БРАЧНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ

Было без малого десять утра в одном тёплом июльском дне 2168 года когда Джулия Муун Форстер села за одним небольшим столом под покрашенным в белые и красные полоски навесом террасы кафе "Медового блинчика", в северо-западной части восьмимиллионного Детройтского мегаполиса, распростёршегося на террасах и по дну озера Эри. Она была 35 летней сочной блондинкой, с соломенно-жёлтыми волосами, торчащими в сторону как крыша старинного сельского дома, которые свисали над её изящным ушным раковинам, с которых спускались вниз янтарные серёжки в форме маленькой кисти спелого винограда. Спереди её волосы закрывали слегка большие и тёмно-коричневые глаза с расширенными как пуговицы для пиджака зрачками и завитыми длинными бровями, которые занимали нижнюю часть разрисованного как житное поле лба. На Джулии была надета бледно-жёлтая летняя кофточка с нарисованным спереди в её самой глубокой части стаканом с зелёным напитком, от которого вылетали разноцветные круглые пузырьки, которые становились вверх всё крупнее, и где-то около её левой груди в одном блестящем синеватом пузырьке было написано: "Свежая как девичья грудь!" — реклама "Муун колы". Её кожа была загоревшей от солнца, включая и её стройные ноги под шортами имитирующими слоновую кожу, или точнее обе задних ног молодого слонёнка с закривлённым в сторону хвостиком, если смотреть сзади, а спереди кожа собиралась в рельефную бутафорную застёжку-молнию, которая начиналась с пояса, но этого не было видно потому что она прикрывалась кофточкой, и заканчивалась большой пряжкой в нежней части. Усевшись за столом она теряла часть своего сексапиля, потому что прикрывала слоновую задницу, под которой находилась одна не лишённая прелестями часть её тела.

Джулия ожидала свою подругу Мэри Джейн, с которой не виделась было долгое время, потому что Мэри стала хорошей модисткой и нашла себе работу в одной фирме во Фриско, далеко на тихоокеанском побережье, и до сих пор приходила лишь два раза сюда и всё торопясь и по делам, так что всё не могли встретиться, в то время как теперь она собиралась стоять около недели и они договорились провести всё время до обеда в приятных разговорах и воспоминаниях. Условленный час уже чуть прошёл и Джулия осматривала озабоченно прохожих вокруг, но так как не имела никакой идеи как выглядит теперь её подруга, кроме её высокого роста и зелёных глаз, которых с трудом можно было изменить, она могла только гадать которая из дам могла быть вопросная Мэри. Косметика делала чудеса и хорошо, что в кафе не было много людей в этой части дня, а и Джулия упомянула, что будет с какой-то рекламой "Муун колы", как она обычно делала, потому что по одному совпадению такова была и её материнская фамилия, так что могла себе позволить радоваться хорошему дню и не беспокоится особо о распознавании. Наиболее вероятно Мэри будет в зеленоватой гамме и в чём-то модерном — может быть как русалка среди зелёных водорослей, или что-то в этом роде. Кроме того она знала и её походку, которая была быстрой и энергичной, причём её правая рука делала махов пошире чем левая, а и одна 40 летняя дама, положительно не будет тощей как щегол, по крайней мере потому что никогда не была такой, так что имелись шансы узнать её издали.

Уж точно не эта девушка с шляпкой как розовый бутон и в розовом платье на белых каплях, как будто от росы; ни та женщина в жёлтом как крокус свободном платье с зеленоватым краем снизу, потому что она еле-еле плетётся, а и повернула в другую сторону; ни та с платьем как воздушный шар, прижатым резинками к её ногам и рисунком как у пёстрой арбузной корки — уж растолстеть настолько деловая дама как Мэри не было возможным, да и эта вроде уже зашла за пятьдесят. Не может быть и это белая фея с платьем с нарисованным спереди яблочным деревом и двумя яблоками покрупнее как раз в том месте где человек и может ожидать найти что-то более сочное. Но вот эта с зеленоватыми волосами и с шапкой как огромная тропическая бабочка куда это так заторопилась? Ну да, будет торопиться раз опаздывает уже целых десять минут, и будет размахивать рукой как будто держит палку в ней, потому что чего ей ещё остаётся при этой походке. И Джулия подняла руку со своего стола как только заметила, что вопросная бабочка вступает на террасу.

— Хеллоу, Джули! — прикрикнула Мэри, которая тоже узнала свою подругу и направилась к столу развевая полы платья, которое было разрисовано огромными стеблями зелёной травой с каплями росы по ним и одной большой прыщеватой лягушкой усевшейся спереди где-то в пяди под её поясом. Когда поворачивала между столами со спины её платья показалась голова большого кузнечика, который чесал свою головку передней ножкой. На лице Мэри расцвела счастливая улыбка, которая дополнила блеск её зелёных глаз и потом, рассматривая свою подругу, она добавила — "Свежая как девичья грудь", как всегда. Рада тебя видеть, дорогая.

— И я очень радуюсь Мэри, потому что годы текут а мы всё не можем с тобой встретиться с тех пор как ты побежала на запад. Я секретарствую себе здесь и вообще не думаю покидать этот муравейник, а ты продвигаешься всё вверх и вверх в своей карьере. Или воды тебе здесь показалось мало, так что поехала к большей воде, а? Тихий ли хотя бы этот океан там или только так его называют?

— Когда тихий, а когда нет, дорогая — добавила Мэри. — А насчёт карьеры ты не совсем права, потому что ничего особого я не делаю, просто там нашла текстильную фирму которая захотела чтобы я работала для них, а здесь мне не предложили. Если теперь мне предложат то почему бы и не вернуться, хотя здесь, всё таки, холоднее, особенно зимой. А вообще, с работой как и с мужчинами — все служат для одного и того же, но с некоторыми тебе приятнее.

— Ну-у, я бы не сказала, что совсем одно и тоже. Имеются некоторые различия, я тебе скажу. Я не то чтобы совсем на пробовала с разными мужчинами, но после того как попала на Бена Смита, не поменяла бы его ни за що на свете.

— Ты всегда была более романтичной, Джули, но я не вижу большой разницы у мужчин. Ну, какой-то

сантиметр

больше или меньше, имеется, в самом деле, но со всём свыкаешься — подмигнула Мэри.

— О-о, я не говорю тебе о сантиметрах, дорогая, и ты это знаешь. Но, смотри, давай выбирай себе что-то, чтобы не стоять перед пустым столом. Здесь делают хорошие блинчики, если не позабыла, и я бы взяла пару-другую различных, и одно капучино. Посмотри на меню и решай.

Мэри Джейн нажала на кнопку на столе перед ней и там засветился один плоский экран, а двигая пальцем небольшой шарик просмотрела быстренько компьютерное меню и промолвила:

— Ну хорошо, пусть будут блинчики. Можно и капучино, но я бы предпочла одно холодное "Кампари", потому что при такой хорошей погоде нет ничего приятнее горячего мужчины или холодного "Кампари". И поскольку у меня нету под рукой мужчины, то буду довольствоваться питьём, ведь так?

— Эх, я обычно не начинаю свой день так рано таким образом, но на этот раз так и быть, из за нашей встречи можно и немного вермутика, раз так порешила, дорогая. Набери если хочешь и для меня, чтобы вместе приехали.

— Чем, говоришь, не начинаешь так рано день, я не поняла: мужчиной, или питьём? — подбросила Мэри.

— Только питьём, дорогая, раз хочешь чтобы я была более точной. Довольна ли теперь? Иногда тебя прямо трудно выносить раз затронем тему секса, да ладно, раз в шесть лет можно тебя и вытерпеть.

— Семь лет, Джули, и несколько месяцев, так как увиделись в последний раз вечером самого длинного дня, по поводу дефлорации старшей дочки Джоаны, Элеоноры, которой недавно исполнились тогда 16 лет и она отправилась с один сладким мальчиком — Джорджем, или Джеремом, или Джимом, не помню точно — в Палату Дев чтобы провести там свою первую ночь с мужчиной. Джоана всё хвасталась, что Эли пошла туда чтобы потом её не заставляли являться перед медицинской комиссией когда ей исполнится 18 лет, для того чтобы проверять дефлорирована она или нет, а то иначе уже два года как спала вместе с этим мальчиком и давно не была девственной, но, что делать — законы. А и Праздник Дев, всё таки, одна хорошая традиция с десятилетий, и каждая молодая девушка или мальчик идут туда с радостью, потому что: какова польза от одной закупоренной "бутылки", если не можешь попробовать напиток в ней — так сказала было маленькая Эли и её мать весь вечер повторяла это. А месяцем позже я уже отправилась к тихоокеанскому побережью вместе с моим Дейвидом Споттом и со своими тремя детьми, и вот меня лишь теперь, через больше чем семь лет, снова здесь пить своё питьё с моей дорогой Джулией, которая не начинает свой день рано охлаждённым алкоголем, а только горячим мужчиной, и то если его зовут Бен Смит. На здоровье Джу, и для счастья в твоей жизни. — вымолвила Мэри и подняла рюмку рукой, потому что, пока декламировала свой монолог, одна роботизированная тележка с их заказом прикатила к столу.

— И для тебя, Мэри. На здоровье, нимфоманка такая. Коли речь зайдёт о сексе, ничего не может тебя удержать. Но скажи мне, ты ещё ли с Дейвом Споттом или уже нашла себе и третьего и четвёртого?

— Ещё, дорогая, успокойся. И не думаю менять его из за какого-то сантиметра больше, если хочешь знать. Не то что отказываю если кто-то мне понравится и Дейвид не под рукой, но не чаще чем 3-4 раза в год, и не повторяю, значит, потом. Не такая я, как ты обо мне думаешь, и только слова мои кажутся больше твоих. Вот, например, жила с Джильбертом Джонсом больше пяти лет и родила ему Патрицию Джейн Джонс и, по всему видно, что и он доволен, а и Патриция не имеет ничего против, даже думает стать и она модисткой, во всяком случае у неё есть чувство композиции и хорошо работает компьютерным художником. Теперь живёт недалеко от меня с одним молодым студентиком, и кажется думает родить ему одного ребёнка, да только всё думает мальчика или девочку, а я ей говорю, что лучше всего вообще не ходить на медицинский осмотр до шестого месяца, чтобы не знала что за ребёнок родится, а то теперь молодые ходят ещё после первого месяца и так теряют весь интерес ожидания. — Мэри отпила от рюмки и продолжила. — Потом после двух лет, как говорится, случайных и периодичных связей я остановилась на хорошо известного тебе Дейва, и через определённое число упражнений утром и вечером родила ему мужского ребёнка названного Питером Джейном Споттом, который тоже не имеет ничего против, что я это сделала, и один из самых сумасшедших в местной команде скаутов и уже подходит к своему тринадцатому году. А не задолго до того как я понеслась на запад родила ему, Дейву конечно, и Монику Джейн Спотт, которая уже второй год как ходит в школу. Потом отказалась рожать, не потому что мне это так надоело, а потому что исполнила свой определённый законом лимит, а у меня нет лишних миллионов чтобы заплатить взнос для четвёртого ребёнка. Дейв, однако, всё ещё имеет право на третий ребёнок и я ему часто говорю найти себе другую девушку для этой цели, да он отпирается, и я начинаю думать, что может быть я возьму под конец и выйду за него замуж. Да куда торопиться?

— Так, Мэри, я об этом и собиралась тебя спросить — почему ещё не сделала это, дорогая? С этими тремя детьми, и если через пару лет тебе исполниться 40, то никто не может тебе ничего сказать, если решишь выйти замуж.

— Спасибо за комплимент, но они мне недавно исполнились, а и ты кажется это знаешь, Джу. Оно понятно, что никто мне не помешает, но к чему торопиться, раз ещё не собираюсь отказываться от мужчин? А и всегда могу это сделать. Давай снова на здоровье, и похвались и ты чем-нибудь, дорогая.

— Так оно у меня ничего нового нет. Моей дочери Эвелине уже идёт 15 год и в следующем году будет ходить на Праздник Дев, но думаю, что она ещё девственна, хотя её и не спрашивала, потому что ... ведь знаешь, дети сердятся когда их много расспрашиваешь. Выросла она красивая и высокая как жердь, но ещё возится с куклами и как будто ни на что не способна, кроме как родить какого-то ребёнка когда подрастёт ещё, но и я не блестела большими способностями в её возрасте, а теперь живу себе свою жизнь и думаю, что счастлива. Потом появился Джон, который был ещё в детском саду пока ты была здесь, но теперь пошёл в отца и всё мастерит разные роботы и обучает их. Обе дети с моей материнской фамилией и отцовской Смит. Скучное дело, не как у тебя — решила укусить её немного — но я довольна и продолжаю свою секретарскую работу, да только мои начальники меняются через три-четыре года. Так поскольку уже 16 год как я с Беном вот и думаю ... думаю выйти за него за муж. Что на это скажешь, Мэри?

— Выйти, кх, кх, за муж, говоришь? — подавилась слегка Мэри, которая как раз проглатывала кусок своего блинчика с вареньем из смоковниц и реплика её порядочно удивила. — Ну-у, видишь ли, оно не то чтобы не могла, закон позволяет, но куда торопишься, т.е. почему решила это делать, можешь ли мне объяснить?

— Ну, раз живу с ним больше десяти лет, значит имею право выйти замуж, кроме того у меня двое детей, и мне уже исполнилось 35, так что решила, что можно и сделать ему когда-нибудь предложение.

— Оно ясно, что раз в этом возрасте и с детьми, которые несут его фамилию, никто тебе не запретит. Вот, если бы была моложе 30 и если бы у тебя не было детей, то тогда можно было искать и свидетелей, а ежели бы тебе было и меньше 25 то вообще и не разрешили бы, но я тебя спросила

почему

хочешь выйти замуж, так?

— Ну, Мэри, я так долго живу с Беном, и он со мной, и я, ну, думаю, что люблю его, и потому ...

— Хо, хо, хо-у, ты меня уморишь, дорогая! — ответила Мэри. — Так разумеется, что его любишь, иначе почему будешь жить с ним, ведь так? Но я тебя спросила почему тебе нужно выходить замуж, или ... Да ты неужели думаешь, что раз любишь кого-то, то обязательно нужно выходить замуж? Оно, верно, что когда-то раньше было так, но ты ведь знаешь, что в прошлом веке началось постепенно получаться так, что на три брака приходился один развод, потом на два один, пока в ряде стран разводы превысили и 70 % браков и продолжали ещё подниматься. Ну, разводы не сумели превысить число браков, потому что, всё таки, чтобы развестись человек должен сначала жениться, а случались и некоторые женатые люди, которые так и помирали себе перед тем как успеть развестись, но после того как превысили 50 процентов то люди стали спрашивать себя: какой смысл жениться, и потом разводится, чтобы можно было опять жениться? Ну-у, не было смысла, и потому где-то когда я родилась, уже было решено, хотя бы в Американских Штатах, что никто не имеет право жениться пока не родится хотя бы один ребёнок и он не достигнет возраста хотя бы чтобы пойти в школу, или пока не пройдут хотя бы 10 лет их совместной жизни, но как правило никто не делает это до 40, а то и до 50 летнего возраста. И потому теперь разводов меньше 10 % браков и никто не жалуется по этому поводу. Ясно ли тебе? — Мэри остановилась немного чтобы доесть свой блинчик, попробовала и из другого и потом продолжила. — Выходи замуж, раз невтерпёж, но положи сначала в сторону деньги на развод, потому что половины годового секретарского оклада вроде бы не хватит. Люди женятся, нормально, когда откажутся от секса и начнут платоническую старческую любовь, а я как смотрю что ты ещё "свежая как девичья грудь", что-то мне не верится чтобы решила так поступать, а?

— Ну-у, уж такую жертву делать из за брака ещё не решилась, разумеется, но женщина как-то более спокойна когда у неё законный муж рядом с ней, не находишь ли?

— Да послушай, Джу, о каком спокойствии мне говоришь? Спокойствие искали женщины раньше, чтобы могли задержать мужчин покрепче, чтобы те у них не сбежали, потому что им надо было и работать и заботиться о детях, а то иначе мужчинам это не очень-то хотелось. Теперь знаешь очень хорошо, что, по крайней мере в Американских Штатах, каждый мужчина или женщина в возрасте с 20 до 50 лет платит себе официальные с 5 до 15 процентов содержания, в зависимости от доходов и числа детей, а потом каждый ребёнок получает установленное минимальное содержание, только что пока ему ещё не исполнилось 14 лет, эти деньги получают те, которые его выращивают, которые опять те же самые люди, чаше всего. Это социализм, дорогая, не слыхала ли — дети принадлежат нации и потому нация заботится обо всех; ну, это не коммунизм, как раньше думали, когда и женщины должны были быть общими — хотя они опять общие, да если сама хочешь. Так что вопрос не в спокойствии; я думаю, что ты просто немного старомодная, но в этом нет ничего плохого, и у меня одна коллежка в фирме, которая вышла замуж даже в 30 лет, только с одним 9 летним мальчиком. Если это тебя так уж и беспокоит, то сделай это, но лучше подумай ещё, или подожди пока тебе не исполнятся хотя бы 40. ... А-а, слушай, давай повторим мы этот алкогольчик, а то с ним как с мужчинами: ни разу можно, но только раз, за почти что два часа, нельзя, а?

— Спасибо, Мэри, но я больше не хочу пить, кроме, может, одну из моих кол. Так и я думаю как тебя, но в последнее время мне кажется, что если я ему не сделаю предложение, то возьмёт и он его сделает, понимаешь ли? А потом может и будет жалеть, потому что, что скажут его друзья когда узнают об этом?

— Да с какой стати он? Неужели он тебе детей рожал, а? Ишь ты его, нахала! Да-а, это уже серьёзно, потому что, ни ему отказать, ни принять. Кроме как ответить ему уклончиво, да опять не годится. Однако послушай, почему не поживёте немного раздельно, хотя бы на 2-3 недели, а?

— Эх, Мэри, пробовала и это. Каждый год еду куда-то отдыхать одна. Не чтобы искать других мужчин, понимаешь, а просто чтобы отдохнуть. И что думаешь? — Через неделю и он ко мне прискакивает! Не то, что не звонить предупредить меня, или что приезжает чтобы последить за мной — не-ет, просто ему становилось скучно. Да и я на него не сержусь, потому что и мне становится скучно ещё на третий день, и так ...

— Ну, смотри теперь: чтобы мужчина делал предложение это, в самом деле, очень старомодно и случается, кажется, лишь в пару процентов из случаев, если можно верить этим социологическим статистикам. Нужно будет что-то предпринять, чтобы не случилось. Знаешь ли, как будто выдумала что-то. Почему не соберётесь приехать ко мне в гости во Фриско? Не теперь, понимаешь ли, потому что теперь очень жарко, так ведь мы на широте Афинах, но к концу сентября или даже октября там чудненько. Или тоже в апреле, только что апрель он очень далеко. А там когда приедете оставишь его один вечер поговорить с моим Дейвом — по мужски, как говорится — а я ему объясню заранее ситуацию и может быть это поможет. А до тех пор смотри удерживать как-то мяч, обмани его что-то, коли надо, намекни ему, что хорошо чтобы сперва маленький Джон стал совершеннолетним, чтобы ему не смеялись дети в школе, что-то такое.

— Почему бы и нет, Мэри? Благодарю тебе, дорогая. Так я и думала, что ты что-то придумаешь. Объясню ему, что пока не пройдёт дефлорация Евы, которая будет лишь в следующем году, не прилично думать о нашей свадьбе. Да, разумеется, это поможет. А потом можно будет договориться подождать и чтобы мне исполнилось сорок лет и всё будет в порядке. Браво, Мэри! Возьму и я выпью ещё чашечку по этому поводу — и она набрала заказ на пульте на столе, добавив. — И для тебя, да?

— Спасибо, Джу, да только что эта будет последняя, а то уже довольно долго засиделись, а у меня и другие дела. Ну, если уж совсем ничего не получится, в чём я глубоко сомневаюсь, не думай, что я не буду радоваться увидеть тебя в чёрном платье для свадьбы — оно положительно будет тебе хорошо идти!

— Ну, я его когда-нибудь и надену, полагаю. Как и ты, наверное. Оно, рано или поздно, каждый должен жениться, или выйти замуж, чтобы дожил спокойно свои оставшиеся годы и порадовался внукам, однако теперь слишком рановато, дорогая, так что я постараюсь, чтобы приехали к тебе в гости.

— Приезжайте, когда сможете, хоть теперь, но лучше всего через пару месяцев, когда жара уляжется. Вот тебе мой адрес, чтобы был у тебя под рукой, хотя всегда можешь узнать его по компьютерной сети. Ну, давай опять на здоровье, за нашу встречу и за успех в начинании.

— За успех, Мэри, и за твоё здоровье.

— А ты знаешь, Джу — продолжила она, после того как проглотила приличный глоток холодного напитка, — я где-то читала, что в славянских языках даже не говорили что люди женятся, а использовали какое-то слово как мусор, свалка — что-то такое — так я подумала, что эти славянские души может и лучше чувствовали вещи, а? Так ведь, оно, человек когда поженится, больше для чего годится, кроме как подготавливаться к своим похоронам? Он вообще списан уже с жизни, не так ли?

— Ну, как будто так, как ты говоришь, Мэри, но и это должно иметь свои прелести, раз так много веков практиковалось. Как бы то ни было — всему своё время! На здоровье в последний раз, дорогая.

Чуть попозже слоновый зад поднялся и зашатался слегка в сторону выхода, в сопровождении зелёного кузнечика, который всё ещё мыл своё лицо передней лапкой и наверное был счастлив, потому что ему не надо было разрешать такие сложные проблемы как выбрасывание здоровых и крепких людей на мусорную свалку, только потому что не могли жить вместе со всеми людьми, а предпочитали узкое общество двоих влюблённых, не понимая, что в этом мире всё до времени и люди должны ограничиваться от общества лишь тогда, когда и оно начнёт понемногу исключать их из себя. Вот такие дела.

* * *

Примерно два года позже, одним ранним послеобедом, оставшись один дома, Бенджамин Смит, электронный инженер, который через год должен был достичь средний возраст из 40 лет, и который провёл почти половину этого времени с одной Джулией Форстером, с девичьей фамилией Муун (из за чего она была падкой на "Муун Колу"), и которая, собственно, очень его любила, так же как и он её, перелистывал одну папку с разным барахлом со своих студенческих лет и попал на какой-то уже пожелтевший листочек, содержащий компьютерную распечатку с 10-ю женскими именами и адресами под ними, третье из которых было огорожено красной шариковой ручкой, а против первого и второго были помещены спереди небольшие галочки. Он как раз собирался выбросить его в корзинку, вместе с несколькими непонятными записками, писанными уже забытым им детским шифром в его ученические годы, несколько неудавшихся стишков с того же времени, какой-то амулет поставленный в прозрачной рамке где на зелёном бархатном фоне находился высушенный мыший хвост закрученный как восьмёрка и защипанный в середине, между кружочками цифры, одной клешней речного рака — самый лучший в этой части Галактики амулет предохраняющий от злых сил с четвёртого измерения — и всякие другие ненужные глупости, когда заметил, что огороженное имя было Джулии Муун Форстера, или, в сущности, той же Джулии, с которой он уже 18 лет живёт счастливо и нераздельно. Тогда он припомнил себе ...

Припомнил себе, что в свои студенческие годы он прочёл было в какой-то книжечке, что один мужчина не может переспать со всеми женщинами мира, но всё таки должен

попробовать

! И он начал пробовать, соблюдая чётко условие избегать повторений, чтобы мог увеличить число девушек. В начале всё шло чудесно, через полгода всё было идеально, через ещё пару месяцев всё было всё ещё отлично, а через год с лишним в другой старой книжечке прочитал, что под солнцем не было ничего нового и сразу этим согласился на базе уже накопленного личного опыта. Тогда он как раз заканчивал свою учёбу в ВУЗе и как человек точных наук сделал самое простое, т.е. то, что делали уйма других молодых людей как его — собрал свою стипендию примерно за полмесяца и направил заявку в централизованную компьютерную базу, которая содержала всевозможные индивидуальные физические и психические характеристики для почти половины из 27 миллиардного населения земного шара, или для всех стран, которые были включены в этой базе. Заявка была совершенно стандартная — он искал себе партнёра для совместного сожительства. Через две недели, или меньше, он получил по почте один листочек — этот листочек с 10-тью именами — в котором были отражены первые десять самые подходящие кандидатки с Американских Штатов, где он ограничил своё желание, упорядоченные по алфавиту. В самом начале стояла — и он посмотрел в листочек — какая-та Бетти Стивенсон из района Солт Лейк Сити, потом какая-та Даяна Маллиган с окрестности Мемфиса, а на третьем месте была какая-та Джулия Форстер с Детройта; остальные имена в списке были довольно далеко, а он уже отказался было пробовать всех женщин в мире, так что выбрал самую близкую к его родного города и к Чикаго, где заканчивал компьютерное инженерство, и решил попытать своё счастье. В ближайший уикенд он заскочил к Детройту и по адресу и фотографии Джулии, которую получил сразу от компьютерной сети, сумел поймать её когда выходила с ближайшего магазина. Когда людям лет 20 у них нет проблем со знакомством, так что на другой день они прогуливались вокруг озера Эри, на следующей неделе опять, и так получилось, что когда он скоро получил свой диплом быстро нашёл себе работу в Детройте. Джулия была на три года моложе его и вполне отвечала его желаниям, так что ему не оставалось ничего другого как начать жить вместе. Потом появились дети, потом время проходило, и вот его теперь снова с этим забытым листочком.

Он решил было выбросить его в корзину, потому что он давно выполнил своё предназначение, потом подумал показать его ей, но в конце принял решение оставить его опять на старом месте в папке. Женщины всегда были более эмоциональными и жаждущими командовать и не смогли бы примириться с фактом, что компьютеры могут принимать более правильные решения чем они сами, так что нет смысла её расстраивать. Пусть думает себе, что это

она

его выбрала, и пусть сделает ему предложение о браке через год-другой, когда придёт время отписаться от общества свободных мужчин. Раз она так уж и настаивает, чтобы инициатива исходила из неё, он лично не будет возражать. И Бенджи убрал листинг и счастливо улыбнулся.

07.1998

— — — — —

ПРАВО ВЫБОРА

Дитер сидел рассеяно в столовой детского дома "Весёлые мишки", построенный на небольшом возвышении на северо-востоке от Франкфурта, смотрел через окно и ковырял вилкой в тарелке. Ни был особенно голодным, ни думал о пище, но под строгим взглядом Ингрида, дежурной учительницы, заставил себя запихнуть в желудок одну сосиску и выпить своё молоко. Не то что грустил, но и не имел особых оснований радоваться, так как половину его друзей с прошлых лет уже усыновили и они разбрелись по самым разным местам, а и ещё пятерых взяли на днях, так что на завтраке присутствовали лишь с десяток мальчиков и девочек. И поскольку их было мало, то сегодня во второй раз за этой неделе он должен был опять убирать тарелки и запихивать их в посудомойку. Ну, с десяток тарелок не так уж и много, так что и это не волновало его особенно. Не волновала его и встреча с его отцом, который должен быть приехать сегодня, потому что это не было ему впервые, но всё таки ожидание не очень приятное, так что он просто скучал и дивился чем бы заполнить своё время.

За соседним столом сидела Марта и он мог легко кинуть один хлебный шарик, который, с небольшой удачей, мог бы попасть в её чашку с молоком, но он не любил повторяться часто, так что отбросил этот вариант. Загудел видеофон и пока учительница пошла ответить он поскрёб легонько ногтем под столом и издал какой-то особый пищащий звук, который должен был сойти за мышиный писк, но или девочки его не услышали, или уже привыкли было к этому, так что и этот номер не удался. С небольшим опозданием в столовую влетел его друг Курт и Дитер прикрикнул ему застегнуть себе брюки, однако Курт вообще не посмотрел вниз а пошёл сразу взять себе завтрак. Ему не оставалось ничего другого кроме как доесть свою сосиску и убрать тарелки уже позавтракавших.

После того как покончил с этой задачей от пошёл собрать свои вещи. В прошлом году, когда ему было семь лет и должен был пойти к своему первому отцу, он всё спрашивал себя как его узнает, но теперь ему ясно, что это вообще не было нужно. Йохан знал очень хорошо как выглядит его будущий сын. Он только подал нужные документы дежурной учительнице и проверил был ли номер на его левом плече 17CAF073528. Ну, ясно, что он не мог быть другим. Потом Йохан взял его за руку и повёл к гаражу детского дома. Он был крупным мужчиной, в возрасте 45-и лет, как потом узнал, с лохматыми каштановыми волосами, светлыми глазами, гладко выбритым лицом и постоянной игривой улыбкой на губах. Был большим весельчаком и они жили себе хорошо весь год. Он отвёл его в Мюнхенский мегаполис, на 47-ой этаж одного пирамидального здания названного Тутанкамон. Рядом с ним находилось небольшое озеро с механичными крокодилами, на которых он часто ездил и один, потому что их управление было очень простым. Поднимался на их спину по одной из их ног, которыми они прикреплялись к пирсу, садился на сиденье, убирал ноги и включал хвост. Когда нужно было повернуть, крокодил загребал посильнее одной из передних лап. Их мотор находился в морде (видел некоторых из них с открытыми мордами, когда нужно было что-то ремонтировать), а их глаза были прожекторами для вечернего времени. Если спускали и прозрачный колпак, то они могли утопать и плыть под водой и по дну, но дети имели право использовать их только как лодки, так что под водой он ехал чаще всего вместе с Йоханом.

Каким будет его теперешний отец, спрашивал он себя пока убирал свои игрушки. И куда его повезёт? Он мог спросить у учителей, но специально не сделал этого, чтобы ему было поинтереснее. А что если будет мать? Дитер не хотел иметь матери, потому что был мальчиком и было лучше иметь отца. Курт, да не теперешний, а тот из серии DEX, который уехал в прошлом году, обзавёлся матерью и написал ему раз, что она была очень милой и красивой женщиной в возрасте 55-и лет, но ему не особо нравились матери — может быть из за девки Йохана. Да не думал, что возьмёт да потеряет аппетит если окажется, что у него будет мамаша. В инкубаторах рождались как мальчики, так и девочки, что означает, что когда они вырастут будет столько же матерей, сколько и отцов, для будущих детей. Всё таки он надеялся на отца, потому что учителя хорошо знали его личные характеристики и вряд ли предложили бы ему что-то, что ему не понравится. В сущности, каким бы и ни был его будущий родитель, он всё ще будет отличаться от его первого отца, так что нет опасности что ему будет скучно. Ни Йохан откажется принять его в гости, если напишет ему, что соскучился по крокодилам.

Он осмотрел ещё раз комнату, не забыл ли что-нибудь важное, согнул простыни, оставил их на кровати и засмотрелся наружу. Потом ему пришло что-то в голову и он повернулся к кроватку. В верхней части матраса какой-от из его предшественников написал было синим: "место для башки". Дитер вытащил одну из своих шариковых ручек и добавил в его нижней части: "место для выхлопной трубы". Посмотрел его довольным и закинул простыни поверх новой надписи. Теперь уже мог спокойно спуститься в общий зал и дождаться своего отца. Он закинул мешки на плечо и поволок ноги по коридору к партеру.

* * *

Так как было только 23 августа, а учебные занятия не начинались до первого сентября, большинство из мальчиков были на свежем воздухе и играли в мяч. В общем зале девочки смотрели детские фильмы или читали что-то по мониторам. Дитер уселся перед одним из экранов и набрал одну космическую игру. Надел наушники чтобы не поднимать шум и схватил рычаги управления. Заигрался было здорово, так что вообще не заметил когда его отец приехал, даже слегка встрепенулся когда учительница похлопала его по плечу. Снял наушники и выключил игру. Повернулся и посмотрел на мужчину, который стоял за ним. Был мужчина и это было хорошо. Был высокий и худой, с бородой и усами, черноглазый и хорошо одетый. Дитер знал, что ему должно быть больше 40 лет, потому что иначе не имел бы ещё права выбирать себе ребёнка, но мужчина выглядел довольно молодым. Это тоже было хорошо. Когда его поздравил то его голос был плотный и приятный. Сказал что его зовут Зигмунд Вольф, что ему было 42 года и что работал дизайнером в одной большой строительной фирме, а потом начал расспрашивать его как его зовут и почему выбрал себе это имя. Ну, потому что оно ему понравилось, разумеется, думал мальчик, но так как уже много раз отвечал на подобный вопрос то и выдумал было интересный ответ, по его мнению. Только что это длинная история и будет объяснять её по дороге, если хочет, ответил он. Так покончили с официальным разговором, проверили документы, он попрощался с учителями и пошёл за своим новым отцом к его воздухолёту.

— И куда направимся, если это не тайна? — спросил мальчик, после того как разместился рядом с Зигмундом в машине. — Не то что у меня имеются какие-то возражения, папа, потому что до сих пор я был только в Мюнхене и по на два дня в Париже и Вене, так что мне будет везде интересно.

Зигмунд стартовал двигатель, поднял машину на воздушной подушке и направил её медленно к недалёкой магистрали, где набрал маршрут и переключил на автопилот. Воздухолёт поднялся на нужную высоту и подождав немного влился в поток над трассой. Он опустился на сиденье польщённый детской непринуждённостью и непривычно звучащим словом "папа" и посмотрел на пацана рядом с ним.

— Ну, на этот раз направимся на север, раз не возражаешь. Я живу в восточной части Гамбурга, в одном сельском доме на левом берегу Эльбы. Вокруг несколько сотен подобных домов, с крольчатниками и курицами во дворах. С одной стороны я в деревне, а с другой за полчасика доезжаю до места работы. Только что кроликов у меня нет потому что некому за ними присматривать, так как я живу один.

— Кролики ли? И они могут рожать маленьких зайчиков, правда? Также как и женщины раньше рожали, а, папа? Мне очень бы хотелось присматривать за каким-то кроликом, если можно.

— Раз хочешь то подумаем по вопросу. Похоже, что проблемы только два: первый это, что ты должен о нём заботиться и кормить его утром и вечером, а второй, что от этого твои уроки не должны страдать. Ты с этим согласен?

— Да разве нужно спрашивать? А куда буду я ходить в школу? Мой прежний отец возил меня каждый день и забирал меня вечером. И ты ли будешь меня тоже везти?

— Может быть и я, но лучше чтобы ездил в автобусе с другими ребятами. Неужели думаешь, что ты единственный мальчик в районе? — ответил его отец. — Кроме того кроликов должно быть хотя бы два, ведь знаешь, если хочешь чтобы они рожали маленьких крольчонков.

— Ага, знаю, одна крольчиха и один кролик и они будут воспроизводиться довольно часто, ведь так? Кажется два-три раза в год. Учили что-то подобное, только что не показали нам как точно это делается, но я не такой уж и маленький, так что догадываюсь — добавил Дитер и засмотрелся в пейзаж под машиной. Они ехали на несколько сотен метров над землёй и пролетали над разными полями, местами чёрные, местами ещё зелёные, а иногда и жёлтые. Было интереснее стерео, потому что человек находился внутри пейзажа, а не смотрел со стороны, перед экраном.

— Ну хорошо, раз обещаешь то придумаем что-нибудь. Время имеем. Ты ведь будешь со мной почти целый год?

— Наверное, а потом ты должен решить усыновишь ли меня на постоянно, или попробуешь ещё с другим ребёнком. Имеешь право на до трёх разов, а потом, если хочешь, можешь купить себе некоторого ребёнка на бирже. Я твой первый сын или нет? Ты мне кажешься очень молодым, папа. И как долго будем ещё ехать, имеешь ли представление?

— Автопилот говорит ещё 93 минуты. А на твой первый вопрос: "да", ты у меня первый ребёнок. А ты уже был с одним отцом, как я понял. — Ему хотелось спросить хорошо ли они ладили и хочет ли быть с ним, но решил пока не форсировать вещи, потому что пробное усыновление для него еле начиналось. — Ты хочешь что нибудь попить, сыночек? — сказал Зигмунд, прожёвывая с удовольствием новое слово.

— Ну, так я не знаю что у тебя здесь имеется? Предпочёл бы лимонный шейк, или стакан холодного молока. — Отец набрал что-то на клавиатуре и нажал одну кнопку. Через полминуты открылось одно окошечко на пульте и внутри стоял запотевший стакан с желтоватым напитком.

— Пожалуйста! Не знаю сообразно твоему вкусу ли, но если ты сам себе наберёшь когда-то рецепт, то уже компьютер будет его знать. Я наименовал себе здесь один "кокон-3", что значит кофе с тремя ложечками коньяка и совсем немного сахара, и тоже угощусь — и он набрал свой заказ после чего спросил. — Так ведь ты собирался рассказывать мне как выбрал себе своё имя, а?

— Ну, тогда слушай. Ты знаешь, что каждый ребёнок должен выбрать себе какое-то имя когда ему исполнятся семь лет, а потом, если его кто-нибудь усыновить, у него будет и фамилия, а если никто его не усыновить до 14 лет, то тогда он должен выбрать себе и фамилию. Я всё не мог выбрать себе хорошее имя и потому взял и написал на одном деревянном круге имён 20, просверлил ему одну дырку в середине, и повесил его на одном гвозде в моей комнате, так чтобы он мог легко вертеться. Потом раскручивал круг и бросал одну стрелочку чтобы посмотреть в какое имя попаду. Да, но каждый раз получались разные имена и постепенно все они стали мне нравится тогда я опять стал думать какое из них выбрать. И так наступил мой седьмой день рождения, а я ещё не смог порешить как себя называть. Тогда, когда я встал утром и вымылся и оделся, то раскрутил круг, отошёл назад, закрыл глаза, и, так как уже знал куда целиться, бросил стрелочку и они попала в сектор где было написано "Дитер". Так я решил, что с тех пор это будет моё имя. Нравится ли тебе история?

— Ну да, очень интересный способ, а и правильный, потому что раз все имена тебе нравятся, а нужно выбрать только одно из них, то значит нужно применить какой-то случайный выбор.

— Так, папа — ответил мальчик и отпил от своего шейка. Посмотрел немного через окно, а потом добавил. — Только что не было совсем так, потому что мне просто понравилось имя Дитер, а потом я выдумал всю эту историю, так как все учителя, а и мой первый отец, да и мои знакомые, всё спрашивали меня как и почему. И мне надоело объяснять скучные вещи и выдумал себе что-то поинтереснее. Знаю, что не хорошо обманывать, но раз взрослые иногда сами напрашиваются, как человеку не обмануть их немного? Думаешь ли, что мне нельзя больше рассказывать эту историю, а?

— Хм, почему её не рассказывать? История очень хорошая, а и это не какая-то выдумка, которой хочешь обмануть людей. Даже мне нравится то, что ты сумел её так хорошо сочинить. Ну-у, раз ты такой искусный с именами, то скажи тогда как назвать кроликов? Если не можешь сразу выдумать, то можно и попозже, когда я их куплю.

— А что тут такое сложное? — мужского назовём Бани, а женскую — Кати. А если возьмём ещё одну женскую, то её назовём Мери. Так устроим нашему Бани одну полугамию, да?

— Пол

гамия, от "поли", что значит "много", как и города называются полисами, потому что в них много людей. Да ты откуда научил это? Не рано ли для 8-летнего мальчика, а?

— Ну, из уроков, откуда ещё. Они и люди делали это до прошлого века как кролики, но женщинам уже надоело мучиться целых 9 месяцев раз были выдуманы искусственные матери. А потом стали рожать по государственным заказам и потом нас усыновлять. Нас водили раз в инкубатор — куча комнат и в каждой по несколько рядов аппаратов с прозрачными колпаками и внутри шевелятся какие-то зверюшки: в одной комнате все маленькие как червячки, потом в другой — побольше, потом ещё больше, и наконец рождаются уже ребёнки, и из них вырастают люди как меня и тебя. Бр-р, страшновато, но и интересно, я тебе скажу. Однако не кажется ли тебе, что этот способ довольно сложен, а? Женщины не могут нести яички как курицы и в них нужно совать какие-то ложки и соскребать ими что-то, а это может делает им больно. Ну, всё таки меньше, чем когда рожали своих детей, конечно, до всё равно побаливает. А если бы были как курицы, было бы легче.

— Жизнь очень сложная, сынок, и не всё получается так, как нам хочется, а иначе твоё предложение стоит обдумать. Знаешь ли, почему не пустишь его по электронной почте до Европейской Академии, а? — посмотрел на него Зигмунд пытаясь сдержать свою улыбку, но мальчик заметил это и нахмурился.

— Да ты надо мной издеваешься! Я с тобой серьёзно разговариваю, а ты шутки себе делаешь. Как бы то ни было, когда приедем?

— Уже скоро, минут через 10. Ну, ты извини. Я рад, что ты такой умненький. Кто знает, может когда-нибудь это и произойдёт, а может женщины начнут опять рожать. Они не отучились, а просто, как ты говоришь, им немного лень стало. Вот, теперь отклонимся от магистрали и нужно будет спуститься на землю и перейти на ручное управление до дома. Надеюсь он тебе понравится.

— И я надеюсь папа, даже я уверен что понравится. Давай веди себе спокойно машину, а я немного помолчу чтобы тебе не мешать.

* * *

— Здравствуй, Зиги! Забрал ли уже сыночка, а? И как с ним ладишь? — спросил его коллега Ерих следующий понедельник утром на работе.

— Ага, взял его два дня раньше. И уже заказал два молодых кролика, потому что будем их

воспроизводить

, как он сказал. Пока наши отношения идеальные. Советую тебе последовать за мной.

— Ну-у, я ведь не сказал, что не сделаю так? У каждого человека право продлить свой род, но до 60 лет у меня достаточно времени. Тем более, что я и моложе тебя, если не забыл. Через два года начну думать об этом. Ну давай, приятной тебе работы.

— То же самое и тебе — ответил Зигмунд и продолжил к своему кабинету. Там его поддела его секретарша Инге:

— Как новый отец и новый сын?

— Отец новый, но сын старый. В смысле, что я его второй отец, а он мой первый сын, если так тебе яснее. И кроме того мы на годовой апробации.

— Также как и в сексе, а шеф? Только что там срок не фиксирован — подбросила она и продолжила уже серьёзно. — Можешь посмотреть что предлагает наша конкуренция в файле REV35. И не забудь про брифинг в 10 часов! Я работаю по переписке с техническим отделом, если не изменил что-то свои указания.

— Хорошо, Инге. Если будут нужны изменения я тебе скажу — и он вошёл в свой кабинет. Как раз завлекла его работа как зазвенел видеофон:

— Здравствуй, дорогой — послышался слегка хриплый голос его подруги Хельги. — Получил ли уже свой мальчик?

— А-а, здравствуй солнышко. Нас уже двое дома и это очень интересно. А ты почему на позвонила мне в выходных, а? Может нашла себе кого-то посолиднее меня?

— Если имеешь в виду свои килограммы, то я положительно могу найти себе и более солидного, да не искала. Но когда мужчина со своим ребёнком то женщина отступает на задний план, так что не хотела мешать тебе ещё в начале. И наверное не ошиблась, раз и ты мне не позвонил. Ну, как вы, говори!

— Вот, пока всё в ажуре. Дитер очень симпатичный и буду ему покупать кролики. А потом по всей вероятности и курицы, потому что несение яичек было легче рождения детей, по его мнению. A propos, у меня один неудобный вопрос к тебе.

— Дорогой, ты ведь знаешь, что только поза может быть иногда неудобной, но не и вопросы? — засмеялась она с экрана. — Ну, спрашивай.

— Ну-у, извини, да только пока не приходили к этому вопросу, и потому тебя не спрашивал. Тебе брали генетический материал до сих пор?

— Имеешь в виду соскребали ли с меня пару яйцеклеток, так? Ну, уже три раза, как и полагается: в 20, 25 и 30 лет, но поскольку постарела то уже не думают меня искать. Как и с тебя, полагаю, брали, но по несколько другой технологии. Почему спрашиваешь?

— Ну, сын говорит о каких-то ложечках, и что наверное было больнее, чем когда курицы сносят свои яички, так что решил проверить прав ли мальчик.

— Вроде бы твой умница прав, только что не могу сказать тебе насчёт куриц, сам понимаешь Иначе спасибо за сравнение, мой дорогой петушок. А кроме того дело не только в рождении, а и в мытьё попочки, в пеленании, кормлении, в возне с ним пока он начнёт ходит и подрастёт.

— Ну, я просто передаю тебе что сказал пацан. А ты приходи с ним познакомиться. Надеюсь что понравитесь взаимно. Думаю, что он немного похож на меня, так что хочется услышать и твоё мнение.

— Ну, моё мнение, что искусственное оплодотворение планируется по совсем другим критериям и что это чистая случайность, которая не имеет ничего общего с тобой, но это не значит, что исключено чтобы вы походили друг на друга, ведь так? Ну, давай, чао, глупенький. Я приду наверное в пятницу, что значить, что в четверг ты собирай силы и не ходи по другим девкам. Ха-ха-ха. И как раз познакомлюсь с твоим умником и с кроликами.

— Чао-чао — и он выключил видеофон думая дети ли уже рождаются очень умными, или взрослые начинают впадать в детство очень рано.

* * *

Однажды к вечеру, примерно через три месяца, Дитер учил свои уроки перед монитором, а его отец играл в шахматы на другом экране и отпивал от коньячка рядом с ним. Через некоторое время с компьютера мальчика послышалось гудение и какие-то выстрелы и Зигмунд окончил в скорую руку свою партию в автоматичном режиме. Зимний вечер давно наступил, внутри было тепло и приятно, особенно после двух проглоченных рюмок, и он решил, что момент подходящий чтобы поговорить опять со своим сыном:

— Что-то очень быстро стал учить свои уроки, а? Ты уверен, что всё понял?

— Ну, если не веришь то можешь проверить файл с моими отметками, папа. Большинство из них очень хорошие

, а уж специально отличником становиться не собираюсь. Бани и его девку тоже накормил, так что, что мне ещё делать вечером?

[ * В Болгарии шестибальная система отметок, где после 4-хорошо следуют 5-очень-хорошо и 6-отлично. ]

— Хорошо, сынок. Знаешь ли, что нам с тобой нужно решить один важный вопрос? Подходит Рождество а мы ещё не уточнили где хочешь чтобы его провели. Имеются ли предложения по вопросу?

— Ну, я думал, что это ты будешь делать предложения, а я буду их принимать, но раз спрашиваешь можно и подумать. Знаешь ли, здесь довольно холодновато и я думаю, что было бы не плохо если можем поехать куда потеплее — в Африку, скажем? Или на какой-то остров. Никогда я не жил на острове. Только что это может быть очень дорого, а?

— Может быть так, а может и не быть насколько дорого. Я не проверял. А ты почему не сделаешь одну компьютерную справку эти дни, ограничив запрос до, скажем: одной недели, в двухместной комнате, для полторы пансионатов, потому что ты ещё маленький для полных порций, для морского района, с температурой ... пусть будет 30

C в тени. Добавь, если хочешь, и бананов сколько влезет, коралловые рифы, верблюды, или что-то в этом роде. Положи ценовые пределы из, скажем, 1,000 до 1,200 евро-динаров, и давай посмотрим что нам предложат. Только что более специальные требования пусть будут опциональными, так как я не уверен, что там, где имеются верблюды, растут и бананы.

— Ишь ты, папа, целых тысяча динаров, а то и больше! Ещё завтра проверю. Только ... давай уберём верблюды, а добавим и Хельгу, если хочешь, а? А насчёт кроликов, надо будет попросить кого-то из соседей, да? Иха-а, обязательно найду какой-то остров подешевле, с бананами и обезьянами, и кокосовыми орехами, и ... не знаю ещё чем.

— Очень хорошо, мой мальчик, да вот насчёт Хельги не знаю, ибо может быть она не захочет, или у неё имеются другие планы. Нужно будет сперва её спросить.

— Да ну, не захочет, не вижу ли я, что если решишь отвезти её и на Юпитер она опять поедет. Ты это дело оставь мне. Если что-то запинаться начнёт, то я её склоню. Ведь потому мы и мужчины — чтобы себе помогали! — изрёк Дитер гордо.

Ишь ты его, мужичка, ещё немного и начнёт меня и в кровати замещать, подумал отец, но улыбнулся удовлетворённо. Что делать, живём в 22-ом веке и дети акселерируют с ужасающей скоростью. Похлопал его по спине и потом, как бы между делом, спросил:

— А ну-ка ты скажи как думаешь, твой первый отец захочет ли взять тебя на постоянно? Потому что ведь ещё не подал заявление?

— А-а, ты об этом? Ну, не верится чтобы захотел, а и я ещё не решил. С тобой и Хельгой мне более интересно, я тебе скажу.

— Так почему же не захочет, вы ведь не поссорились что-то с ним?

— А, ничего подобного, ладим с ним идеально, да его девушка запутала дела. Да он и немного наивный, да оно наверное все мужчины таковы, когда подрастут, я имею в виду. Иначе он большой весельчак и если хочешь то могу познакомить вас иногда. Наверное понравитесь друг другу. Только что он предпочитает этот пахучий шнапс, да это его дело. Я, раз ещё не пью, не могу высказывать мнение, ведь так?

— Хм-м, и что запутала его подруга, если это не тайна? — подбросил Зигмунд.

— Ну, они что-то поссорились, и потом разделились. А он, я ведь тебе говорю, был очень наивным и всё говорил, что с носа и ниже я на него очень похож, а в глазах и лбу пошёл в неё. Бабушкины сказки, если меня спрашиваешь, потому что никакой мужчина не может узнать своё семя, ведь так? Да он себе верил, и потом, когда с ней поссорились, как будто я стал ему немного надоедать. Может и напоминаю ему о ней, не знаю. Но тем не менее мы ладили прекрасно. Ну-у, с тобой это по другому, потому что ты не думаешь, что я пошёл в тебя, да? Ты мне таким глупым не кажешься, папа.

— Да, да, разумеется, — ответил отец, довольно таки удивлённый трезвыми оценками мальчика — это чистая случайность, игра природы, Дитер. Ты мне нравишься потому что мы с тобой хорошо ладим, но чтобы думать, что похож на меня — не-ет, я не настолько наивный.

— Ну, и я так решил. Так давай ужинать, а?

— Хорошо, мой сыночек. Ты поставь на стол, а я выйду немного на воздух выкурить одну сигаретку и проверить спят ли уже кролики — и Зигмунд направился ко двору чтобы привести свои мысли в порядок.

12.1998

— — — — —

Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/