Мне нужен «Черный Волк». Немедленно.
– Я понял, – сказал генерал, – не глухой…
– Вот и отлично! Когда?..
– Саманта, послушай меня… – Генерал умиротворяюще протянул к ней руки. – Выслушай, девочка, в конце концов, я тебе не чужой человек… Не обижу… Как насчет «Ночной Фурии»? Подойдет тебе?
– Так она же еще не готова… – уныло протянула Саманта.
«Ночная Фурия» – супернавороченная модель вертолета, отвечавшая всем мечтам и требованиям, которые пилот мог когда-либо пожелать от летательного аппарата. Высокоскоростная, способная ускоряться до 408 км/ч, чутко маневренная, с широким обзором машина была бы идеальна для воздушного боя. Ракетные установки, расположенные спереди, а не позади пилота, как в обычных машинах, позволяли вести максимально прицельный обстрел. А кроме того, вертолет был просто потрясающе красивый. В нем был только один недостаток – цена. Вследствие баснословной цены государство отказало командованию Вооруженными Силами в выпуске вертолета на конвейер. Был дан наказ усовершенствовать вертолет за счет снижения средств на изготовление. Машина была отдана в доработку. Инженеры бились уже почти два года, но никак не могли найти способ сделать это. Командование «давило» на них, поясняя, что на готовящуюся войну нужны хорошие машины. Так был разработан «Черный Волк». Немного уступающий «Фурии» по всем показателям, он тем не менее соответствовал стандарту «цена – качество», и под нажимом военных государство дало добро. После первой опытной модели «Волка» запустили в производство. А «Ночная Фурия» осталась в разряде «не разработанных», и только один-единственный первый вертолет до сих пор стоял где-то в ангаре на испытательном полигоне и покрывался пылью.
Генерал протянул руку к ящикам стола. Выдвинув один, он вынул бланк, начертал несколько строк и протянул его Саманте.
– Возьми, девочка, и никогда больше так себя не веди, – строгим поучающим голосом сказал он, но в его глазах уже прыгали смешинки, так как следующую реакцию Саманты он уже предугадал.
Взглянув на бланк и прочитав название машины, майор вдруг завизжала как девчонка на карусели и кинулась на шею генерала.
– Дядя Роб! – вопила она. – Какой же ты хороший!!! Дядечка!
Майор рейнджеров прижала к себе бланк и с выступившими от счастья глазами посмотрела на дядю.
– Спасибо, – прошептала она, понимая, что генерал на самом деле допустил сейчас непоправимое: он просто использовал свое служебное положение для протежирования своей родственницы.
Саманта приходилась ему племянницей и была дочерью его младшей сестры. Трагедия, приключившаяся с его сестрой и ее мужем, оставила двухлетнюю Саманту на попечении его матери, а после ее смерти заботы о десятилетней Саманте полностью перешли к нему. К тому времени генерал был в звании майора и мотался из гарнизона в гарнизон, но даже помыслить не мог оставить девочку в приюте. Выросшая среди солдат, Саманта быстро выучилась отдавать приказы, игнорировать поддразнивания, а позже и заигрывания солдат. Первые детские драки для забавы с солдатами постепенно переросли в сильное увлечение. Саманта вдруг поняла, что такая жизнь ей нравится гораздо больше, чем стояние у плиты или стирка. Она не хотела быть женщиной. Она хотела быть солдатом.
Когда ей исполнилось шестнадцать, она упросила дядю, уже полковника, помочь ей устроиться в рейнджерский корпус. Полковник отказал: слишком тяжело для шестнадцатилетней девушки. И предложил компромисс: она пойдет учиться на пилота, и, если ей не понравится, тогда они вернутся к разговору о рейнджерах. Но дядя поставил условие: она должна в совершенстве овладеть профессией пилота, прежде чем сделает свой выбор. Тогда он поверит, что идея стать рейнджером исходит не из того, что она не может совершенствовать себя в другом деле, а потому, что это действительно ее мечта.
Достигнув невероятных успехов в пилотском деле, Саманта вновь стала просить дядю перевести ее к рейнджерам. Скрепя сердце новоиспеченный генерал согласился. Девушке пришлось там так трудно, что генерал не раз порывался забрать ее оттуда, но Саманта, рыдая в укромных уголках от боли из-за очередных синяков, гематом и переломов, все равно просила его дать ей шанс стать настоящим рейнджером. Постепенно навыки стали нарастать. Сначала это было незаметно, словно капли воды, падающие на песок. Постепенно песок намокал, а потом полностью скрылся под водой. Теперь под гладкой поверхностью не было видно, что за штука под ней. Видя утонченную красивую девушку, никто не мог с первого взгляда разглядеть, какая идеальная военная машина скрывается в этом теле.
Правда была известна, пожалуй, только ее дяде. Генерал лично проверял знания и достижения племянницы. Когда Саманта попросилась на войну, ей пришлось выдержать целый бой, убеждая дядю, что она готова. Генерал не соглашался ни в какую. Она настаивала, что только война сможет дать ей понять, на что она способна в суровой действительности. А иначе все это было бы только пустой тратой времени. Скрепя сердце генерал согласился. Из Лаоса Саманта вернулась с бронзовой звездой и званием майора. Она доказала себе, что может добиться всего, чего захочет. Генерал поздравил ее и пригласил на прогулку на полигон, где под солнечными лучами посверкивал новенький вертолет, носивший имя «Ночная Фурия». Увидев великолепную машину, Саманта ошеломленно застыла, а потом повернулась к дяде:
– А можно мне полетать на нем?
– Ну, если ты подпишешься на эту работенку, то, конечно, можно.
Так Саманта стала обкатывать новые машины. Иногда ей приходилось несладко: недоработанные модели, бывало, неправильно реагировали на управление. Частенько ей даже становилось страшновато… Потом все как-то стало очень привычным, монотонным, и Саманта начала скучать. Ее любовью по-прежнему оставалась «Ночная Фурия», даже после того, как генерал признался, что в документах название машины «Шайенн», но он считает нужным называть вертолет по-домашнему, пока проект в стадии разработки. При этом дядя смотрел в упор на Саманту и посмеивался в усы. Саманта даже не стала спрашивать, почему… Это и так было понятно: «Ночная Фурия» точно соответствовала характеру майора. Но после заморозки проекта машину закрыли в ангаре, и Саманта потеряла интерес к полигону. К этому времени Соединенные Штаты вступили в войну с Вьетнамом, и Саманта вновь обратилась с просьбой к дяде. Поняв, что Саманта все равно не отстанет, пока не добьется своего, генерал направил ее во Вьетнам. Разные фамилии майора и генерала не позволяли людям узнать об их родственных связях. Так, лейтенант Крэнк, копаясь в воинских файлах, даже предположить не мог, что майор Блэйк имеет какое-либо отношение к генералу Олдсу. Недрогнувшей рукой он отправил ее на передовую, обменяв на новенький вертолет.
– Надеюсь, мы в расчете? – спросил генерал, зная, что получит благодарный кивок.
– А «Волк»? – спросила Саманта. – Куда ты его дел?
– Да на что тебе «Волк»? – удивился генерал.
– Просто интересно… У кого он теперь?
– Ну, я так сразу тебе не скажу. Надо по докладным посмотреть...
– Дядя Роб, мне правда нужно узнать… – протянула девчачьим голосом Саманта. – Ну пожалуйста-а-а…
– Вот пристала… – генерал поднял телефонную трубку. – Сержант, принесите мне все документы по «Черному Волку».
Просматривая принесенные сержантом документы, генерал вдруг озадаченно спросил:
– Девочка моя, а ты, вообще-то, где свою службу проводишь?
– Как где? – опешила Саманта. – Ты же меня к Бёрнсу отписал…
– Так чего ты мне тут театр с тенями устраиваешь? – рявкнул генерал. – Ты майор и не знаешь, что у тебя уже неделю новый вертолет приписан?
– Кому приписан? Когда? – Саманта удивленно смотрела на генерала.
– На, читай! 16 марта 1966 года. Корпус полковника Бёрнса. Пилот капитан Джон Вэйн… принял...
– Кто принял? – заорала Саманта. – Кто этот сукин сын?
– Ты о чем? – подался от неожиданности назад генерал.
– Да нету у Вэйна машины! Ее вообще нету в нашем корпусе и не будет! Отдали кому-то другому!
– Не ори! – приструнил ее генерал. – Как отдали? Вот документы…
– А это ты уже сам разбирайся, дядя… Когда машину ждать?
– «Фурию»-то? – с надеждой спросил генерал.
– «Волка-а»! – заголосила Саманта. – «Волк» мне нужен, ты понимаешь?
– А «Фурия»? – спросил совсем сбитый с толку генерал.
– А «Фурия» пока пусть в ангаре постоит, – заговорщицки ответила Саманта и, чмокнув дядю в щеку, выбежала из барака.
Глава 5
Зависть
– Эй, майор, ну-ка, зайди ко мне! – полковник поманил Саманту пальцем.
Со времени самовольного отлета Саманты прошло три дня. Саманта перечистила гору картошки на гауптвахте, выданной полковником за самовольный и бесцельный полет.
– Полковник. – Саманта в ожидании приказа смотрела на полковника.
После загадочного исчезновения «Черного Волка» майор стала замечать, что полковник словно разочаровался в ней, казалось, следующий отданный им ей приказ будет – паковать вещи и убираться отсюда к чертовой матери…
– Нужно одну машину пригнать из ангара. Тебе приписана, кстати…. Возьми кого-нибудь из парней и давайте по-шустрому смотайтесь туда, пока опять не угнали…
– Кого не угнали? – не поняла Саманта.
– «Волка». «Волка» нам дают! – улыбнулся полковник и поправился: – Тебе дают! Тебе лично! Смотри: никаких изменений! Приказ генерала Олдса.
– Мне «Волка»? – удивилась Саманта. Черт, дядя, кажется, не понял, что она просила вернуть машину Вэйну…
– Тебе. Так что давай лети, майор, и без машины не возвращайся!
***
– Вэйн, полетишь со мной. Вылетаем через пять минут, – Саманта специально дала минимум информации, чтобы спровоцировать его на вопросы.
– Хорошо, майор, – безразлично ответил Вэйн. – Какой вертолет прикажете брать?
– У тебя их много, капитан? – Саманта чуть поднажала на него.
– Как прикажете, майор, – ответил Вэйн и пошел готовить свой вертолет.
Саманта покачала головой. Она сама готова была отправиться с полигона на все четыре стороны, когда у нее забрали «Фурию». Так что чувства капитана в данный момент были ей хорошо понятны. Вэйн молча провел предполетную подготовку и запустил винт пропеллера. Саманта забралась в кабину и села на второе сиденье.
– Ну что, готов к полету, капитан?
– Взлетаем! – одновременно потянув на себя штурвал, ответил Вэйн.
Машина взмыла вверх и стала набирать скорость и высоту.
– Ты что-то тихий сегодня… – попробовала поднять ему настроение Саманта. – Давай повоем вместе, что ли?
– Не хочется… – ответил Вэйн.
«Вот дура, подобрала слово, – обругала себя Саманта. – Только лишний раз рану разбередила человеку» Конечно, слово «повоем» напомнило Вэйну не о его привычке взлетать с музыкой, а о потерянном «Волке».
– Извини, – попросила Саманта. – Я не хотела… По-дурацки получилось…
– Прорвемся, майор. Где наша не пропадала? – Вэйн повернулся к Саманте и натянуто улыбнулся. – Солдата ругают, а он копает…
– Ты это о чем? – не поняла она.
– Мы пилоты, – объяснил он – Наше дело – летать. Когда мы в воздухе, мы живем, и неважно, чем мы управляем, если эта штука может держать нас в небе.
– Тебе правда все равно, на чем летать? – удивилась Саманта.
– Нет, – буркнул Вэйн и добавил: – Заткнись, майор, ладно?
Остаток полета прошел в полном молчании. Когда они подлетели к полигону и Вэйн посадил вертолет, Саманта позвала его с собой.
– Да я здесь подожду, – отказался Вэйн. – Что я, ангаров не видел, что ли?
– Пойдем! Мне может понадобиться твоя помощь.
Вэйн вылез из кабины и пошел за ней. В дверях ангара они почти столкнулись с толстым сержантом.
– А, майор, – заулыбался он. – А я слышу: вертушка вроде подлетела. Дай, думаю, пойду майора встречу…
– Встретил? – прервала его Саманта.
– Да… – улыбочка сползла с лица сержанта, и он встревоженно смотрел то на Вэйна, то на Саманту. – Что случилось-то?
– Где машина? – Саманта отстранила сержанта в сторону.
– Да вот он стоит! Красавец! Узнаешь?
– Капитан! – отдала Саманта приказ Вэйну. – Проверьте все ходовые части машины, крепление ракетоносителей и проведите предполетную подготовку.
Вэйн медленно обошел вокруг вертолета. «Черный Волк» для Саманты. Вэйн впервые видел эту машину так близко. Когда инженеры передали машину военным, ему удалось увидеть только несколько фотографий, и уже тогда он почти влюбился в этот вертолет, а когда прочитал о его летных качествах, то больше ни о какой другой машине даже и не мечтал. Способный развивать скорость до 352 км/ч, маневренный, с уменьшенным уровнем шума и меньшей уязвимостью при попаданиях. Какая разница, на чем летать, если не на этом красавце…
– Машина в порядке, майор, – доложил Вэйн. – Я подожду тебя снаружи…
– Капитан! – оклик Саманты остановил развернувшегося было к выходу Вэйна. – Ты ведь побережешь его?
Вэйн удивленно посмотрел на Саманту. Майор улыбалась.
– Ты… ты чего, майор? – осторожно запротестовал сержант. – У меня же приказ: передать лично в руки майора Блэйк.
– Что передать? – резко спросила Саманта.
– Вертолет… – ошарашенно ответил сержант.
– Неси! – довольным голосом разрешила Саманта.
– Что нести? – совсем обалдел сержант.
– Вертолет неси, Джейсон! Что же еще?
Саманта смотрела, как сержант переводит взгляд с вертолета на нее, а с нее на вертолет.
– Дурак ты, сержант! – оценила его познания Саманта. – Вот скажи, ну как ты мне вертолет передать можешь?
– Так, это… бумаги же у меня… – совсем растерялся солдат.
– Какие бумаги? – прикинулась удивленной Саманта.
– А вот… – Сержант побежал в угол ангара и, вытащив из стола кипу документов, принес Саманте.
– Ух ты, как много! – притворно удивилась Саманта.
– Тут вся техническая документация, телефоны, если что сломается…
– Какие телефоны, Джейсон? Мы во Вьетнаме! – осадила его Саманта. – Где приписной бланк?
– Вот!
Сержант, чуть пыхтя от такой усиленной умственной работы, протянул ей документ.
– Видишь? – ткнул он пальцем в строку. – Приписан майору Блэйк.
Саманта оглянулась на Вэйна.
– Я подожду снаружи, майор, – снова повторил тот.
– Иди сюда, капитан, – велела Саманта. – Принимай машину.
– Майор! – заныл сержант. – Генерал меня убьет!.. Тут же твое имя стоит. Как я другому лицу машину передам? Это же трибунал…
Саманта взяла авторучку из рук сержанта и подписала акт о принятии машины, затем, под изумленным взором Вэйна и под отчаянный вопль сержанта, подписала: «Передано капитану Джону Вэйну».
– Ты неправильно вписала мое имя, майор, – поправил ее Вэйн.
– Неправильно? – удивилась Саманта. – Где?
– Я капитан Эс-Си Вэйн, – преувеличенно серьезно ответил пилот. – Эс-Си.
– Подписывай! – шутливо ткнула ему папку в живот Саманта. – Я подожду тебя снаружи, капитан. А за генерала не беспокойся, Джейсон, просто скажи, что я просила мою птичку подогнать…
***
– Ии-и ха-аа!
Громкий вопль дал понять Саманте, что Вэйн поднял вертолет в воздух. Наконец-то все будет по-прежнему.
– Эй, майор, – Вэйн вышел на связь и сразу начал разговаривать одновременно с ней и сам с собой. – Я слышал, эта штука может вертикально вверх летать. Я попробую, пожалуй.
– Эс-Си, – засмеялась Саманта, – с новой машиной, как с девственницей, торопиться нельзя. Нужно сначала разогреть ее хорошенько, затем понять, на какие точки давить, а когда совсем остановиться… Потерпи пару дней, капитан, обкатай свою красавицу, а потом в вертикальный запустишь. «Волчонок» на приколе стоял долго, надо масло прогнать несколько раз… Ну, ты же сам знаешь…. Чего молчишь-то?
Последних слов Вэйн почти не слышал. После слов о разогреве девственниц его воображение вдруг представило картину обнаженной Саманты, лежащей в его койке.
– Вэйн, ты на связи?
– Да… Да, майор. Я понял.
До самой базы Саманта видела ровно летящего рядом с ней «Черного Волка». Приземлив машины, Саманта и Вэйн увидели сбегающихся солдат. Парни шумно выражали свой восторг, хлопали Вэйна по плечам, стучали по вертолету, словно проверяя на прочность, хохотали над чем-то своим… Саманта очень быстро от всего этого отключилась, так как увидела полковника, демонстративно направлявшегося к ней и манящего ее пальцем.
– Капитан, дайте мне документы на машину, – попросила она.
– Хочешь, я пойду с тобой? – спросил ее Вэйн, понимая, что сейчас начнутся проблемы.
Парни, видя такое дело, постепенно затихли.
– Все в порядке, – ответила Саманта. – Отмечайте, ребята: первый «Волк» у нас в команде.
– Первый? – переспросил кто-то.
– Ну да. Будут и еще машины. Не отчаивайтесь, парни!
Саманта поспешила к полковнику.
– Ну?! – Бёрнс грозно посмотрел на нее.
– Ваш приказ выполнен, сэр! – отрапортовала Саманта.
– Как выполнен? – удивился полковник. – Вэйн что, у тебя шофером, что ли?
– Нет, сэр, – четко ответила Саманта, вытянувшись по стойке смирно.
Полковник глянул на парней, смотревших на них и пытающихся понять, в чем дело, и, взяв майора за рукав, потянул в офис.
– Объяснись!
– Вы дали приказ доставить машину, сэр. Машина доставлена.
– Я отдал приказ тебе, – попенял ей полковник.
– Вы велели взять кого-нибудь из парней, – отбила удар Саманта.
– Машина пришла на твое имя, – давил на нее полковник.
– Так точно, – вновь отрапортовала Саманта. – Машина принята лично мной от сержанта Джейсона.
– А, ну хорошо… – успокоился полковник.
– И передана мной капитану Вэйну, – продолжила Саманта. – Все по закону, сэр. А я подожду следующую машину.
– Ну ты и штучка, майор! – восхитился полковник.
– «Фурия», – поправила его Саманта.
– «Фурия»? – удивленно переспросил полковник.
Саманта кивнула.
– «Ночная Фурия»? – прошептал клерк.
Бернс перевел взгляд с Саманты на Эрмина, а затем вновь недоверчиво на Саманту и увидел, что она улыбается и кивает головой. Полковник торжествующе поднял кулаки кверху.
– Отличная работа, майор!
***
Пилоты занимались техническим осмотром вертолетов: проверяли работу ходовых частей, электрику, исправляли мелкие дефекты в работе переключателей, выметали мусор и закрашивали свежей краской подбитые и отрихтованные места на обшивке.
Чарли был непривычно молчалив. Парни догадывались, что что-то гложет его: лейтенант не делился новыми сплетнями и не сыпал солеными шуточками. Такое поведение было странным для Чарли, но так как утром пришла почта и лейтенант получил письмо, то солдаты не доставали его вопросами. Кто знает, может, у парня плохие новости из дома. Когда он будет готов, он поделится с ними, если почувствует, что ему нужна поддержка. Поэтому пока все оставили его в покое.
Спустя час Вэйн не выдержал. Все-таки капитан был ответственен за свою группу, и проблемы ребят становились его проблемами.
– Эй, мучачо, – подошел к лейтенанту Вэйн. – Не хочешь рассказать, отчего у тебя сегодня вид такой невеселый?
– А ты вроде не догадываешься?.. – зло ответил Чарли
– А должен? – удивился Вэйн.
– Да чего уж… – Чарли принялся выгребать из салона окурки, оставленные перевозимым им десантом.
– Серьезно, Чарли… Ты это о чем? – Вэйн заметил, что все парни прекратили работу и смотрят на него и лейтенанта. – О вертолете, что ли?
– Да ладно, Вэйн, – отмахнулся лейтенант. – Это ваше дело… меня это не касается…
– Чье дело? Да что с тобой, лейтенант? – рявкнул Вэйн. – Говори по делу! Что ты как баба мямлишь?
Солдаты, услышав, что спор разгорается, один за другим подошли к ним. Чарли, глянув на них и словно получив молчаливую поддержку, на одном дыхании выдал:
– Да чего говорить-то? Всем и так все понятно: получил ты машину, капитан, за разбитую морду. А морду тебе, видимо, разбили за то, что рожей не вышел. Правда, парни?
– Не понял… – опешил Вэйн.
– Да ладно… – Чарли махнул рукой, развернулся и пошел прочь от Вэйна.
– Нет уж, объяснись, лейтенант, – Вэйн догнал его и схватил его за куртку. – Давай уж проясним это дело.
– О'кей. Если ты хочешь! Ты ведь домогался до майора, так? А она тебе по морде врезала. Ты отомстить решил: как же, дамочка тебе отказала! И как отомстил, а, помните, парни? Стрекозку на вертолете нарисовал... Ха! Да, только не вышел ты рожей, капитан! Плевать она на тебя хотела! Вот и разбила тебе физиономию! Тренировочка-то по рукопашке для тебя была устроена. Ты что думаешь, мы все идиоты? Ничего не понимаем? А потом ей, видно, совестно стало, вот она и отдала тебе машину. Вертолетик-то на нее был записан!
– Тебе тоже тогда досталось, – напомнил ему Вэйн, – и Макароне.
– Мы – другое дело, – пояснил Чарли. – Я на бой сам вызвался и майора поприжал малость, вот и получил, а Макарона так трясся, что майор лишь слегка толканула его, а вот ты… ты другое дело, капитан.
– Почему другое? – начал злиться Вэйн.
– Так она ведь тебя первого на бой вызвала. Сама вызвала, чтобы морду тебе набить за дела твои поганые. А мы уж заодно из-за тебя наказание понесли…
– Ты сейчас серьезно сказал, Картер? – осведомился Вэйн.
– Да, – с вызовом посмотрел на него лейтенант.
– Ну, это меняет дело, – ответил Вэйн и с размаху врезал ему по зубам.
Чарли рухнул на землю, но тут же вскочил и, озверев, кинулся на капитана. Примерно с полминуты солдаты просто смотрели, как они бьются, словно стараясь убить друг друга, а потом кинулись их разнимать. Но Вэйн и Чарли были настроены всерьез: парни никак не могли растащить их. Крики, ругань и звук ударов разносились по всему корпусу. Саманта выскочила из палатки и кинулась к месту драки.
– Отставить! – заорала она. – Кому говорят?! Ну-ка прекратили немедленно!
Парни продолжали биться. Солдаты пытались схватить их за плечи и оттащить. Кричали им, прося успокоиться, но эффекта это не давало никакого.
– Нет, так их не остановить… – произнесла Саманта. – Они не перестанут, пока их не вырубить…
– Ты что, тоже хочешь поучаствовать, майор? – поинтересовался Стеббинс.
– Не в этот раз, Макарона, – ответила Саманта, – они оба нужны мне в сознании.
– Зачем?
– Чтобы морду им набить, вот зачем! Тащи шланг!
– Шланг? – удивился Стеббинс
– Да, шланг! Нужно охладить их немного...
Сержант приволок шланг, и Саманта направила струю ледяной воды на сражающихся. Холодная вода, льющаяся за шиворот, затекающая в нос и закрывающая обзор, как хороший тормоз, замедлила движения парней, и драка остановилась сама собой.
– Остыли? – зло осведомилась Саманта. – Причины не спрашиваю, это ваше личное дело. Но оно закрыто! Ясно? Обоим гауптвахта сегодня вечером. Будете картошку чистить. Разойдись.
– У меня вылет сегодня, майор, – доложил Чарли. – После обеда.
– Значит, завтра отработаешь! – отрезала Саманта. – Разойдись!
Солдаты стали расходиться.
– Вэйн! – окликнула майор. – Подожди…
Капитан вернулся.
– Это он из-за «Волка»? – беспокойно спросила она. – Думаешь, завидует?
– Нет, – твердо ответил Вэйн.
– Что «нет»? – переспросила Саманта.
– Не из-за вертолета, – ответил Вэйн и пошел к своей палатке, размышляя о том, что парни стали ревновать Саманту, а это значит, что они заметили какие-то признаки симпатии к нему со стороны майора.
Вечером из кухни доносилось веселое пение с подвываниями и постукиваниями. Саманта приоткрыла дверь и увидела, что капитан умеет весело проводить время даже на гауптвахте.
– Наслаждаешься жизнью, капитан? – подколола она Вэйна.
– Майор, ты даже не представляешь, как это интересно и увлекательно – чистить картошку. Каждый корешок, он словно отдельная личность, и когда ты снимаешь с него верхнюю грязную шкурку, ты видишь абсолютно другого… корешка… корешок… такой чистенький, невинный, как…
Саманта выскочила из палатки и хлопнула дверью.
– …новенький вертолет! – донесся до нее радостный вопль Вэйн.
– Кретин… – тихо ругнулась Саманта. – Он что, сейчас попытался флиртовать со мной?
– Майор! – Эрмин бежал ей навстречу от офисной палатки. – Майор, Чарли подбили…
– Что? Что ты сказал? – Саманта схватила клерка за плечи и сильно тряхнула. Майор хоть и была сейчас зла на лейтенанта, но все же как человек он ей нравился, и как солдат тоже… а драка… это нормально. – Он жив?
– Доставили в полевой госпиталь, – доложил клерк. – Это все, что я пока знаю.
– Твою мать… – Саманта медленно направилась к своей палатке.
– Я буду держать тебя в курсе, майор, – крикнул клерк ей вслед.
– Не нужно, Эрмин, – ответила Саманта.
Через минуту она вышла из палатки с картой в руках и пошла к вертолетной стоянке, а еще пару минут спустя раздался рокочущий звук работающего пропеллера, и вертолет майора вскоре исчез в темном небе.
***
– Чарли... – тихим голосом позвала она распростертого на больничной раскладушке солдата. – Как ты, парень?
– Майор… – удивился и обрадовался лейтенант. – Ты прилетела ругать меня?
Он был чертовски рад, что она здесь. Значит, они с ребятами все-таки что-то значат для нее.
– Ругать? – удивилась Саманта. – За что? Ты что, не справился с управлением?
– Нет… – через боль шутливо ответил Чарли. – За гауптвахту... Не смогу я завтра отработать… Ты уж извини, майор…
– Не волнуйся об этом… – Саманта почувствовала, что ее глаза наполняются слезами.
– Ты чего, майор? – спросил Чарли. – Ты ведь не плачешь?
– Нет, Чарли. Не плачу… – Саманта взяла себя в руки. – А по поводу гауптвахты ты не беспокойся… Доктор сказал – ты проведешь здесь примерно неделю…
Чарли с загадочным выражением смотрел в лицо майора. Поняв, что пилот хоть и ранен, но вне опасности и готов вновь шутить и балагурить, Саманта указала на него пальцем, словно давая внушение:
– Отработаешь, когда вернешься, солдат! Даю тебе неделю насладиться отдыхом.
С этими словами майор вышла из госпиталя и, спокойная за жизнь солдата, запрыгнула в вертолет и отправилась на базу.
На следующий день Саманта нанесла визит генералу, решив поблагодарить дядю за доставку «Черного Волка» в их корпус, а заодно напомнить о «Ночной Фурии». Вернувшись вечером, она в отличном настроении обходила базу и, проходя мимо кухни, услышала уже знакомое пение и речитативы. Не верящая ушам своим Саманта приоткрыла дверь и увидела Вэйна, вновь увлеченно чистившего картошку.
– Тебе что, делать нечего? – удивилась она.
– Скучно… – ответил Вэйн. – Ты улетела, Чарли в госпитале… Я подумал, кто-то ведь должен составить компанию этим клубням и освободить их от грязной одежки.
– С ним все в порядке, – сообщила Саманта, придвигая себе табурет и беря в руки нож. – Через неделю будет здесь. Ну что, давай посмотрим, кто быстрее сможет снять одежку?
– Не-ет… – протянул Вэйн. – В таком деле быстро нельзя… Можно повредить нежную шкурку. Нужно снимать ее медленно, осторожно… слегка касаясь…
– Это если практики нет… – прервала его Саманта. – А если опыт имеется достаточный, то активные движения быстро сделают из этой твоей нежной невинности абсолютно гладкий объект. Мы оба могли бы получить удовольствие от процесса…
Саманта приподняла очень аккуратно очищенную ею картофелину и показала Вэйну.
– Что скажешь?
Вэйн сглотнул.
– Какого процесса? – осторожно спросил он ее. – Ты… ты сейчас о чем говорила?..
– А ты? – отбила попытку Вэйна Саманта.
– Я… ну, о картошке...
– Я тоже, – ответила Саманта. – Ну, не хочешь как хочешь. Настаивать не буду.
Саманта воткнула нож в картофелину и вышла из кухни. Вэйн примерно минуту сидел, пытаясь осмыслить, правда ли это, или ему только показалось, что она предлагала ему… нет… не может быть… скорее всего, правда о картошке говорила… Или нет?.. Нож продолжил раздевание картофелин, но песни больше не слышались.
Глава 6
Доносчик
Воскресное утро на авиационной базе вновь началось с непритязательного подвывания старого патефона. Прослушав все четыре пластинки по два раза, Вэйн вышел из палатки и поднял с земли увесистый булыжник. Подкидывая его на ладони, он прикидывал, в какое место прицелиться, чтобы вырубить этот ящик навечно. Услышав шум мотора подъезжающего военного джипа, он обернулся.
– А здесь, я вижу, все по-прежнему, – Чарли обвел территорию корпуса глазами и вылез из машины.
– Как ты? – спросил Вэйн.
– Путем… Как тут?
– Все в порядке, – ответил Вэйн и поинтересовался: – Ты хочешь продолжить наш разговор?
– Только если ты…
– У меня проблем нет, – ответил Вэйн.
– Тогда все о'кей, – ответил Чарли. – Пойду отмечусь.
Саманта, услышав шум мотора, выглянула в окно. Увидев Чарли, затеявшего беседу с Вэйном, она поспешила наружу. В последний раз их беседа закончилась крупной дракой.
– Как здоровье, Чарли? – Саманта встретила лейтенанта на полпути к офису. – Выглядишь неплохо.
– Здоров как бык, майор! – бодро отрапортовал лейтенант. – Готов отработать свою гауптвахту!
– Сейчас не надо, – ответила Саманта. – Когда Вэйн получит, тогда и отработаешь.
– Не понял… – удивился лейтенант.
– Вэйн отработал твою гауптвахту, – объяснила Саманта, глядя на подходящего капитана. – Теперь за тобой должок.
– Ни хрена… – ответил Чарли. – Это за ним был должок. Так что теперь мы квиты. Да, Эс-Си?..
Капитан кивнул.
– Вот бараны, – ругнулась Саманта и, забрав у Чарли больничные рапорты, вернулась в офис.
***
Полковник Бёрнс разложил на столе карту местности следующего задания. Саманта, Вэйн и капитан Генри Вудстроф, командир группы «Альфа», сидели с другой стороны стола и внимательно слушали полковника.
– Таким образом, в этот раз разбиваем команды по вертолетам, – подвел итог Бёрнс, – «Хьюи» вывезут раненых, это на тебе, Генри, ракетная атака – на «Попугаях», Вэйн, посади парней посмышленее, чтобы боеприпасов зря не тратили. Майор, на тебе прикрытие. Возьмешь «Черного Волка». Ты эту машину хорошо знаешь, так что сможешь использовать наилучшим образом. Все свободны.
– Как «Волка»? – переспросила Саманта. – На «Волке» Вэйн летает…
– Не в этот раз, – отрезал полковник.
– Но, сэр! – Саманта глянула на Вэйна.
– Все в порядке, майор, – подбодрил ее капитан, – надо так надо. Разрешите идти?
– Идите, – буркнул полковник. – И ты, майор, иди.
Саманта открыла было рот, но полковник ударил по столу кулаком и рявкнул:
– Это приказ! Всё. Свободна.
Весь вечер Саманта не могла успокоиться. Приготовившись ко сну, она провалялась в кровати почти три часа, но никак не могла заставить себя поспать перед миссией. Решение полковника казалось ей несправедливым. «Волк» был подписан на Вэйна, и капитан летал на нем каждый день, с удивительной легкостью управляясь с машиной. Саманта была уверена, что если бы вертолеты могли разговаривать, то «Волк» начал бы подвывать капитану во время взлета. Машина в полете смотрелась так гладко, без каких-либо рывков при изменении траектории, что со стороны казалось, что пилот и машина наслаждаются обществом друг друга.
И вот назначена первая, действительно серьезная миссия с тех пор, как Вэйн получил этот вертолет. Периодические доставки пехотинцев или десантников на передовую были всего лишь рутинной работой: доставили на место, высадили, улетели. Прилетели, подобрали, отвезли. Правда, когда приходилось забирать солдат с полей сражений, пилотам в случае отступлений войск иногда приходилось вступать в битву. Так «АРА» из транспортного вертолета превращались в истребители и поливали ракетным огнем противника, прикрывая вместительные транспортники «Бананы», подбирающие пехотинцев. На этот раз миссия была посерьезнее: пилотам следовало вместе с десантом и тяжелой бронетехникой атаковать вражеские войска и захватить город, уничтожив вражеские военные базы.
В таком деле пилот мог полностью раскрыть возможности новой машины. И этот случай был бы прекрасным шансом для Вэйна узнать своего «Волка» получше. Приняв решение, Саманта, вылезла из постели и, накинув халат, как была босиком, выскочила за дверь и бегом пробежала до палатки офицеров. Тихонько приотворив дверь, Саманта осторожно вошла внутрь. Так как в день своего приезда Саманта по случайности оказалась в койке Вэйна, она знала, какая из трех коек принадлежит капитану. Неслышно ступая босыми ногами, Саманта прокралась к его койке. Капитан спал. Шум был Саманте ни к чему, поэтому она осторожно прилегла рядом с ним, совершенно не задумываясь о том, как он отреагирует. Ее мысли сейчас были только о пришедшей ей в голову идее.
– Вэйн… – шепнула она ему на ушко и слегка потрясла за плечо. – Проснись, капитан…
Пилот проснулся. Почувствовав, что в койке он не один, Вэйн повернулся к ней лицом.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/