По старой привычке
Часть 1. Переезд
Глава 1. Верхняя улица
Переезжали по первому снегу. Петя, как и обещал, дом построил. Правда, обещания его продлились пять лет, да и до конца довести всё благоустройство ему так и не удалось. Деньги кончились, а нужно было ещё купить новые кровати, шторы, пару телевизоров и каких-нибудь уютных мелочей. Без ярких мелочей любой дом скучен и угрюм.
Улица, на которую переехала Полина, располагалась на возвышении, поэтому её так и назвали – Верхняя. На асфальт у городских властей пока средств не нашлось, и очередной кризис оказался для них очень кстати. Так уж повелось, что кризисы сопровождаются особым видом воровства и внезапной нехваткой всего и вся.
Полина ворчала на мужа, понимая, что пора начинать радоваться. Оправдываться Петя не умел и убегал в гараж при первых признаках недовольства.
- Ты, Петь, представляешь себе, каково мне без штор жить? Соседи хоть и подальше, чем раньше, но не слепые же. И с дороги всё видно, как на ладони. Хожу по дому, как по подиуму.
- Поль, может, хватит уже? Заработаю, сразу поедем покупать твои шторы.
- Ага, пять лет дом строил, квартиру продали, и всё продолжаем ждать лучших времён. Ты будущим не живи, давай уже настоящим.
- Ты что-то слишком ворчливая стала.
Гордо подняв подбородок, Полина удалилась из кухни. Ругаться с мужем она не любила, да и не заслужил он её дурного настроения. Но сделать вид, что обиделась, Поля, на всякий случай, всё же решила. Зная, что Петя отправится в гараж, Поля накинула пальто, обулась и вышла из дома.
«Сменить можно всё: дом, одежду, причёску, город, даже мужа, но только не старые привычки. Какие разные дома, и в каждом свои привычные запахи, и цвета. Дома новые, а привычки в них живут старые. Не дряхлые, а именно старые, а значит мудрые, переданные по наследству. Была звезда Тара, вот мы все оттуда. Хотя нет, не все».
Размышляя, Поля разглядывала соседние коттеджи и дома. Параллельная улица вся сплошь из пятиэтажек и девятиэтажек, одинаковых с лица. А тут, на Верхней, многоликость вкусов и финансовых возможностей. Тут тебе и усадьбы, и коттеджи, и небольшие деревянные дома: галерея привычек. Незаметно для себя, Поля добралась до самой высшей точки Верхней улицы.
- Наверху верха, - попыталась пошутить она, залюбовавшись розовой усадьбой с полукруглым балконом, украшенным белыми ажурными перилами. Больше ничего ей разглядеть не удалось. Ещё мало кто на Верхней огородился заборами, а эта усадьба была закрыта со всех сторон серым высоким забором. Во всяком случае, Поля не нашла ни одной щелки подглядеть за чужими привычками. Муж ещё в прошлом году рассказывал, что в этой усадьбе живут две женщины – мать и дочь. И хотя привычка не лезть в чужую жизнь Поле в себе нравилась, но жажда понимания кто и почему построил именно такой дом, уже донимала её. Как выглядят хозяйки этого истинно женского дома? Чем они занимаются? Может это доходы с торговли или богатое наследство? Из какой жизни они принесли привычку так изящно украшать своё жилище?
Полинин дом, придуманный Петей не без её участия, был скорее похож на маленькую гостиницу где-нибудь в Альпах. Ей свой дом нравился, но такой «изюминки», как этот изящный балкон, благородно возвышающийся над городом, будто вызов всему серому и одинаковому, претендовал на аристократизм.
Поля возвращалась домой с неохотой. Перед Петей было стыдно за свои выходки. Он так старался угодить жене, работал по вечерам и все выходные, а она вместо благодарности ещё и недовольства выражает. Будут ей шторы к Новому году, сама же прекрасно это понимает. По дороге обратно она заметила несколько домов так и не достроенных, мёрзнущих без тепла и света. Пустыми глазищами окон они укоризненно наблюдали за Полиной.
- Петь, я тут прогулялась. Как ты думаешь, соседи у нас хорошие? – стараясь быть как можно приветливей, Поля заглянула к мужу в гараж.
- Не знаю, как на счёт хороших, но особо неприятных я не встречал. Если только этот «пастор», с ним пока непонятно.
Глава 2. Странный сосед
- Пастор? Что ты имеешь ввиду? Батюшка?
- Я не знаю, как там они называют друг друга в этих сектах. Мутно всё это. Вроде лечит от наркомании трудотерапией. У него сейчас парнишка работает, хилый такой. И ещё мужичок, дядя Саша. Вечно у меня сигареты стреляет.
Полина, оставив мужа со своим гаражом, вернулась в дом. В силу своей привычки, она точно решила, что познакомиться со всеми, с кем рядом ей придётся жить. Накрывая к обеду стол, Поля посматривала на соседский серый дом из окон своей гостиной уже другими глазами.
«Лечить людей от наркомании – дело благородное. Но заставлять людей бесплатно на себя работать – это уже другая песня».
В доме соседа слева её с первого взгляда смутила крыша. Вернее, там вполне мог бы уместиться мансардный этаж, но ни единого окошечка Поля не заметила. Да и на первом этаже окон было слишком мало, будто хозяева имеют привычку прятаться от всего мира, как в крепости.
Из окон её кухни отрывался вид на деревянный симпатичным дом с большими окнами. Там, видимо, людям скрывать было нечего. Рядом с деревянным красовался кирпичный коттедж, с арками и лоджиями по периметру. Сразу было понятно, что хозяева тяготели к роскоши, но явно не успели к этому сезону. Роскошь ненасытна, а источник, питающий её, иногда внезапно пересыхает. Соседей справа Поля разглядеть не могла, с их стороны у Пети был гараж. Но это были единственные люди, с которыми Поля когда-то была знакома. Тогда, в 90-е, Поля работала в одной школе, где Богдан Анатольевич преподавал рисование, а его жена Наталья числилась психологом. Петя поведал Полине историю этих соседей перед самым переездом. Продав квартиру родителей и свою, Богдан купил недостроенный дом и сам его доделывал. Вот и сейчас, доедая картошку, Петя разговорился.
- Богдан молодец, рискнул. Дом трёхэтажный, там дел ещё полно. Хорошо ему, на пенсии времени много.
Но Поля, что бывало с ней не часто, мужа не слушала. Она уже твёрдо решила обойти дом «пастора» со всех сторон, как только Петя уедет в магазин за каким-то рубанком.
На Верхней стояла тишина, будто в воскресенье все решила спать или сидеть на диванах. Слышались звуки проезжающих машин с соседней улицы, а здесь и собаки не лаяли.
«Не обжились ещё люди, воду-то только в сентябре дали. И как, интересно, в розовой усадьбе без воды жили? Или у них уже давно вода? Да, за деньги и вода меняет русло».
Дом «пастора» тоже хранил молчание, не поддаваясь на любопытство соседки. Въезд в гараж оказался с задней стороны, а не с общей улицы. Отдельный проезд между не вырубленными соснами, показался Полине воротами в преисподнюю. Она решила, что жить в таком доме не стала бы ни за что. Но, оправдывая соседа, согласилась, что люди разные. Как знать, может им важнее уединение.
- Здравствуйте! Интересуетесь?
Поля вздрогнула от неожиданности и повернулась. За спиной у неё стоял мужчина лет сорока пяти приятной наружности. Улыбался он открыто, не опуская глаз. Ничего дьявольского Полина в нём не нашла.
- Здравствуйте, - улыбнулась и Поля. – Извините, что я на вашей территории. Скучно дома сидеть, решила осмотреть окрестности.
- Да тут смотреть-то нечего. Фасад никак не закончу, времени нет, церковь строим. А вы жена Петра?
- Да, соседка теперь ваша. Пойду уже, нагулялась.
- До свидания, заходите ещё, если скучно будет.
Уже подходя к дверям своего дома, Полина обернулась. Что-то в этой улыбке её, всё же, смущало. Понятно, что человек улыбкой сокращает недоверие, но иногда это только маска.
Не успела она открыть дверь ключом, как из дома «пастора» вышли двое мужчин. Полина даже не почувствовала, что в доме кто-то был, слишком тихо для строителей они себя вели. Один из них пожилой мужчина что-то говорил молодому пареньку. Из-за угла появился «пастор»: - Работать кто будет? С утра, как я вижу, ничего не сделано.
Что ответили ему работники, Поля уже не услышала. Она зашла в свой дом, закрыла дверь на два замка и только потом облегчённо выдохнула.
- Почему соседей не выбирают? Да ещё и штор нет. Когда нет штор, то…
Но поговорить с собой ей не удалось. Она услышала приглушенный крик, явно не предвещавший радостных событий. Поля подбежала к окну гостиной, не разуваясь. Сила привычки тянула её к этому окну, как на магните. Возле дома «пастора» лежал молодой человек, а его напарник держал его голову и что-то кричал. Сам хозяин стоял рядом, разговаривая по телефону. Потом он подошел к парню, подхватив на руки, понес к дверям дома. Пожилой работник шел сзади. Полина, так и не раздевшись, стояла у окна и ждала, что приедет «скорая помощь». Но ни через десять минут, ни через двадцать, никакой помощи так и не появилось.
- Петь, - с порога затараторила Поля, как только муж зашел в дом, - тут такое было! Парень то ли в обморок упал, то ли с крыши, а сосед «скорую» не вызвал.
- Соседа Михаилом зовут. А если обморок, то и «скорая» не нужна. Только не начинай придумывать себе то, чего нет. Михаил, конечно, хитрый мужик, но не страшный. Роль злодея ему не подходит, я тебе точно говорю. Он раньше строителем работал, пока в веру не ушел. Пил, наверное, много, обычно так и уходят. Какие-нибудь курсы у психологов закончил, иностранные, вот тебе и новоиспечённый пастор.
- Одни психологи вокруг, ни одного нормального человека. Голодом, поди, тоже лечит, вот тебе и обмороки.
Глава 3. Собрание
В дверь постучались, именно в тот момент, когда Поля собралась выпить чашку кофе. Досадуя на незваных гостей, хозяйка открыла дверь. На пороге стояла обычная женщина, разве только слишком серьёзное выражение её лица выдавало в ней некое нетерпение.
- Пройдите к соседнему дому, пожалуйста.
- Зачем? – всё ещё помня о своём горячем кофе спросила Поля.
- Вам нужен интернет? Если нужен, то пройдите вон туда.
- А, конечно нужен. Сейчас, только оденусь, - и Поля прикрыла входную дверь.
Быстро пройдя на кухню, она, всё же хлебнула пару глотков и направилась в прихожую.
«Вот почему, когда настроишься на чашечку кофе, именно в это время надо всё бросать? Может это и плохая привычка, но так противно, когда кто-то лезет в твои привычки, не просясь, - думала Поля, надевая пальто».
Возле дома «художника» собралось уже немало народа. В основном это были мужчины немолодого возраста, но была и странная дама, тоже не первой свежести. Объясняющая говорила громко, привычно завлекая будущих клиентов.
- Уважаемые, сейчас я зачту список жильцов на вашей улице, а вы отзывайтесь согласием или отказом.
Поля, стоявшая с краю толпы, заметила, что взъерошенная дама, одетая в короткую бордовую шубу, перешептывалась с «пастором» Михаилом. То, что они хорошо знакомы у Поли сомнений не вызывало.
«Интересно, какой дом её? Жизнь не баловала, как я посмотрю. Пьет, скорее всего, немало. Цвет лица жутковатый, да и бесы в глазах нетрезвые».
А представительница интернет компании продолжала выкрикивать имена и фамилии Полиных соседей.
Теперь Полина знала, что даму в бордовой шубе звали Елена Станиславовна, а «пастора» Михаил Львович. Фамилии она запоминать не стала по старой привычке. Всё равно тут же забудет. Сколько этих фамилий за жизнь в голове собралось – тьма. Поля ответила согласием, как только услышала свою фамилию. Без интернета уже никуда – эта привычка, пожалуй, станет похлеще всех старых.
Соседи потихоньку расходились, А Поле пока домой не хотелось, кофе давно остыл.
- Здравствуйте, Богдан Анатольевич! – первой поздоровалась Полина. – Я теперь ваша соседка по воле судьбы. Меня Полиной зовут.
- Добрый день, очень приятно.
- А вы меня совсем не помните? Хотя, если честно, и я бы вас не узнала.
- Если вы честно, то и я – не помню.
- Мы с вами встречались, хотя и давненько. Я в 90-е в вашей школе работала. Спектакль с детьми ставила, а вы нам декорации рисовали.
- Да что вы? Что-то такое было, что-то было. Значит, мы старые знакомые?
Богдан сильно изменился, полысел и растолстел. Если бы Поля не знала, что это именно он, то никакая память её бы не спасла. Она уже знала, что дом он купил недостроенный, и теперь дела у него шли медленно, без азарта. Жена ещё не переехала, и Богдан один ночевал в доме.
- Богдан Анатольевич, а вы не знаете, в каком из строительных шедевров проживает эта дама в шубе?
- Вот в том, наверху, в розовом. Всё мечтаю нарисовать её усадьбу, такая красота.
Полина была разочарована. Ей стало обидно за розовую усадьбу, будто за живое существо. Такая красота заслуживает не такой хозяйки.
- Полина, я вас удивил?
- Не то слово. Я-то думала, что там две принцессы живут, ожидая принцев, - пытаясь скрыть разочарование, шутила Поля. – А тут злая мачеха какая-то.
- Ну, скажем, принцессой она была лет тридцать назад. Муж у неё был местный король, но погиб. Не в бою, а гораздо банальней – разбился на мотоцикле. Слухов много было про убийство. А дочь у неё точно принцесса.
- Пьёт, вдовствующая королева? Как водится, с горя?
- С горя ни с горя, но дом свой раньше всех построили, остальные даже не начинали ещё в то время.
- Видимо, денег им хватало.
- Видимо, - Богдана кто-то позвал из незнакомых Поле соседей и он, улыбнувшись, попрощался с Полиной.
Пришлось идти домой. Кофе давно остыл, и Полина взялась заваривать новый.
«И что их связывает, Елену препротивную и Михаила? Скорее всего, они давно знакомы. А почему бы и нет? Мы же с Богданом встречались раньше, а теперь случайно соседями оказались, и эти могли случайно. Может одноклассники? Нет, Михаил лет на десять моложе».
Присев у окна на стул, Полина, наконец, глотнула горячего кофе с корицей. Глазу за окном зацепиться было не за что. Людей нет, близлежащие дома уже давно изучены до мелочей. Возле деревянного дома остановилась полицейская машина. Из неё вышел Сергей Иванович, если Поля правильно запомнила на собрании его имя. Он зашел в дом, и ей от скуки пришлось разглядывать кирпичный. Поля считала арки на втором этаже соседского дома, удивляясь человеческому тщеславию.
Благополучно допив чашку кофе, хозяйка решила пройтись по дому. Но опять остановилась, заметив бегущего по улице «пастора».
«Пусть бежит, мне дела нет», - решила Полина, но врать себе бесполезное дело. Она сама бросилась в прихожую, накинула пальто и вышла на крыльцо. Михаил уже удалился вверх по улице метров на двадцать.
«О, чешет, как на пожар». Полина пошла следом за ним, прибавляя шаг. Добежав до ограды розовой усадьбы, Михаил ловко открыл калитку и исчез внутри двора.
«Это не просто старое знакомство, а, похоже, на постоянное общение. Мужа угробила, теперь лечится у этого прохиндея». Понимая, что стоять долго неприлично, Полина перешла на другую сторону улицы, решив прогуляться и внимательней рассмотреть все дома Верхней. Далеко уйти не удалось, этого зрелища она пропустить не могла. К воротам розовой усадьбы подъехал белый мерседес. Поля смогла рассмотреть только то, что на месте водителя сидела миловидная блондинка. Ангельские глаза и волнистые волосы и впрямь напоминали Поле сказочную принцессу. Ворота открылись изнутри, и автомобиль скрылся в глубине двора.
- И ты, Елена, была прекрасной, а завяла и превратилась в уродину, - вырвалось вслух у Поли. – Как же время умеет извратиться, превращая живое в мёртвое.
Вспомнив, что пора готовить ужин, Поля ускорила шаг и не оглядывалась больше дошла до дверей своего дома.
«Никто не знает, что ждёт нас впереди. Если только Кира, да и то не точно. У неё вечно два пути или три. Куда пойдёшь, тем и станешь. Глянешь на родителей и никогда в двадцать не поверишь, что будешь точно таким же, если очень постараешься. И, как ни печально, часть привычек мы берём именно от них, наших предков. И не всегда это самая лучшая часть».
Глава 4. Крик
Не глупые и не бездетные, сокровища их несусветные,
Довольные и безбедные, родные Кащеи бессмертные
Беспечные и сокрытые, их души с ключами секретными,
Их клады глубоко зарытые, заборы с замками запретными
Но как ни стараются, бедные, догадываются, что смертные
Бессмертна лишь вера заветная, бессмертна лишь тишь заповедная
Поля бормотала привязавшиеся строки, вытирая пыль с мебели, когда в дверь настойчиво постучали. В дом ворвались, а именно так ей и показалось, неожиданные гости. Две женщины пришли проверить счётчики водоснабжения. По привычке хозяйка предложила чаю. И, на её удивление, они не отказались.
- Хороший у вас дом. Небольшой, но добротный, - попивая чай, нахваливала хозяев гостья.
- А как вам у соседей? – перевела тему Поля.
- Вы кого имеете в виду? Там, где наркоманы работают?
- Я всех имею в виду, - увильнула Поля, хотя очень заинтересовалась.
- Да у всех одинаково. Воду недавно дали, внутреннюю отделку никто ещё не закончил толком. У вашего соседа даже счётчика ещё нет.
- Как это нет? Он что, в доме не собирается жить?
- Собирается, да не торопится деньги платить. Он нас и на порог не пустил.
Проводив гостей, Поля засобиралась в ближайший магазин. Как ей не хватало своих знакомых продавщиц, с кем и про детей можно было поговорить, и про политику. С новыми ещё нужно было познакомиться, а общаться придётся часто.
Взглянув на дорогу в зеркало, Полина сильно довольной не осталась. «Так себе видок, тётка в возрасте, похожая на всех тёток мира». Решив, что пора и собой заняться, Поля бодро вышла из дома.
Пройдя несколько шагов, она остановилась. Всё те же мужчины, пожилой и молодой, утепляли фасад дома Михаила. Полина сразу заметила особую бледность юноши.
«Как там сын? Тоже, наверное, не ест ничего». Но не успела она сдвинуться с места, как пожилой рабочий помахал ей рукой, приглашая подойти.
«Имеют же люди привычку приставать не вовремя. Сейчас начнутся разговоры, а мне надо идти. Притвориться, что не заметила?»
Но, несмотря на свои мысли, Поля пошла не в магазин, а к дому «пастора».
- Уважаемая, у вас, случайно, не найдётся сигаретки?
На такую наглость Полина уже собиралась ответить жестким - нет и уйти. Но ответила иначе.
- Прежде чем курить, вы бы этого мальчика накормили.
- Он сам ничего не ест, не может.
- Вы больны? А у врача были? – обратилась Полина к юноше.
- Зарок дал, что к врачам не пойдёт, - ответил за него мужчина.
- Глупость несусветная. Молодой человек, жить нужно проще, без всяких зароков. Хотите, я вам бутерброды принесу?
«И зачем я предложила, спрашивается? Так неохота возвращаться».
- Несите, несите, - обрадовался мужчина.
- И вы один есть будете, или поделитесь?
- Я тоже буду, - улыбнулся юноша.
Эта улыбка так подействовала на Полю, что она резко развернулась и зашагала к своему дому. Собрав всё, что нашла в холодильнике, Полина вернулась в дом «пастора». На улице уже никого не было, но двери были приоткрыты.
«Зайти? А вдруг они не в себе, больные же люди, - разволновалась Полина. – А не зайдёшь, так получается -обманула. Помоги, Господи».
Поля заглянула в щель приоткрытой двери, но там было темно.
- Эй, вы где там, голодающие? – громко крикнула она, переступая порог.
- Заходите, не бойтесь, - услышала Поля голос немолодого работника.
- Я и не боюсь, но не в свой же дом захожу.
Внутри стоял полумрак. Заштукатуренные стены и пустые дверные проёмы ещё плохо походили на человеческое жилище. Из глубины комнаты, расположенной слева вышел старый знакомый работник. Видимо, это и был дядя Саша.
- Спасибо, уважаемая. Мы уже и чайник включили.
Поле хотелось отсюда поскорей уйти, но что поделаешь со старой привычкой – она решила всё посмотреть.
- А на втором этаже спальня будет?
- Как вам сказать, не совсем, - замялся дядя Саша.
Из-за его спины появился юноша: - Хотите посмотреть?
- Да мне, в общем-то, некогда. Хотя, минутка найдётся.
Передав пожилому мужчине пакет с продуктами, Поля начала подниматься по хлипкой лестнице вслед за юношей. «Куда я лезу? Чёрт попутал, не иначе. Какая мне разница, что там у них на втором этаже».
Большое чердачное пространство без единого окна выглядело мрачно.
- На спальню не похоже, если честно. Если только огород будет хороший, то урожай есть, где хранить.
- Урожай будет, это точно, - слегка улыбнулся юноша.
Резко повернувшись, Поля направилась к лестнице: - Молодой человек, идите-ка кушать. Спасибо за экскурсию, увлекательно. А как вас, кстати, зовут?
- Денис.
- Ты заходи ко мне, Денис. Я тебя буду мятным чаем с конфетами поить, а то уж слишком ты бледный.
- Хорошо, - тихо ответил юноша.
«Опять меня за язык кто-то дёрнул. Благодетельница. А если в правду наркоман, что потом с ним делать? Странный дом, ох, странный».
Быстро попрощавшись, Полина пошла к магазину. Она решила идти дальним путём, подышать и подумать об увиденном. Но и длинный путь занял не больше семи минут. Не успела Полина открыть дверь магазина, как услышала издалека громкий крик.
Глава 5. Гостья
Замешкавшись в дверях, Поля чуть не сбила с ног выходящую с из магазина женщину. Пострадавшая заворчала и грубо оттолкнула Полю. Но Полине было не до неё.
«Где-то рядом с нашим домом. Сбегать посмотреть или не надо? Не пойду, на сегодня с меня хватит. Продукты к ужину куплю и домой, на кухню».
Увлёкшись покупками, Поля успокоилась. Два тяжелых пакета оттягивали руки, хотелось только скорей добраться до своих дверей.
Но, подходя к дому Михаила, она испугалась по-настоящему. Рядом с домом «пастора», на дороге стояла машина «скорой помощи», собралось много людей, и не со всеми Полина была знакома. Она увидела соседа полицейского Сергея, и Богдана, и даже даму из розовой усадьбы Елену, на этот раз одетую в шикарную дорогую чёрную шубу. Её растрёпанные волосы никак не сочетались с благородным мехом норки.
«А эта что тут делает? Понятно, от скуки добежишь и до соседей. Привычка видеть зрелища древняя, особенно когда хлеба вдоволь».
- Вот, это она бутерброды принесла, ещё и груши с бананами, - дядя Саша показал на Полю пальцем. Вся толпа повернулась в сторону Полины отнюдь не с улыбками.
- А что случилось? – обмерла Поля. – Кто-то отравился моими бутербродами?
Двое работников «скорой помощи» вынесли из дома носилки, на которых лежал мертвенно бледный Денис.
От испуга, Поля начала бормотать: - Я же говорила, что нельзя голодным работать, тем более больным. Сам, наверное, всё съел, а мальчику ничего не дал.
- А вы не волнуйтесь, соседка, не знаю, как вас по батюшке. Меня Сергеем зовут, так и обращайтесь. Парень отравился, пока непонятно чем.
Не волноваться Полина не могла, руки дрожали, разболелся желудок: - А кто тогда кричал? Не мог же Денис так кричать.
- Пока не знаю, сам на крик выскочил, у меня сегодня выходной. Привычка такая, профессиональная.
Хозяйка розовой усадьбы не ушла к себе, даже когда уехала «скорая помощь». Она о чём-то разговаривала с работником, отвернувшись от Полины. Ушел Богдан, чуть кивнув головой в сторону Поли. К дому подъехала машина Михаила Львовича. Выпрыгнув из грязной машины, Михаил сразу пошел в сторону дяди Саши, будто, не замечая Полины и Сергея. Елена схватила его за рабочую куртку и принялась трясти, громко подвывая.
«Ни с одним из этой троицы я бы в разведку не пошла. Такие разные, но такие неприятные до отвращения. Может, я зря так думаю, даже новые соседи заслуживают понимания. Когда-нибудь и они станут старыми».
- Полина? – очнувшись от мыслей, услышала Поля.
- Да, Михаил Львович, - стараясь быть спокойной, ответила Поля.
- Вы зачем моих работников кормите? Не надо этого делать! У Дениса язва, а вы бутерброды принесли. Ему голод прописали, пока лекарства пьёт.
- Язва!? Тогда понятно, почему такой бледный. Есть надо, но часто и помаленьку. Но чтобы в больницу от одного бутерброда – это уже слишком.
- Врачи решат, как его лечить, без ваших советов. А вот в дом я теперь до весны не въеду. У меня дочка маленькая, да и жена, всем хочется поскорей сюда переехать. Все хотят жить как люди, а работать некому, мы ведь церковь строим, все работники там.
«Как люди? Не дом, а темница», - подумала Поля, но вслух сказала. – Простите, больше не буду.
Поля поймала на себе осуждающий взгляд Елены.
- Здравствуйте, - вырвалось у неё.
Но дама не ответила, отвернувшись.
«Не делай добрых дел, где тебя не просят. Мальчика чуть не угробила, а ещё и удивляюсь отношению соседей. Ему всухомятку нельзя, как же я не подумала».
Не прощаясь, Поля понесла свои пакеты к дверям дома. Настроение упало напрочь, особенно донимала совесть. Но не успела Поля снять пальто, как в дверь громко постучались.
- Кто там?
- Полина, я на минуту, откройте, пожалуйста, - женский голос был настойчивым и даже властным.
На пороге стояла Елена. Её заплаканные покрасневшие глаза были похожи на глаза загнанного, обозлённого зверя.
- Я зайду?
- Заходите, если хотите. Мне ужин надо готовить, так что времени много не уделю.
- Я ненадолго. Курить в доме можно?
- Нет, только на балконе, если изволите.
Елена недовольно сморщилась, но жестом попросила показать, где находится балкон. Не разуваясь, гостья прошла через спальню и вышла на деревянный балкон.
- Полина, вы со мной не постоите?
Немало удивившись, Поля замотала головой: - Прошу прощенья, я на кухню, кофе сварю.
- Это хорошо, варите.
Пожав плечами, хозяйка прикрыла дверь балкона. Варить кофе в турке Поле не захотелось, и она включила кофеварку.
Гостья вернулась быстро, скинула свою шубу на спинку стула и села. Не дожидаясь сливок, предложенных Полиной, она глотнула горячий кофе. Не зная, что спросить, Полина тоже присела на стул.
- Может ещё кофейку? У вас что-то случилось, как я вижу.
- Я шла мимо, просто шла… потом эта «скорая», всё так страшно. Почему так много горя, Полина? Вы можете мне сказать?
- Ну…
- Да что вы знаете. У вас муж такой правильный, да и вы тоже типичная домохозяйка, домашняя клуша.
- Простите, Елена, но это уже хамство. На себя посмотрите, Елена превредная.
- Налейте коньяку. Или у вас нет? Что вы мне сварили в кофеварке, как это можно пить. Зачем я зашла, вы никогда меня не поймёте, никогда! Вы и жизни-то настоящей не видели…
- А ни пошли бы вы, дамочка, в свою настоящую жизнь.
Глава 6. Ещё одна гостья
«Ишь, ты, не видела я хорошей жизни. Ещё как видела. Знала бы ты, Елена, как мы с Таней пять лет назад целое сокровище девушке подарили, нечета твоему розовому гнезду для сумасшедших. Да у меня и Петя, и дети…».
Но долго нервничать Полине не пришлось. Из окон кухни она увидела знакомый белый мерседес. Поля уставилась на эту машина, как на врага, готовая к бою. На этот раз она знала, что сказать этим богатым алкоголикам. Из мерседеса выскочила очаровательная блондинка, одетая в лёгкую куртку и джинсы. Гостья быстрой походкой направилась к дверям Полиного дома. Открывать Поля не торопилась, пытаясь найти подходящее выражение лица.
- Здравствуйте! – с милейшей улыбкой обратилась гостья к хозяйке. – Вас зовут Полина?
- Да, - теряя боевой настрой, ответила Полина. Девушка показалась ей озабоченной и даже грустной.
- Я знаю, что к вам мама заходила. Умоляю, только не сердитесь на неё. Она бывает груба…
- Не то слово, милая девушка, вы подобрали. Она просто хамит, так и говорите. Да, проходите, что на пороге стоять, холодновато.
- Извините, я очень тороплюсь.
Поля заметила, что девушка хочет ещё что-то спросить, но не решается.
- Вы спрашивайте, не стесняйтесь. Дети за родителей не отвечают. Только имени я вашего не знаю.
- Алиса меня зовут. Вы правы, я бы хотела узнать, разговаривали ли вы с Денисом до того, как случилось несчастье.
- С Денисом я разговаривала недолго, правда. Бледный он был, но шутил и уж никак не был похож на того, кто уедет в «скорой помощи» через десять минут. Мне уже сказали, что у него язва, а я со своими бутербродами полезла, куда не надо. Теперь вот совесть мучит.
- Нет у него никакой язвы, Полина, не мучайтесь. Не больше, чем гастрит. А кто ещё с ним был, дядя Саша?
- Он и был, больше никого. Это потом, когда «скорая» приехала, то и Богдан появился, и Серёжа полицейский, и мама ваша.
Алиса внимательно слушала, чуть щуря глаза.
- Ещё раз спасибо. Я поеду, мне пора.
- А зачем, вам-то, Денис? Вы давно знакомы?
Опустив глаза, Алиса быстро проговорила: - Мы вместе учились… давно.
Она развернулась, быстро попрощавшись, и пошла к своей машине, слегка сгорбив спину.
«А вот и врёте, девушка, вы намного старше этого мальчика. И эта считает, что я действительно глупая клуша, поверю на слово незнакомой красавице. Что связывает роскошную усадьбу с этим серым домиком? Все лечились от вредных привычек силой веры? Загадка, да и только».
Полина вспомнила, что сегодня ей нужно съездить в городскую управу и разобраться с пропиской. Время до окончания рабочего дня чиновников оставалось немного, нужно было поторопиться. Решив, что накормит Петю вчерашним супом, подкрасившись и причесавшись, Поля вышла из дома. Она надеялась, что на Верхней сегодня уже ничего плохого не случится. Только не сегодня, всему есть мера. Она видела, как в кирпичный коттедж заносят диван и кресло, жизнь продолжалась, а значит и ей надо успокоиться. Возле дома «пастора» было тихо, видимо все уехали.
Таксист оказался разговорчивый, сразу принялся налаживать общение: - У вас тут дорога ещё не сделана, а я второй раз на вызов приезжаю. Днём в историю попал, даже напугался немного. Пока ждал клиента, такой крик услышал душераздирающий, будто-то умер кто. Никогда раньше не слышал, чтобы так женщина орала.
- Женщина?
- А вы не слышали, в соседнем с вами доме и кричала. Она ещё выбежала на улицу, руками мне махала. А я что, у меня работа. За ней мужчина выскочил, в рабочей одежде.
- Вы не путаете ничего? Меня дома не было минут пять, семь, не больше.
- Как я могу перепутать, если своими глазами видел. Сначала баба голосила, потом выскочили, а я дождался клиента и уехал. Мне «скорая» навстречу попалась…
- Что за улица, дурдом, - вырвалось у Полины.
- А что, часто такое случается у вас?
- Пока впервые, да соседи у меня странные, не жду спокойной жизни. Да, вот здесь остановите, пожалуйста. Счастливого, дня.
Полина не могла понять, как за пять минут могло произойти столько событий. Пока она шла до магазина, такси могло и подъехать, но как там оказалась Елена и для чего, осталось загадкой. Богдан пришел позже, это ясно, но Елена была там. Тоже кормить приходила или выпить? Может она была у Богдана в гостях или в кирпичном коттедже?
Вернувшись домой, Поля не могла дождаться, когда появится муж. Но он только расстроил жену окончательно. Петя уже знал, что Денис находится в реанимации с сильным отравлением. По местному радио сообщили, что надежд на выздоровление немного.
- Петь, тут у нас что-то творится нехорошее. Может зря мы в этот дом переехали? Заборов нет, а значит дом не крепость, а находка для врагов.
Но Петя даже бровью не повёл, лишь укоризненно взглянул на жену. Он строил этот дом пять лет, и такие мелочи его мало волновали. Мало ли что у кого случается.
«Кто много трудится, тот менее эмоционален. Есть цель – надо к ней идти, не растрачиваясь на излишнее любопытство. Привычка много работать заменяет человеку много других, ненужных привычек. От нечего делать глупостей совершается гораздо больше». Так думала Поля, укладываясь спать.
Глава 7. Богдан
С утра день не задался. Поля хотела пропылесосить полы, но отключили электричество. Ни тебе не чая, не телевизора.
«Эта привычка включать всё одной кнопкой уже въелась во все клеточки, так и хочется спросить – а в чём дело, что теперь прикажете делать? Нужно разговаривать с живыми людьми и меньше есть».
Вспомнив о старинной подруге, Поля решила съездить к ней в салон и наболтаться вдоволь. Заодно можно и красоту навести. За окном изящно падал крупными хлопьями снег, украшая сосны пушистыми шубами.
- Вот и я шубу надену, хоть и не белую.
Пришлось надеть и новые сапоги на каблуках, для настроения.
- Неплохо, - вертелась Поля около зеркала, - Сейчас бы Елена превредная пришла, может вежливей бы разговаривала.
Слова соседки всё же задели Полину.
«В возрасте женщина может иметь статус, если она не бросила привычку нравиться себе».
С такими мыслями Полина и покинула свой дом. Такси она решила не вызывать, не пропадать же красоте. Надо прогуляться и уже на остановке решить, как лучше добраться до салона. Народу скопилось много, но никого из них Поля не знала, да и на неё никто не смотрел. Когда к остановке подошел Богдан, Полина ему даже обрадовалась.
- Здравствуйте, Полина.
- И вам здравствовать, Богдан Анатольевич. Вы на работу или так, по делам?
- С работой покончено. Мне директриса впрямую указала на выход. Идите, говорит, Богдан Анатольевич, на пенсию. А я и рад, если честно. Видеть её уже не мог – царица морская.
- Ого, жестко.
- Родители, когда умерли, квартира от них осталась, сбережения небольшие. Я и задумал дом купить, хотя бы недостроенный. Свою тоже продали, но денег всё равно маловато. Три сына, есть кому помочь, и есть кому оставить.
- И не говорите, детям всё и оставим. Лишь бы им жизнь в радость была…
- Это от нас не зависит. У кого-то и большее есть, а жизни нет. Вы уже знакомы с Еленой Проскуриной? Дочь её у меня училась, большая умница. Да и мать красавицей была, пока муж не умер. В 90-е его убили, долго всякие слухи ходили. Денег он много имел, почти все продуктовые магазины в городе ему принадлежали. Не знаю точно, но сама Елена бедствовала, и дочка с ней мучилась.
- Но розовую усадьбу они построили, значит оставались ещё деньги.
- Это дочь строила. Ей отец счёт открыл на совершеннолетие. Как срок истёк, так она сразу строить и начала, чтобы мать жила и ни в чём не нуждалась.
- А кто… мужа-то убил?
- Вы разве не помните, что тогда творилось. Убивали и за меньшее.
- Да, времена были убийственные, кто душу потерял, а кто и жизнь.
- То-то и я говорю, кто убил - никто не знает. По слухам, и Елена виновата…
- Это слухи, а они любят всё, что противнее и поганей.
Богдан потупился, понимая, что сболтнул лишнее.
«Всё в тебе хорошо, художник, да не мужик тот, кто слухам верит. Слишком много подробностей, своей жизнью, видимо, не очень доволен».
Подъехал автобус, но Поля решила, что в него не сядет. Кивнув на прощание Богдану, она вызвала такси. Она стояла одна на остановке, любуясь снегопадом. Как, всё-таки, хороша природа, нет в ней корысти и зависти.
Подруга встретила Полю радостной улыбкой и объятьями.
- Это преступление, так редко ко мне приезжать. Забралась на окраину города и спряталась. Давай, быстро рассказывай, как вы устроились.
- Солнце моё, да всё хорошо, кроме соседей. Тайна на тайне на этой улице. Видела розовую усадьбу на пригорке? Там две дамы проживают, Проскурины, кажется. Одна бывшая красавица, другая настоящая, прелестная девушка. Это первая тайна, а вторая у меня по соседству, в скромном сером доме. Пастор ни пастор, дом у него, что келья. Боюсь туда страждущие потянутся, будет проходной двор. Трудотерапией он их лечит, наркоманов и алкоголиков.
- Не люблю я эти лечения, и тебе не советую туда влезать. Занимайся своим домом и собой, а лучше ко мне чаще приезжай. Где страждущие, там и деньги, там и нажива.
- Я и не лезу, - соврала Поля, - Мальчика, правда, жалко.
- Какого ещё мальчика, уже влезла?
- Он бледный такой был, я ему поесть принесла. А потом «скорая» приехала, в больницу увезли, в реанимацию.
Подруга выпустила из своих рук руки Полины и уставилась на неё: - Ты отравила, что ли?
- Как я могла отравить сыром и грушами? Хотя, в магазинах нам могут и отраву продать. Ещё Елена эта сильно орала, хозяйка розовой усадьбы. Как она там очутилась, я вообще не понимаю.
- Всё, больше ничего знать не хочу. Закрывай шторы и читай книги, стихи пиши, да хоть пой, но к соседям не ходи. Дождёшься, к тебе полиция нагрянет показания снимать.
- У нас свой полицейский на улице живёт, уже разговаривали. Никуда не вызвал, поверил на слово.
- Значит, точно не ты виновата. А кто тогда?
Поля засмеялась, протягивая руки подруге.
- Любопытно? А мне говоришь – не лезь. Я же по старой привычке познакомиться хотела, а тут началось.
- Общайся с нормальными людьми, с «пасторами» не надо.
Любуясь свежим маникюром Поля просидела у подруги ещё час и уже засобиралась домой, когда в салон вошла Алиса. Все посетители и мастера сразу повернулись к ней. Девушка, несомненно, была очаровательна. И фигура, и особенно её белокурые волосы вызывали восхищение и умиление.
- Алисонька, вы опять к нам? – встретила посетительницу администраторша.
- Я на минутку. Кажется, я забыла у вас сумку, а там мой телефон и документы.
- Извините, но сумки вы не оставляли. Вы её забыли где-то в другом месте, очень жаль.
- Плохо… , плохо. Здравствуйте, Полина. Вы тоже уходите? Давайте я вас подвезу, только заедем ещё в одно место.
- С удовольствием, заедем куда угодно,- обрадовалась Полина. – Я уже задержалась, так что пора домой.
Глава 8. Тайна наследства
Алиса и не скрывала, что волнуется, когда мерседес подъехал к стационару.
- Я у Дениса была, - сразу призналась она Полине.
- И как он там, бедняга? Правильно, что проведали.
- Пришел в себя. Говорит, что ничего не успел съесть, только чай выпил.
- Всё-таки зарок выполнил, хотя с меня вина снимается.
Девушка дёрнула плечом, будто хотела кого-то ударить.
- Дурацкие зароки, это всё Михаил Львович! Силу воли тренирует у молодежи, а сам живёт, как хочет. Ненавижу!
- Алиса, остановитесь. Ненависть плохое чувство, слишком разрушительное. А ведь вы мне соврали, что учились с Денисом. Мальчик вас намного моложе. Кто он вам и вашей маме?
- Никто, детдомовский он. Мама его в дом привела недавно, деньги совала, а он не берёт, гордый.
«Опять загадка. Ну и усыновила бы, раз привела».
- Алиса, вы идите, а я подожду.
- Да, я пошла. Не люблю больницы, мама часто в них лежала. Спасибо, Полина. Вы мне нравитесь, - с этими словами девушка покинула салон машины, оставив Полю в раздумьях.
«Так, Денис знает Елену, знает Михаила. Скорее всего, Елена мальчика к «пастору» и пристроила. Значит, он или пил, или ещё хуже. Алиса девушка добрая, но ранимая. Почему-то мальчика жалеет, хотя он ей никто. А кто тогда отравил? Дядя Саша? Богдан? Это уже ни в какие ворота не лезет. Особенно Богдан, это почти тоже, что и Сергей – им ни к чему. Хорошо хоть ожил, не хватало ещё жизнь на новом месте начинать с похорон юноши».
Полина уже заметила, что девушка возвращается с сумкой в руках. Алиса выглядела растерянной и подавленной.
- Слава Богу, нашлась. Алиса, а что с настроением? Вы по вечерам куда отдыхать ходите? Жених-то есть? – Полину понесло из-за чувства неловкости рядом с мало знакомой девушкой. Не молчать же.
- Жених есть, - краешком губ улыбнулась Алиса. – Мама не в себе, домой неохота возвращаться.
- У неё с психикой проблемы или с алкоголем?
- И с тем, и с другим.
- Хотите помочь?
- А вы можете? Никто не может.
- Есть у меня знакомая, массажистка. Она к тому же и медиум, если это вас не пугает. Кира быстро ей объяснит, чем ей грозит такая жизнь и здесь, и там.
- Что значит там?
- Там, это значит после смерти. Там жизнь другая, но зависит от этой, нынешней.
Алиса явно злилась, хотя её миловидное лицо сохраняло выражение безразличия.
- И у вас ничего нормального, одна мистика в голове. А мне показалось, что вы настоящая, спокойная и понимающая.
- Простите, Алиса, но моя мама пила, я знаю, как это больно. Если бы я могла ей помочь, мне было бы плевать мистика это или нет.
- Помогали уже, да толку нет. Она у вашей соседки со смерти отца лечилась.
- У какой? – Поля чуть не вскрикнула.
- У жены Богдана Анатольевича. Её Натальей зовут, психолог высшей категории. И гипнозом лечила, и всякие практики применяла. Мама потом по детдомам бегала, подарки носила. Да мне не жалко, только после этого она ещё больше не в себе была. Орёт и бесится, а потом пить начинает. Я её бросить не могу, потому и замуж не выхожу.
- Знаете, Алиса, никакой мистики вообще нет. Есть судьба и предназначение. Если не нашлось предназначение, нет на душе покоя. Вы почему все на одной улице поселились? Как вы с Михаилом и этой Натальей рядом оказались, а я между вами? Зачем-то и я тут, пока не пойму. Может, чтобы вас с Кирой свести.
- Я первая дом построила, остальные покупали позже. Как только папины деньги можно было тратить, так я начала. Проект и место он ещё при жизни выбрал для меня. Думаю, остальные здесь случайно.
- Ага, в городе четыре места под коттеджи, а мы тут случайно все собрались.
- Полина, лучше приходите в гости, если захотите.
- Нет уж, увольте. С вашей мамой беседуйте сами, раз Кира вам не нужна. Или возьмёте, всё же, номер телефона? Скажите маме, что это просто массажистка. Вот и приехали, с Богом, Алиса.
- До свидания.
Поля понимала, что девушка не верит уже никому, но она-то своей Кире верила.
«Я им Киру, как подарок судьбы предлагаю, а они отворачиваются. И пусть живут, как живут. Пусть Михаил Елене трудотерапию назначит, работа ей не помешает».
Только после того, как ужин был готов, Поля успокоилась, и ей даже стало стыдно за свои слова.
«За что я на девушку набросилась, спрашивается? Она с матерью мается, а я так нетактично помощь предложила. Нарисованный замок снаружи красив, да за стенами не видно человеческих страстей. Хотела девушка маме счастья, а только она сама его может дать его себе».
Петя явился в дом не один, а с полицейским Серёжей.
- Поль, тут Сергей по твою душу.
Совсем не волноваться после таких слов Полина не смогла. Тем более, зная свои привычки, она точно могла наболтать лишнего.
- О чём изволите спросить?
- Полина, да вы не волнуйтесь. Вспомните, кроме дяди Саши и Дениса больше никого в тот день на стройке не было?
- Так у него всегда только двое, - хитро ответила Поля, довольная своим не многословием.
- Странно, но Богдан говорит, что был ещё третий.
- Может он и наблюдал, а я редко в окна заглядываю. А что, действительно настоящее отравление?
- А вы как думаете? Вот Елена требует уголовное дело завести, а мальчик на поправку пошел. Пусть врачи разберутся сначала, болезни бывают всякие.
Глава 9. Розовая усадьба
Алиса приехала в обеденное время, почти не удивив этим Полю.
- Извините, Полина, за вчерашнее. Дайте, пожалуйста, номер телефона вашей знакомой. Я с работы, нужно ещё домой заехать.
- Да никаких проблем. Вы для мамы?
- Скорее для себя, маму не уговоришь. Боится она…
- Тот боится, кому есть что скрывать, - пробурчала Поля.
Но не успела она назвать и трёх цифр, как зазвонил телефон в сумке у Алисы.
- Да, Соня, что случилось? – девушка побледнела и прислонилась к стене в прихожей. – Я еду, жди.
- Маме плохо, - объяснила она Полине, но не ушла, а вопросительно посмотрела на хозяйку. – Поедемте со мной, ради Бога. Я не выдержу, сил никаких уже нет.
- А я-то чем помогу? И что я скажу Елене: здравствуйте, я мимо шла.
- Скажу я сама, по дороге придумаю. Вы же не очень заняты?
- Дел всегда полно, - с полным желанием остаться ответила Поля. – Ладно, но ненадолго. Буквально на пять минут, отвлеку её внимание и назад.
Дорога не заняла и минуты, придумать причину для визита Поля так и не успела.
- А, будь что будет, не убьёт же она меня, - бодрилась Поля, выходя из мерседеса.
Во дворе усадьбы, несмотря на раннюю зиму, не было ни лишнего снега, ни грязи. Ажурное мощение было чисто убрано, а устройство дворового пространства не могло не вызвать Полиного восхищения.
«Вот что значит иметь средства для комфорта. Тут и ландшафтная архитектура, и личный дворник. Хотела посмотреть – смотрю и восхищаюсь. Только в дом идти не хочется, не хочется разрушать прелесть гармонии природы и человека».
Девушка чуть задела Полю за локоть, приглашая скорей пройти в дом. На крыльце их уже ждала кухарка, а может и просто прислуга. Женщина была явно взволнована, она не обращала особого внимания на Полину.
Ступеньки из белого мрамора и скульптуры рассмотреть Поле сейчас бы никто не позволил, пришлось поторопиться вслед за Алисой.
- Алисонька, сегодня просто настоящий кошмар, а не утро. Она совсем вставать не хочет, воет и кричит, а потом тишина.
Женщина заметила удивлённые глаза Полины и замолчала.
- Соня, знакомься, это Полина. Наша соседка… она шла по улице, и я её пригласила. Полина очень интересуется стариной, покажи ей нашу коллекцию.
- Проходите, Полина, не разувайтесь. Пальто можете вот сюда повесить. Галерея на втором этаже, я всё вам покажу.
Не зная, как себя вести, Поля глупо улыбалась, кивая головой. Её удивляло всё: шикарная лестница с резными перилами, тысячи фотографий, развешанных на стенах лестничного проёма, люстры и зеркала. На фотографиях, как полная противоположность богатству дома, запечатлены улыбающиеся лица советских времён, простые и бесхитростные. Мужчины, женщины, дети обнимались, держались за руки, оставляя потомкам умение радоваться самому главному – своей жизни. Ни на одной из фотографий Поля не увидела грустных лиц.
«Это хорошо, когда прошлое остаётся с нами радостью, а не грустью. Но здесь это прошлое, как защита от чего-то, случившегося потом. Зачем так много фотографий? Кого они хотят развеселить?»
Соня раскрыла перед Полиной высокие двери галереи. Полукруглый зал, весь уставленный раритетами заставил Полю забыть, где она и зачем сюда пришла. Особенно её поразили старинные карты, размером с большие настенные ковры. Между ними висели свитки, помещённые в рамки под стеклом.
- Над этой комнатой и есть ваш прекрасный балкон? – всё, что она смогла спросить, ошарашенная увиденным.
- Что? – переспросила Соня.
- Да так, ничего. Тут за пять минут не посмотришь, тут надо месяц или два.
Домработница явно хотела уйти. Она не понимала, зачем Алиса привела сюда гостью в такой неподходящий момент, но и оставлять её одну ей не разрешили.
В вестибюле послышались голоса, и Поля повернулась к дверям. Алиса держала под руку растрёпанную мать, одетую в длинный халат. Девушка виновато смотрела на Полину, прося о помощи.
- Мама, Полина очень интересуется древней историей. Но сейчас пора обедать, я так голодна. Давай пригласим гостью на обед.
На удивление Поли, Елена не кричала, взгляд её не выражал никаких эмоций.
- Да, да, пойдёмте обедать, я голодна, особенно после прогулки.
- Мама, ты сегодня ещё не гуляла, да и вчера тоже.
- Дочь, ты думаешь, что я сошла с ума?
- Я этого не говорила. В любом случае надо обедать. Полина, вы с нами?
- Что вы, я же на минутку зашла.
- Останьтесь, - в голосе Алисы Поля услышала почти мольбу.
- Хорошо, - согласилась Поля, хотя сейчас ей больше всего хотелось домой.
В гостиной, сидя за столом на стуле с мягкой обивкой, Поля засмотрелась на необычную посуду. Такой изящной посуды она не видела никогда.
«Красивая тарелка, всё красивое, даже скатерть. Едят же люди с таких тарелок, а сами красивей не становятся. Может еда становится вкуснее? Попробуем, хотя самая вкусная еда, когда её делишь с любимым человеком или с хорошей компанией».
И суп, и жаркое, Соне всё удалось приготовить вкусно, но Поля с трудом проглатывала куски, ожидая конца этого действа. Елена держалась спокойно, но повелительно указывала Соне что подать и кому.
- Соня, принесите коньяку. Да, и Полине тоже принесите.
- Да что вы, не надо. Мне пора идти, засиделась.
Алиса положила свою руку под столом на колено Поле и слегка его сжала.
«Зачем ей вечно пьяная мать? Хотя, у любви нет слова зачем, какие уж тут слова».
Коньяк Поле понравился, она даже расслабилась и принялась рассматривать гостиную. Камин, выложенный изразцами, мягкие шторы и ковёр – всё подобрано для настоящего уюта и отдыха.
- Мам, Полина рекомендует нам массажистку, чудеса творит руками. Даже настроение поднимает, - пытаясь говорить непринуждённо, Алиса осторожно следила за реакцией Елены.
- И кого она вылечила? Полину? Не вижу особых результатов…
Поля поднялась со стула.
- Ах, извините, если обидела. Что-то я стала грубой, как базарная баба.
Глава 10. Наталья
Слегка навеселе Полина возвращалась домой по Верхней улице. Она решила, не обращать внимания на Еленины уколы, что возьмёшь с больного человека.
«Мне тебя жалко, Елена несчастная. Тот кусается, кто на цепи сидит. А вот что за цепь тебя держит, этого я пока не пойму. За всё надо платить, не мной сказано. За что платишь ты? Может совесть сильно мучит, а может обида большая».
И ещё Поля поняла, что попасть в комнату, набитую раритетами, она должна непременно, хотя бы на час. Глядя на старинные вещи, книги или карты, неизвестная сила влекла её туда, в далёкое прошлое гораздо сильней, чем простая привычка. Когда-то она мечтала найти клад или что-то ценное для познания жизни предков. В том, что Поля любит историю Алиса не ошиблась, она попала в «яблочко». Поля даже не представляла, как можно жить в доме, где так много прошлого, там наверняка водятся приведения.
Старинная карта Земли, увиденная мельком, никак не покидала Полино сознание. «Вот бы сейчас почитать названия городов и рек, а не чистить эту картошку. Изменился ли мир за столетия или это только кажется?».
Уже стемнело, но Петя ещё не вернулся домой. Свет от фонаря, стоящего напротив дома Михаила бил в стёкла, раздражая Полю своей наглостью. Петя обещал в выходные купить шторы, но до них ещё надо дожить. Окна пугали Полю всегда. Эта светлая часть дома днём, ночью превращается в проход для темноты. Прижавшись к стеклу, Полина разглядывала дом «пастора». Машина Михаила стояла ни у главного входа, а рядом с её домом.
Из дома вышел дядя Саша, а с ним совсем незнакомый мужчина в рабочей одежде.
- А вот и третий работник! Сергей о нём знает, а я впервые вижу, - по привычке сама с собой беседовала Поля. – И что прикажете делать? Бежать докладывать? Один уже в больнице, а эти работают себе, будто ничего не случилось.
За ужином Поля не выдержала и рассказала Пете о своём походе в розовую усадьбу.
- Ты не представляешь, какие там богатства. Там и карты, и вазы старинные…
- Поля, это не настоящие карты, подделка. Сейчас тебе что угодно нарисуют, от родословной до кладов во всех странах мира. Это модно, понимаешь. Надо же чем-то друг друга удивлять. Я такие коттеджи видел, особенно в 90-е, уму непостижимо. Дурные деньги голову в порядок не приводят, тут ещё и вкус, и образование надо иметь.
- Это ты зря, там всё с безупречным вкусом сделано, даже участок приусадебный. На счёт раритетов не знаю, тут, возможно, ты и прав. Да, а я видела третьего работника у Михаила…
- Отопление монтирует, не начинай только выдумывать.
- Тоже трудотерапия?
- Нет, настоящий специалист, нездешний. Скоро уже подключать будет, быстро работает. У него самого дом не достроен, вот он и торопится до холодов.
- Иди, отдыхай, Петюня, устал.
Поле очень захотелось остаться одной и подумать. Перед глазами мелькали фотографии Елениных родственников, как ещё одна странная галерея. Её охватило ощущение, что она пропустила что-то важное.
- Может я кого-то знала из этих людей? А чего тут удивительного, мы с Еленой почти ровесницы, могли и встречаться. Нет, Петя, это я не тебе говорю, отдыхай. Что-то меня там задело, но разве теперь вспомнишь.
В выходной Петя повесил гардины, и окна, наконец, приобрели свои наряды. Поля любовалась зрелищем. Эти шторы завершили её задумки, и теперь она явно гордилась своей гостиной. Не шикарно, как у Елены, но очень симпатично
- Петь, как же мы удачно купили то, что я хотела. Какой цвет, просто то, что надо!
- Я к Богдану обещал зайти, он просил помочь. Ты не против? А лучше пойдём со мной, с женой познакомишься. Она сейчас там, я видел, когда машину в гараж загонял.
- Психологов я недолюбливаю, если честно. Но с тобой пойду, надо же увидеть, с кем рядом придется жить. Только мне минут пятнадцать надо, чтобы собраться.
Поля причесалась в ванной, накрасила ресницы и губы. «Новые знакомства всегда немного неловкие, да тут ещё подруга Елены. С той одни проблемы, не прибавилось бы новых».
Дом Богдана был побольше, чем Петин, но Поля считала его слишком простым, без стиля. Понятно, что купили почти готовый, теперь уже непонятно какой бы построили сами.
- Любопытно, что и кто там внутри! – вырвалось у Полины.
- Я не понял, что ты хочешь этим сказать? – удивился Петя, стуча в соседскую дверь.
- Ничего, мысли вслух от волнения. Наталью я не помню совсем.
Дверь открыла женщина в спортивном дорогом костюме. Худощавая, явно занимающаяся своей внешностью и здоровьем. Длинные волосы убраны в хвост, на лице почти нет косметики, но в привлекательности ей было не отказать. Поле хватило лишь одного её пронизывающего взгляда, чтобы понять, что подругами они никогда не станут.
- Добрый день, Пётр. Здравствуйте, Полина.
- И вам добрый, Наталья. Мы по приглашению Богдана…
- Некоторые без приглашения, - перебила мужа Поля. – Здравствуйте, Наташа.
Петя сразу ушел с Богданом наверх, а Наталья, не проронив ни слова, поглядывала на Полю. Наконец она прервала паузу: - На кухню? Вернее, туда, где она будет.
Молчала и Полина, кивнув в знак согласия. Ремонт ещё не подходил к концу, а явно застрял где-то на середине. На старом столике стоял обычный чайник и три кружки.
- Мою посуду пока на улице, так что кружки чистые. Присаживайтесь, Полина. Вы, говорят, и у Михаила уже в гостях побывали. Там ещё меньше сделано, чем у нас.
- Примерно так же. Да я и не знаю, будет ли он вообще там жить с его-то странностями.
- Да ни странный он, а скорее хитрый и меркантильный. Если бы вы знали, что он в молодости вытворял, то очень бы удивились. Теперь отец семейства, пастор, лекарь душ, господи прости.
Поля решила, что больше никого обсуждать не будет, на всякий случай.
- Кто-то должен и наркоманов лечить, пусть даже трудотерапией.
- Помог уже Денису, ничего не скажешь...
Но и хозяйка вдруг замолчала. Разговор явно не клеился, обе молча пили пустой чай.
- Вы знаете Дениса? – первой не выдержала Поля.
- Толком не знаю, но слышала от мужа эту историю.
- Согласна с вами, такого худенького парнишку нельзя заставлять много работать, его вначале вылечить надо.
Поля чуть не подавилась чаем от собственного озарения. Она только сейчас поняла, что Денис похож на кого-то с фотографий из розовой усадьбы.
- Простите, не в то горло пошло. Сейчас прокашляюсь… А Елену с Михаилом что связывает, не знаете случайно?
- Что вы, упаси Боже. Я про Елену ничего не знаю, мы едва знакомы.
«Так я тебе и поверила, старинная подруга молодости. Ты даже не спросила, о какой Елене я говорю и сразу в оборону. Значит, точно связывает их прошлое, если такая реакция у психолога, не просто связывает, а накрепко. Ну и соседи, клубок воспоминаний. Надо звать Таню в гости, больше никто мне не помоет этот клубок размотать».
Часть 2. Новый Год
Глава 1. Зима
С утра Поля решила помочь мужу чистить снег с дорожек. Петя отговаривал, но Полине хотелось подышать свежим воздухом и размяться. Потеплело. Мягкий и рыхлый снег красивыми сугробами окружил весь дом, всю улицу, да и весь город.
- Ну и теплынь в декабре, будто и не Сибирь, - улыбался Петя, помахивая широкой лопатой.
- Ещё бы давление от этого не прыгало, совсем бы хорошо было.
Уже месяц, как она не видела ни Елену, Ни Алису, да и ближайшие соседи сильно не беспокоили. Дом готовили к Новому Году, ждали гостей, тут не до соседей. В гости Поля ждала не только детей, но и свою сестру Таню с мужем.
- Петь, а Михаил так и не въехал, я смотрю. Тишина, только дядя Саша иногда толчется. И отопление не включили?
- Что-то не получилось, нынче опять пробовать будут. К празднику могут и успеть, если захотят. Зато Богдан уже гирлянды развешивает.
- Художник, он без цвета не может. Жена его, правда, совсем не художница. Сухарь какой-то, нет огня в глазах. Встретились в городе, она сквозь зубы поздоровалась и сразу отвернулась. Из соседей только те, что с кучей детей мне нравятся. У них шумно, зато весело.
Старенькая газель въехала на Верхнюю. Поля с Петей удивлённо наблюдали, куда же она повернёт. Машина затормозила у дома Михаила. За рулём сидел незнакомый Поле рабочий, а рядом дядя Саша.
- Здравствуйте, люди добрые!
Незнакомец первым вылез из машины и пошел к Полиному дому.
- Снегу навалило, дяде Саше на весь день работы.
Открытая улыбка и добрый взгляд понравились Поле.
- Здравствуйте. Вы Михаилу отопление подключать приехали?
- И отопление, и воду провёл, даже электричество. За расчётом приехал, праздник требует денег.
- Виталик, что ты к людям пристал. Пойдём, сейчас Миша приедет, - одёрнул работника дядя Саша. – Добрый день, добрый день.
- А куда мне торопиться, я успею. Ты иди, обои клей.
Виталий болтал с Петей, а Полина следила за дядей Сашей. Старик долго мялся у порога, но потом ушел, хлопнув дверью.
- Виталий, а как дела у Дениса? Вы не слышали, выздоровел ли он?
- Насколько я знаю, из больницы он вышел. Учится, скоро экзамены будет сдавать…
- А отравился он чем? – не унималась Поля.
Работник подошел поближе к Полине и шепотом произнёс: - Это странная история, мне кажется…
- Виталик, тебя долго ещё ждать?!
Полина повернула голову и увидела дядю Сашу рядом с собой. Он так тихо подошел, что она даже не услышала. Да и таким злым она его тоже видела впервые.
- А вы заходите к нам, когда расчёт получите. Я пирог испеку, - Поля спиной чувствовала удивлённый взгляд мужа.
- Зайду, я пироги очень люблю. Всё домашнее люблю.
- Тогда и борщ сварю, раз так. Часа через два всё будет готово.
Поставив в гараж лопату, Поля объяснилась с мужем: - Петь, я за мальчика сильно волнуюсь. Поест и уйдёт, тебе жалко?
- Нет, мне не жалко. Но любопытной Варваре… Никак не уймёшься ты с этой историей. Всё же хорошо закончилось, какая теперь твоя забота.
Но Поля помнила о тех фотографиях из усадьбы. Она готовила сегодня с особым усердием.
«Этот Виталик много наслушался, пока работал в доме. И почему его не было видно? Неужели из дома не выходил? Может он и простой человек, но поболтать явно любит. Слушая внимательно, всегда услышишь нужное слово».
Уже и борщ был готов, и пирог остывал на столе, а Виталик всё не приходил. Поля несколько раз смотрела в окна гостиной, но двери дома Михаила были плотно закрыты.
- Не придет. Петя, садись обедать, пока не остыло всё. Зря ты переживал, гостей не будет.
И только когда Поля уже мыла посуду, в дверь постучали. Петя пошел открывать, и уже издалека Поля услышала весёлый голос Виталика.
- Запахи райские, до кухни не дойду, умру от голода. Хозяйка, я пришел, раз приглашали.
Виталику на первый взгляд было лет сорок. Крепкие плечи и руки выдавали в нём человека, занимающегося физическим трудом. Под шапкой у него оказалась кудрявая шевелюра, давно толком не чесанная. Он старательно вымыл руки и уселся за стол. Пока Поля подавала борщ, гость уже успел рассказать всю свою биографию. У него росли сын и дочь, поэтому он разъезжает по городам Сибири, находит работу и неплохо зарабатывает. Несмотря на среднее образование, по словам Виталика, он бы мог собрать хоть космический корабль. Преодолевая любопытство Поля терпеливо слушала гостя.
- Представляете, однажды я заблудился в лесу и вышел к землянке. Там два мужика ночевали. Днём они травы собирали, потом сушили. Ещё ягоды всякие. В землянке той, как у Бабы-яги в избушке, по всем стенам пучки подвешены. А запах такой сказочный, сразу в сон тянет. Они мне дорогу показали и адрес Михаила дали, ему раз такой мастер, как я нужен был. Дом-то ему ребята строили, которых он от зависимости избавил. А я сам пить в двадцать пять лет бросил, не хочу и всё тут. Даже по праздникам…
Поля не выдержала: - Виталий, так что с Денисом? Какой травой он отравился?
Почему она спросила именно так, и сама не поняла, может из-за рассказа Виталика.
- Никто не знает, но «скорая» вовремя приехала. Его соседка, считай, спасла. Крик подняла, когда он сознание потерял. Полицейский прибежал и «скорую» вызвал.
- И как часто Елена в дом приходила? За солью забежала? – ухмыльнулась Поля.
- Я не видел. Я её вообще не видел никогда. Дядя Саша мне рассказал, как было, а я вам. История странная, я так и не понял, как можно отравиться, а никто не знает, чем. Мне кажется, что он что-то принимал, говорил, что таблетки.
Виталик уже начал утомлять Полину, а Петя давно ушел в гараж.
- Ну, спасибо! Наелся на три дня. Можно кусок пирога с собой, там дядя Саша голодный сидит. Вроде и женат, а будто и не кормят его дома.
- Я могу и борща ему налить, да как бы опять до «скорой» не дошло, - пошутила Полина.
- Давайте, этот точно не отравится, ест всякую дрянь.
Спровадив гостя, Поля присела на диван.
«И всё же непонятно, почему Елена ходила в дом Михаила. Если бы она ходила к Наталье, тут ясно – психику восстанавливает, но зачем ей пастор? Хуже нет привычки, когда хочется решить задачку, а она не решается. И пока не решится, будет мучить. До ответа далеко, а может и исходные данные не верны».
Глава 2. Песнопения
За два дня до Нового Года Поля пребывала в прекрасном настроении, пока не услышала странные звуки, исходящие из дома Михаила. Сходить и спросить, что там происходит, Поле не хотелось, но звуки раздражали и пугали. И хотя на улице ещё было светло, но идти в чужой дом после всех событий – это уже слишком.
Потерпев час, Полина накинула пальто и вышла на улицу. Медленно проходя по Верхней улице мимо дома соседа, она ничего интересного не обнаружила. Звуки стали тише, но протяжнее и казались совсем неестественными. На какое-то время всё затихло, и Поля решила вернуться в дом и понаблюдать из окна.
Уже почти стемнело, когда небольшая группа людей вышла из дома пастора, последним вышел и он сам.
Поля бросилась в прихожую, обуваясь и одеваясь в спешке, она даже не надела шапку и выбежала из дома.
Толпа почти разошлась, только Михаил на заднем крыльце разговаривал с подростком. Остановившись, Поля немного подождала, вдохнула воздуха и подошла к соседу.
- Извините, если помешаю, но мне хочется спросить, что это сейчас было.
Подросток набросил на голову капюшон куртки и быстро зашагал прочь.
- Полина, а что собственно случилось, чем вы недовольны?
- Я не знаю ваши методы, но звуки, я вам скажу, очень неприятные. Что вы поёте, если не секрет?
Уставившись на Полину, Михаил молчал. При свете фонаря, светившего прямо в лицо пастора, не трудно было заметить, что он злился.
- А вам какое дело?
- Здрасьте, приехали! Мне это слушать придется, видимо часто.
- Вот и слушайте. В своём доме я делаю, что хочу. Хочу петь – пою!
Раскрыв было рот, Полина не нашлась что сказать.
«А и правда, какое я имею право ему запрещать? Свобода вероисповедания у нас не запрещена, а он не террорист и не бандит. Иногда чужая свобода хуже горькой редьки».
- Вы поймите, Михаил Львович, ваши методы мне кажутся странными и опасными. Имею я право сомневаться?
- Я вас не спрашиваю, каким Богам вы молитесь, и вы мне не судья. Людям помощь нужна, любая, лишь бы вернуть себе нормальную жизнь.
- Хорошо, тогда зайду с другой стороны. Многим помог ваш метод?
- Не всем, но большинству, - смягчился и пастор. – Мантры мы поём, призываем Всевышнего на помощь заблудшим, на воздержание от искушения.
- О, красиво! Своё видение или чьё-то?
- До своего ещё не дорос. Сам страдал от алкоголизма, нашлись нужные люди, научили. Теперь моя очередь помогать. В городе полно больных, да вы и сами знаете.
- И Елену лечили? – Поля нервно улыбалась, не надеясь на правду.
Михаил вытер лоб рукой, будто отводя от себя вопрос.
- Какую Елену, много было Елен.
- Согласна, имя не редкое. У меня самой две подруги Лены. Но я спрашиваю о нашей соседке из розовой усадьбы.
- С ней я мало знаком, - Михаил перевёл взгляд на огромный сугроб.
- Она же вашего Дениса спасла, и вы с ней долго разговаривали.
Пастор пнул ногой снег, Полина сделала шаг назад.
- Уважаемая Полина, я очень занят, меня семья ждёт. Пойду, пожалуй. А кто ко мне на стройку заходил и зачем, меня не сильно волнует. Вы ведь тоже заходили?
- А где ваша семья, - не ответила на вопрос Полина, понимая, что разговор заканчивается. – Или вы дом для больных строили, а не для них. Мне ведь не всё равно с кем я рядом буду жить. Тем более и заборов ещё никто не построил.
- Моя семья всё понимает и принимает, и только их касается, чем я занимаюсь. Это вы бездельничаете, а я тружусь с утра до ночи. И Наталья клиентов в дом приводит, вы и к ней претензии предъявлять будете? Откройте курсы по вязанию, и у вас будут клиенты, тогда от других отстанете.
Михаил резко повернулся, зашел в дом и громко хлопнул дверью.
«И Наташа знает Елену, но врёт, и этот тоже. Компания интересная, главное необычная. Ладно, в Новый Год специально всех гостей попрошу выйти из дома и громко спеть. Зять Коля баян привезёт, мы им русские народные исполним, на всю Ивановскую. Тем более, ничего так хорошо не лечит душу, как русская песня, без всяких там мантр».
Реакции мужа на жалобы от слушания песнопений Поля не дождалась.
- Включай телевизор громче и не слушай. Соседей не выбирают, сама знаешь. Не помнишь, как у нас в подъезде на седьмом этаже орали, но ты спокойней к этому относилась.
- Сильно воют, Петь, жутко становится.
- Да пусть воют, коль охота.
До самого сна Поля не могла успокоиться. Она перекладывала подарки под нарядной ёлкой, варила овощи на зимний салат, завела тесто, но так и не решила для себя – права она или нет.
«Привычка считать всех, кто живёт иначе – ненормальными, есть у каждого, даже у детей. Но именно привычки сближают, определяя людей по нишам. Курильщики всегда хорошо общаются, хотя это и дурная привычка. Может и прав Михаил, надо создать клуб по вязанию или рисованию. И разговоров хватит, и душе веселей».
Глава 3. Подарки
Петя шел впереди с четырьмя пакетами, набитыми доверху угощениями к новогоднему столу. Муж никогда не позволял Поле носить тяжести. Да и Поля сама не особо к этому стремилась. Большой супермаркет гудел, как улей. Шутка ли - тридцатое декабря. Последний вечер в году, когда ещё можно успеть купить подарки. Завтра с утра готовка праздничного стола, уже не до беготни.
Длинный, ярко украшенный вестибюль торгового центра превратился в улицу, по которой нескончаемым потоком шли люди. Полине нравилась эта суета, лица у всех покупателей светились предвкушением радости праздника. Коробки с подарками и пакеты с продуктами люди несли как-то особенно, даже торжественно. Полю задевали плечами, толкали в спину, но сегодня это не раздражало, а наоборот, соединяло её невидимой нитью предчувствия встреч и веселья. Она давно заметила в толпе Елену, идущую навстречу. Дама была прекрасно причёсана, одетая в белую шубу и красный шарф. Впервые Поля увидела Елену ухоженной и даже шикарной.
Рядом с ней шла Алиса в коротком полушубке и домработница Соня, нагруженная до отказу. Хозяйки тоже несли яркие и блестящие коробки, о чём-то весело переговариваясь.
Решив поздравить соседок с праздником, Поля ускорила шаг. Она появилась прямо перед старыми знакомыми со счастливой улыбкой: - С наступающим, дамы!
Все трое ответили ей не менее счастливой улыбкой.
- И вас, Полина, с наступающим! – первой откликнулась Елена.
«Ведь может быть нормальной, если захочет. Глаза счастливые, трезвые. Неужели за ум взялась? Что же случилось за этот месяц? Вот так и пропустишь самое интересное, не веря, что оно может произойти».
Поздравили Полю и Алиса с Соней, но больше сказать всем было нечего. Поля оглянулась на мужа.
- Петь, давай скорей, здесь так жарко, что хоть в обморок падай. Счастья вам, удачи, любви, - скороговоркой проговорила Поля, отходя от соседок. – Спешим, завтра у нас гости. А у вас?
- И у нас гости! – улыбалась Алиса, и вам счастья!
Подъезжая к дому, Полина залюбовалась разноцветными гирляндами, украсившими дома на Верхней улице.
- Как в кино, Петь. Какой ты всё-таки молодец, что дом построил. Подумаешь, с соседями пока не общаемся, они тоже к нам ещё не привыкли. Но ведь умеют люди радоваться, если такую красоту навели.
Полина разбирала продукты. Уже через несколько часов приедет Таня с мужем, завтра появятся дети и дом наполнится настоящим счастьем. Петя растопит камин и любимые голоса, и смех превратят дом в сказочный дворец. Ради таких дней стоит жить.
«Жить от праздника к празднику, от встреч до встреч – нормальная привычка. Пусть кто-то скажет, что нужно любить каждый прожитый день. Нужно, но невозможно. Любить можно только те дни, когда душа лежит на облаке радости, плавно паря над землёй».
- Ну, показывайте ваш дом, - Таня первой переступила порог, держа в обеих руках по огромному кулю.
- Танечка, ура, вы приехали! – Поля обняла сестру, не дав ей раздеться.
- Петь, помоги Кольке машину разгрузить. Мы вам и картошки привезли, и солений всяких.
Таня опустила свои кули на пол и начала раздеваться: - Ехали, ехали, снегом всё завалило. Но красиво, глаз не отвести. Давай, показывай, где твоя кухня.
Поля попыталась взять один из кулей, но с трудом лишь передвинула его. Оставив его в прихожей, Поля бросилась показывать сестре свой дом.
- Вот, смотри, как мы тут обитаем. Я довольна, только соседи чуть подкачали.
- Соседей дают для самовоспитания, как и мужей. Куда ставить банки?
- А давай пока в холодильник, сколько влезет. Остальные Петя в подвал спустит. Тань, подожди минутку…
- Что ты там увидела в окне, привидение?
- Денис! Ругается, вроде.
- Какой Денис? Кто с кем опять ругается?
- Убежал… Ладно, поедим и я тебе одну историю расскажу, детективную.
- Ага, опять надеешься на приключение со счастливым концом. Два раза счастливый билет не выпадает. Дом построили и успокойся.
Коля с Петей занесли на кухню ещё два куля, три коробки и пакеты.
- Что-то маловато, - засмеялась Поля. – Весь погреб обчистили?
- Я столько насолила, что два года не съесть. У тебя же дети, всем и раздашь.
- Ну, уж нет, твои соленья я никому не отдам, - Петя даже подвинул одну коробку под стол, - сам всё съем.
Вечер пролетел быстро. Мужчины обсуждали проблему дров для камина, а сёстры поднялись на второй этаж в спальню.
- Тань, мне не терпится тебе рассказать о соседях. Ты приляг, а я быстро, в двух словах. Сейчас чай принесу, и начнём.
- Не забудь пару конфет. Кровать-то у тебя царская, так спать и хочется на ней.
- Да ну тебя, обычная. Хотя удобная, не спорю.
Поля принесла в спальню две чашки чаю и вазочку с конфетами. Описывая соседей во всех красках, она заметила, что сестра её не слушает, а уже давно дремлет.
- Так вот, этот Денис, отравленный, сегодня с Михаилом ругался, когда вы приехали. Кто и чем его отравил, я не знаю, но главное не знаю – зачем.
- Поль – бормотала полусонная Татьяна, - давай завтра обсудим твоих соседей. Я рано встала, в пять утра.
- Давай, спи. На этой кровати и спите, я в кабинет пойду.
Глава 4. Новый Год
Предпраздничная суета началась. Таня, по привычке поднялась рано и, не стесняясь всех разбудить, взялась за приготовление завтрака. Шум и громкие звуки на кухне ещё позволяли поваляться в кроватях, но, когда по дому разнёсся запах свежей выпечки, все по очереди потянулись в кухню.
- Булочки сейчас дойдут, ешьте пирожки, в сметану макайте, - распоряжалась Таня. – У тебя, Поль, всё тут удобно, но я не нашла изюма и орехов на торт, да, ещё ванилина.
- Наверху лежат, вон в том шкафчике.
- Доставай, сначала спечём торт, а потом займёмся салатами и мясом.
К обеду приехали дети и внучка. Дом ожил, заполнившись голосами доверху. В ванной плескалась дочь, сын включил музыку, а внучка пыталась помочь Тане, путаясь под ногами.
- Дед, погуляй с ребёнком, украсьте ёлочку во дворе. Да на все деревья игрушки развесьте.
Стол заполнялся яствами, напитками и новой посудой.
- Ты прямо как богачка, всё у тебя новое.
- Ты не знаешь, как настоящая посуда выглядит, чтобы ты сказала, когда увидела сервировку стола в розовой усадьбе. Ох, Тань, это такая красота.
Мелькала гирляндой искусственная домашняя ёлка, мужчины привели счастливую внучку с прогулки, растопили камин, и праздник уютно расположился по всему дому.
- Не жизнь – сказка, - улыбалась довольная Таня.
- Может и год удачно сложится, хорошо на душе.
К десяти вечера сёстры переоделись в праздничные платья и пригласили всех к столу.
- За уходящий! – крикнул Коля, и звон бокалов разогнал последнюю суету прошлого года.
Под бой курантов выпили шампанское, за столом уже не сиделось. Только внучка, набегавшись, уснула на диване, обнимая нового медведя.
- Давайте за Петю! Такой дом построил, я бы не смог! – не унимался Николай, и без того изрядно подвыпивший. Он уже достал баян, собираясь после тоста спеть.
- Пошли соседей баламутить, споём на всю улицу, - Поля ждала этого момента, предвкушая реакцию пастора.
Собрались быстро, наспех застёгивая шубы. Коля начал петь, ещё не спустившись с крыльца. Таня подхватила, и весёлая русская песня понеслась по всей Верхней улице. Не останавливаясь, баянист пел и пел, Таня даже начала приплясывать. Полина стеснялась, но недолго, плясать на свежем морозном воздухе оказалось забавно. Уже пели частушки, кто что помнил.
Первым из своего дома вышел Михаил. Худенькая женщина, вышедшая за ним, держала на руках ребёнка. На удивление Поли, Михаил подошел к Тане и тоже начал приплясывать. Подтянулись и другие соседи. Весёлый гул, как магнит, тянул к себе жителей домов. Когда в толпу танцующих ворвалась Елена, Поля не поверила своим глазам. Дама не только танцевала, но и пела частушки. Таня сразу почувствовала соперницу и спела громче и задиристей. Елена не отставала, у неё оказался очень красивый и сильный голос. Народ смеялся и хлопал. Поля увидела и Алису, держащую под руку Дениса.
«Парочка! Он точно не жених, тогда кто? На праздник к чужим не ходят. Пожалели сироту и приручили? Не ему ли они несли ту гору подарков? Да хоть и ему, пусть счастья хватает на всех, пусть хватает».
Веселье, продлившееся часа полтора, затихло лишь тогда, когда баянист сел на крыльцо и устало опустил баян. В прекрасном настроении все соседи уходили по домам.
- Милости просим в гости, завтра же, - приглашала Таню Елена, обняв её за талию.
- Зайдём, непременно. Правда, Поля?
- Завтра? А как же дети?
- Дети твои завтра уедут, а мы в гости, - не могла угомониться Таня.
- Как хочешь, завтра, так завтра. А Денис у вас празднует? Порозовел мальчик, очень за него рада.
- И Денис у нас гостит, у нас теперь сплошной праздник.
Поле показалось, что Елена искренне радуется, да и на пьяную она похожа не была. В её словах впервые не чувствовалось высокомерия. Поля потянула Таню за рукав.
- Нам пора, я что-то замёрзла.
- Тань, это же та особа из розовой усадьбы. Вроде дама, а частушки поёт, как деревенская. И дочь её пришла с Денисом. Я тебе вчера о нём рассказывала. Его и отравили.
- Ничего не поняла. Тётка как тётка, весёлая. Я вчера спала почти, когда ты мне о них рассказывала. Пошли мыть посуду, подробности я сейчас тоже не пойму.
- И ты к ней собралась, впервые увидев?
- Но ты же там уже была, посуду расхваливала. И я посуду посмотрю, где такую ещё увидишь. Сходим, чего сидеть. Завтра мужики весь день будут валяться на диване, а еды ещё на три дня хватит.
Дом уснул к шести утра нового года. Не спала только Полина. Подойдя к окну своей спальни, она любовалась снегом в свете фонаря.
«Проще надо быть, сто раз сама себе это говорила. Тане достаточно вместе песню спеть – уже не чужой человек. И плевать ей, что у человека за душой, если он поёт ей. И поёт весело. Хорошие соседи, зря я так себя настроила. Значит сама такая, раз не нашла общего языка. Доверие и искренность - лучшие проводники к чужим душам».
Таня несла пирог впереди себя, хотя ей это было не очень удобно. От помощи она отказалась, заявив, что идти десять шагов. Но идти пришлось в гору, и Таня явно устала.
- Какого чёрта надо было такой огромный пирог печь?
- А надо было кусочек? Поль, ты как-то не особо хочешь к ним в гости, я смотрю. Ну, давай не пойдём.
- Нет уж, почти дошли. Там есть что посмотреть. Это, конечно, не дом Серебряковой, но в чём-то даже лучше. Особенно галерея!
- Там что, скелеты? – засмеялась Таня. – Ты так это сказала, будто там чудо из чудес.
Таня пыталась ногой открыть калитку, но она даже не шевельнулась.
- Там вазы и карты.
- Ладно, звони уже, руки отваливаются. Интересно, а ждут ли нас хозяева?
Поля нажала кнопку звонка, и почти сразу калитка открылась. Навстречу сёстрам бежала улыбающаяся Соня.
- Радость-то у нас, Полина, сынок нашелся у хозяйки! – причитала Соня, пропуская Таню с пирогом вперёд. – Она не пьёт уже неделю, ни капельки!
Глава 5. Мама
Не замедляя шаг, Таня уже поднялась на крыльцо розовой усадьбы, а вот Полина не могла сдвинуться с места.
- Соня, Денис что ли сынок?
- Он, красавец…
Входные двери открылись, и сама Елена предстала перед гостями. Пожалуй, сейчас можно было понять какой прекрасной была Елена, да вот премудрой похоже не была. Помолодевшая, одетая в скромный брючный костюм, дама расплылась в благодушной улыбке: - Здравствуйте, первые гости этого года!
Елена открыла двери настежь, но пирог из рук Тани не взяла.
Быстро спохватившись, Соня приняла пирог у гостьи и ушла на кухню.
- Раздевайтесь, Татьяна, я вам дом покажу. Сестра ваша уже видела, но я тогда болела, ничего ей толком не рассказала.
«Когда Таня уже успела представиться? Но Елена хороша, врёт и не краснеет. Ничего себе – болела. С похмелья была, так бы и сказала. Да что я опять, кто хочет выставлять свои вредные привычки напоказ. Впереди нас идут достоинства, прикрывая недостатки. Я и сама бы на её месте правду не сказала».
- Посмотрим, а потом сразу обедать.
- Мы сыты, - огрызнулась Поля, но не стала больше ничего говорить, наблюдая за сестрой. Таня оглядывала дом с нескрываемым восхищением, особенно белую лестницу, ведущую наверх.
- У вас тут сокровища хранятся, Поля мне два дня рассказывала.
Елена слегка нахмурилась, но быстро собралась: - Нарисованные сокровища так Полину восхитили? Муж от нечего делать собирал, любил историю, хобби у него такое было. А я на память сохранила. Пошли, посмотрим, раз вам интересно.
Но Таня уже сама поднималась по лестнице, не дожидаясь особого приглашения. Но карты и вазы Таню не вдохновили, а вот убранство спален восхитило: - Сколько денег вложено!
- Много, Татьяна. Это настоящая роскошь. Но это Алиса старалась. Ей отец богатства оставил. Он и проект дома заранее заказал, и этот розовый цвет выбрал, как для принцессы. Очень он хотел на совершеннолетие этот дом ей подарить. Пришлось ей самой всем заниматься, пока я лечилась. Она для меня делала, я знаю.
В гостиной за обеденным столом уже сидели Алиса и Денис. Полине больше всего сейчас хотелось спросить, каким же чудесным образом Денис оказался сыном Елены. Почему он рос в детдоме?
«При мальчике не спросишь, но если не узнаю, то лопну от любопытства. Щёки-то как порозовели, но глаза грустные. Алиса старается ему угодить, Елена летает от счастья, а он сидит себе тихонько, как чужой. Нет у него привычки к роскоши, а значит пока ему неуютно. Возможно, и искренности нет в их отношениях. Как знать, что он сейчас думает».
Пообедав молча, Денис вышел из-за стола первым, за ним поднялась и Алиса.
- Спасибо, мама, - тихо произнёс юноша.
Полину передёрнуло. «Так маме не говорят, маме иногда спасибо за обед забывают сказать, всё само собой».
Одно Полина поняла – Денис на мать немного похож, но глаза у него были другие. Новоявленного сына уже приодели: спортивный дорогой костюм сидел на нём отлично.
- Мамочка, мы с Денисом уедем. Прокатимся до базы, на снегоходах погоняем. Там и ёлка, и горки, и молодёжи полно.
- Только ненадолго, - умоляюще попросила Елена.
- Да пусть катаются, сегодня погода подходящая, - не смогла промолчать Таня.
Дети ушли, и Елена заметно погрустнела. Только Таня, испробовав все угощения, прибывала в прекрасном настроении. Она попросила Соню записать ей пару рецептов, которые даже ей были неизвестны. Они отошли от стола, и Поля вопросительно уставилась на хозяйку.
- Знаю, не спрашивайте. Откуда сын и где я была, когда он рос один. Сама расскажу, с духом соберусь.
- Елена, да вы не волнуйтесь, можете и не рассказывать. Мало ли как жизнь складывается.
- Нет, нет, расскажу. Мой муж покойный, как только перестройка началась, оказался очень удачливым в делах. Начинали с киоска, а потом деньги будто прилипали к нему. Все продукты в город он с друзьями привозил, магазины открыли. Потом эти друзья всё и забрали, когда его не стало. Только Алисин счёт не смогли. Оказались мы с дочкой в двухкомнатной хрущёвке. Без гроша в кармане…
- Так его убили? – вырвалось у Полины.
- Кого убили? – Таня влезла в разговор, без всякого стеснения.
- Никто мужа не убивал. Он на мотоцикле разбился. Мы с ним в тот вечер поругались, вот он и гонял по городу. Банально врезался в столб и сразу насмерть.
- Ох, батюшки, как жалко, - вздохнула Таня.
- Мы с Алиской выживали трудно. Мои родители в деревне, там тоже мало было хорошего.
- Ваши родители деревенские? – откровенно удивилась Таня.
- Сосланные, их предки ещё после войны с Наполеоном туда попали. Вадим, муж мой туда с отцом приехал и меня встретил… но я о сыне. Пила, не скрываю. Жизнь, будто остановилась. С кем спала, сама не ведала. Стыдно говорить, но раз уж начала. Только Алиса меня останавливала, а то я за мужем бы и отправилась. Забеременела, в роддоме оставила… вот такая страшная история. Сволочь я, Татьяна, хотя и частушки хорошо пою.
Почему Елена решила исповедоваться именно Тане, Полина не поняла. «Может, песни её так настроили или время пришло кому-то всё рассказать? А вдруг это театр? Как же порой трудно отличить, где мы душу раскрываем, а где издеваемся над присутствующими».
- А недавно узнала, что сын мой у Михаила подрабатывает. Ему нельзя, болеет часто мальчик. Малокровие. Теперь у нас будет жить, вылечим. На море поедем надолго.
- В храм ходила? – Таня сделалась серьёзной.
- Ходила. Как протрезвлялась, так бегала.
- Ещё иди, почаще ходи.
Таня встала: - Пора нам. Мужчины заждались. Благодарствуйте за вкусный обед.
Елена, выговорившись, тоже явно тяготилась гостями.
Проводив сестёр до калитки, Соня тихонько шепнула Поле: - Да вы сильно-то ей не верьте. Не так всё было, кое о чём умолчала хозяйка».
Глава 6. Второй пирог
- Пора, Поль. Коля итак подменился на день, кто хочет в праздник работать.
- Как всегда, не успела приехать, уже уезжаешь. Потом до лета не увидимся. Погостили бы ещё денёк.
Громкие крики с улицы прервали разговор сестёр.
-Убью, - кричал мужчина, - задушу скотину.
Не одеваясь сёстры выскочили на крыльцо. Возле дома Михаила прямо на снегу барахтались двое Полиных знакомых: дядя Саша и пастор. Из-за спины Поли выглянул Петя и сразу бросился разнимать дерущихся. К нему присоединился и Коля.
Пытаясь растащить мужчин, спасители увёртывались от ударов. Наконец удалось отцепить руки Михаила от куртки дяди Саши.
- Ничего, я тебя найду. Будет тебе чаепитие с травками, - Михаил дрожал от злости.
- Дурак, я-то тут причём, я сам этот чай пил.
- А сыну что подсыпал? Отраву? Я ещё тебя прикрывал от тюрьмы, уголовник.
- Чьего сына? – опомнилась Полина. Чей сын Денис, ваш тоже?
- Мой сын, мой!
- Так он же у Елены теперь живёт, мамой её называет. Вы все решили бедного Дениса усыновить?
- Какое ваше дело, Полина. Сами разберёмся, кто с кем будет жить. В крови редкий яд нашли, в Москве анализы проверяли. Мало того, что малокровие, ещё и яду добавил, урод.
Дядя Саша отряхивал снег с куртки и штанов. И его руки тряслись, трудно ему было бороться с человеком, моложе его лет на двадцать.
- Сам ты ублюдок! Я его несколько раз спасал, когда он сознание терял. Зачем мне его травить?
Только сейчас Поля заметила, с каким интересом Таня слушала этот диалог. Когда дядя Саша ушел, Таня сама подошла к Михаилу: - Общий сын-то у вас с Еленой? Его надо вылечить, окрестить, батюшку ему найти. Я видела у вас дочь маленькая, вам есть, для кого жить.
- И вы не в своё дело лезете, уважаемая. Поезжайте, откуда приехали и забудьте о нас навсегда, - Михаил посмотрел на Таню злым взглядом и ушел к себе в дом.
Мужья уже давно ушли с улицы, а сёстры только сейчас поняли, как замёрзли. Заходя на кухню, Поля предложила всем коньяку с лимоном для снятия стресса.
- Я же за рулём, - удивился Коля.
- Не поедем сегодня, завтра пораньше отправимся. Один раз живём, родных почти не видим.
- Тогда мы расслабимся, - обрадовался Николай, - так неохота было ехать сегодня.
Таня поднималась наверх с рюмкой коньяка, поманив за собой Полину.
- Пошли, у меня в сумке заначка, пара вкуснейших конфет. На дорогу оставила, но тут у тебя прямо кино.
Обрадовавшись, что сестра остаётся, Поля последовала за ней почти бегом.
Сидя на кровати, Таня первой начала говорить: - Пока не узнаю, кто тут родитель, а кто нет – не уеду. Как думаешь, кто может знать правду?
- Кто знает, к тому я идти не хочу. Соседний дом справа видела? Там живут Богдан и Наталья. Она всю жизнь помогала Елене, она точно знает.
- Пойдём, - отпив глоток коньяка, поднялась Таня. – Сейчас ещё один пирог спеку и в гости. Прикинемся хорошими соседями, снегурочками.
- Она хитрей, чем ты думаешь. Я всегда психологов побаивалась. Они человека на раз, два по полочкам раскладывают, как товар в магазине.
- Ничего лучше народной смекалки не придумали пока. Горячий пирог и кто может не пустить к себе таких гостей?
Полине очень не хотелось идти к Наталье, но без Тани она точно не узнает ничего об этих странных родителях несчастного мальчика.
«Что стало бы с людьми, если бы у них не было простого любопытства? Вымерли бы, никаких открытий, сплошной «день сурка». Страшновато, конечно, когда ломаешь привычки и лезешь на рожон, но так заманчиво идти вслед за любопытством, не зная куда, не зная зачем. В сказках-то обычно это хорошо заканчивается, а в жизни можно получить по лбу».
Не прошло и часа, как большой яблочный пирог лежал на подносе в руках у Тани.
- Коль, мы к соседям, а вы через полчаса достаньте из духовки такой же пирог и чай пейте.
- А если мы забудем? – недовольным голосом с дивана откликнулся Николай. – Может, подождёте немного.
- Если забудете, то горелый есть будете. Петь, ты проследить сможешь?
- Не уверен, Танечка.
Таня на секунду остановилась на выходе из кухни, но тут же пошла дальше.
- Одеваться. Я им позвоню оттуда. Начнут фильм смотреть, точно забудут.
- Тань, да на духовке таймер есть, я поставлю тридцать минут и никаких проблем.
То, что сестра на этот раз волнуется, Полина поняла, когда начали одеваться. Чтобы Таня молчала, как перед поединком – такого Поля не помнила. На этот раз поднос с пирогом взяла на руки Полина, Таню хозяйка не знала совсем.
Открыла дверь сама Наталья. Она лишь чуть приподняла брови и растянула губы в принуждённой улыбке.
- Неожиданно. Спасибо, Полина, запах от пирога аппетитный. Проходите, только не разувайтесь.
- Татьяна, - представилась Таня, - Полинина сестра, празднуем Новый Год в новом доме.
- Очень приятно, но не обессудьте, ремонт не закончен, денег не хватает, - Наталья говорила спокойно, без эмоций.
– Две квартиры проданы, а недострой так и остался недостроем. На отделку такая уйма средств нужна, заработать невозможно.
Танин пирог явно подействовал, но Поля решила, что начать спрашивать пока рано. Пусть Таня сыграет свою «скрипку», тогда можно и в «тарелки ударить».
- Чай у вас необычный, - нахваливала Таня. – У меня нюх особенный, как и группа крови.
- Как нюх от группы крови зависит? – удивилась Наталья, а может и сделала вид, что удивилась. Она разливала чай по большим, старинным кружкам. Это уже были не те скромные кружечки, из которых первый раз угощали Полю в этом доме.
- Возможно такой аромат и от чайника, форма особенная, - тоже заметила необычную посуду Таня.
- Всё может быть, - присела на стул и хозяйка.
Она взяла в руки кусок пирога, даже не положив его в тарелку.
- Вот чего никогда не умела, так печь пироги. Из-за этого люблю их больше всего.
- А что умеете? – хитро спросила Таня, огорошив Полю таким вопросом.
Но и Наталья не растерялась: - Умею выводить людей из состояния депрессии, но вам это явно ненужно, Татьяна.
- Пока нам не нужно, но кто знает, что завтра произойдёт. У Елены в гостях уже бывали? Там посуда шикарная, не видела никогда такой. Да и мебель, и ремонт, всё по высшему классу. У неё всего полно, а нервы ни к чёрту. Вы случайно не знаете, откуда у неё сын Денис появился? Ваш сосед Михаил с утра кричал, что это и его сын.
Наталья не только не ожидала такого вопроса, но он её, безусловно, сильно напугал.
- Какой Денис, какой Михаил?
- Михаил, сосед ваш, - как ни в чём не бывало, продолжала Таня.
- Вам Богдан наверняка рассказывал о них, он много знает.
Хозяйка поднялась со стула: - Так вы за этим сюда пришли, узнать чей сын? Забирайте свой пирог и до свидания!
- Такое ощущение, что он и ваш родственник, - огрызнулась Таня, поняв, что поединок она проиграла вчистую.
- Зачем говорить глупости? – тон хозяйки очень изменился. – Нашла своего сынка Элен, так и пусть радуется. Сколько она мне нервов извела, только я знаю.
- Сколько? – подскочила и Таня, почуяв близость победы.
Но ответ Натальи поразил сестёр.
- Платите за сеанс, я вам расскажу.
Поля встала между Таней и Натальей, что ей подсказывало, что Таня не промолчит. Но сестра нашла, что ответить.
- Мы не знаем ваши расценки, уважаемая. Я скоро уезжаю, Поля вам заплатит. Извините, если наступили вам на больное место. Но я думаю, что если человеку скрывать нечего, то он расскажет всё первому встречному. А если он кричит или обманывает – то скрывать есть что. Психология.
- Вы, Татьяна, - как-то быстро успокоилась Наталья, - правы. Но я ничем не могу успокоить ваше любопытство. Елена у меня лечилась много лет, это многие знают. Но никаких подробностей я сообщить не могу, врачебная тайна, сами понимаете.
- Даже за деньги? – не унималась Таня.
- Чтобы такое рассказывать, нужны большие деньги, у вас таких нет.
Глава 7. Сведения
Мужья ели горячий пирог, сидя у телевизора. Таня даже не взглянула в их сторону, только поставила на плиту турку.
- Мегера! Ты была права, всё знает, но не скажет.
- Тань, ей же нельзя. Хотя про деньги она не просто так кричала. Любит она деньги, не хватает ей.
- Все любят, даже я. Не в этом дело, они явно хорошо знакомы, да злится она на Елену за что-то. Как она сказала – Элен! С таким презрением, не как о клиентке.
- И чего ей не хватает? И муж приличный, хоть и лысый, и дом неплохой. Неужели завидует?
Сёстры начали смеяться, и всё напряжение от посещения соседки улетучилось.
- Вы чего? Над нами смеётесь? – Коля приподнялся с дивана.
- Над вами мы уже отсмеялись. Тут экземпляр поинтересней нашелся.
Поднялся и Петя: - Поль, а ты знаешь, что Богдан на неделю уехал? Как вы сходили к его жене, ты же её не любишь?
- Уехал? А когда, вчера я его видела.
- Утром сегодня я выходил снег почистить, а он в машину садился. Попросил помочь Наталье, если что. Вроде к сыну поехал.
- От такой мегеры и в праздники сбежишь, - вставила своё слово и Таня.
- Тихая, интеллигентная женщина, что вы обе на неё взъелись?
- Петя, ты ещё сходи к ней на сеанс, она тебя оберёт, как настоящая интеллигентка.
Поля обиделась на мужа. Хотя она и сама понимала, что пристаёт к Наталье, но терпеть не могла людей, считающих себя всезнающими.
Вечером опять пошел снег. Во дворе стало по-зимнему уютно. Дрова в камине потрескивали, и все проблему уходили вместе с дымом в каминную трубу.
- Хорошо, - призналась Таня. – Не хочется ни о чём думать, но думается. У тебя же есть подруга Лена, она всегда обо всё в городе знает. А уж твои соседи точно где-то засветились.
- Давай позовём её в гости, но только я уже устала от разборок. Если знает, то скажет, больше я с ними не связываюсь.
Подруга Полины Лена в новогодние праздники любила отдыхать за городом. Поля не была уверена, что она откликнется, но бодрый низкий голос развеял сомнения.
- С Новый Годом, Полечка! Когда приеду? Как позовёшь, так сразу. Таня в гостях? Так что ты молчишь, быстро накрывайте стол, лечу!
Долго ждать не пришлось. Лена «большая» появилась в доме с подарками и поздравлениями. Смущённый Петя с удовольствием утонул в её объятьях, Николаю Лена широко улыбнулась.
- Ты как всегда, - радовалась гостье Поля, - и Дед Мороз и Снегурочка в одном лице.
Лена нахваливала пироги, соленья, салаты и всех присутствующих. А сёстры уже с нетерпением ждали, когда мужчины опять переместятся на диван.
- Лен, у нас к тебе вопрос, - Поля переглядывалась с сестрой, не зная, как начать.
- Только не говорите, что ввязались в историю, опять надо куда-то ехать и кого-то спасать? Я так хорошо сижу, с места не тронусь.
- Мы не ввязывались, но это же соседи. Как жить, если они врут на каждом слове. Тем более, если по соседству травят мальчика, а потом он оказывается их сыном.
- Ага, а вам не всё равно?
- Леночка, тебе никуда идти не надо, разве только в прошлое.
- Сейчас съем ещё один кусочек, тогда и в молодость можно вернуться. А что, весёлое было время, девочки.
Таня уже устроилась поудобней и приготовилась слушать.
- Вкусно! Так что и кто вас именно интересует?
- Слева от нас дом пастора Михаила, так мы его с Петей называем. Твой ровесник. Говорят, в молодости очень гулящий был, разгильдяй. А теперь алкоголиков лечит силой молитв и трудотерапией.
- Мишка? Знаю эту историю перерождения, сама смеялась, когда услышала. Гулял в 90-е сильно, ни одной бабы, извините, мимо не пропускал. Днём дома строил для новых русских, а вечером все деньги спускал. Так веселился, что и в драке его чуть не убили, и до белой горячки почти доходил.
- Понятно, а могли у него тогда дети появиться?
- Почему бы и нет, дети часто неожиданно появляются. Время-то злое было, жалости ни у кого не было. Если и были дети, то он бы не стал их признавать, отбрехался бы сразу.
Полина пыталась представить Михаила ловеласом, но это у неё плохо получалось. Симпатичный, конечно, мужчина, но не жгучий красавец.
- Ну, а Елена прекрасная, лет на десять его постарше, могла быть его подругой?
- Если ты меня имеешь в виду, то нет, - засмеялась Леночка. – Любовницей любая могла бы быть, хоть старше, хоть младше.
- Лен, вспомни. Была такая Элен, моего примерно возраста. Красивая, породистая, с маленькой дочкой. У неё муж богатый на мотоцикле разбился.
Подруга перестала улыбаться и задумалась: - Историю с гибелью местного богатея я знаю, весь город гудел. Всё сплетни ходили, что его убили конкуренты. Это только ты, Полина, вечно в небесах витаешь, ничего не слышишь, пока тебя не коснётся. Между прочим, он погиб совсем рядом с твоим бывшим домом, где ты двадцать пять лет прожила.
- Да я же в школе работала, с детьми разве будешь слушать всякие сплетни. Что-то смутно припоминаю…
- И я смутно. Времена тоже смутные были. Молодёжь пила спирт «рояль», травились постоянно. Сколько тогда умерло, ещё никто не посчитал. Сейчас все солидные, детям сказки рассказывают, какие они были молодцы.
- Предположим, - заговорила Таня, - у них был роман. Элен родила сына и оставила в роддоме, как рассказала нам. Они разбежались, дама впала в депрессию. Вот тебе и алкогольная зависимость, тут всякий запьёт. А где была Алисочка? С кем? Леночка, будь добра, узнай о брошенном малыше хоть что-то, ты же всё можешь.
- Девоньки, извините. Кто мне даст документы из детдома? Я не в полиции работаю. Есть знакомая, она о Михаиле много знает, в его гарем входила.
- Спроси, если не трудно. А сейчас давай петь. Петя, неси гитару, нам Лена споёт. Не отнекивайся, дай порадоваться жизни.
Глава 8. Любовь
Проснулась Таня в плохом настроении. Она дергала Колю по всяким мелочам, и даже не стала готовить завтрак.
- Еды полно, пусть доедают. Ты ничего с утра не ешь, а мужикам хватит.
- Тань, ты чего не в духе? Уезжать не хочется? Так оставайся, мне с тобой так хорошо. Коля пусть едет на работу, и без тебя справится.
- А то ты не знаешь, что его одного оставлять нельзя.
- Да поди угомонился уже, герой-любовник. Дачу тебе всю обновил, не дача, а конфетка.
- Сон дурной мне приснился. Твои соседи, да ещё и пожар. Смотри, Поля, как бы тебя не сожгли тут эти малахольные. Без Лены ничего больше не узнавай. Зря мы влезли опять, и я туда же, нет, чтобы тебя остановить.
- Тань, я до сих пор ничего не знаю, кроме того, что они сами мне сказали. Ну, сына делят, которого сами же бросили. Грехи искупают, кто как умеет. Боюсь, что Денис им не простит.
- Простит, и не таких матерей прощают.
Уехали только после обеда. Таня не выдержала и накормила всех досыта, оставив счастливому Пете торт и гору булочек.
В доме зависла неприятная тишина, всегда образующаяся после отъезда любимых людей. Выгребая из углов упаковки от подарков, Поля загрустила. «После радости жди печали. Так и живём от покупок к уборке, теша себя надеждой на новые встречи. Как было бы хорошо, если бы рядом жили не чужие люди, а близкие. И никаких тайн, всё как на ладони».
Уже к вечеру Таня позвонила.
- Поль, ты не поверишь, - громко кричала сестра, - я сама с трудом поверила. Завтра в храм пойду, свечку поставлю за помощь. Не успела я приехать, пошла в магазин за хлебом. А там девушку знакомую встретила, детдомовская она. Она у нас в городе живёт, дом от бабушки остался. И как раз возраста этого твоего Дениса. Слово за слово, я и спроси у неё, в каком детдоме она росла. Оказывается, в вашем городе она и жила. Ну я и о Денисе спросила. Так и сказала – блондин с плохим здоровьем. Она его знает, Дениса. Говорит, что отец к нему часто приезжал, а мать никогда. Так что Михаила я понимаю, а вот Елену нет. Но ты ни к кому не ходи, там тёмный лес. Или только с Леной. Поняла?
- Да, чудеса бывают. Ладно, организуем неожиданную встречу моей Лены с Михаилом. Только его в доме нет, опять тишина, даже не топят.
- Мне этот пожар из головы не выходит. Боюсь я за тебя.
Но Лена не приезжала целую неделю. Она уже вышла на работу, да и своих домашних дел у неё хватало.
- Наливай, Петюнчик! Отдыхать будем, а Поля обойдётся. Она женщина слабая, ей пить нельзя.
- Пейте, мне и чая достаточно, - Поля любила смотреть, как Лена действует на Петю. Он сразу расправлял плечи - кто же не любит похвалы.
- Я тебе кое-что рассказать, Поля, хочу, но тут надо настроиться. Она, Петя, расследование очередное ведёт, меня заставила молодость вспомнить. А я, может быть, переживаю об ушедшей молодости.
- Рассказывай, - взмолилась Поля. – Петя, ты не слушай. Это не расследование, а так, любопытство.
- Нет уж, не сейчас. Петя, за твоё здоровье! Такой дом отгрохал, я всем рассказываю, какой ты молодец! Нет больше таких мужиков, вымерли в 90-е.
Довольный собой Петя понимал, что мешает подругам, но пропустить удовольствие пообщаться с Леной не мог.
- На нашей улице есть ещё один мужик – сам строил. Рядом с розовой усадьбой.
- Нет, везде бригады строили, только ты один сам. А, тот, что многодетный? Ну, этот тоже ничего, так я и говорю, вас таких мало.
Радуясь гостье, Поля ждала от Лены чего-то важного. Но Петя не уходил и с удовольствием рассказывал свои строительные истории. Только через час он пошел в гараж проверить затухающую печку.
- Ну?
- Лапти гну. Короче, Мишка с этой Элен познакомился ещё при жизни её мужа. Один из его магазинов строил в бригаде. Тогда ему лет было не больше, чем теперь его сыну. Она молодая и красивая, уже с маленьким ребёнком. Жила Элен на улице Ленина, в большой четырёхкомнатной квартире.
- Откуда такие подробности?
- У нас на работе есть тётки, которые все городские сплетни со времён развитого социализма помнят. Как на диск записывают, со всеми адресами и фамилиями.
- И дальше, что было дальше?
- Дальше муж у Элен разбился, все деньги его исчезают, из квартиры их выгоняют. Что-то она продала и купила хрущевку.
- Так, пока всё сходится. Не обманула, так и рассказывала нам с Таней.
- Мишка влюбился в неё сразу, с первого взгляда, но до смерти мужа ему ничего не светило. А тут она вдовой стала с ребёнком на руках. Он тут как тут, каждый день его караулил. Он гулял без души, по пьяни. А тут любовь, сама понимаешь. Помогал деньгами, но и выпивали вместе. Про ребёнка их никто не слышал, даже мои тётки. Тогда за деньги любой врач и на дому роды принять мог. Заплатила – и нет концов. Не знаю после этого ли, но расстались они плохо. Мужики к ней другие ходили, на подачки и жила. Но я всему не верю, эта версия общая, в слухах процентов двадцать правды и бывает.
- Понятно, пока дочь не разбогатела, мать за ум не взялась. Сына искала или нет, не понятно. Он в нашем городе жил, чего тут искать. Но Михаил молодец, уважаю. И в детдом ходил, и потом помогал. Почему же она не ходила?
- А ты бы ходила? Если уж оставила, чего бегать смотреть? С совестью договариваться не получится, только пить и остаётся. Боялась она, одну-то кое-как подняла. Говорят, девушка очень хорошая, умница. Сама Элен музыкантша, а в 90-е только в ресторанах можно было петь.
- Тогда почему Денис от отца к матери ушел? Неужели из-за богатства? Не верю, что-то там ещё есть, кроме богатства.
- У Мишки семья, он пить бросил, в праведники пошел. Много ты видела бескорыстных праведников? Разве только святые.
- Ну… в православии.
- На зарплате сидят твои праведники? Тоже подрабатывают, как могут. Больше сказать тебе нечего, в детдом я даже не сунусь.
- Мне, Лен, покоя не даёт один вопрос – кто травил мальчика?
- Да он сам неизвестно что пил, мы же рядом не стояли. Если в отца пошел, то может и слаб к алкоголю. Тем более слабеньким родился у пьющей матери. Усыновлять таких не хотят, боятся генетики.
- Значит и не узнаю больше ничего. Всё вроде на местах, дети и родители счастливы.
- И не узнавай. Да, вот ещё что. У дочки Элен денег очень много, это мне уже другой источник сообщил. Чем-то кроме магазинов муж её, Вадим, занимался.
- Раритетами он занимался, стариной.
- Может быть, но очень дорогими. Он что-то продавал, и деньги дочке с этой продажи в банк клал на счёт.
- И хорошо, что успел ей счёт открыть, сейчас бы так и жили в хрущёвке. Девушка достойна такой жизни, она мать не бросила, и сейчас её любит. Лен, прости, а ты можешь сегодня до полуночи задержаться? Михаил по ночам дом протапливает, я вчера видела.
- Ты мне предлагаешь в первом часу ночи во дворе погулять? Спасибо!
- Ладно, не надо.
- Чего для тебя ни сделаешь, останусь. Давай прикинемся, что покурить вышли. Других версий у меня нет.
Глава 9. Ночная прогулка
Петя удивился тому, что Лена не торопиться домой, хотя уже наступила полночь. Он ушел наверх, пожелав всем доброй ночи. Подруги не отходили от окна в гостиной, но увидели не то, чего ожидали. Внезапно загорелся дом полицейского Серёжи. В тёмном небе полыхали языки пламени, и почти сразу послышался вой пожарной сирены.
- У тебя тут, Поля, лучше не задерживаться. Того и гляди вляпаешься в историю. Покурили, называется. Лена первая выскочила на улицу, не дожидаясь Полины. Народ уже собрался поглазеть, среди толпы находился и Михаил. Наталья следила за пожаром с крыльца своего дома, к толпе она не подошла.
- Строил, строил, а теперь что? – Сергей выглядел растерянным, но истерики Поля не заметила.
Затушили быстро. Выгорела лишь левая сторона, основная часть дома не пострадала.
Поля почувствовала, как Петя дышит за её спиной и повернулась к нему: - Вот поэтому я деревянный дом и не хотела.
- Он с пропиткой строил, что-то внутри горело. Проводка или сигарета, всяко бывает. И каменные дома горят, если постараться.
На минуты забыв о Лене, Поля наблюдала за погорельцами.
«Когда мы что-то теряем, сначала в это не верится. Сейчас Сергей в ступоре, осознание будет утром. Не завидую. Все стадии пройдёт от злости, до отчаяния. Терять трудно, чувствуешь себя кем-то обманутым, страдальцем. Уже присвоил – а у тебя отобрали».
Опомнившись, Поля начала искать Лену. Свет уличного фонаря возле дома Михаила на этот раз помогал Лене. Подруга разговаривала с пастором, и мешать им Поля не хотела. Потоптавшись ещё немного у пожарища, Полина пригласила Серёжу в свой дом.
- Я сам виноват, сам, - полицейский больше напоминал ребёнка, которого сейчас будут ругать. - Остался в доме ночевать, протопил как следует. Ещё и обогреватель включил. Хорошо, что семья пока не решилась здесь ночевать, жена как чувствовала.
- Серёжа, немного сгорело, только этот угол, - утешала Полина, понимая, что он сейчас её не слышит. Да и что значит немного, сгорело – это сгорело.
- Да, гостиная сгорела, перекладывать надо, до лета далеко, - бормотал Сергей. – Денег нет, все потратил. Десять лет строил, жена меня убьёт.
- Никто не застрахован, - Полина ненавидела сейчас себя за такие слова, но сказать-то было нечего.
К Сергею подошли пожарные составлять акт, и Поля повернулась к своему дому. На душе было противно, но оставаться больше не хотелось.
Домой она зашла одна, надеясь посмотреть на Лену из окна. Но подруга уже постучала в дверь. В дом она зашла с Михаилом.
- Напои чаем соседа, он перенервничал из-за пожара, - Лена незаметно кивнула Полине, чтобы та пока молчала.
- Полина, доброй ночи! Да что это я, какая тут добрая. Не ожидал, что вы с Леной подруги, никогда бы не подумал.
- Почему не ожидали? – Поля делала вид, что они с Михаилом ни разу не ругались, а прекрасно относятся друг к другу. После рассказа о сыне, Поля по-другому смотрела на соседа.
- Ну, вы разные. А мы с Леной в молодости часто пересекались, что только не вытворяли.
- Проходите, расскажите за чаем. Теперь вся улица не уснёт, как тут спать.
Гость продолжал стоять в прихожей, хотя Поля ждала, когда он решится войти.
- Проходите, я чайник включу.
- Поздно уже…
- Так я «сова», когда ещё лягу. Это Петя уже спит, у него нервы крепкие. Один человек точно спать нормально ещё долго не будет… жалко Сергея.
- Сам виноват, - не глядя на подруг, тихо сказал Михаил, - всё вылизывал, трясся за каждую мелочь. Нельзя так блага материальные любить, и о душе думать надо.
- Бог наказал? – удивилась Поля, едва сдерживаясь, чтобы не спросить большего.
- Всех наказывает, если черту перешли. Отдавать нужно не меньше, чем брать.
- Смотрите, какие мы правильные! – Лена зло засмеялась. – И чего ты отдал, пастор?
- Ты, Лена, так не смейся. Меня жизнь так загнула, что еле разогнулся. Нашелся один человек, в веру посвятил. Я и церковь строю, и дом этот наполовину для молящихся. Без роскоши, было бы самое необходимое.
- Ой, не ври мне, красавчик. Для ублажения своего самолюбия строишь. Нравится быть главным? Ты в молодости на вторых ролях ходил, только с девицами и король.
- Зря ты, Лена, так говоришь, перед Полиной меня позоришь. Знаешь, сколько я душ спас, считать уже перестал.
- Совесть замучила? – Лена не шутила, она хорошо знала Михаила, Поля даже не пыталась её перебивать.
- Сына бросил в детдоме, а что ещё хуже этого можно сотворить?
Михаил сначала посмотрел на Полю, а только потом ответил.
- Ты и про это знаешь? Как же, в нашем городе каждая сорока обо всё осведомлена, только слышит плохо. Я не бросал, но и отцом ему не был тогда. Кто мне одинокому юнцу больного ребёнка отдаст? Я ему все условия создал, когда он из детдома вышел.
- А почему Элен не забрала сразу? – не давая Михаилу опомнится, спросила Лена.
- У неё и спроси. А лучше вон, у Наташи. Она её душеприказчицей сделалась, меня выгнали за порог. Я ей был нужен, только когда на первое время, тоску заглушить.
Поля уже поняла, что пастор в дом не войдёт. Он даже не попрощался, лишь слегка помахал рукой и вышел.
- Ну, твоя душенька довольна?
- Леночка, ты сама-то как себя чувствуешь? Не выспишься, давай такси вызывать.
- Давай. Теперь он от меня шарахаться будет. Да и от тебя тоже. Тех, кто услышал лишнего, стараются больше не встречать.
- Хотя бы ясно, почему не взял ребёнка. Теперь-то мальчик вырос, всё сам поймёт.
- И судить-то не за что, Мишку. А всё любовь несчастная. Умела Элен голову вскружить, да всё у неё печально заканчивалось. Ухожу, не встану завтра. И ты ложись, а то до утра думать будешь о чужих людях.
- Я бы не думала, но пожар меня смутил. Сколько всего вокруг моего дома происходит, что не ровен час и до меня докатится.
- Все живы, остальное наладится.
Ворочаясь в кровати, Полина пыталась представить Михаила молодым, но получалось плохо. Денис на него не похож, в мать пошел.
«Сколько раз наблюдала за метаморфозами перехода из юнцов в праведники, а привыкнуть к этому невозможно. Ещё вчера ел и пил, что хотел, а вдруг на воде и хлебе о совести заговорил. Те, кто в начальники выбились, те меняются по-другому, но и мудрости не прибавляется. Нам бы всем разума после сорока, понимания не такой уж важности своей персоны. Так нет, чуть жизнь изменилась – победитель! А жизнь смеётся себе, посылая то пожары, то приветы из прошлого. Нет победителей, есть только равенство при рождении и смерти».
Глава 10. Кира
На фоне белого снега, вид обгоревшего дома Сергея выглядел особенно удручающе. В углу новенького строения зияла чёрная дыра. Хозяев видно не было, зато любопытные прохожие останавливались и рассматривали оставшуюся обугленную мебель и весело обсуждали происшествие.
Поля из окна увидела Дениса. Первым её порывом было выйти к нему, но со вчерашней ночи жутко болела голова.
Юноша долго стоял у сгоревшего угла дома, потом развернулся и побежал вверх по улице.
На обед неожиданно приехал Петя. Обычно он обедал со своими коллегами, любил прогуляться и подышать.
- Ты чего приехал? У меня только суп остался, разогреть?
- Перекушу быстренько, ты тоже сядь.
- Села, голова очень болит. Что сказать хотел?
- Поль, тут в интернете прочитал о нашем пожаре…
- Новостей в городе мало, вот и пишут обо всём.
- Не в этом дело, пишут, что поджог. Ты не пугайся, но если что, то сразу мне звони. Сама ничего не делай, ни с кем чужим не разговаривай и дверь не открывай.
- Я уже второй раз пожалела, что мы сюда переехали. Жили бы себе тихо в квартире, а то тут то отравят, то подожгут.
- Это случайности, я уверен.
- Петь, ты то молчишь днями, то, как скажешь. Я со страху умру от этих случайностей.
- У тебя сигнализация есть, да и окна во все стороны. Ходи и смотри почаще.
- Счас, я что, в тюрьме!?
Поля мучилась от головной боли, но суп мужу налила и поставила греть.
- Денис с утра на пожар приходил, долго стоял.
- Ему-то зачем поджигать? Полицейский врагов всегда имеет, мало ли кого он посадил.
- А я и не говорила, что Денис поджигатель, с чего ты взял? Ты ешь, обед уже заканчивается.
Как только Петя уехал, Полина позвонила сестре.
- Тань, ты хоть и православная, но ведьма. Был у нас пожар… да не ори, не в нашем доме. У Сергея, помнишь, полицейский у нас по соседству в деревянном доме сгорел. Да не сам сгорел, угол дома сгорел… И ты меня пугать решила? Только что Петя этим занимался. Он думает, что это случайность, но велел смотреть во все окна. Весело у нас тут, не дай Бог кому. Ладно, только успокойся. Позвоню, как выясню, пока…
«Тревога опасная штука. Ещё ничего не случилось, а уже себя начинаешь изводить. Как там моя Кира говорит – не притягивай беду, не думай о плохом. Так и сделаю, позову в гости Киру и успокоюсь. Она обещала прийти, пусть спасает».
Кира согласилась не сразу. Несмотря на зимние каникулы, страждущих решить свои проблемы не убавилось. Скорее наоборот. Люди несли к Кире в дом свои печали, а она только успевала разгребать семейные кармы, вдохновляя и предупреждая.
- Хороший дом, тёплый и место славное. На горе всегда энергетика чище, - подруга попивала травяной чай, оглядывая Полинину кухню. Её огромные, чуть выпуклые глаза, видели и то, что Полине никогда бы не удалось.
- Ножницы над дверью положила? Открытыми концами вниз, если помнишь.
- Ой, Кир, совсем забыла.
- Я тебе три раза говорила, чтобы дурной человек не заходил.
- И над дверьми на террасу?
- И над ними сделай, не поленись.
Угощать Киру было бесполезно. Она ела очень выборочно, а когда работала с посетителями, то не ела совсем.
- Троих ещё сегодня принять надо, не до угощений. Даже не предлагай свои пирожные, сама съешь.
- Кир, может место и хорошее, но что-то тут происходит каждый день. До Нового Года юношу отравили у соседа или сам отравился. А теперь дом сгорел, тоже непонятно, кто поджег. Случайность?
- Узелок тут один крепко завязан, развязаться хочет. Ты не бойся, к тебе это отношение не имеет. Из прошлого узелок, годков так двадцать назад. Потому и случайности появляются, что место очищающее. Каждый получит по заслугам.
- А я как в эту компанию вписываюсь? Я их не знала тогда никого, только одного соседа Богдана и мельком его жену.
- Нам даны встречи и разлуки, и как бы ни старался, переплетения неизбежны. Только красивую ли ткань сплели ваши встречи или одни узлы, тут всё от прях зависит.
- Значит и я не случайно?
- Ты мимо шла, но задела и вплелась. Никакой беды у тебя не вижу, кроме невралгии. Пей успокоительные, не нервничай. Что за хозяйка усадьбы, розовой? Дом, что игрушка.
- Элен, точнее Елена. Фамилию я не помню. Скорее это дом её дочери, построенный на деньги по завещанию отца.
- Туда сходи, но не сразу. Погоди немного. Там и поймёшь, как ты вплелась в этот узелок.
- Я их не знала…
- Зато они тебя знали. Дочь знала. В марте приду, раньше не получится. Будем дом к весне готовить.
Полина верила Кире полностью, слишком часто она оказывалась права. Но кто не ошибается? Она продолжала побаиваться, увидев на Верхней улице любого незнакомца. Петя отправил жену к внучке, но надолго в гостях жить не пришлось. Муж без Поли переставал ужинать и ходил голодный.
Зима уходила вместе со снегом, не извиняясь за неудобства.
Песнопения из дома Михаила лились всё чаще, но Поля к ним привыкла.
«Пусть поют, если им это помогает. Судить легче, чем помочь. И моя любимая Кира не такая, как все, но лечит от отчаяния, пока таких таблеток не придумали. Мается душа - бежит спасаться, и славно, если есть куда бежать. Жаль, правда, что не всякое лечение от разума».
Поля ждала весны. В пробуждении природы есть вечная сказка превращения и оживления. У тех, кому выпало вечное лето, никогда не увидит, как мёртвая земля превращается в живую. Воскресает и цветёт.
ЧАСТЬ 3. Свадьба
Глава 1. Дворник
Весна пришла, не забыв прихватить с собой грязь и слякоть. Да ещё и скачки давления, от которых Полина пролежала на диване три дня, не в силах даже готовить.
- Петь, когда это закончится? Птички поют, а я лежу и не чирикаю.
- Лежи себе, отдыхай. Скоро начну забор строить, ты же мечтала о спокойствии. Давай ты с Богданом, а я с Михаилом договорюсь о совместной оплате. Заодно посмотрим, кто жаднее.
- Почему сразу жаднее, может беднее. Они и про нас также думают.
В середине апреля Петя завёз столбики для забора, и Поле пришлось выполнять обещание. Богдан сразу согласился, предупредив, что нужно экономнее закупать материалы. Он пожаловался, что средств у него в обрез. На крыльцо вышла и Наталья.
- Здравствуйте, Полина. Давно вас не видно было.
- Зимой только спать, - пыталась пошутить Поля, отворачиваясь от пронизывающего взгляда соседки. Наталья тоже выглядела уставшей, и у психологов с давлением бывают проблемы.
- Что-то я уже несколько дней маюсь, не знаете, магнитных бурь не было?
- Возраст, Полина, возраст. Раньше мы по весне скакали, а теперь лежим, - ответил Полине Богдан. Он вздохнул и ушел в дом, оставив женщин наедине.
- Полина, у меня к вам просьба, - соседка сделалась тихой, даже глаза опустила, удивив Полину.
- Да, я вас слушаю.
- Я теперь в доме практикую, но рекламы никакой пока не давала. Если услышите, что кому-то нужен психолог, будьте добры, сообщите адрес.
- Понятно, непременно сообщу. Хорошо бы ваших бывших клиентов знать, чтобы результаты не на словах.
Наталья сжала губы, мгновенно превращаясь в деловую женщину.
- Это я и без вас понимаю. Люди неблагодарны. Им помогаешь, а они потом считают, что сами герои и моя помощь незначительна. Да и кто жалует тех, у кого все грехи на бумаге записаны и подшиты.
- Никто, согласна. Будем искать новых. У Михаила поток не иссякает, а в науку верить труднее. Почему, как вы думаете?
- Людям легче верить в помощь свыше, чем в самих себя.
- Это точно, я и сама такая.
- А у вас как с нервами, спите хорошо?
Полина даже не сразу поняла, как ответить на этот вопрос.
- Сплю спокойно, на погоду реагирую, - решила подыграть психологу Поля.
- Ну и ладненько, до встречи.
- И вам доброго дня.
«Нахалка, на ходу подмётки рвёт. Хотя понять можно. Деньги, всем не хватает денег. Хочется больше, чтобы так и падали в ладони. Привычка ни в чём не нуждаться непонятно откуда у людей, может из рая?»
В пять часов, перед приходом мужа, Полина опять пришлось выйти из дома. В дверь постучали очень настойчиво, но гостей она не ждала.
- Выйдите, ГТС.
- У нас есть интернет, - вышла на порог Поля, пожалев, что не накинула куртку.
Она чуть улыбнулась, вспомнив, что над дверью висят ножницы, и посетители в дом не вошли.
- Рада, что вы в хорошем настроении, - начал разговор молодой мужчина с хитрыми глазами. – Предлагаем вам общий кабель проложить по всей улице, и вам дешевле, и нам новые клиенты. Всего-то три тысячи, а сколько удобств, почти бесплатно.
- Сомневаюсь я, молодой человек, что бесплатно бывает хорошо. У нас всё отлично работает.
- А если сломается?
- Типун вам на язык, если только вы сами не сломаете. У нас гарантия десять лет.
- Врут, теперь всё быстро ломается, чтобы чаще аппаратуру меняли. Я почти во все дома стучался, но никто не открывает. Будьте добры, пройдитесь по домам, запишите желающих.
- Мне больше заняться нечем, как к людям приставать.
- В розовом доме согласились, от них и потянем с горы.
- Не пойду я ни к кому, даже не надейтесь.
- Тогда живите до первой поломки. Когда другие согласятся, вы будете им завидовать.
- Не дождётесь. Завидовать не буду, вас дождусь. До свидания, удачи.
Поле расхотелось слушать гостя, тем более она давно замёрзла. Но сомнения у неё появились.
«Всегда тяжело принять что-то новое, если старое ещё работает. Привыкаешь, зачем эти ненужные перемены. Молодым легче, они привыкли всё менять, им так веселей и интересней. Получается, что старость просто уменьшает количество привычек, зато делает их образом жизни. К Елене, что ли, сходить? Чего это они, при их деньгах на перемены согласились, им экономия не больно нужно. Схожу, повод есть, вдруг в галерею удастся подняться. Пока тянет куда-то надо туда идти».
Собиралась долго. Бледная кожа и мешки под глазами раздражали не только Полю, но, как ей показалось, и само зеркало. «Природа, когда просыпается, то сначала почки выпускает, потом и листики. А тут, как мёртвое дерево, ни одной свежей клеточки на лице».
Шла тоже медленно, обходя лужи на разбухшей дороге. Сапоги сразу промокли, покрылись грязью, но не пойдёшь же в гости в галошах.
Первого, кого она увидела во дворе усадьбы, был дядя Саша.
- О, а вы как тут оказались, калитку открывать приставлены?
- Полина, здравствуйте! Я давно тут работаю, у Миши пока платить нечем, а жить надо. Елена Станиславовна меня дворником взяла, охранником ещё.
- Вы же строитель, если я не ошибаюсь.
- Так мне уже годков немало, сколько можно строить. Старею потихоньку.
«И этот стареет, тьфу. Летом надо срочно молодеть, зелень кушать почаще. Это всё головная боль к старости тяготеет, как сломанный компьютер. Надо программку поменять».
- Хозяйка дома?
- Елена с сыном в отпуск длительный уехала, в Таиланд. Алисонька теперь хозяйка, но и она скоро уедет, замуж выходит.
- Отличная новость. Жаль, что поздравить не могу. Когда она…
Но не успела Поля задать вопрос, как увидела подъезжающий в усадьбе белый мерседес. Алиса, казалось, обрадовалась гостье, как никогда.
- Полина, вы к нам? Я сама к вам заскочить собиралась, да дел слишком много. Зайдёте?
- Нет, Алисонька, я только спросить. Вы действительно согласились протягивать кабель для интернета?
- Я согласилась, думая о маме. Меня здесь не будет, Денис учиться уедет, маме с этой системой проще будет управляться.
- Понятно. Как перезимовали, как здоровье? У вас радость намечается, поздравляю.
- Спасибо, - счастливо улыбалась девушка, - мама в порядке. Денис окреп, фотографии шлют, загорели оба. Полина, давно хочу у вас спросить, помните ли вы тот маленький спектакль, что в нашей школе ставили. Я в нём русалочку играла, танцевала вокруг Водяного.
- Неужели!? Алиса, почему вы раньше молчали. Вас, простите, совсем не помню. Но я так рада, что помните вы. Богдан нам тогда декорации рисовал…
- Рисовали дети на уроках, и я тоже рисовала. А потом вы исчезли, я очень мечтала, что вы вернётесь.
- Меня, Алиса, завучи ваши терпеть не могли. Я же активная была, денег не просила, но они меня ревновали к хореографу. Смешно даже вспоминать. Директрисе докладывали каждый мой шаг… А хороший был спектакль, музыкальный, костюмы вручную вышивала.
- Мама меня забирала вечером, вы тогда могли её тоже видеть. Я не сразу вас вспомнила, голос ваш меня удивил, когда я к вам приезжала первый раз. Но потом я поняла, откуда я знаю ваш голос.
- Вот и узелок, - вырвалось у Полины.
- Что? Где узелок?
- Это я так, присказка. И жена Богдана тогда работала в школе, кажется.
- Работала. Они с мамой там и познакомились, потом подружились… а потом.
- Поссорились?
- Мама не хочет говорить о тёте Наташе, сразу злится начинает. Когда папа погиб, мы из той школы ушли. Там дети богатых родителей учились, а мы обеднели. Но тётя Наташа маму не бросила, всегда рядом была.
- Так бывает, Алисонька. Дружишь с человеком долго, а потом как чужие. Программа общения заканчивается, нужно новые этапы проходить. Тем более, сынок нашелся. Мама всю жизнь маялась, теперь её душа успокоится. Я бы на её месте с ума сошла.
Но Алиса эту тему не поддержала. Улыбка постепенно сошла с её очаровательного лица. Стало понятно, что говорить о Денисе ей не хотелось.
- Я пойду, Алисонька, - Поля сделала шаг от калитки.
- Заходите, когда будет время. Уеду к мужу, редко будем видится.
Глава 2. Сеанс
«Надо Киру звать, узелок я нашла, но ниточку Натальи не разгадала. Почему люди ссорятся? Что-то не поделили? Кого-то предали или кто-то сказал лишнего? Психолог наш, по всей вероятности, знает много об этом странном усыновлении собственного ребёнка. У неё теория, у меня чутьё. А владение теорией, если честно, это наука управлять».
- Поль, ты откуда идёшь? – сквозь свои мысли Полина услышала голос мужа.
- Петенька, я бегу, можно сказать. Мне поручили узнать, не нужен ли кому кабельный интернет.
- Опять проявляешь инициативу. Никого не слушай, итак всё нормально.
- И я так ответила, но он пугать начал. Если, говорит, что сломается, то потом не обижайтесь.
- Можно подумать, что у них ничего не ломается. – Петя открыл входную дверь своим ключом, пропуская вперёд жену.
- Скучно тебе тут, вижу. Поболтать не с кем, кроме телевизора.
- Не скучно, но поболтать охота. Я Киру позову.
- Опять заставите меня поленницу перекладывать, чтобы деньги водились.
- Не смейся, это же народные приметы.
«Привычка делать заборы древняя, от врагов всегда защищались. Теперь-то, от кого? Чем богаче человек, тем забор выше. Значит, остальные люди им настоящие враги».
К выходным Поля уговорила Киру приехать. С порога оглядывая Полю, подруга заявила: - Тайну узнаешь, если вспомнишь какую-то деталь из прошлого.
- Ты чего сразу пугаешь, даже обнять тебя не успела. Тебе чая мятного или смородинного?
- Мятного. К вечеру опять народ побежит, весеннее обострение.
- И у меня обострение. Голова кружится, разум вытекает, как прошлогодний снег. Садись, а я быстро спрошу, пока ты не убежала. Идти мне к соседке Наталье, психологу, или нет?
- Тебе-то зачем к психологу?
- Не для себя… хотя, как сказать. Теперь я знаю, что Елена прекрасная с ней дружила очень, лечилась у неё долго. А теперь враги, не общаются. Представь, что мы поссорились. Из-за чего бы мы могли стать врагами?
- Зачем тебе, не пойму я.
- Сама мне про узелок рассказала, и про тайну с порога начала. Я узнала, где я в прошлом с дочкой Елены пересекалась, а как это сейчас понять не знаю. Наталья знает…
- Запишись на приём, если денег не жалко.
- Не в деньгах дело. Она гипнозом владеет, я не устою, забуду зачем пришла.
- Это ерунда. Научу я тебя как защиту ставить. Будет думать, что ты не управляешь собой, а ты как огурчик.
- Учи, а то я сильно волнуюсь.
- Зайдёшь, фиги в карманах держи, круг над головой мысленно очерти. Если попросит руки на колени положить, тогда ноги скрести. И иконку за пазуху положи Божьей Матери.
- И всё?
- Тебе мало? Ладно, перед выходом свечу зажги, призови в помощь род свой. Пусть с тобой идут рядом.
- Ох, Кир, умеешь ты напугать.
- Чего мёртвых бояться, ты её бойся. Мысли у неё тёмные, но она сильная, а ты мямля, хотя и не без способностей. В себя больше верь, вот и страх пройдёт.
- Сегодня схожу, запишусь на приём. Тянуть не буду, только хуже. Скажу ей, что меня кошмары мучают.
- На себя не наговаривай. Скажи, что о детях сильно волнуешься, этого достаточно. Тут и врать не надо, получится естественно. Мне позвони, как из дома выйдешь. Я пошепчу, поддержу. Чую, просто не получится.
Поля, проводив Киру, долго глядела на дом Богдана.
«Тихо и мирно на Верхней улице, шуметь почти некому. Каждый в своей крепости, все по норам. Дома и те уже привыкли друг к другу, подмигивают окнами, но без дурного умысла. Дома быстрей сливаются с природой, чем люди».
- А я с умыслом, увы, - Поля решилась и вышла из дома. Стучать долго не пришлось, хозяин открыл сразу.
- Полина! Вы к нам в гости?
- Добрый день, Богдан, мне бы Наталью.
- Проходите, она у себя в кабинете.
Поля сняла сапоги, пальто, отряхнула волосы и направилась к двери, на которую указал Богдан.
Наталья сидела за столом, и лишь приподняла голову.
- Вы по делу, Полина, или так, скучно жить?
Глаз Натальи Поля не видела, да и старалась не смотреть. Она села на диванчик, а хозяйка сама подвинула к дивану свой стул.
- Решилась я к вам на приём записаться. О детях постоянно волнуюсь, навязчивая идея у меня, что с ними что-то может случится. Можно как-то от этих страхов избавиться?
- Почему бы не избавиться, конечно, можно избавиться. Расценки мои посмотрите, а я чай принесу.
- Не надо чай, ради Бога.
- Надо расслабиться, Полина. Сейчас и начнём, одну минуту. Мы с вами люди свободные, нам торопиться некуда.
Наталья вышла, а Поля поняла, что Кире она позвонить забыла. И даже свечу не зажгла, тетеря. Иконка осталась лежать в прихожей, осталось только ноги скрестить. - Ладно, врагу не сдаётся наш гордый…
Поля быстро достала телефон и набрала СМС Кире. «Я на месте. Ничего не успела, помогай».
Хозяйка уже занесла поднос с двумя чашками и небольшой фарфоровый чайник.
- Выпьем чайку и приступим.
Голос и манеры у Натальи очень изменились, Поле стало смешно. Будто на кухне у психолога стоит неизвестный источник питания, и она там зарядилась. Ни секунды не раздумывая, Поля взяла из рук Натальи чашку полную горячего чая и глотнула ароматную жидкость.
- Вкусно!
- Мой рецепт, ещё от бабушки. Ну, готовы? Что именно вас больше всего пугает?
- Всё пугает. Вечно картинки в голове самые страшные. Не звонят, я уже трясусь вся. Уже взрослые, а ничего не меняется.
Глава 3. Новый сосед
- Вы, Полина, расслабьтесь. Руки на колени, ноги ровненько. Бояться нечего, сейчас мы начнём разбираться с вашими страхами.
- Понятно, откуда – из детства. Вы же всем так говорите.
- А вы забудьте, про то, что читали или слышали. Доверьтесь мне, слушайте только мой голос. Вздохните глубоко, и вспоминайте себя лет в восемь.
Полина уже поняла, что сознание покидает её, и она ничего с этим не может поделать. Состояние, как перед обмороком – цепляешься за сознание, а оно уплывает. Но страшно не было, было как-то спокойно и приятно.
Она увидела себя восьмилетней, сидящей на железной кровати в комнате деревенского дома. Она пытается читать книгу, но родители за стеной слишком громко кричат. Отец пьян, голос его неприятен, но и мама кричит ужасно, требует денег. Попытка убежать не получилась, пришлось бы выходить туда, в комнату, где ругались родители. Рядом появляется сестра Таня. Её белокурые кудри растрёпаны, платье помято, но восьмилетней Поле становится легче.
- Поль, давай в окно вылезем?
- Давай, и на чердак заберёмся. А как без обуви?
- Покрывало возьмём, не замёрзнем.
Таня открыла окно и перелезла через подоконник.
- Не бойся, они ещё долго не заметят, что нас нет. Только начали.
Девочки выбрались из окна, но ранняя весна охладила их смелость. Ноги в колготках сразу онемели и промокли. До лестницы нужно было пробежать несколько шагов по подтаявшему снегу. Забравшись на чердак, девочки забрались с ногами в солому и укрылись покрывалом.
- Вырасту, замуж ни за что не пойду, - уверенно заявила Таня.
- И я, тоже не пойду.
Неожиданно на чердаке появилась бабушка. Знакомым и добрым голосом она повторяла и повторяла: - Не поддавайся, будь собой, держись. Никто не может управлять твоим разумом.
Чердак исчез, и Поля поняла, что бабушка говорит голосом Киры. Она открыла глаза и уставилась на психолога.
- Полина, а что случилось? Вы прервали воспоминания слишком рано, я вам команды не давала.
- Что-то мне плохо, опять давление. На сегодня хватит, пожалуй.
Поля поднялась с дивана: - За полёт в детство спасибо.
- Но… ладно, идите. Расценки видели?
Только теперь Поля окончательно пришла в себя – цена её полёта оказалась не маленькой.
- Оу, пять тысяч. Не слишком много?
- Я же вам сразу показала этот листок, и вы согласились. У меня высшая категория, беру как все. Дом нужно доделывать, сами понимаете.
- А можно я попозже занесу, у меня с собой наличных мало.
- Завтра продолжим, вот за два сеанса и заплатите.
«Никто меня не заставлял, даже сердиться не на кого. Внучке на подарок не хватит, дура я старая».
Полина вернулась домой в плохом настроении. Пете она, естественно, рассказывать не стала, Тане звонить тем более. Муж точно смеяться будет, а Таня ещё и поругает за такую глупость.
Хорошо ещё, что Кира приехала сама, не понадобилось и звонить.
- Ты сумасшедшая или ещё хуже? Я же тебе говорила, как защиту ставить, а ты, считай, голышом пошла. Пришлось всех бросить, тебя спасать. Заодно и детство твоё посмотрела, вместе с Натальей. Ещё, поди, и расценки у неё аховые.
- Про расценки лучше не спрашивай. Я и рта раскрыть не успела, как улетела. Как она меня убаюкала, до трёх даже не считала. Только чай глотнула и вперёд.
- Чай? И ты пила? Ой, наивная душа. Хорошо, мне самой как-то интересно стало. Завтра пойдёшь ещё разок, но сделай всё, что я скажу. Запиши на бумаге. Три свечи сожги за всех, кого в прошлом встречала. Я через бабушку тебе помогать буду. Мы с тобой тоже посмотрим, какие у неё страхи. В котором часу сеанс?
- В три часа дня.
- Побежала я, а ты полежи. Денег жалко, а в остальном ничего она тебе не сделает, ей этого и не надо.
Пока не пришел Петя, Полина несколько раз выходила из дома, но в сторону дома Богдана старалась не смотреть. Она наблюдала, как Сергей разбирает сгоревший угол.
- Бог в помощь, Серёжа. Восстановите дом, лето скоро.
- Продам я его, Полина. Уже решено.
- Почему?
- Квартиру получил в другом городе, от работы посылают. Переводят.
- Но, чтобы продать, надо достроить.
- Надо, сгоревший никто не купит, испугается. Примета плохая – жить в сгоревшем доме.
Сергей кому-то помахал рукой, и Поля обернулась посмотреть. По Верхней улице шел дядя Саша: небритый, слегка опухший, но в дорогой кожаной куртке и с маленькой собачкой на руках. Эта странная картина рассмешила Полю, но пришлось сдержаться.
- Продаёте дом-то? – без вступления начал дядя Саша.
- Вы уже в курсе? – прервала его Полина. - Какая милая у вас собачка.
- Это не моя. Жена в Москву умотала, а мне вот, везде её на руках носить.
Сергей хотел уже отойти и продолжить работу, но дядя Саша опять заинтересовано спросил.
- За сколько, если не секрет?
- За сколько теперь продашь, если угла нет. В полцены бы кто взял.
- Сговоримся, мне твой дом нравится.
Такого поворота событий Поля не ожидала. С каких пор разнорабочий покупает дом? Елена так хорошо платит?
Видимо Сергей тоже не очень поверил в такого покупателя.
- Совсем бесплатно я не могу, тут и денег, и труда вложено немало.
- Совсем и не надо. Вы мне свой телефончик оставьте, без свидетелей и обсудим.
Оставаться дольше Поле уже явно было ни к чему, и она оставила мужчин одних.
«Привычка судить по одёжке давно устарела, если не считать одёжкой манеры и мимику. У людей достаток имеется, но выглядеть не каждый умеет, не дано или лень. Жена, наверное, дама с претензиями, судя по собачке. Правильно, купит в полцены, восстановит и живи – не хочу. А я его кормила, нового соседа. Эх, успела уже осудить».
Про нового соседа Пете Полина рассказала, этот факт не было нужды скрывать.
- Он работящий, этот Саша. Но сигареты у меня стрелял, значит экономный. Но удивила, ничего не скажешь. Кто знает, у кого, где богатство зарыто.
Глава 4. Чужое детство
На этот раз Полина приготовилась основательно. Три свечи сожгла, за пазуху иконку положила. Чуть не оставив кошелёк, она вернулась и со вздохом взяла деньги. Посмотревшись в зеркало, она отправилась на сеанс.
- Ну, с Богом и с Кирой!
Наталья гостью ждала, сама открыла входную дверь.
- Мне показалось, что вы могли бы и не прийти. Хорошо, что решились. Чаю и начнём.
- Сегодня без чая, у меня давление опять повысилось. Достаточно воды.
Наталья ничего не ответила, и даже не пошла на кухню.
И только усадив Полю на диван, она сказала: - Труднее будет без чая, но заставлять не буду.
- Деньги я принесла, - зачем-то сообщила Поля.
- Пока не до них.
Отойдя к столу, Наталья что-то записала в свою тетрадь, закрыла её и вернулась к пациентке.
- Постараемся поглубже копнуть, от корней, так сказать. Лет от пяти, а может и раньше.
- Я тогда много болела и часто.
- Все в детстве болеют, это не повод для страхов. Одиночество?
- Нет, у меня бабушка добрая была, сестра весёлая, какое там одиночество.
- Матери тогда все работали много, не до детей им было.
- То-то и оно, работали как проклятые…
Полина отключилась мгновенно. Они с сестрой сидели на полу кухни рядом с печкой. За окном темно, взрослых рядом не было.
- Таааааааааань, когда мама придёт? – Поля чувствовала голод и холод.
- Потерпи, скоро уже. Ты сушки съела?
- Съела, и сахар сгрызла.
Дверь открылась. Из промёрзших сеней шел пар, и в нём Поля увидела бабушку и маленькую девочку в смешных очках.
- Вот, девоньки, я вам подружку привела, и гостинцы принесла. Знакомьтесь, это Наташенька.
Худенькая девчушка, повязанная большим платком поверх пальто, с испугом смотрела на сестёр.
- Заходи, Наташенька, грейся. По улице ходила, маму искала. А там метель, ветер ледяной. У меня тут в кастрюльке пирожки, картошечка. Печку подтопим и поужинаем. Всем хватит наесться досыта. А потом и маму найдём.
Бабушка развязала платок, сняла с девочки валенки. Носки оказались дырявыми. Наташа села на стул и убрала ноги, чтобы девочки не заметили её дырявые носки.
- Ох, ты, Господи. Носочки-то прохудились. Иди к печке, там теплее. Танюшка, дай девочке свои носочки, какие не жалко. Я за дровами выйду, я быстро.
Таня подошла к Наташе, пытаясь потянуть её к печке.
- Ты где живёшь? В школу ещё не ходишь? Я в первый класс хожу, а Полька пока не ходит, ещё маленькая.
- И я хожу, только иногда пропускаю. Мама меня не водит, ночевать не приходит, вот я и сижу дома, жду.
- А ты к нам заходи, вместе будем ходить…
Поля услышала крик, но сразу не поняла, откуда он идёт.
- Прекрати, прекрати! – кричала Наталья, держась за голову руками.
Поля смотрела на психолога, не понимая, что происходит.
- Наталья, вам плохо?
- Что? Да! Сейчас… , - она выбежала из кабинета, оставив дверь открытой. До Поли доносились всхлипывания и невнятный шепот.
Вернулась Наталья уже успокоившаяся, но на пациентку не смотрела.
- Вы ещё к кому-то ходите, Полина?
- Я? Нет. Впервые на сеансе психолога. – Поля начала понимать, что Кира не отпускала сознание Поли ни на минутку.
- Вы меня в детстве видели?
- Видела, кажется. Вы нашли вашу маму?
- Мама умерла, замёрзла в ту ночь. Она пила, я потом жила у бабушки.
- Психологией занялись, чтобы перестать вспоминать?
- Предположим, вы почти угадали. Но как вы соединили наши воспоминания? Кто вам помогает, Полина? – Наталья опять кричала.
- Никто мне не помогает. Если вас это убедит, то мои предки.
- Идите, и больше не приходите, я вам не нужна. Жаль, что вы не учились на психолога, у вас большие способности.
- А Елена тоже со способностями?
Поля поняла, что, если она сейчас ничего не узнает, Наталья больше никогда с ней о своей подруге разговаривать не будет.
- Это точно не ваше дело. Елена была моей лучшей подругой. Как деньги Алиса получила, так я ей не нужна стала. Она и сына купила, я уверена. Разве такое можно простить? Я ей говорила все годы – не трогай мальчика, пусть сам тебя найдёт. Она слушалась, ей его и кормить-то нечем было. Скажите мне, Полина, почему я, спасавшая её много лет, не могу в отпуск поехать, одежду красивую купить, а она может? Теперь у неё и дочь, и сын, а я опять никому не нужна.
- Вы завидуете, Наталья? Не надо завидовать, у вас прекрасный дом и муж. Сыновья красавцы.
- Да мне много и не надо было, но поделиться за всё хорошее разве трудно? Я и Алиску не бросала, когда она сильно запила после роддома. От петли спасала, от дурных мужиков. А она меня бросила…
- Как мама? – не удержалась Поля.
- Как мама, как папа, как лучшая подруга…
- И вы ей мстили и отравили Дениса?
Наталья даже сжала кулачки, злобно глядя на Полю.
- Умная вы, Полина, да дура. Зачем мне Дениса травить? Он мне что плохого сделал? Я Елену всегда предупреждала, чтобы она не позорилась, и своего нагулянного ребёнка на показ не выставляла. Да, я ей угрожала, что расскажу всю правду, если она его возьмёт. Но она меня бросила, а его взяла. За все мои труды только это старьё и подарила. И зачем мне эта ваза, как насмешка? Так она оценила мою дружбу.
Поля только сейчас заметила в углу комнаты старинную вазу, похожую на те, что хранились в галереи у Елены.
- А вдруг она бесценная?
- Думаете, её муж раритеты покупал? Копия… подделка.
- Проверьте. Лично я очень люблю старину, даже руки дрожат. В ней столько тайн, в ней история предков. Может она скифская, и из неё пили воду или вино.
- Богдан хотел проверить, но как-то некогда ему пока.
- Хотите, вместе съездим?
- Извините, Полина, вы хороший человек. Вы стараетесь меня успокоить, я понимаю. Детство у нас с вами не лёгкое было, но вам психолог не нужен. Приходите чай пить. Он не волшебный, обычный бабушкин рецепт. До свидания.
Глава 5. Дела житейские
Ещё толком не проснувшись, Поля заварила кофе и задержалась у окна. Сон улетучился мигом. Дядя Саша, размахивая руками, что-то кричал двум рабочим, разбирающим обгоревший угол деревянного дома.
- Купил, таки, - вырвалось у Полины. – Быстро он дело сделал. Глядишь, к осени заселится. Что ни сосед, то подарок. А с ним-то какими узелками я связана? Опять Киру звать?
Но Кира позвонила сама.
- Как вчера получилось у психолога? Хотела сразу позвонить, да народу много пришло. Надеюсь, больше не придётся спать у соседки?
- Киронька, это чудо, что ты устроила. Пришлось мне исповедь выслушать, ролями поменяться. Досталось ей в детстве, но Елену она простить не может. Подруга разбогатела, а ей ничего не дала.
- Дала Елена ей, дала. Что-то у неё в доме есть, очень дорогое и ценное.
- Ваза? Старинная ваза, из коллекции Елениного мужа. Как ты это видишь, мне иногда страшно с тобой разговаривать.
- Тебе лучше не знать. Кабы не твои предки, и я бы не знала. Бабушка мне твоя сильно помогла, вела и показывала. Больше туда не ходи, сами разберутся.
- А куда теперь идти?
- Сиди, сами придут, кому надо. Что, скучно? У тебя работы весной на троих, сад надо вырастить.
- Холодно ещё, какой сад.
- А ты почитай пока, изучи каждое дерево. Лето наступит, будешь радоваться каждому цветочку.
- Кира, спасибо, дорогая. Всё-таки ты волшебница, хотя узелки я не развязала.
- Надо говорить благодарю. Ты благодари свой род, он у тебя древний и добрый.
Про дядю Сашу Поля решила не спрашивать. Подумаешь, герой дня. Пусть себе заселяется, не жалко. Она включила компьютер и начала просматривать фотографии цветов, представляя их рядом с домом.
Постепенно забор начал отгораживать Полю от соседей. Только со стороны дома Михаила никакие работы не велись.
- Петь, как думаешь, Михаил до конца жизни будет водить молящихся?
- Мешают?
- Не очень, привыкла почти. Я сразу телевизор включаю, ты же сам советовал.
- Видела, как дядя Саша развернулся? Где деньги взял непонятно, тайный миллионер.
- У нас вся улица на деньги Елены надеется, - вырвалось у Полины, удивив её саму.
Петя повернулся к жене и с интересом спросил: - И почему она всем должна? Или она благотворительностью занимается? Нам не даст?
- Нам не за что, у них давние счёты.
- Предположим, я дядю Сашу раньше не знал, а вот жену его встречал.
Полина почувствовала, что сейчас Петя может развязать узелок, о котором она и не догадывалась. Она подлила мужу чай, стараясь спросить, как можно спокойней.
- И кто же его жена?
- Удивишься, но её папа бывший главный прокурор нашего города. Она дама властная, до сих пор в мэрии сидит, хотя давно на пенсии. Встретились мы опять, когда я документы на дом подписывал, круги нарезал по кабинетам.
- И зачем ей такой муж? Хмырь, по-другому его не назовёшь.
- В молодости ещё и сидел, она его ждала. В этой жизни, Полечка, ни черта понять невозможно. Может любовь, а может ещё что.
- От любви дети появляются…
- У них дочь есть. Внуков ждут, дома не хватало. Забор закончу, будешь спокойно жить, никто тебя беспокоить не будет.
Поезду в супермаркет Поля планировала давно. Она мечтала купит белые рамки и развесить в кабинете рисунки внучки.
Но рамок оказалось мало, всего две. Пришлось набрать деревянных, всегда пригодятся в большом доме. Держать такие покупки в руках было неудобно, и Поля присела на уличную лавку. Такси запаздывало. Будний день не убавил покупателей.
«Хорошо живём, всё покупаем и покупаем по привычке. Привычка всего хотеть приносит отличные доходы торговле. И душа у человека одна, но и тело одно, на двоих желаний в два раза больше».
Таксист лихо развернул машину и резко затормозил рядом с Полиной скамейкой.
- Вы такси вызывали, мадам?
- Именно так, джентльмен. А не довезли бы вы меня до Беккер Стрит?
- Ситдаун плиз! – молодой широколицый веснушчатый таксист развеселил Полину.
- На Верхнюю!
- О, мадам имеет элитное жильё. Да вы счастливица! С мужем повезло? Он у вас бизнесмен?
- Инженер, - смеялась Поля, укладывая рамки на сидения.
- Начальник? Вот я хотел попасть в счастливчики, но пока только на фундамент заработал. Куда ни кинь – всё дорого. Особенно строители наглеют, каждый день им чего-то не хватает.
- Мы сами строили пять лет. Вы правы, с мужем повезло.
- Герой! Берегите его, мадам, кормите овсянкой. Вы, случайно, не знаете мастеров с золотыми руками и добрым сердцем?
- Это вы сказок начитались, - продолжала смеяться Поля, - таких нет. Хотя, вру, одного знаю. Виталик у соседа отопление, воду, свет, всё сделал быстро и хорошо, а хозяин точно много не платил.
- Успокоили, а то вера в людей теряется. Но мне до этого далеко, мне бы стены и крышу.
- Тогда дядя Саша у нас есть, везде успевает. Так работает, что уже себе дом купил. Да вот и он, собственной персоной.
- Сэнкью, мадам. Высажу вас и пойду договариваться.
Поля и рыжий таксист одновременно вылезли из автомобиля. Поля сразу пошла к своим дверям, но одна рамка выпала из рук. Пришлось остановится, и услышать разговор. Дядя Саша нагло назвал цену своей работы, таксист выругался, запрыгнул в машину и уехал.
- Полина, Полина, погодите, - застал Полю голос дяди Саши, когда она уже достала ключ из кармана пальто.
Мужчина приближался к ней быстрой походкой, перепрыгивая через рыхлый подтаявший снег.
- Погодите, соседка! У вас инструменты где хранятся, мне бы…
- Извините, - прервала его Полина, - это к Пете. Я без него ничего не найду. С работы придет, тогда и заходите.
- Ладно, подожду.
- Не ожидала я, что будем соседями, если честно. Вы у Михаила тоже лечились? Или так, подрабатывали?
Дядя Саша нисколько не смутился, а лишь уставился на Полю своими маленькими, хитрыми глазами.
- Я его сына строительству учил. Только Денис к строительству не пригоден, сами видели какой хилый. Меня Михаил нанял, я про Дениса не знал, может и не согласился бы.
- Хорошо платил-то?
- Да как все и платил, по расценкам. Я вот парню расценки сказал, а он психанул. Елена только одна лучше платит - по результатам.
- С миру по нитке, вот на дом и хватило.
- Какой там, хватило. Я ещё должен Серёже, частями буду отдавать. Жена на пенсию собралась, дом требует для внуков.
- Себе всегда быстрей делается, тем более для внуков.
Полина попрощалась с соседом, сославшись на домашние дела.
Но вечером пришлось встретится с дядей Сашей вновь. Как только Петя подъехал к дому, сосед уже встречал его у ворот гаража.
- Пётр, не поделишься инструментами? У Алисы свадьба, нужно беседку временную построить.
Мужчины удалились вглубь гаража, но Полино любопытство оказалось сильней, чем нежелание видеть соседа.
- Я слышала про свадьбу, но не знала, что прямо во дворе усадьбы устроят. – Поля стояла за спинами мужчин, мешая им выбирать инструменты. – Жаль, что нас не пригласили, так на жениха хочется посмотреть.
- Народу немного будет, - откликнулся дядя Саша, хотя Петя явно нервничал. – Человек сорок. У Елены родни нет, только Алиса, да Денис. Остальные со стороны жениха.
- А вы, случайно, не знаете, Денис совсем выздоровел?
- На море все выздоравливают, хотя я ни разу там не был. Зато моя жена часто ездит, здоровенькая приезжает.
По старой советской привычке Петя отдал соседу инструменты без всяких обязательств и расписок.
- Ты зачем ему всё отдал, не вернёт половину, - с нежностью смотрела Поля на мужа, наливая в тарелку рассольник.
- Куда денется, теперь он сосед. Что, не надо было давать? Ты, когда жадной стала?
- Не нравится мне он, - призналась Поля. – Михаил мне уже нравится, несмотря на все его песни, Богдан с Натальей уже не чужие, а это противный, не верю я ему. Как-то всё слишком удачно у него с домом Серёжи получилось, может он сам и поджёг?
- Глупости какие. Ерундой не занимайся, не ищи того, чего нет.
Приглашение на свадьбу Алиса принесла сама, даже обняла Полю. – Приходите седьмого июня к трём часам, в открытке всё написано. Мне мама позвонила, велела вам в руки отдать приглашение, и взять с вас слово, что не откажите. У нас родни нет, будете со стороны невесты.
Серо-голубые глаза девушки сияли от счастья, заставив Полю расчувствоваться.
- Алисонька, спасибо, спасибо. Непременно придём, я очень рада за вас.
- Я платье купила, но у меня сомнения. Не могли бы вы к нам зайти и посмотреть, как оно на мне смотрится. Продавцы нахваливали, но что-то мне не нравится. У вас есть вкус, да и врать вы не станете.
Полине сделалось неловко. Значит Алиса считает её правдивой, а ведь это не совсем точно. Правдивые говорят то, что считают истиной, а Поля почти всегда сомневается.
- С удовольствием взгляну на твоё платье. Когда мне зайти?
- А можно завтра? Соня уборку затеяла, которая превратилась в настоящий ремонт. Коллекцию убрали, стены перекрашивают, обои клеят. Обещают, что за месяц порядок наведут. Дядя Саша командует, следит за рабочими.
«Опять этот дядя Саша влез. Когда только всё успевает? Вроде не мальчик уже, но хватка волчья. Да и понятно, теперь ему дом надо построить, нужны деньги. Ему нужно себя возвысить на старости, или жена заставляет? Интересный сегодня день. Видимо звёзды так выстроились, что события, как бусы, нанизаны на одну ниточку и надеты на одну шею».
Про звёзды Поля подумала не зря. После ухода Алисы, в дом ворвалась Наталья.
- Полиночка, я же вам говорила, что у вас дар. Как вы были правы! Ваза бесценная, очень древняя. Зря я на Елену сердилась, стыдно теперь. Богдана в Москву пригласили, там оценят и в музей поместят. Дайте, я вас обниму!
- Не надо, меня сегодня что-то все обнимают. Расскажите лучше подробней, какого века, что за мастера её делали.
- Пока точно не известно. Как только Богдан вернётся, вам первой расскажу. Теперь Лену ждать буду, прощенья просить. Это же я, подлая душа, уговаривала её Дениса оставить и не приходить к нему в детдом. Психология, дескать, рекомендует не тревожить ребёнка. Нужно его забыть, а себе простить. А душа, Полина, плевала на все психологии, у неё свои коны, настоящие. Больше не буду людям голову морочить, только если детям помогать буду. Сама девчонкой намучилась, озлобилась.
- Правильно, тем более, теперь денег хватит. У Алисы свадьба, вы знаете?
- Нет! Когда? Сколько радости свалилось, с ума сойти.
- Только что мне приглашение принесла, Алисонька. В июне, седьмого.
- Я сама пойду. Очень я её любила, пока она не разбогатела. А надо было и потом любить. Я знаю, что двумя вазами Елена особенно дорожила, прятала даже в самые голодные дни. Одну мне отдала, а я не оценила. У самой Елены и денег-то нет, ей Алиса даёт.
- Вторая ваза у Елены?
- Наверное, я в усадьбе не была.
- Господи, там же дядя Саша ремонт устроил. Наталья, вы никому больше об этом не рассказывайте. Украдут, и глазом не моргнут Соня с Алисой.
- Да я только вам, пока никому.
- И давай на ты, раз уж соседи с общей тайной.
- Приходи в гости, чаю попьём бабушкиного.
- Завтра, Наташа, сегодня у меня уже силы закончились. Тем более чай у тебя, всё же, не простой.
Наташа хитро улыбнулась.
- Там есть травка одна имеется, сонная. Бабушка её сама выращивала и сушила. Меня научила, как особо нервных таким чаем успокаивать. Вроде и не спит человек, но тихий становится.
- Теперь и мы бабушки, дай Бог и нас внуки добрым словом вспоминать будут.
- У меня одни сыновья, некому знания передавать. Гипнозу меня тоже бабушка учила, вернее это не гипноз, это другое. Она людям помогала не за деньги, головы умела очистить от дури. Я Елене тоже помогала от души, а вот сама не выдержала, позавидовала. Моя бабуля никому не завидовала, считала это болезнью. Елена жить не хотела, считала себя в смерти мужа виноватой. Даже Алиса не могла её удержать, только бабушкины советы мне помогли. А тут ещё странная беременность. Мишку она не любила. Мне кажется, что у них ничего не было, или уж совсем пьяная была, не понимала, что делает. Бедность её не пугала, муж её был необычным человеком, таких она больше не встретила.
Глава 6. Свадебное платье
О том, что Поля собирается посетить розовую усадьбу Петя не знал. Пока она решила мужу ничего не рассказывать. История с вазами тянула Полю к соседям даже больше, чем просмотр свадебного платья Алисы. Где она, эта загадочная вторая ваза? Прячет ли её Елена, или она открыто стоит в галерее. Вот знать бы всё заранее, Поля бы не карты рассматривала, а вазы. Хотя раритетов там много, возможно есть очень ценные.
Поля прошла в калитку усадьбы без посторонней помощи. Открыты были и ворота гаража, двое рабочих разгружали стройматериалы. В самой усадьбе царил полный разгром. Ободранные стены вестибюля и грязь на полу напоминали недавний ремонт в доме у Полины. Первой Поля увидела Соню, усердно стирающую застывшую штукатурку с мраморного пола.
- Хотя бы подложили что-то, паразиты, - ругалась домработница, не замечая гостьи.
- Добрый день, Соня. У вас тут Содом и Гоморра.
- Ой, здравствуйте, Полина. Сашка как-то Алису уговорил, и вот что натворил. Привёл молодых рабочих, они в ботинках шастают, брызги во все стороны, до обоев я не доживу. Скоро начнут галерею красить и балкон подновлять. Проходите наверх, вас Алиса ждёт.
Полина обошла кучи мусора и начала подниматься наверх. Стена из фотографий провожала гостью весёлыми, застывшими в вечности взглядами. Но она уже видела, что дверь в галереи открыта. Не дойдя до комнаты невесты, Поля повернула к дверям галереи.
Возле стен стояли карты, свёрнутые в рулоны. Мелкие раритеты ещё были собраны в коробку, но вазы стояли прямо на полу, ничем не прикрытые.
- Что за люди, такие сокровища, и никакой охраны, - воскликнула Полина. Она подошла поближе к вазам и попыталась найти похожую на подарок Елены.
- И вы здесь, Полина?
Гостья вздрогнула от неожиданности, услышав голос дяди Саши. Но повернувшись, она постаралась выглядеть спокойной.
- Это вы здесь ремонт затеяли?
- Я, а вам что-то не нравится? Хотим Елене сюрприз сделать к приезду.
- Почему раритеты валяются, с ними надо осторожней, бережней.
- Сохраним, вам-то что волноваться?
- Я ценю старину, прикройте хотя бы, а то пыли много. Им же цены… .
Поля запнулась под внимательным взглядом дяди Саши.
- Мы завернём, конечно, но эти подделки можно и тряпочкой потом протереть. Понты это, целую комнату облепили, здесь бы диваны поставить, телевизор на всю стену. А тут эти вазочки, чёрные и расколотые.
- Ну да, ну да. Я к Алисе, прощайте.
Тихонько постучавшись, Поля скорее вошла в комнату невесты, чувствуя спиной взгляд дяди Саши.
«Привычка придумывать то, чего нет, может довести человека хоть до инфаркта. Дядя Саша подрабатывает, старается деньги для семьи добыть, а я уже в нём злодея ищу. Вечно мы боимся одного, не замечая другого, по-настоящему страшного».
Платье Алисе не подходило по всем параметрам. Мало того, что было не по размеру, да ещё и вырез на груди закрывал всю женскую красоту.
- Алисонька, прости. Платье нужно менять. В нём только шлейф хорош, но остальное не для тебя. Дорогое? Понятно, почему они тебе его нахваливали. Поедем менять вместе. Я прослежу, чтобы не обманули.
- Оно мне нравится, Полина, если честно. Жалко с ним расставаться.
- Тогда сделаем иначе. Я портниху отличную пришлю, она из твоего платье сделает шедевр. Будешь самая красивая невеста века.
Алиса счастливо улыбалась, прикрыв глаза изящными пальцами.
- Вы скажите, Полина. Ведите вашу портниху, денег жалеть не буду. А как вам фата и перчатки?
- Это без вопросов, красота. У тебя времени месяц, успеете платье в порядок привести. Проводишь меня? Если можно, то я кое-что хочу попросить.
- Для вас всё, что хотите.
- Дайте мне на время пару карт из галереи. Страсть как хочется их разглядеть, а у вас пока ремонт, будут они стоять в гараже.
- Берите! Мама не знает про ремонт, а значит и о коллекции не узнает. Она никому не давала, считала это памятью об отце.
- Все я не донесу, хотя и хочется.
- Так я же на машине. Я придумала, мы всю коллекцию загрузим в машину и к вам отвезём. Пусть хранится у вас до конца ремонта.
- Ой, Алиса, я боюсь такие ценности в доме хранить.
- Какую ценность, Полина? Мы ничего не прячем, любой может потрогать и посмотреть. Когда мы в квартире жили, мама в кладовке всё хранила, никому никогда не показывала и мне не разрешала. А как переехали, то перестала прятать. Хотя к нам никто и не ходил, даже тётя Наташа.
Алиса вышла первой, а Полю уже окутал ужас от мысли, что в её доме будет стоять бесценная ваза. Ещё больше она испугалась, когда увидела в руках дяди Саши вазу, похожую на ту, что стояла в доме Натальи.
- Поставьте! – слишком громко выкрикнула Полина.
- Извините, Алиса, я только посмотрел. Дядя Саша обратился к Алисе, не обращая внимания на Полю.
- Дядя Саша, пожалуйста, аккуратно загрузите все раритеты в мою машину. До конца ремонта все эти вещи будут храниться у Полины.
«Господи, зачем она это сказала! Теперь мне не спать. Имеющий богатства не спит, он охраняет. Превращается в пса на цепи».
Но предчувствуя свидание со стариной, Поля начала командовать, торопя время двигаться быстрей.
- Несите бережно, не задевайте за углы. Каждую вазу в поролон заверните, - командовала Поля.
- Где я вам поролон найду? – дядя Саша был раздражен, но спорить с Алисой не решался.
- Соня, - крикнула Алиса, - в доме есть поролон?
- Найду! – снизу откликнулась домработница. – Много надо?
- Много, Сонечка. Как можно больше.
Грузил коллекцию дядя Саша один, давая указания рабочим каждый раз, когда спускался со второго этажа. Длинные свёртки растянулись на весь салон до самого места водителя.
- Как поедете, Алиса? Давайте я донесу…
- Нет, - опять возмутилась Поля, - двести метров доедем как-нибудь.
Пети в доме ещё не было, и Поле пришлось самой заносить в гостиную и вазы, и рулоны с картами. Алиса торопилась, попрощавшись у порога дома. – Я жду портниху, Полина. Приходите вместе, мне с вами спокойней и веселей.
Оставшись наедине с раритетами, Поля не знала, что ей делать дальше. Она трогала карты, но разворачивать их пока не решалась. Отыскав в куче нужную вазу, Поля забегала по дому, пытаясь найти самое тайное место. Так ничего и не придумав, хозяйка поставила вазу в гардеробной, закрыв своим вечерним платьем.
- Ненадёжно, но если никто не знает, что это бесценно, то никто и не возьмёт.
Остальные раритеты Поля перенесла в кабинет и решила, что рассмотрит их попозже.
Глава 7. Наедине со стариной
Пока Петя ужинал, Полина не произнесла почти не слова. Но как только муж собрался полежать на диване - заговорила.
- Петь, у нас в кабинете лежат раритеты из розовой усадьбы. Можешь посмотреть, только ничего не разбей.
- Что лежит? Поль, ты что опять придумала. Купила что-то в подарок на свадьбу?
- Пока нет, подарка я не выбрала. Но невеста попросила оставить на хранения свои сокровища, пока дядя Саша делает ремонт. Не могла же я отказать.
- Интересно, конечно, показывай свои сокровища. Но я как-то не понял, причём тут ты? Или опять надеешься, что деньги с неба свалятся?
- Даже не мечтай, нам ничего не светит. Ну, пойдём уже, жутко интересно посмотреть карты.
Включив свет в кабинете, Петя даже присвистнул.
- Ого, и долго им тут лежать? Не пройти к столу, не дай Бог запнёшься.
- Месяц Петя, не меньше. Как ты думаешь, где можно карту развернуть? Она огромная…
- Стол в гостиной подвинем и развернём.
- Но ты же на диване полежать любишь, не сможешь пройти к любимому месту.
Предчувствуя настоящее удовольствие, Полина не сразу подошла к полотну карты, занявшему половину её гостиной.
- Я пойду, на кровати полежу. Наслаждайся. Хотя и я немного посмотрю, в коем веке такие подделки увидишь.
- Четырнадцатый век, Петя. Всё на латыни, трудно понять, что написано, - осторожна ползала по карте Поля, пытаясь найти хоть одно знакомое слово.
Муж тоже увлёкся, опустившись на колени на край карты.
- Поль, это же Евразия, как там говорят: от Лиссабона до Владивостока. Но названия непонятные, будто зашифрованные.
- А вот и наша Сибирь, вот тут мы с тобой сейчас сидим. И Енисей, и города какие-то. Нам же говорили, что город никаких не было – тайга. Точки какие-то, может клады?
- Так, пора мне отдыхать. Ты как начнёшь со своими кладами и сказками, у меня голова начинает болеть. Историю пишут победители, значит мы проиграли.
- Но врать-то зачем, интересней знать, как всё было по-настоящему.
- Пойду я лучше не спать, а в гараж. Изучай сама, коль охота.
Сколько времени прошло, как Петя ушел спать Поля не заметила, но по боли в шее и спине поняла, что пора и ей отдыхать.
Ей снился древний город, пылающий от пожара. Люди кричала, взывая к помощи. Проснулась она неожиданно: сердце стучало громко и слишком быстро. Надев тапочки, Поля тихо спустилась в кухню. Кошмар ещё явно виделся ей, нужно было срочно выпить валокордину. Странный шорох застал её на середине лестницы. Решая вернуться или нет, она явно слышала незнакомые звуки.
«Если я его сейчас разбужу, то точно решит, что я невротична, и мне всё мерещится. Пусть спит, ему на работу. Надо идти навстречу страхам – легко сказать, но очень трудно сделать».
Включив свет в прихожей, Поля ничего необычного не увидела. Дом спал, наполненный темнотой и тенями.
Но шорохи повторились. И не только шорохи, Поля услышала, добравшись до тамбура, и скрежет. Поёжившись, Поля подошла вплотную к двери гаража и прислушалась. Но, к её ужасу, дверь начала открываться.
Онемев от неожиданности, Поля застыла на месте. На неё смотрел дядя Саша, с фонарём в руках.
- Не ори, - зло прошептал сосед. – Где ваза? Скажи и можешь идти спать.
- Наверху, - выдавила из себя Поля. Сейчас она могла бы выдать все секреты на свете. Страх сковал внутри неё и совесть, и смелость.
- Принеси, я наверх не пойду. Утром скажешь, что ограбили. Тебе Алиса поверит.
Поля молча кивнула и повернулась. Шла она на цыпочках, не чувствуя ни ног, ни вообще ничего кроме ужаса.
«Что делать, когда нет выбора? Найти этот выбор, даже если шансов ноль. Петя, конечно, бросится меня спасать, но может пострадать сам. Это не выбор, это подстава».
Но Петя уже сам ждал жену у дверей спальни: - Ты чего бродишь? Так и знал, что выдумываешь себе сказок, а потом спать не сможешь.
Поля жестами показывала мужу, что внизу кто-то есть, но он не понимал.
- Странная ты сегодня. Ложись спать, я воды принесу. Да и сам таблетку выпью, голова раскалывается.
Не оставив выбора жене, Петя начал спускаться по лестнице.
- Бери пистолет и стреляй! Там вор! – заорала Поля, напугав Петю одной только интонацией.
Реакция его оказалась быстрой, он втолкнул жену в спальню и достал из тумбочки ракетницу.
- Там дядя Саша, дядя Саша! – рыдала Полина, провожая взглядом мужа. – Осторожней…
Но Петя вернулся быстро. Он никого не нашел внизу, да и двери были закрыты.
- Ты сама с ума сошла, и меня сведёшь.
- Петенька, ей Богу, он там был. Он из гаража вышел, вазу требовал. У нас одна ваза в доме очень ценная, даже бесценная.
- И ты не сказала? Молодец, а самой теперь мерещатся воры. Пойду в гараж, раз оттуда дяди Саши появляются.
- Не ходи, умоляю. Полицию вызовем, пусть они смотрят.
- Я позориться буду? Полиция приедет, а там никого. Пойдём вместе, чтобы ты потом нормально спала.
Хотя Петя и отрыл дверь в гараж решительно, но заходить сразу не стал. В гараже было темно, и только свет луны освещал котельную через небольшое окно. Поля, заслонившись Петей, включила свет. – Никого тут нет и не было. Всё, иди спать. Померещится может любому, а ты впечатлительная. Успокойся, всё хорошо.
Но Поля не слушала мужа: - Убёг, гад.
- Ага, и как по-твоему он мог залезть?
- Ты сам говорил, что он сидел. Они всё умеют, воры. Я его видела и слышала, а ты думай, что хочешь.
Глава 8. Грабитель
Не сомкнув глаз всю ночь, Поля прислушивалась к каждому шороху. К семи утра Петя поднялся. Поля тут же достала заветную вазу из гардероба: - Петь, увези её куда-нибудь. Я посплю немного, а пока ты подумай куда её спрятать.
- Я уже подумал. Тебе кошмар приснился, а ты решила, что это явь. На тебе лица нет. Увезу, ложись и спи сколько хочешь. Чужие сокровища хуже бедности, там хоть боятся некого.
К полудню Поля встала, сон так и не принёс ей покоя. Муж смотрел новости и пил чай.
- Выспалась?
- Не очень. Хорошо, что сегодня суббота, хоть тут повезло. Может ты и прав, и мне всё приснилось.
Решив больше не обсуждать ночное происшествие с мужем, Полина уже знала, кому она позвонит.
- Ты отвези вазу, а я пока обед приготовлю.
Спровадив Петю, Полина бросилась к телефону.
- Кирочка, меня вчера чуть не убили. Не шучу я, в буквальном смысле. У меня в доме чужие ценности, попросили сохранить. Я отказать не смогла, очень хотелось посмотреть. Жду, нигде не задерживайся.
Петя и Кира подъехали к дому одновременно. Поля видела в окно, как весело они поздоровались.
- Ты ей скажи, чтобы с ума не сходила, - шутил Петя, входя с гостьей в дом. – Уже воры и убийцы мерещатся. Я в гараж, болтайте на здоровье.
Подруги обнялись, и Поля сразу запричитала: - Взяла у соседей на время ремонта раритеты, сдуру. Одна ваза особая…
- Не тараторь! Кто он, грабитель?
- Дядя Саша. Наш новый сосед. Дом у погорельцев купил, но все деньги не отдал. Хотел, наверное, подзаработать.
- Фото есть?
- Откуда! Ой, смотри в окно, вот он!
Кира замерла, разглядывая дядю Сашу, стоявшего у обгоревшего дома.
- Не он всем руководит, женщина за спиной и старик. Они его и водят по тёмным дорожкам. Он никто, безликой.
- Твои загадки я не понимаю. Что за старик? Умерший? Женщин много у всякого: и мать, и сестра, и жена, и дочь. Погоди, у него тесть бывший прокурор, но он живой ещё.
- Там собака и зарыта, где ты сказала. Но ты зря к себе эти вещи принесла, за ними шлейф нехороший. Покажи хоть свои богатства.
Поля открыла кабинет, и подруга застыла на пороге. Он медленно подошла, потрогала вазы руками.
- Вот эта подделка, а эта настоящая. Гул идёт сильный, древний. И холод, холод.
- И где, интересно, муж Елены их нашел? Если они настоящие, то почему не продал или в музей не сдал?
- Это заманчиво играть с древним миром, притягивает. Один раз прикоснёшься и будет тянуть всегда. Пошли отсюда, меня в дрожь бросает, зубы стучат.
Поля отпаивала Киру чаем. Было заметно, что Кира собиралась впопыхах. Домашний костюм и цветные носки – в таком виде Кира не приезжала никогда.
- Ты что, бегать собралась?
- Ты так напугала, что я в чём была, в том и побежала. Сделаем так, ты Петю попроси открыть багажник и на виду у соседа вазы туда он пусть загрузит. Пусть видит, что в доме ничего не осталось. Ты над дверью в гараже защиту не ставила, а надо. Заговор ещё прочитаешь от воров и грабителей.
- Ума не приложу, куда их спрятать.
- Да никуда. Вернётся и назад привезёт. Сдаётся мне, что родственники его теперешние неплохо жили, а теперь хуже, успокоиться не могут. Зятя унижают, держат за неудачника. Вот и решился мужичок, сам поди уже жалеет.
- Это ты сейчас увидела? Или предполагаешь? – Поле было так спокойно с Кирой, что даже самое страшное казалось теперь незначительным.
- Услышала, можно сказать. Всё откроется в июне, на празднике. Развяжутся все узелки.
- На свадьбе? Ой, я же портнихе не позвонила, Алиса ждёт. Платье ей большое оказалось.
- Значит скоро ребёнок у неё появится, забеременеет. Ты уже несколько узелков развязала, немного осталось. И будете дружно жить на вашей улице.
- И спать спокойно?
- Если перехитрите дядю Сашу, то спи на здоровье.
Пришлось Поле долго объяснять Пете, что нужно загрузить в машину вазы, а потом привезти обратно.
- Петь, Кира зря говорить не будет. Она не ошибается. Да знаю, что ты не веришь, но пожалуйста, сделай это ради меня.
- Мне больше заняться нечем, как спектакли перед Сашкой устраивать. Ладно, пеки блины, сыграю, а то и мне спать не дашь. В одном Кира точно права – соседей от искушения лучше беречь. Я тебе не сказал, но ворота в гараже изнутри кто-то открывал, а закрыть снаружи толком не получилось. Да, я окно в котельной не закрыл на ночь, каюсь. Так-то.
Петя сделал всё тщательно и демонстративно. Он выносил каждую вазу и медленно загружал её в багажник. Поля наблюдала в окно за соседом и вскрикнула, когда дядя Саша направился в сторону Петиной машины. Разговаривали они не долго, но Поля дрожала, как осенний лист.
- Ну, что ему надо было?
- Я сказал, что чужие вещи сдаю на хранение знакомым полицейским.
- Вот это ты молодец, придумал отлично. Как ему совести хватило к тебе подойти?
- Сам не знаю, но не заметил, чтобы он хоть чуточку волновался. Блины печёшь?
- Пеку, Петенька, мой герой. Поезжай уже, да осторожней.
Глава 9. Весна
В эту субботу Полина решила засесть за компьютер. Пересмотрев все статьи о раскопках на берегах Енисея, она ничего толком не нашла, тем более о старинных вазах. Ни одной строчки и упоминания – полное отсутствие результатов раскопок, за исключением одного упоминания в шестидесятых годах. Зато множество похожих ваз нашлось в Крымских музеях. Золотые изделия и украшения, предположительно найденные в её краях, Поля так и не смогла увидеть. У неё мелькнула мысль, что украшения муж Елены мог и продать в 90-е, обеспечив дочери безбедное существование. В интернете нашлись и карты, один в один похожие на карты в доме Елены, но авторами их были иностранные путешественники. Карт нашлось достаточно много, но почему-то на русском языке не было ни одной.
- Буквы, цифры, а ничего не понятно. Откуда вазы у простого парня? Не зря же он ими так дорожил, может это его наследство? Предок знаменитый?
С тем Поля и уснула, забыв прочитать Кирин заговор против воров.
Поля сама поехала к знакомой портнихе, успев только накормить мужа завтраком. Воскресенье побаловало погодой, напоминая, что скоро лето и пора начинать расцветать. И хотя улыбка не сходила с лица Поли, но находится в розовой усадьбе рядом с невестой долго не хотелось, хотелось выйти на улицу и долго гулять.
- Конечно, оно вам большевато, - бегала вокруг Алисы портниха, - ушьём, никаких проблем. Только мне его придётся с собой забрать дня на три.
- Забирайте. А примерки ещё будут?
- Зачем, у меня глаз алмаз.
- Это в точку, - подтвердила Поля.
После того, как портниха ушла, Алиса попросила Полю задержаться. Полина сразу заметила, что ремонт остановился, груды обоев валялись в вестибюле, а в галереи ещё никто и не приступал к обновлению.
- А что, у рабочих выходной?
- Дядя Саша сказал, что рабочие тоже люди и им нужно отдыхать. Аванс попросил, и уже с пятницы я его не видела.
- Свой дом восстанавливает, тем более и деньги на руках. Повезло ему с вами, Алисонька. Извини, но очень хочется спросить – а папа твой из какой семьи родом?
- Точно я не знаю, вроде из дворян, так теперь все хотят быть дворянами. Но у него особые родители, они раскопки здесь вели, археологи.
- Ну, теперь понятно, откуда такая коллекция. А ты не интересуешься раскопками?
- Нет, это не моё. А вот Денис, скорее всего будет учиться на археолога. Он как к нам попал, из галереи не выходил, часами карты рассматривал. Уже мечтает музей открыть в нашем городе. Дядя Саша тоже проявил желание ему помогать.
- Дядя Саша, говоришь? Вот и наслушался старик, знает где урвать.
- Он добрый, Полина. Вот жена у него мегера. Как-то недавно сюда приехала, орала как дура: чтобы ты сдох со своими долгами.
- Что за долги такие? Играет что ли?
- Не знаю. Но Денису он всегда помогал, а теперь и мне.
- Да и ладно, лишь бы с ремонтом до свадьбы справился. Ты сразу уедешь от мамы или как?
Алиса смутилась, но быстро подняла на Полю счастливые глаза.
- Мы в путешествие собрались по самым красивым островам мира. А потом переедем, пусть мама будет полной хозяйкой в этом доме.
- Вы там осторожней, мало ли где какой климат и болезни. Тем более, когда ждёшь ребёнка.
- Ребёнка… не может быть, Полина. Вы меня напугали.
- Радоваться надо, а не пугаться.
- Мне казалось, что я заболела. Вы ясновидящая?
- Если бы, - засмеялась Поля. – Есть такие люди, не спорю, но я вижу неясно, обыкновенный опыт.
Полина шла домой по Верхней улице, шла, дыша весной и предчувствием рождения новой жизни. Что может быть приятней этих двух ощущений? Тем более, что этот период весны в конце мая Поля называла сиреневым.
«Плохо, когда много больших заборов. Лучше бы нас отделяли кусты цветущей сирени, а не серые заборы и ограды. Так не хочется сейчас думать, о каких-то узлах, которые нужно развязывать, вот бы распутались сами. Что за жена у дяди Саши, и почему старик так тянется к семье Елены? Может он и травил Дениса, но зачем. Я привыкла нюхать сирень, наслаждаясь счастьем, а кто-то сейчас завидует и злится. Мне их жаль, но изменить я ничего не могу. Привычка иметь, сильнее, чем привычка терять».
Ещё издалека Поля услышала неприятный незнакомый женский голос: - Купил это уродство, сам в нём и живи. Я сюда не перееду, и папа тоже.
Чем ближе приближалась Поля к деревянному дому, тем больше сочувствия вызывал у неё дядя Саша, хотя он и пытался украсть старую вазу. Его, если честно, можно было понять.
- Здравствуйте, соседи! – как можно громче выкрикнула Полина.
- Здравствуйте, - небрежно бросила незнакомка. Внешность её не отличалась особой красотой, да и годы дали о себе знать, но рядом с небритым дядей Сашей она выглядела чужеродно. Отличная стрижка, довольно правильные черты лица и презрительный взгляд делали её полным антиподом мужа.
- Александр, вы уже весь угол разобрали? Быстро! Что сказать – золотые руки, - Поле захотелось похвалить старика, назло этой кричащей даме.
- Да что вы, Полина, - дядя Саша старательно пытался заслонить жену от соседки.
- Головы, зато, нет, - буркнула жена, злобно взглянув на Полю.
Но наткнувшись на улыбку Поли, незнакомая дама замолчала. А Поля заспешила к своему дому, стараясь не расплескать своего прекрасного настроения.
Дядя Саша постучался тихо, но Поля ждала этого стука. Приоткрыв дверь, в дом она соседа не пустила.
- Полина, прости ради Бога за ту ночь. Бес попутал, надеялся долг тестю отдать. Петя как специально окно не закрыл в котельной. Хотел тихо, а вы проснулись. Я так напугался, увидев вас, что разум потерял.
- Дядя Саша, а за что вы сидели? – выпалила Поля.
- Я жену прикрыл, за махинации при покупке лекарств. Вы же знаете, кем был её отец…
- А Дениса кто травил?
- Специально никто, я же сам этот чай пил. Жена заваривала, чтобы не уставал и больше работал.
- Одного не пойму – зачем всё это терпеть? Так сильно её любите?
- А куда, Полина, бежать на старости лет? У нас дочь, я ей дом хочу подарить, пусть хоть память обо мне останется. Если выкуплю, конечно.
- И где вы деньги найдёте? С таким чаем вы долго не проживёте.
- Это трава, а не отрава. Я в тюрьме такое пил, что меня ничем уже не проймёшь. Мне действительно он помогал, а вот Денису не повезло. Я же мальчонку давно знаю, в детдоме тоже ремонты делал. Когда Мишка меня работать пригласил, я Дениску сразу узнал. Только не сын от Мишкин, другая порода. Вы, Полина, смелая, хотя и трусиха. Уж простите за наглость, попросите у Алисы для меня денег авансом, я всё отработаю.
- Это уже сами, она к вам хорошо относится. Не откажет. Я понимаю, строить надо летом, самая пора.
«С отравлением уже ясно, только с отцовством опять загадка. Снова всё перепуталось, ни начала, ни конца. Кто-то говорит неправду, но кто?»
Глава 10. Признание
Петя категорически отказался идти с Полиной на свадьбу к Алисе.
- Что я буду там делать? В конкурсах учувствовать? Уволь, иди одна, тут недалеко.
- Приличные женщины одни не ходят, - не очень-то расстроилась Полина, заранее ожидавшая от мужа отказа.
Поля уже час крутилась у зеркала, не зная, какой жакет ей лучше надеть к новому платью. Во входную дверь громко постучались, хотя Петя уже установил отличный звонок.
- Иду, иду, - досадовала Поля, так и не решив, что же надеть.
Счастливо поблёскивая глазами, перед Полей стояла Наталья. Нарядившись в стильный брючный костюм, соседка явно уже побывала в салоне, готовясь к празднику.
- Полина, я за вами. Елену я уже видела, покаялась, пора идти на свадьбу, - без приветствия тараторила Наталья. – Такое облегчение, ты не представляешь! Столько лет обиды, всё напрасно и глупо.
- И слава Богу, мириться – лучшая из привычек. Наташ, а кто отец Дениса, всё-таки?
- А что, опять сомнения? – Наталье явно не хотелось об этом говорить.
- Дядя Саша сомневается, не та порода, говорит. Как я поняла, у Елены свёкор был археологом.
- Был, раскопками занимался свёкор, а потом в школе преподавал.
- В какой школе, не помнишь, случайно?
- В разных, его долго не задерживали. Не по программе работать в советских школах было нельзя, а он по-другому не мог и не хотел. Владислав Вадимович не верил учебникам…
- Погоди, Владислав Вадимович?
Поля даже присела от такой неожиданности.
- Он и меня учил, Наташа. Это я после его уроков историей увлеклась, учитель от Бога. Надо же, чудо, а не человек. Мы плакали, когда он из школы ушел, даже бойкот устроили.
- Сейчас не до него, опоздаем. Через полчаса невеста с женихом приедет. Ты готова? В одном платье замёрзнешь, накинь что-то.
Поля схватила бордовый пиджак, уже не думая насколько он хорош. Тяжелой волной прошлое накатилось на неё, вызывая глубокую благодарность прекрасному человеку.
Закрыв дверь на ключ, Полина увидела Богдана, одетого в дорогой стильный костюм. Засмущавшись, мужчина кивнул Полине головой. Шли гуськом и молча. Богдан шел последним, держа в руках огромный букет цветов.
- Наташ, вы что молодым дарите? Я серебряные ложки купила, пригодятся.
- Нам неудобно дарить что-то на их же деньги. Богдан их портреты нарисует, так решили.
- Здорово, это вы отлично придумали!
Как только все трое пересекли открытые, украшенные цветами ворота розовой усадьбы, Наталья исчезла. Поля любовалась высокой беседкой, возвышающейся над столом. Как и ожидала Поля, и посуда, и цветы, всё было розовое. Неподалёку кучками стояли гости, но ни одного знакомого лица Поля не увидела. В основном это была молодёжь, друзья жениха. За их спинами промелькнул дядя Саша, несущий охапку ровненьких дров.
- Наш пострел – везде поспел. Хозяйничает? – повернулась Поля к Богдану.
- Этот всё готов сделать, лишь бы хорошо платили. Сосед, надо дружить.
- Надо, хотя не сам ли он этот дом поджёг, чтобы потом купить? Как думаете?
- Серёга поджёг, нечаянно. Напился с расстройства, да и уснул. Сигарету не затушил, прямо на диване вырубился.
- А зачем о поджоге говорили, я на человека зря думала.
- Кто же признается, что свой дом спалил. Тем более он полицейский, ему лицо терять нельзя.
«Не интересно как-то, скучно. Никакой интриги, просто надо меньше пить. Привычка преувеличивать делает жизнь красочней и таинственней».
Оставив Богдана, Поля поднялась по ступенькам розовой усадьбы. Молодые опаздывали, и Поле сильно захотелось заглянуть в галерею. Уже больше недели, как Петя отвёз все экспонаты в розовую усадьбу, и всё они благополучно разместились на прежних местах.
К приезду Елены с Денисом дом преобразился и помолодел. Внутри было слишком тихо, весь праздник сегодня состоится во дворе.
Дойдя до середины парадной лестницы, Поля остановилась возле старых фотографий. Теперь она уже узнавала на них маленькую Елену с родителями, Алису в коляске и рядом её папу.
В крайнем нижнем ряду слева на пожелтевшей под стеклом фотографии Поля узнала своего учителя. Владиславу Вадимовичу на фотографии было не больше двадцати лет, но его улыбку она не узнать не могла. Он стоял, обнявшись с молодым человеком, очень похожим на Дениса, разве только чуть более мужественным.
-Полина! Очень рада вас видеть!
Поля вздрогнула и повернулась на голос. По лестнице поднималась загорелая, помолодевшая Елена. Одетая в шикарное платье, она несла себя, как королева, одаряя всех благодушной улыбкой.
- С приездом, Елена. Вы просто великолепны, честное слово. Вот, смотрю и удивляюсь. Ваш свёкор учил меня в школе истории, а здесь такой ещё молодой. А кто рядом с ним?
Елена скривила губы, и на мгновение её величие исчезло.
- Это друг молодости моего тестя. Они на раскопках где-то. Пойдёмте на улицу, сегодня в доме грустно.
- Мне кажется или нет, что этот друг очень похож на Дениса, вернее наоборот. Красавчик, ничего не скажешь. А где он теперь?
- Вы слышите, молодые приехали, - так и не ответив, Елена пошла вниз.
К воротам усадьбы подъехал длинный розовый лимузин.
«Они что, на розовом помешались? Всему же есть предел…».
Но все мысли растворились, когда из лимузина вышла Алиса. Платье со шлейфом сидело на ней, как влитое. Белые кудри, уложенные чуть небрежно, превращали невесту в сказочную принцессу, а принцессы могут ездить и на розовых лимузинах. Жених смотрелся элегантно, но внешне особо Полю не поразил. Пока Соня по обычаю заставляла молодых отламывать хлеб и разбивать бокалы, Поля смотрела на Дениса, скромно стоявшего в стороне.
Когда пришла очередь садится за стол, Полина села рядом с Богданом и пожилой дамой, бабушкой жениха. Но Денис попросил даму подвинуться и уселся рядом с Полиной.
- Здравствуйте, Полина. Мне Алиса рассказала, что вы интересуетесь историей. Вы тоже карты часами можете разглядывать, будто они могут что-то рассказать? Я верю, что древние города ждут, когда мы их откопаем. А вы?
- Очень верю, Денис. Найди ещё наши традиции, а то почти всё растеряли.
Шум свадьбы заглушил всякие разговоры, смех и пожелания лились рекой, позволяя людям в эти минуты верить в земное счастье. Начались танцы, и Поля почувствовала, что и сама не против подвигаться. Но Елена крепко обняла её за плечи, и наклонилась к её уху.
- Хотите знать всё, получите. Да, это отец Дениса. Вы всё правильно угадали, вам бы точно клады рыть. Правда он подонок и трус, но это уже неважно. Когда Вадим погиб, он, как старый друг свёкра, сделал вид, что жалеет меня и Алису. На самом деле, Владислава Вадимовича он ненавидел и завидовал. Ему нужны были вазы, а на мне он отыгрался. Он же прокурор, ему всё можно. Напоил, а дальше я и не помню. Когда опомнилась, то поздно было от ребёнка избавляться, Бог отвёл. Дочка его, Лизка, тоже всё знала, вот чаем и поила моего мальчика. Мужа ей не жалко, а наследники, нагулянные отцом, ей не нужны. Я из детдома мальчика взять не могла, боялась за его жизнь.
Елена выпрямилась, отпустив Полю из объятий. Поднялась и Полина: - И вы молчали?
- А, что мне было делать? Жаловаться прокурору на прокурора? Да и мальчик славный получился, моя радость.
- А Михаил? Он же до сих пор думает, что это его сын.
- Он хороший человек, хоть и глупый. Пусть так и думает. Самое ценное, что тогда молодыми нашли Владислав Вадимович и этот урод – две вазы. Из-за них и ссора произошла. Золото они поровну поделили, а вазы забрал тесть. Он знал, что их пока нельзя никому показывать, что никто не скажет правду - кем и когда они были сделаны. Но я отдала одну Наталье, поняв, что дороже настоящей дружбы и сострадания нет ничего.
- Так отдайте вторую прокурору и спите спокойно. Теперь-то они её в музей продадут, и от вас Лиза отстанет, и от Дениса.
- И отдам. Дочку замуж выдам и всем верну долги. Свёкор берёг их для потомков, но пора им знать правду. А Денис ещё найдёт, он так и сказал.
- Да Бог с ней, с правдой. Денис обязательно найдёт, я не сомневаюсь.
- А дочь у меня красавица. Горько! – Елена как-то сразу отдалилась от Поли, выговорившись и освободившись от старого груза. Зато Поля стола несколько минут не шевелясь.
«Привычка говорить правду должна быть у всех, но её нет ни у кого. Или все – или никто. Говорить правду стало не привычно, а это почти что неприлично. Кто знает правду, тот её хранит, как тайну, боясь, что её обидят или исказят. Знала бы правду дочь прокурора – может вовсе не родился бы Денис. Не будь Дениса, Елена спилась бы и не смогла сделать счастливой Алису. Все завязаны в узелки, и вязь жизни не имеет правильного узора».
Сами теряем, сами,
Некого нам винить.
Призрачными голосами разъединяя нить.
Сами меняем лики,
Не замыкая круг,
Слышим лишь только крики в горестях злых разлук.
Кто-то рискнёт исправить,
Кто-то «спустить собак»!
Сами, пытаясь править, сами – причина драк.
Жаль уходящих мимо,
Лучших минут и дней,
Сами теряем любимых, делая жизнь больней.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/