Родовые узы
Часть 1. Бархатная перчатка
Глава 1. Невестка
Начало декабря – время покупки подарков. Поле уже давно придумала, чем она порадует всех своих близких и теперь растягивала удовольствие: через день ездила в супермаркет, выискивая очередной новогодний подарок. Труднее всего было порадовать мужа. Петя редко выражал эмоции, а с годами он даже перестал говорить свою любимую фразу: «ну, вообще». Но сегодня Поля решила, что без подарка мужу из магазина не уйдёт. И хотя на градуснике вырисовывался значительный минус, это её не останавливало.
Не задерживаясь на улице, Полина быстрым шагом зашла в раздвижные стеклянные двери и направилась к эскалатору. Она могла бы и не заметить чёрную бархатную перчатку, сиротливо лежащую на мраморном полу холла, но чуть замедлила ход, снимая шапку и тёплый шарф.
Оглядевшись по сторонам, она подняла перчатку, но что с ней делать не знала. Люди шли мимо, увлечённые своими делами, и никому не было дела до чужой вещи.
Перчатка была явно с маленькой руки, мягкая и нежная, но бесполезная, не имея пары. Поля машинально сунув потерянную вещь в карман шубы, поспешила к эскалатору, успев подумать, что такие перчатки в мороз не носят, разве только за рулём машины.
Купить новую сумку для мужа оказалось делом не простым, пришлось пройтись пять отделов и найти ту, которая ему должна понравиться. Задержавшись у витрины с игрушками, Поля уговорила себя отложить самое приятное на потом.
Выйдя на крыльцо супермаркета, она сразу почувствовала морозное дыхание сибирской зимы, благо, что такси выстроились в ряд поблизости к входу. При свете больших витрин, на замёрзшей лавочке сидела девушка в длинной юбке, коротенькой шубе и меховой шапочке. Поля уже собралась пройти мимо, но ей показалось, что девушка плачет.
- Вы замёрзли? – не найдя как лучше обратиться, спросила Поля.
Девушка взглянула на Полину, но не ответила, спрятав лицо в ладонях.
По всем правилам общения приставать к незнакомым людям, если они этого не желаю - не стоит. Но Поля не уходила, рассматривая тонкие сапожки на ногах у девушки, выглядывающие из-под юбки.
- У вас кошелёк украли?
- Нет, я перчатку потеряла.
- Эту? – Поля вытащила из кармана шубы найденную бархатную перчатку.
- Вы нашли! – девушка поднялась с лавочки и быстро выдернула перчатку из руки Полины. - Это почти чудо, так не бывает. Спасибо. Давайте я вас подвезу, если хотите.
- Очень хочу, не знаю, как вы терпите этот мороз. Вам точно пора в тепло, ноги не казённые, их надо беречь.
Уютный салон автомобиля Поле понравился, и она уже собралась назвать свой адрес, когда у девушки зазвонил телефон.
- Да, я уже еду, Мария Александровна. Завяжите ему шарф потуже, он вчера кашлял. Еду.
Поля поняла, что всё-таки быстро она домой не попадёт.
- Извините, я только сына у свекрови заберу и сразу вас отвезу. Меня Настей зовут, а вас?
- Полина, Полина Алексеевна. Настенька, не стоит себя утруждать, свекрови существа бескомпромиссные, как правило вредные, хотя бывают и исключения.
Но машина тронулась с места, а Настя молчала, не обращая внимания на Полины речи.
- Она мне эти перчатки подарила, и не дай Бог узнала бы, что я их потеряла.
- Вы её боитесь?
- Боюсь? Видите, как я одета? Не удивились, если честно?
- Необычно, но стильно, мне нравится. Вы похожи на русскую барыню или на Снегурочку.
- Вот, вот, того и гляди – растаю. У свекрови новое увлечение, она посещает славянское общество, здоровье поправляет. Поют, делают какие-то упражнения, якобы древние, одеваются в длинные юбки и платки. Ну, и меня приучает быть настоящей женщиной.
- Приучать надо домашних питомцев, люди сами выбирают, как им с ума сходить.
- Хотя в чём-то она права, традиции были не плохие. Подъехали, вон они стоят, мёрзнут. Вы не выходите, она не любит, когда я чужих в её жизнь пускаю, нервная стала. Она теперь дружит только со своими.
На заснеженной пешеходной дорожке стояла женщина в длинном пальто, на голове у неё красовался цветной платок с кистями. Рядом с ней бегал мальчик лет пяти, укутанный в тёплый шарф.
Поля осталась сидеть в салоне, большого желания знакомиться с вредной свекровью у неё не было. Она видела, что женщина что-то говорит Насте, а мальчик тянет маму за рукав в сторону машины.
Свет уличных фонарей не позволял разглядеть лица собеседниц, но то, что беседа проходит не томно, Поля догадалась.
- Совсем девчонка замёрзнет, пока все нотации выслушает.
Глава 2. Свекровь
Мальчик, оторвавшись от мамы, один побежал к своей машине. Он ловко открыл дверку и начал забираться на заднее сидение, но, увидев Полину, убрал ногу из салона.
- Мама, а здесь тётя сидит, - громко крикнул он.
А мама уже бежала к нему, а за ней и её свекровь. Поля застыла в ожидании неприятной встречи.
- Матвейка, не лезь, отойди, и не кричи так, - бабушка первая отдёрнула малыша от открытой дверки машины.
- Машка! – Поля от неожиданности тоже громко закричала и начала выбираться из салона.
- Полина?
- Не узнала, что ли?
- Ты как у Насти в машине оказалась? Ну, здравствуй дорогая.
- Случайно оказалась, такси не нашла, попросила меня довести до дома. Ты же не хотела бы, чтобы я замёрзла. Я смотрю, ты русская красавица теперь, платок расписной надела.
Поля обняла старинную подругу и почувствовала, как Маша крепко прижала её к себе. Теперь уже не зная ехать с Настей или поболтать с подругой, Поля почти не чувствовала мороза.
- Полечка, я так рада тебя видеть, ты даже не представляешь. Но я, к сожалению, тороплюсь. У меня занятия через пятнадцать минут. Обещай, что завтра мы встретимся, приезжай к пяти вечера на Советскую улицу, дом 12, я там тебя буду ждать. Ты же любишь историю, там как раз лекция интересная будет. Короче, я очень буду ждать.
- Ой, не знаю, смогу ли, но постараюсь. Хочется тебя увидеть при свете дня.
- Настя, довези Полину до её дома, - почти приказала Маша, - а я побежала.
Поля пересела на переднее сидение, а Настя достала из багажника детское кресло для Матвейки. Девушка явно злилась на свекровь, а заодно и на Полю.
- Настенька, вы меня простите, я вашу… бабушку сто лет знаю, ещё до замужества. Да, характер у неё не покладистый, но душа у неё добрая и щедрая.
- Вам виднее, - буркнула Настя, садясь за руль. – У неё недавно муж умер, вот она и дурит.
- Умер? Вовка? Жаль, очень жаль.
- Не ходите вы на эти занятия, а то тоже с ума сойдёте.
- Меня так просто не возьмёшь, - засмеялась Поля.
Машина остановилась у пешеходного перехода, и Поля увидела глубокую тоску в глазах у Насти.
- Я жила со моей бабушкой, но после свадьбы немного пожили у них. Очень хорошо жили, если честно. Бабушка умерла, и мы опять в мою квартиру переехали. Что там у них случилось не знаю, но Владимир уехал на Север работать, там и умер. А когда она встретила этого чокнутого Анатолия, то пошло и поехало.
- Это что, секта?
- Почти. Собираются часто, какие-то у них поездки бывают по сакральным местам. Но самое противное, он всё правильно говорит, но деньги за это берёт большие. Я ему не верю.
- И вы туда ходили?
- Пришлось, муж попросил сделать маме приятное.
- И как удалось отбиться?
- Матвейка заболел, вот и перестали меня трогать. Она надеется, что я ещё вернусь. Матвею, мужу моему наплела, что это лучшие курсы для сохранения семьи.
- Как только мы себя ни обманываем. Я схожу, может Машку оттуда вытащу. А если не вытащу, то уговорю от вас отстать насовсем. Да, вот здесь поворот, через два дома – мой.
Мальчик сидел тихо, рисуя на замёрзшем стекле пальчиком.
- Полина, если у вас это получится, вы меня спасёте, - Настя говорила серьёзно, без тени улыбки.
- Спасибо, что довезли. В гости не зайдёте?
- Уже поздно, Матвейка устал по гостям ходить.
- Ну, тогда я пошла, до свидания.
Дома Поля сразу включила чайник и пошла прятать в шкафу подарок для мужа. Но мысленно она ещё разговаривала с Настей.
«Свекровь – это всегда испытание для невестки. Да и для самой свекрови роль не простая. Две женщины любят одного мужчину, но любовь эта разная. Если любишь в мужчине часть себя, в любом случае будешь пытаться эту часть отрывать. Надо пытаться радоваться невестке, как хранительнице сокровища, в котором есть и твоя доля».
Длинной юбки или платья в Полином гардеробе не нашлось, пришлось надеть самое скромное, прикрывающее колени. Для образа к шубе не хватало большого платка, но Поля нашла у себя только белый ажурный вязаный платок. Она никогда его не надевала, а купила лишь для того, чтобы греть спину натуральным пухом.
Чувствуя себя «не в своей тарелке», Полина ждала подругу у входа в помещение, где должна была состояться лекция. Входить одной не хотелось, ни одного знакомого лица она не увидела. Широкие стеклянные двери дружелюбно хлопали, пропуская русских красавиц разного возраста вовнутрь.
Наконец появилась и Маша. Её белая шуба и цветной платок переплюнули всех желающих услышать лекцию в этот вечер.
- Боярыня Мария, ты больно хороша.
- Полина, здравствуй! Здорово, что ты пришла. Я билет тебе купила, а сейчас со всеми познакомлю.
- Не сразу, пожалуйста. Я начала плохо относиться к новым знакомствам.
- Ты? Никогда не поверю, ты же вечно заводилой была, душой компании. Со всеми дружила, даже с кем не надо.
- Надеюсь, я поумнела.
- Пошли, а то опоздаем. Гардероба там нет, шубу на стул повесишь. Лекция обычно часа два длится, но очень интересно, время быстро пролетит.
Глава 3. Толик
Небольшой зал, полностью заставленный стульями, успел наполниться запахом шуб и женских духов. Свободных мест почти не оставалось, и Маша с трудом уговорила девушку пересесть, чтобы устроиться рядом с Полей.
Не скрывая интереса, Поля разглядывала пришедших на лекцию дам, и не заметила, как наступила полная тишина.
Невысокий, поджарый, седой мужчина прошел вдоль стены и занял место за маленькой трибуной.
- Доброго здравия! – доброжелательно начал лектор.
Поля уставилась на мужчину, потом прикрыла рот ладонью и опустила голову почти до колен.
- Ты что? – заметила телодвижения подруги Маша. - Тебе плохо?
- Маш, не обращай внимания, я стараюсь не засмеяться, - прошептала Поля.
- Ты его знаешь, что ли?
- Знаю…
А лектор, продолжая мило улыбаться в аккуратную бородку, продолжал говорить: - Забудем свои текущие проблемы и углубимся в старину…
Так и не подняв головы, Поля слушала Анатолия, но не переставала удивляться превратностям судьбы. Лектор повествовал о традициях славян и древней Руси, но Поля и сама всё это читала в интернете.
Когда-то ей это было очень интересно, но не хватало подлинных источников, их просто не было. В глубине души Поля чувствовала, что традиции, мифы и легенды очень нужны каждому народу. Её больше всего огорчало, что в официальных источниках Сибирь почти не упоминалась, и никакой истории у неё нет. Поля героически пыталась найти хоть что-то о древней Сибири, и удивлялась почему в учебники никто так и не занёс Аркаим и археологические находки Кузбасса и Алтая.
«Отношения мужчин и женщин, как самая естественная связь с природой, меняется на глазах, но никто не задумывается, что природа может этого и не выдержать».
- Вопросы есть, сударыни?
- Есть, - Поля поднялась с места и, увидев её, Толя явно занервничал, хотя и улыбнулся.
- Скажите, а где вы берёте источники ваших познаний? Почти всё уничтожено: ни книг, ни рукописей нет.
Женщины, одухотворённые словами лектора, смотрели на Полю, как на «врага народа». Маша закашлялась, вцепившись в руку подруги.
- Очень рад видеть вас, Полина, в этом зале. Вот видите, как тесен мир. Я вам отвечу, зная вашу дотошливость. Источники есть, но их видели только посвящённые, и они передают знания таким, как я. Сразу всё понять и узнать невозможно, слишком много воды утекло, слишком изменилось миропонимание. Есть ещё вопросы?
- Но…
Маша силой усадила Полину на стул.
- Тогда до послезавтра. Будем работать с телом, зовите своих подруг и дочерей. Доброго пути.
Выходя из зала, женщины отворачивались от Поли, как от чумы. Сердилась и Маша: - Как была язвой, так и осталась. Сама ни во что не веришь и над другими смеёшься. Комсомольские собрания срывала, а…
- Полина, погоди, - Анатолий, уже одетый в куртку, с широкой улыбкой появился перед Полей. – Маша, я не знал, что вы подруги.
- Мы случайно встретились, давно не виделись, - начала оправдываться Маша.
- Толя, ты не перестаёшь меня удивлять, так ты теперь старовер? – Полина тоже улыбнулась старому знакомому.
- Немного не так, ну да ладно. Ты, вижу, интересуешься стариной. Неужели не хочется ещё телом заняться, ведь когда-то мы вместе учили детей двигаться под музыку.
- Всё, Толик, силы иссякли, я пенсионерка. Ты где теперь живёшь?
- Снимаю, - смутился лектор.
- Полина, пойдём. Анатолий, до свидания, - Маша накинула на плечи Полине её шубу и подтолкнула к выходу.
- Надеюсь, увидимся и поболтаем, - продолжал улыбаться Толя.
- Пока, надейся.
Отведя взгляд от подруги, Маша завязала свой цветной платок перед зеркалом, висящим на стене маленького холла.
- Маш, не сердись. Ну не могу я серьёзно Толика воспринимать, хоть убей.
- Ты никогда ничего и никого серьёзно не воспринимала. Хорошо тебе, ты при муже и сидишь себе дома довольная и сытая.
Поля подозрительно глядела на подругу: - Маш, ты что, в Толю влюбилась? Только не это. Вовка твой, Царство ему небесное, не танцевал и не болтал много, но…
- Подлец твой Вовка и изменник.
Опешив от услышанного, Поля не могла застегнуть пуговицу на шубе.
- Он же умер, как ты можешь.
- Ни фига он не умер, на Севере живёт. Он в командировке загулял, а я узнала. Сказала ему, чтобы домой не возвращался. И детям наврала, что он со стройки упал и убился, там и похоронила останки.
- Маша, может я и язва, но ты похлеще меня. Сына за что наказываешь? А над невесткой за что издеваешься?
- Успела нажаловаться?
- Я сама поняла, видела, как вы разговаривали. Не перестанешь над ней издеваться, я ей всё расскажу.
- Ну и вали, тоже мне, подруга молодости. Иди, я уж сама.
- Я-то уйду, но Толю в квартиру не пускай, потом не выгонишь. Хотя, делай как знаешь.
И Поля ушла, досадуя на себя в первую очередь.
«В конце концов каждый имеет право на свою веру. Если не принимаешь веру чужую, то не имеешь и своей. В каждом человеке есть часть Бога, а значит он может себя создавать и менять, но своему велению. Никто не может и не должен менять другого, в чужую Вселенную - только в гости».
Глава 4. Вова
- Петь, ты помнишь Машу? Беленькая такая, напористая, вечно посидеть никому не давала…
- Помню.
- Вы же на их свадьбе пели, как соловьями, кое-как домой тебя увела.
- И как там Вова?
- Я Вову не видела, а Машку случайно встретила, но лучше бы не виделись, до сих пор нервничаю.
- А тебе много для этого не надо.
- Не шути, там лёгкое помешательство, а может уже и тяжелое. Она ударилась в славянство и тесно дружит с Толиком. Его ты, скорее всего, не помнишь, потом объясню, что это за фрукт. Маша мужа своего заподозрила в измене и выгнала. Он на Севере работал, вахтенным методом, там и остался. А сыну с невесткой сказала, что папа умер.
Обмякший после ужина Петя быстро взбодрился, явно заинтересовавшись.
- Похоронила заживо? Вы, женщины, бываете жестокими.
- Женщиной ещё надо стать, а потом и остаться. Маша теперь изучает старинные традиции, обряды всякие, чтобы сделать из себя совершенство. Правда, ведёт себя как дура. Ещё и связалась с этим авантюристом.
- Пусть живёт, как хочет. Не переживай, если она всё так запутала, найдётся кому разрезать этот клубок.
- А я и не лезу, сказала, что думаю, и ушла.
Но Поля обманывала мужа, переживала она сильно. Машка хотя и была всегда неугомонной и даже навязчивой, но помогала многим абсолютно бескорыстно. Её можно было понять: измена мужа – мука душевная, неизлечимая.
Звонить подруге Поля не стала, но посмотрела на городском сайте расписание занятий в славянском клубе. Решив, что завтра подождёт Машу после занятий и поговорит с ней, Поля немного успокоилась.
Нацепив на себя пуховик и спортивную шапочку, Поля разглядывала идущих к зданию школы русских красавиц. В глубине души она осознавала, что выглядели они привлекательнее, чем она сейчас. Маша никак не появлялась, зато из-за угла появился Толик.
- Полина, неужели на занятия?
- Добрый вечер, Толя. Что, нашел всё-таки свою золотую жилу? Куда тебя только не носило, вернее твою творческую личность. Ты же по образованию режиссер, а по второму ещё и хореограф, неужели нет для тебя работы? Пить хотя бы бросил, славянин?
- Поля, зачем ты вспоминаешь прошлое, я уже забыл запах спиртного. На Руси пили…
- Мне не рассказывай, я читать умею, в интернете об этом много информации. Но и не это главное, что у тебя с Машей?
- Тебе это интересней?
- Да, я её очень люблю.
- Тогда и пожелай ей счастья.
- С тобой?
- Почему бы и нет?
Поле хотелось сказать, что Вова пока живой и может вернуться, и набить претенденту лицо, но передумала.
- Хочешь на старости лет жить в уюте и сытости?
- Хочу, не скрываю. Мне пятьдесят лет, это ещё не старость, жить можно долго и счастливо лет до ста. Раньше…
- Предки, говорят, могли жить и долго, если не врали.
- Думай, что хочешь. Я к Маше отношусь с теплотой и уважением.
- Вот, вот, как к родственнице. Ты же в церковь ходил, когда ударился в древность? Модно?
- Ты не права, прошлое знать нужно, кто-то должен хранить память.
- Кто-то должен, но на волхва ты не тянешь. Не знаю почему, но я тебе не верю.
- Но…
- Помнишь, как ты у меня деньги на костюмы взял, а потом пришел на выступление пьяным? Детей напугал…
- Опять ты за старое? Пожалуйста не рассказывай о моих грехах Маше. Я только нашел понимающего человека, а ты хочешь всё разрушить.
- Здравствуйте! – нарочито вежливо произнесла подошедшая сзади Маша.
- Маша, привет! Я к тебе с извинениями.
- Не нуждаюсь, оставь их себе. Анатолий, до начала занятий десять минут осталось.
- Ох, пора. Полина, у нас чудесная разминка, пойдём.
- Толя, не надо её звать, - одёрнула его Маша, уже без церемоний.
- Счастливого вечера, - Поля первой повернулась и пошла к остановке.
«Когда не знаешь, чем помочь, надо сначала хорошо подумать, а уж потом лезть со своим уставом в чужой огород, - досадовала на себя Поля».
Холодный воздух остудил эмоции, но Поля чувствовала, что эта история сближения ей не нравится. Она стояла на автобусной остановке, не замечая ничего вокруг, поэтому сильно вздрогнула, когда услышала своё имя.
- Полина, здравствуй!
На неё смотрел живой, но очень постаревший Вова, Машин муж.
- Вова, Господи, не ожидала. Ты как здесь, ты же на Севере.
- У меня вахта закончилась, я и приехал.
- К Маше пойдёшь?
- Если ты в курсе, для Маши я умер. Я у детей живу.
- У детей? Так…
- Вижу, в курсе. Она меня похоронила, но я не идиот, сразу сыну правду написал. Как теперь всё назад вернуть не знаю, в неё чёрт вселился.
- Но это же ты загулял.
- Было, не скрываю, но не серьёзно.
- И что, жалеешь теперь?
- Плохо мне, Полина, ой как плохо. Вахта полгода, искушение большое. Но я Машку всю жизнь любил и люблю. Как думаешь, есть у меня шанс всё исправить?
- Небольшой, если хорошо постараешься. Маша гордая, да её понять можно. А Насте как, она тоже из-за вас страдает.
- Настя тоже гордая, она никому не уступит, даже Маше.
Глава 5. Дуэль
Чем ближе подступал Новый Год, тем больше известий о прибытии гостей получала Поля.
- Петь, как я буду шестнадцать человек кормить? Сын с друзьями, дочь с мужем и детьми, Лена, Свиридовы, все решили у нас в доме Новый Год встречать. Только Таня не приедет, а сестру я больше всех в гости ждала. С ней бы мы справились.
- Нашла проблему, накормишь. Напиши себе список продуктов, всё купим, а готовить я тебе помогу.
- С возрастом и праздники становятся лишними эмоциями, ей Богу.
Но список продуктов Поля написала, подсчитала расходы, но цифры её не порадовали. Хотя она прекрасно знала, что в Сибири на Новый Год денег не жалеют, тем более одним днём это не обходится.
К середине декабря неожиданно потеплело, и Петя предложил съездить на озеро и погулять. Поля не сразу согласилась, её лень больше рассчитывала на диванный отдых.
- Тогда поехали на горнолыжную станцию, я покатаюсь, а ты посмотришь на любимого мужа. Там можно чаю попить или кофе, на людей поглазеть.
- Ладно, уговорил.
Городская горнолыжная станция не блистала роскошью, хотя имелся и подъёмник, и кафе. В объёмных костюмах издалека трудно было понять кто спускается с горы – мужчина или женщина, но Поля уселась на лавочку у кафе, чтобы видеть лица. Яркие куртки и шлемы украшали счастливые лица лыжников, и сейчас им Поля немного завидовала. Мимо неё шли люди, уже получившие свою порцию адреналина, но и им хотелось кофе. Весёлый молодой смех Поля услышала издалека, к её лавочке приблизилась группа девушек.
- Настя, добрый день! – выкрикнула Поля.
- Здравствуйте, - Настя отошла от подруг и подошла к Полине. – Хорошо, что я вас встретила. У нас такие события, вы не представляете. Папа Матвея вернулся…
- Знаю, и вы тоже знали, что он жив и здоров.
- Знала, но легенду поддерживать надо было. Но не это главное. Владимир не выдержал и пошел к себе домой, мириться. А там подрался с Анатолием.
- Да вы что? Как в воду глядела, - Поля говорила громко, не замечая удивлённых взглядов. - Вот негодяй!
- Кто, отец?
- Не отец, а Толик. И кто кого побил?
- Оба пострадали, но для Владимира последствия плачевные. Хотя квартира у них общая, но жить ему негде. Мария предупредила, что ничего разменивать не будет. В лучшем случае купит ему комнату в коммуналке.
- А в квартире, как я поняла, Толик будет жить?
- Ага, именно так.
- Настя, а как ваш муж на всё это смотрит?
- Он мать побаивается.
- Как и вы?
- Нет, я её не боюсь. Пусть ошибётся, ей же хуже.
- Это похоже на месть, как-то зло вы сказали.
- Месть, так месть, как хотите. Если она отца выгонит, Матвей с ней общаться перестанет, а мне и лучше, меньше проблем.
- Настенька, не мстите никогда, вы ведь тоже мать. Иначе и вам достанется ровно то же – злая невестка.
- Ну и пусть, - скривилась девушка. – Меня подруги ждут, до свидания.
Посидев ещё пять минут, Полина позвонила Маше.
- Привет, подруга. Ты сразу не кричи, а объясни, что ты вытворяешь?
- Поля, хотя я до сих пор к тебе хорошо отношусь, но не учи меня жить! Вова явился, устроил разборку, хотя Толя культурно пытался ему объяснить положение дел. Даже на дуэль вызвал.
- Благородно, аж тошнит. И что, Вова?
- Ударил его и обозвал. Толя ответил… пришлось разнимать.
- Маша, если ты учишь культуру славян, то должна знать, что ты не права. Надо было сесть с мужем и поговорить, давно надо было, до всяких вахт. И уж точно без Толика.
- А где в этих традициях измены?
- Ищи причины в себе. Почему твой муж мотается по вахтам, денег мало? Одно найдёшь, другое потеряешь. Сказки тоже надо читать.
- Уже ничего не исправишь, увы, - всхлипнула Маша.
- Ты там чего, плачешь?
- Ох, Поля, тяжко мне. Я же с ним тридцать лет прожила, дом – полная чаша. А Толя хороший, но чужой какой-то.
- Умнеешь на глазах. Зови Вову и беседуй. А то быстро уведут, он мужчина добрый, отказать не сможет.
- А как я буду на занятия ходить?
- Найдёт Толик другую Машку, ему лишь бы дом и стол.
- Думаешь, для него это главное?
- Уверена.
- Но я ему обещала.
- Обойдётся, он человек творческий, ему страдать полезно.
- Он сказал, что Вову на дуэль вызовет и будет с ним на мечах сражаться, - хихикала Маша.
Поля рассмеялась так громко, что сидящая рядом с ней девушка ушла в здание кафе, что-то бурча под нос.
- Маш, от меня люди шарахаются, а я не могу остановиться, ржу. Богатырь!
- Кончай смеяться, я теперь тоже то плачу, то смеюсь.
Глава 6. Месть
- Настя, эх ты, Настя, зачем же ты так? – Поля ходила по комнате, не в силах успокоиться.
Час назад позвонила Маша и сообщила, что Вова вернулся на Север, и виновата в этом невестка. Более того, сын объявил, что намерен продавать свою долю в квартире Маши. Несчастная рыдала не переставая.
- Вот тебе и божий одуванчик, а я её жалела.
Чувствуя, что не отвертится, Поля решила ехать к Маше, только дождётся мужа.
- Привет, ну как день прошел? – издалека начала Полина, встречая мужа.
- Нормально, устал.
- Петь, ты поешь один, мне нужно уехать.
- В магазин?
- Нет, к Маше. У неё продолжается семейная драма.
- Поль, надеюсь до невроза себя не доведёшь.
- Пусть поплачет у меня на глазах, раз уж так случилось нам встретиться.
В гостях у Маши Поля не было много лет и ничуть не удивилась прекрасному ремонту и достатку. В другой раз она бы не удержалась, расхваливая хозяйку, но сейчас было не до того.
- Полечка, за что они меня так?
- Маш, ты тоже её длинные юбки носить заставляла.
- Не заставляла, она сама хотела. Я только рассказывала, что чем длиннее юбка и шире, тем больше энергии женщина получает от земли.
- Ого, хоть юбку покупай. Так почему ты считаешь, что Матвей твой хочет продать свою долю квартиры из-за Насти?
- Что тут думать, он сам сказал. Она хочет второго ребёнка, а квартира Настиной бабушки маленькая. Вова на Север потому и ездил, чтобы скопить им на квартиру. Поль, теперь мне в коммуналку идти? Я здесь всё сменила, даже трубы. Привыкла, не хочу отсюда уезжать! – взвыла Маша.
- Ну-ну, держись, что-нибудь придумаем. Если у Вовы есть деньги, пусть он их сыну и отдаст.
- Нет у него денег, они пропали. Он вчера мне позвонил, а потом уехал со словами: сдохну на Севере, но заработаю ещё.
- Так, меня пока радует, что Толя от тебя сразу отстанет.
- О чём ты, какой Толя.
- Слушай, а поменяться вы квартирами не можете? Ты в их квартиру, а они в вашу. Ты и там быстро порядок наведёшь.
- Не хочу я туда, но и не могу. Настя сообщила, что Матвей обязан вложить свою долю, чтобы она продала квартиру и купила большую – и никак иначе.
- А у неё что, родителей нет?
- Есть, они уехали из города, живут в Краснодарском крае.
- Там тепло, пусть туда и едут.
- Поля, у тебя сердце есть? У меня один сын и один внук, как я без них?
- Понятно, она тебе за сына и мстит.
- Она в большой обиде на своих родителей, хочет, чтобы и я страдала.
- А я не хочу, чтобы ты страдала. Тут бы хороший психолог пригодился или…
- Толя?
- Упаси Боже! К своей знакомой Кире я её не отправлю, да и Настя сама не пойдёт. Ей нужен молодой психолог, ровесник. Но таких мало, их по пальцам пересчитать. Скажи, она в интернет часто заглядывает?
- Как все, часто. И что, по интернету лечить будем?
- Нет, но подсказать можно. Я поеду домой, а ты подумай, сыну по почте телефон отправим, как можно быстрей. Машка, не сдавайся.
Но на самом деле Поля не знала ни хорошего молодого психолога, ни даже плохого. Да и вообще не понимала, чем помочь Маше.
«Добрые слова, слова надежды очень важны для близких, но после слов должны наступать и действия. Даже маленькие победы дают столько сил, сколько не даст ни одно слово. Надо побеждать свои неудачи уважением к самому себе».
И Поля, лишь успев перешагнуть порог своего дома, тут же позвонила Маше.
- Машка, ты вспомни себя молодую, ты никогда не сдавалась. И чем противнее обстоятельства, тем легче им сопротивляться – терять нечего. Поезжай к родителям Маши и там будешь встречать Новый Год, заодно поговоришь о Насте. Пора понять почему у них ссора.
- Не могу я к ним поехать.
- Хорошо, пригласи их к себе, настойчивей приглашай, используй свою фантазию. Скажи, что их ждёт сюрприз.
- Подумаю.
- Ты только не плачь, уже голос дрожит.
- Слёзы сами льются. На старости лет…
- Какая старость, тебе чуть больше пятидесяти. Скоро пенсия, будешь спать, сколько хочешь.
- В коммуналке и без мужа.
- А мужа мы вернём, и его на Новый Год зови. Всех денег не заработаешь, да и счастье в деньгах не измеряется. У меня тоже много гостей будет, не смогу и позвонить тебе.
- Спасибо, Поля. Не знаю, где силы брать, иссякли. Видимо это испытание заслужила сама.
«Успокаивать других легко тогда, когда чужие проблемы не касаются твоих близких. Вот своих самых близких успокаивать невозможно, с ними в лучшем случае можно только поплакать».
И Поля не плакала, хотя на душе было неспокойно. Она понимала, что Маша права: такие испытания в виде предательства и мести тяжелее переживать в зрелом возрасте, когда время для прощения не так много.
- Петь, как ты думаешь, будут нас судить там, на небесах?
- Кто настроение испортил?
- Жизнь испортила. Если муж предаёт, да и дети тоже, за что душе цепляться? Очень легко обозлиться.
- Ни за что, парить в невесомости. В основе каждого предательства обида, а в основе обиды неумение уйти от удара. Надо быть бдительней, если кто-то хочет плюнуть в душу – увернуться.
Глава 7. Прощание
Новогоднего предчувствия, как чуда, Поля не ощущала. И хотя дети звонили, советовались что бы она хотела в подарок, она просила всех привезти радостного настроения. Конечно, Маша давно не была её близкой подругой, но представляя каково ей сейчас, Поля грустила. То, что родители Насти приедут, Поле показалось хорошей весточкой, но вот Вова пока сомневался. Ему обещали двойную оплату в праздничные дни, и он не хотел упускать такой возможности заработать.
- Поля, но Настя-то ко мне не собирается на Новый Год. Матвеи оба будут, а она останется дома одна. Представляешь, так и заявила – для меня это не праздник.
- Она что, слишком верующая? У православных это точно не праздник, но все празднуют с родными.
- Не замечала, чтобы она в церковь ходила, честное слово. Семь лет живут, ни одной иконы в квартире нет.
- Странно, но у девушки что-то с головой. А в секту она не ходит?
- Не знаю, куда-то ходит, с подругами встречается. Иногда у меня Матвейку отставляет.
- Маш, а кто внука Матвеем назвал?
- Да, вместе решили. А что?
- Просто так, к слову, отец и сын с одним именем. Обрабатывай Вову, а я узнаю, куда твоя невеста ходит.
- Спасибо, Поля, ты моя надежда.
- Только не это, я могу и подвести.
На этот раз Поля решила, что ни у кого помощи просить не будет, сама постарается отыскать причину мести Насти. Тем более, ей приснился сон: на снегу лежала чёрная перчатка с мужской руки. И перчатка эта показалась Поле зловещей.
На выходных Поля уговорила мужа поехать опять на горнолыжную станцию.
- То тебя не уговоришь, то ты зачастила. Уж не надумала ли ты начать кататься с горы?
- Кто знает, может и начну, - улыбалась Поля.
Но Насти на горе не оказалось, к тому же пошел крупный снег, подул ветерок, и лыжники разбежались за полчаса.
- Что будем делать? – разрумяненный Петя явно не хотел уходить с горы, даже в такую погоду. Но Поля сейчас волновал не отдых мужа, хотя по-хорошему именно он и должен был её волновать.
- Петь, отвези меня к Маше и катайся потом сколько хочешь.
- Понятно, отдых закончен. Но ты права, погода нас выгоняет по домам.
Пока ехали до Машиного дома, разыгралась настоящая метель. Не видно было впереди идущих машин, и Петя нервничал.
- Пошли в гости, а то меня в машине занесёт, ты потом не откопаешь. Или неудобно?
- Не смеши меня, Машу не знаешь? Да гости ей сейчас как лекарство.
Открыл дверь в Машину квартиру Толик, чем мгновенно возмутил Полину.
- Толя, а ты что тут забыл?
- Здравствуй, Полина. Здравствуйте… , - Толя слегка наклонил голову, приветствуя Петю.
Появилась и Маша в кухонном фартуке.
- Полечка, Петя, какая радость. Заходите скорей!
Машу убежала на кухню доставать из духовки пирог с рыбой. Это Полина поняла по запаху. Петя спокойно разговаривал с Толей, развалившись на диване. Мужчины обсуждали какой-то бокс, в чём Поля не разбиралась совсем. На столике уже стояли две тарелки с салатами и бутербродами.
- Ты почему не предупредила? – Маша возилась с пирогом, пытаясь переложить его в большое блюдо.
- А ты зачем опять Толю привела? Жизнь не учит. Вернётся неожиданно Вова, и опять всё заново склеивать. Или хочется на дуэль посмотреть?
- Поля, я клянусь, только хотела поговорить на прощание по-человечески, поставить все точки над и.
- И поэтому наготовила еды?
- Да, пусть поест на прощание, - Маша грустно улыбнулась.
- А я, знаешь, зачем к тебе приехала? Мне нужен адрес Насти. Могла и позвонить, но решила тебе это лично сказать.
- К ним пойдёшь? Не надо, - явно испугалась Маша.
- Маш, не поверишь, но у меня уже опыт находить верёвочку с узелками и её развязывать. Непонятно говорю? Поверь на слово, я найду куда она ходит. Возможно никуда.
- Да ради Бога, бери адрес и телефон я тебе скажу, меня она и слушать не будет.
Поля первой внесла в комнату ещё одну тарелку с салатом, а Маша следом за ней горячий пирог. Сходили ещё за чаем и сели. Поля сразу заметила, что Петя доволен и ждёт обеда.
- Маша, очень вкусно! Пожалуй, я чаще стану забегать.
Искоса взглянув на Толю, Маша ответила: - Вовка вернётся, вы ещё и коньяку выпьете.
Толик покраснел, но продолжал есть с аппетитом.
- Похоже метель кончилась, пора и на свой диван, - признался Петя.
- Пора, дорогой. Маша, спасибо, ужин даже готовить не буду.
На удивление Поли, Толик тоже засобирался уходить. Петя пожал ему руку, а Поля лишь кивнула головой на прощание.
- А что это ты этому хмырю руку пожал? – уже в машине спросила Поля.
- Нельзя было? Нормальный мужик, одинокий. Он мне жаловался, что хотел с Маше старость встретить, но она любит своего мужа.
- Пожалел, значит. Да, он своих двух сыновей бросил и никогда им не помогал. Знаю я его одиночество, он же хотел полной свободы, чтобы никто не мешал творчеству. Хотя талант у него был, может и сейчас ещё есть.
- Не злись, каждому без женщины плохо, но не сразу это каждый мужчина понимает.
- Не было бы старости, люди были бы более жестокими.
- Не в этом дело, Поля. Мы мечтаем об одном, делаем другое, получаем третье, к концу жизни так и не поняв почему мы жили именно так.
Глава 8. Детский клуб
Звонить Насте Полина не стала, да и домой к ней ехать не решилась.
- Скажи мне кто твой друг, и я скажу кто ты. Так что будем искать подруг.
Позвонила Поля Маше, чтобы узнать куда Настя водит Матвейку на занятия. С развивающего клуба она и решила начать.
В Чистогорске платных детских клубов было немного, дело считалось убыточным, тем более ещё сохранились бесплатные при Домах Творчества. Но желающие сделать из детей звёзд хватало. Рядом с домом, в котором жила Настя, нашелся самый дорогой и престижный клуб под названием «Жар-птица». Две квартиры на первом этаже девятиэтажного дома были объединены и обставлены дорогим оборудованием. Но слухам он принадлежал жене местного банкира.
- Добрый день, - Поля обратилась к девушке администратору.
- Здравствуйте! Внуков хотите к нам записать? У нас большой выбор занятий: танцы, музыка, английский, китайский и художественное творчество.
- Извините, мои внуки в Чистогорске не живут. Я узнать хотела, вам не нужны работники дополнительного образования?
- Ой, нет. Вакансии заняты, все педагоги высшей пробы.
- Жаль, я что-то заскучала на пенсии. И много к вам детей приходит на занятия? Не желает кто-нибудь индивидуальные уроки?
- Нам это ни к чему, желающих много…
- А Настенька говорила, что некоторые мамы с удовольствием отдали бы детей на частные занятия.
- Настя? Это мама Матвея?
- Да, она. Правда сама не нуждается, им клуба хватает.
- Ну не знаю, впервые слышу.
- Ну, нет так нет. У вас, я смотрю, богато тут, игрушки дорогие. Мамочки, наверняка, все красавицы.
- Женщина, у нас сейчас занятия начнутся. И ваша Настя придёт, у неё и спросите кто ей что говорил.
- Возможно, это и не она говорила, - схитрила Поля. – Я Настю давно не видела.
Яркая блондинка смотрела на Полю с явным непониманием и даже брезгливостью.
- Ещё раз прощайте, счастливо оставаться.
Поля вышла на улицу, с трудом сдерживая смех. Но веселье прошло, когда она поняла, что ждать придётся долго, а декабрь теплом не баловал.
Мамочки подъезжали на машинах, доставали своих чад из детских кресел, сохраняя определённый этикет благополучия.
Настя пришла пешком, держа за руку Матвейку. Мальчик не капризничал, а спокойно шел рядом с мамой по дорожке. Сидя на холодной скамейке детской площадки, Поля ждала, когда мамы, оставив детей, начнут расходится.
Настя вышла не одна, а с девушкой, одетой в светлую короткую шубку и джинсы. Они сели в машину и уехали. Успев запомнить номер машины, Поля, довольная собой, вызвала такси.
- Лен, с наступающим. Ты на работе ещё не справляешь Новый Год? А, двадцать восьмого, тогда…
- Поля, что-то случилось, воду не мути?
- По номеру машины можешь хозяйку найти?
- До праздника неделя, а ты опять кого-то ищешь? Отложить нельзя?
- Нет, я обещала.
- Давай свой номер, это пять минут. Но пока я ищу, рассказывай мне зачем тебе эта хозяйка.
Лена когда-то знала Машу, поэтому рассказывать оказалось легко. Измена мужа и предстоящая потеря квартиры оказались весомым аргументом, и Лена быстро выполнила просьбу Полины.
- Записывай. Седова Ольга, двадцать пять лет. Живёт…
- Где живёт неважно, к ней не пойду. Кто родители, муж?
- Всё-таки обманула, не только хозяйка тебе нужна. Но, как ни странно, её родителей я знаю. Её папа, Павел Седов, владелец ресторана «Странник». Очень скользкий тип. Уверена, что ресторан ему мало доходов приносит, есть у него и другие источники. Начинал в 90-е, стыда не имел. Говорю тебе очень серьёзно – к нему не ходи! Хочешь узнать, что связывает твою Настю и Ольгу, ищи другие пути.
- И пусть Маша живёт в коммуналке?
- Нет, но впрямую лезть глупо.
- Буду в кривую. Пошли в ресторан.
- Одурела! Я, между прочим, там иногда бываю. Перед Новым Годом там мест нет, всё давно расписано.
- Лен, ты всё можешь.
- Когда пойдём: вечером или ночью? – сердилась Лена.
- Вечером, ночью я плохо выгляжу.
- А жаль, там по ночам рулетку крутят.
- Что? Лена, ты гений. Настя наверняка проиграла деньги и хочет продать квартиру!
- И чего ты радуешься?
- Как чего, дело ясное.
- Ага, не отдаст долг вовремя – проценты накрутят. А совсем не отдаст –
всего лишат. Как могла молодая девушка так проиграться? Что-то здесь не так, тем более, что она с дочкой Седова подруга. Но с их понятиями, могли и обмануть девушку, несмотря ни на что. Предположим, что ты права, но что дальше делать? Никто её не заставлял, наверняка. Маше пока ничего не говори, надо проверить.
- Как я поняла, в ресторан мы не пойдём. Уговорила.
- Ты лучше к празднику готовься. Я сижу на строгой диете, готовлюсь к твоему застолью.
Дни пролетали, как стрелы, выпущенные неизвестно кем, но очень ловким и точным. Три дня оставалось до конца года, и холодильник был набит до отказа. Как узнать проиграла ли Настя деньги или нет, Поля так и не придумала.
Маша не звонила, чем радовала Полю несказанно.
«Если проблема не решается, значит ошибках в данных. Любое уравнение, если правильно внести данные и расставить цифры - решаемо. А тот, кто его составлял – мудрый и честный человек».
Глава 9. Сава
Маша напомнила о себе и поразила Полину прекрасным настроением.
- Полечка, Вова приедет! Мы вчера разговаривали три часа по скайпу. Плакали как дети и решили, что мы не можем друг без друга.
- А деньги? – не удержалась Поля.
- Что деньги, меньшее из потерь. Все живы и здоровы, остальное наладится.
- Вова знает, где он их потерял?
- Не знает. Я сама ему их всучила, когда выгоняла. Дескать – подавись!
- Ну, и Бог с ними. Без Вовки и тебя нет. Маш, Настя решилась к вам прийти?
- Пока не хочет, я уговаривать не буду.
- Так и будет сидеть дома одна?
- Насильно мил не будешь.
- Права. Ладно, с наступающим, держись там среди родни.
К калитке Полиного дома подъехала машина Лены. Не ожидая сегодня гостей, Поля немного разволновалась. Да и лицо Лены не выражала радости.
- Сядь, я ненадолго.
- Ты же на работе…
- А я и работаю. Поехала раздавать подарки тем, кто на больничном. Поля, я с Седовым разговаривала. Не спрашивай, как мы вчера пересеклись, сама знаешь сколько у меня знакомых. Он не знал, что Настя проиграла много денег, без него всё произошло. Зять у него козёл, хотя и он тоже не лучше. Павел передал дела зятю, у него сейчас другие заботы. Рулетка у них давно, но для богатеньких, для своих. А зять начал затягивать туда всех, у кого жажда лёгкой наживы. Проиграли – лишает жилья, Настя не первая. Кто там ещё играл в этот вечер обещал узнать.
- Лен, вести плохие, но ты героиня. Не страшно было разговаривать?
- Неприятно, если честно. Хотела тебя от этих мыслей в праздник освободить. Уж не знаю, удастся ли не платить долг, всё-таки Настя подруга его дочери, но надежда есть. Хотя, Пашка способен откровенно врать.
Лена обняла Полю и быстро уехала.
Весь следующий день Поля ни разу не вспомнила о Маше, как и о Насте: она затеяла генеральную уборку, стирала шторы и помогала Пете развешивать гирлянды на балконе дома.
Когда Петя подключил гирлянду, Поля стояла возле дома и любовалась разноцветными огоньками. Наконец-то она почувствовала новогоднее настроение и твёрдо решила больше ни о чём не думать, кроме украшения дома и праздничного стола. Даже решила вырезать бумажные снежинки, как в далёком прошлом.
Продумав всё до мелочей, Поля обнаружила, что не хватает красивых зелёных салфеток и ей нужно срочно ехать за ними.
- Поль, я устал, завтра начнутся выходные, вот и съездим.
- Завтра я весть день буду холодные закуски готовить, да и сын с друзьями уже приедет. Считай тридцатого я работник конвейера, свобода только сегодня. Найди в себе силы, поехали. Погода прелесть, снег блестит, ещё и погуляем.
- Мёртвого уговоришь.
Забитая до отказа стоянка перед новым большим магазином освещалась огромными прожекторами и сверкающими витринами.
«Странно, что больше всего стали строить магазинов и церквей. Радует одно – ещё строят новые больницы».
- Петь, что-что, а магазины теперь, как театры – место культурного отдыха.
- Смотря для кого, я их терпеть не могу.
- Тогда жди, я быстро.
Выбор салфеток оказался настолько большим, что Поля долго не могла найти подходящие. Вокруг суетились люди, слышался смех, шуршание обёрточной бумаги и радостные голоса: уходить быстро отсюда не хотелось.
Когда салфетки были выбраны, Поля решила посмотреть ещё и посуду, старые чашки ей давно не нравились.
С двумя полными пакета Поля, наконец, направилась к выходу. Впереди неё шла молодая пара: девушка в светлой шубке и невысокий накаченный парень. Шубку Полина узнала сразу и постаралась поближе подойти к парочке.
- Не ори, я сам знаю, что делаю.
- Сава, отец тебя уничтожит.
- Он же занят, ему не до хозяйства.
- Верни деньги Матвея, пусть всё успокоится.
- Два миллиона вернуть? Ты что, не знаешь своего отца?
- Отец Матвея пять лет на Севере работал, чтобы на эти деньги квартиру им купить.
- А сам, что, Матвей, без рук и без ног?
- Да какая разница, у них ребёнок с нашей Ярославой дружит.
- Когда это я мог деньги возвращать? Смотри, как бы нам не пришлось на квартиру копить. Сиди тихо, с отцом поговорю сам.
Полина чуть не ткнулась в спину Саве, заслушавшись разговором. И почему он называл должником Матвея, а не Настю она пока не поняла. Вступить в разговор с Савой сейчас было бы глупо, но треснуть по его широкой спине хотелось очень.
Дождавшись, когда супруги вышли из магазина, Поля расстегнула шубу и отдышалась.
- Красавец! И как таких земля носит?
- Женщина, вы себя хорошо чувствуете? – продавщица мороженого обратилась к Поле.
- Мне хорошо, а вот кому-то сейчас будет очень плохо. Скажите, ну почему даже перед Новым Годом люди злобствуют? Зачем некоторым хочется так много денег, что они готовы ограбить даже бедных?
- Знала бы – сказала. Сама удивляюсь, насколько люди бывают жадными. Хотите мороженого бесплатно?
- А давайте, я куплю мужу, он у меня любит сладкое.
- Мужу за деньги, а вас угощу. Клубничное или шоколадное?
- Клубничное! – развеселилась Поля. – А я вам мыло подарю, очень вкусно пахнет, ручной работы.
Глава 10. Тридцатое
Сын в друзьями приехали уже к обеду, и Поля только успевала кормить трёх бодрых молодых людей.
Овощи на новогодний стол она поставила варить уже к десяти вечера, когда молодёжь отправилась погулять. Усталость навалилась на плечи, руки и ноги, но счастливая улыбка не сходила с её лица.
«В доме, хотя бы иногда, должны жить молодые люди и дети, умеющие радоваться всему, верить в будущее и делать глупости, не боясь неудач и осуждения».
Поздний звонок Полю не удивил: под Новый Год звонят те, кто хотят успеть поздравить с праздником ещё накануне.
- Да, я слушаю.
- Полина, извините за поздний звонок.
- А кто говорит, я голос не узнаю.
- Это Настя.
- Настя? Что случилось?
- Не могу успокоиться, пока не спрошу. Скажите, вы понимаете, что делаете?
- Варю овощи на салат.
- Не надо шутить, у меня жизнь рушится. Зачем вы посоветовали маме Матвея пригласить моих родителей?
- А кто вам это сказал?
- Она и сказала своему сыну, а он мне. Мало мне неприятностей, вы хотите добавить?
- Настя, я ничего не понимаю. Это же ваши родители, а Новый Год праздник семейный. Денежные неприятности можно уладить, а родители не деньги – они дороже. Они имеют привычку умирать раньше, чем мы бы этого хотели.
- Разные бывают родители, бывают и хуже чужих. Передайте Марии, что я не то, что не приду, но и из города уеду.
- Настенька, ну что же вы так, праздник такой светлый, чудесный. Надо подарки дарить, а вы…
- Не на что мне подарки дарить.
- А не надо в рулетку играть, - сорвалось у Поли.
Молчание не предвещало ничего хорошего.
- Кто вам сказал? Вы и это уже знаете? – гробовым голосом спросила Настя.
- Уж точно не Маша, она ничего не знает. Вы не волнуйтесь, я ей не скажу. Но и вы её жилья не лишайте, это подло.
- Пусть у своего сына спросит, что подло, а что нет.
- Я смотрю, вы из тех, у кого все виноваты, кроме вас. Идите к своим родителям на праздник и вместе решите, как выйти из ситуации с наименьшими потерями.
- Вас не спросила, как мне жить.
- Ну, тогда спросите свою подругу Ольгу и её мужа, они вас точно поддержат.
Настя первой отключила телефон, и Полина её прекрасно понимала. Ей сегодня трудно было испортить настроение, а вот девушка явно не ждала праздника.
Молодёжь вернулась с прогулки довольной и голодной.
- Мам, мы завтра после часа уедем до утра, а может и до вечера.
- Да, понятно, мог бы и не говорить. Только сильно не пейте, в меру.
- Ага.
Уставший Петя пытался разговаривать с молодыми людьми, но было заметно, как ему хочется спать.
- Петь, - обратилась к мужу Полина, когда молодые люди поднялись в свою комнату, - ты когда-нибудь слышал, что в нашем городе играют в рулетку?
- Ничего себе вопросик. Хочешь денег выиграть?
- Именно, за тем и спрашиваю.
- По моим сведениям есть такое место, но туда посторонним вход воспрещён. Там такие ставки, что мне за год не заработать. Или ты дом хочешь заложить?
- Тебя на кон поставлю, как настоящие сокровище. Мне для Маши нужно узнать об этой рулетке, вернее, ну, короче, надо. Что ты точно знаешь?
- Что знаю? Начальники и чиновники любят себе нервы пощекотать, но это запрещено всем, кроме своих.
- А могут туда обычные люди попасть?
- Нет, что с них взять. Им что – вешаться потом?
- Почему вешаться, можно родственников ограбить.
- Пожалуй, тоже выход. Нет, простые смертные туда точно не ходят. Я недавно слышал, что драка была в ресторане «Странник», пострадавшие уехали в «скорой». И, для твоего сведения, вроде бы молодой человек много проиграл, но отказался платить. Но это слухи, возможно много выпил лишнего.
- Матвей для драки не годится, ещё кто-то пострадал.
- Кто такой Матвей?
- Машин сын, я его с детства не видела, он всегда был домашний и тихий.
- Поэтому Машу квартиры лишают?
- Дети проигрались, а ей отдуваться.
- Ужас! Лучше бы ты мне не рассказывала. Ничего не меняется в этом мире, как и желание лечь спать. У богатых свои игры, у бедных свои, и лучше им не пересекаться. А я бы на время всех менял местами, для общего развития.
- А я бы на время опять молодой стала: побегала, попрыгала и опять мама и бабушка.
- Пожалуй, твоё предложение лучше, чем моё.
Петя ушел спать, а сын с друзьями ещё долго шумели и смеялись, нисколько не мешая Полине.
«Каждая мать хочет, чтобы её сын вырос умным и добрым, но не бедным. Но что посеешь, то и пожнёшь. Сначала нужно точно для себя знать границу морали, за которую нельзя переходить, оставаясь здоровой и жизнерадостной. Чтобы научить сына играть только в те игры, где правила честные и выигрыш не принёс бы никому горя. Но играть надо, без азарта молодость скучна».
Как в крепком чае сахарок, всё таем, таем,
Хотя вот опыт, это есть, приобретаем…
А что нам с ним, куда нести, почём он? Ибо,
За то, что живы мы пока – за то спасибо!
И как ни ёрничай, в душе, на всякий случай,
Мечтаем каждый Новый Год, чтоб стало лучше…
Чтоб лучше всем: друзьям, врагам, родным и детям,
И всем, кто просто так живёт на этом свете
Чтоб стало лучше, чем вчера, хотя по чести,
Вчера всё было хорошо, и всё на месте;
И солнце было, и снежок, и птички пели,
И посидели хорошо… на самом деле
Часть 2. Год начинается
Глава 1. Новогодняя ночь
Пляски, песни и застолье закончились к четырём часам утра. Дочь, со всей своей семьёй укладывались спать, Петя прилёг на диване, и только Поля с Леной мыли посуду на кухне.
Чудесное новогоднее утро заглядывало в окно Полиного дома пока ещё своей тёмной стороной, но со снежной улыбкой.
- Поля, у тебя калитка нараспашку, мальчишки за собой не закрыли.
- Да, она сроду не закрывается, всем лень… Ой, Лен, там кто-то ходит, может заблудился на нашей Верхней? И это явно не Снегурочка. Пойдём спросим, может помочь надо?
Приоткрыв дверь, Поля сразу замёрзла, но успела крикнуть: - Женщина, вы кого-то ищете?
- Поля! Я номер дома высматривала, но, слава Богу, нашла.
- Машка? Ты к нам? Заходи скорей, я замёрзла уже.
Едва Маша скинула шубу, Поля удивилась, как легко была одета подруга: тонкое праздничное платье для зимней ночи не одежда.
- Сумасшедшая, ты заболеешь! - вскрикнула Поля. – Лен, у нас гостья, включай чайник.
Стеклянные глаза Маши с глубокой грустью смотрели на Полю.
- Молчи пока. Чаю выпьешь, тогда и расскажешь. Хотя что-то мне подсказывает, что ты сбежала с семейного праздника.
- Какой праздник, Поля, кошмар. Сын нам всё рассказал, и я отправила его к чёрту. Вовку тоже туда же.
- Круто, ничего не скажешь.
Лена молча слушала разговор, протирая бокалы. Петя очнулся и ушел в спальню ни с кем не прощаясь.
- И что он тебе рассказал?
- Это он проиграл в рулетку два миллиона. Оказывается, у нас в городе и рулетка имеется.
- Знаю, - просто ответила Поля.
- Ты знаешь? Откуда?
- Я сказала, - заговорила Лена. – Мой знакомый хозяин ресторана организовал эту гадость для избранных, но сейчас там зять хозяйничает.
- Ну, тогда и объяснять не буду. Сава, зять этого хозяина, одноклассник Матвея. Сын ему поверил и пошел играть. Я-то на Настю сердилась, но она там не была, она с Ольгой в зале вино пила. Я, как добрая бабушка, с Матвейкой сижу, а они в это время проигрывают мою квартиру! Но это ещё не всё! Деньги, которые мы с Вовой накопили, он сам им отдал за долг. Ограбил себя и меня.
- Маш, а что об этом родители Насти думают?
- Мама её плачет, папа молчит, Настя даже не позвонила им.
- Действительно, кошмар. А если в суд на этого зятя подать?
- Как? Кто-то признается, что играл в рулетку? Это запрещено законом, сами знаете. Никто его не заставлял насильно, он хотел испытать удачу. Меня всю трясёт, дома сидеть не могла, Матвейку уложила и пошла пешком тебя искать.
- Из любой ситуации есть выход, хотя бы остальной долг не отдавать. Но что творится в отношениях Насти с родителями – загадка. Давай схитрим, отвезём их на базу отдыха и там оставим. Сначала отправь детей, потом родителей.
- Они поругаются и разбегутся. Нужен посредник, желательно цыган.
- Цыган? – одновременно спросили Настя и Лена.
- А я не говорила, что у Насти цыганские корни?
- А ты её в славянские одежды наряжаешь?
- У них тоже юбки длинные, - грустно улыбнулась Маша. – Глаза её видели? Колодцы! Мама тоже цыганка, но по ней не скажешь, а папа простой русский Ваня. Она вся в бабушку – гордая и своенравная.
- У них же старших почитают, если я ничего не путаю.
- Она им простить не может, что жили они всегда далеко от неё, не в этом городе.
- Глупость какая, обычно дети уезжают, и мы их прощаем и любим.
- Там есть ещё что-то, родовое, но меня не посвящали.
Лена вытерла руки и присела рядом с Машей.
- Маш, ты не связывайся с Седовыми, это люди без совести. Но и у них есть слабые места, и я попробую их найти. Признаюсь, большого удовольствия мне это не доставит. Твоя задача родственников помирить как можно быстрее. Я на маму в молодости тоже часто обижалась, о чём потом сильно жалела. Поезжай домой и спокойно ложись спать.
– И мужа пойми, он детей спасал, - добавила Поля.
- Год начинается ужасно, - вздохнула Маша.
Длинное, тёмно-красное платье и немного помятая, но стильная причёска, не оставляли у Поли сомнения, что Маша наряжалась для мужа. Для детей так себя не украшают.
- Вызови такси, - тихо попросила гостья, - поеду.
- Правильно, пора отдыхать.
Пока Полина провожала Машу, Лена подтирала пол в гостиной. Дом уже спал, а две старинные подруги пили чай с мятой, думая о странностях судьбы.
- Поль, а что ты знаешь о цыганах?
- Поют хорошо и танцуют. Любят свободу, как они её понимают. Больше ничего. Ах, нет, гадают и обманывают – это я тоже знаю.
- А я знаю, что они могут мстить и пугать. Могла Настя и сама отправить мужа играть.
- Она хорошая мать и не будет лишать денег своего сына… если не в сговоре с этим Савой.
- Тогда всё сложней, надо подумать.
Глава 2. Чудо
Карусель праздничных дней закончилась бы в Рождество, но неожиданно к Поле приехала сестра Таня.
Петя так обрадовался гостям, что выполнял любое Полино поручение беспрекословно.
- Петь, на твоей горке мне можно прокатиться? – смеясь спросила Таня, успев за два часа приготовить торт. – Пост у меня закончился, буду много есть и веселиться.
- Да, это я для внуков сделал, снега много в этом году. Надевай штаны потеплее и вперёд, а я твой торт попробую.
- Погоди пробовать, пусть пропитается. Сестра, кататься пойдём?
- Один разок для смеха можно, пошли.
Сёстры надели зимние комбинезоны и вышли во двор. Снежные сугробы доходили окон первого этажа, и только прорытые Петей тропинки позволяли дойти до невысокой ледяной горки.
Таня, стараясь подняться по ледяным ступеням не удержалась и упала в сугроб с громким смехом. Поля вытаскивала сестру из снега и продолжала смеяться.
- Неуклюжие мы стали, ей Богу, - Поля отряхивала сестру, ощущая настоящую детскую радость.
- И почему люди ищут удовольствий за большие деньги? Нет настроения – можно поваляться в снегу как в детстве, вот тебе и счастье. В детстве всё весело, а обиды короткие.
- И не говори, зато теперь они длинные. Помнишь Машку? Такая хохотушка была в юности, живая. Её невестка так обиделась на мать, что на Новый Год в гости не зашла повидаться. А они издалека приехали.
- К сожалению, такое бывает, но это неправильно. Сколько раз я на маму обижалась, но долго злиться не могла. Поругаешься, а на следующий день душа болит, и я сама к ней иду, - вздохнула Таня. – А причина обиды в чём?
- Не знаю. Но мама у невестки цыганка, считай и она тоже. Это другой мир, нам не разобраться.
- А помнишь, как папа на дачу цыган пустил жить? Мама чуть его не убила.
Пока сёстры разговаривали, Таня всё-таки забралась на горку и скатилась вниз с нескрываемым удовольствием.
- Поля, тебе звонят, - из окна высунулся Петя и протянул жене телефон.
- Дети? – Поля взяла телефон у мужа.
- Маша.
- Да, Машенька, привет!
- Поля, я могу к тебе приехать? С Рождеством тебя.
- Очень нужно? А то ко мне сестра приехала…
- Понятно.
- А что случилось-то?
- Завтра срок уплаты долга заканчивается, денег нет, как нет и выхода из положения. Сын с невесткой молчат, родители Насти уехали, я с Вовой, но и он скоро уедет.
- С Вовой? Это очень хорошо, что с Вовой. Это замечательно! Вместе легче. Да, я не о том, Сава у детей квартиру отберёт? Ты, как я понимаю, свою не продаёшь. Они заплатили основную часть долга?
- Кто там что заплатил? – Таня стояла рядом и внимательно слушала разговор.
- Танечка, это Маша, я потом…
- Пусть едет к нам, вот и поговорите. Я хоть на неё посмотрю.
- Приезжай, - успела сказать Полина, но Маша сама прервала разговор.
- Ой, сын звонит. Полина, я с ним поговорю и приеду.
Поздний ужин одобрили все, тем более ждали гостью. Но Маша не приехала и через час.
- Странно, и зачем было спрашивать, - удивлялась Поля.
Но на самом деле она надеялась, что Маша не приедет, и она весь вечер проведёт с сестрой.
- Позвони, а то со стола будем убирать, - по-хозяйски распорядилась Таня.
Поля неохотно включила телефон и прикоснулась к экрану. Несколько гудков обрадовали Полю, и она уже хотела отключить телефон, но Маша отозвалась.
- Поль, я не могу приехать. Я в квартире у детей. Они вляпались по первое число, и я с ними заодно. Сава поставил Матвея на счётчик, и скоро мы будем должны столько, что и двух квартир не хватит. Что делать не знаю.
- И я не знаю. Сходи в церковь, сейчас Рождество. Пока, держись.
- Рассказывай, завтра сами к ней поедем, успокоим.
- Тань, в этой истории мы ничем помочь не сможем. Это дела мужские и опасные, не надо было им садиться играть в рулетку. Любая игра – русская рулетка: или пан, или пропал. Вот и пропали. Забудь, тут спасёт только чудо, а ты веришь в волю Господню.
Но рассказать сестре всё-таки пришлось, Поля даже сняла с души тяжесть, накопившуюся за последние недели. Разговор постепенно перешел к бытовым проблемам, детям и мужьям.
- Слава Богу – живы, здоровы. А деньги нас найдут, если не будем прятаться. Пойдём спать, завтра надо пораньше встать.
Солнечное утро порадовало Полю, особенно шум на кухне: Таня хозяйничала громко.
- Поля вставай. Мужики решили на рыбалку поехать. Будем рыбу ждать, а пока надо им с собой что-то дать.
- А чистить кто будет? - Поля накинула халат и вышла из спальни.
- Ещё наловить надо, а там посмотрим.
Уехали Коля с Петей к одиннадцати утра, оставив сестёр наедине. Но долго это уединение не продлилось. В незакрытую после ухода мужей дверь вошла Маша с бутылкой шампанского и большим пакетом в руках.
- Встречайте гостью!
Глава 3. Седов
- Маша, ты вся светишься! – встретила гостью Полина. – Ну, проходи.
Маша села на стул в гостиной и расплылась в широкой улыбке: - Он вернул все деньги!
- Кто? – Таня стояла у плиты, помешивая гуляш.
- Павел Седов, отец Ольги. Сам привёз их к Матвею и вернул всё.
Ожидая реакции, Маша смотрела на Полю.
- Так не бывает, - выдохнула Полина и присела рядом с гостьей.
- Я поверила в чудеса. Утром сын звонит, а я будто заново родилась. Бегом к нему – деньги лежат на столе. Вы не поверите, но Сава мстит всем своим одноклассникам, которых не любил со школы. Сава сам признался в этом тестю. Кстати, твоя Лена с Седовым поговорила, она его и убедила. Я её должница. Как мне лучше её отблагодарить?
- Она будет рада, и ей этого достаточно. Можешь конфет купить, если хочешь. Маш, но как это мстит, это же глупо.
- Детские обиды – страшная вещь, - согласилась и Таня. – Его что, били?
- Нет, никто его не бил, но он жил с мамой и нуждался в деньгах. Завидовал благополучным детям, учился плохо, но боксом занимался. Что в нём Ольга нашла я не знаю, возможно отец одобрил. Понял, что парень хваткий, будет за жизнь бороться любыми способами. И пока мстить не начал, всё у него было хорошо. Не только Матвей пострадал, но ещё человек пять. Кстати, Сава сильно заболел, он сейчас в больнице.
- С расстройства, наверное, - съязвила Поля.
- Пока непонятно, температура высокая.
Таня присела рядом с сестрой: - Маш, а ты как думаешь, зачем твой сын сел играть, у него проблемы?
- Я бы не сказала, но зарплата пока невысокая, а Настя не работает. Насколько я знаю, Настя не уговаривала Матвея играть. Но и не остановила. Ей очень хочется ни от кого не зависеть и купить новую квартиру без нашей помощи. Так и не пришла родителей проведать, ужас.
- Что-то очень обидело её, но себе же вредит, тоже заболеет, - вздохнула Таня. – А давай её к нам в гости позовём и Лену тоже. Маша звони невестке, скажи, что надо поблагодарить ту, которая их спасла.
- Вы думаете, она согласится?
- Благодарить все любят, от этого каждый чувствует себя достойней.
Тень сомнения в словах сестры не покидала Полю, но Лене она позвонила.
С большой корзиной полной фруктов, Настя зашла в гостиную Полины. За накрытым столом сидели все, но главной героини ещё не было.
Поля только теперь увидела настоящую красоту Настиных тёмно-карих глаз и светло-русых волос. Но девушка молчала, и никакой радости на её лице не проглядывалось.
Лена долго обнималась с Таней, шумно приветствовала остальных и, наконец, уселась за стол.
- Лена, ты совершила чудо – слепой прозрел! – веселилась Таня.
- Стареет, совесть наружу лезет.
- Это вам, - Настя протянула Лене свёрток.
- Если это деньги, то даже прикасаться не буду, - Лена сердито смотрела на Настю.
- Ваши проценты.
- Настя, ты что творишь! – Маша укоризненно смотрела на невестку, а потом резко выдернула у неё свёрток.
- Девушка, я о вас знаю только из рассказов Маши, а вы меня не знаете совсем. Деньги платят за работу, за разговоры платят только журналистам и политикам, - Лена выпила минералки, явно стараясь не сорваться.
- Как хотите, - фыркнула Настя, - зачем тогда было меня звать.
- Настя, а зачем вы мужу разрешили играть? – не сдержалась и Таня.
- Вас всех не спросила. Вы считаете себя взрослыми и умными, как и моя мамочка. Но, единожды решив, что хорошо, что плохо – не щадите детей. Я для вас алчная и глупая.
- Настя, прекрати! Всё закончилось хорошо, только ты с мамой не помирилась.
- И не собираюсь! И Сава из больницы не выйдет, пока я не захочу.
Даже солнечные лучи, отраженные в красных яблоках и белых чашках, не смогли растворить злобу, с какой Настя сказала о Саве. Четыре женщины молчали, глядя на двадцатипятилетнюю девушку и ждали чего-то.
- Я цыганка, и умею постоять за себя, - дерзко поглядывая на старших, Настя откусила кусок яблока.
- Настенька, я что-то не поняла, ты его отравила? – тихо спросила Маша.
- Зачем травить, я его заговорила на болезнь.
- Но его тесть отдал деньги.
- Не надо было меня обманывать, ещё и Ольге не поздоровится.
Настя сверкала чёрными глазами, пугая Полину, у которой пропал дар речи.
- Это вы зря, вам же и откликнется. У вас сын. Помолитесь и снимите ваши заклятья, - Таня тоже взяла из корзины яблоко и громко хрустнула.
- И не подумаю, - ответила Настя, ещё раз откусив яблоко.
Лена поднялась, обошла вокруг стула, на котором сидела Настя, и очень громко сказала: - Значит так, я пошла к Седову скрипя сердцем, вам вернули все деньги, а вы продолжаете мстить. Сава наёмный работник, Ольга - дочь хозяина, но их не трогайте, не смейте! Иначе…
- Что?
Глава 4. Перчатки
Поднялась и Настя.
- Что вы знаете об Ольге? Невинная овечка? Она зациклена на деньгах. Полина, вы помните ту перчатку, которую нашли в магазине? Думаете я плакала из-за того, что боялась реакции Марии? Нет, я эти перчатки собиралась подарить Ольге, они тоже заговоренные.
- Ох, нет, Господи, – вскочила Поля, - и я заболею?
- Зачем, они на Ольгу заговоренные. Как только наденет, так и заболеет.
- У неё дочка, - возмутилась Маша, - ты жестокая!
- Нормальных людей я никогда не обижу. А эти устроили гадюшник. Пока лечится будут, все деньги потратят. Тогда я порчу и сниму.
Но Лена рассердилась не на шутку.
- Девушка, я ваших заговоров не боюсь, учтите. Прекращайте издеваться над людьми, а то я за себя не ручаюсь.
- Настенька, пожалуйста, не трогай Ольгу, - заплакала Маша.
- Хорошо, заберите у неё перчатки, я сама к ней не поеду. Сожгите их, пусть к мужу в больницу бегает. Жалко? А вы подумали каково детям и женам одноклассников Матвея?
И опять четыре взрослых женщины молчали, понимая, что Настя по сути права, но средства для мести выбрала ужасные.
- А зачем ваш Матвей играл, вы же его не удерживали? – спросила Поля.
- Да, я не удерживала, хотела проверить удачу. Она могла бы нам помочь, но там нет правил, только обман.
- Искушаясь, потом не надо никого винить, - Таня перекрестилась. – Идите работать на удачу.
- Все высказались? Вот и славно. Вы все, как моя мама – моралисты, пока самих не прижмёт. Вам уже мало что нужно, а мне ещё много. Прощайте, с Савой я не шучу, лежать будет долго.
Настя бросила на стол обгрызенное яблоко и вышла из гостиной. Никто не пошел её провожать, все стояли, пока не хлопнула входная дверь.
- А где она живёт эта Ольга? – спросила у Маши Полина.
- Я знаю, как-то Матвейку к ним на день рождения дочери водила. Недалеко от меня, но я не пойду. Я представления не имею, как попросить у девушки перчатки.
- Я пойду! – заявила Лена. – Хотя нет, ещё отцу расскажет, а он передумает долг прощать.
Маша умоляюще смотрела на Полину.
- Крайнюю нашли? Девушку жалко, но может Настя всё придумала, все девушки актрисы.
- Пойдём, - вынесла приговор Таня. – Цыгане люди серьёзные, я знаю. Возьмём с собой икону и пойдём.
- Тань, и что скажем?
- Скажем, что… не знаю, что скажем. Представления не имею. При всей моей врождённой наглости, никогда не приходила к совершенно чужому человеку, чтобы попросить у него перчатки.
И тут Таня рассмеялась, заразив сразу всех нервным громким смехом. Лена хохотала так, что присела на диван.
- Дурость высшей пробы. Дескать отдай нам перчатки, мы как раз мимо шли. Что-то нам захотелось твои перчатки иметь.
- Придумала! – продолжая смеяться, махала рукой Маша. – Я ей позвоню и скажу, что подарок надо вернуть, Настя перепутала и подарила ей чужой.
- Ага, Оля с Настей сейчас не дружат. Я не могу пойти прямо так, это кошмар какой-то, - уже не смеялась Полина.
- Давай просто скажем, что Настя так обиделась на Ольгу, что просит вернуть подарок.
- А мы с тобой кто такие, что нас Настя послала? Она нас впервые видит.
Таня ненадолго задумалась, и обратилась к Маше.
- Маш, а Оля видела Настину маму?
- Навряд ли, они знают друг друга год, не больше. Да и с Савой Матвей после школы не общался, он семью Насти не знает.
- Ну, вот и отлично. Считайте, что я мама Насти. А ты, Поля, моя знакомая. Я приду и заявлю, что дочь моя забирает свои подарки.
Все уселись в машину Лены, а Маша показывала дорогу до дома Насти. Сёстры забыли про мужей, было не до них. Сцену, которую им сейчас предстояло пережить, каждый прокручивал в голове по-своему. Но волнение перехватило дыхание у всех, когда Маша увидела Ольгу, гуляющую во дворе с дочкой. И на её руках были надеты те самые чёрные бархатные перчатки.
- Девочки, она в заговоренных перчатках!
- А выглядит неплохо, на больную не похожа, - Лена пыталась шутить, но её выдавал хриплый голос. – Иди, Таня, отбирай.
- При ребёнке?
- Поля пусть ребёнка отвлечёт.
- Как?
- Выйди и с горки прокатись. Вот дети удивятся.
Сёстры вышли из машины и очень медленно пошли к детской площадке.
Первой начала действовать Поля. Забравшись на горку, она неуклюже съехала, но дети будто её и не замечали.
- Вы Ольга? – Таня старательно играла свою роль. – Я мама Насти. Пожалуйста, верните перчатки, вы не заслужили такого подарка.
- Перчатки? Да подавитесь. До чего вы дошли, до какой низости!
Ольга резко сдёрнула перчатки с рук и бросила их на снег. Девочка расплакалась.
Глава 5. Костёр
Таня подняла перчатки кончиками пальцев и сразу пошла к машине. Шла за ней и Поля, вздрагивая от плача девочки. Ей было очень стыдно и хотелось скорей спрятаться за металлическим корпусом автомобиля.
Сёстры сели за задние сидения, и Таня бросила перчатки под ноги.
- Лен, поехали куда-нибудь, надо сжечь эту гадость. Чувствую себя полной дурой, поверившей цыганке.
Лена привезла подруг к дальней окраине Чистогорска, дальше начинался лес.
На небольшой мороз никто не обращал внимания, всем хотелось скорей отделаться от неприятной обузы. Подложив под перчатки листы журнала, Лена чиркнула зажигалкой, но они только дымили. Пришлось собрать обломанные ветки и соорудить костёр.
Женщины отошли подальше, но уезжать, не убедившись, что всё сгорело, никто не собирался. Пришлось простоять минут пятнадцать, прежде чем от перчаток осталась только зола. Сразу почувствовался мороз, щёки и носы покраснели.
- Всё, сгорело! – объявила Лена. – Куда сейчас?
- Нам домой надо, у нас мужья должны с рыбалки прийти, - вспомнила Поля.
- И нам по домам, поехали. Впервые в жизни поверила в мистику, сама себе удивляюсь. А если она обманывала, обвела всех вокруг пальца? Маш, могла она обмануть? – Лена уже завела машину, собираясь тронуться с места.
- Знаешь, Матвей женат уже много лет, а я толком не знаю о невестке ничего. Если Оля заболеет, то – не врала, и это страшно как-то. Рядом с ней мой сын и внук.
Подъезжая к дому, Поля издалека увидела машину Пети, стоящую у ворот гаража. Быстро попрощавшись, сёстры вернулись под крышу родного дома.
- Рыбаки, хвастайтесь, - Таня старалась держаться непринуждённо.
- Да, не клевало что-то, - оправдывался Коля. – А вы где были, мы-то подумали, что нас ждёт горячий обед.
- Обед ждёт, и вы пять минут подождите.
- Лично я в душ, - убежал от вопросов жены Петя.
Накрывая на стол сёстры молчали, пока не зазвонил Полин телефон. Обе вздрогнули, переглянувшись.
- Да, Маша. Заболела? Ну, я не знаю, что и сказать. Твоя невестка, тебе и решать. Попробуй по-хорошему с ней поговорить. У Оли ребёнок, так нельзя оставлять.
Ничего не спрашивая, Таня лишь грустно вздохнула. Оставив мужчин обедать в одиночку, сёстры ушли на второй этаж.
- Тань, вы завтра уедите, а я совсем не знаю, как забыть эти чёртовы перчатки.
- Поехали к Насте, сами поговорим.
- Мы? Ты же её слышала, она упёртая и обиженная.
- Вот именно, она на что-то или на кого-то сильно обижена, дело не в деньгах. Тут история из детства, как у этого Савы. Но Маше не звони, при свекрови редко кто откровенен.
- Ладно, что мужьям скажем?
- Да они сейчас лягут на диван и будут телевизор смотреть. Часа два у нас есть, успеем. Скажем, что за покупками.
Доедая булочку, Петя лишь кивнул на слова Полины о поездке в магазин.
Таксист довёз сестёр до дома Насти за десять минут. Обычная пятиэтажка, обычный подъезд, обычная дверь, но Полине теперь всё казалось зловещим.
Дверь открыла Настя, за спиной у неё стоял Матвейка.
- Ещё раз, здравствуйте, Анастасия. Разрешите зайти? – Таня натянуто улыбалась, а Поля и этого не смогла сделать.
- У вас ко мне дело?
- Да, считайте, что так.
- Ну, проходите. Матвейка, я тебе мультик включу, мне надо с тётями поговорить.
Мальчик явно обрадовался и быстро усела на стул перед компьютером.
Сёстры прошли в уютную маленькую кухню и присели на стулья. Шубы пришлось расстегнуть, потому как хозяйка не предложила раздеться.
- С чем пришли, уважаемые? – Настя вела себя вызывающе, но и сама сильно волновалась.
- Настя, я вам прямо скажу – я верующая. Православная. Но сердиться я себе позволяю, да и мстить много раз хотелось. Знаете, что меня останавливает? Мои дети и внук. Если есть хоть один процент, что из-за моей мести они пострадают, то я себе не позволю мстить.
- Я сниму заговор, я же сказала, но пусть немного помучаются.
- Настя, Оля уже в больнице. Она не виновата, что у неё такой отец, она тоже жертва. Тем более и муж у неё ничтожество. Я слышала их разговор в магазине, она его отговаривала, - Полина видела, как у девушки трясутся руки.
- Ей всё легко давалось, надо же когда-то и пострадать.
- Но не вам же быть судьёй, - возмутилась Таня. – Одумайтесь! Хотите, я за вас в церкви помолюсь, порошу Богородицу вас пожалеть и простить.
Девушка заплакала, пряча лицо в ладонях. Но её всхлипывания услышал сын, прибежав в кухню.
- Мамочка, кто тебя обидел, эти тёти?
- Нет, Матвейка, я сама себя обидела. Беги, я уже не плачу.
Когда мальчик ушел, Настя вытерла слёзы и сказала: - Хорошо, я сниму заговор с Оли, но Сава ещё полежит в больнице до конца месяца. Нехорошим людям надо дать время подумать о душе. Я вас не задерживаю.
- Мы перчатки сожгли…
- Полдела сделано, но поздно. Это уже моя проблема, поеду в больницу. Отвезите Матвейку к бабушке.
- А он с нами пойдёт?
- Пойдёт. Он вас помнит, Полина.
Глава 6. Ресторан
Таня зачем-то рассказала историю с перчатками мужьям, и они оба громко смеялись, хотя Поле было не до смеха.
- Чего вы развеселились? А если это серьёзно повлияет на здоровье девушки?
- Поль, вечно ты ищешь мистику в простой хитрости. Завтра с утра схожу на службу, помолюсь за эту Ольгу, да и за Саву заодно, и за Настю тоже надо. Пусть всем будет хорошо, не в ущерб другим.
- Тань, давай уже сегодня забудем обо всём и сходим куда-нибудь, в кино, например. Что там у нас, Петя, сейчас народу показывают.
- Хвалят фильм о баскетболистах, сам хотел посмотреть. Поехали! Коль, ты как?
- Без проблем.
В кинотеатре народу набралось много, и четвёрка немолодых людей скромно уселась на свои места, разглядывая весёлую молодёжь. Фильм захватил настолько, что Поля плакала и смеялась, позабыв все заговоры и проблемы. Она так радовалась нашей победе, что вскакивала с места и кричала, и Таня с ней заодно. Возбуждение не проходило и после того, как родственники вышли из кинотеатра: домой никто не хотел ехать.
- В наших маленьких городах и сходить некуда, скука полная, - досадовала Таня.
- А пойдёмте в ресторан! – Петя удивил всех, особенно Полю.
- Петь, ты же не любишь этих заведений. А, поняла, хочешь в рулетку сыграть. И ты во все тяжкие?
- Очень хочется, - честно признался Петя. – Но я бы только посмотрел, один раз в жизни можно.
- Кто тебя туда позовёт, это же для избранных, - Поля никак не могла понять шутит её муж или нет.
Хотя сама ни за что бы не призналась, что посмотреть и ей хочется, но не на рулетку, а на господина Седова.
- Нас не пустят, мы выглядим невзрачно. Дресс-код не пройдём.
- Хотя бы попробуем, - не сдавался Петя.
На входе в ресторан компанию никто не остановил, да и администратор встретил их дружелюбно.
- Вам столик?
- Да, желательно, - Петя изо всех сил старался оправдать свою идею вечернего отдыха.
- Проходите, раздевайтесь. Гардероб вон там, приятного вечера.
Лёгкая музыка не мешала посетителям общаться, но разговор пока не клеился. Интерьер зала был похож на все подобные провинциальные заведения.
- Никакой рулетки ты здесь не увидишь, Петя. И тебя точно туда не пригласят. Да, я буду капучино и … что у вас вкусного?
- Рыба отличная, рекомендую, - лениво советовал молодой официант.
- Я буду, - опять проявил инициативу Петя.
- Несите всем, - распорядилась Таня.
Рыба оказалась не такая уж и вкусная, но ели с аппетитом, наблюдая за посетителями. Полный мужчина лет пятидесяти сидел за столиком с молоденькой девушкой. Он заказал икру, дорогое шампанское и крабов, явно бравируя своим положением. К нему, уже изрядно подвыпившему, подошел мужчина, одетый в дорогой костюм, сидевший на нём идеально. Из-за маленького роста и плотного телосложения, кавалер неуклюже поднялся, поцеловал девушке руку и вышел вслед за мужчиной.
Компания уже пила капучино, когда девушка, ожидавшая возвращения кавалера, поднялась, собрала в сумочку бутерброды, недопитую бутылку шампанского и ушла.
Ещё через десять минут незадачливый кавалер влетел в зал с громкими ругательствами: - Я найду на вас управу! Я не лох какой-то, я банкир и обворовывать себя не позволю. Хамло! Нашли идиота. И на Седова управа найдётся! Эй, вы не видели куда ушла девушка?
Петя напрягся, но первым ответил Коля: - Во-первый не эй, а во-вторых ушла ваша девушка и шампанское прихватила.
- Ну и чёрт с ней!
В зале появился невысокий, солидный мужчина, и быстрой походкой направился к банкиру.
- Вениамин Карлович, не надо кричать. Вас никто не заставлял, идите домой и выспитесь.
- Я своими деньгами не разбрасываюсь.
- И что, всегда в выигрыше?
- Да, всегда!
- И на старуху бывает проруха. Успокойтесь, вы пугаете посетителей.
- А я всем правду скажу. Люди, не верьте Седову! Он вор и обманщик!
Два высоких молодых человека аккуратно подхватили несчастного банкира и вывели из зала. Хозяин дружелюбно оглядел посетителей: - Извините, ему больше не наливать.
Петя сиял: - Я как чувствовал, что это будет не скучно. Вот вам и кино про мафию.
- Люди слишком верят в свою удачу, а вернее халяву, - вздохнула Таня.
- Не знаю ни одного мужчины, которых не хотел бы попробовать сделать ставку на удачу.
Глава 7. Ставки
Компания уже собиралась расплатиться и уйти, когда к ним подошел хозяин заведения.
- Извините за беспокойство, гражданин попался нервный. Сами видели, даже девушка сбежала, - добродушно усмехнулся Седов. – Разрешите представиться – Павел Седов, хозяин этого ресторана. Вижу, что вы здесь впервые. Позвольте угостить вас отличным коньяком, так сказать за моральные неудобства.
Никто не кивнул головой на это предложение, а Таня насупила брови. Полина точно знала, что это не предвещало ничего хорошего.
- А потом вы нам предложите сделать ставки? – выпалила она, явно удивив хозяина ресторана.
- Вам? В рулетку? Да вы шутите, с чего вы это взяли, уважаемая?
- Слышала, как потом квартиры продавать приходится.
- Вы пришли меня проверять? – Седов уже не выглядел так благодушно.
- Ну, и с какой вы организации? Честно говоря, вы больше похожи на нищих провинциалов…
Увидев, как рассердился муж, Поля не сдержалась: - Вы нас извините, мы случайно были посвящены в чужую тайну. Помните Матвея и Настю, так мы хорошо знакомы с их мамой Марией. И это именно я просила Лену с вами поговорить, мне стало жалко подругу, которую хотели отправить жить в коммуналку. А к вам попали тоже случайно, не хотелось идти домой после отличного фильма.
Седов ногой подвинул свободный стул к Поле, и все своим весом шмякнулся на него.
- А сразу нельзя было сказать, что вы знакомы с Леной? Это зять меня подставил, от страха даже заболел. Принесите коньяк! – громко крикнул хозяин.
Бутылка коньяка и большая тарелка с фруктами появились на столе почти мгновенно.
Седов сам налил в бокалы коньяк и первым выпил.
- Выпьем за знакомство и забудем обо всём, что я в сердцах брякнул.
Мужчины выпили, а Поля с Таней взяли с тарелки по ароматной груше.
- Дамы не пьют? Ну и правильно, а мы ещё по одной.
- Петь, ты за рулём.
Полина сердилась на мужа, но наблюдать за хозяином ресторана ей было интересно, как за редкой диковиной.
- Павел, признайтесь, откуда вы знаете Лену?
- Ленка чудо, человечище. Смелая, ничего с детства не боится. А вы боитесь посмотреть ту самую рулетку? Ручаюсь, что никогда её не видели, только в кино.
- Мы не интересуемся, - гордо ответила Поля, но её опять удивил муж.
- Посмотрим, надо всё увидеть на этом свете.
- Смело, а то я уже подумал, что вы совсем не доверяете людям. Я пока не разучился отличать порядочных людей от прохвостов. Для меня не тот хорош, у кого полмиллиона в кармане, а кому жить интересно.
Выйдя в холл, Поля увидела скромную дверь, обклеенную в цвет стены. Её можно было принять за дверь в туалет или в подсобку. Но Седов открыл дверь свои ключом и пропустил вперёд всю компанию. Длинный полутёмный коридор заканчивался такой же скромной дверью. Комната для игры оказалась небольшой: рядом с игровым столом стояло несколько стульев. Симпатичная девушка встретила компанию явно недоумённо.
- Верочка, я с гостями. Мастер-класс хотят получить, для общего развития.
Верочка к таким гостям не привыкла и не знала, как себя вести.
- Мужчины, предлагаю взять фишки, самые недорогие, разумеется. Испытаем удачу, не более того. Какие возьмёте? Имеются за двести рублей и до тысячи.
Коля взял себе фишку за пятьсот рублей и поставил на чёрное. Петя - за двести, у него с собой больше не было налички и поставил на красное. Седов тоже поставили на красное. Девушка запустила рулетку, посматривая только на хозяина. Выпало чёрное.
Николай распрямил плечи и гордо посмотрел на жену.
- Всё! – Таня похлопала по плечу мужа. – Веселье закончилось!
- Неужели больше не попробуете? – смеялся Седов. – Вот так и ваш Матвей проиграл квартиру, и многие другие. Но я не Сава, я небогатых людей не граблю. Хотя, я вам скажу, в азарте и алчности различия нет ни у бедных, ни у богатых. Всё в голове, всё в ней. Допьём коньяк, удачливый? Вас Николаем зовут?
- Допьём, - Коля не скрывал радости.
«Да, удача нужна всем, хоть убейте. Хотя бы иногда, для бодрости и ощущения мистической помощи от невидимых друзей».
Поля шла по коридору за Петей и по его сутулой спине чувствовала его разочарование.
Но Таня разошлась, заказал на выигранные мужем деньги дорогие пирожные и кофе для себя и Полины. Тему для разговора с Седовым Коля теперь нашел быстро, несмотря на разницу их образа жизни. Петя молча ел фрукты, но иногда улыбался, слушая Николая.
Публика к ночи сильно изменилась. В зале появились роскошные дамы и солидные кавалеры – местная элита. Седов попрощался, пообещав, что в следующий раз он устроит всем шикарный приём.
Глава 8. Прощение
Выходить на мороз, пока тело ещё окутано теплом, особенно приятно в первые минуты. Задержавшись на пороге ресторана, компания отошла от дверей, пропуская новых посетителей. Но одна из девушек, спешивших ко входу, остановилась и повернулась.
- Вы и сюда пришли? Должна сказать вам большое спасибо. Получается, вы меня спасали. Мне Настя всё рассказала. Вот, глядите, жива-здорова. Спешу к папе, правда муж у меня умирает, но это мало кого волнует.
- Ольга, добрый вечер. Я рада вас видеть, очень рада. Простите, что пришлось вас напугать. Саве сильно плохо?
Ольга расплакалась, уткнувшись в плечо Тани. – Вы ничего о нём не знаете, попросите, ради Бога, Настю, пусть перестанет его мучать. Я не могу вам ничего рассказать, но спасите Саву, пожалуйста.
- Ольга, не плачьте, - Таня пыталась высвободиться из объятий девушки. – Мы попросим, я помолюсь за него.
- Спасибо, - Ольга вытерла слёзы и быстро скрылась за входными дверями.
- Чудеса! С утра здорова, потом больна, а сейчас опять как огурчик. Начинаю думать, что Настя ведьма. Домой, ноги уже не держат.
Мужья уже сидели в машине, когда сёстры забрались на свои места.
- Петя, не жалей, что проиграл. Везёт только дуракам, - успокоила Таня Петю.
Но эти слова его явно не успокоили.
- Петь, это же ты предложил нам в ресторан зайти, так что винить некого. А с другой стороны – масса впечатлений.
- Я не из-за этой мелочи расстроился, он над нами издевался. Противный тип…
- Нормальный дядька, зря ты Петь, - весёлый подвыпивший Николай пребывал в прекрасном расположении духа.
Прислушиваясь к своим ощущениям, Поля понимала мужа. Седов не был искренен, и непонятно по какой причине он уделил им столько внимания. К тому же слова Ольги о муже наводили на мысль, что никакие дела Седов зятю не передавал.
- Тань, а может Сава и в самом деле не так виноват? Разве он мог без ведома этого хозяина что-то сделать? Или ими всеми кто-то крутит?
- Да, без него здесь никто и пальцем не пошевельнёт. Жаль, что мы уезжаем, хотелось бы с Настей ещё поговорить. Она слишком молода и принимает поспешные решения. Самая загадочная линия – что знает Лена о Седове, он её побаивается.
- Хватит вам о них думать, лучше о нас подумайте, - повернулся к сёстрам Николай. - Мне всё сегодня понравилось, весь день был замечательным.
Когда Поля вышла из спальни утром, то сразу поняла, что Таня уехала в церковь. В доме царила тишина, слышно было только звук работающей бензопилы.
- Петь, они давно уехали?
- Уже час, обещали быстро вернуться.
- Ага, в церкви только свечи быстро ставить можно, Таня там будет долго. Ладно, что будешь на завтрак?
- Я уже. Таня накормила.
Но через два часа сестра не приехала. Поля решила позвонить, но Колина машина уже заворачивала к дому.
- Наконец-то! – Поля вышла на крыльцо, накинув пуховик. Понимая, что Таня скоро уедет, Полина уже скучала о сестре.
- Тань, ты так долго в церкви была, как только Коля выдержал.
- И не говори, Поля, я уже поспал в машине два раза. Час возле церкви, а час возле дома вашей Насти.
- У Насти? Тань, ты к Насте ездила? Ну, даёшь.
- Понимаешь, отстояла службу, а от сердца не отпускает. Человек болеет, а неизвестно виноват он или нет. Тем более, на ребёнке Насти всё может отразиться. Не рой яму другому…
- И что она решила?
- Обещала съездить в больницу, поговорить по душам с Савой, а уж потом решать его судьбу. Я ей икону подарила, надеюсь на её добрую волю. Что у неё на душе за камень, так я и не поняла. Страшная обида на мать, болезненная. Если сможешь её разговорить, то это будет всем на благо. Пообедаем и домой.
Коля ещё немного поворчал на жену, когда все уселись за стол.
- Петь, представь себе: я, говорит так ласково, на минутку к Насте заскачу. Больше часа там была.
- Это у них нормально – о времени обманывать.
- Никакое это не враньё, - засмеялась Поля, - читать нужно больше. У женщин по-другому движется время. Два часа им длятся десять минут. Лучше бы пожалели нас, получается у нас жизнь короче. Лет двадцать, не больше.
Засмеялась и Таня: - Слушай, а молодость получается лет пять.
- Именно, а у них лет сорок. И кто после этого несчастней?
Прощались недолго, снова пошел снег, и дорога предстояла непростая.
- Береги себя, - шепнула Поля сестре, хотя ей хотелось сказать, что без неё жизнь станет ещё короче.
Погрустив два дня, Полина решила позвонить Маше и попросить о встрече.
- Поль, я не могу. У нас с Вовой медовый месяц, ни минутки свободной нет. Давай попозже, недели через две.
- Поздравляю, даже завидую.
- Не говори – «любовь и голуби». Если бы ни дети со своими проблемами, летала бы как птичка.
- Какие у них проблемы, вроде всё уладилось. Квартиру ищут?
- Ссорятся. Боюсь, не пришлось бы проверять отношения в разлуке. Матвей собрался с отцом на вахту, и это не из-за денег, от Насти убегает. Мои ошибки невестка повторяет.
- Она Матвейку ещё водит в развивающий центр?
- Да, мама она хорошая, не придерёшься.
- А человек?
- Я не знаю, отношения невестки и свекрови всегда субъективные. Пока, мне пора на прогулку.
Поля поехала к знакомому детскому центру с полной уверенностью, что поговорит с Настей. Но девушка не обрадовалась встрече, сухо сказав: - Здравствуйте!
В помещении было жарко, и Настя принялась раздевать сына, а Поля только расстегнула шубу. С другими мамами она переговаривалась, не обращая внимания на Полину. Но дети ушли на занятия, а мамы начали расходиться.
- Настя, я понимаю, что вам неприятно меня видеть, но если уже я попала в эту историю, то не отстану. Мне хочется вас понять…
- Что именно вы хотели узнать?
- Вы простили Саву?
- Да, здоров ваш Сава.
- Неожиданно легко вы отступились, я рада.
- Почему же легко, мы долго беседовали. И его вина есть, но и он жертва. Рос в неполной семье, спортом заниматься скорее назло, чем по желанию. Учился плохо, а рядом одноклассники благополучные и наглые. Но он бы мстить не стал, тем более так удачно женился, ни в чём больше не нуждался. Ольга его любит, в этом я убедилась. Только вот тесть у него человек жадный.
- Седов?
- Да, в долгах он, нуждался в больших деньгах. Он заставил зятя находить знакомых и раскручивать их на игру в рулетку. А убедить можно любого, даже самого идейного.
- А Ольга, она не могла мужа остановить?
- Зачем? Оля привыкла к деньгам, а тут у неё мачеха появилась. Молодая и красивая, Ольгина ровесница. Седов в долги и влез. Он раньше рулетку, как игрушку для богатеньких поставил, от скуки их развлекал. Но раньше и жена у него была другая, добрая и неприхотливая. Учительницей работала, английский язык преподавала. Раз в год она ездила в Лондон, чтобы уровень не терять, а потом спокойно в обычной школе работала. Седов ей однокомнатную квартиру отдал, денег не даёт, а она и не просит.
- Настя, а сразу вы об этом узнать не могли, прежде чем мстить? Зачем вам были игры в перчатки?
- Полина, месть меняет душу, это ведь тоже болезнь. У неё настрой на одну эмоцию – ненависть.
- Ух, прямо мурашки от ваших слов. Я и пришла вам сказать, что мстить нельзя, заразно это. Всё что на одну чашу весов положим, то на другой и появится.
- Морали не надо, я по-другому думаю. Бабушка меня учила не так думать. Мне в магазин надо, так что прощайте.
- Ещё один вопрос, если можно. Вас бабушка научила все эти штуки делать?
- Она меня растила, и уму-разуму учила. Всё, мне пора.
«Сколько же путей предусмотрено в книге судеб, уму непостижимо. Если представить огромное дерево, то на нём нет ни одного абсолютно одинакового листочка. И всё же ни один листок не проживёт свою короткую жизнь, если не получит соки от общего корня рода. Без живительного сока любви не получится ничего живого».
Глава 9. Собака
Снег опять валил хлопьями, но Поля стояла на остановке автобуса, наслаждаясь этой зимней сказкой.
К остановке, хромая, подошла женщина.
- Чёртов снег, провалилась и каблук сломала, почти новые сапоги, - женщина ворчала, но и улыбалась при этом.
- В снегу сломался? Но он же мягкий.
- Зато глубокий, тропинки дворовые замело за два часа.
- Зачем же вы по тропинкам пошли, если не секрет?
- Собака сбежала, решила по двору побегать.
- Нашли?
- В том то и дело, что нет. Теперь на работу опаздываю. Женщина, пожалуйста, если увидите чёрно-белого спаниеля, сообщите по этому телефону, будьте добры.
Незнакомка сунула в руки Полины листок бумаги, на котором ручкой был написан адрес и номер телефона.
Добираясь до дому через сугробы, Поля порадовалась тому, что каблуков зимой не носит. Успев согреться и попить чаю, Поля пошла к входной двери встречать мужа.
- Поль, представляешь: я еду, ни черта не видно, а собака прямо под колёса ко мне бросилась. Привёз с собой, давай объявление срочно, на ней ошейник.
- Не нужно никакого объявления, я знаю чья это собака. Женщина на остановке как раз такую искала. Именно спаниеля, чёрно-белого.
Длинноухий пёстрый спаниель понуро сидел под лестницей, не желая выходить.
- Не грусти, я уже позвонила, за тобой скоро приедут.
Но хозяйка собаки приехала только к восьми часам вечера.
- Извините, работа. Ой, так это вы нашли Бакси? Надо же, как получилось.
- Нет, это мой муж нашел. Он ничего не ест.
- Обычно он ест всё и везде, но, видимо, сильно испугался. Большое вам спасибо. Я свежее печенье купила, хотите?
- Если с чаем, то хочу.
Немолодая, но элегантная женщина, Поле сразу понравилась. На остановке под падающим снегом она не разглядела как следует новую знакомую.
- Я в школе по вечерам репетиторством занимаюсь, домой приглашать не могу. Квартирка маленькая, сесть толком негде. Забыла представиться – Светлана.
- А меня Полина зовут. Бакси уже выпрашивает печенье, пусть ест, наголодался.
- Мы с ним вдвоём живём, но к нам дочка приходит с внучкой.
- А мы вот в большом доме, муж сам построил.
- Бывало и я жила в хоромах, да не царица оказалась. Теперь там молодая царевна хозяйничает. Спасибо хоть нам с Бакси жильё выделили, от деда Седова осталось.
- Вы Седова? – Поля всегда верила в закономерность случайностей, но эту принёс снег. – Ваш муж хозяин ресторана?
- Бывший, - спокойно ответила Светлана. – У него ещё и магазины есть, и ларьки. Хозяйственный.
- Не поверите, но мы с родственниками недавно были в этом ресторане, да и дочку вашу я знаю.
- Да? Что удивляться, город маленький, затеряться невозможно. И как вам Седов?
- Хитрый и … алчный тип.
- Пожалуй. В молодости комсомольским секретарём был. Хороший был парень, пока денег не имел. У меня зять что-то сильно разболелся, загонял его Седов.
Поля поднялась из-за стола, подлила себе кипятку, чтобы не видеть глаза Светланы: как скажешь гостье, что он болеет от заговора. Но Светлана засобиралась домой.
- Ещё раз спасибо, пора и честь знать.
- Светлана, мне очень неловко вас спрашивать, но хочется. Как вы пережили измену мужа?
- Не продолжайте, даже не ищите слова. Нормально пережила, мы давно чужие люди. Тем более, я не бросала работу и сама себя кормила. Хотя теперь в Лондон не полетишь, слишком дорого, не потяну.
- А Ольга не поможет?
- Она не работает, а Сава сам себе не хозяин: сколько дадут, тому и рад. Отец Оле раньше много денег давал, а теперь новая жена не разрешает.
- Саве хоть немного лучше?
- Нормально держался, скоро выписывают. Резко упала температура, но врачи ещё боятся его отпускать. Сказал, что на Седова больше не работает, будет искать новую работу.
- Да где её сейчас найдёшь?
- В спортивной школе его давно ждут, да и платят не так уж и мало. Оле тоже пора чем-то заняться, хватит на отца надеяться.
- Светлана, я вам такси вызову, по нашим сугробам не дойдёте. А каблук кто прибили?
Гостья засмеялась, хотя грусть слишком глубоко и надолго поселилась в её глазах.
- Я в школе переобулась, а наша уборщица сбегала в мастерскую. Теперь я во всеоружии. Прощайся Бакси, мы засиделись.
Гостья уехала, а Поля стирала крошки печенья со стола и вспоминала её слова.
«Многие живут как соседи, и ничего, доживают до преклонных лет. Но какая бессмыслица быть одинокой вдвоём – закрытые двери для радости».
Часть 3. Проклятье
Глава 1. Юбилей
Крещенских морозов не было, если не считать морозами минус двадцать за окном. Поля, хотя и родилась в Сибири, не любила ни сильную жару, ни сильный холод. Стараясь не часто выходить на улицу, она заняла себя делами исключительно домашними. Посетив фотосалон, она заказала десять больших цветных фотографий детей и внуков, собираясь вставить их в рамки и развесить по всему дому. Рассматривая счастливые родные лица, а Поля выбрала именно такие кадры, она чувствовала себя счастливой, хотя и не без нотки грусти.
«Детей надо отпускать! Эту фразу знают все, но никто никогда не добавляет, что боль разлуки будет тяжкой ношей до конца жизни. У детей гораздо реже висят на стенах фотографии родителей, но когда-нибудь и они будут скучать по своим детям».
Поля вспомнила о Насте: девушка любит свою бабушку больше, чем маму. Это неправильно, но каково самой матери этого не знает никто. Тайные мысли цыганской красавицы никак не вписывались в Полин жизненный опыт. Один раз, будучи студенткой, она заговорила с цыганкой. Ничего не понимая, Поля отдала ей все деньги, которые лежали в кошельке. Но когда Поля очнулась и расплакалась, цыганка, на удивление, вернула ей почти всё. Этого Поля не забыла. Да и цыганские танцы, песни, очарование тёмных глаз – во всём имелась тайна и колдовство, непостижимое Полиному сознанию.
Ей вдруг захотелось увидеть Настю и спросить о её маме. Встречаться без причины не хотелось, и Поля решила напроситься к Маше на какой-нибудь праздник.
- Маш, привет! Радуешься жизни? У тебя там семейных торжеств не намечается?
- Намечается, а ты как угадала? Неужели помнишь день нашей свадьбы? Тридцать лет! Я уже платье заказала, собиралась вас пригласить в ресторан.
- Надеюсь не к Седову.
- Упаси Господь, мы нашли маленькое уютное кафе. Живая музыка, человек двадцать поместятся. А Петя пойдёт?
- Не знаю, если честно, но я точно приду, обещаю.
- Тогда двадцать второго прошу в кафе «Саяны» в восемь часов вечера.
- Отлично, пошла искать платье, пробегусь по магазинам. А, погоди, что вам подарить?
- Что хочешь, - засмеялась Маша.
Петя подвёз жену к кафе, но из машины не вышел: - Передай всем привет, я заеду за тобой через два часа.
- Через три, если что, - весело ответила Полина.
Петя уже было согласился пойти на юбилей, но его попросили срочно доделать работу, пообещав заплатить неплохие деньги.
Изрядно потрудившись над своей внешностью, Поля чувствовала себя королевой, хотя и постаревшей. С букетом цветов и коробкой с подарком Поля зашла в помещение кафе.
Уютный зал, оформленном в стиле старинного замка, своему названию «Горный» не очень-то соответствовал, не считая больших картин на стенах с горными пейзажами.
За длинным деревянным столом сидели виновники торжества и гости. Знакомых среди них Поля не заметила и сразу направилась к Маше.
- Поздравляю! Совет да любовь! Дожить вам до золотой свадьбы в полном здравии!
Вова поцеловал Полину в щёку и сел, а Маша шепнула на ухо подруге.
- Насти с Матвеем нет, боюсь не поругались бы они опять. Испортят мне праздник – обижусь…
Но фразу Маша не договорила, уставившись на двери. Повернулась и Поля. В зал вбежал Матвейка с большим букетом цветов и бросился к бабушке.
- Бабуля и дедуля, поздравляю!
- Ой, миленький, спасибо! Какие красивые цветы! – залепетала Маша. – А где родители твои?
- Папа раздевается, а мама приедет позже, у неё голова болит.
- А, ну ладно, раз голова болит. Дорогие гости, приступаем к обеду, больше никого не ждём.
Ведущего для вечера Маша не заказывала, она сама могла проговорить без остановки несколько часов. И только музыка, исполняемая молодой пианисткой, иногда заглушала звон бокалов.
За столом Полина сидела рядом с мужчиной, но знакомиться с ним желания у неё не было, пока он не назвал её по имени.
- Добрый вечер, Полина. Ну, я не сомневаюсь, что ты меня не помнишь. Давненько мы не виделись, со свадьбы Маши с Вовой. Тогда ты была разговорчивей. Давай знакомиться ещё раз – Андрей.
- Очень приятно, Андрей. Извините, честное слово не помню. Но есть надежда, что вспомню, - усмехнулась Поля.
- Ты ешь, не смущайся, я тебя сразу узнал.
Но Поля постоянно оглядывалась, ожидая прихода Насти. Девушка вошла в зал, когда все гости танцевали, уже изрядно охмелевшие и весёлые.
Подойдя к родителям мужа, Настя что-то им сказала, протягивая завёрнутый в цветную бумагу подарок.
Волосы Настя убрала в тугой узел, да и платье на ней было надето скромное. У Поли сложилось впечатление, что невестка совсем не думала, как она будет выглядеть на празднике. Музыкантша начала играть красивый вальс, и многие начали кружиться на небольшом пространстве пола. Настя присела за стол и придвинула к себе чистую тарелку. Подождав немного, Поля подсела к девушке.
- Добрый вечер, Настя. Не весело вам тут?
- Здравствуйте, Полина. Смотреть на чужое счастье полезно, но хотелось бы и своего.
- У вас прекрасная семья!
- Я не об этом, мои родители таких праздников никогда не устраивали. И я рядом сижу не со своей мамой, а с чужой. Это чужая жизнь и чужая кровь.
Гости шумели уже так, что поговорить с Настей по душам у Полины не получилось, к тому же за ней приехал Петя. Прощаясь, Настя, на удивление Полины, пригласила её в гости.
Глава 2. Сундук
Прежде чем зайти к Насте, Полина посетила магазин игрушек. Для четырёхлетнего мальчика она выбрала машинку и набор «лего».
В домашнем широком халатике Настя встретила гостью извиняющейся улыбкой.
- Здравствуйте, извините за беспорядок. Сын с утра что-то капризничает.
- Ой, да я знаю, что такое дети. Пора дети растут – порядка не ждите. Матвейка, я тебе машинку принесла и ещё кое-что. Держи.
Мальчик быстро взял подарки и убежал в комнату. Хозяйка провела Полю на кухню.
- Я чай заварила по бабушкиному рецепту.
- Зелье? – засмеялась Поля.
- Почти, очень полезный чай.
- Давайте, мне не помешает.
Поля оглядывала знакомую кухню, но убедилась, что бабушкой здесь и не пахнет. Она догадывалась, что Маша и сюда приложила свою руку.
- Хорошо у вас, недавно ремонт делали?
- Давно, перед рождением Матвейки. Родители мужа сюда бригаду прислали, так они за неделю справились. Но я скучаю по бабушкиному буфету и табуреткам. Один только сундук и остался, бабушка наказывала его сохранить.
- А как звали вашу бабушку?
- Зоя. Вы, скорее всего, хотите спросить о матери? Всё банально просто: мама работала в разных городах нашей страны, не желая жить с нами. Не нравилось ей здесь, да и я им мешала. И вы до сих хотите, чтобы я её простила?
- Насть, но мама ваша цыганка, у неё кровь горячая, на месте не сидится.
- Цыганки детей не оставляют.
- Этого я не знаю, вам виднее. А как же папа?
- Он её обожает, любит больше жизни, всё прощает. Теперь она хочет навсегда сюда вернуться, к нам. С юга на север. Сидела бы уже там.
- Радуйтесь, пусть с внуком сидит, а вы на работу пойдёте. И у Матвейки две бабушки будет.
- Не хочу ни видеть, ни слышать!
Поля пила чай и наблюдала как сверкают чёрные глаза девушки, озарённые давней обидой.
- Настя, а почему вы, всё-таки, позволили Матвею играть в рулетку?
- Вам признаюсь, хотя никому бы никогда не сказала. Бабушка Зоя, когда умирала, сказала мне, что у меня родится девочка. И как только она родится, мне нужно срочно сменить жильё. И ещё добавила, что она сама вернётся этой девочкой.
- Господи, Настя, это сказки какие-то. Даже если и есть реинкарнация, кто может точно знать кем и когда вернётся.
В кухню вбежал Матвейка: - Мама, я собрал домик, посмотри.
- Молодец! – Настя поцеловала сына.
- Пойдём, мне скучно одному.
- Полина, вы не против?
- Конечно, Матвейка мне покажет все свои игрушки.
И в комнате чувствовался добротный ремонт, хотя весь паркетный пол был усыпан разбросанными игрушками.
- Ого, какое у тебя богатство! Показывай, сколько у тебя машин.
Мальчик обрадовался вниманию и начал собирать по комнате все машинки. Поля уселась на диван и принимала в руки «сокровища» малыша.
Сбоку от дивана, будто инородное тело, стоял старый сундук.
- Бабушкин, - кивнула Настя. – Я в детстве часто в нём играла.
Девушка открыла крышку. Запах пыли, земли и сухих цветов разлетелся по комнате.
- Это моя бабушка и я, - Настя протянула Поле старую фотографию, вставленную в чёрную рамочку.
Положив машинки на диван, Полина взяла в руки рамочку.
- Вы похожи, очень похожи.
- Все так говорили. К старости бабушка начала заговариваться, и мне теперь страшно стареть. Она могла сказать, что видит в углу своих родителей или других умерших родственников. Иногда она разговаривала с ними вслух, просила советов. Даже про Матвея спрашивала, годится ли он мне в мужья.
- Страшновато, - призналась Поля.
- Ещё она мне медальон оставила, вот этот, но я его открыть не могу. В мастерскую нести боюсь.
- Давайте я мужу покажу, у него руки золотые.
Настя сразу согласилась, и тяжелый золотой медальон с цепочкой лёг в ладонь Полины.
Матвей принёс Полине новую порцию машинок, и Поля положила медальон в карман юбки.
Девушка показала гостье бабушкин цветной платок, гроздь ожерелий, потрёпанные книги, подсвечники и медные тарелки.
Успевая играть с Матвейкой и переговариваться с Настей, Поля удивлялась восторгу Насти от воспоминаний о бабушке.
Уставший Матвейка сел смотреть мультфильм, и Настя закрыла крышку сундука.
- Настенька, я сейчас уйду, но не могу не сказать, что у вас прекрасная семья и не ссорьтесь с мужем.
- Мы не ссоримся, - сразу надулась Настя. – Я беременна, а Матвей хочет уехать за большими деньгами. Я его прошу этого не делать. Но он упёрся, и смеётся над моим дурным предчувствием. Говорит, что за полгода может заработать миллион. Но нам дали денег на квартиру, а мне больше нужна его помощь здесь.
- Всё-таки беременны, теперь всё ясно, нервы. Но он от них и убегает, мужчины все такие. Вы думаете будет девочка?
- Скорее всего.
Глава 3. Влада
У Поли, после встречи с Настей, появилось больше вопросов, чем ответов. Ещё этот тяжелый золотой медальон со странным узором на крышке, притягивал к себе, как магнит. Но Петя открыть его не смог, как ни старался. Застёжка не поддавалась, её невозможно было даже сломать.
Настя сама позвонила два раза, но про медальон почему-то не спрашивала.
Она так сильно нервничала по поводу переезда своих родителей, что Полина с трудом находила слова для её успокоения.
- Полина, они приедут через неделю и будут жить у нас, пока не купят квартиру. Я не вынесу этого, тем более с мужем отношения не на высоте.
- Он нервный, потому что ты злишься, - уже по-родительски разговаривала Поля. – Измени настроение, тебе волноваться нельзя, а уж злиться тем более. Купят квартиру быстро, но надо набраться терпения. Пойми, они твои мама и папа.
- Я не смогу, - чуть не плакала Настя.
- Ещё как сможешь, у тебя сынок, ему ваши разборки ни к чему.
- А вы бы смогли?
- Приходилось и не такое.
На самом деле Поля и не представляла себе, как можно жить в одной квартире при таких сложных отношениях. Но считать нормальным обиду Насти на родителей тоже не могла. Мало ли что случается в прошлом, после рождения детей многое становится понятным в поведении родителей. Уже легко можно представить себя на их месте и повторять те слова, которые когда-то не хотелось слышать.
Встреча с мамой Насти получилась спонтанной. Маша попросила приехать, не предупредив, что у неё в квартире такие гости.
- Здравствуйте! – черноволосая кареглазая женщина с любопытством разглядывала Полину. – Вы давно с Машей знакомы?
- Да, мы дружим с юности. Хотя теперь видимся редко, с возрастом мир сужается до одних родственников.
- Да, вы правы. Мы с Ваней тоже так решили. Раз Настя не хочет нас пока видеть, то мы сами будем хоть иногда видеть внука. Глядишь, и она оттает. Она беременна, вы знаете?
- Знаю, - кивнула Поля. Но о чём разговаривать с незнакомой женщиной она пока не знала.
- Извините, вы не представились.
- Да, точно. Влада.
- Поля, ты можешь у меня побыть немного? – в коридор выскочила Маша.
– Вова с Ваней поехали контейнер встречать, будут в машину перегружать. А мне надо к Матвею, он должен их здесь встретить, занести мебель в свою квартиру.
Поля представила, как Настя встретит эту мебель, скорее всего будет скандал.
- А вы, Влада, почему не у Насти?
- Не хочу её раздражать лишний раз. Маша Матвейку приведёт, я и с ним поиграю.
Маша ушла, а Поля сидела на диване, сложив руки на коленях. Подруга не случайно позвала Полю, она надеялась, что Полина сможет найти слова для поддержки Влады.
- Скажите, - решительно начала Поля, - почему вы оставили дочь с бабушкой и уехали?
- Ай да, Настя, и вам пожаловалась.
- Она не жаловалась, она очень обижена на вас.
- Я знаю, но дело не в том, что мы уезжали, а в том, что ей бабушка говорила.
- И у вас не было понимания с мамой?
- О, это слишком мягко сказано. Между нами была пропасть.
Влада начала ходить по комнате и явно нервничала. Но говорить ей хотелось, иначе зачем бы ей было рассказывать Поле семейные тайны.
- Я вышла замуж рано и за русского. Она, моя мамочка, настоящая цыганка, а я вот нет. Её родители ещё ночевали в шалашах, погибли в грозу и её отдали в детский дом. Покладистым характером она не отличалась, часто сбегала оттуда. Из последнего побега вернулась беременной. Кто мой отец я знать не знаю. Ей дали квартиру, ту, в которой Настя живёт. Как только я вышла замуж, мы с Ваней уехали. Когда вернулись с маленькой Настей, она нам её не отдала. Сказала: пока жильё не купите, девочка будет у меня. Сами знаете, времена были сложные, сразу накопить на квартиру не получилось. Мы снова вернулись, я рыдала, умоляя отдать нам Настю. Но мы уезжали на Север, и мама принесла справку, что дочке туда нельзя по здоровью. Я её боялась, она знала такие заговоры, что Ваня мог умереть. Мы опять уехали на заработки, накопили на квартиру на Юге, но Настя уже сама к нам не захотела. Теперь собираемся переехать в Чистогорск, когда-нибудь она нас поймёт.
- Неужели вы так боялись матери?
- Поля, вы представить себе не можете, как сильно я боялась. Я никогда не понимала, откуда у мамы такая ко мне жестокость. Возможно её обидел мой отец, но я-то тут причём. Скорее всего она боялась остаться одна, а Настя стала её спасением. Однажды мы задержались здесь надолго, так Ваня начал кашлять, а врачи ничего не могли сказать, почему он болеет. Посоветовали уехать опять на Юг. А когда у Насти жених появился, мама начала сдавать и умерла во сне. Нам даже о её смерти Настя не сразу сообщила. Вроде как бабушка не велела сразу мне говорить.
- Ужас! - вырвалось у Полины. – Надо срочно Насте объяснить, что вы не виноваты. Её дочке нужна бабушка…
- Почему вы думаете, что будет дочка?
Полина замялась, но Влада сразу уловила её смущение.
- Не надо скрывать, я немного всё же цыганка. Бабушка напророчила?
- Вроде того.
- И я знаю, что девочка будет. Боюсь за её судьбу.
Глава 4. Тайна медальона
Влада плакала, а Поля не знала, как её утешить. Ещё ничего страшного не случилось, а уже все ждут беды.
- Зачем вы беду кличете?
- Желание жить ради мести – страшная сила и мощная.
- Ничего не поняла, - призналась Полина.
- И не надо вам понимать, Насте ничего не говорите. Я здесь буду жить, пока квартиру не купим. Меня мамина квартира пугает, будто выгоняет. Ремонт сделали, но стены всё те же.
- Влада, а вам не кажется, что нужно простить свою маму, тогда и Настя вас простит. Найдите в себе силы её понять. Родители погибли, детдом, случайная беременность, одиночество – тут никаких сил не хватит остаться доброй и справедливой.
- Не знаю, скорее всего вы правы, но пока сил нет, надо квартиру купить.
- Вот и хорошо. Настя молодая, но и ей не захочется, чтобы её дочь относилась к ней, как она к вам.
Первым в квартиру вбежал Матвейка.
- Бабушка Влада, я пришел. Ты правда больше не уедешь?
- Да, Матвейка, теперь мы с бабой Машей будем вместе тебя баловать.
Вошла и Маша, но её настроение не было таким радужным.
- Настя плохо себя чувствует, - сообщила она, - её в больницу кладут на сохранение.
- От меня прячется, - вздохнула Влада.
- Нет, нет, что-то с давлением. А давайте кушать, Матвейка, мой руки. Поля, ты с нами?
- Пожалуй мне пора. Проводи меня до дверей.
Надевая шубу, Поля спросила у Маши: - Ты меня с Владой специально оставила?
- Честно - да. У них полный разлад. Если бы сейчас я без Вовы жила, то не выдержала бы.
Дома Полю ждал сюрприз. В гостиной сидела Настя, а Петя пытался угощать её чаем.
- Настенька, а я у Маши была, с твоей мамой познакомилась.
- Успела наплести оправдания?
- Нет, она просто объяснила, почему уезжала без тебя. Скажи, а бабушка очень не любила маму? Из-за чего она её не любила?
- Но она же меня бросила.
- Э, нет, бабушка тебя не отдавала и грозилась заговорить твоего отца.
- Не может быть, вы обманываете. Что-то плохо мне, больно.
Девушка побледнела, и схватилась за живот.
- Настя, Настя, только не теряй сознание. Я сейчас «скорую» вызову, ты держись.
«Скорая» не подвела, приехала быстро и Настю увезли. У Полины тряслись руки, но плакать она не могла. Надо было позвонить Маше, но сил на это не осталось.
- Только бы не выкидыш, Богородица помоги.
Петя, после отъезда «скорой» тоже нервничал: - Я так и не понял, зачем она к тебе приехала, и о чём вы могли разговаривать? У неё же и мать есть, и Маша. За медальоном?
- Нет, Петя, не за ним. Она о нём и не вспоминает. Кусок золота и никто не волнуется – странные люди.
- Ты её родне позвонила?
- Нет, Петя, ещё нет. Я так напугалась, что теперь в себя прийти не могу, сейчас позвоню.
- Тогда я пойду на улицу, звони уже.
«Мужчины очень не любят ситуаций, когда нужно искать слова для поддержки. Да и понятно, для них важней логика и правильный ход вещей. Любое отклонение – буря».
Маша охнула, но быстро собралась: - Я еду в больницу, узнаю, как там Настя.
- Маш, Владу с собой не бери, пока рано ей с дочерью разговаривать. Скажи Владе, что ничего страшного, тонус повысился.
- Чёрте что, а ещё цыганки. Ладно, пусть всё уляжется, потом попробуем их помирить.
Набросив пуховик, Полина вышла на крыльцо своего дома. Сад был завален снегом не меньше, чем на метр. Мужа нигде не было видно, и Поля заглянула в открытые ворота гаража. Наклонившись, Петя что-то рассматривал и не заметил, как вошла Поля.
- Петь, я…
- О Господи, напугала. Я взялся опять медальон открывать, но глухо.
- Дай я посмотрю, может потереть надо, как лампу.
Приняв из рук мужа тяжелый медальон, Полина начала его тереть между ладонями. Неожиданно что-то щёлкнуло и крышка открылась.
- Ой! – только и сказала Поля.
- Ты ведьма, - усмехнулся Петя. – Что там, бриллиант?
- Нет, какая-то бумажка. Давай в дом отнесём, ещё выпадет.
- Неси, я в печку угля подброшу и приду.
- Петь, а дело не в замке, видимо. У них, у цыган, на всё заговоры есть.
- Начинается: колдуй баба, колдуй дед, колдуй серенький медведь.
- Как хочешь, так и думай, но я уверена, что именно так. Лишь бы это не было связано с беременностью Насти, вдруг у неё что-то случилось нехорошее.
Зажав в ладони медальон, Поля вернулась в дом. Не разжимая пальцы, она сняла пуховик и разулась.
В комнате Поля аккуратно положила сокровище на стол, села рядом и уставилась на сложенный кусок бумаги.
Послание не выглядело потрёпанным или пыльным. Бумага сияла, словно новая.
- И кому теперь звонить: Владе или Насте? Кому ты это Зоя написала?
Глава 5. Письмо
Просидев полчаса без движения, Поля подцепила кончиками пальцев сложенный листок и вытянула его из медальона. Какая дурь в неё вселилась она не осознавала, но остановить её сейчас уже было невозможно. Она аккуратно развернула листок и прочитала первую строчку:
«Дорогая моя доченька, Владочка…».
Дальше она читать не стала, сложила листок и всунула в медальон на своё место.
Первая строчка сильно её удивила, но стало ясно кому надо отдать записку. Если верить рассказам Влады, то мать его так никогда не называла или Влада обманывала Полю. Просидев ещё немного, Поля позвонила.
- Влада, вы только не волнуйтесь.
- Что, что с Настей?
- Не знаю, но думаю, что всё хорошо. Маша пока молчит, но если что-то плохое, уже бы сообщила. У меня другая новость, сообщение лично вам. Настя отдала мне золотой медальон бабушки из сундука. Она никак не могла его открыть, но и муж мой не смог. А сегодня он открылся сам по себе, я лишь его потёрла.
- Это мамин медальон. Сколько её помню, она его не снимала. Она часто повторяла, что это её талисман.
- В нём письмо для вас.
- Для меня? Вы не ошибаетесь? – Влада разволновалась.
- Грех на душу взяла, прочитала первую строчку, не зная кому из вас отдать. Там написано: «дорогая моя доченька, Владочка».
Поля услышала всхлипывания, затем горький плачь. Так плачут женщины, в которых осталась невыраженная тоска и боль. Подождав немного, Поля продолжила.
- Приезжайте и заберите, могу сама вам привезти.
- Поля, спасибо. Я узнаю, что там с Настей и сразу приеду. Одна приеду. Вы спать не ляжете?
- Это вас пусть не волнует, я могу лечь хоть под утро.
Петя уже давно поужинал и ушел наверх смотреть телевизор, когда такси подъехало к Полиному дому. Сегодня Влада и впрямь была похожа на цыганку. Волосы выбились из-под платка, а шуба накинута на длинный цветной халат.
- Проходите, муж наверху. Я тоже могу уйти, если вы будете здесь читать.
- Полина, у Насти всё нормально, но её пока оставили в больнице. Я хочу, чтобы вы посидели рядом, а то и меня могут увезти.
- Вы сегодня похожи на цыганку.
- Заметили? Я шубу на халат надела, торопилась к маме, - и Влада опять заплакала.
К столу с лежащим на нём медальоне Влада подошла медленно, нежно погладила холодный металл, и так же медленно достала сложенную записку. Она села на стул, как под гипнозом, и сразу развернула листок.
Не зная куда лучше присесть, Поля стояла рядом, притянутая невидимыми нитями.
«Дорогая моя доченька, Владочка, здравствуй».
Начала читать Влада вслух, а Поля окаменела от звука её голоса.
«Если ты читаешь это письмо, то пришло время тебе узнать всю правду. Я тысячу раз говорю тебе прости, хотя не уверена, что сможешь. Я виновата перед тобой, но и сама испытала такие муки, какие может испытать любящая мать. История нашего проклятья началась с моей мамы, твоей бабушки. В её таборе была девушка, полюбившая того же парня, что и моя мама. Парень выбрал мою маму, а на свадьбе, с бокалом вина, несчастная пожелала моим родителям смерти от собственного ребёнка. И каждая дочь будет убивать свою мать, сама того не желая. Так она прокляла весь род, пожелав, чтобы молодые боялись иметь детей. Но мама не испугалась проклятья и родила меня. Однажды я убежала на речку без спроса, и родители пошли меня искать. Началась гроза, а я залезла в воду. Они бросились ко мне, и на моих глазах их убила молния. Старая цыганка отдала мне этот медальон, когда меня забирали из табора. Она предупредила, что меня он спасёт от проклятья, но мою дочь не спасёт. Я его прятала, как могла, но часто убегала на волю. Когда родилась ты, я твёрдо решила, что если ты родишь дочь, то я вас разлучу. Я очень хотела, чтобы ты осталась жива. И если ты не умрёшь, до того момента, когда Настя родит дочь, то проклятье исчезнет. Какой мукой было для меня гнать тебя подальше от дочери, одному Богу известно. Влада, пока Настя не родит, не подходи к ней. Надень медальон и береги себя. Я тебя всегда любила и буду любить вечно. Мы обязательно увидимся, и уже не станем расставаться.
Обнимаю тебя всей душой.
Твоя мама Зоя».
Слёзы текли по щекам Влады без остановки, Поля тоже плакала.
Петя было сунулся в гостиную, но тут же ушел.
- Бедная мамочка, - тихо шептала Влада. – Полина, как можно такое вынести? Но она меня сберегла.
- Вы, Влада, главное делайте, что вам мама написала. Ни в больницу, ни домой к Насте не ходите. Придумайте что-то для мужа, а то он не поймёт.
- Займусь новой квартирой, - вытерла слёзы Влада.
- И Маше не говорите, хотя ей можно и сказать. Она что-то придумает, как вас уберечь.
- И письмо Маше показать?
- Словам может не поверить. Я бы сильно сомневалась.
- Да, в такое поверить сложно. Спасибо. А я завтра собиралась к Насте идти, теперь не увидимся почти четыре месяца.
- Быстро пролетят, не заметите. Ремонт в квартире – это целое столпотворение. Вы медальон-то наденьте, как-то тревожно за вас.
- Надену. Очень тяжелый, как вериги.
Глава 6. Опасность
К концу февраля Влада доделала ремонт в новой квартире, а Иван устроился на работу. Так и не встретившись с дочкой, Влада иногда приходила к Полине, стараясь разогнать мрачные мысли.
- Она меня ненавидит. Отцу сказала, что я злая и гадкая, потому что не пришла даже в больницу. Сказала, что дочь мне не покажет никогда. И ещё… , - Влада помолчала, - обещала мне отомстить за моё бездушие. Поль я не выдержу ещё два с половиной месяца.
- Терпение. Перечитывайте письмо, пишите сами Насте, не отправляя. Признавайтесь ей в любви каждый день, каждую ночь.
- Но на меня уже Ваня обижается. Он так и не понял, почему я не была в больнице. Я что-то наговорила, дескать Настя из-за меня только нервничает.
- Ремонт закончили? – перевела тему Поля.
- Так, мелочи остались. Ваня этим занимается, плинтуса прибивает.
- Представьте, что в ваш дом скоро придёт Настя с детьми, и вам хочется, чтобы им там понравилось. Сделайте детский уголок, домик, лошадку…
- Как я сама не подумала, - Влада так обрадовалась, что сразу вскочила со стула. – Еду в магазин немедленно. Вы со мной?
- А почему бы и нет. Внуки в марте родились, пора подарки покупать.
Пока добирались до магазина товаров для детей, Влада счастливо улыбалась, не замечая противного февральского ветра.
В магазине дневные покупки совершали только мамочки с детьми ясельного возраста. Влада быстро выбрала столик со стульчиком, ящик для игрушек, качалку для младенцев и несколько мягких игрушек. Как она всё это повезёт домой, Полю волновало больше, чем покупательницу.
- Вызову грузовое такси, - радовалась Влада каждой новой покупке. – Я бы ещё мольберт взяла, но не уверена, что Матвей…
Влада замолчала, сразу как-то потухнув. Она даже сделала шаг в сторону, будто желая спрятаться за Полину.
В магазине появилась Настя, держа за руку Матвея. Ребёнок сразу увидел бабушку и побежал к ней.
- Баба Влада, это ты мне всё купила? Ура! Можно я посмотрю машинку?
Но Влада молча сунула коробку с машинкой внуку и посмотрела на дочь.
- Ну, здравствуй, мама. Подарки покупаешь? – Настя говорила зло, но тихо, не привлекая внимания. – Только зря ты так потратилась, у нас игрушек хватает. О, даже детская качалка? Для внучки? Удивительно добрая бабушка у нас, такие дорогие подарки.
- Настя, ты не волнуйся, доченька. Я к тебе не пришла, боясь тебе навредить.
- Ага, не приходила, и я сразу повеселела. Пойдём, Матвей.
- Мам, мне бабушка это купила, это моё.
- Бери, раз твоё.
Настроение было безнадёжно испорчено, но Поля вызвала грузовое такси и загрузила туда все покупки Влады.
Пришлось поехать с Владой, не оставлять же её в таком состоянии. Уже в квартире Влада опять расплакалась.
- Не выдержу! – причитала она.
- Уезжайте. Хотя нет, это тоже не выход. Влада, дело не в том, что вы можете погибнуть, хотя это уже само по себе страшно, но если вы не выдержите, то и Насте будет грозить опасность. Ваша мама выдержала, и вы терпите. Продолжайте наводить уют, всё будет хорошо, общайтесь с Машей.
- Маше не до меня, у неё на работе сложности. Мне вчера перчатки подарила, чёрные. Сказала, что купила три пары, а носить некому.
Поля с ужасом смотрела на чёрные бархатные перчатки, не в силах произнести ни слова.
- Ты что? – Влада напугалась, глядя на Полю, отбросив всякую фамильярность.
- Убери, выкинь, сожги, удали из дома, - выдохнула Поля.
- Почему?
- Настя могла и их заговорить. Заболеешь, никто не спасёт.
- Да нет же, Маша их из шкафа достала, в упаковке были.
- Всё равно выкинь, я их боюсь.
- Ладно, - согласилась Влада, но что я Маше скажу.
- Потеряла и всё. Ох, с вами можно со страху умереть. Влада, уж не знаю как, но тебе надо сходить к моей подруге, поговорить о жизни. Я ей позвоню, а потом сообщу тебе время и место. Кира хотя бы подскажет, чего надо опасаться. Что-то голова разболелась, пора уходить.
Поля села на свой диван, выпила чашку кофе и собралась позвонить Кире. Ответила подруга почти мгновенно.
- Привет, Кирочка. Знаю, что ты занята, но у меня срочное дело. Скажи, если есть проклятье о том, что дочь всегда будет виновна в смерти матери, если только не дождётся рождения внучки. Как можно уберечься до рождения ребёнка? Осталось два с половиной месяца, но страсти накаляются. Мать прячется от беременной дочери, все обижаются и злятся.
- Не всё поняла, но суть уловила. Чтобы поставить защиту от встречи, нужен талисман на груди, но беда может перейти на другого родственника. Женщина, которой грозит беда, сильный человек?
- Не очень, она всю жизнь мучилась и не понимала, почему её мать не пускает к дочке.
- Её мать сильная. Уже умерла?
- Да.
- Ничего, пусть не боится, у неё, как я понимаю, талисман. А вот её муж в опасности, за него не ручаюсь. Он может ко мне прийти?
- Муж? Не знаю, мужчины не верят в обереги и проклятья. Женщины в роду – цыганки, а мужчина русский. Ваней зовут.
- Тогда я ему славянский оберег дам, и всем мужчинам в роду. Но мне нужно с ним немного поговорить, уговори как-нибудь. Ему может быть очень плохо.
- Попробую. Спасибо, Кирочка.
- Пока не за что, дело не сделано. Давай сегодня же, к десяти вечера. Можешь слегка обмануть, сказать, что я лекарство для его жены сделала.
- На это он согласится, он жену обожает.
Глава 7. Обряд
Не теряя времени, Поля позвонила Владе и объяснила ей кто такая Кира, и что она попросила сделать. Враньё о лекарстве для успокоения нервов Влада одобрила, пообещав, что Ване к Кире точно поедет.
Ожидая мужа с работы, Полина несколько раз поблагодарила небеса за, что в её семье нет никаких проклятий. Мама рассказывала ей, что её отец был против брака, и даже проклинал её за выбор, но этого проклятья Поля никогда не чувствовала. Отец и мать прожили вместе долгую жизнь, хотя часто ругались. Их брак трудно было назвать счастливым, но скорее всего у них были трудные характеры, не более того. Они могли мстить друг другу по мелочам, так и не научившись прощать. И это всегда огорчала Полю – родители обязаны быть счастливыми.
О чём разговаривала Кира с Иваном, Поле узнать не пришлось, да и не хотелось. Главное, что Влада успокоилась, и начала чаще бывать в гостях у Маши. Приглашали и Полю, но она отказывалась, твёрдо решив опять встретиться, только когда Настя родит девочку – в мае.
Накупив семян для рассады, Поля посеяла цветы и каждый день просыпалась в надежде, что они проросли. Открыв в прошлом году для себя чудо рождения новой жизни, она сама наполнялась желанием жить.
В марте Поля ненадолго уехала к дочери в краевой центр, отмечать дни рождения внучки и внука. Каждый день звоня Пете, она просила не забывать поливать её рассаду. Вернувшись, не снимая шубы, Поля сразу побежала смотреть на свои цветы. И очень обрадовалась, увидев крохотные ростки, выбившиеся из-под земли.
- Поль, тебя тут девушка Настя искала, два раза приезжала.
- Да? Могла бы и позвонить.
- Значит, не могла.
- Если честно, я её видеть пока не хочу. У них там родовые узы, как удавка.
- Как знаешь, моё дело сообщить.
- Не обижайся, я уже боюсь эту Настю, дёрнуло меня тогда поднять перчатку.
- Ты о чём?
- Ни о чём. Зима надоела до чёртиков.
Рагу уже почти дозрело, когда Поля заметила подъезжающую к дому машину.
- Петь, ты кого-то ждал?
- Я нет, это опять твоя Настя приехала.
Но приехала не Настя, а Влада. В длинной яркой цыганской юбке, с ожерельями на шее и распушенными волосами в дом к Полине вошла Влада; в ушах у неё висели огромные серьги, как у настоящей цыганки.
- Господи, Влада! Ты из табора или со сцены?
- Не шути, Полина, мне сейчас очень тяжело. Я цыганка липовая, но надо было обряд совершить, да ещё на улице у костра.
- Какой обряд, Влада, что опять случилось?
- Дай воды напиться, пожалуйста.
- Шубу скинь, у нас жарко. Поужинаем и ты всё расскажешь.
- Настя в реанимации.
Поля застыла с ложкой в руке, утопая в холодной глубине тёмных глаз. Молча повернувшись, она наполнила водой стакан и протянула его гостье.
- Подробней расскажи.
Влада жадно выпила холодную воду и села к столу.
- Мне сон приснился недавно. Мама снилась, как наяву. Сказала, что Кира молодец, мужчин защитила. Мой талисман тоже сильный, но проклятье ищет лазейки и находит. Ребёнок Насти может её убить, не родившись.
- Кто может убить, ребёнок?
- Девочка может убить мать. Велела мне обряд совершить. Я пока собиралась, Настю в реанимацию увезли. Она упала прямо в квартире, а Матвейка рядом был. Маша случайно к ним зашла, хотела фруктов занести. Звонит, слышит плач малыша, а он открывать дверь не умеет. Вызвала с работы сына, дверь открыли, Настю увезла «скорая». Поля, почему за родителей страдают дети и наоборот, должны счастье дарить друг другу. Что за узы такие страшные?
- Они не страшные, надо только думать, что порой говорим. Слова имеют силу, а мы очень слабы даже перед словами. Ну, обряд совершила?
- Костёр развела и скакала как дура вокруг. Сожгла какую-то траву из маминого сундука. Представляешь, ведь мама знала обо всём заранее, раз траву оставила. Ещё её прядь волос, мрак! Я не чувствую в себе ни капли ведьмы, папа мой скорее всего был не цыган. Скакала и плакала от бессилья. Мама особый человек, я даже не понимала этого раньше. И к тебе я зашла, чтобы привет передать.
- От кого?
- От мамы.
- Влада, я не выдержу этих приветов. Я их до ужаса боюсь.
- Не бойся, она сказала, что ты очень помогла, но больше не надо.
- Понятно, а то хуже будет.
- Так не говорила, просто спасибо. Я поехала в больницу, там Маша с Матвейкой.
Влада поднялась, но сразу не пошла: - Поля, я так боюсь, что не справилась, ног не чувствую. А идти надо, надо идти.
- С Богом! – только и сказала Полина.
Глава 8. Малышка
Сказать, что Поля молилась, было бы трудно. Скорее она шептала слова, обращённые ко всем светлым силам, чтобы они спасли Настю.
Петя даже не подходил, поел и без слов удалился, только с грустью посмотрел на жену.
Поднимаясь без всякого повода на второй этаж, Поля бормотала про себя слова о спасении, но успокоиться никак не могла.
- Ты спать хотя бы сегодня будешь? – Петя, хорошо зная жену, боялся, что она не уснёт до утра.
- Не знаю, Петя, не знаю. Не спрашивай, не отвечу.
- Как я понял, Насте плохо.
- Плохо, очень плохо. Беременность, это всегда месть за родовые узы. Слишком крепкие, могут и задушить.
- Ну и мысли у тебя. Я лучше спать пойду.
Оставшись наедине, Поля решила написать СМС Маше.
«Машенька, как там Настя?», уже набрала она нужные слова, но вспомнила слова Влады, что ей больше не надо вмешиваться в их семейные дела.
Отвлекая себя сериалом, новостями и познавательными программами, Поля продержалась до пяти утра. Уснула она на диване, укрывшись пледом.
Телефон разбудил её в десять, заставив проснуться мгновенно. Сердце бешено колотилось, не давая вдохнуть. Звонила Маша.
- Поль, у меня родилась внучка! Два кило триста, но крепенькая, орала громко.
- Подожди, а Настя как?
- Средне. Вчера у неё кровотечение сильное было, чуть сердце не остановилось, но спасли, спасибо врачам. Слабенькая, но счастливая. Она очень просила, чтобы ты приехала.
- Я ей зачем? Конечно приеду.
- Просила и всё тут.
- Через полчаса буду, кофе выпью только и умоюсь. Поздравляю с внучкой, ура! Сама-то ты как?
- Высплюсь, я с работы отпросилась. Весь день сегодня буду спать. Давай, до встречи!
Вода в душе согревала кожу, но душа пока не успокоилась. Зачем она понадобилась Насте, понять было невозможно. Если верить записке бабы Зои, то проклятье уже снято, и Настя уже в безопасности.
Поля не торопясь высушила волосы, оделась и сварила себе кофе.
В роддоме пускать посетителей к роженицам начали недавно, оставалось только надеть белый халат и бахилы.
Настя лежала в отдельной палате, а рядом с её кроватью стояла кроватка для младенца. Крохотная девочка мирно спала в ней.
- Поздравляю, - Поля говорила шепотом, но слёзы сами потекли из глаз. – Чудо! Настенька, как ты себя чувствуешь? Ребёнка уже кормила грудью? Лучше бы пока малышку от тебя забирали.
- Её принесли недавно, скоро унесут.
Настя приподнялась, но было заметно, как тяжело ей это делать.
- Полина, я к вам приезжала.
- Я знаю, Петя говорил, я у внуков была.
- Я хотела спросить, зачем вы бабушкин медальон маме отдали? А мне так и не сказали, открылся ли он.
- Открылся, Настя, поэтому я его Владе и отдала. Она сама тебе всё расскажет. Если бы я его не отдала, то она могла бы умереть, как бы страшно это не звучало. Я не могу тебе рассказать всего, но поверь, многое в твоей жизни изменится к лучшему. Вы все молодцы, такое не каждый выдержит.
Малышка закряхтела, пытаясь выбраться из туго завёрнутых пелёнок.
- Подайте мне её, пожалуйста.
- Тяжело не будет?
- Я минутку подержу.
- Ладно, кто это у нас такой симпатичный? Красавица наша, пойдём-ка к маме.
Поля осторожно вязла на руки невесомую малышку и передала её Насте. Девушка прижала малышку к себе.
- Доченька, это радость и испытание. Ох, Настя, дочки строги к своим матерям.
Дверь в палату открылась тихо и Поля сразу поднялась со стула. В дверях стояла Влада с большим букетом цветов.
- Ну, мне пора. Вам надо о многом поговорить. Настя, с меня подарки попозже, главное выздоравливай.
Настя ещё крепче прижала к себе дочку, не поднимая глаз на мать.
- Влада, да… нет, потом спрошу, считайте я ушла.
И Поля быстро вышла из палаты, прикрыв за собой дверь.
«Мать, дочь и внучка – это особая канва, идеальная. В ней каждый узор важен и красив. Если хоть один рисунок пропущен, то эта канва мир не украсит. А без женских уз материнской любви, не родятся человеческие души».
Поля чувствовало, как отлегло от души, как только она вышла из роддома. Она сразу направилась в детский магазин и накупили игрушек на все деньги.
Четыре пакета и коробка нисколько не мешали Поле дождаться такси и загрузиться туда со всеми подарками.
- Ого, вы магазин игрушек ограбили? – улыбнулся водитель.
- Почти, разошлась не на шутку. У подруги внучка родилась, заодно и своим подкупила. Ничего нет приятнее, чем покупать игрушки.
- Если есть на что, - съязвил мужчина.
- Да, увы, нужны и деньги для такого счастья. Но сами деньги умеют выбирать то, что им по душе.
- Глупости, - водитель не разделял Полиного веселья.
- А вы поверьте. Задумайте что-то купить, даже если на это нет денег. Задумайте не на одну вещь, а на несколько. И проверьте, на что в первую очередь появятся средства. И они появятся, возможно и случайно.
- А если я новую машину хочу?
- Машина не товар что ли? Если вы для семьи хотите, для других, то точно средства появятся, ниоткуда.
Глава 9. Будущая весна
В гости к Маше Поля не поехала, считая, что у них и без неё хлопот хватает. Она передала подарки Владе, заехав к ней ненадолго.
- Что-то много, - улыбнулась Влада.
- Слишком тяжело далась эта малышка, пусть будет ей много радости. Вы поговорили с дочкой?
Поля опять перешла на вы, понимая, что подругами с Владой они не станут.
- Да, и письмо читали. Но она пока не может осознать. Получается обожаемая бабушка её обманывала. Она считает, что бабушка должна была ей всё рассказать.
- Вы ей поведали, как танцевали у костра?
- Нет, зачем. Девочка только пережила роды и чуть не умерла, а я ей о цыганских плясках.
- Влада, объясните мне, почему так сильны эти проклятья? Двое людей, любящих друг друга, решают пожениться, а кому-то можно легко их проклясть.
- Бабушка моя не просто так жениха выбрала, она увела чужого жениха.
- Да? Это новость…
- Проклятье не ляжет тяжелым грузом на человека, если он чист и светел. Оно растворится как лёд на солнце. Но если есть грех, то прицепится насмерть.
- Об этом я не думала, но безгрешных почти нет.
- В том и дело, потому цепляться есть за что. Моя мама винила себя в смерти родителей, хотя и знала правду. Эта вина дала ей силы очистить род и вновь родиться.
- И вы в это верите?
- Вера – это и есть бессмертная душа. Всё остальное материально.
- Будьте счастливы, Влада. Нам с вами есть чем заниматься, есть кого любить.
- И вам спасибо, возьмите.
Влада отдала Полине маленький камень с дыркой посредине.
- «Куринный Бог».
- Женский Бог, пусть он вас бережет.
Поля ждала весны. Верхняя улица уже раскисла и набухла от первых оттепелей. Петя обещал, что в этом году непременно её заасфальтируют, и больше уже никогда не будет такой грязи. Скоро оттают грядки, и можно будет посадить цветы. Женщина не может не любить цветы, слишком уж они похожи на женские души.
Пуповины души – неразрывная связь: узы, цепи сплетенье, смешенье;
По следам предыдущих сомкнувшись идём, замыкая любовь во спасенье
За детей хоть в огонь, хоть в кромешную тьму, за себя никогда не в ответе;
По следам налегке, и костёр вдалеке, и погасший огонь на рассвете
Узы, словно узлы, судьбоносная вязь - соткам мир по законам рожденья;
На рисунке из звёзд, где-то там вдалеке, родовые узоры творенья
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/