Имитация.

«Данная система достаточно устойчива и этим обеспечивает стабильность коррупционной деятельности. Например, можно столкнуться с принципом презумпции добросовестности правоохранительных органов, который означает, что шансы уличить их сотрудника в неправомочных действиях ничтожно малы.

На практике подчинённые делят взятки не только с начальством, но и между собой. Конечным итогом является формирование специфических для коррупции внутренних рынков и экономических механизмов. В частности, возникают позиции с особенно высокими нелегальными доходами. Борьба между чиновниками за такие позиции формирует внутренний «рынок труда». По мере развития коррупции происходит некоторая централизация рынка, начиная с уровня отдельных ведомств, когда чиновники вырабатывают тарифы за принятие конкретных решений, чтобы снизить внутреннюю конкуренцию за каждую взятку и повысить общий доход. Поддержка стабильности нелегальных финансовых потоков требует административных и законодательных мер, нацеленных на повышение экономической выгоды от коррупции и на снижение правовых и социальных рисков [Jain A. K. Corruption: a review // Journal of Economic Surveys. — 2001. — Vol 15, No. 1. — P. 71. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-6419.00133/ (англ.)].

Заинтересованность частного лица.

Вымогательство («государственный рэкет практикуется чиновниками, обладающими дискреционной властью препятствовать кому-либо в получении лицензий специальных разрешений или любых других услуг, входящих в компетенцию чиновника. Если чиновник имеет полномочия оценивать сумму надлежащих выплат (например, налогов или пошлин это также открывает возможности для вымогательства.

Столкнувшись с вымогательством со стороны госслужащего, частное лицо оказывается перед выбором: либо дать взятку (что сопряжено с риском разоблачения), либо обжаловать действия госслужащего через внутренний или внешний надзорный орган. Решение зависит от того, насколько затратна процедура обжалования, а также насколько гражданин осведомлён о своих законных правах и обязанностях госслужащего.

Сговор возникает при тех же условиях, что и вымогательство, однако отличается тем, что выгоден обеим сторонам и состоит в совершении сделки, наносящей ущерб государству. Например, в обмен на взятку, таможенный инспектор может занизить сумму импорта и тем самым уменьшить сумму, которую фирма-импортёр должна уплатить на пошлины. В сделку также могут быть вовлечены структуры, ответственные за надзор над чиновником.

Области обогащения

Одним из основных путей коррупционного обогащения для бюрократии, в особенности для верховной политической элиты, являются государственные расходы.

Инвестиционные проекты во многом определяются решениями, которые высшие чиновники принимают по своему усмотрению. Крупные инвестиционные проекты (в особенности, с участием иностранных корпораций) часто предполагают передачу монопольных прав победителю конкурса, что сулит чиновникам особенно большие взятки. Некоторые проекты создаются специально для того, чтобы определённые группы получали ренту («государственную ренту» от тех, кто назначен в качестве исполнителя проекта.

Государственные закупки, как правило, предполагают выбор объективно лучшего предложения из нескольких на основе конкурса, однако иногда чиновник может обеспечить победу продавца, пообещавшего наибольшие «комиссионные» («откат») со сделки. Для этого ограничивается участие в конкурсе, его правила полностью не объявляются и т. п. В результате закупки осуществляются по завышенной цене.

Внебюджетные счета часто создаются с легитимной целью (пенсионные, дорожные фонды и др.) Однако в некоторых фондах, например, для помощи инвалидам, доходы могут значительно превышать реальные расходы, что стимулирует желание у некоторых чиновников присвоить «излишки». Наоборот, в случае дефицита чиновники часто решают по своему усмотрению, кому в итоге достанутся деньги. В некоторых странах, средства, полученные через иностранную помощь или от продажи природных ресурсов направляются в специальные фонды, которые менее прозрачны и хуже контролируются, чем бюджетные деньги. В силу ежеминутных колебаний цен на товары, определить истинную сумму транзакции и величину отчислений в такие фонды непросто, что позволяет часть денег перенаправлять в карманы чиновников [Tanzi V. Corruption around the world // IMF Staff Papers. — 1998. — Vol. 45, No. 4. — P. 559, http://www.imf.org/external/pubs/ft/staffp/1998/12-98/pdf/tanzi.pdf/ (англ.)].

Среди других областей, наиболее прибыльных в плане коррупции, следует выделить:

  * Налоговые льготы.

  * Продажа сырьевых товаров по ценам ниже рыночных.

  * Районирование поскольку оно влияет на стоимость земли.

  * Добыча природных ресурсов.

  * Продажа государственных активов, в особенности приватизация государственных предприятий.

  * Предоставление монопольной власти к определённому виду коммерческой

(в особенности экспортно-импортной) деятельности.

  * Контроль над теневой экономикой и нелегальным бизнесом (вымогательство, защита от преследования, уничтожение конкурентов и т. д.).

  * Назначение на ответственные посты в органах власти.

Проф. Т. Гильвасон отмечает, что отсутствие у граждан свободного доступа к информации государственного управления (т. О. его непрозрачности) способствует коррупции и неминуемо ведёт к экономическим кризисам [Снегирев В. Нам надо перенять опыт Исландии в борьбе с кризисом  — Российская газета, http://www.rg.ru/2013/06/26/islandia.html/ ].

Коррупция в судебной системе.

Приведённые ниже формы коррупции относятся в первую очередь к судьям, однако в случае административных правонарушений могут относиться и к должностным лицам, уполномоченным рассматривать соответствующие дела (органам внутренних дел, органам пожарного надзора, налоговым, таможенным органам и т. д.).

«Вилки» в законодательстве. Многие нормы позволяют судье выбирать между мягкой и жёсткой мерами наказания, чтобы он мог максимально учесть степень вины тяжесть правонарушения и иные обстоятельства. При этом у судьи появляется рычаг воздействия на совершившего правонарушение гражданина. Чем больше разница между верхним и нижним пределами наказания, тем большую взятку будет готов заплатить гражданин.

Альтернативное административное взыскание. Существуют нормы права с наложением альтернативного административного взыскания, например, штраф или арест. От большинства норм-«вилок» их отличает не только более широкий диапазон наказаний (и следовательно, более сильная мотивация у нарушителя к даче взятки), но и то, что правосудие осуществляют представители исполнительной, а не судебной, власти. Многие юристы полагают, что использование санкций подобного вида оправдано только в уголовном судебном процессе, но имеет под собой мало оснований в процессе административном: «Во-первых, судебный процесс построен на принципах открытости (гласности), состязательности, устности и непосредственности разбирательства. При административном же производстве гражданин в большинстве случаев остается один на один с представителем власти. Во-вторых, даже самая высокая мера наказания за административное правонарушение не настолько тяжка для правонарушителя, как в уголовном праве, чтобы её имело смысл дифференцировать [Дуглас Хьюстон. Способна ли коррупция улучшить положение дел в экономике?, http://www.inliberty.ru/library/231-sposobna-linbspkorrupciya-uluchshit-polozhenie-del-vnbspekonomike/ ].

Переквалификация состава правонарушения. Другой разновидностью «вилок» является дублирование состава правонарушения в различных кодексах. Это открывает возможности для переквалификации совершённого правонарушения в более мягкую категорию (например, из уголовного в административное или гражданское либо наоборот, в более тяжёлую категорию. Разграничить преступления и другие правонарушения часто сложно в силу размытости формулировок законодательства, и в таких ситуациях судьи (либо должностные лица) принимают решение по своему усмотрению, что открывает возможности для взяток и вымогательства.

Неденежные потери граждан. Некоторые нормы права могут вызывать коррупцию, если накладывают на индивида связанные с подчинением норме права потери. Даже в случае, когда сумма штрафа и взятки за преступление номинально равны, стоит заметить что оплата штрафа сопровождается неденежными затратами времени на совершение платежа в банке и предоставление в выписавшее штраф ведомство доказательств об оплате (квитанции). Вызываемые нормами права неденежные потери разнообразны и в различной мере неприятны для граждан. Также стоит учитывать, что не все граждане готовы защищать свои права в суде.

Вред от коррупции.

Эмпирические данные показывают, что коррупция вызывает:

  * неэффективное распределение и расходование государственных средств и ресурсов;

  * неэффективность коррупционных финансовых потоков с точки зрения экономики страны;

  * потери налогов, когда налоговые органы присваивают себе часть налогов;

  * потери времени из-за чинимых препятствий, снижение эффективности работы государственного аппарата в целом;

  * разорение частных предпринимателей;

  * отток квалифицированных кадров в другие страны;

  * снижение инвестиций в производство, замедление экономического роста;

  * понижение качества общественного сервиса

  * нецелевое использование международной помощи развивающимся странам, что резко снижает её эффективность;

  * неэффективное использование способностей индивидов: вместо производства материальных благ люди тратят время на непродуктивный поиск ренты;

  * рост социального неравенства;

  * усиление организованной преступности — банды превращаются в мафию;

  * ущерб политической легитимности власти;

  * снижение общественной морали.

В высоко коррумпированных бюрократических аппаратах большинство государственных ресурсов сознательно направляется в каналы, где их легче всего разворовать или где легче всего собирать взятки. Политика правящей элиты становится направленной на подавление механизмов контроля над коррупцией (см. ниже): свободы прессы, независимости системы правосудия конкурирующих элит (оппозиции) и далее индивидуальных прав граждан [Jain A. K. Corruption: a review // Journal of Economic Surveys. — 2001. — Vol 15, No. 1. — P. 71. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-6419.00133/ (англ.)]. Так, некоторые люди отмечают, что существуют случаи, когда поведение и внешний вид человека являются сигналом для правоохранительных органов к задержанию человека с целью вымогательства взятки.

Существует также точка зрения, что к коррупции допустимо терпимое отношение. Согласно одному аргументу, в истории развития многих стран (Индонезии, Таиланда, Кореи) были периоды, когда экономика и коррупция росли одновременно. Согласно другому аргументу, взяточничество есть лишь реализация рыночных принципов в деятельности государственных и муниципальных структур. Таким образом, терпимое отношение к коррупции допустимо в условиях экономического бума либо пока она не затрагивает эффективность рынка в целом. Критики этой точки зрения возражают, что вследствие перечисленных выше причин, страны с высоким уровнем коррупции после периода роста рискуют утратить стабильность и впасть в нисходящую спираль[Rose-Ackerman S. The Political Economy of Corruption // Corruption and the global economy / Ed. Elliott K. A. — Washington, DC: Institute for International Economics. — 1997. — P. 31, http://www.iie.com/publications/chapters_preview/12/2iie2334.pdf/ (англ.)].

Оптимальный уровень коррупции.

По мере того, как государство искореняет коррупцию, затраты на борьбу с коррупцией возрастают так, что для полной ликвидации коррупции придётся затратить бесконечные усилия [Латов Ю. В. Книги, http://web.archive.org/web/20011224120527/, http://ie.boom.ru/Latov/Monograph/Chapter1.htm/ ]. Сравнивая потери от коррупции и затраты на искоренение коррупции для каждого её уровня, можно найти оптимальный уровень коррупции, отражающий наименьшие суммарные потери. Оказывается, для общества выгоднее не уничтожать коррупцию до конца, просто из-за высокой затратности этого процесса. Однако не стоит забывать и о дальнейшей эффективности средств потраченных на борьбу с коррупцией.

Кроме того, чрезмерное увлечение борьбой с коррупцией в ущерб устранению её причин способно лишить административную систему гибкости, а население гражданских свобод. Правящая группа может использовать карательное законодательство для усиления своего контроля над обществом и преследования политических противников [Rose-Ackerman S. The Political Economy of Corruption // Corruption and the global economy / Ed. Elliott K. A. — Washington, DC: Institute for International Economics. — 1997. — P. 31, http://www.iie.com/publications/chapters_preview/12/2iie2334.pdf/ (англ.)].

Международная торговля.

Коррупция наносит многомиллиардные убытки международной торговле. Именно это стало одной из причин роста интереса к проблеме международной коррупции в последние годы. Так, американские фирмы-экспортёры утверждали, что они часто проигрывают выгодные контракты из-за того, что по закону не имеют права платить взятки заграничным чиновникам. Напротив, в большинстве стран ОБСЕ иностранным партнёрам не только не запрещались, но даже могли быть списаны с дохода при уплате налогов. Например, у немецких корпораций такие расходы составляли около 5,6 млрд долл. в год [Jain A. K. Corruption: a review // Journal of Economic Surveys. — 2001. — Vol 15, No. 1. — P. 71. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-6419.00133/ (англ.), http://www.fas.org/irp/congress/1998_rpt/e105-19.htm/ ] (англ.). Ситуация изменилась только в конце 1997 г., когда страны ОБСЕ подписали «Конвенцию о борьбе с дачей взяток иностранным государственным должностным лицам при осуществлении международных деловых операций». Во исполнение конвенции в течение последующих лет были приняты законы, явным образом запрещающие национальным компаниям давать взятки кому бы то ни было.

Причины коррупции.

Фундаментальное противоречие.

Производство любых благ требует расхода определённых ресурсов, который компенсируется средствами, полученными от потребителей этих благ. Зарплата служащих относится к числу расходов, покрываемых в конечном итоге за счёт потребителя, однако их деятельность определяется волей начальства и работодателя. Это приводит к ситуации, когда потребитель получает необходимую услугу или товар от служащего, но не может напрямую повлиять на деятельность этого служащего. Частным случаем является общественное благо, которое оплачивается за счёт налогов и предоставляется государственными служащими. Несмотря на то, что работу чиновников фактически оплачивают граждане, их работодателем является государство, которое наделяет их правом принимать решения, затрагивающие конкурирующие интересы различных лиц, по закону.

В отсутствие у кого-либо дискреционной власти, коррупция была бы невозможна [Роуз-Аккерман, С. Коррупция и государство. Причины, следствия, реформы / Пер. с англ. О. А. Алякринского. — М.: Логос, 2003]. Однако персона или группа, обладающая верховной властью, не в состоянии самостоятельно обеспечивать реализацию политики, которую она определяет. Для этой цели она назначает администраторов, которых она наделяет требуемыми полномочиями, в распоряжение которых она передаёт необходимые ресурсы, для которых она устанавливает правила поведения и над которыми она осуществляет надзор. И здесь возникает следующая проблема:

 1. Консервативность закона. На практике инструкции меняются значительно медленнее, чем внешние условия. Поэтому они оставляют место для действий по своему усмотрению, поскольку иначе система управления становится совершенно негибкой, и несоответствие жёстких норм реалиям способно полностью остановить работу. Однако это означает, что в непредусмотренной законом ситуации администратор может начать руководствоваться наиболее выгодной рентой.

 2. Невозможность всеохватывающего контроля. Надзор требует затрат, но кроме того, чрезмерно жёсткий контроль наносит удар по качеству управленческого персонала и приводит к оттоку творчески мыслящих кадров.

Таким образом, принцип управления сам по себе содержит потенциальную возможность для коррупции. Эта возможность перерастает в объективные условия, когда потенциальная рента преобладает над рисками.

Данная проблема многократно воспроизводится в бюрократическом аппарате, поскольку администраторы высшего уровня назначают своих подчинённых и т. д. Особенность систем с /представительной демократией/ состоит в том, что высшие должности занимают политические элиты, получившие властные полномочия от народа и рискующие потерей власти на следующих выборах.

Причины высокой коррупции.

Большинство специалистов сходится на том, что основной причиной высокой коррупции является несовершенство политических институтов, которые обеспечивают внутренние и внешние механизмы сдерживания. Помимо этого, есть основания полагать, что некоторые объективные обстоятельства вносят существенный вклад:

  * Двусмысленные законы.

  * Незнание или непонимание законов населением, что позволяет должностным лицам произвольно препятствовать осуществлению бюрократических процедур или завышать надлежащие выплаты.

  * Нестабильная политическая ситуация в стране.

  * Отсутствие сформированных механизмов взаимодействия институтов власти.

  * Зависимость стандартов и принципов, лежащих в основе работы бюрократического аппарата, от политики правящей элиты.

  * Профессиональная некомпетентность бюрократии.

  * Кумовство и политическое покровительство, которые приводят к формированию тайных соглашений, ослабляющих механизмы контроля над коррупцией.

  * Отсутствие единства в системе исполнительной власти, то есть, регулирование одной и той же деятельности различными инстанциями.

  * Низкий уровень участия граждан в контроле над государством.

Рассматриваются и другие предположения (гипотезы) в отношении обстоятельств, которые возможно являются причинами высокой коррупции:

  * низкий уровень заработной платы в государственном секторе по сравнению с частным сектором;

  * государственное регулирование экономики;

  * зависимость граждан от чиновников, монополия государства на определённые услуги;

  * оторванность бюрократической элиты от народа;

  * экономическая нестабильность, инфляция;

  * этническая неоднородность населения [Shleifer, A., Vishny, R. Corruption // Quarterly Journal of Economics, https://ru.wikipedia.org/wiki/Quarterly_Journal_of_Economics>. — 1993. — Vol. 108, No. 3. — P. 599, http://ideas.repec.org/a/tpr/qjecon/v108y1993i3p599-617.html/ (англ.)];

  * низкий уровень экономического развития (ВВП на душу населения);

  * религиозная традиция;

  * культура страны в целом.

Борьба с коррупцией.

На сегодняшний день неизвестны методы в педагогике и менеджменте которые бы гарантировали, что человек будет идеальным чиновником. Однако существует множество стран с весьма низким уровнем коррупции. Более того, известны исторические примеры, когда действия, направленные на снижение коррупции, привели к значительным успехам: Сингапур, Гонконг, Португалия, Швеция. Это однозначно говорит в пользу того, что методы борьбы с коррупцией существуют.

С формальной точки зрения, если не будет государства — не будет и коррупции. Многие функции государства имеют веское обоснование и не могут быть ликвидированы: например, бороться с коррупцией в налоговых органах невозможно путём отмены всех налогов [Rose-Ackerman S. The Political Economy of Corruption // Corruption and the global economy / Ed. Elliott K. A. — Washington, DC: Institute for International Economics. — 1997. — P. 31, http://www.iie.com/publications/chapters_preview/12/2iie2334.pdf/ (англ.)]. Тем не менее, в условиях когда коррупция распространена практически везде, роспуск коррумпированных органов власти представляется одним из действенных радикальных способов от неё избавиться.

Помимо роспуска органов власти, существуют три возможных подхода к уменьшению коррупции [Ades A., Di Tella R. The new economics of corruption: a survey and some new results // Political Studies. — 1997. — Vol. 45, No. 3. — P. 496. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-9248.00093/ (англ.)].

Во-первых, можно ужесточить законы и их исполнение, тем самым повысить риск наказания. Во-вторых, можно создать экономические механизмы, позволяющие должностным лицам увеличить свои доходы, не нарушая правила и законы. В-третьих, можно усилить роль рынков и конкуренции, тем самым уменьшив размер потенциальной прибыли от коррупции. К последнему также относится конкуренция в предоставлении государственных услуг, при условии дублирования одними государственными органами функций других органов. Большинство положительно зарекомендовавших себя методов относится к внутренним либо внешним механизмам надзора.

Внутренний контроль.

Сюда входят внутренние механизмы и стимулы, существующие в самом аппарате управления: ясные стандарты исполнения должностными лицами своих обязанностей и строгий надзор над каждым служащим. С целью обеспечения надзора часто выделяют особые управления, которые функционируют автономно

Внутренний контроль был основным способом борьбы с коррупцией в монархиях периода абсолютизма и до сих пор сохраняет высокую эффективность. В частности, Макиавелли полагал, что в монархиях, «правящих при помощи слуг», коррупция менее опасна, поскольку все «слуги» обязаны милостям государя и их труднее подкупить.

Внешний контроль.

Сюда относятся механизмы, которые имеют высокую степень независимости от исполнительной власти. Конвенция ООН против коррупции приводит целый ряд подобных механизмов. Независимая судебная система, при которой нарушивший закон бюрократ может быть легко и эффективно признан виновным, резко снижает потенциальную привлекательность коррупции. Одними из самых эффективных инструментов контроля над коррупцией бюрократического аппарата являются свобода слова и СМИ Внешний контроль характерен для стран с рыночной экономикой и либеральной демократией. Предположительно, это связано с тем, что для реализации нормального функционирования рынка необходимы чёткие правила, механизмы обеспечения выполнения обязательств, в том числе, — эффективная правовая система, обеспечивающая здоровую конкурентную среду [Бродман Г., Риканатини Ф. Корни коррупции: важны ли рыночные институты? / Пер. с англ. // World Bank Policy Research Working Paper 2368. — 2000, http://www.worldbank.org/wbi/governance/pdf/wps2368_r.pdf/ ]. Либеральная демократия для достижения своих целей также опирается на систему выборов, правовое государство независимое правосудие, разделение властей и систему «сдержек и противовесов». Все эти политические институты служат одновременно механизмами внешнего контроля над коррупцией.

Разделение властей по горизонтали стимулирует их надзор друг над другом. Например, в парламентской демократии представительная власть имеет полномочия отправить правительство в отставку. С другой стороны, в президентской демократии ветви власти ещё более функционально разделены. Несмотря на это, коррупция в президентских республиках в целом выше, чем в парламентских, что возможно связано именно с трудоёмкостью процедуры импичмента президента [Lederman D, Loayza N. V., Soares R. R. Accountability and corruption: political institutions matter // Economics & Politics. — 2005. — Vol. 17, No. 1. — P. 1. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2Fj.1468-0343.2005.00145.x (англ.)]. Далее, разделение властей по территориальному уровню и связанный с этим перенос большей части полномочий исполнительной власти на уровень местного самоуправления приводит к эффективному уменьшению размеров органов власти. Это повышает информационную прозрачность власти и уменьшает коррупцию. Тем не менее, федеративное устройство государства, обеспечивающее максимальную децентрализацию, часто приводит к регулированию различных аспектов одной и той же деятельности чиновниками разных инстанций, и, следовательно, к большей коррупции по сравнению с унитарными государствами [Lederman D, Loayza N. V., Soares R. R. Accountability and corruption: political institutions matter // Economics & Politics. — 2005. — Vol. 17, No. 1. — P. 1. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2Fj.1468-0343.2005.00145.x (англ.)].

Система выборов.

В демократических странах основным способом наказания избранных представителей за коррупцию является отстранение их от власти на следующих выборах. Это подразумевает, что сам избиратель отвечает за степень честности и ответственности тех, кого он избирает. Несмотря на высокую результативность выборов как оружия против коррупции, их действие проявляется достаточно медленно. Каждые 30 лет стабильной демократической системы оказывают на коррупцию такой же эффект, как собственно переход к либерально-демократической модели правления [Lederman D, Loayza N. V., Soares R. R. Accountability and corruption: political institutions matter // Economics & Politics. — 2005. — Vol. 17, No. 1. — P. 1. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2Fj.1468-0343.2005.00145.x (англ.)].

Неконституционность коррупциогенных норм. Любые нормы, накладывающие на гражданина ограничения, могут вызвать коррупцию, за исключением норм, описывающих конституционные свободы и права человека. Последние накладывают ограничения не столько на индивидов, сколько на органы государственной власти, являясь институциональными гарантиями как против завышенных требований закона, так и против наделения органов государственной власти дискреционными полномочиями [Головщинский К. И. Диагностика     коррупциогенности законодательства. / Под ред. Г. А. Сатарова и М. А. Краснова, http://www.anti-corr.ru/indem/2004diag_cor_zak.htm/ ]. Коррупциогенные же нормы неизбежно нарушают права и свободы человека и гражданина, закрепленные в Конституции.

Информационное обеспечение граждан. Данный метод включает в себя анализ законов с тем, чтобы, проанализировав закон, чётко, лаконично и доходчиво объяснить гражданам в чём заключаются их права и обязанности, какие нарушения что должны за собой повлечь, как проходит судебная процедура и что в ней учитывается. Зная всё это, граждане будут увереннее вести себя, оказавшись один на один с подталкивающим их к даче взятки чиновником.

Открытость ведомственных систем. Прозрачность происходящих внутри ведомств операций и надлежащий гражданский контроль может быть реализован через публикацию и открытое обсуждение внутриведомственных документов в общедоступной сети Интернет, что способно серьёзно пошатнуть фундамент коррупции. Однако такие механизмы ограничены чрезмерно жёсткими нормативами по охране коммерческой тайны или их применение в некоторых ведомствах связано с необходимостью обеспечения дополнительных мер по защите персональных данных граждан и секретных сведений в оборонных ведомствах и организациях. Серьёзную проблему для внедрения открытых информационных систем представляет низкая компетентность чиновников, которые не только не в курсе преимуществ свободных лицензий но и не способны включить в государственные контракты требования об обязательном предоставлении открытого доступа для чтения к системам управления версиями разрабатываемых на деньги налогоплательщика программных продуктов.

Социальное обеспечение чиновников. Первоклассное медицинское  обслуживание, беспроцентные кредиты для покупки недвижимости большая пенсия — всё это равносильно повышению заработной платы в государственном секторе, и следовательно, увеличивает потери чиновника в случае, если его поймают на коррупционной деятельности. Судя по исследованиям, эта мера не оказывает немедленного воздействия на коррупцию, однако способствует повышению качества бюрократии с течением времени.

Объективные трудности.

Суть проблемы при борьбе с коррупцией сформулировал Джеймс Мэдисон «Если бы людьми правили ангелы, ни в каком надзоре над правительством — внешнем или внутреннем — не было бы нужды. Но при создании правления, в котором люди будут ведать людьми, главная трудность состоит в том, что в первую очередь надо обеспечить правящим возможность надзирать над управляемыми; а вот вслед за этим необходимо обязать правящих надзирать за самими собой» («Федералист», № 51) [Заграевский С. В. О возможных способах борьбы с коррупцией в России, http://www.zagraevsky.com/corruption.htm, http://grachev62.narod.ru/Fed/Fed_51.htm/ ].

Одним из важнейших сдерживающих факторов для коррупции является уголовное законодательство. На практике законы в большинстве стран устанавливают достаточно узкие рамки в отношении интерпретации видов коррупции, которые считаются уголовными преступлениями, — чтобы исключить риск выборочного применения законодательства с целью подавления гражданских свобод и оппозиции. Поэтому, например, подарок может считаться взяткой только при наличии намерения оказать влияние на должностное лицо. Если должностному лицу по закону не запрещается принимать подарки в принципе, то доказать факт взятки, как правило, трудно. Напротив, растрата часто считается доказанной при наличии ущерба, независимо от того, было ли намерение у служащего присвоить средства или нет.

Другая трудность, в особенности проявляющаяся при масштабной коррупции, когда большинство частных лиц дают взятки, известна в психологии и теории игр как «дилемма заключённого». С одной стороны, если все лица перестанут давать взятки, то они все от этого выиграют. Однако если только одно частное лицо откажется от взяток, то оно поставит себя в крайне невыгодные условия.

Сингапурская стратегия борьбы с коррупцией.

Сингапурская стратегия борьбы с коррупцией отличается строгостью и последовательностью, основываясь на «логике в контроле за коррупцией»: «попытки искоренить коррупцию должны основываться на стремлении минимизировать или исключить условия, создающие как стимул так и возможность склонения личности к совершению коррумпированных действий» [ВЦИОП — Сингапурская стратегия борьбы с коррупцией [ http://www.crime.vl.ru/docs/books/book/g3/3.htm/ ].

В момент обретения независимости в 1965 г., Сингапур был страной с высокой коррупцией. Тактика её снижения была построена на ряде вертикальных мер: регламентации действий чиновников, упрощении бюрократических процедур, строгом надзоре над соблюдением высоких этических стандартов. Центральным звеном стало автономное Бюро по расследованию случаев коррупции, в которое граждане могут обращаться с жалобами на госслужащих и требовать возмещения убытков. Одновременно с этим было ужесточено

Законодательство повышена независимость судебной системы (с высокой зарплатой и привилегированным статусом судей), введены экономические санкции за дачу взятки или отказ от участия в антикоррупционных расследованиях, а также предприняты жёсткие акции вплоть до поголовного увольнения сотрудников таможни и других госслужб. Это сочеталось с дерегулированием экономики, повышением зарплат чиновников и подготовкой квалифицированных административных кадров.

В настоящее время Сингапур занимает лидирующие места в мире по отсутствию коррупции, экономической свободе и развитию.

Финляндская стратегия борьбы с коррупцией.

Особенностью финляндской стратегии борьбы с коррупции было фактическое отсутствие специального закона о коррупции и специальных. Коррупция рассматривалась как часть уголовной преступности и регулировалась на всех уровнях законодательства, норм и других систем контроля. Особенностью Финляндии было сравнительно мягкое наказание за получение взятки чиновниками — от штрафа до четырёх лет лишения свободы. За послевоенный период произошло резкое снижение ранее высокого уровня взяточничества — в 1945—1954 годы были осуждены за получение взяток 549 лиц, в 1980—1989 годы таких приговоров было вынесено 81, а в 1990-х годах всего 38. С 1990-х годов Финляндии начала использовать международные инструменты — были ратифицированы Конвенция ЕС о борьбе с коррупцией 1997 года, Конвенция ОЭСР 1998 года по борьбе со взятками, конвенции Совета Европы 1999 года по уголовному и гражданскому праву, касающиеся коррупции, Конвенция ООН против коррупции, принятая в Мехико в декабре 2003 года.

Шведская стратегия борьбы с коррупцией.

До середины XIX века в Швеции коррупция процветала. Одним из следствий модернизации страны стал комплекс мер, нацеленных на устранение меркантилизма. С тех пор государственное регулирование касалось больше домашних хозяйств, чем фирм, и было основано на стимулах (через налоги, льготы и субсидии, нежели на запретах и разрешениях. Был открыт доступ к внутренним государственным документам и создана независимая и эффективная система правосудия. Одновременно шведский парламент и правительство установили высокие этические стандарты для администраторов и стали добиваться их исполнения. Спустя всего несколько лет честность стала социальной нормой среди бюрократии. Зарплаты высокопоставленных чиновников поначалу превышали заработки рабочих в 12—15 раз, однако с течением времени эта разница снизилась до двукратной. На сегодняшний день Швеция по-прежнему имеет один из самых низких уровней коррупции в мире»

[Коррупция, https://ru.wikipedia.org/wiki/Коррупция/ ].

***

Итак, суть всего изложенного выше по теме “Что есть коррупция вообще?” можно выразить одним предложением перефразировав формулировку Джеймса Мэдисона “Если бы людьми правили ангелы, ни в каком надзоре над правительством — внешнем или внутреннем — не было бы нужды” так: “Если бы в двойственной природе людей по соотношению её составляющих общественное (божественное) превышало бы инстинктивное (животное), то коррупции в человеческом обществе вообще бы не было и о ней говорили бы лишь историки”. ”. Дело в том, что современный человек ещё не осознает себя в достаточной мере элементом-частицей-клеткой общества, заботящейся о нем как Целостности и о других его элементах-клетках. Для многих homo человеческое общество и все его иные составляющие всё ещё воспринимаются как внешняя среда с материальными и энергетическими ресурсами, что с точки зрения науки синергетики вполне объяснимо. И как быть дальше? Понятно, что гражданское общество является той конструкцией, которая будет обеспечивать взвимное доверие и заботу людей друг о друге.

Б. Коррупция в Украине.

“Коррупция в Украине – основной антиукраинский фактор” – на сайте Пресса Украины своё видение основной проблемы Украины как общества-организма излагает 1 июня 2014 года автор AleKo [ http://uapress.info/uk/blog/3586/ ].

Ниже воспроизводим конспективно основные фрагменты статьи Александра Костенко, выделяя жирным, курсивом или подчеркиванием то, что привлекает наше внимание (перевод с украинского языка на русский наш. – А.П.):

Предпринимательство?

«Данная система достаточно устойчива и этим обеспечивает стабильность коррупционной деятельности. Например, можно столкнуться с принципом презумпции добросовестности правоохранительных органов, который означает, что шансы уличить их сотрудника в неправомочных действиях ничтожно малы.

На практике подчинённые делят взятки не только с начальством, но и между собой. Конечным итогом является формирование специфических для коррупции внутренних рынков и экономических механизмов. В частности, возникают позиции с особенно высокими нелегальными доходами. Борьба между чиновниками за такие позиции формирует внутренний «рынок труда». По мере развития коррупции происходит некоторая централизация рынка, начиная с уровня отдельных ведомств, когда чиновники вырабатывают тарифы за принятие конкретных решений, чтобы снизить внутреннюю конкуренцию за каждую взятку и повысить общий доход. Поддержка стабильности нелегальных финансовых потоков требует административных и законодательных мер, нацеленных на повышение экономической выгоды от коррупции и на снижение правовых и социальных рисков [Jain A. K. Corruption: a review // Journal of Economic Surveys. — 2001. — Vol 15, No. 1. — P. 71. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-6419.00133/ (англ.)].

Заинтересованность частного лица.

Вымогательство («государственный рэкет практикуется чиновниками, обладающими дискреционной властью препятствовать кому-либо в получении лицензий специальных разрешений или любых других услуг, входящих в компетенцию чиновника. Если чиновник имеет полномочия оценивать сумму надлежащих выплат (например, налогов или пошлин это также открывает возможности для вымогательства.

Столкнувшись с вымогательством со стороны госслужащего, частное лицо оказывается перед выбором: либо дать взятку (что сопряжено с риском разоблачения), либо обжаловать действия госслужащего через внутренний или внешний надзорный орган. Решение зависит от того, насколько затратна процедура обжалования, а также насколько гражданин осведомлён о своих законных правах и обязанностях госслужащего.

Сговор возникает при тех же условиях, что и вымогательство, однако отличается тем, что выгоден обеим сторонам и состоит в совершении сделки, наносящей ущерб государству. Например, в обмен на взятку, таможенный инспектор может занизить сумму импорта и тем самым уменьшить сумму, которую фирма-импортёр должна уплатить на пошлины. В сделку также могут быть вовлечены структуры, ответственные за надзор над чиновником.

Области обогащения

Одним из основных путей коррупционного обогащения для бюрократии, в особенности для верховной политической элиты, являются государственные расходы.

Инвестиционные проекты во многом определяются решениями, которые высшие чиновники принимают по своему усмотрению. Крупные инвестиционные проекты (в особенности, с участием иностранных корпораций) часто предполагают передачу монопольных прав победителю конкурса, что сулит чиновникам особенно большие взятки. Некоторые проекты создаются специально для того, чтобы определённые группы получали ренту («государственную ренту» от тех, кто назначен в качестве исполнителя проекта.

Государственные закупки, как правило, предполагают выбор объективно лучшего предложения из нескольких на основе конкурса, однако иногда чиновник может обеспечить победу продавца, пообещавшего наибольшие «комиссионные» («откат») со сделки. Для этого ограничивается участие в конкурсе, его правила полностью не объявляются и т. п. В результате закупки осуществляются по завышенной цене.

Внебюджетные счета часто создаются с легитимной целью (пенсионные, дорожные фонды и др.) Однако в некоторых фондах, например, для помощи инвалидам, доходы могут значительно превышать реальные расходы, что стимулирует желание у некоторых чиновников присвоить «излишки». Наоборот, в случае дефицита чиновники часто решают по своему усмотрению, кому в итоге достанутся деньги. В некоторых странах, средства, полученные через иностранную помощь или от продажи природных ресурсов направляются в специальные фонды, которые менее прозрачны и хуже контролируются, чем бюджетные деньги. В силу ежеминутных колебаний цен на товары, определить истинную сумму транзакции и величину отчислений в такие фонды непросто, что позволяет часть денег перенаправлять в карманы чиновников [Tanzi V. Corruption around the world // IMF Staff Papers. — 1998. — Vol. 45, No. 4. — P. 559, http://www.imf.org/external/pubs/ft/staffp/1998/12-98/pdf/tanzi.pdf/ (англ.)].

Среди других областей, наиболее прибыльных в плане коррупции, следует выделить:

  * Налоговые льготы.

  * Продажа сырьевых товаров по ценам ниже рыночных.

  * Районирование поскольку оно влияет на стоимость земли.

  * Добыча природных ресурсов.

  * Продажа государственных активов, в особенности приватизация государственных предприятий.

  * Предоставление монопольной власти к определённому виду коммерческой

(в особенности экспортно-импортной) деятельности.

  * Контроль над теневой экономикой и нелегальным бизнесом (вымогательство, защита от преследования, уничтожение конкурентов и т. д.).

  * Назначение на ответственные посты в органах власти.

Проф. Т. Гильвасон отмечает, что отсутствие у граждан свободного доступа к информации государственного управления (т. О. его непрозрачности) способствует коррупции и неминуемо ведёт к экономическим кризисам [Снегирев В. Нам надо перенять опыт Исландии в борьбе с кризисом  — Российская газета, http://www.rg.ru/2013/06/26/islandia.html/ ].

Коррупция в судебной системе.

Приведённые ниже формы коррупции относятся в первую очередь к судьям, однако в случае административных правонарушений могут относиться и к должностным лицам, уполномоченным рассматривать соответствующие дела (органам внутренних дел, органам пожарного надзора, налоговым, таможенным органам и т. д.).

«Вилки» в законодательстве. Многие нормы позволяют судье выбирать между мягкой и жёсткой мерами наказания, чтобы он мог максимально учесть степень вины тяжесть правонарушения и иные обстоятельства. При этом у судьи появляется рычаг воздействия на совершившего правонарушение гражданина. Чем больше разница между верхним и нижним пределами наказания, тем большую взятку будет готов заплатить гражданин.

Альтернативное административное взыскание. Существуют нормы права с наложением альтернативного административного взыскания, например, штраф или арест. От большинства норм-«вилок» их отличает не только более широкий диапазон наказаний (и следовательно, более сильная мотивация у нарушителя к даче взятки), но и то, что правосудие осуществляют представители исполнительной, а не судебной, власти. Многие юристы полагают, что использование санкций подобного вида оправдано только в уголовном судебном процессе, но имеет под собой мало оснований в процессе административном: «Во-первых, судебный процесс построен на принципах открытости (гласности), состязательности, устности и непосредственности разбирательства. При административном же производстве гражданин в большинстве случаев остается один на один с представителем власти. Во-вторых, даже самая высокая мера наказания за административное правонарушение не настолько тяжка для правонарушителя, как в уголовном праве, чтобы её имело смысл дифференцировать [Дуглас Хьюстон. Способна ли коррупция улучшить положение дел в экономике?, http://www.inliberty.ru/library/231-sposobna-linbspkorrupciya-uluchshit-polozhenie-del-vnbspekonomike/ ].

Переквалификация состава правонарушения. Другой разновидностью «вилок» является дублирование состава правонарушения в различных кодексах. Это открывает возможности для переквалификации совершённого правонарушения в более мягкую категорию (например, из уголовного в административное или гражданское либо наоборот, в более тяжёлую категорию. Разграничить преступления и другие правонарушения часто сложно в силу размытости формулировок законодательства, и в таких ситуациях судьи (либо должностные лица) принимают решение по своему усмотрению, что открывает возможности для взяток и вымогательства.

Неденежные потери граждан. Некоторые нормы права могут вызывать коррупцию, если накладывают на индивида связанные с подчинением норме права потери. Даже в случае, когда сумма штрафа и взятки за преступление номинально равны, стоит заметить что оплата штрафа сопровождается неденежными затратами времени на совершение платежа в банке и предоставление в выписавшее штраф ведомство доказательств об оплате (квитанции). Вызываемые нормами права неденежные потери разнообразны и в различной мере неприятны для граждан. Также стоит учитывать, что не все граждане готовы защищать свои права в суде.

Вред от коррупции.

Эмпирические данные показывают, что коррупция вызывает:

  * неэффективное распределение и расходование государственных средств и ресурсов;

  * неэффективность коррупционных финансовых потоков с точки зрения экономики страны;

  * потери налогов, когда налоговые органы присваивают себе часть налогов;

  * потери времени из-за чинимых препятствий, снижение эффективности работы государственного аппарата в целом;

  * разорение частных предпринимателей;

  * отток квалифицированных кадров в другие страны;

  * снижение инвестиций в производство, замедление экономического роста;

  * понижение качества общественного сервиса

  * нецелевое использование международной помощи развивающимся странам, что резко снижает её эффективность;

  * неэффективное использование способностей индивидов: вместо производства материальных благ люди тратят время на непродуктивный поиск ренты;

  * рост социального неравенства;

  * усиление организованной преступности — банды превращаются в мафию;

  * ущерб политической легитимности власти;

  * снижение общественной морали.

В высоко коррумпированных бюрократических аппаратах большинство государственных ресурсов сознательно направляется в каналы, где их легче всего разворовать или где легче всего собирать взятки. Политика правящей элиты становится направленной на подавление механизмов контроля над коррупцией (см. ниже): свободы прессы, независимости системы правосудия конкурирующих элит (оппозиции) и далее индивидуальных прав граждан [Jain A. K. Corruption: a review // Journal of Economic Surveys. — 2001. — Vol 15, No. 1. — P. 71. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-6419.00133/ (англ.)]. Так, некоторые люди отмечают, что существуют случаи, когда поведение и внешний вид человека являются сигналом для правоохранительных органов к задержанию человека с целью вымогательства взятки.

Существует также точка зрения, что к коррупции допустимо терпимое отношение. Согласно одному аргументу, в истории развития многих стран (Индонезии, Таиланда, Кореи) были периоды, когда экономика и коррупция росли одновременно. Согласно другому аргументу, взяточничество есть лишь реализация рыночных принципов в деятельности государственных и муниципальных структур. Таким образом, терпимое отношение к коррупции допустимо в условиях экономического бума либо пока она не затрагивает эффективность рынка в целом. Критики этой точки зрения возражают, что вследствие перечисленных выше причин, страны с высоким уровнем коррупции после периода роста рискуют утратить стабильность и впасть в нисходящую спираль[Rose-Ackerman S. The Political Economy of Corruption // Corruption and the global economy / Ed. Elliott K. A. — Washington, DC: Institute for International Economics. — 1997. — P. 31, http://www.iie.com/publications/chapters_preview/12/2iie2334.pdf/ (англ.)].

Оптимальный уровень коррупции.

По мере того, как государство искореняет коррупцию, затраты на борьбу с коррупцией возрастают так, что для полной ликвидации коррупции придётся затратить бесконечные усилия [Латов Ю. В. Книги, http://web.archive.org/web/20011224120527/, http://ie.boom.ru/Latov/Monograph/Chapter1.htm/ ]. Сравнивая потери от коррупции и затраты на искоренение коррупции для каждого её уровня, можно найти оптимальный уровень коррупции, отражающий наименьшие суммарные потери. Оказывается, для общества выгоднее не уничтожать коррупцию до конца, просто из-за высокой затратности этого процесса. Однако не стоит забывать и о дальнейшей эффективности средств потраченных на борьбу с коррупцией.

Кроме того, чрезмерное увлечение борьбой с коррупцией в ущерб устранению её причин способно лишить административную систему гибкости, а население гражданских свобод. Правящая группа может использовать карательное законодательство для усиления своего контроля над обществом и преследования политических противников [Rose-Ackerman S. The Political Economy of Corruption // Corruption and the global economy / Ed. Elliott K. A. — Washington, DC: Institute for International Economics. — 1997. — P. 31, http://www.iie.com/publications/chapters_preview/12/2iie2334.pdf/ (англ.)].

Международная торговля.

Коррупция наносит многомиллиардные убытки международной торговле. Именно это стало одной из причин роста интереса к проблеме международной коррупции в последние годы. Так, американские фирмы-экспортёры утверждали, что они часто проигрывают выгодные контракты из-за того, что по закону не имеют права платить взятки заграничным чиновникам. Напротив, в большинстве стран ОБСЕ иностранным партнёрам не только не запрещались, но даже могли быть списаны с дохода при уплате налогов. Например, у немецких корпораций такие расходы составляли около 5,6 млрд долл. в год [Jain A. K. Corruption: a review // Journal of Economic Surveys. — 2001. — Vol 15, No. 1. — P. 71. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-6419.00133/ (англ.), http://www.fas.org/irp/congress/1998_rpt/e105-19.htm/ ] (англ.). Ситуация изменилась только в конце 1997 г., когда страны ОБСЕ подписали «Конвенцию о борьбе с дачей взяток иностранным государственным должностным лицам при осуществлении международных деловых операций». Во исполнение конвенции в течение последующих лет были приняты законы, явным образом запрещающие национальным компаниям давать взятки кому бы то ни было.

Причины коррупции.

Фундаментальное противоречие.

Производство любых благ требует расхода определённых ресурсов, который компенсируется средствами, полученными от потребителей этих благ. Зарплата служащих относится к числу расходов, покрываемых в конечном итоге за счёт потребителя, однако их деятельность определяется волей начальства и работодателя. Это приводит к ситуации, когда потребитель получает необходимую услугу или товар от служащего, но не может напрямую повлиять на деятельность этого служащего. Частным случаем является общественное благо, которое оплачивается за счёт налогов и предоставляется государственными служащими. Несмотря на то, что работу чиновников фактически оплачивают граждане, их работодателем является государство, которое наделяет их правом принимать решения, затрагивающие конкурирующие интересы различных лиц, по закону.

В отсутствие у кого-либо дискреционной власти, коррупция была бы невозможна [Роуз-Аккерман, С. Коррупция и государство. Причины, следствия, реформы / Пер. с англ. О. А. Алякринского. — М.: Логос, 2003]. Однако персона или группа, обладающая верховной властью, не в состоянии самостоятельно обеспечивать реализацию политики, которую она определяет. Для этой цели она назначает администраторов, которых она наделяет требуемыми полномочиями, в распоряжение которых она передаёт необходимые ресурсы, для которых она устанавливает правила поведения и над которыми она осуществляет надзор. И здесь возникает следующая проблема:

 1. Консервативность закона. На практике инструкции меняются значительно медленнее, чем внешние условия. Поэтому они оставляют место для действий по своему усмотрению, поскольку иначе система управления становится совершенно негибкой, и несоответствие жёстких норм реалиям способно полностью остановить работу. Однако это означает, что в непредусмотренной законом ситуации администратор может начать руководствоваться наиболее выгодной рентой.

 2. Невозможность всеохватывающего контроля. Надзор требует затрат, но кроме того, чрезмерно жёсткий контроль наносит удар по качеству управленческого персонала и приводит к оттоку творчески мыслящих кадров.

Таким образом, принцип управления сам по себе содержит потенциальную возможность для коррупции. Эта возможность перерастает в объективные условия, когда потенциальная рента преобладает над рисками.

Данная проблема многократно воспроизводится в бюрократическом аппарате, поскольку администраторы высшего уровня назначают своих подчинённых и т. д. Особенность систем с /представительной демократией/ состоит в том, что высшие должности занимают политические элиты, получившие властные полномочия от народа и рискующие потерей власти на следующих выборах.

Причины высокой коррупции.

Большинство специалистов сходится на том, что основной причиной высокой коррупции является несовершенство политических институтов, которые обеспечивают внутренние и внешние механизмы сдерживания. Помимо этого, есть основания полагать, что некоторые объективные обстоятельства вносят существенный вклад:

  * Двусмысленные законы.

  * Незнание или непонимание законов населением, что позволяет должностным лицам произвольно препятствовать осуществлению бюрократических процедур или завышать надлежащие выплаты.

  * Нестабильная политическая ситуация в стране.

  * Отсутствие сформированных механизмов взаимодействия институтов власти.

  * Зависимость стандартов и принципов, лежащих в основе работы бюрократического аппарата, от политики правящей элиты.

  * Профессиональная некомпетентность бюрократии.

  * Кумовство и политическое покровительство, которые приводят к формированию тайных соглашений, ослабляющих механизмы контроля над коррупцией.

  * Отсутствие единства в системе исполнительной власти, то есть, регулирование одной и той же деятельности различными инстанциями.

  * Низкий уровень участия граждан в контроле над государством.

Рассматриваются и другие предположения (гипотезы) в отношении обстоятельств, которые возможно являются причинами высокой коррупции:

  * низкий уровень заработной платы в государственном секторе по сравнению с частным сектором;

  * государственное регулирование экономики;

  * зависимость граждан от чиновников, монополия государства на определённые услуги;

  * оторванность бюрократической элиты от народа;

  * экономическая нестабильность, инфляция;

  * этническая неоднородность населения [Shleifer, A., Vishny, R. Corruption // Quarterly Journal of Economics, https://ru.wikipedia.org/wiki/Quarterly_Journal_of_Economics>. — 1993. — Vol. 108, No. 3. — P. 599, http://ideas.repec.org/a/tpr/qjecon/v108y1993i3p599-617.html/ (англ.)];

  * низкий уровень экономического развития (ВВП на душу населения);

  * религиозная традиция;

  * культура страны в целом.

Борьба с коррупцией.

На сегодняшний день неизвестны методы в педагогике и менеджменте которые бы гарантировали, что человек будет идеальным чиновником. Однако существует множество стран с весьма низким уровнем коррупции. Более того, известны исторические примеры, когда действия, направленные на снижение коррупции, привели к значительным успехам: Сингапур, Гонконг, Португалия, Швеция. Это однозначно говорит в пользу того, что методы борьбы с коррупцией существуют.

С формальной точки зрения, если не будет государства — не будет и коррупции. Многие функции государства имеют веское обоснование и не могут быть ликвидированы: например, бороться с коррупцией в налоговых органах невозможно путём отмены всех налогов [Rose-Ackerman S. The Political Economy of Corruption // Corruption and the global economy / Ed. Elliott K. A. — Washington, DC: Institute for International Economics. — 1997. — P. 31, http://www.iie.com/publications/chapters_preview/12/2iie2334.pdf/ (англ.)]. Тем не менее, в условиях когда коррупция распространена практически везде, роспуск коррумпированных органов власти представляется одним из действенных радикальных способов от неё избавиться.

Помимо роспуска органов власти, существуют три возможных подхода к уменьшению коррупции [Ades A., Di Tella R. The new economics of corruption: a survey and some new results // Political Studies. — 1997. — Vol. 45, No. 3. — P. 496. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-9248.00093/ (англ.)].

Во-первых, можно ужесточить законы и их исполнение, тем самым повысить риск наказания. Во-вторых, можно создать экономические механизмы, позволяющие должностным лицам увеличить свои доходы, не нарушая правила и законы. В-третьих, можно усилить роль рынков и конкуренции, тем самым уменьшив размер потенциальной прибыли от коррупции. К последнему также относится конкуренция в предоставлении государственных услуг, при условии дублирования одними государственными органами функций других органов. Большинство положительно зарекомендовавших себя методов относится к внутренним либо внешним механизмам надзора.

Внутренний контроль.

Сюда входят внутренние механизмы и стимулы, существующие в самом аппарате управления: ясные стандарты исполнения должностными лицами своих обязанностей и строгий надзор над каждым служащим. С целью обеспечения надзора часто выделяют особые управления, которые функционируют автономно

Внутренний контроль был основным способом борьбы с коррупцией в монархиях периода абсолютизма и до сих пор сохраняет высокую эффективность. В частности, Макиавелли полагал, что в монархиях, «правящих при помощи слуг», коррупция менее опасна, поскольку все «слуги» обязаны милостям государя и их труднее подкупить.

Внешний контроль.

Сюда относятся механизмы, которые имеют высокую степень независимости от исполнительной власти. Конвенция ООН против коррупции приводит целый ряд подобных механизмов. Независимая судебная система, при которой нарушивший закон бюрократ может быть легко и эффективно признан виновным, резко снижает потенциальную привлекательность коррупции. Одними из самых эффективных инструментов контроля над коррупцией бюрократического аппарата являются свобода слова и СМИ Внешний контроль характерен для стран с рыночной экономикой и либеральной демократией. Предположительно, это связано с тем, что для реализации нормального функционирования рынка необходимы чёткие правила, механизмы обеспечения выполнения обязательств, в том числе, — эффективная правовая система, обеспечивающая здоровую конкурентную среду [Бродман Г., Риканатини Ф. Корни коррупции: важны ли рыночные институты? / Пер. с англ. // World Bank Policy Research Working Paper 2368. — 2000, http://www.worldbank.org/wbi/governance/pdf/wps2368_r.pdf/ ]. Либеральная демократия для достижения своих целей также опирается на систему выборов, правовое государство независимое правосудие, разделение властей и систему «сдержек и противовесов». Все эти политические институты служат одновременно механизмами внешнего контроля над коррупцией.

Разделение властей по горизонтали стимулирует их надзор друг над другом. Например, в парламентской демократии представительная власть имеет полномочия отправить правительство в отставку. С другой стороны, в президентской демократии ветви власти ещё более функционально разделены. Несмотря на это, коррупция в президентских республиках в целом выше, чем в парламентских, что возможно связано именно с трудоёмкостью процедуры импичмента президента [Lederman D, Loayza N. V., Soares R. R. Accountability and corruption: political institutions matter // Economics & Politics. — 2005. — Vol. 17, No. 1. — P. 1. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2Fj.1468-0343.2005.00145.x (англ.)]. Далее, разделение властей по территориальному уровню и связанный с этим перенос большей части полномочий исполнительной власти на уровень местного самоуправления приводит к эффективному уменьшению размеров органов власти. Это повышает информационную прозрачность власти и уменьшает коррупцию. Тем не менее, федеративное устройство государства, обеспечивающее максимальную децентрализацию, часто приводит к регулированию различных аспектов одной и той же деятельности чиновниками разных инстанций, и, следовательно, к большей коррупции по сравнению с унитарными государствами [Lederman D, Loayza N. V., Soares R. R. Accountability and corruption: political institutions matter // Economics & Politics. — 2005. — Vol. 17, No. 1. — P. 1. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2Fj.1468-0343.2005.00145.x (англ.)].

Система выборов.

В демократических странах основным способом наказания избранных представителей за коррупцию является отстранение их от власти на следующих выборах. Это подразумевает, что сам избиратель отвечает за степень честности и ответственности тех, кого он избирает. Несмотря на высокую результативность выборов как оружия против коррупции, их действие проявляется достаточно медленно. Каждые 30 лет стабильной демократической системы оказывают на коррупцию такой же эффект, как собственно переход к либерально-демократической модели правления [Lederman D, Loayza N. V., Soares R. R. Accountability and corruption: political institutions matter // Economics & Politics. — 2005. — Vol. 17, No. 1. — P. 1. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2Fj.1468-0343.2005.00145.x (англ.)].

Неконституционность коррупциогенных норм. Любые нормы, накладывающие на гражданина ограничения, могут вызвать коррупцию, за исключением норм, описывающих конституционные свободы и права человека. Последние накладывают ограничения не столько на индивидов, сколько на органы государственной власти, являясь институциональными гарантиями как против завышенных требований закона, так и против наделения органов государственной власти дискреционными полномочиями [Головщинский К. И. Диагностика     коррупциогенности законодательства. / Под ред. Г. А. Сатарова и М. А. Краснова, http://www.anti-corr.ru/indem/2004diag_cor_zak.htm/ ]. Коррупциогенные же нормы неизбежно нарушают права и свободы человека и гражданина, закрепленные в Конституции.

Информационное обеспечение граждан. Данный метод включает в себя анализ законов с тем, чтобы, проанализировав закон, чётко, лаконично и доходчиво объяснить гражданам в чём заключаются их права и обязанности, какие нарушения что должны за собой повлечь, как проходит судебная процедура и что в ней учитывается. Зная всё это, граждане будут увереннее вести себя, оказавшись один на один с подталкивающим их к даче взятки чиновником.

Открытость ведомственных систем. Прозрачность происходящих внутри ведомств операций и надлежащий гражданский контроль может быть реализован через публикацию и открытое обсуждение внутриведомственных документов в общедоступной сети Интернет, что способно серьёзно пошатнуть фундамент коррупции. Однако такие механизмы ограничены чрезмерно жёсткими нормативами по охране коммерческой тайны или их применение в некоторых ведомствах связано с необходимостью обеспечения дополнительных мер по защите персональных данных граждан и секретных сведений в оборонных ведомствах и организациях. Серьёзную проблему для внедрения открытых информационных систем представляет низкая компетентность чиновников, которые не только не в курсе преимуществ свободных лицензий но и не способны включить в государственные контракты требования об обязательном предоставлении открытого доступа для чтения к системам управления версиями разрабатываемых на деньги налогоплательщика программных продуктов.

Социальное обеспечение чиновников. Первоклассное медицинское  обслуживание, беспроцентные кредиты для покупки недвижимости большая пенсия — всё это равносильно повышению заработной платы в государственном секторе, и следовательно, увеличивает потери чиновника в случае, если его поймают на коррупционной деятельности. Судя по исследованиям, эта мера не оказывает немедленного воздействия на коррупцию, однако способствует повышению качества бюрократии с течением времени.

Объективные трудности.

Суть проблемы при борьбе с коррупцией сформулировал Джеймс Мэдисон «Если бы людьми правили ангелы, ни в каком надзоре над правительством — внешнем или внутреннем — не было бы нужды. Но при создании правления, в котором люди будут ведать людьми, главная трудность состоит в том, что в первую очередь надо обеспечить правящим возможность надзирать над управляемыми; а вот вслед за этим необходимо обязать правящих надзирать за самими собой» («Федералист», № 51) [Заграевский С. В. О возможных способах борьбы с коррупцией в России, http://www.zagraevsky.com/corruption.htm, http://grachev62.narod.ru/Fed/Fed_51.htm/ ].

Одним из важнейших сдерживающих факторов для коррупции является уголовное законодательство. На практике законы в большинстве стран устанавливают достаточно узкие рамки в отношении интерпретации видов коррупции, которые считаются уголовными преступлениями, — чтобы исключить риск выборочного применения законодательства с целью подавления гражданских свобод и оппозиции. Поэтому, например, подарок может считаться взяткой только при наличии намерения оказать влияние на должностное лицо. Если должностному лицу по закону не запрещается принимать подарки в принципе, то доказать факт взятки, как правило, трудно. Напротив, растрата часто считается доказанной при наличии ущерба, независимо от того, было ли намерение у служащего присвоить средства или нет.

Другая трудность, в особенности проявляющаяся при масштабной коррупции, когда большинство частных лиц дают взятки, известна в психологии и теории игр как «дилемма заключённого». С одной стороны, если все лица перестанут давать взятки, то они все от этого выиграют. Однако если только одно частное лицо откажется от взяток, то оно поставит себя в крайне невыгодные условия.

Сингапурская стратегия борьбы с коррупцией.

Сингапурская стратегия борьбы с коррупцией отличается строгостью и последовательностью, основываясь на «логике в контроле за коррупцией»: «попытки искоренить коррупцию должны основываться на стремлении минимизировать или исключить условия, создающие как стимул так и возможность склонения личности к совершению коррумпированных действий» [ВЦИОП — Сингапурская стратегия борьбы с коррупцией [ http://www.crime.vl.ru/docs/books/book/g3/3.htm/ ].

В момент обретения независимости в 1965 г., Сингапур был страной с высокой коррупцией. Тактика её снижения была построена на ряде вертикальных мер: регламентации действий чиновников, упрощении бюрократических процедур, строгом надзоре над соблюдением высоких этических стандартов. Центральным звеном стало автономное Бюро по расследованию случаев коррупции, в которое граждане могут обращаться с жалобами на госслужащих и требовать возмещения убытков. Одновременно с этим было ужесточено

Законодательство повышена независимость судебной системы (с высокой зарплатой и привилегированным статусом судей), введены экономические санкции за дачу взятки или отказ от участия в антикоррупционных расследованиях, а также предприняты жёсткие акции вплоть до поголовного увольнения сотрудников таможни и других госслужб. Это сочеталось с дерегулированием экономики, повышением зарплат чиновников и подготовкой квалифицированных административных кадров.

В настоящее время Сингапур занимает лидирующие места в мире по отсутствию коррупции, экономической свободе и развитию.

Финляндская стратегия борьбы с коррупцией.

Особенностью финляндской стратегии борьбы с коррупции было фактическое отсутствие специального закона о коррупции и специальных. Коррупция рассматривалась как часть уголовной преступности и регулировалась на всех уровнях законодательства, норм и других систем контроля. Особенностью Финляндии было сравнительно мягкое наказание за получение взятки чиновниками — от штрафа до четырёх лет лишения свободы. За послевоенный период произошло резкое снижение ранее высокого уровня взяточничества — в 1945—1954 годы были осуждены за получение взяток 549 лиц, в 1980—1989 годы таких приговоров было вынесено 81, а в 1990-х годах всего 38. С 1990-х годов Финляндии начала использовать международные инструменты — были ратифицированы Конвенция ЕС о борьбе с коррупцией 1997 года, Конвенция ОЭСР 1998 года по борьбе со взятками, конвенции Совета Европы 1999 года по уголовному и гражданскому праву, касающиеся коррупции, Конвенция ООН против коррупции, принятая в Мехико в декабре 2003 года.

Шведская стратегия борьбы с коррупцией.

До середины XIX века в Швеции коррупция процветала. Одним из следствий модернизации страны стал комплекс мер, нацеленных на устранение меркантилизма. С тех пор государственное регулирование касалось больше домашних хозяйств, чем фирм, и было основано на стимулах (через налоги, льготы и субсидии, нежели на запретах и разрешениях. Был открыт доступ к внутренним государственным документам и создана независимая и эффективная система правосудия. Одновременно шведский парламент и правительство установили высокие этические стандарты для администраторов и стали добиваться их исполнения. Спустя всего несколько лет честность стала социальной нормой среди бюрократии. Зарплаты высокопоставленных чиновников поначалу превышали заработки рабочих в 12—15 раз, однако с течением времени эта разница снизилась до двукратной. На сегодняшний день Швеция по-прежнему имеет один из самых низких уровней коррупции в мире»

[Коррупция, https://ru.wikipedia.org/wiki/Коррупция/ ].

***

Итак, суть всего изложенного выше по теме “Что есть коррупция вообще?” можно выразить одним предложением перефразировав формулировку Джеймса Мэдисона “Если бы людьми правили ангелы, ни в каком надзоре над правительством — внешнем или внутреннем — не было бы нужды” так: “Если бы в двойственной природе людей по соотношению её составляющих общественное (божественное) превышало бы инстинктивное (животное), то коррупции в человеческом обществе вообще бы не было и о ней говорили бы лишь историки”. ”. Дело в том, что современный человек ещё не осознает себя в достаточной мере элементом-частицей-клеткой общества, заботящейся о нем как Целостности и о других его элементах-клетках. Для многих homo человеческое общество и все его иные составляющие всё ещё воспринимаются как внешняя среда с материальными и энергетическими ресурсами, что с точки зрения науки синергетики вполне объяснимо. И как быть дальше? Понятно, что гражданское общество является той конструкцией, которая будет обеспечивать взвимное доверие и заботу людей друг о друге.

Б. Коррупция в Украине.

“Коррупция в Украине – основной антиукраинский фактор” – на сайте Пресса Украины своё видение основной проблемы Украины как общества-организма излагает 1 июня 2014 года автор AleKo [ http://uapress.info/uk/blog/3586/ ].

Ниже воспроизводим конспективно основные фрагменты статьи Александра Костенко, выделяя жирным, курсивом или подчеркиванием то, что привлекает наше внимание (перевод с украинского языка на русский наш. – А.П.):

Предпринимательство?

«Данная система достаточно устойчива и этим обеспечивает стабильность коррупционной деятельности. Например, можно столкнуться с принципом презумпции добросовестности правоохранительных органов, который означает, что шансы уличить их сотрудника в неправомочных действиях ничтожно малы.

На практике подчинённые делят взятки не только с начальством, но и между собой. Конечным итогом является формирование специфических для коррупции внутренних рынков и экономических механизмов. В частности, возникают позиции с особенно высокими нелегальными доходами. Борьба между чиновниками за такие позиции формирует внутренний «рынок труда». По мере развития коррупции происходит некоторая централизация рынка, начиная с уровня отдельных ведомств, когда чиновники вырабатывают тарифы за принятие конкретных решений, чтобы снизить внутреннюю конкуренцию за каждую взятку и повысить общий доход. Поддержка стабильности нелегальных финансовых потоков требует административных и законодательных мер, нацеленных на повышение экономической выгоды от коррупции и на снижение правовых и социальных рисков [Jain A. K. Corruption: a review // Journal of Economic Surveys. — 2001. — Vol 15, No. 1. — P. 71. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-6419.00133/ (англ.)].

Заинтересованность частного лица.

Вымогательство («государственный рэкет практикуется чиновниками, обладающими дискреционной властью препятствовать кому-либо в получении лицензий специальных разрешений или любых других услуг, входящих в компетенцию чиновника. Если чиновник имеет полномочия оценивать сумму надлежащих выплат (например, налогов или пошлин это также открывает возможности для вымогательства.

Столкнувшись с вымогательством со стороны госслужащего, частное лицо оказывается перед выбором: либо дать взятку (что сопряжено с риском разоблачения), либо обжаловать действия госслужащего через внутренний или внешний надзорный орган. Решение зависит от того, насколько затратна процедура обжалования, а также насколько гражданин осведомлён о своих законных правах и обязанностях госслужащего.

Сговор возникает при тех же условиях, что и вымогательство, однако отличается тем, что выгоден обеим сторонам и состоит в совершении сделки, наносящей ущерб государству. Например, в обмен на взятку, таможенный инспектор может занизить сумму импорта и тем самым уменьшить сумму, которую фирма-импортёр должна уплатить на пошлины. В сделку также могут быть вовлечены структуры, ответственные за надзор над чиновником.

Области обогащения

Одним из основных путей коррупционного обогащения для бюрократии, в особенности для верховной политической элиты, являются государственные расходы.

Инвестиционные проекты во многом определяются решениями, которые высшие чиновники принимают по своему усмотрению. Крупные инвестиционные проекты (в особенности, с участием иностранных корпораций) часто предполагают передачу монопольных прав победителю конкурса, что сулит чиновникам особенно большие взятки. Некоторые проекты создаются специально для того, чтобы определённые группы получали ренту («государственную ренту» от тех, кто назначен в качестве исполнителя проекта.

Государственные закупки, как правило, предполагают выбор объективно лучшего предложения из нескольких на основе конкурса, однако иногда чиновник может обеспечить победу продавца, пообещавшего наибольшие «комиссионные» («откат») со сделки. Для этого ограничивается участие в конкурсе, его правила полностью не объявляются и т. п. В результате закупки осуществляются по завышенной цене.

Внебюджетные счета часто создаются с легитимной целью (пенсионные, дорожные фонды и др.) Однако в некоторых фондах, например, для помощи инвалидам, доходы могут значительно превышать реальные расходы, что стимулирует желание у некоторых чиновников присвоить «излишки». Наоборот, в случае дефицита чиновники часто решают по своему усмотрению, кому в итоге достанутся деньги. В некоторых странах, средства, полученные через иностранную помощь или от продажи природных ресурсов направляются в специальные фонды, которые менее прозрачны и хуже контролируются, чем бюджетные деньги. В силу ежеминутных колебаний цен на товары, определить истинную сумму транзакции и величину отчислений в такие фонды непросто, что позволяет часть денег перенаправлять в карманы чиновников [Tanzi V. Corruption around the world // IMF Staff Papers. — 1998. — Vol. 45, No. 4. — P. 559, http://www.imf.org/external/pubs/ft/staffp/1998/12-98/pdf/tanzi.pdf/ (англ.)].

Среди других областей, наиболее прибыльных в плане коррупции, следует выделить:

  * Налоговые льготы.

  * Продажа сырьевых товаров по ценам ниже рыночных.

  * Районирование поскольку оно влияет на стоимость земли.

  * Добыча природных ресурсов.

  * Продажа государственных активов, в особенности приватизация государственных предприятий.

  * Предоставление монопольной власти к определённому виду коммерческой

(в особенности экспортно-импортной) деятельности.

  * Контроль над теневой экономикой и нелегальным бизнесом (вымогательство, защита от преследования, уничтожение конкурентов и т. д.).

  * Назначение на ответственные посты в органах власти.

Проф. Т. Гильвасон отмечает, что отсутствие у граждан свободного доступа к информации государственного управления (т. О. его непрозрачности) способствует коррупции и неминуемо ведёт к экономическим кризисам [Снегирев В. Нам надо перенять опыт Исландии в борьбе с кризисом  — Российская газета, http://www.rg.ru/2013/06/26/islandia.html/ ].

Коррупция в судебной системе.

Приведённые ниже формы коррупции относятся в первую очередь к судьям, однако в случае административных правонарушений могут относиться и к должностным лицам, уполномоченным рассматривать соответствующие дела (органам внутренних дел, органам пожарного надзора, налоговым, таможенным органам и т. д.).

«Вилки» в законодательстве. Многие нормы позволяют судье выбирать между мягкой и жёсткой мерами наказания, чтобы он мог максимально учесть степень вины тяжесть правонарушения и иные обстоятельства. При этом у судьи появляется рычаг воздействия на совершившего правонарушение гражданина. Чем больше разница между верхним и нижним пределами наказания, тем большую взятку будет готов заплатить гражданин.

Альтернативное административное взыскание. Существуют нормы права с наложением альтернативного административного взыскания, например, штраф или арест. От большинства норм-«вилок» их отличает не только более широкий диапазон наказаний (и следовательно, более сильная мотивация у нарушителя к даче взятки), но и то, что правосудие осуществляют представители исполнительной, а не судебной, власти. Многие юристы полагают, что использование санкций подобного вида оправдано только в уголовном судебном процессе, но имеет под собой мало оснований в процессе административном: «Во-первых, судебный процесс построен на принципах открытости (гласности), состязательности, устности и непосредственности разбирательства. При административном же производстве гражданин в большинстве случаев остается один на один с представителем власти. Во-вторых, даже самая высокая мера наказания за административное правонарушение не настолько тяжка для правонарушителя, как в уголовном праве, чтобы её имело смысл дифференцировать [Дуглас Хьюстон. Способна ли коррупция улучшить положение дел в экономике?, http://www.inliberty.ru/library/231-sposobna-linbspkorrupciya-uluchshit-polozhenie-del-vnbspekonomike/ ].

Переквалификация состава правонарушения. Другой разновидностью «вилок» является дублирование состава правонарушения в различных кодексах. Это открывает возможности для переквалификации совершённого правонарушения в более мягкую категорию (например, из уголовного в административное или гражданское либо наоборот, в более тяжёлую категорию. Разграничить преступления и другие правонарушения часто сложно в силу размытости формулировок законодательства, и в таких ситуациях судьи (либо должностные лица) принимают решение по своему усмотрению, что открывает возможности для взяток и вымогательства.

Неденежные потери граждан. Некоторые нормы права могут вызывать коррупцию, если накладывают на индивида связанные с подчинением норме права потери. Даже в случае, когда сумма штрафа и взятки за преступление номинально равны, стоит заметить что оплата штрафа сопровождается неденежными затратами времени на совершение платежа в банке и предоставление в выписавшее штраф ведомство доказательств об оплате (квитанции). Вызываемые нормами права неденежные потери разнообразны и в различной мере неприятны для граждан. Также стоит учитывать, что не все граждане готовы защищать свои права в суде.

Вред от коррупции.

Эмпирические данные показывают, что коррупция вызывает:

  * неэффективное распределение и расходование государственных средств и ресурсов;

  * неэффективность коррупционных финансовых потоков с точки зрения экономики страны;

  * потери налогов, когда налоговые органы присваивают себе часть налогов;

  * потери времени из-за чинимых препятствий, снижение эффективности работы государственного аппарата в целом;

  * разорение частных предпринимателей;

  * отток квалифицированных кадров в другие страны;

  * снижение инвестиций в производство, замедление экономического роста;

  * понижение качества общественного сервиса

  * нецелевое использование международной помощи развивающимся странам, что резко снижает её эффективность;

  * неэффективное использование способностей индивидов: вместо производства материальных благ люди тратят время на непродуктивный поиск ренты;

  * рост социального неравенства;

  * усиление организованной преступности — банды превращаются в мафию;

  * ущерб политической легитимности власти;

  * снижение общественной морали.

В высоко коррумпированных бюрократических аппаратах большинство государственных ресурсов сознательно направляется в каналы, где их легче всего разворовать или где легче всего собирать взятки. Политика правящей элиты становится направленной на подавление механизмов контроля над коррупцией (см. ниже): свободы прессы, независимости системы правосудия конкурирующих элит (оппозиции) и далее индивидуальных прав граждан [Jain A. K. Corruption: a review // Journal of Economic Surveys. — 2001. — Vol 15, No. 1. — P. 71. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-6419.00133/ (англ.)]. Так, некоторые люди отмечают, что существуют случаи, когда поведение и внешний вид человека являются сигналом для правоохранительных органов к задержанию человека с целью вымогательства взятки.

Существует также точка зрения, что к коррупции допустимо терпимое отношение. Согласно одному аргументу, в истории развития многих стран (Индонезии, Таиланда, Кореи) были периоды, когда экономика и коррупция росли одновременно. Согласно другому аргументу, взяточничество есть лишь реализация рыночных принципов в деятельности государственных и муниципальных структур. Таким образом, терпимое отношение к коррупции допустимо в условиях экономического бума либо пока она не затрагивает эффективность рынка в целом. Критики этой точки зрения возражают, что вследствие перечисленных выше причин, страны с высоким уровнем коррупции после периода роста рискуют утратить стабильность и впасть в нисходящую спираль[Rose-Ackerman S. The Political Economy of Corruption // Corruption and the global economy / Ed. Elliott K. A. — Washington, DC: Institute for International Economics. — 1997. — P. 31, http://www.iie.com/publications/chapters_preview/12/2iie2334.pdf/ (англ.)].

Оптимальный уровень коррупции.

По мере того, как государство искореняет коррупцию, затраты на борьбу с коррупцией возрастают так, что для полной ликвидации коррупции придётся затратить бесконечные усилия [Латов Ю. В. Книги, http://web.archive.org/web/20011224120527/, http://ie.boom.ru/Latov/Monograph/Chapter1.htm/ ]. Сравнивая потери от коррупции и затраты на искоренение коррупции для каждого её уровня, можно найти оптимальный уровень коррупции, отражающий наименьшие суммарные потери. Оказывается, для общества выгоднее не уничтожать коррупцию до конца, просто из-за высокой затратности этого процесса. Однако не стоит забывать и о дальнейшей эффективности средств потраченных на борьбу с коррупцией.

Кроме того, чрезмерное увлечение борьбой с коррупцией в ущерб устранению её причин способно лишить административную систему гибкости, а население гражданских свобод. Правящая группа может использовать карательное законодательство для усиления своего контроля над обществом и преследования политических противников [Rose-Ackerman S. The Political Economy of Corruption // Corruption and the global economy / Ed. Elliott K. A. — Washington, DC: Institute for International Economics. — 1997. — P. 31, http://www.iie.com/publications/chapters_preview/12/2iie2334.pdf/ (англ.)].

Международная торговля.

Коррупция наносит многомиллиардные убытки международной торговле. Именно это стало одной из причин роста интереса к проблеме международной коррупции в последние годы. Так, американские фирмы-экспортёры утверждали, что они часто проигрывают выгодные контракты из-за того, что по закону не имеют права платить взятки заграничным чиновникам. Напротив, в большинстве стран ОБСЕ иностранным партнёрам не только не запрещались, но даже могли быть списаны с дохода при уплате налогов. Например, у немецких корпораций такие расходы составляли около 5,6 млрд долл. в год [Jain A. K. Corruption: a review // Journal of Economic Surveys. — 2001. — Vol 15, No. 1. — P. 71. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-6419.00133/ (англ.), http://www.fas.org/irp/congress/1998_rpt/e105-19.htm/ ] (англ.). Ситуация изменилась только в конце 1997 г., когда страны ОБСЕ подписали «Конвенцию о борьбе с дачей взяток иностранным государственным должностным лицам при осуществлении международных деловых операций». Во исполнение конвенции в течение последующих лет были приняты законы, явным образом запрещающие национальным компаниям давать взятки кому бы то ни было.

Причины коррупции.

Фундаментальное противоречие.

Производство любых благ требует расхода определённых ресурсов, который компенсируется средствами, полученными от потребителей этих благ. Зарплата служащих относится к числу расходов, покрываемых в конечном итоге за счёт потребителя, однако их деятельность определяется волей начальства и работодателя. Это приводит к ситуации, когда потребитель получает необходимую услугу или товар от служащего, но не может напрямую повлиять на деятельность этого служащего. Частным случаем является общественное благо, которое оплачивается за счёт налогов и предоставляется государственными служащими. Несмотря на то, что работу чиновников фактически оплачивают граждане, их работодателем является государство, которое наделяет их правом принимать решения, затрагивающие конкурирующие интересы различных лиц, по закону.

В отсутствие у кого-либо дискреционной власти, коррупция была бы невозможна [Роуз-Аккерман, С. Коррупция и государство. Причины, следствия, реформы / Пер. с англ. О. А. Алякринского. — М.: Логос, 2003]. Однако персона или группа, обладающая верховной властью, не в состоянии самостоятельно обеспечивать реализацию политики, которую она определяет. Для этой цели она назначает администраторов, которых она наделяет требуемыми полномочиями, в распоряжение которых она передаёт необходимые ресурсы, для которых она устанавливает правила поведения и над которыми она осуществляет надзор. И здесь возникает следующая проблема:

 1. Консервативность закона. На практике инструкции меняются значительно медленнее, чем внешние условия. Поэтому они оставляют место для действий по своему усмотрению, поскольку иначе система управления становится совершенно негибкой, и несоответствие жёстких норм реалиям способно полностью остановить работу. Однако это означает, что в непредусмотренной законом ситуации администратор может начать руководствоваться наиболее выгодной рентой.

 2. Невозможность всеохватывающего контроля. Надзор требует затрат, но кроме того, чрезмерно жёсткий контроль наносит удар по качеству управленческого персонала и приводит к оттоку творчески мыслящих кадров.

Таким образом, принцип управления сам по себе содержит потенциальную возможность для коррупции. Эта возможность перерастает в объективные условия, когда потенциальная рента преобладает над рисками.

Данная проблема многократно воспроизводится в бюрократическом аппарате, поскольку администраторы высшего уровня назначают своих подчинённых и т. д. Особенность систем с /представительной демократией/ состоит в том, что высшие должности занимают политические элиты, получившие властные полномочия от народа и рискующие потерей власти на следующих выборах.

Причины высокой коррупции.

Большинство специалистов сходится на том, что основной причиной высокой коррупции является несовершенство политических институтов, которые обеспечивают внутренние и внешние механизмы сдерживания. Помимо этого, есть основания полагать, что некоторые объективные обстоятельства вносят существенный вклад:

  * Двусмысленные законы.

  * Незнание или непонимание законов населением, что позволяет должностным лицам произвольно препятствовать осуществлению бюрократических процедур или завышать надлежащие выплаты.

  * Нестабильная политическая ситуация в стране.

  * Отсутствие сформированных механизмов взаимодействия институтов власти.

  * Зависимость стандартов и принципов, лежащих в основе работы бюрократического аппарата, от политики правящей элиты.

  * Профессиональная некомпетентность бюрократии.

  * Кумовство и политическое покровительство, которые приводят к формированию тайных соглашений, ослабляющих механизмы контроля над коррупцией.

  * Отсутствие единства в системе исполнительной власти, то есть, регулирование одной и той же деятельности различными инстанциями.

  * Низкий уровень участия граждан в контроле над государством.

Рассматриваются и другие предположения (гипотезы) в отношении обстоятельств, которые возможно являются причинами высокой коррупции:

  * низкий уровень заработной платы в государственном секторе по сравнению с частным сектором;

  * государственное регулирование экономики;

  * зависимость граждан от чиновников, монополия государства на определённые услуги;

  * оторванность бюрократической элиты от народа;

  * экономическая нестабильность, инфляция;

  * этническая неоднородность населения [Shleifer, A., Vishny, R. Corruption // Quarterly Journal of Economics, https://ru.wikipedia.org/wiki/Quarterly_Journal_of_Economics>. — 1993. — Vol. 108, No. 3. — P. 599, http://ideas.repec.org/a/tpr/qjecon/v108y1993i3p599-617.html/ (англ.)];

  * низкий уровень экономического развития (ВВП на душу населения);

  * религиозная традиция;

  * культура страны в целом.

Борьба с коррупцией.

На сегодняшний день неизвестны методы в педагогике и менеджменте которые бы гарантировали, что человек будет идеальным чиновником. Однако существует множество стран с весьма низким уровнем коррупции. Более того, известны исторические примеры, когда действия, направленные на снижение коррупции, привели к значительным успехам: Сингапур, Гонконг, Португалия, Швеция. Это однозначно говорит в пользу того, что методы борьбы с коррупцией существуют.

С формальной точки зрения, если не будет государства — не будет и коррупции. Многие функции государства имеют веское обоснование и не могут быть ликвидированы: например, бороться с коррупцией в налоговых органах невозможно путём отмены всех налогов [Rose-Ackerman S. The Political Economy of Corruption // Corruption and the global economy / Ed. Elliott K. A. — Washington, DC: Institute for International Economics. — 1997. — P. 31, http://www.iie.com/publications/chapters_preview/12/2iie2334.pdf/ (англ.)]. Тем не менее, в условиях когда коррупция распространена практически везде, роспуск коррумпированных органов власти представляется одним из действенных радикальных способов от неё избавиться.

Помимо роспуска органов власти, существуют три возможных подхода к уменьшению коррупции [Ades A., Di Tella R. The new economics of corruption: a survey and some new results // Political Studies. — 1997. — Vol. 45, No. 3. — P. 496. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2F1467-9248.00093/ (англ.)].

Во-первых, можно ужесточить законы и их исполнение, тем самым повысить риск наказания. Во-вторых, можно создать экономические механизмы, позволяющие должностным лицам увеличить свои доходы, не нарушая правила и законы. В-третьих, можно усилить роль рынков и конкуренции, тем самым уменьшив размер потенциальной прибыли от коррупции. К последнему также относится конкуренция в предоставлении государственных услуг, при условии дублирования одними государственными органами функций других органов. Большинство положительно зарекомендовавших себя методов относится к внутренним либо внешним механизмам надзора.

Внутренний контроль.

Сюда входят внутренние механизмы и стимулы, существующие в самом аппарате управления: ясные стандарты исполнения должностными лицами своих обязанностей и строгий надзор над каждым служащим. С целью обеспечения надзора часто выделяют особые управления, которые функционируют автономно

Внутренний контроль был основным способом борьбы с коррупцией в монархиях периода абсолютизма и до сих пор сохраняет высокую эффективность. В частности, Макиавелли полагал, что в монархиях, «правящих при помощи слуг», коррупция менее опасна, поскольку все «слуги» обязаны милостям государя и их труднее подкупить.

Внешний контроль.

Сюда относятся механизмы, которые имеют высокую степень независимости от исполнительной власти. Конвенция ООН против коррупции приводит целый ряд подобных механизмов. Независимая судебная система, при которой нарушивший закон бюрократ может быть легко и эффективно признан виновным, резко снижает потенциальную привлекательность коррупции. Одними из самых эффективных инструментов контроля над коррупцией бюрократического аппарата являются свобода слова и СМИ Внешний контроль характерен для стран с рыночной экономикой и либеральной демократией. Предположительно, это связано с тем, что для реализации нормального функционирования рынка необходимы чёткие правила, механизмы обеспечения выполнения обязательств, в том числе, — эффективная правовая система, обеспечивающая здоровую конкурентную среду [Бродман Г., Риканатини Ф. Корни коррупции: важны ли рыночные институты? / Пер. с англ. // World Bank Policy Research Working Paper 2368. — 2000, http://www.worldbank.org/wbi/governance/pdf/wps2368_r.pdf/ ]. Либеральная демократия для достижения своих целей также опирается на систему выборов, правовое государство независимое правосудие, разделение властей и систему «сдержек и противовесов». Все эти политические институты служат одновременно механизмами внешнего контроля над коррупцией.

Разделение властей по горизонтали стимулирует их надзор друг над другом. Например, в парламентской демократии представительная власть имеет полномочия отправить правительство в отставку. С другой стороны, в президентской демократии ветви власти ещё более функционально разделены. Несмотря на это, коррупция в президентских республиках в целом выше, чем в парламентских, что возможно связано именно с трудоёмкостью процедуры импичмента президента [Lederman D, Loayza N. V., Soares R. R. Accountability and corruption: political institutions matter // Economics & Politics. — 2005. — Vol. 17, No. 1. — P. 1. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2Fj.1468-0343.2005.00145.x (англ.)]. Далее, разделение властей по территориальному уровню и связанный с этим перенос большей части полномочий исполнительной власти на уровень местного самоуправления приводит к эффективному уменьшению размеров органов власти. Это повышает информационную прозрачность власти и уменьшает коррупцию. Тем не менее, федеративное устройство государства, обеспечивающее максимальную децентрализацию, часто приводит к регулированию различных аспектов одной и той же деятельности чиновниками разных инстанций, и, следовательно, к большей коррупции по сравнению с унитарными государствами [Lederman D, Loayza N. V., Soares R. R. Accountability and corruption: political institutions matter // Economics & Politics. — 2005. — Vol. 17, No. 1. — P. 1. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2Fj.1468-0343.2005.00145.x (англ.)].

Система выборов.

В демократических странах основным способом наказания избранных представителей за коррупцию является отстранение их от власти на следующих выборах. Это подразумевает, что сам избиратель отвечает за степень честности и ответственности тех, кого он избирает. Несмотря на высокую результативность выборов как оружия против коррупции, их действие проявляется достаточно медленно. Каждые 30 лет стабильной демократической системы оказывают на коррупцию такой же эффект, как собственно переход к либерально-демократической модели правления [Lederman D, Loayza N. V., Soares R. R. Accountability and corruption: political institutions matter // Economics & Politics. — 2005. — Vol. 17, No. 1. — P. 1. DOI, https://dx.doi.org/10.1111%2Fj.1468-0343.2005.00145.x (англ.)].

Неконституционность коррупциогенных норм. Любые нормы, накладывающие на гражданина ограничения, могут вызвать коррупцию, за исключением норм, описывающих конституционные свободы и права человека. Последние накладывают ограничения не столько на индивидов, сколько на органы государственной власти, являясь институциональными гарантиями как против завышенных требований закона, так и против наделения органов государственной власти дискреционными полномочиями [Головщинский К. И. Диагностика     коррупциогенности законодательства. / Под ред. Г. А. Сатарова и М. А. Краснова, http://www.anti-corr.ru/indem/2004diag_cor_zak.htm/ ]. Коррупциогенные же нормы неизбежно нарушают права и свободы человека и гражданина, закрепленные в Конституции.

Информационное обеспечение граждан. Данный метод включает в себя анализ законов с тем, чтобы, проанализировав закон, чётко, лаконично и доходчиво объяснить гражданам в чём заключаются их права и обязанности, какие нарушения что должны за собой повлечь, как проходит судебная процедура и что в ней учитывается. Зная всё это, граждане будут увереннее вести себя, оказавшись один на один с подталкивающим их к даче взятки чиновником.

Открытость ведомственных систем. Прозрачность происходящих внутри ведомств операций и надлежащий гражданский контроль может быть реализован через публикацию и открытое обсуждение внутриведомственных документов в общедоступной сети Интернет, что способно серьёзно пошатнуть фундамент коррупции. Однако такие механизмы ограничены чрезмерно жёсткими нормативами по охране коммерческой тайны или их применение в некоторых ведомствах связано с необходимостью обеспечения дополнительных мер по защите персональных данных граждан и секретных сведений в оборонных ведомствах и организациях. Серьёзную проблему для внедрения открытых информационных систем представляет низкая компетентность чиновников, которые не только не в курсе преимуществ свободных лицензий но и не способны включить в государственные контракты требования об обязательном предоставлении открытого доступа для чтения к системам управления версиями разрабатываемых на деньги налогоплательщика программных продуктов.

Социальное обеспечение чиновников. Первоклассное медицинское  обслуживание, беспроцентные кредиты для покупки недвижимости большая пенсия — всё это равносильно повышению заработной платы в государственном секторе, и следовательно, увеличивает потери чиновника в случае, если его поймают на коррупционной деятельности. Судя по исследованиям, эта мера не оказывает немедленного воздействия на коррупцию, однако способствует повышению качества бюрократии с течением времени.

Объективные трудности.

Суть проблемы при борьбе с коррупцией сформулировал Джеймс Мэдисон «Если бы людьми правили ангелы, ни в каком надзоре над правительством — внешнем или внутреннем — не было бы нужды. Но при создании правления, в котором люди будут ведать людьми, главная трудность состоит в том, что в первую очередь надо обеспечить правящим возможность надзирать над управляемыми; а вот вслед за этим необходимо обязать правящих надзирать за самими собой» («Федералист», № 51) [Заграевский С. В. О возможных способах борьбы с коррупцией в России, http://www.zagraevsky.com/corruption.htm, http://grachev62.narod.ru/Fed/Fed_51.htm/ ].

Одним из важнейших сдерживающих факторов для коррупции является уголовное законодательство. На практике законы в большинстве стран устанавливают достаточно узкие рамки в отношении интерпретации видов коррупции, которые считаются уголовными преступлениями, — чтобы исключить риск выборочного применения законодательства с целью подавления гражданских свобод и оппозиции. Поэтому, например, подарок может считаться взяткой только при наличии намерения оказать влияние на должностное лицо. Если должностному лицу по закону не запрещается принимать подарки в принципе, то доказать факт взятки, как правило, трудно. Напротив, растрата часто считается доказанной при наличии ущерба, независимо от того, было ли намерение у служащего присвоить средства или нет.

Другая трудность, в особенности проявляющаяся при масштабной коррупции, когда большинство частных лиц дают взятки, известна в психологии и теории игр как «дилемма заключённого». С одной стороны, если все лица перестанут давать взятки, то они все от этого выиграют. Однако если только одно частное лицо откажется от взяток, то оно поставит себя в крайне невыгодные условия.

Сингапурская стратегия борьбы с коррупцией.

Сингапурская стратегия борьбы с коррупцией отличается строгостью и последовательностью, основываясь на «логике в контроле за коррупцией»: «попытки искоренить коррупцию должны основываться на стремлении минимизировать или исключить условия, создающие как стимул так и возможность склонения личности к совершению коррумпированных действий» [ВЦИОП — Сингапурская стратегия борьбы с коррупцией [ http://www.crime.vl.ru/docs/books/book/g3/3.htm/ ].

В момент обретения независимости в 1965 г., Сингапур был страной с высокой коррупцией. Тактика её снижения была построена на ряде вертикальных мер: регламентации действий чиновников, упрощении бюрократических процедур, строгом надзоре над соблюдением высоких этических стандартов. Центральным звеном стало автономное Бюро по расследованию случаев коррупции, в которое граждане могут обращаться с жалобами на госслужащих и требовать возмещения убытков. Одновременно с этим было ужесточено

Законодательство повышена независимость судебной системы (с высокой зарплатой и привилегированным статусом судей), введены экономические санкции за дачу взятки или отказ от участия в антикоррупционных расследованиях, а также предприняты жёсткие акции вплоть до поголовного увольнения сотрудников таможни и других госслужб. Это сочеталось с дерегулированием экономики, повышением зарплат чиновников и подготовкой квалифицированных административных кадров.

В настоящее время Сингапур занимает лидирующие места в мире по отсутствию коррупции, экономической свободе и развитию.

Финляндская стратегия борьбы с коррупцией.

Особенностью финляндской стратегии борьбы с коррупции было фактическое отсутствие специального закона о коррупции и специальных. Коррупция рассматривалась как часть уголовной преступности и регулировалась на всех уровнях законодательства, норм и других систем контроля. Особенностью Финляндии было сравнительно мягкое наказание за получение взятки чиновниками — от штрафа до четырёх лет лишения свободы. За послевоенный период произошло резкое снижение ранее высокого уровня взяточничества — в 1945—1954 годы были осуждены за получение взяток 549 лиц, в 1980—1989 годы таких приговоров было вынесено 81, а в 1990-х годах всего 38. С 1990-х годов Финляндии начала использовать международные инструменты — были ратифицированы Конвенция ЕС о борьбе с коррупцией 1997 года, Конвенция ОЭСР 1998 года по борьбе со взятками, конвенции Совета Европы 1999 года по уголовному и гражданскому праву, касающиеся коррупции, Конвенция ООН против коррупции, принятая в Мехико в декабре 2003 года.

Шведская стратегия борьбы с коррупцией.

До середины XIX века в Швеции коррупция процветала. Одним из следствий модернизации страны стал комплекс мер, нацеленных на устранение меркантилизма. С тех пор государственное регулирование касалось больше домашних хозяйств, чем фирм, и было основано на стимулах (через налоги, льготы и субсидии, нежели на запретах и разрешениях. Был открыт доступ к внутренним государственным документам и создана независимая и эффективная система правосудия. Одновременно шведский парламент и правительство установили высокие этические стандарты для администраторов и стали добиваться их исполнения. Спустя всего несколько лет честность стала социальной нормой среди бюрократии. Зарплаты высокопоставленных чиновников поначалу превышали заработки рабочих в 12—15 раз, однако с течением времени эта разница снизилась до двукратной. На сегодняшний день Швеция по-прежнему имеет один из самых низких уровней коррупции в мире»

[Коррупция, https://ru.wikipedia.org/wiki/Коррупция/ ].

***

Итак, суть всего изложенного выше по теме “Что есть коррупция вообще?” можно выразить одним предложением перефразировав формулировку Джеймса Мэдисона “Если бы людьми правили ангелы, ни в каком надзоре над правительством — внешнем или внутреннем — не было бы нужды” так: “Если бы в двойственной природе людей по соотношению её составляющих общественное (божественное) превышало бы инстинктивное (животное), то коррупции в человеческом обществе вообще бы не было и о ней говорили бы лишь историки”. ”. Дело в том, что современный человек ещё не осознает себя в достаточной мере элементом-частицей-клеткой общества, заботящейся о нем как Целостности и о других его элементах-клетках. Для многих homo человеческое общество и все его иные составляющие всё ещё воспринимаются как внешняя среда с материальными и энергетическими ресурсами, что с точки зрения науки синергетики вполне объяснимо. И как быть дальше? Понятно, что гражданское общество является той конструкцией, которая будет обеспечивать взвимное доверие и заботу людей друг о друге.

Б. Коррупция в Украине.

“Коррупция в Украине – основной антиукраинский фактор” – на сайте Пресса Украины своё видение основной проблемы Украины как общества-организма излагает 1 июня 2014 года автор AleKo [ http://uapress.info/uk/blog/3586/ ].

Ниже воспроизводим конспективно основные фрагменты статьи Александра Костенко, выделяя жирным, курсивом или подчеркиванием то, что привлекает наше внимание (перевод с украинского языка на русский наш. – А.П.):