Мой отец происходил из знатного японского рода сёгунов Токугава. Семья наша владела островами Рюкю, что и по сей день входят в состав Японии.

Отец был даймё на этих островах, а дворец, в котором жила я, родители и брат с сестрой, а также другие наши родные и поданные, находился на острове Яку.

Прекраснее острова я не встречала в своей долгой и удивительной жизни, да, пожалуй уже и не встречу.

Все, о ком я рассказываю, уже ушли на небеса, один за другим, оставив меня хранить тайны нашего рода и всех тех событий, что произошли с ним.

Меня зовут Мицу. Сейчас мне уже почти сто лет. Жизнь преподнесла мне столько сюрпризов, радостных и печальных, что хватило бы на три столетних старухи.

Начну по порядку.

Я родилась, когда отец только стал даймё нашего острова. Даймё в переводе с японского означает князь.

Он много и честно служил своей стране на полях сражений. Потом его ум и чёткость ведения дел понадобились в мирной жизни.

Тогда правитель отдал отцу в управление острова, чтобы тот охранял страну и народ, её морские границы, и мудро правил, даря людям счастливую жизнь.

Именно на острове отец познакомился с ещё юной мамой, они полюбили друг друга, но мама была из рода ремесленников. Женится на девушке из другого сословия закон запрещал. Поэтому отец лично поехал к правителю Иэясу, просить согласие на этот брак. В противном случае он поклялся сложить с себя все полномочия, и стать простым ронином, воином без хозяина. Правитель не стал противиться этому неравному браку. Он очень ценил отца.

Через полтора года после этих событий моя дорогая матушка произвела на свет тройню. Меня, мою сестру Тэн и брата Кэято.

Все трое внешне мы были, как одно лицо. Но абсолютно отличались друг от друга характерами. Кэято оказался тихим и замкнутым ребёнком, склонным к музыке и живописи, Тэн обожала всё, что связано с боевыми искусствами, отец даже сам обучал её им, он очень гордился сестрой. А я любила природу, которая на нашем милом сердцу Яку была потрясающей. Несмотря на такие разные характеры, мы очень дружили. Подолгу любили бывать вместе, и другие дети почти не занимали наши мысли.

Родители, видя склонность каждого из детей наняли нам разных преподавателей, они не требовали ни от меня, ни от брата с сестрой измениться, а просто растили в нас то, что давало "хорошие всходы". Ведь из пшеницы не сделаешь рис, а из риса - просо, как ни старайся.

Мама оказалась, несмотря ни низкое происхождение, очень умной, талантливой и интересной женщиной.

А кроме того, и она и отец были красивой парой. Всей нашей троице удалось взять лучшие черты их внешности и характера, поэтому с самого детства по всей Японии ходили легенды о чудесных детях даймё с островов Рюкю.

Когда нам с братом и сестрой исполнилось по тринадцать лет, от нас ушла в мир иной горячо любимая матушка. Отец словно ослеп от горя, год он хранил по ней траур, но правитель вынудил своего поданного вновь жениться.

В этот раз в жёны даймё островов Рюкю взял молодую женщину из знатного рода. Мачеха оказалась доброй и заботливой, к каждому из нас троих она нашла подход. Орико, так её звали, в наших спорах с отцом старалась всё свести к перемирию. После смерти матушки, отец стал часто срывать на мне и брате зло, подолгу он мог общаться только с сестрой, вместе они охотились, продолжали обучение боевым искусствам.

Я и брат оставались с Орико. Она играла нам на разных музыкальных инструментах, рассказывала интересные истории, которые часто сама слагала. Со мной мачеха ходила к водопаду Сэмпиро, и в лес - поглядеть на прекрасных оленей якусика и шаловливых обезьян.

В одну из прогулок, Орико открылась мне, что страдает во дворце, потому что наш отец так и не полюбил её, а ещё женщина рассказала мне свою тайну.

Она была дочерью оленихи якусика, которая умела превращаться в человека. Этот дар передался от матери и самой Орико.

Прошёл год, Японию раздирали междоусобные войны. Правитель Иэясу терял свою власть, терял её и наш отец. Многие воины из рода сёгун становились ронинами, не желая изменять своей воинской чести.

В это смутное время наша мачеха была на сносях.

На дворец наш напали повстанцы, отец, брат и моя воинственная сестра встали вместе с другими воинами на его защиту.

Я, в страхе за жизнь Орико и будущего ребёнка, увела её в спешке в густую часть леса, за помощью к оленям якусика.

Те окружили роженицу и через час на свет появились два оленёнка, мальчик и девочка. Орико умерла от родов.

Вскоре один из оленей-самцов принёс весть о том, что все защищавшие дворец погибли, а также повстанцы забрали жизни тех, кто жил и служил во дворце.

Я и мои маленькие брат и сестра, не способные позаботиться о себе, остались одни в этом жестоком мире.

Но якусика не бросили нас, вся стая помогала нам целый месяц прокормиться и выжить.

Через месяц, в одну из ночей, оленята превратились в человеческих младенцев.

Стая указала мне единственно возможный путь к спасению.

Рядом с водопадом Сэмпиро, где мы часто гуляли с покойной Орико, росло священное дерево суги, самое большое из этого вида на всём острове и самое старое.

По приказу оленей я шагнула в огромное дупло этого дерева, и оказалась, где бы вы думали? В современном Токио. Обернувшись назад, я не увидела ни дерева, ни оленей, ни самого острова.

На меня во все глаза смотрел красивый юноша, он предложил мне помочь нести одного из детей.

Оказалось, в Японии было сильное наводнение, многие погибли. Юноше, я объяснила, что мне удалось с братом и сестрой спастись.

В память о погибших я назвала малышей Тэн и Кэято.

Имя юноши напомнило мне о моей прошлой жизни, его звали Иэясу.

Мы с Иэясу полюбили друг друга, поженились. У нас, как когда-то у моих родителей, родились две дочери и сын.

Дочерям мы дали имена моей матери и женщины, заменившей мне мать, пусть и ненадолго, а сына назвали в честь моего отца.

Мужу я рассказала свою настоящую историю, он принял все мои слова на веру.

Как я и говорила, моя жизнь оказалась очень долгой, мой дорогой Иэясу, а с ним Тэн и Кэято покинули меня, наши дети Тару, Орико и Коту тоже ушли в лучший мир, даже дети моих детей уже стары.

Но род сёгун жив, в каждом следующем поколении, в память о моём отважном отце и всех Токугава, мне удалось сохранить их наследие в современном мире и своих потомках.