Валерий Сергеев
РАЗДУМЬЯ ВРАЧА
Об авторе
Подполковник медицинской службы Сергеев Валерий Васильевич родился в 1959 году в городе Боброве Воронежской области в семье военнослужащего. В 1982 году закончил военно-медицинский факультет при Горьковском медицинском факультете. Два десятка лет прослужил в частях морской авиации Балтийского флота, после чего перешел на преподавательскую работу. Военную службу закончил в должности начальника 41 интернатуры медицинского состава БФ. В настоящее время, врач высшей категории Сергеев Валерий Васильевич, заместитель главного врача ГССМП. Он автор нескольких книг и десятков статей на актуальные темы здравоохранения, медицинской деонтологии и психологии.
СОДЕРЖАНИЕ:
УЧЕНИЕ ГИППОКРАТА И СОВРЕМЕННАЯ БИОЭТИКА
Нужны ли нам клятвы?
Право на ошибку.
Мученики науки.
Почему мы так мало живем?
Мысли о легкой смерти.
Сколько тайн живет на белом свете?
УЧЕНИЕ ГИППОКРАТА И СОВРЕМЕННАЯ БИОЭТИКА
"Всякому разумному человеку нужно
несколько часов в день на размышления".
Философы всегда говорили, что без глубокого знания истории нельзя понять настоящее и предвидеть будущее. Изучение истории связывает в единое целое временные периоды и поколения людей, не дает рваться нитям человеческого опыта, она не просто констатирует явления и факты прошлого, но учит и предостерегает от возможных ошибок и заблуждений, что вооружает нас в поисках нового и способствует дальнейшему движению вперед человеческого разума.
Врачебная профессия, представляет собой результат длительного, сложного и все продолжающегося развития. Она, как и любая другая отрасль человеческой деятельности, предполагает обязательное изучение ее истории, раскрытие гуманистической сущности медицины, воспитание чувства гордости и уважения к труду врача.
Нравственные принципы медицинской профессии возникли одновременно с врачеванием тысячелетия назад. Во многих древнейших письменных источниках по медицине наряду с советами по сохранению здоровья и лечению болезней излагаются правила поведения врача.
Основополагающие нормы медицинской этики успешно выдержали испытание временем, но некоторые правила претерпели существенные изменения в связи с эволюцией социальных условий и прогрессом медицинских знаний.
Если мы обозначим все многообразие нравственного врачебного опыта понятием "биомедицинская этика", то обнаружим, что сегодня она существует, как минимум, в четырех формах или моделях: модели Гиппократа, модели Парацельса, деонтологической модели и в виде биоэтики, которая в свою очередь представлена либеральной и консервативной формами. В каждой из них есть сильные и слабые стороны, а также масса поводов к острым дискуссиям и размышлениям для каждого думающего человека.
На некоторые из возможных вопросов читателей я и попытался ответить в данной работе.
НУЖНЫ ЛИ НАМ КЛЯТВЫ?
"Во всех делах очень полезно периодически ставить
знак вопроса к тому, что вы с давних пор считали
не требующим доказательств".
"Жизнь коротка, искусство вечно…" – эти мудрые слова приписывают Гиппократу. Многие мысли древнего грека, обладающего удивительным даром врачевания, а также незаурядным литературным талантом, пережили два с лишним тысячелетия и актуальны по сей день.
Однако не все. Некоторые из его правил незаслуженно забыты, другие же, не выдержав испытания временем, нуждаются в пересмотре. Только, обо всем по порядку.
К слову, историкам известно семь разных Гиппократов. Самым знаменитым принято считать Гиппократа II, семнадцатого потомка рода асклепиадов, нареченного так в честь своего деда. Это же имя получили его внуки и дети некоторых учеников.
Итак, Гиппократ, сын Гераклида и Фенариты, родился за 460 л. до Р. X. на маленьком острове Косе (нынешний Станхо), расположенном недалеко от малоазиатского берега. Большую часть жизни он провел в Фессалии, а умер в Лариссе около 370 г. до Р. X. Все мужчины данного рода занимались врачеванием и мало чем уступали в этом искусстве самому Гиппократу. Было бы уместно вспомнить его многоопытных сыновей Фессала и Дракона, лучшего ученика и зятя – Полибия, и, наконец, самого знаменитого из предков – прадеда Нерба, который, будучи выдающимся лекарем, еще умудрился выиграть целую войну, чем и прославил весь род, передав по наследству потомкам ряд царственных привилегий.
Сам Гиппократ много путешествовал, что дало ему возможность познакомиться с достижениями медицины древней Индии, Египта и народов Малой Азии. Своим ученикам и коллегам, желающим наилучшим образом изучить хирургию, он всегда советовал сопровождать войска в их походах. Как врач, лечивший душевные болезни, Гиппократ прославился исцелением македонского царя Пердикки и философа Демокрита. В действительности Гиппократ не вылечил Демокрита, который не был душевнобольным, а просто доказал его психическое здоровье. Жители Абдеры, обрадованные исцелением философа, которым они очень гордились, предложили врачу 10 талантов, но Гиппократ, очарованный мудрецом, отказался от гонорара.
Достоверно доказано, что сохранившиеся тексты "Гиппократова сборника", а их более шестидесяти, были написаны разными людьми и в разное время. Таким образом, специалисты вынуждены говорить лишь о "школе великого Гиппократа". Кто же является автором знаменитой "Клятвы" до сих пор не ясно (многие считают, что это -старший сын Гиппократа – Фессал), следовательно, ее название весьма условное.
О хороших врачах у нас принято говорить: "Они верны клятве Гиппократа". Но истина в том, что медицинские работники уже, по крайней мере, лет двести, этой клятвы не дают. В России в Х1Х-ХХ веках лекари давали "Факультетское обещание". Врачи советского периода, к которым относится и ваш покорный слуга, - "Присягу врача Советского Союза", сильно смахивающую на "Пионерскую присягу", поскольку согласно ей мы до сих пор обязаны строить коммунизм и бороться за мир во всем мире. А если кто-то не желает быть и дальше "строителем" и "борцом", и хочет просто добросовестно лечить больных, значит ли это, что он – клятвопреступник?
В "Клятве российского врача" и принятом в 1999 году Государственной думой тексте "Клятвы врача", так же, как и в предыдущих, о Гиппократе даже не упоминается. И вот почему.
В античные времена "Клятва Гиппократа", бесспорно, являлась весьма прогрессивным документом, хотя и не представляла собой оригинального произведения (весьма сходного содержания профессиональные обязательства врачей встречались в более ранних источниках Египта и Индии). Вся она пронизана милосердием и гуманизмом, отправными пунктами которого являются любовь к людям и своему искусству, но в современных условиях малопригодна и представляет, большей частью, лишь исторический интерес. Учение Гиппократа не может быть использовано сегодняшней медициной без серьезных оговорок и ряда принципиальных дополнений.
Начнем с того, что присягать античным богам: Аполлону, Асклепию, Гигиее и Панацее, не подобает православным христианам, а также католикам, иудеям, мусульманам, буддистам и атеистам. Если кто-то скажет, что данный (или какой-либо другой) пункт не существенен, я категорически возражу: "Только не для клятвы! В ней каждое слово должно иметь исключительно важное значение".
Читая текст "Клятвы" дальше, мы понимаем, что это, по сути, договор о сотрудничестве. Она давалась учениками, не принадлежащими к семье эскулапа, которые в первой ее части обещали поддерживать своего Учителя и его прямых потомков морально и материально: "делиться с ним своими достатками, и в случае необходимости помогать ему в его нуждах". Члены же самой врачебной династии никакими обещаниями себя не связывали, полагаясь в трудах только на собственную совесть.
Далее в "Клятве" провозглашается: "Я направлю режим больных к их выгоде, сообразно с
Раньше думали, что держать больного в неведении гуманнее, чем вовлекать его в решение сложных медицинских проблем. Согласно бытовавшему мнению, это даже повышало эффективность лечения, избавляя больного от сомнений и неуверенности. В настоящее время пациент приобрел право выбора метода лечения и полного контроля за любым медицинским вмешательством. Он имеет право на полную и правдивую информацию о своем состоянии, о всех существующих способах лечения данного заболевания и о риске, связанном с каждым из них. Он должен дать, так называемое, "информированное согласие" на лечение или отказаться от него. Таким образом, сегодня больной совместно с врачом разделяет ответственность за исход своего заболевания.
Казалось бы, что такая заповедь Гиппократа, как "не навреди…", является незыблемой. Однако применение некоторых современных лечебно-диагностических методов также вступает с ней в противоречие. Многие агрессивные способы лечения (различные пункции, биопсии органов, эндоскопические методы исследования, химио- и рентгенотерапия) нередко являются совершенно необходимыми, хотя и наносят определенный вред больному. Типичным примером тому является калечащая операция изъятия здоровой почки у донора, для трансплантации ее нуждающемуся больному.
К сожалению, заповедь "не навреди, если не можешь быть полезен" (у которой есть российский аналог: "не знаешь броду – не суйся в воду"), порой оборачивается оправданием бездействия и нежелания врача идти на разумный риск.
Известно, что древние медики возражали против бесплатного лечения, справедливо считая, что пациент не будет ценить "дармовое" здоровье, и с ними трудно не согласиться. Всегда, начиная с глубокой древности, врачи получали гонорары. Знаменитый врач и последователь Гиппократа Исаак Юдеус (Исаак бен Солейман иль Израиль), живший в Х веке, так наставлял учеников: "Посети больного, когда ему сделалось очень дурно. В это время столкуйся с ним о гонораре, ибо, когда больной выздоровеет, он все забудет…. Назначай возможно большее вознаграждение, ибо все, что делаешь бесплатно, почитается за ничто".
Несколькими веками позже, А.Моль говорил, что "обязанность лечить всех бесплатно не может лежать на сословии врачей так же, как обязанность накормить голодных не может лежать на булочнике".
Врачи оставляли за собой право на ошибки, могли отказать в помощи больному (рабу или малоимущему), особенно, на их взгляд, безнадежному, так как безуспешное лечение негативно отражалось на репутации лекаря. Об этом писали Платон, Герофил, Гален. А великий Гиппократ поучал своих коллег: "Медицина не должна протягивать руку помощи тем, кто уже побежден болезнью".
Кроме прочего, текст "Клятвы Гиппократа" содержит запрет на производство абортов и "сечения у, страдающих каменной болезнью", что сегодня не может быть выполнено. Не актуален и постулат "быть далеким от любовных дел с мужчинами и женщинами, свободными и рабами". Сейчас нет такой моды.
Не является бесспорной и мысль о неразглашении врачебной тайны, поскольку болезни бывают разными, в том числе и социально опасными. В.В.Вересаев в своей знаменитой книге "Записки врача" писал: "Если сохранение тайны грозит вредом обществу или окружающим больного, то врач не только может, но и должен нарушить тайну". Не должны держаться в секрете выявленные острозаразные и венерические заболевания, при которых необходимы срочные меры по предупреждению их распространения, а также опасные для окружающих случаи расстройства психики, отклонения в состоянии здоровья летчиков, водителей и т.п. Все они оговорены существующими законами.
Мало кто помнит, что первым наркомом здравоохранения РСФСР Н.А.Семашко в 1925 году, этот пункт "Присяги" отменялся на целых четыре года.
Нет однозначного подхода и в отношении к сообщению фатального диагноза самому больному. Каждый подобный случай оценивается индивидуально, но в некоторых случаях считается целесообразным не скрывать жестокую правду от пациента.
Даже написание мною этой главы противоречит требованию: "наставления, устные уроки и все остальное в учении сообщать своим сыновьям… и ученикам, связанным обязательством и клятвой, но никому другому".
Как прикажете руководствоваться этими положениями врачам современности? И вот после ревизии этих и других постулатов "Клятвы" у нас и получился документ, имеющий очень мало общего с тем, чему учил древний эскулап. Потому-то профессор Лихтенштейн и предупреждает: "Не следует стремиться назад к Гиппократу. В своих гуманных стараниях врач призван идти вперед".
Вспомним также известного немецкого просветителя ХУ111 века Лихтенберга, который писал: "Давать обет – больший грех, чем его нарушать". Уместно заметить, что во многих странах мира (например, Канаде и некоторых штатах США) врачи не дают никаких обещаний, но, несмотря на это, уровень оказания медицинской помощи там значительно выше, а уход и отношение к больным подчас намного человечнее нашего.
Ни в каких красивых "клятвах", думается, сегодня нет уже большой необходимости. Нам вполне достаточно продуманных и взвешенных законов, статей Уголовного кодекса, карающих нерадивого медика за халатность, небрежность и профессиональную безграмотность. Как было написано в одной из статей: "Врач должен чувствовать, что вслед за каждым рядовым пациентом в его кабинет может войти прокурор".
Одно время, в печати стали появляться сообщения о том, что в скором будущем студенты химических ВУЗ-ов станут давать "Клятву химика" имени Д.И. Менделеева. Кто следующий?
Изменится ли наша жизнь к лучшему, если все начнут присягать и клясться? Прибавят ли красивые слова честности - продавцу, силы – спортсмену, таланта – артисту? Согласитесь, что нет.
Проблемы отечественного здравоохранения кроются сегодня в другом. У нас не должно быть места черствым и корыстолюбивым людям, их не сделают добрее и милосерднее никакие клятвы. Как писал академик Н. Амосов:
Случайный человек никогда не станет хорошим врачом. Ему не помогут никакие клятвы, если не будет главного – таланта.
ПРАВО НА ОШИБКУ
В повседневной практике врача неизбежно случаются ошибки. Иногда они обнаруживаются лишь спустя столетия, как в случаях с Тургеневым или Моцартом, но чаще - открываются практически сразу, терзая совесть медика всю оставшуюся жизнь. Преступно ли, по сути, добросовестное заблуждение врача? Если – да, то, какого он заслуживает наказания?
"Клятва Гиппократа" не определяла мер правовой ответственности медицинского работника. А вот во времена вавилонского царя Хамурапи (почти за две тысячи лет до нашей эры) за смерть больного лекарю отрубали руку, отрезали язык, выкалывали глаза. Русские летописи рассказывают о том, как врач князя Каракуча, после смерти последнего, был "сведен на Москву-реку под мост зимою и зарезан ножом, как овца". Царский указ от 4 марта 1686 года гласил: "Сказать… всем лекарям: буде из них кто нарочно или не нарочно кого уморят, а про то сыщется, и им быть казненными смертью". Другого мнения был врач и писатель В.В. Вересаев. Он заявлял, что за ошибки врача несет ответственность не он, а медицинский факультет.
Многое приходится видеть за годы своей практики медицинскому работнику. Конечно, это и счастье в глазах спасенного человека, благодарность его родных и уважение окружающих. Но непременно бывают в нашей работе боль и слезы, грязь и смерть. Всегда за спиной у врача, как говорится, есть свое кладбище, и никуда от этого не деться.
"Можно ли пройти врачебную жизнь совсем без ошибок?" – размышляет профессор Н.В.Эльштейн в своей книге "Диалог о медицине", и сам отвечает: "К несчастью, нет". Врачами не рождаются – ими становятся после долгих поисков и находок, утрат и разочарований. У каждого из нас был первый пациент, первая операция, удаленный зуб и т.п. Не всегда все получалось сразу. Не секрет, что оплошности случаются и у медиков со стажем. Так даже С.П.Боткин симптомы прогрессирующей у него ишемической болезни сердца (от которой он впоследствии скончался) принимал за проявления желчекаменной болезни.
А.Марлинский писал: "Если бы нам, медикам, случалось приходить в отчаяние от ошибок, так пришлось бы задавиться после первого дежурства в клинике". Кардиохирург академик Н.Амосов выразил подобную мысль так: "Если бы врачи были обязаны ходить за гробом своих пациентов, наверное, никто не стал бы врачевать".
Касаясь трудностей врачебной профессии уместно вспомнить и слова А.П.Чехова о том, что "у врачей бывают отвратительные дни и часы, не дай бог никому этого". Это - о связанных с чувством высокой ответственности переживаниях за судьбу больного, переживания из-за неудачи.
Великий хирург, анатом и педагог Н.И.Пирогов посвятил специальный труд анализу своих ошибок: "Я хочу осуществить заветную мечту: путем правдивого, открытого признания своих ошибок избавить учеников и начинающих врачей от их повторения".
В истории медицины нередки случаи, когда сломленные смертью пациента врачи сами сводили счеты с жизнью. Так ученик Пирогова профессор С.Коломнин застрелился, а немецкий врач Блок и наша соотечественница гинеколог З.Исакова-Василева – отравились. Многие выдающиеся врачи, будучи не в силах пережить неудачу, отказывались от своей практики. Даже такой крупный хирург, как Т.Бильрот и выдающийся терапевт С.П.Боткин.
Но стоит ли придавать такое большое значение своим чувствам? Ведь страдания пациентов – это, всего лишь, чужие страдания. Или, напротив, забросив семью, врач обязан становиться "рабом" своих подопечных, исполняя все капризы и позволяя им самим руководить своим лечением? Замечательный выход из этой ситуации нашел Н.Молчанов: "К каждому больному, - говорил он, - нужно относиться, как к генералу, но лечить, как солдата!"
Все действия медицинских работников, связанные с неблагоприятными последствиями при лечении, принято делить на три группы: врачебные ошибки, несчастные случаи и профессиональные преступления. При несчастных случаях неблагоприятный исход лечения зависит от случайных обстоятельств, которые врач не может предвидеть и предотвратить. Медицинская помощь в таких случаях оказывается правильно и своевременно.
Врачебные ошибки и преступления связаны с неправильными действиями медицинского персонала, идущими вразрез с общепринятыми правилами и методами.
Врачебная ошибка характеризуется добросовестными действиями врача, хотя они и оказались в результате неверными. Главным признаком профессионального преступления является недобросовестность действий, выражающаяся в небрежности или халатности, самонадеянности или невежестве, не важно, совершены они умышлено или по неосторожности.
Медицина – наука очень консервативная, стремящаяся частоколом инструкций отгородиться от любой неожиданности. Но нередко врач сталкивается с ситуациями, выходящими за рамки общепризнанных, "обкатанных" схем и понятий, упирается в "стену" ограниченных возможностей науки или неверных представлений о природе заболеваний. И тогда для спасения человеческой жизни самые отчаянные идут на опасный и рискованный шаг – эксперимент; иногда выходя победителем, пожинают почет и славу, но нередко, допустив досадный просчет, садятся на скамью подсудимых.
Может ли врач позволить себе такую роскошь, как свободу мысли и действия? Ведь когда говорят, к примеру, о смелом хирурге, надо помнить, что его смелость существенно отличается от храбрости солдата, рискующего на поле брани собственной жизнью.
То же можно сказать и о представителях других медицинских специальностей, которые предлагают новые лекарства и методы лечения, часто более опасные, чем скальпель.
С юридической точки зрения риск оправдан и правомерен, когда опасные действия предпринимаются с единственной целью – спасти жизнь пациента, когда научно доказано, что была объективная возможность достигнуть этого и что иными, не рискованными средствами было невозможно достичь данной цели. В таких случаях больной и его родственники должны знать о степени риска предстоящей операции или манипуляции и дать на нее свое согласие.
Процесс принятия врачебных решений может показаться кому-то несложным. Все, что должны делать врачи, - это правильно собирать и анализировать факты, назначать соответствующие анализы, точно ставить диагноз, выбирать оптимальный способ лечения и следить за его ходом. Однако если бы это все было просто, то врачей давно бы заменили компьютеры. Каждый практикующий врач вам скажет, что на самом деле речь идет об отнюдь не тривиальной ситуации.
У нас не принято сомневаться или полагаться на волю случая, так как цена любой неудачи особая – человеческая жизнь. Однако считаю, что врач имеет право на риск, если того требует обстановка, и даже ошибку, но без элементов халатности или небрежности. "Не ошибается только тот, кто ничего не делает", - гласит народная мудрость. Нужно стремиться к искоренению врачебных ошибок, но преследовать за них, значит, мешать прогрессу.
К сожалению, ошибки – неотъемлемая составляющая работы врача. От них "невозможно полностью уберечься, но можно свести к минимуму их количество и облегчить последствия", - пишет американский врач Ричард Ригельман. - "Если вы никогда не совершали ошибок, повлекших за собой тяжелые осложнения и смерть больного, значит, вы занимаетесь медициной недавно".
У добросовестного специалиста допущенные просчеты стимулируют активную работу над повышением своего профессионального уровня: воспринятые с должной серьезностью, они учат ."И ошибки полезны", - говорил В.А.Оппель. Анализ их причин предупреждает последующие неудачи.
Мы, врачи можем и должны делать свое дело лучше. Мы никогда не достигнем совершенства, но всегда обязаны к нему стремиться. И тогда у нас будет полное право посмотреть в глаза больному и его близким и чистосердечно признаться, что мы сделали все, что могли.
МУЧЕНИКИ НАУКИ
Эксперименты в медицинских и биологических целях необходимы и даже неизбежны. Это самый плодотворный путь раскрытия закономерностей физиологии и патологии человека, важнейшее условие прогресса медицинских знаний.
Основными объектами экспериментов являются животные. На них ставятся острые и хронические опыты; они используются для создания моделей различных патологических процессов, наблюдаемых у человека, и испытываются новые лекарственные препараты. Исследования на животных проводили такие древние медики, как Гален, Везалий, Гарвей и многие другие. Принципиальную роль опытов на животных в становлении физиологии подчеркивал в ХУ111 веке Галлер: "Вскрывать трупы отнюдь недостаточно, - писал он, - необходимо резать живых. В трупе нет движения; всякое движение надо наблюдать на живом существе…" И далее: "Эта жестокость принесла нам больше пользы, чем все другие науки"…
В жертву науке ежегодно приносятся миллионы животных различных видов. Так, например, на улицах Смоленска, где я учился в стенах медицинской академии, практически не встретишь бродячих собак: они отлавливаются самими студентами.
Вряд ли следует доказывать бесспорную необходимость медикобиологических экспериментов и дискутировать со сторонниками отмены вивисекции. Без таких исследований невозможен прогресс во многих отраслях фундаментальной и прикладной науки, в том числе, например, и в пилотируемой космонавтике. Но правы и те, кто говорит о необходимости гуманного отношения к экспериментальным животным: вмешательства следует проводить лишь при действительной их необходимости, не причиняя животным лишних страданий.
В реакциях животных на боль, причиняемую экспериментатором, в прежние времена (до открытия наркоза) видели только неудобство в работе, а не этическую проблему. В древности открыли способ, как "удалить эту помеху": проделывали отверстие в гортани животного, а в последствии стали перерезать гортанный нерв.
Адекватная нравственная оценка факта вынужденного использования животных для экспериментов всегда имелась у большинства прогрессивных медиков. И.И.Мечников писал: "Совесть подсказывает, что всякое страдание, причиненное другому существу - безнравственно". Но этот тезис, как бы снимался в другом признании: "Великие законы, управляющие инфекционными болезнями, и ценные средства борьбы с ними никогда не были бы найдены без вивисекции или даже при одном ограничении ее".
Сегодня ученые-медики в своей научной деятельности руководствуются гуманными принципами: использование животных в опытах должно быть всегда обосновано, а их количество сведено к минимуму. При проведении экспериментов всегда учитывается способность животных испытывать боль, применяются седативные, анальгетические и наркотические средства, а в определенных ситуациях предписывается проведение эвтаназии.
В связи с вышесказанным, большой интерес представляют памятники животным, используемым в медицинских экспериментах. Подобных изображений в память особых заслуг представителей животного мира совсем немного, а попытки составить их обзорное описание - и вовсе единичны.
Наибольшую известность имеет "Памятник собаке" в Санкт-Петербурге, созданный скульптором И.Ф.Беспаловым по замыслу академика И.П.Павлова в 1935 году, моделью для которого послужил реальный доберман-пинчер Рабур, участвовавший во многих экспериментах. Под ним приводятся слова великого ученого: "Пусть собака, помощник и друг человека с доисторических времен, приносится в жертву науке, но наше достоинство обязывает нас, чтобы это происходило непременно и всегда без ненужного мучительства".
В 1951 году в Колуштах Ленинградской области на территории Института физиологии АМН был открыт памятник самому И.П.Павлову. Скульптор В.В.Лишаев изобразил великого ученого в полный рост, к его ногам доверчиво прижималась бронзовая собака.
В Сухуми на территории бывшего Института экспериментальной патологии и терапии АМН, в 1969 году также установлен памятник И.П.Павлову. Скульптор Д.Т.Рябичев изобразил ученого осматривающим подопытную собачку. Там же в 1977 году за заслуги перед медициной открыт памятник обезьянам. Скульптор Г.Рухадзе изобразил сидящего павиана, моделью для которого послужил вожак стада по кличке Муррей. На граните пьедестала высечен текст: "Полиомиелит, желтая лихорадка, сыпной тиф, клещевой энцефалит, оспа, гепатит и многие другие болезни изучены с помощью опытов на обезьянах".
В Польше (г. Двалев) в 1969 году был сооружен памятник лошадям. Так было решено отметить их многолетнее служение в качестве доноров для получения желудочного сока и приготовления разнообразных сывороток.
Среди других представителей фауны, отдавших свои жизни науке, были отмечены и лягушки. В литературе есть упоминания, что по предложению Клода Бернара в конце Х1Х века памятник лягушке был установлен в Париже. В 60-х годах ХХ века еще один памятник лягушкам был открыт студентами-медиками в Токио. В вестибюле физиологического корпуса Львовского мединститута находится миниатюрный памятник-фонтанчик с плачущей лягушкой и трогательной надписью: "Безвинной жертве науки от благодарных студентов".
Научно-исследовательские действия врача весьма разнообразны, некоторые из них сопряжены с риском для здоровья людей и даже опасны для жизни. История медицины хранит многие имена врачей-подвижников науки, проводивших с целью научного познания рискованные эксперименты на себе. Их имена и дела достойны долгой, благодарной памяти. Большое место в этом славном списке занимают отечественные врачи. К сожалению, многие из них незаслуженно забыты или малоизвестны.
Проводя опыты самозаражения опасными инфекционными заболеваниями, исследователи прилагали все усилия к "успешному" их завершению, т.е. заболеванию. Чтобы не исказить клиническую картину болезни, экспериментаторы (например, Г.Н.Минх, В.А.Знаменский) мужественно воздерживались от лечения. Некоторые из них неоднократно ставили на себе такие опыты.
Поражает скромность этих подвижников науки: И.И.Мечников умалчивал об опытах самозаражения холерой и возвратным тифом; Н.И.Латышев, описывая опыт самозаражения клещевым возвратным тифом, указывал, что он произведен неким врачом Н.И.Л.; Г.Н.Минх скрыл, что не позволил себя лечить при возникновении экспериментального возвратного тифа. С полным правом можно сказать, что в большинстве случаев, на проведение этих опытов толкала не жажда славы, а благородное стремление к научной истине во имя интересов общества.
Близки к указанным опытам испытания на себе вакцин и новых лекарственных препаратов.
Так Э.Ульман и Н.Ф.Гамалея испытали на себе антирабическую вакцину; В.М.Хавкин – живую холерную, а затем инактивированную противочумную вакцину; С.К.Дзержговский и В.П.Болдырев – иммунизирующее действие активного дифтерийного токсина; Г.Н.Габричевский – инактивированную стрептококковую противоскарлатинозную вакцину; Ш.Николь и Н.Ф.Гамалея – вакцину против сыпного тифа. Конечно же – это не весь список. Невозможно сосчитать все жертвы, принесенные врачами в борьбе с эпидемиями.
Все эти опыты сыграли неоценимую роль в развитии учения об инфекционных заболеваниях. Были установлены патогенность для человека предполагаемых возбудителей, механизмы заражения и условия, способствующие этому, что позволило разработать меры успешной борьбы с ними.
К сожалению, необходимо остановиться и на опытах с использованием людей, но без согласия или ведома испытуемых. Это явно неправомерные, юридически наказуемые деяния.
Жуткими примерами могут служить преступные опыты фашистских врачей в лагерях смерти, а также действия японских военных медиков. В материалах Нюрнбергского процесса приведены описания этих бесчеловечных опытов с замораживанием, удушением, заражением столбняком, чумой, сибирской язвой, газовой гангреной, сыпным тифом, гепатитом, малярией и т.д.
Медики-нацисты подвергали своих жертв принудительной стерилизации и эвтаназии. Раненым солдатам переливали кровь, взятую у 6-8-летних детей, вследствие чего доноры умирали.
Указанные и подобные им преступные эксперименты на человеке выходят за пределы деонтологических оценок. Они не допустимы и являются областью уголовного права.
ПОЧЕМУ МЫ ТАК МАЛО ЖИВЕМ?
Сведения о продолжительности человеческой жизни в различные исторические периоды скудны и неточны. Изучая останки людей каменного века, ученые пришли к выводу, что первобытное общество было обществом без стариков. Редко кто в те далекие времена жил более 35 лет.
С древних времен люди тщетно искали чудодейственные растения, снадобья, источники и другие омолаживающие средства. Гильгамеш – герой одного из самых первых эпосов, созданного жителями Шумера, отправлялся на опасные поиски таинственного цветка, дающего бессмертие. В древнеиндийском эпосе "Махабхарата" упоминается сок дерева, способного продлить жизнь людей на тысячи лет. Римский писатель Элиан рассказывает о деревьях, плоды которых способны возвращать утраченную молодость. Жители Африки, народы Америки и Азии создавали легенды о воде "вечной жизни".
Не возвращалась молодость правителям Ближнего Востока и Европы, которые, чувствуя приближение старости и пытаясь предотвратить увядание организма, прибегали к варварским методам, выпивая бокалами свежую кровь молодых женщин и детей или принимая ванны из их крови. Известно, что папа Иннокентий У111 умер после того, как ему с целью омоложения ввели кровь трех юношей. Немало "эликсиров бессмертия" и "эликсиров вечной молодости" составляли алхимики, но все напрасно – желаемого эффекта не наступало.
Попытка научного изучения продолжительности жизни впервые была предпринята английским астрономом Э.Галлеем в ХУ11 веке.
Накануне третьего тысячелетия официальные источники нам сообщали, что средняя продолжительность жизни российских мужчин составляет 58 лет, а женщин – на 13 лет больше. Плакать хочется от такой статистики!
Но это еще не все. Среди населения существуют группы риска, жизнь в которых намного короче. Например, военнослужащие. Любопытно, что продолжительность жизни у офицеров армии выше, чем у офицеров флота, а также наблюдается тенденция к ее увеличению по мере повышения воинского звания.
Известно, что продолжительность жизни биологического вида приблизительно равняется времени развития особи от рождения до взрослого состояния, увеличенному в 7-14 раз. Таким образом, человек должен жить не менее 150 лет! Приходится согласиться с мудростью Сенеки, сказавшего, что "искусство продлить жизнь – это искусство не сокращать ее".
В настоящее время имеется более 200 теорий и гипотез, объясняющих с различных позиций механизмы старения. Общеизвестно, что большое количество теорий обратно пропорционально ясности проблемы.
Нормальному старению присуще падение функциональной способности различных органов и систем. Эти малорадостные процессы начинаются уже после 30-35 лет, и значит, профилактические мероприятия необходимо проводить еще раньше.
У каждого из нас с возрастом в той или иной степени развиваются климакс, иммунодепрессия, атеросклероз, ожирение, продиабет, возрастает склонность к злокачественным новообразованиям. Причины таких возрастных изменений, как внешние (микроорганизмы, загрязнение окружающей среды, вредные привычки), так и внутренние (генетические и метаболические, когда организм повреждается продуктами нормального обмена веществ).
Мы все хотим жить долго и счастливо, причем не просто существовать, а быть активными, энергичными, здоровыми. Но начиная с 30 лет, вероятность смерти возрастает, удваиваясь, каждые 8 лет.
В чем же причина болезней, почему из жизни уходят радость, бодрость, сила? Ответ на эти вопросы очень прост: всему виной неправильный образ мышления, пренебрежение простыми и всем известными истинами.
Здоровье бесценный дар, который преподносит человеку природа. Разве может без него жизнь оставаться по-прежнему полноценной, интересной, счастливой? Но как часто люди легкомысленно растрачивают этот дар, забывая, что потерять здоровье легко, а вернуть его иногда невозможно!
Здоровый же образ жизни всегда требует от человека работы, напряжения и определенных ограничений. Но это единственный способ прибавить не только годы к жизни, но и жизнь к годам. Человек не в силах изменить свою генетическую программу, очень непросто исключить влияние экологических факторов, но ведь избавиться от вредных привычек – пьянства, курения, переедания – мы можем, и, значит, - должны!
Врачебная практика свидетельствует, что в большинстве случаев мы имеем, как выражались в Древней Руси, "самохотные болезни", то есть наживаемые по своей воле.
Как говорится, не существует "верного" лекарства от "неверного" образа жизни. С профессиональной точки зрения, даже трагедия Павки Карчагина, воспетого в книге Николая Островского "Как закалялась сталь", - всего лишь пример варварского и безответственного отношения человека к собственному здоровью.
Огромный урон наносит человеку, например, несбалансированное питание. Академик Д.Чеботарев писал: "Питание – практически единственное средство, пролонгирующее видовую продолжительность жизни на 25-40%". А если к рациональному питанию прибавить физическую активность и закаливание – благоприятный эффект удвоится.
Психологическая сфера также активно влияет на качество и продолжительность жизни. Как утверждает директор Института геронтологии Минздрава РФ академик В.Шабалин: "Унылые, злые, агрессивные люди и пессимисты всегда живут меньше".
Бернард Шоу, с присущей ему иронией, сформулировал основные принципы здоровья следующим образом: "Не тревожьтесь, питайтесь регулярно, спите нормально, мужайтесь, надейтесь на будущее. Лучшее тонизирующее – очаровательная женщина. Лучшее лекарство – бодрость…"
Человеческая жизнь, как история болезни. В ней периодически, по меньшей мере дважды (при рождении и после смерти), оставляют свои записи врачи. От их чуткости и профессионализма во многом зависит наша судьба и здоровье. Сегодня в медицине существует еще множество проблем, требующих обсуждения и решения.
Словно о нынешнем дне писал В.В.Вересаев в начале ХХ века: "Медицина становится наукой о лечении богатых, а по отношению ко всем остальным она является лишь наукой теоретической".
В наших больницах не хватает белья и медикаментов, оборудование полностью изношено, десятилетиями не делается ремонт. Вместо анестезии у нас – "терпи", вместо контрацепции – "отстань", взамен лечебного питания – "ешь, что дают".
По просторам нашей необъятной страны победоносно шествует палочка Коха и вирус иммунодефицита человека. Считаю, что мы вполне могли бы потерпеть с фейерверками и конкурсами красоты, пока везде не будет вдоволь шприцев, хлорки и мыла. Ведь одно только соблюдение всеми общественной и личной гигиены дает такое снижение заболеваемости населения, какого нельзя ожидать даже в результате великого научного открытия!
Но, хотя так много недостатков у отечественного здравоохранения, все же не следует переносить наше раздражение на измотанных врачей и сестер. В подавляющем большинстве – они добросовестные и самоотверженные труженики, не знающие покоя и не получающие за свою работу от государства ничего, кроме поздравлений в середине июня.
Сегодня нашим медицинским работникам конституционно гарантирован тяжелый и низкооплачиваемый труд, каждодневный риск заразиться СПИДом, гепатитом С и туберкулезом, бытовая неустроенность и беспросветная писанина, заменяющая мысли. Врач не в силах постоять за свои права, вынужден "лечить" без лекарств, "ездить" пешком и влачить полунищенское состояние. А как чувствует себя пациент бедного и голодного лекаря, вам, надеюсь, объяснять не нужно.
Вот что сказал в одном из своих интервью Дмитрий Васильевич Сергеев, лауреат Всероссийского конкурса "Лучший врач года":
"Конечно, каждый в нашей стране имеет право на бесплатное лечение, но помимо этого каждый имеет право и на информацию о степени его эффективности. Нужно раз и навсегда понять, что лечение бывает бесплатное и… настоящее.
Хороший результат приносит только хорошее лечение, а хорошее лечение у хорошего специалиста стоит хороших денег. Это и есть справедливость. В этом также состоит и свобода. Свобода врача предоставить вам все самые лучшие виды помощи, которые он считает необходимыми и достаточными, и нужное для этого количество времени, а также свобода пациента принять его услуги или, отказавшись от них, перейти к более авторитетному специалисту.
Каждому следует понять, что бесплатное лечение – это то лечение, которое никому ничего не стоит. Оно ничего не стоит пациенту, но ничего не стоит и врачу, что умоляет его усердие.
Дешевое тоже хорошим не бывает. Можно ли всерьез рассчитывать на высокую эффективность препарата за 5 рублей? С тем же успехом можно приложить к больному месту трамвайный билет.
Как часто больные люди жалуются на чрезмерно высокую цену лекарств или некоторые виды медицинских услуг. Они ссылаются на свое финансовое неблагополучие, низкую зарплату, маленькую пенсию. Считаю это довольно слабым аргументом. И вот почему: принять на себя всю полноту ответственности за собственную жизнь и укреплять здоровье можно совершенно бесплатно.
Заниматься лечебной физкультурой, самомассажем, аутотренингом, дыхательной гимнастикой, соблюдать диету, собирать лечебные травы можно совершенно бесплатно в удобное время и в удобном для вас месте. Ну, а тем, кто ленив или занят более важными делами, придется, со временем, поручить заботу о своем драгоценном здоровье профессионалам и соответственно оплачивать их усилия. Третьего не дано.
Как пишет в своей книге "Медицина и время", профессор Н.Эльштейн: "Пора перестать говорить только о праве людей на здоровье. Не может быть права без обязанностей и ответственности за его сохранение".
Значительное же количество больных не желает прилагать никаких самостоятельных усилий, чтобы улучшить собственное здоровье. Они почему-то полагают, что заботиться о нем обязан кто-то другой, на кого можно было бы при случае свалить всю ответственность за свои страдания. Эти люди не желают понимать, что болеют они не по вине врачей, а потому, что собственной пассивностью, табаком и алкоголем, чрезмерным или недоброкачественным питанием, негативными эмоциями, иными словами - легкомыслием, невежеством и ленью превратили свое тело в руины, полностью восстановить которые подчас не представляется никакими методами, ни в какой стране мира и уже ни за какие деньги. Таких больных можно лечить, но практически невозможно вылечить".
Справедливо считается, что успехи медицины могут увеличить продолжительность жизни всего лишь на 5 лет, устранение отдельных воздействий внешней среды – до 7 лет, а ведение здорового образа жизни – на 20 лет!
Как видите, положение не безнадежное, и мы способны значительно продлить нашу жизнь, если тупому созерцанию предпочтем активные и целенаправленные действия по уменьшению скорости развития симптомов старости.
МЫСЛИ О ЛЕГКОЙ СМЕРТИ
После долгих размышлений и колебаний, я все-таки решился на предельно откровенный разговор со своими читателями.
Утверждают, что Будда однажды изрек: "Не найдется такого места на земле, где бы живущего не победила смерть". Другими словами, - все мы смертны. А знаете ли вы, как часто перед своей кончиной человек испытывает страдания тела и духа, которым нельзя найти адекватных слов? Нередко ожидание и страх смерти сопровождаются невыносимой болью, неукротимой рвотой или самопроизвольным отхождением кала и мочи, что заставляет людей терять человеческое достоинство в собственных и чужих глазах.
Известный реаниматолог профессор А.Зильбер пишет, что лишь 3-5% людей умирают так, что им могут позавидовать остальные, но чаще смерть ужасно мучительна и выглядит, как незаслуженная кара за добропорядочную жизнь.
Эпикур говорил, что жизнь заканчивается счастливой смертью, когда ты о ней не думаешь, не боишься и не ждешь. Как бы было прекрасно, когда она была бы естественной, быстрой, не страшной и, если уместно это слово, приятной!
Каждому человеку принадлежит право на жизнь. Вместе с этим, каждый из нас может подвергать себя опасности, рисковать. И это в порядке вещей. В настоящее время все чаще ставится вопрос и о праве человека и на смерть.
Я хочу поговорить с вами об эвтаназии – легкой и безмятежной смерти, или, другими словами, о намеренном ускорении наступления ее у неизлечимых больных с целью прекращения их страданий.
Данный метод достойного окончания жизни официально разрешен в Нидерландах. Пассивная эвтаназия (отказ от реанимации) безнадежных больных практикуется в США, Канаде, Австралии и некоторых других странах. У нас же статья 45 "Основ законодательства по охране здоровья граждан РФ" 1993 года эвтаназию безоговорочно запрещает, однако из этого не следует, что она никем, нигде и никогда не применяется. В связи с этим уместно вспомнить историю с запрещением абортов: их все равно делали, только последствия были более плачевными. Как писал В.Гюго: "Никакие армии мира не в состоянии остановить идею, время которой пришло". Данные опросов свидетельствуют о возрастании числа сторонников эвтаназии как в среде врачей, так и населения.
В связи с этим доктором Джеком Кеворкяном из США был изобретен заправляемый смертельной дозой наркотика и миорелаксанта аппарат "
В качестве исторического примера необходимо отметить, что именно легкую смерть для себя выбрали такие неглупые люди, как Эпикур, Сократ, Сенека, З.Фрейд, Э.Хемингуэй и др. Описан случай, когда К.Бернар пошел на избавление от мук собственной матери, когда счел свои возможности исчерпанными, а она умоляла о смерти.
У каждого человека должно быть право распоряжаться своей судьбой, а медицина должна при необходимости помогать ему в реализации этого права. Во всяком случае, лично для себя я бы этого очень хотел.
Вряд ли эвтаназию следует называть убийством, так как в процессе ее уходит из жизни однозначно умирающий человек, и, устраняя его муки, врач не выходит за рамки своей профессии. Ошибочно утверждение, что человек всегда и безусловно хочет жить.
Узнав о наличии неизлечимого заболевания, у пациентов в начале, отмечается
На последнем этапе, этапе
Я прекрасно осознаю, что эвтаназию никогда не одобрит наша Православная церковь, к которой я отношусь с большим уважением, но ведь делают же врачи аборты и другие плодоразрушающие операции, не считаясь с заповедью "не убий" и клятвой Гиппократа. Мы со спокойной совестью "усыпляем" больных и старых животных, неужели человек менее их заслуживает милосердия? К слову, "милосердием" в древности назывался короткий клинок, которым добивали раненых в сражении. А разве не о пассивной эвтаназии мы говорим, рассуждая о дожившей со времен Н.И.Пирогова до наших дней медицинской сортировке на поле боя, когда выделяем в отдельную группу безнадежных раненых?
В клятве Гиппократа говорится: "Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для такого замысла". Сказано сильно, только необходимо помнить, что в ту эпоху бытовала "мода" на самоубийства у молодых и здоровых людей, и очевидно, что данный пункт "Клятвы" не имеет отношения к неизлечимым больным. Ведь при жизни Гиппократ всегда выступал против затягивания страданий у умирающих.
Говорят, что Франц Кафка, болевший туберкулезом гортани, требовал от своего врача: "Убейте меня! Иначе вы преступник!"
В моей практике тоже были случаи, когда пациенты, несмотря на все принятые меры, говорили примерно следующее: "Я больше не могу терпеть эту боль! Если бы я мог ползти, то лег бы под трамвай! Помогите мне умереть!" После своих публикаций в прессе я получил немало писем аналогичного содержания.
Более половины врачей, моих коллег, слышали подобные просьбы. Я убежден, что прилагать героические усилия для продления мученической жизни заживо разлагающегося человека – безнравственно.
К данной проблеме не может быть однозначного подхода. Лично я считаю, что эвтаназия нужна, но применять этот метод на практике мы еще не сможем, как минимум, лет пятьдесят. У нас нет регламентирующих эту процедуру и исключающих любую возможность злоупотреблений законов, для нее не готовят профессионалов, ее технология научно не разработана, и самое главное – не подготовлено сознание наших граждан, для чего и необходимы дискуссии на эту тему. Они полезны еще и потому, что способны стимулировать развитие всех "ветвей" паллиативной медицины и расширение сети хосписов, значение и важность которых я ни в коей мере не умаляю.
В заключение хотелось бы еще раз отметить, что эвтаназия на сегодняшний день – серьезная медицинская и этическая проблема, требующая не умалчивания, а самого активного обсуждения. Она гуманна и этична, когда применяется с учетом диагноза и по просьбе страдающего и умирающего больного, если введена в рамки закона, исключающего злоупотребления и, когда выполняется профессионалами, не утратившими чувства сострадания.
В завершение разрешите процитировать хирурга и мыслителя Теодора Кохера, который при обсуждении спорных вопросов обычно говорил: "Я так думаю, но, может быть, я и ошибаюсь".
СКОЛЬКО ТАЙН ЖИВЕТ НА БЕЛОМ СВЕТЕ…
«Гораций, много в мире есть такого,
Что вашей философии не снилось».
Нобелевский лауреат Альберт Энштейн считал, что человечество познало менее одного процента окружающего его мира. Сколько же удивительных открытий ждут нас в остальных 99%?!!
Материалистическую теорию устройства мира разделяет сегодня все меньшее число серьезных ученых. Не выдерживает критики и эволюционная теория Дарвина. За полтора века ее существования биологи и археологи не смогли достоверно доказать переход одного вида животных в другой, происхождение человека от обезьяны и самое важное – самопроизвольное зарождение жизни на Земле.
Абсолютно нелепой оказалась точка зрения о "случайном" появлении молекулы ДНК, определяющей жизнь на нашей планете. Намного сложнее, чем предполагалось раньше, устроен и окружающий нас космос.
О том, что миром правят не случайности, а "разумные силы", недоступные человеческому пониманию, писали еще К.Циалковский, В.Вернадский, А.Энштейн, "отец" кибернетики Н.Виннер.
Глубоко религиозными людьми были Ньютон, Пастер, Пирогов и многие другие выдающиеся ученые. Искренняя вера в Бога совершенно не мешала им серьезнейшим образом заниматься наукой.
Так откуда все взялось, и к чему это "все" стремится? Был ли Творец, и кто был этим Творцом? В Библии есть ответы на все эти вопросы, думаю – будут когда-нибудь и у науки, только не надеюсь дожить до этого светлого дня.
Каждый человек испытывает не самые лучшие эмоции, вспоминая о смерти, но стрелки часов неумолимо приближают нас к печальному финалу. В бессмертие верят только дети, всем же остальным надлежит быть готовым к кончине. Но когда и как начинать эти приготовления? Чем на самом деле является смерть и ждет ли нас что-нибудь после ее прихода? Не является ли она простой метаморфозой и сменой оболочки, как в случае превращения: гусеница – куколка – бабочка?
Все это важнейшие вопросы человеческого существования. Согласитесь, что наше бытие во многом теряет свой смысл и значение, если знаешь, что после нас остается только "ничто".
Опыты, проводимые на кафедре нормальной анатомии человека Смоленской медицинской академии доктором медицинских наук Владимиром Глотовым и Дмитрием Сергеевым, показывают, что у большинства умерших, в ближайшие три дня после смерти, значительно повышается амплитуда сигналов с биологически активных точек поверхности тела.
И это еще не все. "Активность" точек дает парадоксальные "всплески", после любого вмешательства или манипуляции над трупом. Из чего следует, что умерший человек непостижимым образом продолжает реагировать на внешние раздражители, а другими словами – "чувствовать"! Пока этим фактам нет традиционных научных объяснений, они – основа диссертации моего брата Д.Сергеева.
Опять же, наблюдения доктора Р. Моунди, описанные в его книге "Жизнь после смерти", говорят о том, что даже тогда, когда нет жизненных функций организма, какие-то уровни сознания продолжают воспринимать окружающее. Совершенно разные люди рассказывают нам, привыкшим доверять только показаниям приборов, об одном и том же: человеческая жизнь не прекращается со смертью тела.
К сожалению, большинство наших современников почти утратило способность ощущать, что за величественными картинами природы есть еще некая невидимая реальность, изначальная и вечная, находящаяся вне диапазона наших пяти чувств. Может, поэтому мы и столкнулись с невозможностью познать мыслительные процессы возникающие в нашем мозге, о чем неоднократно заявляла академик Н.Бехтерева, объяснить паранормальные явления, постичь удивительную гармонию и бесконечность Вселенной?
Мы перестали понимать, что древние храмы, иконы и книги, которыми мы не перестаем восхищаться, появились не на пустом месте и имеют важнейшую духовную первооснову.
Приводимые мною примеры свидетельствуют о том, что современная наука уже не входит в противоречие с религиозным восприятием мира, а возникавшие в прошлом разногласия со временем убеждают нас в справедливости того, что "малое знание уводит от Бога, а большое приводит к нему". Древние храмы, и книги, сошествие Благодатного Огня на Пасху,
"Нужно иметь мужество признать, что мы не знаем того, что знать нам пока не дано", - сказал Гельвеций.
Наша Земля насыщена жизнью в таком изобилии и разнообразии, что это потрясает воображение человека. Как появилась наша родная планета и все ее обитатели? Предлагаю рассмотреть этот вопрос без предубеждений.
Между теорией Дарвина и, например, библейскими сведениями имеются кардинальные различия. Сторонники эволюции утверждают, что сотворение не совместимо с наукой. Справедливости ради, давайте подумаем: насколько научна сама эволюционная теория?
Сегодня среди эволюционистов имеются большие разногласия не только относительно причин эволюции, но и в отношении самого его процесса.
Версия Дарвина, изначально была полна колоссальных пробелов. С развитием науки их становится все больше, потому что многие примеры, употребляющиеся ранее в защиту эволюции, теперь уже не могут рассматриваться, как таковые.
Ни один современный ученый не может объяснить, как возникла жизнь из неживой материи. Химикам ни разу не удалось воспроизвести это экспериментально. И вот почему. Известно, что даже одноклеточные организмы непостижимо сложны, поэтому "вероятность случайного зарождения жизни в первичном "бульоне" сравнима с вероятностью, что энциклопедический словарь является результатом взрыва в типографии". А что, если случайностей в природе вовсе не бывает?
Синтез белков, из которых построено все живое, как известно, зависит от ДНК, но вот задача: ДНК не может образоваться без уже существующего белка. Видимо, как в загадке про "курицу и яйцо", они появились одновременно, а не эволюционировали.
Если даже предположить, что каким-то непостижимым образом произошло самозарождение первой клетки, то где доказательства, что она затем стала прародительницей всех земных существ? В этом случае палеонтологи должны были бы находить в каждом геоисторическом слое огромное количество переходных форм животных, но этого в действительности нет. Напротив, ископаемые остатки свидетельствуют, что различные роды и виды живых организмов появлялись на земле внезапно, существовали на протяжении долгих периодов, не испытывая значительных изменений, пока некоторые из них не вымирали, причем не редко потомки были менее приспособлены к условиям окружающей среды, чем их предки. Какая же это эволюция?
Согласен, что наиболее приспособившиеся виды животных имеют гораздо больше шансов выжить, но это совершенно не объясняет, как они появились.
Наконец, невозможно признать эволюцию удивительного человеческого интеллекта, как результат беспорядочных изменений в клетках мозга низших животных. Стихийный процесс не мог бы создать его огромный и, большей частью, не реализованный потенциал. А наше самосознание, осмеливающееся иногда утверждать, что чудес не бывает, не является ли оно само по себе чудом?
Справедливости ради, нужно сказать, что сам Дарвин признавал несовершенство своего учения. Он, например, писал: "Предположение, что глаз… мог быть выработан естественным отбором, может показаться, сознаюсь в том откровенно, в высшей степени нелепым".
Таким образом, эволюционную теорию, как и наличие некого Творца, нам во многом приходится принимать "на веру". Третья версия - теория привнесения жизни на нашу планету из космического пространства, вообще не отвечающая на главные вопросы, лишь отодвигает проблему ее появления на окраины Вселенной.
Опираясь на имеющиеся сегодня научные данные, можно смело утверждать, что человек произошел не от обезьяны. Все обезьяноподобные существа, жившие в прошлом, были не кем иным, как вымершими видами человекообразных приматов. Однако, ископаемые древние люди – неандертальцы, лишь слегка отличающиеся от нас, служат примером разнообразия внутри человеческого рода, подобно сегодняшнему разнообразию среди существующих типов людей.
Основным механизмом, позволяющим организмам одного вида стать организмами другого вида, по мнению эволюционистов, являются мутации, то есть поломки в хромосомах половых клеток, передаваемые потомству. Но генетиками доказано, что на каждую полезную мутацию в природе приходятся тысячи вредных. Согласитесь, что глупо ждать чего-либо путного от хирурга, делающего на одно верное движение тысячи ошибочных. То же можно сказать и об эволюции.
К слову, результатом мутации может быть только вариация уже имеющегося признака. Она представляет разнообразие, но не производит ничего принципиально нового. Мутации, например, могут изменить цвет и даже структуру волос, но никогда не превратят их в перья.
По-моему эволюционная теория Дарвина по-прежнему остается лишь одной из гипотез, которых в настоящее время около десятка. Вдумчиво относитесь к каждой из них. Вполне возможно, что многие законы природы, о которых сегодня мы лишь догадываемся, реально существуют, хотя пока еще и не открыты.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:
Николай Амосов "Мысли и сердце", "Молодая гвардия", Москва, 1976
Н.Н.Блохин "Деонтология в онкологии", "Медицина", 1977 г.
Е.А.Вагнер, А.А.Росновский "О самовоспитании врача", Пермское книжное изд, 1976 г.
В.В.Вересаев "Записки врача", Москва изд. "Правда", 1986 г.
С.С.Вайль "Некоторые вопросы врачебной деонтологии", Ленинград "Медицина" 1969 г.
А.П.Громов "Врачебная деонтология и ответственность медицинских работников", Москва "Медицина",1969 г.
В.И.Дедюлин "О памятниках животным – объектам медицинских экспериментов", "Вестник истории военной медицины", выпуск 1, Санкт – Петербург, 1996 г.
Жуана Жак "Гиппократ", "Феникс", Ростов-на-Дону, 1997 г.
В.И.Западнюк "Ученые мира о старении и долголетии", изд. "Знание", Москва, 1974 г.
А.П.Зильбер "Трактат об эйтаназии", Петрозаводск, 1998 г.
"Деонтология в медицине" под ред. Б.В.Петровского, "Медицина" Москва, 1988 г.
Е.И.Лихтенштейн "Пособие по медицинской деонтологии", изд. объед. "Высшая школа", Киев, 1974 г.
М.П.Мультановский "История медицины", Москва "Медицина", 1967 г.
Н.А.Магазаник "Искусство общения с больным", Москва "Медицина",1991 г.
Р.Моунди "Жизнь после жизни", СП "Эльба", Москва 1990 г.
Ричард Ригельман "Как избежать врачебных ошибок", "Практика" Москва 1994 г.
Н.В.Рябушкин "Современное христианское богословие и медицина", Москва "Медицина", 1970 г.
С.Д.Носов "Вопросы деонтологии в научно-исследовательской работе", Москва "Медицина", 1975 г.
А.Я.Иванюшкин "Профессиональная этика в медицине", Москва "Медицина", 1990 г.
Р.В.Суворова, Г.Л.Микиртичан "Клятва Гиппократа и современные проблемы биоэтики", "Вестник истории военной медицины", выпуск 1,Санкт–Петербург, 1996 г.
И.С.Сук "Врач как личность", Москва "Медицина",1989 г.
М.Э.Телешевская, Н.И.Погибко "Вопросы врачебной деонтологии", Ленинград "Медицина", 1978 г.
Евгений Чазов "Здоровье и власть", "Новости", Москва, 1992 г.
Н.В.Эльштейн "Медицина и время", Таллинн "Валгус",1990 г.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/