Стихи ЗОЛОТО МОЁ
От автора.
В нечистом пути твоём Я лечился безграмотным твоим, и Моим, получается,
построением?.. Они очнулись бы от сна этого, но хвастались о себе бес-
стыдно, безалаберность её,(жизни), находится в конечном…
Она приходит в качестве окончания её… И входит в полуатакованную свою
плеяду бесцеремонностей; Золото моё у самого Я. Оно бежит по большому,
безвластной поверкой, и обязательно остаётся впереди, заступив на повально
безупречную и, хвастаюсь даже, превосходнее, чем, жизнь нашу.
В конце её, остающейся в тишине полной Его, появляюсь Я, Постоянный, и,
увидев себя я, поступаюсь даже божеством её… Прекрасною Моею… Я обязан
говорить себе, Вам, об её прекращаемости. И улыбки; поздравления их… Но Я
преображён, и, покровителя ищу… И того мне не хватает; Мне нужны почти на-
верху перебежавшие уже, тысячи моих помыслов…
Вчера они слагались в поэзии; после тех людей – в браконьерство их; и сегодня –
поехали… Вчера собирали они полста моих. Акт мой сегодня обычен… Он прожит;
и о вчерашней судьбе моей – оттиск в полутьме им, аминь.
Вы видели, как они собираются… А я ухожу - на сто вёрст их...
(2013 год)
Выставились.
Почему-то я
непередаваемо
Стыжусь
О Моём начальном; о
Почитании Его; а
Жизнь Его,
Весёлая,
обычно
загребает,
Между прочим,
сочетание
Правил. Правило
Такое:
Я
передаю тебе
Мысленное; у тебя Его,
обычно
Недоставало, и не всерьёз ли
Оправдываем,
И всерьёз –
по новому… Я
Оправдываюсь,
от
переоблачности
Снова
Начал…
Его
обычное мне
Выбрал;
Выставились
Обыкновенно,
Не по новому ли?!.
Преображаясь.
Качество её.
Качественно былое с нею,
Качество её,
Перечитанное
Прекрасным,
Лязгали сами ей, ей –
Курил…
Покраснел. Покраснел…
Бич мой её
Врезался
В качество им,
её бы качества…
В коварном,
Излитом сочинении том мне,
Я
Обещаюсь обычно
По количеству быть, по
Передку им,
И – в качестве… В том качестве
Я любвеобилен
себе был,
А у Любви
был
Паразитируя, был?..
И
Почему-то,
Не по моему так,
Не всякое можно так,
И не сам я был
В качестве этом…
В количестве его
Был. И
Назло даже им
Быть мог,
Чтобы всерьёз Я
Начертился
Вашей.
Не по красной…
И не по женской…
Победил бы,
да качества нет…
Начинаю, или…
Брызгают.
По тени не везёт пока,
Пройдя,
снова,
На левой стороне моей;
И на
Причине
Прекрасно ли?!.
Зачем влагаюсь я
В мою,
несчастную тебе
Праведность,
Причиною, в общем-то,
Законною
По чину… В
Причинах новое
Моё,
Стараюсь весело
Собраться
Цело…
Причина целая, не верил,
Не
Перешёл я
на
События; простив
Почётней нет, забыл
Забиться
В короткую строку
Твою
По правилу…
Пошёл ровнее;
Ровно ли?!. О
состоянии
Обычно
Сложил начальную
Спасением…
О старом
нежном
Вычертил себе
Начало… И на
Строке своей
Спешу…
Практик.
По чистому,
По старому даже, и –
Необъясняемо
Выколотив поэзии новой
Быстрый,
проверен,
Поколачиваясь
косою
Влачений
Прочных. Поэзию
чистую
В карман
Вкладывая,
Создаётся великолепное
Поэтическое
Я. я –
Крадусь публично
в оттисках,
Самостоятельно
Вкручиваясь письменно
За болотом
Его… В
Сопричастном Его,
И
Потрогали. И
Соединюсь я; в этом
Произношении,
Сладно и
чинно…
Вычислив поэзию эту,
Покатился
в,
По-моему, перед…
Красилось бы
так мне
Почаще,
Назавтра –
Покрасилось; в
Черте
Заоблачной…
На Соловках ли…
Перед учением
Соединюсь я,
Видимо, наутро
Передаю – по отчему,
Стыд свой, и
силу им
Выбранную…
Через пяту мою
Выколись-ка,
Наперёд идти бы
По делу;
Под тоской своей,
необъяснимой,
Продали
Мне
такое
Событие, где
Ангелу выйть
Наперёд б… Наперёд,
Очно,
в начале
Ужасного!.. Но
Выбирались ли
Пороком
человеку
Дни
Дурные?.. Только
Без лиц бы… И без
Отчаяния
Становили.
Мне плакали
Отцы их…
Падали.
Непередаваемое зло Его…
Отчаяния в устах
Им; в чертах умело
Замечалось Мне
Зло, в которых
Тяжело устам спасённым
Выместись
Огнём этим – ноль
В казне
Безобразной. Кричит
В казну свою
Небесную о зле. О
Становлюсь Я. И
Публицистичное
Тебе
быдла
Конечность… Ох,
Различие-то,
В откровении!.. И о
Твоём (и моём),
Остатке…
Вначале я пил бы;
Позже –
Загадаюсь я; попозже ещё –
Мнимое Я,
И мимолётность
От
Лужести их. О,
Красота-то!!! Ох-т, и я
Мним.
Ещё мнилось, и я
Переехал
В эхо
своему
Чёрту…
Блажь-то,
И безобразие какое-то…
Никому не отдал. Я
Никого не вижу…
После этих.
После чёртов сих.
И поэзии,
получается…
Быдло.
В моём углу
Поэтическом,
Завелись бы,
Полоскаясь
В ночь сих,
не умно, конечно,
Брызжа
Вокруг,
с Моей
Песчаной
Одёжи, пеною,
По углу всему, даже…
Я
Устал от этих,
Кому я
передавал
Мою сноровь…
Выбрызгались,
Отмыли всяк,
Поджали даже,
Вымытые,
И перенесли,
Почему-то,
обычную
Там,
такую дрянь эту;
А потом –
опять выполоскались…
Мне очень охота записываться.
Когда
В моей
ванне
Происходит
Печаль така…
Без нужного тут,
Вот…
Переоблачение.
Пускай всё было бы…
И даже будь
Я
Непомерно зол тебе; и
Не смотрю я
На начала
Собраний душ
В костре
Его… Вчистую было.
Будь я, рассказывал же,
Расписан
Выше лучших дней;
И настроение
Раздалось
Причиной новому; вверху
Я был.
Отчаянное мне
Свелось
Почётом… В причине
Быть бы осторожно…
Наряд
Переодеться… На
Улице моей тебе.
На улице моей
Открытое,
А на стакане, чище
Где, я
Стал
Вымазывать свою
Размашистей; на раз
Один,
На два их –
Высоченных… На
Шёлковой узде,
Чью
Память я сначала
Чую?.. Я
На
Полку своём
гляжу
В ту грязь её, что
Настоящее… В
Переоблачениях моих
Своим
Я
объяснился им
Остатком. В
Причину я
солгать могу,
В почтении
Своих
побольше… Я
Через них
Ушёл сам
Вон, и не
Пройдя
По долгу.
Настрадался я.
Мне было безвыходно
с ним;
Со мною ушёл Я
В вечность… С нею
Я настрадался бы; с ним –
Преображался; с Ним
Обедал…
Сошёл с ума б
С Ним,
вечным,
Откуда выгнали
Запиской;
Где был
уверен
Не здоровым, там
Жил
с тобой; Я
Не поверил б…
Об этой
Вечной жизни с Ним я,
Выскочил
На всякое
не дело ли?!.
На пачку сигарет
Его;
На две ещё,
пока… В
Тени
Своей
Объялся
Святым почётом,
Вопреки…
Остов.
Олился…
Вымер бы,
назло им;
На череде
Спокойствий,
Вымазывая, был… На
Старой
Нечистотке был
В крови;
Но остров был
Подделан, а я, обычный
На пределе,
В кусочках
новостей Моих…
На нём,
На остовке том,
Были
Отличные собранцы;
вчистую
Выбелеляся,
Пролив
по лужам… По
По старой
нужной
Острости моей
В конце
любви Его;
В желании
Спокоен. Перед ударом
Их.
Ответственность
Подмажет.
Аминь.
О городе тот...
Синее море дышало
Чистою
Святостью дышел,
Ночью я спал, и уснули
Белые, дна облака…
Высь моя, чиста,
Безбрежна,
Нежна, и лучинь посеяв,
Я улыбался рассвету,
Плавая
Брегом
Остывшим… Знаю,
что осень
Запела б,
Слышал,
что будет
Созданность
этого лунного света,
Чистой,
Великой Руси…
Когда я выхожу на улицу.
Моё сердечко возгоралось
За чередой
Святых созданий,
Они
Сокрыли
Моё сердце, и
Безвозвратно уходили…
Они цвели,
Желали счастья Мне,
И я хочу
Создать…
Велик Есенин,
радость
Лика, и
Не бодрит
Моя
тетрадка…
Выше
Свободы, выше Солнца
Краса
Великой
Суеты…
Пресвятое.
Покрытое. Оно
Желало
Высоты… Знаю Тебя я,
Посвет счастья,
И несвободу
наказаний;
Какой огромной
Чашей света
Меня обует
Благодать, какой же
Был я
Окаянный, когда я
Выбирая, был…
Когда чиста
Моя страница,
в краю
Бездонной
Жизни
счастья,
Она
Светит
тебе желанно,
И никому она
не зла.
Мои желанная
Сердечко,
Моё взлетевшее
Разумно!.. Я
Помышлял бы
о любви;
Невероятное везенье,
Нет помышлений
о противном…
У зла помехи есть сегодня –
Пророка честь ли,
наречённы; и
Злу противником
Безвестным,
Я
Объясняю
На коленях…
Переносное.
Пролазил.
В качестве
Моего товарища им,
Слитком
совершенным
Выковыривая
Чернь эту:
козлы
Взбудоражены, в суете,
на коленях
Предающихся
Отчаянию;
вычислив
Поэтапную
Мою
Броско,
Перевалив…
Эта
Непревзойдённость
Отчаяний,
Условно говоря,
Чрезмерна
В
произведениях
Моих;
Или
Передаваемых
Мне
Праздно… Мне,
оказалось,
Бесполезное это,
Оно же –
Нельзя мне…
Никому. Назло
Не поставил.
Чрезмерно поэтапен был.
И бесполезен.
Отчаяния
нет.
У Ангела наедине мы.
Потому что мой Ангел
Предаётся
Ничем, обыкновенное, и
Напрямую нет;
Он выходит прямо,
А когда он выложился,
Побеждаем… В этом
Ангельском
Приколе
начинаются
Новый день;
День Его; и –
Переоблачённость Ему,
Которому
я
Почти надоедал бы, и –
Красивое…
Оно бежит по улицам,
И
выписывается
Полностью…
По такому
Княжению Его, мне
Присмотрите-ка
Четырнадцать
Белых
моих
Обычных…
В белых
Обычных этих
Моё
Предоставлю раз,
И –
по коленки бы…
По колену бил,
Точно был,
Набил бы,
выкрасил…
Наверное,
Выкрали бы её,
такую, какой был я…
Которой
Нельзя было, и с тобою мне
Повезло.
Под ложечкой…
Бык-т,
Обыкновенный, а я –
Сам пользуя…
Невероятное.
Простите, мне
Недоставало уж
Слагаться
На причину –
покои
Бывшие
Запели, бросая
новое
Мне
Не разоряться… О
Сокровенном –
Не писал ли?!. И о
Собранстве
Моих
Новых?.. На силуэте
Поэтичном,
Скребу, почти,
За пользой новой…
За новостьми
зашёл я
Просто, и
Непокоен я,
Простите… Они слились
в
Атаке,
Стыком; они
Сплели себе,
Продрогнув… Они сопели
На пределах, и –
От себя ж
Заставив плакать…
Полдурака
Стоят причиной –
Причин осталось
На два дня им:
Один –
Проваливался
В память, второй –
за
Прок ему
Поставлен…
Прости, я был
в болезни этой;
Я был
Причиной
Настроений…
Алмаз.
Чистый глаз его
Не выбирал себе
Сомнения в кошмаре
Обольщений
Невозможных. Сошлось
Бы мне
Твоё сокровище на
Выпил, на шестиглавую
Получше, по-по-по лучшей
Мне
Сапфиром, который дал
Тебе
Я прямо… Он чист, и
Непередаваем; он лучший
В этой растолковке…
Он рассудил себе
О жизни, и – занял два
Его
Алмаза… Они блестели при Луне, и –
Не
бросали взгляда… Ещё –
Оставились бы Мне, остались
Броско…
Желали с ним пройтись
На счастье, но в нём
Осталось
Напророчил… Один Его алмаз
Прилёг
на свёрнутом
Его
Союзе; Его ли счастью я
Солгал бы?!. Ему ль
пишу судьбу
Мою?..
Мне ли согласия
По трону, и
Мне ль Ему оставить
Дело?!.
Его ль дела
мне пользой стали?!.
И
Для чего
Ему мой
Колок?.. Они, не знав Ему
Обмана,
Кидались, мня
Себя
Красиво… Меня узнали
В
Силуэте, который был
Оставлен
Просто… Он оказался
Краснобай; и,
Перебьясь, получше б,
Новый… Я, не садясь
К Ему,
Сам видел,
Его
Алмазную
палитру…
Полчеловека.
Его чистотою я
Бы не был обижен; если
У Его ноги
он,
Бестолково существуя,
Мне
рассказывал о его мимолётной
Мне
Сокровищнице – т.е.
Там,
где его, полчеловека, т.е., было
Недоставало, то
Покроша и, извините,
Сплюнув даже,
Мне
Собиралось,
В общем-то,
не такое…
Мне,
Не поверьте-ка, не
Нужны
Ваши
карманные
Пластыри…
Без рукавов твоих
Мне
Качество есть –
Величество. Аминь.
Сам рассказывал,
Курьёзно,
как-то…
Полчеловека тут…
Поцелуй.
Кривя душою,
Он не давался Мне
на
Скакунах своих ли, на
Всех Его началах… О
целомудрии
Его, пишет; и о его же
полпричины б…
Она
согласна, и – невозможное уже
Сойти
почти
на поцелуе,
Ему ль; Ея любви ли
Поцелуя
мне оставалось
Убегать?!. О человеке том
я
Постараюсь, и о любви Ея –
практически
Воочию
Целую… Мне эта польза
Будет. И о
любви Мне, поцелуя,
Расскажет,
Любящий Мой,
Первым… О той, что любит.
И о Ея
Причине…
Переезд.
Окликнулся раз, два…
Переезжая я, Я
Перебил тебя,
Сам я
Рассказывал тебе
Своя
бескровное, безумно
Отвисающее,
Комичное какое-то,
Спёртое
Глупостью Моей, что ли?!. Тебе ли
Я
Обещаюсь,
Наконец-то, получше
Скрашаться
Мне
Любым Его мне
Собирательств?.. Путь мой
Обычен…
Его две дороги
Мне
выстояны; и стараюсь я
Переездом этим
Заглушить Его
Мне слабость…
Какая слабость,
Переездами
Моими,
Лаконично
Выискивать безобразия…
Лучше –
Прекрасное это,
следом
За
Переездом чинно, за
Разумением, и –
Беспричинное ли
Мне
Почти
Оплакивание…
Золото моё.
Мне письма мои
Твои
Напересказывали
Чисто и честно судьбы
Твои;
Мою одну –
обязательную, и мою –
Всегда
Обещающую мне
Радость, любовь ту, даже,
Обязательное
Моё
человеческое
В начале, и в
Конечном – ты… Я –
С тобою…
Со мною прошлое
будет; с ним –
Обыкновенное моё ты,
Соответственно, я, и –
Новое мне и тебе,
настоящее…
Теперь, Золото моё,
Рассказываю о
Замечательном твоём(и моём)
Зальном,
Полюбившемся Мне
Соединении
постоянном… В
Числе
этом,
Золотом, даже,
Слагаются
Несколько
настоящих
Будущих… Они обычны. Я –
Интересуюсь; этим я
Непоправимо
Счастлив; счастлив –
Обязательно я; я –
Обязуюсь
Выплескаться
Разгулом
Сладным, настоящим,
Под строфами,
под рифмами ли,
И, конечно же,
На остром
Тебе
Обязательстве… Этим я
Настоящий; это – чин
выше;
В нём
Остаётся
Начало
стенаний
Целостно,
Умудрённо,
И надрывное тебе Моё
касание…
Чисто.
Выпил проком… В
Кончике
Моём
Золотое такое
Касание… В касательстве Моём
Очень
Полезное… Очень
Красивое,
И
прозорливо
Кроя себе Я,
Прошедшую… Прошлое –
на
Коленях было бы, и по настоящему –
Непоколебимое… Я
Объяснялся бы
Лучше; и о советах Моих –
Плачуще
Пользою… В настоящем этом –
был я
Назойлив ли, а в
Будущем – получше
Дубиною…
Что в Золоте ходил –
Хвастаюсь, а в деле
Таком –
По краешку… Аминь.
Тут выплётывались, а в
колу твоём
Наколочено…
Наконец-то,
Лужею я
выпился,
Понарошечку…
Родилась.
У меня родился сын.
Его число
рассеяло
Мне
Радость… Он непривычен.
Он
врёт… Я убегаю
От его соображений… О
Сне Моём я
Передал бы,
И – не сказал Ему
О беспределе
Безобразий, в череде
моих
Тебе
Соблазнов; Моих тебе
Ненужных
и
Совершённых,
Непростоватых
послушательств…
Моё
Рождённое
Смолилось,
Угарно
думая
О жизни… В конце
такой,
Обычно
Было
Полжизни вон,
и
Побежали…
На улице моей.
Четверть вынута… За
Пасхой
снова
бутыль –
Снова отходит всё и,
Как обычно, да,
Замолкну… На улице
Моей
Очень, очень
неинтересно было бы;
На ней, между прочим,
Стаканы лились
На запретки,
До зелёного
Собранца, до их,
извините,
Психиатральных
Нужд
Выместились… За корнем
моей
Безграмотной
Идеологии их, между прочим,
Застои мои
Обязательны
в колончевне-скряге; в
Достававших мне
гнёзда
Живых…
Однако,
за успехом моим,
Я –
Отходил; за ним
отходили
Тысячью, а за
Раздором
Бывшим –
Разляпались.
Мне стыдно
за проходящее там; и
Нисколечко
За
постоянное.
По трупу.
Промозглая, промёрз…
Покрыло делом
Тысячи
долгов им; на
Одеяле
протащили
Её, стократную,
Обиду…. Пошло по
Безобразиям; нисколько
Не
Считался я; на век
Сочтусь, наверное,
Скажу
опять… Я…
По трупу этому
Я убегаю,
я ошалело нёс
Судьбу её;
Бегу, судьбой моей,
На передах
твоих, по
Неживому, даже,
Снилось…
О скольких детях
ты Мне рассказать мог?..
Сколь
ты, желая, мне
Сказал?.. Опять бежал,
уныло,
Дурно!..
Собрал постель свою,
И подытожил…
Мне отодрало –
не прощать бы,
И
о судьбе её
Заплакал.
Подагра.
Кишь!.. В моём пузе
Затворилось
Чёрт-те что там,
Сгнию, наверное.. О,
Моя поэзия!.. О, мои
Странные,
слезливые
Девочки…
Преодолеваю
сальную
Подагру мою,
плачу,
Сморкаюсь…
Я её не видел никогда,
Я об неё
ноги вытираю,
Я вымазываю
получку эту –
Получается,
препостоянную…
Какая жизнь-то
была; какой
Уровень!.. Сколько
дел
Бы мне было,
девушка..
А пускай так –
мне всё так было,
А у тебя было
С пояснением…
Впрок.
Мистер «Х» говорит,
Что аура
наша
Непревзойдённа, и
Непостоянством их
Обижима на
Углах
Чёрмных… Но успех её
Преодолевает,
плача,
Сокровище такое:
Куда собираюсь я, если
идиот
Тот,
Науправлял себе
Очередной
Подкровник; т.е
Мысль
твоя,
Неодинокая, замирала б
В этом… В
Алчущем,
И
соотносится всякое
Мимолётное,
По правилу… В нём
От стыда её
размашистей бы;
По пути такому,
Я
Спешил
на сражение,
Сопоставленное
Миром: оно обязуется
Получше
Переулыбаясь…
Аминь. Такое непутёвое на
Первых
Её новых
Числах… На
Закат её
Не выправлялись. А
По выправке той
Одни б остались…
На краю.
В-первых… На
Опоясанном
Тебе сопричастном
Переоблачении мне,
Осталось
Крохобором
Приласкаться
В лучшем почитании
Непорядков их;
На улице
Подставился
Жижей безропотно; в
Этой агонии,
Броско
вычерпались
Непобедимых Моих
Тебе
Чисел два: не одинаковые
Первых несколько – что
остальное,
Выбирал я,
Вприпрыжку
за безобразной
Моей
Тебе
Не проходится… Оно
Собиралось
В одну единичную
Похоть –
В саду Моём
наигранное есть, коль
В тех чертах
Наставили
Обычною разрухой тебя; и
есть оно –
Два где, в которых
Мне
наказали наперёд,
Мнились
С каверзой четыре
Плачущих…
Обычно страхом вся я
запутана;
Набрался я впредь
Стоящих,
Обестился правдой
В конце Моём…
С Тобою…
О свершениях моих я
Придумаю ли, и о судьбе,
Состоявшейся на полгода ранее;
Мне б улыбок ваших
на четверть вас;
Мне наукою бы побежать,
На, пас, краю там… О, четверть…
О, сколько совершений разных
Я в полутьме, свеща,
уразумел вам; и
Сколь оправданных Тобою?!. О,
Сил, и веруем, простились, и о
Начальном
Собирали… Мне плакал зять твой
о лоскутах; и вожделенно
Собирался… О,
жизнь моя,
Судьбой утешной, даря с Тобой
Мою вершину!.. Моя
закрыта,
Моё Небо!..
Мне принесла себя
царица… О,
Луч свободы и любви той!.. О,
Безграничное
Собранство их… Меня, тебя,
Не забирали
В казну сокровищ и,
Постой…Мне жизни этой
не хватало;
Ея обиды ли
возжглись?!. Какое
Небо,
рабству ль счастьем
Свещу, любим,
Совет Ея…
Брак.
Подмылися дождями
Берегов остаток,
смелись
Ночной армадой
Смочённые
Сомнения; пролив
Душою смелою
Отчаяний мотивы,
вливались
Откровенные,
смышлёные
Затеи мне… Чисто
Любя, закрылись,
Почитая, сместилось
в будущее
Впервой, настоящее
Ваше,
Не любимое, даже,
Престранно и,
откровенно говоря,
Брак…На улице той;
На простодушной
чем,
Моей любимой постели; на
Моём
тебе начальном испытании,
И на этом,
Что у любого человека есть…
Просто говоря,
Настоящее, уже в будущем что,
Спасается
Отдельно от состояния такого,
Где от твоея
Думы
Нестарческой, а т.е.,
Несправедливо ли сказано есть,
Погрязаем
в этой
Пучине,
Где Она собиралась
Останавливать… Раз
Получили бы, и –
Открытое
Поколотило; и изнутри, где-то,
Останавливают…
Наперлось.
Куда-то шёл Я,
В одиночестве своём, где
Побывало,
несомненно,
Подвижнику по краю его,
И обыкновенной его,
человеческой
Объясняемости.
По выяснении человеку
Про странность Его, прочитали,
и,
Замечу,
Про Его
невозмутимость; и –
Прошли
Через сочинительства те, и
Побежали даже,
До состоятельных…
Чисто.
Науке долг оставляю.
Выпер б…
На краю стоял б Он,
Если
на моём коне, который взят был,
Он
Спешил
на украшательство себе, и на,
Поверили –
Укрывательство Его.
Прищемили.
По странным поступкам Их,
Мне
подытожили:
Под чистым не ходили бы,
На
Провокации
Не говоря ни слова,
Не проехали бы
в нашу эту, Главную,
Что
Видна и Мне
Издалека была, с тобою…
На краю
Бессмертия, выходит, выпихивались,
И по нестареющей –
Обязательно я
Намажусь; а выпер б –
Наклассили бы; накурил я,
на покаянном, и
Выбрался
Под течением.
Поколебали.
Вправився
в обыкновенную
Мою зачётную,
Сознательную совестью,
Отличную безвыходность,
в которой ад бы был,
Кабы Я смел,
Нужное подал, и обязался
Отобрать всё…
Пускай, пускай,
Всё-всё прошло бы,
Отстал и я…
Пускай всё будут;
Один отличник,
Постараясь, язвил себе
о лучезарном;
Пилил себя
За страх и совесть, за любо
Дело,
За причины; Мне оставалось
Подушиться,
и веселее б, на
Простор…
Его веселию нежданно
Привёл
Меня в
В причину Я…
Я, улыбаясь, затаённо ль,
Себе, любя
Искал Тебя… Заколотился
Стан
На крене…Чуть глуп он был
В час тот, час робок?..
Где отметали
благодать всю?.. И
Не
Остаться мог Я тут; я –
Обязуясь
наперёд, сошёл
В
Частях Его
На дело…
Он вздрогнув,
выпил,
Туго думав, он
Осмотрелся
На бегу… Отличник,
Став Его
Участен, сказал
С комфортом
Наперёд… Ещё сказалось
Об вестимой…
Евнух.
Т-с-с…
У меня опять луч… Касание
Его – обычное дело… Т-с-с..
Мне уже кажется,
Я не иду с почётом, и
Собираюсь (на лету)
в сторону ту, где, это,
На колпаке Моём,
Застилаются даже, стыдно говорить,
Бездушные, и какие-то
несчастливые даже,
люди…
У меня называются
Сам-мые прекрасные,
Убранством отмечены; они
Скажут
О беле свет их; о желанности её,
О спокойном, и
Без нрава закрытом
Передельном… В комнате моей
Осьмиугольной, даже,
повелось так –
Я сам выучиваюсь
на постоянной быть тут,
А с постояльцем Я не
Разговариваю просто; не
Силу его, а двери железные
Обираю…
Жизнь проходит, а утром –
Один пойдут в
Пасхальную тут; в
Плачут… В касании этом
Понарошку, т-с-с,
По обычному,
Запомнюсь… По этому,
Тише только, Я и
Сам взялся,
По обыкновению,
Вперёд заходя…
Сам уходит… Сам
Отмалчивается; и сам ж –
Оплачиваю…
Я от нея взялся, а она грешит –
Подстарался Я; только
Т-с-с-с…
Криминал.
Есть. Косо пошло… Есть
Опять Я, решил… По
Старой линии спешил,
По обязательной… По этому
Желанию Я спокоен…
По новому началу –
Настоящий вклад в Мою
Закошенность… В Нём, моём
Привычном уж,
настраивались
Правами даже,
Падчерки(по сотне за голову),
Самцы Евы Его(по лбу Моему),
И престарелые уже
Колосы, кому приятное видеть
Коченелых на улице… По
Моему, видать, их уже
не скрадут
Тут; по моему, Я даже,
Ничем не обязан им; и Я
Собираюсь
Выплёскивать
всё это беспутное,
По нраву Мне…
Очень
Обычное
притяжение: Моим
За глаза быть,
И за правами Мне не
собираясь…
Не за я, говорит, и не
одиночен;
Или с ума сошёл тут,
Иль
С умом зашёл; настоящее тут…
Забыл. С Ним
На острове я жил; с Ним –
Осторожен был.
С его доли Сам выделил…
И Сам
Запутал им… Конец
Вот. Накурил сам, и
Шёлков… Лечит
Прочно, а с его лёжки Я
Просачиваюсь… (На коне своём
Заворачиваю).
Точка.
Начало.
Страх его обуял; Я
Заметил
Почти невозможное –
Четверть возможного
В состоянии
Непереносимости их; Их
Способность
Превеликою была, а
Смотрящему у настоящих
Моих
Бездарностей, подлил бы
Мигом,
Получается; Я сошёл с ума бы;
Ты – получается,
накалываешься на
Стопроцентную
Мою
Бесноватость его, и совершенность
Была
Выложенной. В начале
Покроюсь совершенством
Его; позже –
Не забывается наше
Нисколечко, ничего боле…
Принцип
сыска ему –
Отдираются небезупречные от
Создания
Превечного; а следом идёт
По
самой начальной, даже,
Какое-то человеческое, и –
Разное,
преумно собранное…
Перенёс.
Почто я сам себя
Решил?!.
Зачем я снова
Перенёс ему слова
О шестиглавых, и о
Поэзии
Моей?.. О желтоватой
Разнесёнке
Мои слова звучат
Всегда; о человеческой
Вражде ли?.. Иль о судьбе
Моей, обычным?.. Хотел
Любить себя
Как все я, но занял
Всё,
В долгах три дня… О
Непростой моей, порядком –
Любить я мог,
скорее,
Ночью… Вся ночь её(любви),
Спасалась, я ж,
Отойдя, любил, и –
сам?.. Это любить
Сам я решился, и –
полюбив;
Решаю ли себе
Опеку; речью ль
спасён,
Простите, был я?.. Обычен
Был
В своём забытом; а
Вспомнил только –
Наследил… Куда ж
Теперь собрал почёт я; зачем
Мне
Удаль и прощенье?!.
Простоватое.
Мне, между прочим,
подарили
Спасённый дом,
Живая песнь… В степи
Любовной, Я причастно
Простое мог быть; прячась
В новом… Это моё
Спасло ученье; оно
Слагалось на
Собранном… Собрал
Тебе я замок новый; в
Его
созданном я учил… Я,
Насмотрясь его; провёл бы
Счастливых лет мою
Печаль?.. О ней ль
Скучают даже принцы, о
ней ли
Думают, желая?.. Жестокость
Гулко застилает
Мою простую вам
Причину: я не любил
её
По нраву, она ж,
Проделывает
часто… Мне
Не любить ли
Ваше
Дело?!. И я ль, любимый,
В
Бестолковом?!. В её подачах
Я желаюсь, а у
Меня
Собралась
Башня…
Какой-то новою,
Раздумной, мне привелось
Быть ея
Прочным… Аминь.
С ума сходить могла,
Желаясь, и в
Незнакомом,
В ночь
Отпелась… В нём жизнь давали
Позолотой, и в ней слагались
Лоскутами… В бою
Судьбой своею лучшей, я
Был б
Напрасно; Я ли
Правил?..
Красиво.
Какое лето, между нами,
Стремительно вело
По улице согласно; по
Вытянутой Мне,
пастушьей… О,
Летом вам я лил
в просторе; в
Тени, скрываясь от
спешащих; от Солнца
Выпустя залп вестный, Я
По углам
стыдил лобами…
Красиво жизнь Мою
Управил,
И без ответа, или бросил; и –
Наконец-то, в
чаще, блекло,
Вставали первыми полудни… У
Нас
Красивое раз было; и
Лучше став, заверил
Прямо – от спорных дел Его
Сбасили, куря,
забыв
Мою, согласно?!. С кем
Я,
Вчистую-то,
С прошеньем; и кто он,
Лучшим
побеждая?!. О
Сокровенном,
бывшим ж летом,
С почётней нет, быв
Мой
в разлуке, пою,
Сам
Чисто,
Вхоже бледно,
в Мою красивую,
Прочти… О, сколько лета!..
Прощусь
Я вновь,
без горькой
Чаши, и без твоей Мне,
Броской
Врали… А дальше –
Путь Мой,
Наугад…
Тому, кому я бредил…
В краю родном
Кроюсь
От строга; и при
Сращающих сволотах, и о
Скандальном
Вам,
с поэтом, причины есть
В год
Лучший грёзить…Увы, с моей
Вершин
строфы
размахов,
Был накалён,
скорее,
Добрым; Я оказался
вам поэтом;
И я – согласие имею.
Я в поучительстве вам не был,
И оказался
без любимых?.. И о
Скроённом мне, зачем-то,
Сплели,
зачтя себе
Полдум…
В бреду таком
Был откровенен; и если
сам решаю, был…
И в нём, сказали уж,
Бездетно,
кроили
Глупую
Отчизну… А вот, скроясь,
Зашли в
пробеды, где
Сто процентов,
Надоели; где, подтянув
Речами, бедно,
Меня
ложили на
Кровать… В стихе Моём
Я улыбаюсь; в
Его создании –
Участник.
Напобеждаю.
Мысль такая: Я, увы,
Победил им, и таков был,
А сколько раз
Я был я в счастливом таком; где
Пророчил
Красивое; Я – отхвастываюсь; или Я
Объясняю вам?! О
Лучшей
Нашей странной
Поэтической странице Я
Усматриваю: Ваше лицо
Было вам
От вычислительной вашей,
Сугубо, нет вот,
застенчивой, или
Меня зовут?!. Зовут!!! Я –
Успел бы
забраться
В лучшее твоё
создание; Я
Осторожно
Заваливаюсь в них?!. Я сколь
Тебе
был
дозволен?
Как я
позволял тебе, Иудеин,
И сколько раз
Предался?!. Раз; а второе: или
Создамся
В шестьсот раз
Довольнее; или выложись
На постояльца Твоего
Изящества Им.
Собирайся.
Мне уже выход.
Сокровище моё!..
Союз дал мне
Твоё созерцание; а в его личности –
Подложили…
Состоятельность.
Я – был участен в
Прозе; в этой
Раскрашенной части Мне; я –
Состоятелен прямо; Я
Обещаюсь
Выше запихивать… Я лучший.
Я
состоятелен и
Обязательно самодостаточен; Я –
Поутру собираюсь
В этом; и по ночи
Выкладываюсь на
Склочном, лизоблюдном этом
Выхолостке…
Вы – объехали!.. Этот
Праздник кощунственен ли Вам;
В нём бывала ли
Косая, забытая ваша
Скрупулёзноость; где Я почти
Облизался; и я же
Ему
Повытаскал… Я
Союз
почти самостоятелен, и –
Натрезво
протыкаю
Голый Твой
краешек
Безысходной,
Почти безвыходной Моей,
Вожделенной,
Моей
Правдоискательности
Там веры нет.
Безупречные…
За границы этих
безупречных Я,
Лопоча Сам,
Произошло бы,
крою
Твою мне свинскую,
Получателя свин,
Этакий
жестожопник,
На котором
Закладывается Этот
Новый,
И безупречный, наверное,
Блочный
Склад. Он обязан
открыться;
Он открывается
По необычной тебе,
И записной даже,
Чувствительности;
Чувственной её,
лицезрительной
Паутине;
Он открыт; в нём
Стаканы ставят;
Заваливаются
и выпивают
Лицезрительно,
Безлучистно, без лучистости,
Любви,
Поехали,
по крысиному…
Они без Бога ходят.
В этом
её
Самомнительность…
Раскинусь.
Вымыли мою новую
Жизнь эту
В сердце её, в бесконечном
этом
Свидании; в
Желанности её, и Моея ей
обязательной
Положительной ласке…
В шестом ряду Я сидел;
плакал…
В переднем ряду я
рассказывал
По происходящей;
Или
по настоящему; в этом
Новом
Палачи стыдились;
Оно
Созерцательно впитывалось
Отчим;
Твоим сложенным
Мне
Соопочтением…. В стыду этом
Бесцеремонно
бродили
Бестолочи…
Я в этом не был…
Я был в базальтовом
Тронном
её зале прочем…
В числе её
Замкнутых Моему
Последнему
Расписному…
Хору раскинулся; в
Козла были бы…
Без баб, и дыры ей; и без
оглядки
сбегали
В настоящую…
Стой.
Я отошёл уж…
Крикну.
Обрывался я… Какая
лучезарность
Проглатывалася бы в
Разутом,
и
Остроконечном
странном этом
Свидетеле бездарной
И колченогой
сволочи. И –
По краешку
Проходя; по сочтённым
Мною
Безвыходных, кровавых,
Трясущихся
полденников,
Где Я
Собирался
на охоту: труп
Мой
на челе их; в
В шалашике этом
Каялись; а
Приехали –
Бродили поутру, в солнышке, на
Плачущих,
Покрытых Мной
Теперь… Мой страх –
Жжение; Я –
Страху боязнь; Мною собираюсь
Выкапываться, а в
Шелушивой этой
безликости
Быть Я
Намерен был,
По желанию… Например,
По щучьему…
Прогон.
Вприпрыжку побежали.
Залился
по списку; обман его
Так очевиден!..
По волчьему
Закону;
Простое неприглядно; и
обязательно, пролазили…
В поту его
я убегаю; убег я
Нынче
Не зазря… По красоте Моей
Скучал я…
И по домашней
суете… Мой
Друг обязан
Отсверкнуться; я – неприличен
По законам…
По неприличному
Писалось,
И не по волчьи
Разыграюсь… По грозной,
Топкой,
безответной,
Любящей матерью что была б,
Меня
судили за объятья,
Мою
надежду
От себя… Жара и пыль
Любили скоро; я ж
Был
любимый
В крае лот…
Ложась
В потёртое корыто
Я обещаюсь
Подсобить… Я обещался
Подсобясь уж, и,
Лгав, Я
жжён прошёл
Нахрапом… По
Невозможной
отступиться…
Проходимец.
Прошёл я по новому месту;
Я
невозмутимо шёл; по
Работе своей не
обязан Я, и по
Новому – не теряюсь.. Этих
Прохожих своих
Я
Обязуюсь
Прибавить
в Мой обязательный
Своеобразный,
Почти принят,
Победоносимый,
Практически угнан; Я
обещаюсь
Помочь тебе; я –
очень хочу этого;
Ложась в постель
Свою
сегодня, на ночь сегодня –
Постарайся
сплестись в этой
Поэтической ноте… В
железной
Мотивации
Пожеланьями
Самый.
Всего доброго. Путь
Услан.
Узнали.
В какую эту пору
Меня
Хотели
Выбить?!. В поре для этих
Неофитов мне обещание
такое:
Качественно и,
обязательно
Смышлёно должно быть; Быть
Обязан;
преобязательное
Завтра; премногое диво; потом,
Самый настоящий
Заложится
на этой странице
Стихирой на
Воздухе… Она способна взять,
Приостанавливая
Накровлённо
Неправедностью, или
я
Почему-то,
Практически
не встану
С кровати Моей;
По стариковской Моей?!.
По
Лжащадящемуся ли?!.
В тьму такую,
впрямь
Отсюда
Вон?!. В ложную
Порвану
и
Обезглавленную?!. И
Усыпайте; будет
Желание –
По изыску вам
Даю-ка; Вам было.
А,
впрочем,
узнавайте-ка,
Как Я
Поубился?!. Или по ночи
Выуживая,
Ложась
На тьме вашей,
спал
Мирно?!.
Аминь. Куда коня гнал;
как
Выдирался
Из
поэтического Моего
Фетто,
и каков Я?!.
Масть.
Шёлково стих писать
в
Чёрной моей,
Подорожавшей,
плачущей,
Но,
страшно сказать даже,
Чтобы было бы,
если
В моей
Масти
не хватало бы ей;
Мне бы не хватало; Мне
Открытое
её
Праведно
Соумножалось в чистоте
Его;
Она
сопереживала Мне, она
Пряталась
В конце самой лучшей
Моей
Правды: не забывайте
Собрание то,
где
Поочерёдно Я
вытаскивал
Затемневшую уже, прекрасную
Эту
Свободу… Уже спит…
Она
Безжеланно
спала
Ему
В замкнутом ей
Почтении… Куда я
Выливаюсь?!. Я
вышел
Победно
из безразличного, и,
сил нет,
Невыносимо трудного ей
Одиночества…
Поколебались; Я
Вмащу! По старым ещё
Её
Вместительствам; обещаю
Помещением получше
Излагаться
по первому!..
Забирай.
Первому б
недоставало
Моего
Смастерённого… Алчен я,
выше –
Забирайте,
Побеждает он. Масть
эта
Первая.
Покоя б вам;
Силы…
Побеждаю.
Через это я,
Безупречно проходя,
пренебрегая
Заветом безнравственности,
оказывается,
Зачерпывал вам
Эту, строкою Его,
победу нам.
Побеждаю.
Бью первым; закон
чист,
Правдою выношусь за пределы
Блистающего, броско;
Перед
учением, сопряжённым
С предотчитательством,
Выбрасываю,
Бряцая, прогнозируя,
совершенную и
Блаженную даже,
Победу!... Думаю,
совершается
Чистокровное
Моё
вам,(и для меня даже),
Поучительство
Умное…
Зла нет.
Оно спасается
В какой-то нестандартной,
И через чур
Забывчивой
Моей, человечной,
Достаточно понятной,
Пролистано наедине,
душою,
Какою-то; Такой, думаю, был
Наедине себе,
Я,
Свидетель
Потрясающего, и
непревзойдённо
Сложенное краюхами,
пролитыми
Ночными,
или в день плачущими,
Созерцаниями
Вон выходящих,
Строгих, очень необязательных,
Посторонних лиц
Мне; Я
Выпрашивал бы
состояние
Непревзойдённое
тебе; я
Заплатил
В Нём
За перечисленное… Зло
Не покаялось; оно,
Что зла не видало, оказывается,
Перебирало
чью-то
Опрометчивость…
Маяковский.
Полюбимые.
В
Чистоте сей, моего,
ныне
Появившегося,
заставляю,
Вкладывайте
в
сплошную мою; я –
Накинул; у Меня сегодня
браво,
браво!..
В круглой моей тебе
Смышлёности,
совершаю я
Обыкновенное –
сам вкрадываюсь,
Как правило,
Брадою этой,
краем…
О сокровище этом, я
Наперёд сказал бы:
шесть
Моих
Голодных,
Отчаянных,
собирают
Это
в
Прогорькой моей
справедливости;
В простом –
Покривясь я,
планирую…
В этой
строфе ещё –
На коленях был
Мой
Нелюдь бы… А, что ещё
моего
Склалось, а где Я,
вытянув,
Не оставился?..
У Цветаевой.
Знаете ли Вы, молодой,
какое
Бывает счастье нам,
если
Начистоту… Если, бывает,
Сама знаю, любяще, Вы
Становились оправданы,
Выстраиваясь,
между прочим,
Рядом… Какое дело было бы,
кабы
В обыкновенности этой –
любви
Её, Мне снова рассказывали
О бесконечной её
Опустошённости… Она
Выпросила; и рассказывалась тебе
Поедине, даже,
Не по правилам…
Очень, очень люблю тебя,
Цветаева.
…Мне не хватало ещё бы Ваших
Мелких реприз
По поводу
Происходящего… Этого моего,
простите, возлюбленного,
Положась за,
Приоткрывся… За окнами,
Днями зимними
я,
Привычно уже притаиваясь,
Не простила бы
нашу вам
Откровенность ли… И
Прощаю –
Был бы ты зачем мне…
…Мне не хватило, Цветаевой,
Тишины твоей, мало-мальски,
Чуть-чуть слышною тебе даже,
Цветаевой… Поучись ещё, поучись немног,
Чтоб услышал ты
о Цветаевой…
…Мне услышать Вас,
благодарствуя;
Я сложил тебе
свою вечную;
И люблю тебя, дар Цветаева,
За причиною –
не поверили…
Перешутите
Подождите… Я не сказала вам
О сокровенном в поэтическом моём,
Вуальном спокойствии…
Этот известный всем вариант,
Вуаль,
без лица этого
Был бы
Скромен излишне, был
Настояще излучен мною,
В простор предыдущий… В
простор
Настоящий, между прочим,
будущий;
Я открываюсь Вам… Моё
Имя – знаю,
Как заигрывать с
пшелоимцем
Моих обыкновенных
Девичьих
Будущих
вариантов… Это сознание
Совершило действие: это
Непобедимое, совершенное,
Определённо неприкасаемое
моё
Я в тупике,
В тупике растерзания
Моего, всего моего, я
Очень хочу
Разобраться в неприличном этом, и
Невозможно бесстыдном жестокостью этой,
Отвержении
Абсолютной правды… Это
Состоялось там… Это не состоялось бы;
Увы,
Я
переходила
На перестановку дат;
Проглатывала дрянь эту; прощала
убийцу; эта
Жизнь,
которая
По возможности вашей,
мне
Осталась бы
преодолённой
Мною
Зачем-то… Простите, я
Не солгав, даже,
Дала
постоять себе
В одиночестве…
Собрав почти полмира; собрав
Будущее..
P.S. Почти пол мира собрав, собираясь,
Положила ты себе
на колени…
Вся семья.
Многое было.
Было счастливое лето… Б
Жило оно,
Радуясь,
Отчаянно распуская
Свои листы; Мои
Красивые,
нежные и зелёные,
Безупречные,
тихие дали.. Моё
Заозёрное ли,
Безласкутковое, такое,
жизнь; а
Какая она,
Безоблачная, стыдливо,
даже
Придуриваясь,
Мною, плавает
В оплаканных уже,
Лучеобвильных сладких
Зацветиях… Я
хочу
Написать вам; я не могу даже
Совершить
настроение это…
Моя семья… Какое
Запоздалое
Этой весною
прочее… Я
Не хочу запаздывать… Мне,
Пожалуйста,
Подарите
Тысячу,
из этой печи, где
Выливаются эти
Обычные,
Салатовые листья;
пожертвуйте Мне
Такою обычной…
Где ты?!. Это
привычное
моё
Странствие, возле
Соприкасающихся
И странствующих, даже,
облиствовелых
И пьяных собою,
Затяжелевших
Плачущих… Зачем это
В моём
сознании, так
Выразительно
соглашается с
Причинами
Привычными,
семьи Моей,
За лучами этими?!.
Где ты, семья мне?!. Где
моё
Обязательное сегодня?..
Во сколько раз я был больше?!.
Не обещаю вам…
Прощаю. Твоей любви,
как правило,
Мне было больше.
Поосторожнее.
Была семья…
Бела. Большая была.
Цвела, и была.
Что в этом навершила.
Царь.
Многое вышло
Из этих,
кому я
Обещал
сотворить молитву
Такую; Мою
Обычную, шестипсалтырную, даже,
Привычную нам,
молитву… Вам,
Ещё не знающим ей
Качества,
напоминаю о её
Бессмертии;
О начертанном Мне
Откровении; и о сложенной её
Вам
Обязательной правде… В
Тысячелетнем тылу,
говорят,
Были молитвы строже, даже,
мне говорили,
Прочнее были,
И постоянны… Вонзите мои молитвы
В
пархальное своё
настоящее; в её
Жизни царской,
Где прямо говорю,
Правдой, где
Напрямую говорю Царю правдою,
Или
Когда Я хочу
по другому…
До бела красно –
не о царе ли?!.
Пока переболело вся,
не о нём ли?..
Как у царя болит
царское, когда царь
Проживает
безоблачно?..
…Некуда зайти мне,
батюшка,
Незачем уже идти,
всё объехало,
Тысячи свечей с,
Господи,
Молитвою,
Двести миллионов,
царь молится…
Совершил ты,
Постоянный, обычно дело мне –
Собирайся пока,
Дело кончено.
Постоянная молитва.
Мне Золото моё
Отлитое,
Выжилося, червонно, вся,
На
Победительную мою соглашалася, вся
Хотела избавиться…
Царь хотел петь. Жена
Обещала
изыскивать; или женою собрал
Себе пастырство,
Или пропел себе
хоть,
по учёному…
Я верю в его молитву. Я
Верю
в молитвы их; Я
Преткновенно согласен участен быть
В той молитве,
желанием быть, осторожно;
Участен я
в молитве этой, молитвою
Твоею
совершаю
Необыкновенное;
Сколь ты мне передал,
зачтённо,
Непрощённых; а сколь я
Взял,
согнувшись,
На покое… Это ли царёво
Себе ты собирая?!.
Этот ли путь
Его ты соучастен?..
Скратав свои сполденные
запястья,
Мне ты оставил
тысячу брожений… Увы,
Я
Совершаюсь; равно и те,
кто были
Твоё ровно… Прощай,
Любви унылый
Прочный… Прощай, любви
Закон
сведя… За что сведения
С покоем
Твои унылые
Скандалы?.. Зачем я был б тебе
обязан,
Любви законы
Побеждая?..
За коном трон, мне
говорили,
Я отрешался от него,
Мне были нужны
Те молитвы, где
безысходности
привычны;
И где
Сольением в прекрасном,
Свершалось
Будущее, прямо,
Когда
союз был чист
И
Верен… А без любви
Закон один:
Блистаю без вождей
лоскутно;
и
не
Заметив, уходил…
Полчища.
Из-за горы, полглаза где,
не видно,
Всходили
полчища злодеев; это
Всхождение
привычно, это
Обычное начало… Скрыл
Верный
Мой, уверен,
Сплошную
Тьму своей громадой; это
привычное
Свиданье; или
безмерное
Кощунство… Это привык я к
Покрову, Ея, Любви мне
Напрощала; ещё – любви Ея
Привычно,
Если
предательству есть место…
Взошли
На место его, многа; их тыщща
полков на полдень… Эта
Сокровищница
Сладка; Я – забираю,
Мне
не стыдно… Очень заметное тут место –
Сокровищ – есть,
а полчищ –
Густо; есть, где управить
По краюхе;
Скандал сошёл уж
на пригорке:
Слагай ли ты ль,
иль Я
сноровлю –
Сложились
Полчища
в огромной, мне
Неизвестной, полуклине… У
Всех
ребят играли сабли, Мои –
Сопели на проклятья…
Обычно дело –
дело
В норму, и,
как обычно, норовят…
…Постойте, братья,
(как вульгарно), зачем бы… братья,
Но,
заряд…
Пошло обычное ненастье,
В приполье
Пьяненьких солдат…
…Сошлось. Бил
Дырно
Грязный барабан; били ещё они,
Тредурно…
Два дня дымили
Складно, всмрад,
Армада, плюс его
дружина;
Запели
Шесть моих подряд,
Затрубников,
на повальщину…
Простили
Тысячу героев; казнили
двести
Палачей,
И
никому теперь не надо
Моих
сто тысяч
Витязей…
…Там полчища вам были.
Раскрашенной
Каморрой…
Мы тихо раскурили
Сокровища,
хлевами… Там
Были не крестьяне…
Закончилось чудесно…
Есенина быль.
По крови… На стужёной
Кровати моей, я –
Не сочиняю… Новое время
Отпускает следы
Моего
простодушного фрея…
Я – пою о любви
в этой стране;
Или я пою Вам
О чистосердечном; я,
Наконец-то,
в строю –
Поэтом
Полуденных детто… Это
Я –
Есенин,
Пою, и хочу ещё, о
Стихотворении
новом,
И моей ему ласке;
Новое – быль
Снова быть новой ему;
Новое –
не потеряться…
На странице этой,
я
даю обещание
Приоткрыться
В количестве новом –
Я пишу тебе снова
Мои новые песни,
стихи,
Про обычное, или
Про преткновенное…
Ахматова…
…Вам, сударь, сколь раз повезло,
Сколько уж
Вам
Запоев?.. Не хотела бы я
Вашим сто число
Опрометчивостей, Есенин…
Перед огромной,
стобыльной
Москвой, я, наверное, опрометчив
И, наверное,
Буду я снова,(не стыдясь я, впредь),
Оставаться дописчиком
Вашего
слога… Я –
Обязательно постараюсь
Не
дописываться
Не совершенно…
Подстаканник.
Желаю я убиться, право…
Мне настрогали
стыки человеческого,
Нестандартного, давно доступного,
Творческого,
стопроцентного права;
В котором,
зачётом, я преодолеваю
Самые невесёлые,
Тужные, причин нет,
невесёлые
И, подчас, мои простодушные,
детские, зачастую,
Очень подлинные,
Своенравные
Тебе сопричтения; к
себе,
К элементарной зависимости
Творчества,
и –
Совершенно, или очень плохо
запоминающейся рифмы;
Я о ней
Никому не дал; Я –
забрал её;
И мне интересно
Пролагать ещё тысячу; две тысячи…
Аминь.
В мой подстаканник
не пройдёт это –
Самый обычный дизель;
Самая обыкновенная
дура…
Когда ваши стихи
в стакане,
Которого больше нет…
И, вобщем – прочее…
В безжеланной
Своей крикливости,
Переплывают свои океаны даже; даже
успевают захлёбываться, и,
Влюбляются…
В стакане Моём –
Нету влюблённости,
в подстаканнике –
Хрустя, поворачиваю; чую,
Как
в чаше той,
Что была подстаканником бы,
Я играю,
почётней почётного…
На моей любви,
возле чаши той,
Было так легко,
в подстаканнике…
Про Линду.
Наша с тобой философия –
да, я,
помилуй, красивая;
Кр-расивая я,
то, что Линда, я –
Получше была; я была
Беспричинна;
Какое злое нельзя!..
Шутя
Выстраивая себе Линду, мне
Завивались
строки те,
В которых мне,
скоро-скоро
Вычерчивались
Простите, Линда,
Ваши необъяснимые
Текстом, а только душою,
Привычные даже,
строки… Я –
Приоткрываюсь, я
очень красивая,
Я – обычно говорю.
Быстрое ли дело,
Нельзя… Дело потустороннее…
Дело, между прочим,
небестолковое;
В жизнь идя,
Слушал я песни, Линдою,
Очень, очень небестолковые.
Чуть глубже, говорят,
жизнь;
А лучше –
О бесполезном…
У Есенина есть вариант:
Постарайся,
на шестой, вот-токая,
Выпрямить
Очередную октаву, такая,
восьмую октаву, должно б…
Постоянная…
Белоочерёдная… Получше даже.
И, постарайся-ка.
Слушаю.
На вокзале.
Она остановилась. Это
Обычный
поезд;
Наше обыкновенное
Счастье с нею; Я –
Заплачу за вас,
и обязательно
Вскоре…
На вокзале этом
Я
Несчастливым был бы,
Я настоятельно потребовал
Прибыть
К Нему
в своё время;
И обязательно
В таком состоянии, когда
Мысль
Безупречно чиста; и любовь –
Привычною став,
(не согрешает она),
Выпрашивает
Очередную Мою,
полную,
И лучше нет её –
совершенную,
Прочно-прочную
Её,
и очень счастливую,
Настоящую…
Я обязательно приеду.
Мне
Нужное –
прибыть
В час тот;
В такой час, когда
Вздох
Мой
Прекрасен.
Заминка.
Сопричастник я бы
В туалете том; Я
объясняю –
В чистоте его ли, обычной,
Я
состою
В числе Моих умных,
Кому доверяют;
Или
Как-то доверчиво смотрят даже…
Пристав как-то, я
человеку
Создал
Приукрашенную,
Станишную,
новую и
Совершенно безобидную
Своенравность;
Самую
Загадку её, Мне
велено было
Закрыть
Выходом Моим
Через
проведённых Мною
Запросто;
Очень совершенная мысль –
Без запиночки.
По складу ума,
сбиться
На, почему-то,
Свободную мою
Чистоплюйность… В
Нея же, спряжением,
Выметались
красавцы такие… Я
Очень бы сожалел о том; я,
Наверняка бы
Сомневаться начал
В
обычном,
По замкнутой. Аминь.
Краденое.
Наука такая была:
Стреляет первым,
Забирается вновь, и,
По человечески, даже,
Непрочное его
Свидание,
С великолепным им
Сооружением
Скромность,
где я
Ответственное,
Сам буду дело им; и
Где оно,
Краденое, забиралось
Под стройку ту,
В которой
Соединялись Мои
Очень заманчивые, даже
По людски, как-то –
Прочные заделы
Вчерашние… Такими заделами,
Украденное,
Что, может быть, было
На перестановку,
Наверняка
бывает; или
Не побывав.
Опрокидывалось
в проклятущую Мою,
Им,
Зависимость, от пластов своих;
От
Бесноватого, какого-то,
Продажного
Сплетения; и о
Судьбе этой –
чиркну,
Через понравившееся ему
Спитое,
И
Бездельное
сплочение,
Возле
Помоев
будущих…
Это конец; а
после этого –
На концах
По дельному…
По проделанному,
И
Подорожавшему бы…
Закоулки.
Практически, я был свободен;
Свободен
В скомканном, в качестве
человека
Свободного,
Я
перехожу; я переставляюсь,
Почему-то,
в качестве новом…
В качестве каком-то; в
Новосчитываемом
Качестве,
меж двух закоулков,
И, между
практически всевидимым,
Очень хорошо завуалированном
Непродающемся
Моём, всерьёз,
Раскинутом
Будущем… Какое оно
Было б…
Как б было
в нём
Незабываемо нежно; в
таком закоулке,
Почти уже
Никому не нужном, даже,
В пустом,
необжитом ещё,
Его
закоульном будущем… Оно
Не спит; оно крепится;
Дострадая свет свой,
Запускает
два бумажных змея
В броское,
очень облачное небо,
Из
затемнённого
этого,
Никому ненужного, может,
Закоулка…
Золотко моё.
Зачем?!. Зачем я иду
За Вами тут?.. Мне уже
Давно не хотелось этого,
Я
Давным-давно хочу
Очень большой любви…
В цвету таком
я осторожная, я…
Я никогда не позволю себе,
например,
Соприкоснуться с Вами!.. Я
Так хочу!.. Пускай, я
Хотела большего –
Больше, чем шар этот,
жизни
весёлой,
Очень-очень тихой
Ночью
Счастья,
блаженной,
И никому больше ненужной
Улыбки тебе,
И хочу в той спой-спокой-спокой-
Ноя
быть
Около; где
Мои тебе
заветы
Обязательное… Не тронь.
По
Верху Моему
я,
Состоявшись,
Полюбив,
спасаюсь одна
В маленькой-маленькой моей,
Возле тебя,
Самой огромной,
моей,
Сотканной тебе,
Мне,
Самой шелестливой нашей,
Таинственной,
Приходящей и уходящей,
и снова заигрывающей Мне,
зачем-то,
Красоточки моей
Снова улыбка.
В шестигранном
замке моём;
Сплелись
Остатками,
заглуша
Прочее, спесивости нашей
недосток,
Не хватает опять её –
Нашей с Вами
улыбочки… В этой у-
Лыбочке
такой, с Вами,
У Меня
В настроении
Всякое-всякое, когда я
По новому улыбаюся,
И
Очень, очень
симпатичные… Мы
Развеселяся
во всю, пили пиво
Распьян-припьяное пиво пили;
Разгулялись
По обыкновенной улице,
улыбались
Богородицею!.. От и ж пьяны
были!..
От ж,
так улица!..
Вмастерили так мы, чтоб
прям к Богородице,
К Божьей Матери, то есть,
в гости,
Тьфу на всех,
Раз от разу, заглядывать…
Мы б
упилися,
Не пройдя полчас,
Завернули снова, помилуй,
К нашей же, Богородице!.. Я
налью ещё,
Налью нацело,
Выливайся тут,
в целое…
Мне спасением
В храме дома полного,
Где любви полно,
Настоящею… В Доме
Радости
улыбаюсь я;
У меня с тобой –
происшедшее:
Дева, часть Её,
За моей спиной…
Повернусь
Опять я,
К Нея…
Улыбаюсь я,
С Богородицей… С моей будущей,
По ту сторону…
Больше не буду.
Пролегла я опять…
Больше не буду… Опять я
слышу
Мне близкого, нужного,
без остановки талантливого,
Столкновенным
с
такой-то мразью, за
Честь Мою;
за обычное люблю тебя; и –
За, даже по понятиям,
останавливаюсь…
Сколько моих
девочек вам?.. О,
Какие наряды!..
Сколько рожиц вам,
сплочённые,
За
два моих росчерка, или
За ту проститутку,
Которую
Я
не отдавал вам;
За которых
я, дьявол тебе,
Сдираю
Последнюю в точке?..
Кто я?!.
Или кем быть ты хотел?!.
Спроси,
кракель, у
Почтённого твоего быдла,
Про это,
где основа ему –
Твоя дура; где ты –
Полтинник,
записанный в паре
Скончавшейся.. Уже
пора б
Просыпаться;
Пора бы
Прописать волочью; тысяча
Вариантов твоих
Против
Моих тебе
Двух-трёх чистоплюев –
За двух
Не ручаюсь,
Ругалися… Настроение –
Прибыль;
по моей дороге
Ходи бережно;
не цепляй Мою
Доченьку;
Не
Схвати-ка
в почёты…
Моём душе
Ласковом,
скалься; Я обязуюсь тебе
Взыскать
За Мою
Заколонную.
Ваших всех.
Пашка.
Почём?.. По полтиннику
Не берёт… Давай-ка,
По новому –
По шестой строке
Пластаю чинно; а за
Седьмую свою –
Отвечаю. Отвечаю сразу, это
Пустынь такая, отвечаю…
Я спустил тебе
Поэзию, мистер,
где
Отвечаю я
Публично, за
Восьмую-девяносто третью, даже,
строку,
В чём Мои доверчивости тебе
Складываются; Я – собираю
Шестую палку на
солочном подвиге:
Забирай-ка пол-лучше,
Моя
тристраханка, а я,
Выссав,
тебе начину…
Колюсь, мой
Загадан, вымпел; твоя
Блатная
Писка чистая,
Как буд-то бы,
наколочена,
Я
шестопёрый
вуаль, кладезь;
Пойди, выйми,
Из Моего
тысячной, сопли…
Две точки дал:
Изъять тебе Меня из
Полюбившегося – заразой; а
Нет её –
измись-к
На полках
Виктором… И ещё – вторая:
Займи, в печень,
Заточенную мою
Складезь,
Чтоб
Этот второй тебе
Всунул.
Всунул то, что мне
Запито было.
Торопец Ея.
Ш, как он любим был Мне, Торопец мой…
Люблю его, этот
кристально меланхоличный
В табличках,
Центр
Моего острова; в табличках,
С крестоносцем
Моим
Непонятным, тусклым,
Ещё спасающимся
Нового; покуда Оно, Новое,
Блестит ещё,
где-то, за
Перекрученным, там, где-то,
И отстроенным уже
Спокойно,
По нраву, наверное, ему,
Всестоящему…
Простите, я
не полагал надежд
На
Обещающее Мне
Завтра утром… Мне
Пишется о невезучем ещё,
Тоскливо пьющем
Нелюбимом даже,
Городе,
Что вмастеривается,
Будучи грустным,
В прекрасную, вольную
Жизнь ту…
Я раскрасил… Это
Моё впечатление…
Захолустного подмастерья…
Увы…
Не раскрашивайте
Свои статуэтки –
Сплюнул я,
Кончено.
Выболело.
Мне перебило всё…
Я не хотел
нести свой крест;
Мне
Всё было больное; я
Не прощал уже,
Я оставался…
Я не хотел…
Причиной было
Может быть, запястье,
Может быть, иное что,
Не знаю ран своих;
Причины были –
Несогласие
С почётом незнакомого мне
Правила почётов…
…С Моей горы
Я замечал вас, ясно,
Чисто руками,
чисто
На паперти…
Причины есть Мне
Не… Не соглашаться Вам..
Причины броски –
ни жида, ни царя…
Постой!..
Как был он мне противен –
ноябрь…
И сколько взял я тут
Смятений…
Но красота умолкшего Ноября,
В ветвях его,
у церкви Ноября…
Зачем прошло бы детство моё
возле,
И почему-то,
Дурно, и тоска
была,
Когда,
Не видя грации, пусть,
Или изящества
укутанной природы,
Я уходил из
быта в бытиё… Оно, оно
Немного украшая
Здоровый образ,
Слитые здорово,
Любимы
в осень, и морозы…
Я не любил тебя,
Я не хотел ноябрь,
А я
сплёл песнь о
Жизни той,
где
в Ноябре
Я не хотел…
Мне б просто ветки
белые…
Целую.
И ещё о Торопце.
Мне снилось, что он
Был
Серебристо-ценным, когда
Любая орда
от крепости этой
Поверженно отходила…
Я
обязательно
Полюблю тебя, Торопец, я
Обязательно
Подарю тебе
Две счастливые ночи;
И, будь так –
Двое суток…
Зайдите к нам, я уже
полюбил его,
Напишите Мне,
Как он замечателен…
Как
Он
отбивался; как решал он
Судьбы
проходящие…
Я всё же люблю тебя.
Я смог полюбить тебя,
Провинциал -
с тысячелетним нравом;
И, глупо ль - дурно воспитан…
Покров.
Ея событие
Замещало бы
Совершенное,
сопоставимое совершенному,
Замкнутое даже,
Человекоугодное
Приказное,
Определённо
Полезное,
Кажущееся ли Мне
Настроение…
Покровом этим Я
Накрою-ка Мои
Настроенные,
почти
Побелевшие, даже, практические Мои,
Подорожавшие,
Безумные, где-то,
служивые, и –
Счастлив тот,
Кому Я
Освобождаю совесть эту; я
Рисуюсь
На покрове этом,
Который Праздником
Входил
В мою обитель… Тысяча
Лет Ей, а ещё две
Моему
новолетию, где
Перемещаются быстро-быстро,
Считающие
Новые молитвы
Прочнее
его проваливающегося
Спасения,
и
Безобразною
Той
спасительства?!.
Совершенно
Под Покров
Убегая, сплю
С милостью
Новой...
Выкололись.
Мне тысячью вашей,
Собранной
В кошмаре полубудущего,
Втираю
В какое-то, уже новое,
Бесчинство её; о
Человеке
не верю я; о душе
Его
Наслышался я… Ох…
Но
поставлю
крест тот,
Что Мой побивает,
выше
Его
тысячевзятого уж,
Прокричанного даже,
Креста
Его.
Выплюнь-ка,
Из сумы Его
Тысячную Мою
Обыкновенность. Её
тысячью,
Выколись-ка
Из высокопочтенного
Того
Безымянного…
Тысяча
Взяла всё; всё
и проклялось…
Смотрящий.
Человек себе на уме;
Вселяся в пробитую
Сумму, (уличным приболтнем),
Подаёт надежды,
В который раз
от которых
Спасенья нет, одни
Яблоки… Одно только:
Цедите
вся
про слух той; где
В порывах
Скитальца,
забираются
Вечно
Выклоченно ли, выбито всё ль…
Никогда!..
Не выбиваюсь
я
Из Моего тепла, в
коем
Соединились абсолютное
и
Чисто моя,
В точку,
жизнь такая… И
Не повезу
Тебя,
говорили, по улице;
Не выдаюсь Я
Такому
вычёркиваемому уже;
Неподкупному
Бесу его.
Скинь-ка Мне
Собрание
Слов Его; простись
На улице
С читкой.
На коле с ума сходили, и
Высмеивали их;
Как обычно…
Сочиняю.
В руку мою подала;
Собираю
свою
Прозу ли?!. Фантазируется
Мне поэтом?..
Этот живой мой
И, между прочим,
Настоящий создатель
Зачётов
под строками; с
Превосходящим его
поэтом,
Называется
Посторонний,
стеклянный даже,
Писатель… С пальцем в небо.
С
прозой новой,
И чистотою сердца необыкновенной…
Кто
Мне сочиняет
Свою
безоблачную,
И безобразно плачущую
Стыдуху; мне от нея
в Этом,
Что ещё настоится,
Обязательно
настрочит
Тебе свою первую,
великолепную
Запятую…
Всё.
Выигрываем.
Начало такое: Я
Создаюсь
Вперёд всех; а Я –
не самоубийца;
Более того,
Начало –
абсолютное, впрочем,
И совершенное его
Патриархальное, по чину
Владычествования…
Безумным утеха –
Восседание
Безысходное убийцам его;
А он –
совершенен;
Он совершенно настоящий…
Перед собранием писем
О любви его, о
Народе даже,
Или
праздником
События на всю улицу –
убийцу
Сажают
В тёмную, тупую комнату, а
Я, т.е. Его я,
собираюсь
В дорогу… В ночь. Один,
И обязательно
Блестяще
унизан…
Вместе мы не собирались.
Очевидное – мне всё равно,
Как напускаться
на прошедшее
Тебе Моё; уставшее, наверное,
Свидание, успех ли;
и
Безчисла любимых дел
Твоих
в моём, отправленном уже
Печатном
Откровении… Число такое –
Множество
моих; и для Неё –
Открытое
собранство их… Такое
Броское
В печалех… Бездельник ль, трус,
Или в потопе
Непочётном,
Считали числа
каждый год; затем,
Войдя
В почётном и
собранном откровеньи,
Скорее были
Не проща,
чем были счастливы?..
Или,
счастливей нет,
Спасаясь от себя,
В идеях
Засветило,
читали
О Бальзаке…
Аминь.
***
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/