Скрипнуло приоткрытое окно и по столу пробежали блики от тусклых лучей далекого Солнца. Здесь, на Марсе, оно светило в полтора раза слабее, чем на Земле, и к тому же нередко скрывалось за завесой пыли. Снаружи шелестел ветер, поднимая эту самую пыль на пару с изредка проезжающими мимо автомобилями. Вдоль дороги выстроились невысокие сосны, шурша на ветру желтоватыми иглами. Из-за слабого солнечного света на Марсе приживались только хвойные и другие тенелюбивые растения, но все это куда больше радовало глаз, чем расстилавшаяся здесь еще полвека назад бесплодная пустыня.

Я приоткрыл глаз и досадливо поморщился. Через окно в кабинет влетело очередное облако пыли и, естественно, прямиком на меня. Виновником этого оказалась очередная колымага, со скрежетом затормозившая на несколько секунд перед участком. Двое скучающих новичков, Дик и Макс, с любопытством приникли к окнам. Я же даже не подумал менять положение, удобно откинувшись в кресле и забросив ноги на стол. Три года службы в полицейском управлении Марса кого угодно заставят потерять всякий интерес к каждой останавливающейся рядом развалюхе.

Пол задрожал под тяжелыми ступнями – это из смежного кабинета притопал робот-полицейский. Имя, которое дала ему фирма-производитель, невозможно было произнести человеческим языком, не сломав его в пяти местах, и мы звали его просто Эл.

Робокоп решительно направился к дверям.

Чего они там все углядели? Нарастающий зуд любопытства едва было не заставил меня принять вертикальное положение, но загадка разрешилась сама. В предупредительно распахнутую роботом дверь вошла Дженнифер.

Ну, теперь все ясно. Наша Дженни такая красотка, что на нее даже роботы западают. Шучу, конечно. Правда жизни в том, что эта миловидная девчонка с прелестной фигуркой – самый настоящий компьютерный гений. Она каким-то непостижимым образом ухитрилась взломать операционную систему робокопа (хотя кое-кто с пеной у рта доказывал, что это невозможно) и что-то там перепрограммировать. Теперь эта жестянка с грацией железного дровосека открывала перед девушкой двери.

И не только. Я даже не поленился встать и выглянуть в приемную, чтобы не пропустить зрелище. Робокоп, в стиле кавалера, принимающего норковую шубку у дамы, снял с Дженни форменную куртку и аккуратно повесил ее на вешалку. А я, давясь от смеха, рухнул обратно в кресло, правда стараясь, чтобы Дженнифер этого не заметила. Когда девушка вошла в кабинет, я сумел справиться с собой и только ухмылялся, глядя на топающего следом робота.

– Чего ржешь? – поинтересовалась Дженни нехорошим тоном, прозрачно намекающим на то, что мои неприятности в лице разгневанного сержанта Хант в самой что ни на есть непосредственной близости.

– Да так… анекдот вспомнил, – попытался выкрутиться я.

Дженнифер выжидательно изогнула бровь, а ничего подходящего в голову упрямо не приходило, и спасло меня только появление капитана Декстера – растрепаного, в распространяющей облака пыли одежде и не менее запыленной обуви. Должен сказать, что Декстер и раньше не очень-то следил за своей внешностью, но сейчас больше казалось, что я вижу перед собой бродягу, каких немало ошивается по окраинам Редпорта, чем начальника полиции города.

– А-а! – с порога выпалил он. – Кэмпер… Хант… Хорошо, что вы здесь… Оба!.. Да!..

Продолжения этого содержательного монолога мы дождались, только после того как капитан влил в себя лошадиную дозу виски. Из моего, заметьте, шкафчика. Слегка отряхнувшись и приняв более менее пристойный вид, Декстер вытащил из кармана мятый лист бумаги и завопил.

– Вот оно! Ну, теперь все! Ну мы им теперь… бульк-бульк…

– Обалдеть! – фыркнул я, все таки встав из-за стола. – Может ты наконец объяснишь, что к чертям собачьим происходит?..

Декстер, не отрываясь от стакана, кивнул.

– Уф-ф! – просипел он наконец и развернул листок. – Ребята, у нас появился реальный шанс взять за яйца Геймстера и раз и навсегда прикрыть его лавочку!..

– Ого!.. – почти непритворно удивилась Дженнифер. – Это кто ж тебе такое умное сказал?

– Не дерзи, женщина! Вот!.. – капитан веско поднял листок. – Эту хрень мне впарил какой-то бродяга в баре. Завтра Геймстер собирается провезти в Редпорт приличную партию дури. А здесь отмечен его новый маршрут. Во как!..

Я отобрал у Декстера многострадальную бумагу, которую он от перевозбуждения комкал в пальцах. Сие оказалось копией карты Редпорта и прилегающих территорий, с проложенным по ней жирным маркером маршрутом. На обратной стороне было нацарапано несколько слов, в которых сообщалось время вояжа, а так же приблизительный состав группы контрабандистов.

Почерк записки показался мне знакомым, но память упорно отказывалась работать, ибо мозг был всецело занят иной мыслью. Такой шанс взять Фрэнка Геймстера, без преувеличения, короля наркоторговли Марса и вечную головную боль всей полиции планеты, выпадал очень редко. Точнее, аж никогда.

Я передал листок Дженни. Пока она вчитывалась в неразборчивые каракули, я лихорадочно соображал, что делать. Взять Геймстера – это, конечно, неплохо. Очень неплохо, чтоб меня черти взяли! Этак можно рассчитывать как минимум на повышение. Сержантские лычки уже порядком пообтерлись, пора бы их заменить на нечто более блестящее. Лейтенант Хэнк Кэмпер. Звучит? Еще бы. Да и денежная премия на Марсе никогда не будет лишней.

Вот только как нам его взять?

Дженнифер аналогично напрягала прелестную головку, видимо для стимула забросив, как и я, свои длинные ноги на стол. Получасом позже и весьма кстати появился лейтенант Джексон, умеющий, когда надо шевелить мозгами и составил нам вполне полезную компанию. Проблемы, впрочем, это не решило. Мы просидели до вечера, напрягая очерствевшие от рутинной службы извилины и посылая на редкие вызовы новичков и Эла. Дэкстер куда-то пропал. Впрочем, иного от него никто и не ожидал, и все планы строились без участия нашего трудолюбивого капитана.

Дома я тоже размышлял над ситуацией, пока у меня не заболела голова. Спасибо моей очаровательной женушке, что отвлекла меня на несколько ночных часов.

Суть проблемы была в том, что в наш век расцвета робототехнологий роботов используют все, кому не лень, в том числе и контрабандисты. Классикой жанра, которым нередко пользуется и наш старый знакомый Геймстер, является трюк со скорой помощью. Представьте себе, что через таможенный пост проезжает машина с красным крестом на борту. Дело это на Марсе нередкое, условия жизни здесь, прямо скажем, не сахар, посему полиция ее даже не остановит. А если и остановит, то внутри увидит врачей и стонущего больного.

Вот он-то, этот самый больной и есть робот, в брюхе которого упрятан солидный груз наркотиков, запрещенных химических соединений или иной дряни, вроде боеприпасов калибра 7-40. С виду его не отличишь от живого человека, тут нужна аппаратура, которой, пожалуй, нет и на всем Марсе. Что уж говорить о нашем захолустье. Полиция пропускает машину, и та преспокойно катит, вот только не в больницу.

Впрочем, если стражи закона решат дать скорой сопровождение, то поедет и в больницу. Там до мозга костей продажные врачи уложат «больного» на кушетку, подключат приборы. При этом специальные блоки робота выдадут и пульс, и давление, можно даже взять у него кровь на анализ и все будет в норме. Точнее в полном соответствии с липовым диагнозом. А ночью этот поганец преспокойно выпрыгивает в окно и идет куда следует.

Да, мы все эти тонкости прекрасно знаем, но крыть нам нечем. Не станешь же каждого транспортируемого больного просвечивать на таможне рентгеном. Тем более, что большинство из их везут с лучевой болезнью с ториевых рудников Сидонии, и как раз рентгена им и не хватает для полного счастья. В общем, остается только поверхностный осмотр, а он ничего и не дает.

Контрабандисты этим и пользуются. А нам остается лишь зло комкать газету с очередным объявлением о пропаже больного из больницы. Или, что чаще, об очередной поступившей туда жертве передоза наркотиками, которых становится все больше. Засаду в больнице тоже не устроишь – врачи ни под каким соусом не пропускают в палату. А дежурить под окнами или у дверей бесполезно – все равно эта механическая бестия улизнет. В общем, куда не кинь, всюду клин.

Одним словом, мы давно искали шанс прикрыть лавочку Геймстера. Пусть даже такой призрачный. А потому совместными усилиями разработал неплохой, на наш взгляд, план. Помогла и притащенная капитаном бумажка с маршрутом. Кто, интересно, ему ее презентовал?

Я снова перечитал текст на листе и на этот раз вспомнил, что эти каракули принадлежат Алексу Хаммеру, бармену единственного в Редпорте питейного заведения «Дуболом». Что ж, пора потолковать со стариной Алексом. Он и до этого был известен мне как мелкий контрабандист запрещенных напитков, так что разговор намечался приятный.

Но это позже.

На следующий день, ровно в полдень я, Дженни и Эл подъехали к обозначенному на карте таможенному посту на границе районов. Через него и должны были ехать курьеры Геймстера, которые, если верить записке Хаммера, собирались воспользоваться старым трюком со скорой помощью.

Я вынул из кармана платок и промокнул вспотевший лоб. В пустыне, хоть и марсианской, было довольно таки жарко, а торчали мы здесь уже не меньше часа. Курьеры явно запаздывали. Это в лучшем случае. А в худшем они направились в объезд, в чем я лично сомневался ввиду пересеченности местности, или же вовсе отменили мероприятие.

– Что-то тормозят ребятки, – проговорила Дженнифер, опуская бинокль.

– М-да, – я выбрался из блаженной прохлады навеса. – Надеюсь, у них просто технические проблемы. Если их кто-то предупредил, что мы здесь…

Я не договорил. И так все было ясно.

Дженни кивнула и присела на лежащий в тени ящик. Я забрал у нее бинокль и осмотрел окрестности. На дороге ни одной машины. За час ожидания мимо нас проехала только легковушка с семьей и автоцистерна, которую мы облазили вдоль и поперек, снискав этим хоть какое-то развлечение.

– Негусто, – я опустил бинокль и коснулся пальцем пуговки рации на лацкане. – Эл, как у тебя?..

Робот-полицейский торчал на пулеметной вышке, давно забывшей что такое пулемет, и прочесывал местность помимо своего цифрового зрения еще и радиолокатором.

– Тишина… – донесся его голос.

– М-да… – повторил я и собрался было составить компанию Дженнифер в тени, как вдруг мое внимание привлекло как будто бы возникшее на горизонте облачко пыли. Я вскинул бинокль, но увидел не намного больше, а вот Эл – тот увидел.

– Сержант, с запада по грунтовой дороге приближается автомобиль… Выехал на шоссе, движется в нашу сторону. Похоже, это скорая помощь.

Теперь и я разглядел до того скрытый пылью белый микроавтобус.

– Вот они, гаврики, – проговорил я, передавая бинокль Дженнифер. – Объезжали посты. Странно, что этот они объезжать не собираются… Интересно бы узнать, почему, мм?..

Я выразительно приподняв бровь уставился на коменданта и тот, пролепетав что-то насчет необходимой вот именно сию минуту проверки личного состава, испарился. Ничего нового, собственно говоря.

Я и Дженнифер подошли к перекрывающему шоссе шлагбауму. Эл на вышке присел, чтобы его не заметили. Ничто так не нервирует преступников, как вид полицейского робота.

Микроавтобус «скорой» подкатил к шлагбауму и замер на положенной дистанции. Дженни развязной походкой провинциалки подошла к водительскому окну.

– Добрый день. Документы, пожалуйста, – мило улыбнувшись, попросила она.

– Да-да, конечно, – сидящий за рулем амбал, напоминавший кого угодно, только не врача, протянул девушке бумаги. Дженнифер бегло просмотрела их.

– Все в порядке. Если вы не возражаете, мы осмотрим салон.

– Да-да, только быстрее, пожалуйста, у нас человек в тяжелом состоянии.

– Всего несколько секунд, ребята, – заверила Дженни, а я распахнул задние дверцы «скорой».

Все как полагается. Носилки с закатившим глазки «человеком в тяжелом состоянии», капельницы, кислородные подушки и прочие заковыристые приспособления. Дополняли комплектацию трое громил в белых халатах. Таким ближе роль санитаров в дурке, чем медбратов при тяжелобольном, которых они активно пытались изобразить. Двое держали какие-то блестящие хреновины, надо думать, медицинские инструменты, а третий готовил к уколу шприц. Он лишь на мгновение взглянул на нас и вернулся к делу, но не узнать примелькавшуюся в оперативных хрониках физиономию было невозможно. Эдди Кроу по прозвищу Лом, один из контрабандистов Геймстера. Вот, собственно, и доказательства того, что мы здесь по адресу. Прекрасно.

– Все в порядке, можете ехать. Если нужно, мы выделим вам сопровождение, – предложил я.

– Нет-нет, спасибо, мы сами…

Ну, кто бы сомневался. Я захлопнул дверцу и попутно прикрепил под ручку маленький маячок, ради которого и разыгрывался весь этот балаган.

Едва шлагбаум поднялся, «скорая» стартанула с места так, что куда там иному родстеру. Как только она исчезла из виду, я бросился к машине. За руль втиснулся Эл, пеленгующий сигал радиомаяка, Дженни устроилась позади, и мы рванули следом.

Вскоре в бинокль я различил белый фургончик. Эл чуть сбросил скорость, дабы больше не сокращать дистанцию и не нервировать курьеров раньше времени.

Я бросил взгляд на экран портативного пеленгатора, который вместе с миниатюрным радиомаяком с трудом разыскал на складе полицейского управления. Отметка автомобиля на экране стала снижать скорость, потом и вовсе остановилась. Эл тоже нажал на тормоз.

Мы уставились на экран. Зеленая точка снова двинулась вперед, затем неожиданно дернулась в сторону и замерла.

– Что за черт?.. – спросила Дженнифер, глядя через мое плечо на экран. – Машина слетела с дороги?

– «Жучок»! – я с досадой швырнул ставший бесполезным пеленгатор на заднее сиденье. – Они его обнаружили и выбросили.

– Непростые ребята, – прогудел Эл. Я согласно кивнул.

– Берем их.

Робот выжал акселератор и наше авто, взвизгнув шинами, устремилось по шоссе. Благо, мощность двигателя, над которым в свое время поколдовал один мой знакомый корабельный механик, это вполне позволяла. При желании машинка выдавала неполных двести пятьдесят по относительно ровной дороге. Правда горючее она при этом жрала галлонами, но тут уж, как говорится, искусство требует жертв.

Впереди показался белый микроавтобус. Уверенные в себе наркокурьеры ехали не торопясь, наивно полагая, что соскочили с крючка. Эл резво обогнал их и, лихо затормозив, перекрыл дорогу. Я и Дженни выскочили наружу, выхватывая оружие. Робокоп выбрался следом.

– Полиция! Выходи по одному, руки на виду!.. А ну живо, мать вашу!. – рявкнул я.

Так они и послушались, конечно. Захлопали выстрелы. Мы спрятались за машиной и постреливали в ответ, стараясь в кого-нибудь попасть, но так, чтобы он остался жив и смог рассказать что-либо интересное.

Вот один из «докторов» выскочил из машины, передергивая затвор винтовки. О нем позаботился Эл. Грохнул выстрел крупнокалиберного пистолета и верзила, схватившись за перебитое колено, с воплем рухнул в пыль. Робокоп мыслил в одном ключе с нами и не стрелял на поражение.

Стекло рядом со мной осыпалось звонким дождем от удара пули. Я присел и счел необходимым разъяснить оппонентам ситуацию.

– Сдавайтесь и вам сохранят жизнь!..

В ответ грохнула винтовка и по капоту в непосредственной близости от моего плеча шваркнула пуля. Я ответил выстрелом навскидку и, кажется, попал – винтовка выпала из окна «скорой», а водитель лег на руль.

Дженни и Эл тоже не прохлаждались и уложили еще двоих. Перестрелка сошла на нет. Внезапно боковая дверь фургона распахнулась, оттуда пулей вылетел «больной» – робот с контрабандным грузом – и, спрыгнув с шоссе, пятиметровыми скачками помчался по степи.

Мы дружно вскинули оружие и дали неплохой залп. Однако, если даже и попали, то на стремительно удаляющегося робота это не произвело ни малейшего впечатления. Эл дернулся было за беглецом – он-то по крайней мере мог потягаться с ним в скорости, но я остановил его.

– Побереги аккумуляторы! Все равно мы от него ничего не добьемся.

Действительно, как заставить робота говорить то, чего он говорить не желает? Робот не чувствует ни боли ни страха, а физические методы воздействия вообще чреваты каким-нибудь коротким замыканием его электронных мозгов. Существует, конечно, специальная аппаратура для сканирования кибермозга, но я сильно сомневался, что такая найдется на Марсе в принципе, не то что где-нибудь у нас.

А еще бывают роботы, в которых подлыми контрабандистами вмонтированы блоки самоуничтожения, призванные не только сохранить все известные электронному мозгу секреты, но и прихватить с собой тех, кто эти секреты из него пытается извлечь.

С людьми все намного проще. Эл сгреб за шиворот подстреленного им бандита и поставил перед нами. Это был как раз Эдди Кроу, что сильно упрощало дело.

– Ну привет! – Я азартно потер руки. – Как поездочка, Эдди?

– Да пошел ты!.. – бандюган демонстративно сплюнул мне под ноги.

– Ага. Короче, некогда мне с тобой трепаться. Эл!

Робокоп поднял манипулятор и ствол громадного пистолета уперся в висок Кроу. Эдди разом вспотел.

Я присел на капот автомобиля.

– Ну что, поговорим? Ты все еще работаешь на Геймстера?

– Д-да…

– Прекрасно. Вернее это хреново, Эдди, но тебе, я думаю, уже все равно. Вы везли груз в Редпорт?

Кроу нервно кивнул.

– Куда?

– Э-э… – Эдди скосил глаза на пистолет.

– Ну-ну?

– В бар… «Дуболом»…

– Та-ак. А когда Фрэнк должен был забрать товар?

– Да не знаю я…

– Да что ты говоришь!.. – я кивнул Элу и робот красноречиво снял пистолет с предохранителя. – Ну а если подумать?

– Я правда не знаю… – Эдди дернулся, но из стальных рук Эла вырваться не сумел. – Да честно, блин!..

– Ладно, – я сделал вид что поверил. – А кто в баре должен был принять у вас товар?

– Бармен… Алекс…

– Вот крыса!.. – процедил я по адресу вышеупомянутого бармена. – Ладненько. Эл, упаковывай его.

Робокоп управился за пару минут, которых мне вполне хватило, чтобы прилепить под днище «скорой» часовую мину на случай, если в машине тоже спрятаны наркотики.

Я сел за руль и, спустя полчаса, мы были в Редпорте. Декстер, как ни странно, оказался на месте. Я оставил ему наш улов, а сам направился навестить одного старого знакомого.

Алекс Хаммер, бармен «Дуболома», был еще трезв, что с ним случалось нечасто, а потому вполне годился для серьезного разговора. Завидев меня, он уронил полотенце, которым протирал стойку и изобразил на лице подобие радостной улыбки.

– Детектив Кэмпер! Вот уж не ожидал вас сегодня увидеть. Что привело вас к нам так рано?

– Да так… – я небрежно облокотился о стойку, снял шляпу и бросил рядом. – Шел мимо, дай, думаю, зайду, навещу старину Алекса, поговорю о его проблемах.

– Проблемах? – Хаммер удивленно усмехнулся. – Но у меня нет проблем…

– Будут, – лаконично пообещал я. – Признавайся, дружок, карту с маршрутом курьеров Геймстера нашему кэпу передал ты, ведь так?

– Гм… Ну да, я. Но в чем тут криминал, детектив? Я же наоборот, как всякий законопослушный гражданин, пытаюсь вам помочь…

– Допустим. Заметь, гражданин, я не спрашиваю, где ты ее взял. Но маршрут обрывался на въезде в Редпорт. Куда они должны были ехать дальше?

– Я то откуда знаю?.. – бармен пытался оставаться спокойным, но глазки все-таки забегали. – Я знал только шоссе, по которому они поедут и все…

– Ага. Значит, ты понятия не имеешь, кто в Редпорте должен был забрать у них товар? – с сарказмом поинтересовался я.

Алекс забеспокоился сильнее. Он, в общем-то, был не дурак, и понимал, что вопросы я задаю неспроста и явно знаю больше, чем показываю, но признаваться упрямо не хотел до последнего.

– Конечно же нет. Я, э-э… – он подавился фразой, увидев смотрящий ему в лоб зрачок ствола.

– Работаешь на два фронта, Хаммер?

– Я не…

– Ты да. Скотина ты одним словом. В общем так. Если я тебя сейчас пристрелю, через пять минут здесь будет стоять другой оборванец, желающих хватает, и никто из ошивающихся здесь по вечерам алкашей не придаст этому совершенно никакого значения. Им вообще глубоко плевать на то, кто им наливает, лишь бы вовремя. А вот тебе нет. Я прав, Алекс?

Бармен судорожно кивнул.

– Хорошо. Итак, где находится убежище Геймстера?

– Я не знаю…

– Считаю до трех, Хаммер! – я щелкнул предохранителем, и этот звук громом прозвучал в тишине пустого бара.

– Раз!..

– Я не…

– Два!

– Да я правда не знаю!.. – почти прорыдал Хаммер. – Я ж там никогда не был и вряд ли вообще когда попаду. Но… Я знаю, где живет его любовница, – быстро добавил он.

– Та-ак, а вот это уже интересно. Ну и?

– Дом напротив здания муниципалитета. Второй этаж, комната пятнадцать…

– Расслабься. – Я убрал пистолет. – Я проверю. Если соврал – пристрелю к чертям собачьим!

Я вышел из бара и достал телефон. Алекс конечно свинья, но вряд ли соврал, ибо за свою шкурку все люди его типа чертовски переживают. А напугал я его изрядно – в последнее время у меня это неплохо получается. Нервы, наверное, сдают.

Спустя час после разговора с барменом я в компании Дженнифер и Дика-стажера подъехал к муниципалитету. Дабы нас не увидели из окон дома напротив, мы вошли в казенный дом, выскользнули через черный ход и разными путями пробрались к цели. Поднявшись на второй этаж, я замер у нужной двери и прислушался. В комнате слышался чей-то приглушенный говор – у девицы явно гости.

Я, с минуту поразмыслив, отошел от двери и постучал в соседнюю.

– Кто там? – ухнуло оттуда.

Я продемонстрировал глазку полицейский значок, и дверь распахнулась. На пороге возник толстяк с сигарой в зубах.

– Ну?..

– Буквально одну минуту, сэр, – я продемонстрировал профессиональную улыбку. – Скажите, как давно вы знаете вашу соседку?

– Это Линду что-ли? – толстяк кивнул на дверь номер пятнадцать. – Пару лет. Может больше. Не помню.

– А кто у нее в гостях?

– А я почем знаю? Они мне не доложили.

– Еще один вопрос. У вас есть телефон?

– Не-а. Здесь ни у кого его нет. Только внизу, в холле стоит.

– Прекрасно. Благодарю за сотрудничество, мистер…

– Фэтс. Грегори Фэтс.

И за это спасибо. Теперь мой, до сей поры сомнительный план, должен был удаться.

– Дик… – прошептал я. – Встань у лестницы. Если кто появится – свистни.

Парень кивнул и, вытащив пистолет, занял пост.

Я достал жвачку, разжевал и залепил ею глазок на пятнадцатой двери. Затем постучал.

Собеседники за дверью притихли. Спустя несколько секунд послышался женский голос.

– Кто там?..

– Линда, это я, Фэтс, – пробасил я, довольно удачно копируя голос толстяка. – Тебя к телефону.

– Кто?..

– А я почем знаю? Они мне не доложили.

За дверью послышалась какая-то возня, щелкнул замок. Я и Дженнифер взяли пистолеты наизготовку.

Дверь приоткрылась. Я тут же рывком распахнул ее и ворвался в комнату. Линда взвизгнула, но Дженнифер зажала ей рот. А я прыгнул в спальню.

Не сказать, что нам, редпортской полиции, часто сопутствует удача. Скорее, совсем наоборот. Но уж если повезет, так повезет. Это наглядно иллюстрировал сидящий с вытаращенными глазами в кресле Фрэнк Геймстер собственной персоной. Он попытался вскочить, но, увидев направленный на него пистолет, благоразумно воздержался от резких движений.

– Опа! Ну, привет, Фрэнки! – поприветствовал я контрабандиста, пытаясь одновременно справиться с адреналином в крови. – А мы тут тебя ищем, знаешь ли.

– Не перетрудились? – язвительно поинтересовался тот. Ухмылка была несколько натянутой, да и голос хрипловат, но я не обратил на это внимания. Чего не бывает под дулом пистолета.

– Есть малость, – ответил я. – Знаешь, Фрэнк, ты большой мастер переманивать людей на свою сторону. Врачи, таможня… – я покачал головой. – Ну ладненько. Вставай-ка, дружок, – я снял с пояса наручники. – Прокатимся.

Геймстер послушно поднялся с кресла.

– Послушай, сержант, а может замнем это дело? Вот скажи, чем я лично тебе помешал? Жаждешь получить вознаграждение за мою голову? Я могу заплатить тебе втрое больше. Скажешь Декстеру, что я опять ускользнул, а этот лопух поверит, и я в долгу не останусь. Неужели тебе не надоела такая жизнь? «Стой, стрелять буду!», «Вы арестованы, пройдемте в участок»! – передразнил Геймстер. – Проще получить денежки, и улететь навсегда с этого треклятого Марса. Что скажешь?

В чем-то он был, конечно, прав. Да, черт возьми, во всем! О подобном я мечтал с тех пор, как судьба занесла меня в Редпорт. Однако даже служба в этом захолустье не выбила из меня кое-какие идеалы.

Видимо мои мысли отразились на лице, потому что Фрэнк подмигнул мне и спросил.

– Ну, так как, сержант, мы договоримся?

Я помедлил и отрицательно покачал головой.

– Извини, Фрэнк, не договоримся. Ты арестован. Руки вперед!..

Геймстер усмехнулся.

– Ну что ж, отдаю себя на волю закона.

Мне решительно не нравилась эта его ухмылка, но сейчас было не до того. Я защелкнул на запястьях контрабандиста наручники.

– И все? – поинтересовался тот.

– А тебе мало? – я подтолкнул Фрэнка к выходу, где Дженни держала под прицелом хозяйку. – Шагай, наркобарон блин.

– А вдруг сбегу? – ухмыльнулся Геймстер…

И без видимых усилий развел руки в стороны!

Титанитовая цепь наручников, тонко взвизгнув, разлетелась на составляющие звенья. Я еще даже обалдеть как следует не успел, как Фрэнк молниеносно развернулся и меня дикой силой отшвырнуло в сторону. Я врезался в кресло и вместе с ним рухнул на пол.

– Стоять! – раздался крик Дженнифер. Хлопнули два выстрела. Я перевернулся на спину и тоже выстрелил в наступающего на девушку Фрэнка.

Пуля попала ему в щеку и с лязгом срикошетила, срывая лоскут кожи. Фрэнк остановился и снова повернулся ко мне. Горящий багровым огнем искусственный глаз и белые зубы в стальной челюсти, проглядывающие сквозь дыру в щеке, выглядели весьма жутко.

Машина!

Робот шагнул ко мне.

– Тебе хочется умереть первым? – лязгнул он. – Что ж, сержант, жаль, что мы не договорились…

– Стоять, сукин ты сын!.. – выкрикнул я и навскидку выстрелил.

Давно заметил, что подобные выстрелы у меня самые удачные. Пуля впилась роботу в живот и, похоже, пробила металл. Из дыры посыпалась тонкая струйка белого порошка.

Лже-Фрэнк удивленно уставился на нее и чисто человеческим жестом схватился за живот, зажимая пробоину.

Громыхнула дверь и в комнату влетел Дик.

– Стоять! – рявкнул он, беря робота на прицел.

Лже-Фрэнк дернулся и, прежде мы успели хоть как-то отреагировать, со звоном вылетел в окно. Дик и Дженнифер бросились к окну, но выглянув из него бессильно опустили оружие. Очевидно жестянка уже удрала.

– Твою мать!.. – процедил Дик.

– Что это, нахрен, было? – хрипло спросила Дженни. – Неужели Геймстер – робот?

– Да не Геймстер это, – я кое-как поднялся на ноги и со стоном разогнул ушибленную спину. – Это тот треклятый курьер, что сегодня от нас удрал на шоссе.

– Интересную он себе выбрал маскировочку, – задумчиво произнес Дик. – Хотел бы я знать, наша красотка в курсе, кто был ее гостем?

Мы с любопытством посмотрели на лежащую без чувств Линду. Когда началась заварушка, она избрала наиболее простой выход из положения и упала в обморок. Слабоваты нервишки у подружки короля контрабанды Марса…

Внезапно мне в голову пришла очень неприятная мысль.

– Джен, выясните это без меня. У меня срочное дело!.. – выкрикнул я, вылетая из комнаты. Спустя пару секунд я уже сидел в машине. Двигатель взревел, и я помчался по Редпорту, нарушая все существующие правила движения и обдавая редких прохожих облаками пыли. Робот наверняка первым делом попытается ликвидировать утечку информации о явочной квартире и, как следствие, наводчика. Методы Геймстера и всех его подручных были мне хорошо знакомы.

Я как сумасшедший гнал машину к бару «Дуболом». Но опоздал. Все-таки роботы умеют быстро передвигаться не только когда убегают. Ворвавшись с пистолетом в бар и всполошив и без того напуганных донельзя пьянчуг, я огляделся и нигде не увидел Хаммера. Впрочем, пропажа легко обнаружилась, едва я подошел к стойке. Алекс лежал за ней с простреленной головой, сжимая в руке небольшой пистолет, которым, судя по всему, даже не успел воспользоваться. Трудно тягаться в реакции с машиной, да и стрелял беглец, судя по разбитому окну с улицы.

Я со вздохом присел рядом с Хаммером. Пусть он не был самым честным человеком, но такого конца не заслужил. В конце концов, он сделал попытку соскочить с крючка Геймстера. И теперь убит какой-то жестянкой, втянувшей бедолагу в грязные делишки и считающей его же виновным в своих неприятностях.

Ну, все. С меня хватит!

Тут я заметил, что в левой руке Хаммер сжимает что-то белое. Похоже, записка. Я осторожно вытащил бумажный клочок и развернул его.

На бумаге было написано два слова. Всего два слова, являющиеся ключом к решению всех наших проблем. Видимо бармен успел написать записку, когда увидел робота. Эх, Алекс, Алекс, и почему ты не сказал этого раньше? Тогда все могло быть совсем по-другому.

Я поднялся и вышел из «Дуболома». Достал телефон и вызвал к бару коронера. Затем набрал номер участка.

– Эл, это Кэмп. Ты нам нужен, жми в космопорт.

– Понял, – лаконично отозвался робокоп.

Я уже не спеша вернулся к муниципалитету, где меня дожидались Дженни и Дик. Они уже узнали от Линды все, чем она располагала. Ничего интересного, к слову. Девчонка была простым посредником.

– Что ты задумал? – поинтересовалась Дженнифер, когда я вырулил на шоссе, соединяющее город с космопортом.

– Упечь за решетку одного подонка, – отозвался я, передавая ей записку Хаммера.

«Порт, радарная…» – гласила она. Всего два слова, засвечивающие наверняка убежище Геймстера. Порт, разумеется, имелся в виду космический, поскольку других на Марсе не водилось. А где-то в чреве радарного поста, стало быть, и скрывается вход в цитадель неуловимого контрабандиста.

Я въехал на бетонную площадку и остановился рядом с полуразбитым кадиллаком, рядом с которым стоял Эл.

Я оглядел команду.

– Итак, ребята, пора навести порядок. Наша цель – радарный пост. Мы с Диком заходим внутрь, остальные оставайтесь здесь и смотрите в оба. И, самое главное, не дайте никому уйти, – я махнул пистолетом в сторону красно-белого строения. – Пошли!

Мы неторопливо направились к посту. Дженни двинулась в обход, а Эл застыл за углом ближайшего ангара.

Я распахнул двери и вошел в помещения радарного поста. Внутри царила тишина, нарушаемая лишь попискиванием приборов. Три оператора щелкали клавишами, внимательно глядя на экраны. На нас никто не обратил внимания.

Но одного взгляда на них было достаточно, чтобы понять – нас здесь ждали. Уж слишком прилежно операторы всматривались в экраны и нажимали кнопки. Это на Марсе-то, в Редпорте, где корабли появляются от силы раз в месяц. Я переглянулся с Диком, он кивнул.

Стажер негромко кашлянул и все как один уставились на нас, сделав удивленные лица. Я продемонстрировал полицейский значок.

– Обычная проверка, парни. Оставайтесь на местах.

Операторы так и поступили, настороженно косясь на нас. Мы неторопливо обошли помещение, разглядывая каждую мелочь. Неожиданно на полу перед одним из силовых шкафов обнаружились царапины. Шкаф явно отодвигали. Я сделал Дику знак, и он вытащил пистолет, а я потянул за ручку.

Шкаф целиком отошел от стены и в тот же момент стажер выстрелил. Один из операторов выронил пистолет и рухнул на пол, остальные с воплями ломанулись в дверь, где их с распростертыми объятиями встретили Эл и Дженнифер.

В стене открылся проем с идущими вниз ступенями. Я достал пистолет и собрался было шагнуть туда, но вовремя заметил нечто подмигивающее над головой. Таймер, который невозмутимо отсчитывал последние секунды до взрыва чудовищного заряда, который был прилеплен к комингсу двери.

– Назад!.. – заорал я.

Мы успели выскочить из помещения и добежать до кстати подвернувшейся канавы, когда земля ушла из-под ног, а позади грохнуло так, словно там разорвалась по меньшей мере авиабомба. Летное поле щедро осыпало обломками радарного поста.

– Ох, твою мать… – успел проговорить Дик перед тем, как где-то за ангарами взревел мощный двигатель и на поле вырулил бронетранспортер. Башни боевой машины синхронно развернулись, и первая очередь тридцатимиллиметровых пушек лишь чудом прошла мимо. Дженнифер успела укрыться, а вот Элу повезло меньше. Очереди обеих пушек пересеклись на его груди, и робокоп кубарем покатился по бетону.

Броневик взрыкнул турбинами и покатил в нашу сторону. Я не сомневался, что на месте водителя сидит ухмыляющийся Геймстер, радующийся концу своих врагов. Что ж, сейчас он нас и прикончит, тут уж не поспоришь.

Я беспомощно оглянулся, ища хоть какую нибудь возможность спастись от надвигающегося броневика, но таковых не было.

Пушки уже развернулись в нашу сторону, как вдруг грохнул выстрел крупнокалиберного пистолета, и на броне машины появилась неплохая вмятина. Следующая реактивная пуля смяла корпус топливного бака, а я, воспользовавшись тем, что пушки отвернули в сторону, словно спринтер рванул к единственному на данный момент относительно безопасному месту – самому броневику. Стажер благоразумно последовал за мной. Мы как на крыльях взлетели на броню, распахнули люк, который уверенный в себе Фрэнк к счастью не удосужился заблокировать, и наставили на сидящих внутри оружие.

– Руки!.. – рявкнул я. – Выметайтесь отсюда нахрен, и не дергайтесь!..

Экипаж броневика беспрекословно повиновался. Одним из них был Фрэнк Геймстер, что меня весьма порадовало. Его напарник был мне незнаком, да меня это и мало интересовало.

К машине, заметно прихрамывая, подковылял Эл. Попадания лишь на время вывели его из строя, однако повреждения все же сказывались – робокоп то и дело пошатывался и с трудом восстанавливал равновесие. Что, впрочем, не помешало ему вести огонь, причем чертовски вовремя.

– Ты как, приятель? – спросил Дик.

– Жить буду, – прогудел робот и со скрипом присел на камень.

– Хэнк! – раздался вдруг истошный крик Дженнифер. – Сзади!

Мы мгновенно среагировали и ласточкой слетели с броневика. В следующее мгновение по броне простучала автоматная очередь. Мы с Диком тут же залегли и дружно открыли ответный огонь по стрелку.

Вроде бы попали, однако на того это не произвело ни малейшего впечатления. Я пригляделся и узнал дважды сбежавшего от нас робота. В лапах этот поганец сжимал автомат и, если бы не предупреждение Дженни, лежать бы нам в ящике.

Геймстер и его напарник, воспользовавшись моментом, бросились к ангарам. Я, пальнув еще пару раз в робота, побежал следом.

Робонегодяй вскочил на броневик и дал веерную очередь. Похоже, его программировали не столько для перевоза контрабанды, сколько для военных действий. Две пули прошили мне плечо, а стажер покатился по бетону, зажимая рану в бедре. И неизвестно чем бы все это закончилось, если бы в этот момент в смятый топливный бак броневика не впилась очередная реактивная пуля из пистолета Эла. Горючее хлынуло в трещину, а я, превозмогая боль, открыл огонь по броне. Меня поддержала Дженнифер и, как бы ни был быстр робот-беглец, но удрать он не успел. Топливо вспыхнуло и в следующее мгновение броневик, а вместе с ним и робота, разнесло на гайки. Добегался, сукин ты сын!..

Неподалеку послышался визг шин. Пока мы развлекались, Геймстер с приятелем не только успели добраться до нашей машины, но и завести ее. И теперь собирались удрать. Но меня все это уже достало и я, больше из упрямства выстрелил навскидку.

О, мой счастливый выстрел! Боковой стекло автомобиля разлетелось вдребезги, а водитель схватился за плечо. Машина вильнула, Геймстер попытался перехватить руль, но не успел и автомобиль на полном ходу влетел в кювет.

Мы к этому времени успели добраться до дороги и теперь окружили пытавшегося выбраться из покореженного автомобиля Фрэнка. Я, скрипя от боли в простреленной руке, направил на него пистолет.

– Стой, Фрэнк! Или я тебя пристрелю без суда и следствия! – процедил я. – Мне осточертело за тобой гоняться!..

Геймстер, все еще туго соображая после удара, вцепился в дверцу машины и кое-как поднялся. потом посмотрел на меня и ухмыльнулся. Однако ухмылка тотчас увяла, когда он увидел подошедшего Эла с огромным пистолетом, направленным на него. И понял, наконец, что положение у него совсем не завидное. И позволил Дженнифер надеть наручники. Хотя и что-то проворчал. Напарник Фрэнка вообще лежал без сознания, и не возразил, когда Дик сковал ему лапы.

– Ты арестован, Фрэнк, – официально заявил я.

…С тех пор прошло около года и все же воспоминания о тех событиях греют душу. Тем более, что сижу я теперь не в своем пыльном кабинете, а в кресле начальника полиции Редпорта. Дженни… э-э, простите, лейтенант Хант, теперь мой заместитель, а Дик, в звании сержанта, одним своим именем наводит ужас на окрестных бандитов. Декстер ушел в отставку, и теперь никто не мозолит нам глаза своим неряшливым видом. С нами по-прежнему работает Эл, которому даже идет пара вмятин на груди. А еще в его корпусе смонтировали небольшую ракетную установку. Так, на всякий случай. Однако случаев теперь крайне мало. С контрабандой наркотиков на Марсе покончено, Геймстер и его приспешники в тюрьме, а другие деятели не очень то стремятся связываться с нами.

Впервые за много лет жизнь в Редпорте стала по настоящему скучной.