– Сейчас день? Вечер? Я уже во времени потерялся, который час? – спросил Виктор Николаевич, глядя на затянувшийся тучами кусок неба, торчащий из окна.

– Пять часов вечера, разумеется, - ответил ему хриплым голосом Сергей Петрович, продолжая топить чайный пакетик в чашке. – Вам тоже чая заварить?

– Да, будьте любезны, на двоих, нужно экономить. Как вы считаете, сколько еще продлится эта буря? Еще неделю обещают.

– Думаю, что столько и продлится. Подождите, еще даже песня не сыграла,- ухмыльнувшись, сообщил Сергей Петрович. – Мне вам еще долго составлять компанию.

Коллега подошел к стене и сорвал лист календаря, за ним висел новый месяц.  В верхней части листа стояла дата: “September, 2059”

– Как вы сказали? Какая еще песня? – недоуменно спросил Виктор Николаевич.

– А то вы не знаете,– протягивая кружку с чаем другу, сказал Сергей Петрович и начал пристально на него смотреть. – Серьезно? Вы не знаете? Вы совсем новости не слушаете? – после некоторой паузы удивленно он спросил.

– Вы же знаете, я выхожу на улицу только лишь в хорошую погоду, и только чтобы пополнить запасы, ничего кроме прогноза погоды меня не интересует. Так о чем, собственно идет речь?

– Появились интересные изменения в системе оповещения. Организация Объединенных Наций, которая имеет на данный момент все полномочия, заявила, что единый сигнал ныне не подходит. Они считают, что сирена слишком пугает людей и наводит панику в толпе, что увеличивает смертность от глобальных катаклизмов. Поэтому они решили провести кастинг на роль нового сигнала.

– Продолжай, -  заинтересовался Виктор Николаевич.

– А что тут продолжать? Выбирали они из всех возможных песен на интернациональном языке.

       Вдруг зашумело радио. Двое приятелей прильнули к столу. Новостная станция сообщила, что грозовые облака переместятся ближе к западу. Диктор продолжил что-то вещать про локальные зоны, но голос радио перебила молния, вдарившая 2 раза по крыше частного дома Виктора Николаевича.

– Молниеотвод! – похвастался хозяин. – Возможно, мой дом – самое надежное место сейчас. И с каждым годом становится все надежнее.

– Да, за 12 лет ты успел хорошо подготовиться, а у меня дай бог, жилье пережило бы еще и эту бурю. Хорошо хоть с камчатки сошли тучи.

– Ну теперь ты можешь вздохнуть спокойно. Хотя послушал бы ты меня сразу, переживать и не стоило бы: деньги у тебя были, время тоже.

– Ну, тогда тебя все сумасшедшим считали, - посмеявшись, ответил Сергей Петрович и подошел к окну, отхлебнув из чашки.

– Считали, не спорю. Зато где они теперь? При первом же катаклизме большая часть сотрудников вымерла. А вот ты жив, потому что мне поверил, хоть и не сразу.

– Но, к сожалению, никто не верил в успех эксперимента. Даже больше скажу - их исследования то никто не читал кроме тебя. Оставшаяся тусовка пускает слух, что те бедолаги до сих пор где-то на засекреченной базе работают над тем, как вернуть все на свои места.

       Вдруг по окну ударяет кирпич, а следом раздается выстрел. Испугавшись, Сергей Петрович отпрыгнул от окна, уронив кружку на пол. Раздался металлический звон, и по полу разлились остатки чая.

– Ублюдок! – закричал испуганный мужчина вслед темной убегающей фигуре.

– Не волнуйся, - улыбаясь, приказал Виктор Николаевич, - уверен, на стекле нет даже скола.

– Бронированное?

– А то! Выдержит даже взрыв гранаты, так что можешь даже не обращать внимания. А вот тому парню точно стоит переживать. И вообще не понимаю, какой дурак будет в это время выходить на улицу.

– Ну, людям нужно же где-то прятаться, что-то есть. Не все так подготовились, как ты, у многих уже и домов нет, 10 лет все-таки прошло с тех пор - возразил Сергей Петрович. – Смотри: начинается!

       На улице какая-то женщина распугивала толпу бродяг. Она держалась за плечо. Рука буквально болталась канатом у бедняжки. Люди только начали расходиться от столба с громкоговорителем, как вдруг одного паренька пробило ледяным шаром размером с теннисный мяч. Его голова за секунду стала похожа на расколотый арбуз, и бедолага замертво упал на землю. После чего еще несколько таких комьев упало в пределах видимости. Виктор Николаевич включил уличный микрофон, чтобы слышать, что там происходит. Среди гула, стонов и криков людей, можно было разобрать, о чем говорят в оповещении. Голос приказывал людям немедленно прибыть в закрытые, хорошо защищенные от града и дождя места, а также призывал к спокойствию и порядку, после чего заиграла музыка.

– Вот о ней я тебе и говорил, - произнес Сергей Петрович.

Вокруг царил хаос и паника. Людей штабелями валило градом, один удар ломал бродягам за окном руки. Те, кому такой снаряд попадал в голову, погибали сразу. Не прошло и 7 минут, а за окном уже вокруг лежали трупы. И ведь не спрячешься.

– Пам-пам-пам-пам-пам-пам-пам-пам, пам-пам-пам-пам-пам! – напевал Виктор Николаевич. – Мистер Сандман, бринг ми э дрим…

К окну подбежал мужчина, а вернее тот самый грабитель, Сергей Петрович его узнал:  - Это он стрелял в окно! – воскликнул гость. Но Виктор Николаевич лишь махнул рукой и продолжил напевать песню, прибавив: “Хорошая песня, мне нравится!” Тот вандал вопил и стучал в окно с той силой, с которой только мог. Но буквально через 3 секунды ему на спину упал ледяной шар, пробив парню позвоночник. Он упал на землю и так там и лежал, хрипя и дергаясь. За минуту по нему пришло еще 2 удара: один сломал бедняге колено, а второй расколол его череп, навсегда избавив парня от мучений. Внезапно начался сильнейший ливень, разливая вокруг трупов реки крови. Недалеко от столба бежала чудом выжившая женщина. А именно она бежала к чемодану. Но Сергею Викторовичу, смотрящему все это время в окно, так и не удалось выяснить: для чего она туда бежала, потому что девушке одним точным ударом сломало шею, и та упала, плюхнувшись лицом в лужу.

– Смотри, что там мальчик делает, - указал пальцем Виктор Николаевич.  Мальчишка лет пятнадцати прикрылся телом друга и ползет в сторону домов. Возможно, он не был ему другом, но жизнь парню явно он продлил. И вот мальчишка почти дополз до руин старой пятиэтажки, но как только он добрался до первой ступеньки около крыльца, у мальчика прогнулся локоть. В тот самый момент гигантский ком изо льда ломает парнишке руку, и тот падает прямо в лужу, придавленный трупом. Ребенок стонал, кричал, просил о помощи, постепенно захлебываясь в луже, и может быть кто-нибудь его бы и вытащил, но друзьям стало скучно на все это смотреть, и они, отвернувшись от окна, вернулись к столу.

– Да, дела, - сделал вывод Виктор Николаевич и допил чай из чашки.