-----------------
Он любил Амстердам. Вот может именно за эти дожди межсезонья, за небо в тучах, за… за их мечту, которая не сбылась и уже никогда не сбудется. В дождливые дни, уже заполночь, он надевал плащ и шляпу и, втянув голову в плечи, шел в ближайшую кафешку. Старый город – ночью в кафе пусто и тихо. Заказав кофе, он садился у окна и смотрел на дождь…
Дымилась чашка кофе, а за окном лил ночной дождь. И не было никого вокруг, только он и кофе… да всепоглощающая грусть одиночества.
«Старик» - так часто его называли в тех нескольких ночных кафе, где он бывал – только ночью, в неизменном плаще и шляпе, которую он всегда клал на стол тульей вниз, будто бы для подаяния. «Старик» - а ведь ему не было и сорока еще. Но жизнь сгорбила его и выбелила голову. И глаза – у него были глаза мудреца, словно выцветшие в бесконечных днях жизни, олицетворявшие какую-то вселенскую грусть. Работники кафе избегали смотреть в эти глаза, они говорили будто там Вечность… В этих глазах будто бы была сама Вечность.
Никто не знал про него ничего, лишь молча глядели ему в след, когда «Старик», неспешно допив кофе, надевал шляпу, поднимал воротник и уходил в ночную тьму, под дождь.
Он жил недалеко, в скромной небольшой квартирке в чердачном этаже старого дома. Высокие готические окна выходили на канал, и он часто ночью смотрел, как капли дождя бьют по воде в канале. Уже больше пяти лет он жил тут один – писал книги и ходил дождливыми ночами в кафе, грустить и вспоминать о прошлом,ы да пить кофе.
Писатель – он творческий человек. А такие чаще живут ночью, спят днем. Вот и он так. И сейчас бы была прекрасная жизнь, уже несколько лет его вполне успешно издавали, неплохо за это платили… Но теперь ему не нужны были деньги, зачем они когда любимой женщины уже давно нет с ним.
Он поднялся к себе под крышу по старой скрипучей лестнице. Разжигать камин не стал, как и всегда. Холодно не было, древние толстые каменные стены, казалось, хранили тепло прошлых столетий… Старик плеснул себе виски в стакан и устроился перед компьютером, за окнами лениво стучал крупный и холодный ночной дождь. Ночью его всегда тянуло писать, блики фар ходили по темной комнате, запах выдержанного виски плыл в воздухе. И все бы было прекрасно, идиллически даже, но не было с ним любимой…От этого тиски одиночества сжимали сердце. Были только его книги, грусть и одиночество, но там, в книгах – в выдуманных мирах – они были вместе. И счастливы.
Дождь лениво стучал в окна, с каналов уже тянулись языки тумана. Близка была зима, ночной снег, что как всегда будет таять к утру. Рождество чувствовалось все ближе, скоро праздник заполнит город… Старик будет смотреть на праздник из-под своей крыши, сквозь запотевшие стекла ночных кафе… из тумана прошлого. Вновь жизнь будет мелькать в воспоминаниях и несбывшихся мечтах, и там будет она. Она всегда там, каждую секунду. Ведь в мыслях его они вместе всегда, всегда…
Что-то тянуло на улицы ночного города, в такое же одиночество пустых кафе, к дождю, стучащему по карнизам и крышам, журчащему в водосточных трубах. Там думалось как-то лучше, да и книга что-то передумала вдруг писаться. Натянув плащ и надев шляпу, Старик спустился вниз. Улица – как всегда поздней ночью – была пуста, дождь падал на камни мостовой, ненавязчиво постукивал по плечам и полям шляпы. Приветливо и тускло светились окна кафе, открытого всегда. Они работали даже в рождественскую и новогоднюю ночи, Старик в эти ночи был единственным клиентом, ведь люди не были настолько пронзительно одиноки – они были с родными… только Старик был один, всегда один.
Сейчас тут тоже не было никого, он налил себе кофе – как обычно ночью он делал это сам, его знали и доверяли. Да просто привыкли к нему за эти годы, он был своим…
За окном уже падал снег, сменивший дождь… скоро Рождество. Старик надел шляпу и, прихрамывая, вышел в ночь. Было тихо, лишь бесшумно падал снег и тут же таял, только коснувшись камней тротуара. Тяжело было на сердце, как и очень часто в последние ночи. Присев на кованную скамью, он взглянул в небо… Летели бесшумно снежинки, звезды чуть дрожали в бесконечной тьме вселенной меж редких сегодня туч. Там холодно, тут как-то тоже… Старик повел плечами, поплотнее запахнул плащ и вновь глянул в небо. Звезды, казалось, звали и что-то нашептывали в вышине…
- Снег идет, праздники скоро. – Арн вздохнул. Он любил ночное патрулирование в старом городе, тут всегда было спокойно… даже днем.
- Поехали за кофе. – Его напарник оглядел пустую улицу. Никого не было, лишь вдалеке кто-то сидел на скамейке. Патрульная машина плавно покатила к сидевшему.
Не говоря ни слова, оба они вышли из машины. Прилично одетый молодой мужчина сидел на скамье, подняв лицо в небо. Снежинки уже не таяли на коже, сыпались на плечи, шляпу, на открытые мертвые глаза…
Арн вернулся в машину, что-то негромко сказал в рацию. Красные и синие маячки в полной тишине бесшумно замигали на крыше автомобиля, озаряя отблесками улицу.
А снег тихонько падал и таял, лишь коснувшись мостовой. Снегу было все равно…
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/