Красная
Птичий гвалт пробивался сквозь сладкие грезы, вырывая девушку из сна. На старой яблоне, что-то не поделили воробьи и сорока, писк перемежался с шелестом и треском веток. Ева томно потянулась на жесткой деревянной кровати, запоминая эротические моменты сновидений.
В кухне мерно поскрипывал большой стол, пахло мукой и дрожжами. Матушка уже замешивала тесто, как всегда, перед полнолунием. Потом на пару дней дом пропахнет пирожками, они будут на обед и на ужин. С самой разной начинкой: сладкие с грушей и яблоками, с картошкой и тушеной капустой. Для бабушки, жившей отдельно, с мясом и печенью. Старушка не придерживалась здорового образа жизни, на любые уговоры дочки отвечала всегда одинаково: "все равно помру". Выглядела она уже много лет неважно. Седые волосы поредели, как и зубы, остался только один клык, от чего бабулина улыбка пробирала до мурашек. Кожа больше всего походила на печеное яблоко, смуглая в глубоких морщинах. Подслеповатые глаза совсем помутнели, Ева порой сомневалась, узнает бабка внучку или нет.
Ева сильно тряхнула головой, пытаясь выбросить неприятный образ, затмивший такой приятный сон. Черные как смола волосы разметались по обнаженным плечам и груди. Девушка выгнулась на манер мартовской кошки, так соблазнительно, что даже шебутные воробьи замолкли. Сегодня она встретится со своим мужчиной, после томительного недельного перерыва. Три дня назад он приходил, приносил убитых зайцев для начинки. Сильный охотник, крепкий как дуб, картину портило его семейное положение, жена и дочь. Но они далеко, в деревне у реки. А в лесу Никита принадлежит только ей одной. Он не верит в небылицы, что плетут про ее семью деревенские. Мол, бабка ведьма, а ее помет вообще от нечистой силы. На самом деле все почти наоборот.
Мать Евы привез в эти края ее жених, черноволосый красавец наобещал счастливую жизнь. Вот только родня не приняла рыжеволосую тоненькую девчушку Настеньку. До свадьбы так и не дошло. А едва узнали о беременности, случилось страшное. В ночь, когда жениха не было дома, еще с утра ушел на охоту, явилась несостоявшаяся свекровь со своими пышнотелыми сестрами. Избили невестку до потери сознания и вывезли в лес на съедение волкам. Тогда-то ее и подобрала старушка, выходила, приняла как родную дочь. В положенный срок помогла разродиться здоровой девочкой. Назвала, несмотря на все протесты, в честь спасительницы, Евой.
Старушка занималась знахарством, все окрестные деревни были ей чем-то обязаны. С миру по нитке, постепенно отстроили отдельный домик, подальше от старой ведуньи и людских глаз. Настасья успела многое перенять у названной матери, лес стал родным и приветливым. Маленькая Ева росла здоровой и любознательной, а когда стала девушкой, старшая Ева слегла. С той поры никто не приходил к знахарке, кроме девочки. Помогала по хозяйству, слушала сказки и жутковатые истории о лесных духах и нежити. А перед полнолунием, приносила пирожки с мясной начинкой. Матушка очень расстраивалась, когда ей приходилось убивать доверчивых зверьков. Потому пирожков с другой начинкой пекла всегда намного больше. В конце концов, договорилась о дичи в одной из деревень, куда носила дикий мед и ягоды в обмен на муку масло. Один из охотников раз в месяц приносил несколько тушек зайцев, шкурки от прошлых и лечебные травы забирал в обмен. Так и жили, пока горячая кровь не взяла свое. Неотвратимая как весна, страсть овладела девушкой, охотник стал ее любовником. Никогда еще лето не было столь сладким. Ева отдавалась новым ощущениям целиком, но не позволяла брать над собой верх. Горький опыт матери и рассказы бабушки, воспитали в Еве гордость и свободолюбие. Мужчина занимал не больше места, чем сладкая ягода или роса под босыми ногами. Одно из многочисленных удовольствий и развлечений, которые давал щедрый лес.
Ева натянула просторную рубаху и выпорхнула из своей комнатки, чмокнула мать в веснушчатую щеку, залюбовалась сильными руками с рельефными венками, которые так любила целовать. Выскочила во двор навстречу жаркому солнышку. Бегом до ледяного ручейка, бившего из-под груды замшелых валунов в окружении вековых дубов. Бодрая и свежая, девушка обошла любимые с детства места и вернулась в дом с небольшим букетиком цветов для мамы.
К обеду корзинка для бабушки уже ждала на лавке. Наскоро перекусив сладкими пирожками, Ева поспешила из дому. Мать как раз тушила капусту для начинки. В очередной раз напомнила, что надо непременно до заката успеть принести, чтобы не возвращаться потом затемно.
Девушка, одетая в свое любимое платье, белое с красной вышивкой, помахала маме рукой от калитки. Пружинящей походкой, босая и радостная от предвкушения, Ева углубилась в лес по неприметной тропинке.
Охотник ждал в условленном месте, любовники без лишних слов слились в страстных объятиях. Время пролетело незаметно, солнце золотисто светило сквозь деревья, казалось, оно прыгает по черным веткам, грозя нырнуть в темноту ночи. Девушка подскочила, быстро надела сдернутое сильными руками платье. До заката оставалось полчаса, она едва успевала. Охотник потянулся, пытаясь схватить за ногу, но Ева ловко увернулась.
- Не уходи, останься еще ненадолго, - Никита приподнялся, пронзая любовницу жарким взглядом.
- Дождись меня, - девушка подхватила нетронутую корзинку и, не оглядываясь, побежала.
Еще один поворот и показались густые заросли орешника, за ними виднелась крыша бабкиной избы. Солнце почти село, красные искры пробивались между толстых сосновых стволов. Распахнув дверь, внучка нырнула в сумрачное и душное нутро дома. Света от лампы хватало только на небольшое пространство возле кровати. Ева медленно подошла к лежащей бабушке. Корзинка с глухим стуком упала из ослабевшей руки. Старческое тело неестественно выгнулось, худые руки вытянулись и покрылись белой шерстью. Как в самой страшной сказке, навстречу девушке поднималось чудовище. Огромный седой волк в бабушкиной сорочке. Скрежетнули когти по старым доскам лежанки, жуткая пасть с единственным целым клыком оскалилась, истекая густой слюной. Ева сделала шаг назад и споткнулась о лукошко с особенными пирожками. В последний раз они спасли ей жизнь, нацеленная на горло внучки, бабка-оборотень ухватила молочно-белое бедро девушки. Единственный клык глубоко вонзился в молодую плоть и обломился, накрепко застряв чуть выше колена внучки. Старая волчица потеряла равновесие и вылетела в неплотно прикрытую дверь.
Никита, не утерпев, пошел следом за Евой. Решил подстраховаться, зная ее игривый нрав. Девчушка могла вернуться другой дорогой и бросить его одного. Яркая луна осветила лес, листья орешника окрасились серебром. Ночь взяла свое право, скрыла буйство красок и окружила прочными тенями. Девичий крик, окрашенный болью и ужасом, выдернул охотника из колючего куста. Верное ружьё плотно сжимали мускулистые руки, оно не дрогнуло перед жутким зверем, белоснежным в лунном свете, с темной от крови пастью. Угадав движение чудовища, Никита выстрелил. Мутные глаза расширились в последний раз. Пуля вошла в широкий череп и расплескала мозги по лохматому загривку. Волк рухнул в пяти шагах от охотника, тут же бросившегося к повисшей на одной петле двери. Из дома доносился громкий стон и, наполненные болью, подвывания. На полу, в неровном желтом свете лампы, лежала Ева. Платье пропиталось кровью, длинные волосы разметались по липкому полу. Девушка стонала все глуше. Никита отбросил в сторону ружье и приподнял любимую. Ее била крупная дрожь, тело напряглось, а дыхание стало шумным и частым. Слюна оборотня смешалась с горячей кровью девушки, необратимое проклятье с каждой секундой меняло молодое тело. Наполняло его потусторонней силой и мощью. Виновник чудовищной перемены оказался так своевременно рядом, нечеловеческий голод ускорил превращение. Молодые, крепкие клыки легко разорвали горло мужчины, не успевшего ничего понять. Горячая кровь хлестала в глотку огромной черной волчицы. Преображенная луной и древним проклятьем Ева, вырывала куски ароматной плоти бывшего любовника.
Страшный вой пронесся по мгновенно замершему лесу. Почти двадцать лет никто не слышал ничего более жуткого. Черная тень летела по пьянящему запахами лесу. Юное тело оборотня, требовало свежей горячей крови, вкусной только пока бьется сердце жертвы. Аромат крупной добычи, уводил Еву в глубину леса. Она бесшумно перескакивала поваленные деревья и мелкие овраги. Страх убегающей жертвы чувствовался все сильней. Молодой кабанчик не успел вернуться к своим братьям. Более крупный зверь сбил его с ног и вцепился в горло. Сильное сердце перекачало жизнь в ненасытную глотку волчицы. Она оставила еще теплое тело на измятой траве. Боль в раненой ноге дала о себе знать после дикой скачки. Затуманенный разум напомнил о доме, заставил повернуть назад. Щадя заднюю лапу, оборотень потрусил к пахнущему пирожками домику.
Три молодых вепря нервно дергали ушами и шумно втягивали пахнущий опасностью воздух. Леденящий вой раздался ближе. Затрещали ветки, вскинулись потревоженные птицы. На широкую поляну осторожно вышел необычайно крупный волк. Серая шерсть торчала пучками в разные стороны, горящий взгляд не предвещал ничего хорошего. Крупные вепри медленно разошлись в стороны. Одержимые страхом, они набросились разом на непрошеного гостя. Рык смешался с визгом и ревом, кривые клыки и острые копыта остервенело терзали волчью шкуру, пока не превратили в страшную кровавую кучу. Оборотень успел укусить каждого из кабанов, с ужасом узнавших в растерзанном теле запах родного брата...
Обессиленная волчица, тяжело перепрыгнула невысокую оградку родного палисадника. Мать, не находившая себе места весь вечер, выбежала на крыльцо. Одного взгляда на черного зверя хватило, чтобы понять, что произошло. Настя осторожно присела рядом с большой головой, Ева шумно втянула воздух, вдыхая родной запах и тихо заскулила...
- Мама, что теперь со мной будет? - Ева поглаживала свежий, рубец на ноге. Она старалась не смотреть на поседевшую за одну ночь мать.
- Как прежде точно не будет, - Настя затянула покрепче узелок на шнурке и протянула украшение дочери. - Не вини себя, только помни - я буду любить тебя всегда, что бы с тобой не произошло.
Ева приняла из рук матери клык старой ведьмы на шнурке и надела на себя, как напоминание. Две женщины, в большом лесу, который перестал быть безопасным для людей. В следующее полнолуние из лесу вышла чудовищная стая, три серых оборотня, горбатые с жуткими кривыми клыками и клочковатой шерстью. Перед ними бежала огромная черная волчица. Их целью была та самая деревня, из которой такой же лунной ночью выкинули ее мать.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/