Научно-фантастическая новелла в трёх действиях

Viertes Reich.

 Пролог.

Прошло более трёх лет с тех пор, как учёные обнаружили  систему «KOI-351», которая очень схожа с солнечной системой. Одна из семи планет привлекла внимание физика-астронома Хуана Кабрера абсолютной идентичностью с Землей. Единственным отличием был период вращения этой планеты, которую из-за зеркальности расположения оси обозвали Ялмез, вокруг КОИ-351, т.е. год составляет здесь не 365,2564 дней, а  ровно 331 день. Так вот этот Хуан  принялся тщательно наблюдать за этой планетой, методами электронно-математического анализа и астро-физических вычислений, и пришёл к выводу, что на Ялмез существует жизнь.  Учёный тайно проник в секретную лабораторию НАСА, где установлен секретный ядерный катадиоптрический электронно-молекулярный мультимедийный телескоп NCEMMT, мощностью соразмеряемой 120-ти кратному магнификатору, рядом с котором постоянно работал огромный электронный  адаптивный процессор дешифратор космических звуков, при  помощи которого можно расшифровать любой звук во Вселенной, и обалдел от увиденного и услышанного. Перед ним открылась картина происходящего в этой межгалактической дали, где существует жизнь идентичная нашей. На планете Ялмез (а местные человечки именно так и называли шарик на котором жили) было столько же стран, сколько и на Земле, и примерное равное количество языков. Практически каждый язык адаптер фиксировал и сообщал суть этого звука с учётом реального времени событий за несколько сот световых лет от Земли.

Нужно отметить, что система NCEMMT устроена по принципу individual projections simulation, когда моментально фиксируются во Вселенной именно особенности индивидуальных субъектов.  Сосредотачиваясь полностью именно на такой тип исследований, появлялась возможность анализировать действия популяций в целом.

 Хуан наблюдал и старался быстро фиксировать все увиденные события, стенографируя вначале, ну а потом переписывая все в виде рассказа.

Часть 1. Страна Порку

Страна Порку, со столицей Веик, по науськиванию мировой корпорации Акирема (АШС), объединившись военными планами с Империей Намсо, пошла в наступление по всем фронтам и границам с Нитуплендией на эту страну,  которую ещё с древности называли Чисурия. Нужно отметить, что до этого в государстве Порку произошёл военный переворот, называемый Надйам, и к власти пришло племя нацистов ичилагов (Ичилаг), которые огнём и мечом подмяли под себя весь остальной народ, преимущественно входивший в большой и сильный конгломерат Икссур. Они стали всех насильно заставлять говорить на фене, скакать кругом, делать наколки на жопе, и орать лозунги. 

Не сдались Надйаму только жители острова Мырк и герои страны Терриконов, рудокопы, которые по сути  своей  были из племён чисур. С оружием в руках они поднялись против новой власти, и с боями отстояли свою землю, чтобы не дать врагу их уничтожить. Нитуплендия вступилась за своих братьев, призывая мировое сообщество в лице Апорве и других стран признать акт геноцида  против чисурей, но дело в том, что это было бесполезно. Главная корпорация планеты постановила уничтожить и саму Чисурию, потому весь западный бомонд тут же ввёл санкции против Нитуплендии, а нацисткий Веик принялся искать вооружённые силы этой страны, чтобы обвинить ее во вторжении.  Но кроме добровольцев и отпускников там никого так и не нашли.

   Тем временем  рудокопы развили такой успех, что организовав несколько адских котлов, грозились взять и сам Веик, так что само существование новой власти встало под угрозу. Но все было не так просто. Страна Порку с новым режимом Анжелазен появилась не случайно, а с тонкого расчёта корпорации АШС, и потому всегда могла рассчитывать на помощь.  И эта помощь пришла в виде новых санкций против Нитуплендии и позорного для страны Терриконов мира – Ксним-2.

А тем временем при помощи созданной группировки ЛИГИ, в которой действовали фанатики веры малси (имилсумы)  корпорация нанесла новый удар по стране Яирис, союзнику Чисурии. На этот раз при помощи Империи Среднего моря Намсо, и ее императора Нагодрэ, который  приказал сбить военный самолёт чисур, который мешал их общим планам с имилсумской братвой.  Корпорация решила поломать экономические связи Нитуплендии со странами, которые захотели выстраивать новые вектора устройства своих экономик. Многие старосветские правители были лояльны к президенту Нитуплину и желали с ним работать.  Перерезав поставки газа и нефти, путём уничтожения независимости Яириса, Корпорация достигала своих целей – уничтожения самостоятельного исторического государства Нитуплендия.

Но и здесь просто так все не получалось. Военно-космические силы Чисурии\Нитуплендии разбили сложившийся конгломерат ЛИГИ и НАМСО, и ситуация грозилась выйти из-под контроля АШС, поэтому Корпорация пошла на хитрость, заключив ещё одно перемирие с Президентом Нитуплиным, дабы задействовать хитрый план.

 Закончить Перемирие они планировали внезапно…

Ярый нацист и патриот Великой Порку Микола Прямозадый из отряда территориальной обороны «Союз Визволення» всегда был  за люстрацию. Он  не совсем хорошо понимал, что это такое, но твёрдо верил, что настоящий патриот должен быть за что-то такое, что звучит хорошо и при этом должно быть кому-то непременно больно.  Ну, а если уж после действа остаётся даже один пепел – это вообще чудово. Ведь в мире все за что-то были: ыдижи за обрезание; ыбара за кастрацию в своих гаремах, и тоже за обрезание; апорвейцы, в былую годину, практиковали непосредственную «кострацию» с буквой «о» в первом слоге, сжигая до пепла всех и вся на кострах, кто не согласен был с их темой. Времена инквизиции Миколе очень нравились, и их нужно было вернуть.  Сжигать интересно. Тем более неверных авксомалей  жечь нужно было нещадно.  Чем тут кто недовольны? Поджоги и сжигание мяса это старая развлекуха патриотов униатов еще издавна.

Что касаемо самой люстрации, то это был старый люстратор, занимался ею Микола с детства. Вернее  забыв старое название, Микола отдался весь  новому революционному смыслу и он ему даже нравился больше. Главное, что теперь никто не брехал ему, что от этого можно ослепнуть или на ладонях волосы вырастут.  Хорошее дело революция.

Один из родственников, которым гордился Микола, житель Буковины в далёком прошлом, в войну великих ценамрегов и ватников входил в один из отрядов зондер-команде  «Нордеваллфен», который и занимался, как раз сжиганием ватнического мусора и остатков ордынско-неправильного генофонда в печах Остенвальда.  Совсем недавно он прочёл,  в умной книге, что потомки великих ырков, те, кто основал жизнь на планете некогда (очень давно) называемой Поркумлия, выкопав Чёрное море, и создав Мыркские горы с горой Тарара, воюют за свою независимость с подлыми пацакскими татушками аж с 13 веку, со времён Данылки Галицкого, и именно с тех пор ведут непримиримую огненную борьбу с мракобесами, которые подлостью и коварством при помощи ыдижов завоевали их великую Родину, простиравшуюся некогда от океана до океана.

Деда своего, Батьку Тараску по фамилии Залупо, героя Нэньки Микола чтил и помнил, хоть и держал некую обиду на его сына, своего отца. Если у других был общий коленкор-виебонов  в виде херо-идеализации Пухевича, да обвинуваченого всяко там Злобнiй, то у Миколы был свой штандарт, фамильный, с ярким названием Хероев Хзалупы, які боролися за незалежність великої стародавньої Поркїни. Так было написано на его фамильном гербе, который смастерил его пращур, украв у хяла кусок железа. Такая версия озвучивалась старым дедом Вэзелику (когда тот был ещё жив), отцом матери, правда, нымуром по народности,  за постоянным столом ветеранов люфтбляффе, (где тот служил и воевал), когда старики друзья гауляйтера Микоша отмечали день памяти сожжения ими сотой деревни в той далёкой, но справедливой войне.  И именно поэтому факту родства ему разрешили основать своё подразделение под этим старым штандартом. Разрешить то разрешили, но какой-то осадок у Миколы остался.  Дело в том, что он чувствовал, что в происхождении его самого было много и ляпов, и вопросов к нему со стороны идейных борцов. Через-чур вытянутое по-барабаски лицо, быстро растущая чёрная борода и ближневосточное глаза, вселяли в нутро Миколы смутные сомнения и постоянную неуверенность в себе. Его маман что-то явно скрывала от него о своей работе в Барабаских Эмиратах. Выяснилось все очень просто, по совместительству челнока, его мать подрабатывала ещё и проституткой в одном из борделей города Бубаи,  откуда и привезла его в подарок  папаше, под Вивьл. Там-то  папаша Ярош Тарасович, ничего не сказав, впал в ступор, при виде такого нежданного события, оттого и, врезав горилки напоследок, исчез. Говорят, его видели позже, спустя годы, в каком-то богатом доме на одном острове, где он чистил бассейн и туалет, и где его поймали патриоты Надйама. Тогда он напрочь отказался платить гроши на Великий Переворот идейным борцам и был бесславно убит пiдсральником по голове. Этот факт своего тайного происхождения очень тревожил Миколу, потому единственной возможностью отличиться и доказать всем, что он истинный цеира с нордическим характером,  барабашак-бастард считал фронт. Именно Фронт сделает его неуязвимым для нападок и насмешек. Сделает героем нации. Так он думал, на том и стоял.

Дали танк, две тачанки, хлопцев с чубами, а для полной перемоги основали штаб  загін Залупо Буковинского, в который определили на службу двух элитных украинских проституток из столицы в вишиванках. Дамы ранее работали в Басурмании,  сидели в тюрьме, хотя сами работницы штаба просили не называть их прежнее место работы. Уж больно скромны были.   Свои дивчины из Яицилага для этой работы не подходили ибо были дюже страшны и злы в силу того, что эпидемия сифилиса в конце Х!Х и начале ХХ века прошлась по генофонду катком комбайна.  На этом Штаб стал именоваться відділення підтримки з Апорве и начал он свою військова службу прямо не отходя от кассы.

Так Микола стал депутатом и атаманом загону, ибо те, кто имел свой «відділення…» сразу зачислялся в систему «ВРУ». Но там дело не пошло, не смог он конкурировать с истинными патриотами, которые к этому времени в этом ВРУшечном деле изрядно преуспели. Как уже говорилось, Микола был родом из небольшого местечка, полукровкой, где тупость считалась нормой жизни, и назывались они «прост умани», что по-тарабакски было тоже самое, что и еначилаги – без ума живущие. Но, поди-ж, докажи, что их местечковая тупость родная, а не вызванная посттравматической мутацией ген от сифилиса, как у этих дебилов, да и честность в Буковинах в крови, что говорится с молоком матери впитанная. Не мог Микола врать и все тут. Ума и на это не хватало.

Так и шёл он вторым сортом в этой девелоперской схеме сходинке,  и очень переживал по этому поводу, мучаясь от  несправедливости. Ну, где тут конкурировать. Тогда, как херои напропалую пели песни на сходнеке про геройские сражения на черных землях Терриконов и о массовых уничтожениях спецназов чисур, Микола яростно сжимал кулаки и предавался соромітним чарівна (хотя чаще все же люстрации, ибо привык к одиночеству) со своими штабистками в вишиванках.  Те часто снимали свои рубахи с плетёнными погонами, и представали пред своим атаманом в неглиже и в непристойных наколках, но при этом показывая сотнику все то, чему научились от  их братьев по вере доблестных бусурман, да в зоне на отсидке.  Микола боялся их, и по-настоящему мог снять напряжение, только оставшись наедине с собой. Так и люстрировал бы Микола до веку, если бы не грянули великие события.

  Часть 2  Блиц Криг.

Когда было объявлено наступление на врага, Микола обрадовался. Пришёл его час. В нем заиграло то вещество, которое играло в его далёких великих предках, когда те шли в отрядах «панцершлюссен» по земле Белой Исур, после того, как несколько отрядов их команден были уничтожены партизанен за бесчинства и грабежи.

Итак, вместе со своим озброєний загінем Микола вступил в дивизию «Рхумахта» с названием «Zentrale Identifizierung Bademantel Übelkeit Löß» имени Лейбштандарта Адольфа Вольцмана. Сокращённо дивизия именовалась  ZIBUL или ЦИБУЛя, и двигалась она на восточный ТВД. Отвоевав две недели в районе стратегической линии  Дороглеб – Ксрук, и получив там боевое крещение своего отряда в виде, называемое по-военному, erhalten Möse, Микола вместе со всей ЦИБУЛей, которая после пацакской взбучки прошла доукомплектование хялами, нымур-навадломами, окрут-маратами и низургами,  был переброшен под Нитупград. Из дивизий была создана первая ударная армия, и они шли на Восток уверенно.  Микола раньше мечтал быть в составе группы Центр, но судьба распорядилась иначе – путь лежал к Великой реке Аглов в составе группировки Юг. И именно здесь решалась судьба Четвёртого Рейха. Именно здесь  должно было произойти решающее сражение по плану Блиц Крига придуманного, конечно же, не Рошеном Барбарисом, а его заокеанскими дядями и тетями.

В строю были ветераны войны за терриконы с рудокопами и потому в войсках твёрдо утвердился пренебрежительный сленг обозначения врага – ватники, пацаки и  колорадо.

Третьего дня они были на главном направлении,  на основном шоссе у местечка злісні пацакi  (так прозвали это гиблое место бойцы сводного отряда нацистов, когда потеряли на высоте у неизвестного посёлка полдивизии, убив всего троих ватников, когда у тех кончились боеприпасы – да и то чисуры сами себя подорвали гранатами вместе с ещё одним взводом солдат Ркумахта , чтобы не попасть в плен) по дороге   к железнодорожному вокзалу.  Город пациков Вотсор уже лежал в руинах после прохода доблестной передовой дивизии «Гей Хлопці Яроша», поддерживаемые конницей хялов и авиацией Союзника Мэдэ оглы,  и потому грузиться на платформы своими тачанками, импортными танкетками Зауэрами и Панарамами можно было без помех. Следом шли нехотя межлисовцски рататы из Мырка, которые не особенно то и хотели воевать здесь на реке. Они думали, что Великий Ркумахт в содействии с Намсо Хаджимирией отвоюет им остров, и принесёт на тарелочке победу, перебив всех чисур и они заживут ярко и праведно, восхваляя своего халлаха. Но Великий шоколадный фюрер, посоветовавшись с заокеанским шефом, которым стала старая злющая масонка - лесбиянка Хилари Блинтон, приказал им доказать свою волю и право на остров в боях.  Там был один секрет, все подразделения  Ркумахта, не говоря уже о  Межлисе, который бежал с поля боя,  получили erhalten Möse (пиздюлей) и вынуждены были отступать и погрязнуть в тяжёлых местечковых боях. У султана Нагодрэ эта братва тоже поддержки не нашла и потому скрипя зубами шла на передовую, в надежде, что можно будет где-то «заныкавшись втихоря», в тоже время поставить галочку напротив своего сраного межлиса, в надежде потом получить контрибуции в виде нескольких армий, чтобы сломить и уничтожить местное население острова.

  Южная Нитуплэндия лежала под их сапогами… Взяв южный рубеж нацисты-патриоты подписывали смертный приговор царю Нитуплендии, которого они злорадно называли в твитере злобным карликом. Они шли с великой миссией очистить свою землю от ненавистных колорадо. Великая освободительная миссия – историческая. Микола чувствовал себя героем.

Но все же, кое какие мысли не давали ему насладиться эмоциями успеха. Микола сидя на тачанке задумался…

- Как же так? Вот там шагают вместе с ними все кому ни лень, сброд янычар, и они вовсе не их кровей? Где чистота расы? Почему тогда они хотят изничтожить ватников, которые тоже енавалсы?

Тут, кто-то со стороны окрикнул его. Это был Сэмэн Сэмэнченко, командир и депутат, который все время носил на башке балаклаву, чтобы и враги, и свои боялись его, а ещё, чтобы выглядеть серьёзнее,  – ибо с такой рожей, как у него можно было только изображать на паперти больного и убогого. Что он в принципе ранее и делал. Он, сидя в другой тачанке, уплетал галушки, и потому его балаклава была вымазана маслом и сметаной. Кроме балаклавы на Сэмэне ничего не было, ибо он был убеждённым нудистом и любил позировать для фотосессии с арбалетом в руках, размахивая при этом своим хреном. Прочтя мысли своего соратника, Сэмэн завопил, что эти ватники  вовсе  не «енявалсы» называются, а  «моголы» они по своей сути, ибо каждую чисурку отымел в своё время могол,  виной в путанице этой всему ыдижи и Нинел. И тут все стало на свои места. Абсолютно все. Особенно хорошо смотрелась штабистка Юля, ловкачка и прелестница эдакая, которая все время норовила выслужиться пред сотником, вставая, как надо в нужное место и в нужную позу, чем не нарушала одиночества своего командира.

Доблестные бойцы загіна возвращались к эшелону на своих тачанках, переполненных барахлом, курами и гусями, награбленными в разрушенных и сожжённых деревнях. На танке «Леопард 7», подаренном лично фрау Гертрудой Меркель, своему кумиру и тайному любовнику, сотнику Миколе Залупа Буковинскому,  развивались флаги и торчали два геройских штандарта с надписями «Союз Визволення»,  а на его боку  красовался фамильный герб. Он, нажав одной ногой на педаль сцепления и включив скриньку перепихунцiв, газанул. Его экспедиционный импортный танк запрыгнул на платформу и встал в походное положение. Микола гордо высунулся в люк. Впереди, перед ударной армией были просторы.

« В случае победы она обещала сделать меня бюргомистром и подарить землю в Бестфалии, ну или на крайняк статус беженца оформить…», - думал про себя Микола.     

Эшелоны Доблестного победоносного Ркумахта уходили к Аглове. Небо наполнялось самолётами Намсо –ваффе, которые успешно воевали на своём южном фронте, уничтожая пацакню в Яирисе.  Доблестные соколы аля Геринг-оглы и сейчас отважно и грозно летели вперёд на вражiну людiну.  Нацисты и патриоты Незалежной, которая ещё не вмерла, со злобой смотрели в небо, вспоминая как их Військово-повітряні силi были изничтожены проклятыми рудакопами.

Часть 3. Разгром.

Весь межлис разбежался сразу же, как только ватники стали всовывать им по самые помидоры, оголив тем самым все фланги этой до селе непобедимой армады. Конечно, те, кто смог бежать, у кого были ноги. Второй месяц шли кровопролитные бои. Никто не мог предположить, что злобному карлику понадобиться всего пару дней, чтобы уничтожить Намсо-ваффе Великого султаната Среднего моря. Незамысловатые установки С-400 сделали своё дело очень быстро и поставили траурную точку на этапе превосходства наступающих сил Союзников в небе на этом ТВД.  Страшным кошмаром окрасился день, когда Микола со своим загiном узнал, что такое Ураган и что такое на самом деле Буратино.  Оказалось, что мальчик, посеявший золотые  сольдо в волшебной стране Дураков, не имеет никакого отношения к системе тяжёлого огнеметания. А Солнцепёки это не курортное место с холодным пивом и бабами, а ад, который приходит внезапно и который даже не оставляет никаких головешек…

4-й доблестный имени Голубого креста и вазилина танко-тачанковый корпус Бляшко был уничтожен вместе со всем голубым рыцарским орденом толерастов. Две дивизии Ркумахта, также  были сожжены молниеносно. Ранее это был конёк их отрядов сжигать мирное население в сараях и в домах профсоюзов, а тут такая наглость?... Пацаки воевали не честно! Они вели себя совсем не так, как предписывали командиры доблестной армады имени Вольцмана.

Штаб батальона, размахивая отрезанными косами и делая на ходу новые причёски (причём везде) бежал. Проститутки … подумал про себя Микола

Передовая дивизия «Гей Хлопці Яроша», пойдя в атаку на своём бронепоезде, который достался им ещё от их предка Батьки Махнатого, говорят, попала в лобовую схватку с отдельным разведбатом морской пехоты врага, которых ранее они уничтожили столько, что ни в сказке сказать, ни пером описать, т.к. у колорадов не было столько дивизий пехотинцев.  Больше дивизию и самого Яроша никто не видел, не говоря уже о бронепоезде.  Ударная армия таяла на глазах.

После этих неудач Миколу вызвал к себе кантри адмирал-оберфлюбель Тянибоком, который командовал группировкой Юг, и назначил парня командующим направлением фронта, т.е. остатками армии, повысив его в звании до аксакал-хорунжия. Микола гордо подпрыгнув и затем, хлопнув грязными сапогами (будь проклята эта немытая Нитуплендия), попытался пропеть на разрыв марсельезу. Но вовремя опомнившись и поняв, что это не к месту, он, выкинув руку верх, заорал: «Хероям Слава!». Это вызвало, конечно же, на лице командующего умиление и слезы, но тут же кантри адмирал обмяк и, махнув рукой, проговорил на чистейшем пацакском наречии без всякой фени:

- Хорош Николай, и так тошно…

Затем он вручил офицеру Залупе письменный приказ, который тот должен был открыть непосредственно в окопе.

На конверте красовалась маркировка: White House - your friends. Сам приказ  вначале выглядел так:  «…Dear Commander, even if you're fucked up. You have to keep the position, and you went on the dick…».

Ни черта не поняв, так как языкам был не обучен (феню то учил, оплёвывая все вокруг), Миколе оставалось только копать глубже окоп и надеяться, что все обойдётся.

Но не обошлось. Хотя вновь испечённому аксакал-хорунжию Миколе Залупо повезло. Тысячи офицеров Ркумахта рыскали по полям два года, но так и не смогли найти регулярных войск Нитуплендии, а тут такое везение, наконец, десантно-штурмовые батальоны сплошь из вежливых людей  сами прыгали  к ним из вертолётов.   После этой «приятельской» встречи от нескольких полков и бригады тачанок-М, которыми командовал Микола, остался всего лишь один «панцерьшлоссер»- батальон, да и то без шлоссеров.  Им пришлось спешно драпать со своих позиций, и позже закрепляться в доме Никонора Павловича, который в свою очередь любезно пустил их на постой. На поле боя остались выбитые зубы, памперсы и куча туалетной бумаги, которой так и не успел воспользоваться личный состав фронта. Холодные воды  Аглов поглотили многих доблестных патриотов Великой Порку, заглушив их крики.

В доме Никонора Павловича Микола смог перевести дух. Тут он и узнал, что теперь они снова в котле. Помощи ждать было неоткуда. Он расслабил булки, выпустив газ из кишечника, как учила его любимая Гертруда, и, выпив остатки горилки, достал письмо, которое уже с неделю хранилось у него на груди. Сделав это и разорвав напарфюмеренный конверт,  он принялся жадно читать:

«… Гер Микола, май дарлинг.  Шрайбен зибер биттен дир в такой цайтунг, когда весь великий Дойчен с замираний сердца аусзехен на великий сражений…в Нитуплендии. Ты майн герой… Майн спилериш херо, ты майн дас ист фантастиш… геофен шиссен…

Как поживать  майн танк, который я иметь честь подарить дир? Постарайся не поцарапать его, дас ист модель этот год, dies ist ein sehr neues und teures Modell.

Надеюсь, ты иметь что-то кюшать там у вас в окоп. Мир вурде гезахт что вам нечего есть?  Я немного не понимать, что такое значить есть? По германский это звучать Яволь!!! О майн херо, на тебья гезахтен весь Гейроп, ты обьязан кричать die ganze Zeit -  Яволь!!!

Ми верим в вас, я верю в тебя майн солдатн. Я верить ты придешь ком цу мир и мы будем делать с тобой шприцен цу махт дас ист фантастиш и иш шпилен вифиль вифиль цайт.

Keine Panik, Trottel und kämpfen, wie Sie meine Vorfahren.

Ihre lüsternen die frau Gertrude Mercel»…

Микола свернул письмо, которое так бережно хранил и  понял, что не понял последних напутствий своей любовницы из далёкой и желанной Яинамрегии. Затем он посмотрел на фотографию полуголой канцлерши, в костюме садо-мазо, и горькая слеза прокатилась по щеке.

- Боже мій, я можу її ніколи не бачити. Мій статус біженця пропаде під три чорти…

Наверное в последний раз Микола высказался на фене, и что –то подсказывало ему, что вновь пора переходить на нормальный икссурский язык.

- Вот сука…

В комнату вбежал обер-штандарт фельдфебель Юнкер Шлобе, помощник Сэмэна (сам Сэмэн, куда-то делся сразу же после начала баталий).

- Усе пропало майн генерале! – закричал он, - Группа Центр разбита. Империя Намсо рухнула, пацаки ударили по ним каким-то Калибром, и теперь им пиздэц…. Султаната больше нет…. Да и наш дивизион… Идите сюда и посмотрите в перископ.

Микола нехотя подойдя к наблюдательной точке, где стояла установка снятая с подводной лодки, переделанная из ПСО-1, заглянул в монокуляр.

В перекрестье линий угловых минут  предстала адская картина поля боя, над которым в чёрном дыму, словно стервятники  летали вражеские дроны. Скелеты домов, груды камня и металла были перемешаны с самостийной переможной человеческой плотью.

- Смотрите левее мой генераль.

Микола посмотрел. Возле подбитого, подаренного его любовницей,  танка со страшной гримасой полулежал, полусидел в неудобной позе труп командующего группировкой господина Тянибоком, а из его венценосного  ануса торчал штандарт дивизии «Zentrale Identifizierung Bademantel Übelkeit Löß». Рядом с ним в такой же позе пребывал Ярош, а из его дупла торчал боевой неразорвавшийся шлоссер нового поколения.

-  Что делать? – тихо спросил фельдфебель

Микола повесил голову. Он боевой офицер, отважно держащий оборону дома Никонора Палыча,  должен был отвечать какому-то трусу на глупый вопрос? Никогда. Но тут же подумав, представил себя в такой же позе с торчащим из дорогого всем места знаменем семейного ордена.  Быстрым взглядом он отыскал свой штандарт и, подозвав двух оборванных солдат, приказал им закопать его подальше в подвале.

- Хлопцы, не печальтесь. Ещё есть шанс, чтобы вас не выебали сильно,- проговорил Павлыч, хозяин легендарного дома, ехидно улыбаясь,- Меркель шмеркель капутен и аусвайсен. Выходите с поднятыми руками и спущенными штанами. Чисуры отходчивый народ, простят. Дадут пиздюлей, но простят.

Микола и Юнкер Шлобе повеселели. Появилась надежда.

- Флаги и штандарты то вы поломаете, понятно. Но есть ещё одно но. Это только касаемо тех, у кого ваших поганых наколок нет.

Микола и фельдфебель тут же побежали во двор, где у бочки с горящими дровами толпились полуоборванные воины остатков группы Юг.

- Жги!!!- заорал Микола, оголяя свою задницу, где красовался геройский нацисткий знак Великой Порку.

Они больше не  прыгали, не скакали, они забыли про феню, и жгли себя дровами и железом, чтобы получить хоть какой-то шанс на спасение.

Рошен Барбарис бежал, но был пойман вместе со своим любовником Асей Кюнеця партизанами и повешен вверх ногами.

Это был типичный конец Четвёртого рейха. Танки северного соседа вскоре шли по мостовым города Веика, давя своими гусеницами последний оплот оси -  отряды  порку-югенда вместе с ихними фаус-патронами, которые были бесполезны против современных Армат.  А бабы и мужики Аниарку, как обычно встречали чисур цветами и хлебом солью, все в тех же вишиванках. Уж такой вот народец.

Яирис разбил ЛИГИ и полностью взял под контроль трубопровод господина президента Нитуплэндии, продолжая полное взаимодействие в бизнес проектах нефти и газа, выдавливая всех из региона.

…На том наблюдения учёного мужа из-за слабого сигнала с орбиты пока прерываются.