Хроника пекла. Документальный очерк в стихах
СИНОПСИС
Прошу Вас принять к публикации мою рукопись, которая никогда не издавалась.
11. "Хроника пекла" 2004г. 400 стр. 540 тысяч знаков /документальный очерк в стихах/
Прошло еще 25 лет... Ташкент. Сегодняшний день. Наш лирический герой уже 60-летний старик, торгует на базаре местными снадобьями. Последние 8 лет он пишет сборник "Мой цитатник", поэмы...
Пишет о ташкентской жаре, о том, как трудно выживать при 45-ти градусах... А ведь надо и на хлеб заработать и трудиться на будущее - писать, писать...
Рукописи последних лет герой высылает в московские лит.круги с просьбой передать их в какое-нибудь издательство. Однако, рукописи разворовали, адреса издательств не выслали...
Валентин по-прежнему чужой и России, и ее литературе...
Есть в "Хронике пекла" и другие разделы:
- хроника "Правда народа Голгофы".
- хроника "Свой - чужой. Чужой - Конвой"..
- "Хроника Референта"
- "Пекло нищеты"
- "Хроника выживания"
-"Пекло безъязычья"
- "Хроника стариковской злобы"
-"Хроника 1937-го года"
- "Хроника таланта"
-"Русская хроника"
- "Хроника зависти"
- "Пекло Чужого"
- "Семейная хроника"
- хроника "Бог?"
- хроника "Черный хрусталь"
- хроника стихийных бедствий в мире
- стихи о великолепии и богатстве ташкентских базаров
- и т.д.
ДАЛЕЕ ИДУТ ОТРЫВКИ ИЗ ТЕКСТА
Антон Чужой
"Хроника пекла"
24 мая "Литпекло"
Соцреализму я не нужен.
Тогда не нужен и сейчас.
Тогда в печать не пропускали,
не пустят и на этот раз.
Вот реализм я свой затеял
неподцензурньй никому.
Сам муть в башке своей развеял,
не быть чтоб в старом мне дыму.
Литпекло мне соцреализма
сжигало душу 40 лет
и дым марксизма-ленинизма
нам затмевал весь белый свет.
Идеологию марксизма
мне в душу вбили хорошо
и в воен-диповском дипломе,
он место первое нашел!
Напластования марксизма.
- плита надгробная души.
ведь мракобесы коммунизма
в столице были ив глуши...
За 10 лет на "пост-пространстве"
мы поумнели все чуток.
Конечно, те же мы засранцы,
но воли выпили глоток...
Мы все не знаем, что нам делать.
Не знаем мы, кто виноват.
Пока в себе мы будим смелость,
во власть пробились все подряд!
И вот, свои я реализмы
сам воплощать в душе берусь.
Но лит-Москве не пригождаюсь
и никогда не пригожусь.
Москва - оплот соцреализма!
Литинститут здесь, Минпечать...
Закваска прежнего марксизма
здесь не желает остывать.
Марксизма выгодны маразмы,
под них давно накатан путь,
путь, что не требует талантов,
тот путь, где ты своим лишь будь!
А коль ты свой, тебя издали,
хоть не умеешь, ты писать.
А коль ты свой, тебя прибрали,
журналом будешь управлять...
А кто не свой, в Москву не суйся!
А все издательства - в Москве
Пиши лет пять, не публикуйся
и уподобишься ты мне!
Я 40 лет не публикуюсь
и век мне книжек не видать.
Не ехать мне в Москву чужую,
Не мне там взятки раздавать.
И не видать мне гонораров,
людей вниманья не видать.
За 40 лет знакомых пара.
меня пытались полистать...
Соцреализм мне лень испортил
и душу мне спалил марксизм.
Соцреализм никак не хочет
мне подписать путевку в жизнь!
Мне 60... Стихи пишу вот...
Нашел и темы, и слова.
Вы где видали старикашку,
чтоб так варила голова?..
А где видали вы букашку
столь ненавистную Москве?
Мои попрятали бумажки,
ответ уж не увидеть мне...
Не услыхать свое мне имя
в произношенье не моем
И не читать свои стихи вам
чтоб каждый думал о своем.
Чтоб мы читали вместе с вами
Мою историю души
и вместе с вами мы б открыли,
что в ней - история Руси!
Руси забытой и убогой,
Руси угрюмой и чужой.
России, что жила без бога,
России загнанной в запой.
России, что имеем нынче,
преступной, серой и тупой.
России, где поэт не нужен.
России, где талант - изгой!
26 мая
Малину ведрами попёрли
варенье на зиму варить!
Народ не беден и в три горла
поесть вкуснее норовит.
Богатый край.
Ташкент мой хлебный!
Тут сеть вода и все растет!
Я прилепился здесь безвредно,
моя тут старость доцветет...
Ждал счастья, старости дождался.
Теперь вот смерти молча жду.
Ни в чем путем не состоялся,
вот-вот к чертям уж я уйду...
Искал признания и денег,
как всякий ищет человек.
Всё! Не ищу. Свой век похерив,
забраковался я навек.
Не сам. Меня забраковали
и крест поставили на мне.
В печать меня не выпускали...
С работой хуже всё вдвойне...
Да, слава богу, на базаре
докоротаю я свой век.
Ведь на ташкентском на базаре
не пропадает человек!
Уж 20 лет не пропадаю,
в барыгах 20 лет сижу.
И фруктов календарь базарный
я 20 лет уж ворошу.
И вот я летопись клубники
с малиной взялся записать
и календарь черешни с вишней
взялся стихами излагать.
Вот уж дотошное занятье
себе от скуки я нашел!
Базар ташкентский, мой кормилец,
вот летописец твой пришел!
Я на базаре ибн Синой
сижу, табибом - травником.
Омар Хайямом изъясняюсь,
но не изысканным стихом.
Восток прекрасный воспеваю
я Алишером Навойи
и Улугбеком изучаю
свои мелькающие дни.
Амир Темуром управляю
своей заржавленной судьбой.
И Александром Македонские
кидаюсь в свой последний, бой!..
Как Марко Поло я скитался
Великим Шелковым путем,
да здесь Бабуром и остался,
мы родом с ним отсель идем.
Я раб Востока и заложник,
заложник солнца и судьбы.
Заложник чисто подневольный
своей расхристанной нужды.
Я Маргеланом мир изъездил
-Египет, Сирию, Алжир...
И Ермаком я, воеводой
свои пути тропил в Сибирь...
Как Афанасию тверскому,
навеки мне милей Восток.
И как Никитин отвергаю
карелок пьяненький восторг!
И я как с Северов Михайла
махнул учиться аж в Москву,
Исоколесил Петром я первым
Россию - мачеху мою.
Я пароход водил по Волге,
был мотористом-рулевым.
Лет 25, я очень долго
был ишаком вам ломовым.
Я был рабом социализма,
а стал заложником базара.
Вот я, коммерции советник,
батрак и спроса, и товара!
Восток - базар! Чего же боле?
Что я еще вам не сказал?
Я не товар для метрополий,
колониальный я товар.
Товар невольный я на рынке.
Мне грош цена в базарный день.
Базар невольничий поэтов
собой пополнить мне не лень.
Базар зависимых поэтов,
базар рабов социализма,
базар батрацкий пост-советов
и лит-рабов капитализма.
Я жопу рву в предсмертном крике,
рифмую всю мою печаль!..
Но я не нужен на Олимпе,
мне визу не дают в печать.
В Москве пытался я пробиться
в журналы 30 лет назад...
Москва теперь уж заграница,
я там уж вовсе невпопад!
Стихи послал... Меня послали...
Для Минпечати я - никто!
Мне адресов так и не дали,
чтоб я отправил кое-что...
Просил я адреса издательств,
расчет на личный был контакт...
Ни адресов мне, ни ругательств
ведь я для них чужой дурак.
Прислал стишки чужой мудила,
о чем-то просит старый хрен...
Его отказы не добили
за 40 отказных-то лет!
И вот сидит чужой мудила
и иностранец сам себе
и терпит пекло на базаре,
и фигу кажет он судьбе!
Он Улугбек и Пастернак он,
Амир Темур и Мандельштам,
и Бабель вместе с Исааком,
поэт чужой и тут, и там!
Сегодня нет литературы
в Москве ни прозы, ни стихов.
Бумагу там марают дурры
для новых русских дураков.
Соцреализм цветет всё так же.
Цветет там свой, немил чужой.
Литинститутские телята
себе там создали покой.
Великовозрастный телятник
всё правит бал на лит-Москве.
Я им отправил "Мой цитатник",
его присвоили себе!
Его, издав под псевдонимом,
они пропили гонорар.
Такой в Москве базар поганый,
совсем гнилой в Москве базар.
Не кто-нибудь, а Минпечати
"пригрело" левый лит-товар
и тихо хапнув "Мой цитатник",
мой прикиряло гонорар!
Главлит он, это Министерство
и воровать им не впервой...
Есть опасенья, что и прежде
они не брезговали мной...
Меня и прежде издавали
то в Воркуте, то на Ямале.
Издав меня под псевдонимом,
все гонорары пропивали.
А кто мне скажет, что неправ я?
Ведь не желают говорить.
Не хо, что просто покалякать,
А "Мой цитатник" возвратить.
"России землю" мне вернули,
не просмотрев и двух стихов.
Не глупо, видимо, смекнули,
что много авторских тут слов..
Что много авторских тут мыслей
и небесспорных новых взглядов.
Литворы поняли, наверно,
что это воровать не надо.
Ведь были б критиков вопросы,
неудовольствие чинов...
И в адрес автора запросы...
А автор кто?.. Антон Чужой
И до хрена б чего открылось
и до разборок бы дошло...
К тому же Путин не желает
пускать воров-то под крыло...
Так и живу - к Москве вопросы,
вопросы в пеклу и к судьбе.
И самый главный из вопросов
- когда уж смерть придет ко мне
Горю в лит-пекле 40 лет я,
сгораю синим лит-огнем.
Есть подозревая - сорок лет я
служил кому-то лит-рабом.
Есть подозренья, что Главлиту
не я один служил рабом...
Главлитом это не забыто,
архив давно ведется в нем.
Я посмотрел бы те архивы
и увидал бы, что давно
живу я классиком счастливо
- поэт, прозаик, не говно!..
Я в этом пекле подозрений
душой сгораю день и ночь...
Как в этом пекле заключений
Поэту горе превозмочь?..
31 мая
Был Ленин Вовочкой...
Теперь он в мавзолее,
ведь все мы Вовочки,
желаем, чтоб и нас
однажды всех в гробницах попригрели,
как подопрет и к нам тот смертный час.
Ведь все мы Вовочки, желаем, чтобы вечно
светило счастье нам по всей земле!
Коль все мы Вовочки, желаем, чтоб на печке
нам вечно грелось, словно в том Кремле.
31 мая
Тутовник можно есть кульками.
Тутовник можно банкой есть.
Тутовник можно есть руками.
Уж коль купить, так тут же съесть.
Тутовник прямо тут и кушай.
Растет здесь тут, наш сладок тут.
Он белый, черный, даже красный.
У нас его все любят тут!
У нас черника не растет тут,
У нас брусника не растет,
У нас морошка не растет тут.
Тут вместо них наш сладкий тут!
У нас тут нету ягод диких,
поскольку дикой нет земли.
У нас тут каждый метр ухожен
- мы полеводы, куркули!
Мы огородо - садоводы,
везде разводим сладкий тут.
У нас тутовые деревья
на каждой улице растут.
Тут перед домом, в переулке...
Тут здесь растет и там, и тут.
В апреле в каждом закоулке
у нас тутовники цветут.
А. в мае прямо на асфальте
у нас на улице любой
тутовник ешь и не стесняйся,
его сшибаючи рукой!..
Тут из кулечка в рот насыплешь,
из блюдца ложкой можно есть,
купить стаканом или банкой,
а можно тонну преобресть!
Тутовник лакомство детишкам,
Мне тоже сладок местный тут.
Его я ел еще мальчишкой.
Я там и тут, а он лишь тут.
Я там и тут, а он в Ташкенте.
Я в Заполярье и в Москве...
Ждал терпеливо, мой тутовник,
и вот вернулся я к тебе.
Не надо больше Северов мне!
Не надо больше Сибирей!
-Одно мне надо - мой тутовник,
он из моих растет корней!
Он из земли растет ташкентской,
родимым солнышком согрет,
У нас тутовник обожают
бабай, министр и поэт!
У нас тутовник уважают
уйгур, татарин и казах,
всех тутовника хватает
и нет тут зависти в глазах.
На всех хватает тут и тута,
на всех хватает солнца тут.
Губами черными от тута
детишки сладостно орут!..
20 июня. Из "Чужой хроники".
"Антон Чужой".
Я всем чужой... Ни с кем не ссорясь,
всех умудрился растерять.
Всем ****ашка я и сволочь!
Уж руку некому подать.
Чужой своим родным я дочкам.
- мамашки выгнали меня.
Не наливаю я и точка!
Как им таскаться без вина?
От сослуживцев бог избавил.
Чуть с шефом мне не по пути,
уж будто в вакуум попал я
и всем со мной не по пути!
Друзья не сами отвалились...
В Москве приветивши меня,
сперва с деньгами приютили,
ограбив, выгнали в два дня!
Чужой Москве литературной.
Всем можно все! Мне - ничего...
У них в печать идет халтура,
а я для них чужой и чмо!
Чужой... Чекисты докопались
-не так заметки я назвал.
Блокноты все конфисковали,
я десять лет их не видал.
Чужой!.. Свое не пропиваю.
И никому я не налью.
Чужая сволочь я и падла,
и одного себя люблю!..
Чужой отцу... Мою бабенку,
-оставив плотно при себе,
велел покинуть мне избенку
и поскитаться по судьбе!
Чужой ты всем, коль денег нету.
Чужой ты всем, коль сам не пьешь.
и не подкинешь сигаретку,
и огоньку не поднесешь.
Людей лишь мерзости сближают,
привычки вредные роднят.
А я, подлец, не наливаю!
Вот мне людишки-то и мстят...
"Антон Чужой" теперь кликуху
я сам придумал для себя!
Она по смыслу и по духу
- вся отражение меня.
Чужой, подлец я и мерзавец!
Чужой я, сволочь и говно!
Кликухой этой я доволен.
Я проклял вас давным давно!
Чужой я матушке-России!
Мне ж ни работы, ни жилья...
Полжизни там я проскитался.
Чужой вам. Я вам не родня!
Чужой по вере и по духу.
По Убеждениям чужой.
Своим чужой, не дам я руку.
Ну, а России я - изгой!
1 июля. Из "Хроники чужого".
Моя душа недомогает...
В депрессиях удручена,
она в тоске изнемогает,
быть сиротой обречена.
Душа моя не понимает,
За что ей вечно быть чужой.
Но приговор не принимает.
Не сникнет гордой головой!
Моя душа всё ожидает,
Что вот смягчит вердикт судьба
и одиночества не станет,
утратит силу ворожба,
И колдовские сгинут чары,
спадут наручники с души
и к душам более усталым
она на помощь поспешит!..
Душа моя вся в строчках, в рифмах,
Я вверил им её давно.
Патологически непризнан,
пишу, пишу я, всё равно!..
Строка прибежище надежды,
строка пристанище души
Мою строку совпартневежды
в чекистской спрятали тиши.
В Лубянских прятали архивах,
Мумифицировал Главлит...
Сиреной, воплями, призывом
набат души моей рычит!..
Душа стабильно депрессивна,
кидаться хочет и кусать!..
Но грызть решетку непосильно,
а близкий локоть не достать...
Куда, к чему душе стремиться?
Что ей воспеть в кандальной тьме?
Не хочет херова столица
дать послабление петле...
Петля тоски сдавида шею.
Ком в горле раковый гудит!..
Неужто так и на сумею
я душу людям подарить?..
Ужель сдадут в макулатуру
Все откровения души?
Я не жил век в литературе
И подвиг духа не свершил?
12 книг моих не хочет
Москва бездушно издавать.
И не прочла она ни строчки,
и не пристало ей читать!
"Чужой!" - клеймо навек доставив
перед фамилией моей,
меня навеки обесславит
спесивой завистью своей!
"Чужой!"... акие там рыданья!..
Каких похвал ненужный хор!..
Какие, на хер, оправданья
Главлит диктует приговор!
Суд инквизиции Главлита
диктует смертный приговор...
Душа моя рычит открыто,
Рычит судьбе наперекор!..
Душа моя грызет открыто
решетку клетки, кандалы!..
Грызет, покуда не убита
и будет грызть из-под земли!..
Уж 40 лет грызет оковы,
петлю пытаясь одолеть
душа в мозолищах кровавых,
пытаясь заживо поспеть...
Не суждено... Уйдут в забвенье
следы затерянной души,
другие будут поколенья
в Главлитской маяться тиши.
В Главлитском мучиться молчаньи
и в непризнаньи пропадать,
в бесславном клетку грызть рычаньи,
в сиротстве горе вековать
11 июля
Арбузов нынче уродилось!..
На полбазара их ряды...
Откуда кучи накатились?..
Кто в них вложил свои труды?..
Народ с арбузами идет,
свой шар любовно обнимая
и в сумке глобус свой несет
потея, в муках до трамвая...
Пацан его с надеждой прёт,
девчонка в сладостном томленьи...
И кое-как старик несет,
кому пописать уж мученье.
Уж мочегонен наш арбуз!..
Арбуз наш слаще даже меда.
И в город вкачен наш арбуз
аж прям с бахчи, прям с огорода!..
На грядке утром, днем - на стол,
горячий, прямо с пылу, с жару!..
Но кто познал в арбузе толк,
подставит под воду сначала...
Он под струею полежит,
чуток прохлады наберется...
Потом семейство набежит
и кучка корок остается...
Бежит арбуз и по губам,
бежит арбуз по подбородкам,
по голым он бежит рукам
- вот уж в охотку, так в охотку!..
Тут не родился человек,
что не попробовал арбуза.
Нет, не родился тот мудрец,
что не объелся им от пуза!..
26 августа
Мне выговариваться надо.
Зачем мне всё подряд копить?
Зачем мне всякую заразу
весь век в душе своей носить?..
Мне выговариваться надо
для экологии души.
Слова живительная влага
и очищение в тиши.
Мне выговариваться надо
в словах чтоб ссыпать груз годов.
Глагол - большой ассенизатор,
он душу вычистить готов.
Душа моя помойной ямой
всю жизнь для всех и для всего.
Для всех сапог поганой тряпкой.
Кто не валил в нее чего!?..
Об душу ноги вытирали,
в нее плевали все подряд!
Всю жизнь мне в душу насирали,
хоть я и не был виноват.
Мне выговариваться надо,
ведь крыша к старости слаба....
Чтоб не заехал ум за разум,
чтоб без маразмов голова...
-Мне выговариваться надо...
Кому и где, да и зачем?
Нормальным людям и не надо
моих-то выговорных тем!
Мне выговариваться надо,
слова в жилетку изливать.
Для выговариванья лучше
слова тетрадке доверять.
Мне выговариваться надо.
За всю мне жизнь ответ держать!
Но слов, как шила в мешковине
не утаить, не заховать...
Мне выговариваться надо.
Но смысл всегда на слове есть
и мне мозолистой наградой
- лишь, слово правды вам донесть!
Где слово лжи, ты плюнь мне в душу!
Где слово фальши - плюнь еще!
Я выговариваю душу,
мне ни к чему пятнать ее!
Лишь откровенностью смогу я
нагар содрать с моей души.
Я выговариваю душу
в предсмертной старческой тиши.
В прощальном дряхлом откровеньи
что от людей я утаю?
Я выговариваю душу,
про честь и совесть говорю.
Последним словом старикашки
ни "пить", ни "спать", ни "есть" ни "сесть"
Моим исповедальным словом
- "поберегите вашу честь!"
Поберегите вашу совесть!"
Пусть нынче совесть ни к чему,
от чести нынче беспокойство,
она ж ни жопе, ни уму...
Но чтоб себя вы уважали,
без чести с совестью никак!
Мою кто исповедь читает,
тот скажет: -"Дядька не дурак..."
Мне выговариваться надо:
вот этой исповедью вам.
Ведь я вам душу завещаю,
Но не с грехом напополам...
27 августа. "Мой клин".
Моя душа осиротеет,
как опустевшее гнездо,
лишь "Пекла хроника" покинет
С прощальным криком берег мой...
Четыре дня - весь срок для "Пекла"
А после осень уж придет
Какая тема после этой
в душе моей приют найдет?..
Какие бури и тревоги
мне вновь придётся претерпеть?
Какие русские дороги
вновь предстоит мне одолеть?..
Одно я знаю - о России
мне предстоит мой век писать.
Стихи болезненно-простые
мне предстоит вам рассказать.
Идей бездомных, перелетных
печальный клин мне грудь теснит.
А щебет птичек беззаботных
меня давно не веселит.
Давно души моей ненастье
не покидает уж меня.
Как в перелет бы оторваться
мне с трубным кликом журавля?
Как мне до места назначенья
Да в срок предписанный прибыть?
Прожить положенную зиму,
весной обратный путь торить...
Куда б мне деться от невзгоды
одолевающей меня?..
Бесславно прожитые годы
- вот биография моя.
Средь равных не нашлось мне места.
Где ты, мой клин? Уж поредел?
И я /какое уж кокетство!.../
и полысел, и поседел...
Мой клин уж зимы затрепали
Запорошили сединой
И вспомнит он меня едва ли,
Перелетая под Москвой...
Недолго шел я с журавлями.
Судьба - с воронами сидеть
И препираться с мудаками,
под их блатняк молчком сопеть...
Неужто был я с журавлями?..
Неужто в Африку летал?..
Неужто АНы и с МИГарями
я Средиземным морем гнал?..
Неужто были и медали?
Неужто был и ВИИЯ?
Со мною вместе выпускалась
там журавлиная семья...
Иных уж нет, а те далече...
Мой клин, меня ты потерял...
А я, судьбою изувечен,
все в небо синее взирал...
Мне было в их строю неплохо,
пять лет прошли, как вздох один.
Хоть и Москва, да всё ж Европа...
Теперь один. Во всем один.
Один хромал я по России,
мне Волга мачехой была...
И жизнь была такой бескрылой
без клина - общего крыла...
В душе зима уж наступает
и чувства нет ни для кого.
Я никуда не улетаю
опричь погоста своего...
Как мне слезинки одинокой
прикрыть душевный неуют,
осознавая, что зимою
уж в журавли не позовут?..
В России года нет простого,
чтоб нам без крови, без идей,
чтоб нам без горя без мирского
и без замученных людей...
Перестрадать всё это надо
поэту русскою душой.
И только смерть ему наградой
и плата русскою слезой.
Пиши поэт, Руси достойно!
В ее традициях живи.
Да будем все мы жить спокойно!
Нас посетят благие дни!
К чему, бишь, я.... В "земле России"
я эту тему начинал
и крепостные распорядки
весьма подробно разбирал.
Теперь штришок туда ж добавил
Про водку, зону и Конвой
На этом точку не поставил,
туда вернемся мы с тобой...
28 августа.
С утра в тени сегодня 40...
Аж в мае пекло началось!..
Тогда же с "Хроникою пекла"
всё закружилось, занялось...
И занялись тогда пожары
и наводненья разлились!..
И начал про Ташкент писать я,
записки форму обрели...
Другие темы навалились...
Куда ж девать их?.. Знай, пиши!
Они же к пеклу приравнялись
по напряжению души!
Меня они испепеляли,
все эти темы много лет...
Своей лишь очереди ждали,
а им всё выхода-то нет...
Четырехтомник завершаю
я "Пеклом" о своей войне,
что 40 лет уж продолжаю,
чужой в своей родной стране.
За 40 лет итог раздумий
- вот "Пекла" вкратце резюме.
О многом я и прежде думал,
что не дает покою мне...
Анализировал всегда я
себя в сообществе людей,
соотносился с коллективом,
не признавал дурных затей...
В собранье полном сочинений
свою я душу раскрывал,
не покривив ни в чем душою,
пред вами свиток развивал...
К тому же "Пекло" завершает
мой свод поэм, что начался
вполне негаданно - нежданно
тому лишь года полтора...
С тех пор "Я думал..." и "Савраску"
"России" землю написал...
И документ в стихах, и сказку
-я очень много нам сказал.
И эпиграмм мильон написан!
Ненормативных воз стихов!..
Коль из меня поэт не вышел,
знать, не сыскал я нужных слов...
А коль не вышел и прозаик,
знать, жизнь совсем не понял я
и 40 лет лишь дурью маюсь,
как мне сказали бы друзья.
Я, может, жизни и не видел,
весь век в теньке я продремал...
A, может, бог башкой обидел
и век талантом обделял...
Какие веские причины
моя словесность приведет,
когда в печать я вышлю книги,
речь об известности зайдет?..
Мне 40 лет уж объясняют
-всё сыро, вяло у меня...
И нет аллюзий, вишь, конкретных,
и нет идейного огня!..
Что есть - пишу. А нет - увольте!
Писать не вольно на заказ.
Вы впредь уже не беспокойтесь
- я вам пишу в последний раз.
Мне 60... Итог подведен.
Я не писатель. Не поэт.
Лишь в батраках вам был угоден,
а в знаменитостях - то - нет!
Я не еврей. Не от обкома.
К чему меня публиковать?
В стихах моих Конвой и зона,
к тому ж звучит "****а мать"...
- В стихах моих и власть Советов,
и враг народа, и ЧК,
обида, боль и гнев поэта
на все свершения ЦК!..
Вот я Москве и не угоден...
То "Волгу-мачеху" пишу
и в КГБ меня увозят...
То про Конвой здесь чушь несу...
Менталитет-то наш конвойный...
Нам лишь по шёрстке подавай!
А кто о Волге пишет с болью,
тому уж ходу не давай!...
28 августа Самоэпиграмма
На свет родившись в 45-ом
Давно я понял, что к чему:
Алкаш всем нужен вороватый!
Мужик нормальный - никому!
Эпиграмма
на Литературный институт им. Основоположника.
"60-ники, или точки над "и"
"В Литературном институте шестидесятников плодили!
Натиражировали сотни
и в литжурналах рассадили.
И рецензентьон и редактор,
он и поэт, прозаик он...
Ну, просто мастер на вее руки,
как бедолага Робинзон!
Он под себя литературу
и заточил и надрочил.
Круг тем, характеров наметил,
печатью красной утвердил.
Шестидесятник окопался,
литмир корнями он скрепил,
КПССсскую культуру
он по Союзу насадил.
Своим - известность, гонорары,
загранпоездки и жилфонд.
Свои - они из альма матур,
свои - они всегда бомонд!
А не свои?.. Те, что по почте
стишок им присылали звонкий...
Так, не свои ж!.. Назад по почте
в ответ летели похоронки.
Россия пишет бесконечно
стихи и прозу и доносы
и поднимает в писанине
лишь ей понятные вопросы...
Поток стишков тех неудобны
отсёк могильщик-рецензент.
Как от врагов солдат Матросов
прикрыв собой литконтиягент.
Прикрыл он телом литболотце,
где чисто, сухо и тепло,
где всем окладик есть под солнцем,
где всем и сытно, и светло.
Зачем в уютное болотце
России ветры запускать?
Зачем какую-то Россию
к мирку элиты подпускать?!.
Шестидесятник безмятежно
в литературе правил бал,
мизинцем левым он небрежно
всех графоманов отшивал!
А графоман" он кто? Он жлоб ведь
из-под сохи, из-под станка.
Он из какой-то там глубинки,
литнеохваченной пока.
Кому нужны его причуды-
без запятых листочки в клетку?
Когда своих печатать негде"
литграмотных, политкорректных.
Шестидесятник столь воспетый
себя же он и воспевал,
себе выдумывал невзгоды
и с честью их одолевал!
Себе придумал диссидентство,
чтоб в заграницах кайфовать,
учить в Америках студентов,
в Парижах грыжу бинтовать.
И даже нобелевских премий
так, ни за что наполучать,
чтоб вновь стране жлобов - России
мозги с премудростью ****ь!
Лит-парт актив, бомонд советский,"
он до сих пор тут правит бал
и нравов мафии заморской
он до сих пор не отменял.
Шестидесятник свил нам кокон,
всех нас в него утрамбовал.
А умный мир тот кокон красный
соцреализмом обозвал.
Предсмертный хрип одинокого таракана.
"Я - старик, я пишу стариковское
Про души незажившие раны,
Но читать не гурманам московским,
а читать меня лишь тараканам.
Тараканам моим неизменным,
что меня в трудный час не покинут,
что не брезгуют неудачником,
кто судьбою за печку задвинут.
Таракан беспородный советский
- символ старческого одиночества.
Он изгой, он в житухе нищенской
вдохновение ищет для творчества.
Я - в семье тараканов запечных,
что затурканы и зашуганы,
Я - Действительный Член Академии
Вечно Загнанных, Вечно Пуганых!
Тараканы со мной в андерграунде
Уважают сухарик мой нищенский.
Таракан - он Христос моей жизни
и Предтеча червей он кладбищенских.
Таракан я живучий советский,
закаленный заморами всякими.
По судьбе мне бульдозером ездили
и чекисты со мною калякали...
Жизнь меня продержали в наморднике
и в печать меня не выпускали.
Чтобы стал я приплюснуто-жалконьким,
мне башку поднимать не давали.
Стал задроченным я мутантом,
никогда и не евшим от пуза.
Стал Заслуженным Дегенератом
я Советского блин Союза.
Не слыхать вам агонии хрипы
тараканьей судьбы изгоя.
Не слыхать вам души поэта,
ибо ухо у вас не такое!"
31 августа 2004 года "Прощальное письмо".
Всё! Лето кончится сегодня.
Еще не убраны поля.
Еще кругом избыток солнца
и влаги требует земля...
Таков Ташкент с водой и солнцем
- предгорный, предпустынный край.
Таков Ташкент, мой город хлебный,
желудочно-кишечный рай.
Итак, на этом завершаю
я "Хроник пекла" календарь.
Вот вам Ташкент, мой город хлебный,
арбузно - виноградный край.
Вот такова Россия нынче...
Иной-то я и не видал.
Мы с ней давно уже чужие.
Я на развод не подавал.
Она меня и знать не хочет,
мечтает только обосрать.
Всю жизнь мне голову морочит,
чтоб не пустить меня в печать.
Мой брак с Россией не задался,
хоть четверть века прожил с ней.
Я так бездомным и остался
в России-мачехе моей.
Так безработным и остался
в России-мачехе моей.
Союз наш так и не задался,
Я не видал счастливых дней.
За "40 лет войны чужого"
я четко понял, что Чужой!
Сказать мне не дали ни слова.
Я вам поганый, я не свой.
"Автопортрет" и "Графоманы",
и "Парадоксов" череда
уж никого не озадачат,
не выйдут в свет уж никогда.
Поэм две тысячи страничек
не прочитает уж никто,
лишь в туалете по привычке
кой-как засунут под пальто...
За жизнь 5 с половиной тысяч
страниц я текстов написал!
Где только юмора 3 тыщи
свет никогда не увидал!
Итог печален личной, жизни...
Итог печален в ремесле...
На непрочитанных страничках
говно оттает по весне...
Вот наш союз с тобой, Россия!
Таков вот русский мой удел.
Меня в Чужого превратила,
своим я быть всегда хотел.
Хотел трудиться я посильно
как переводчик, как поэт,
да руки падают бессильно
- работы нет, признанья нет...
За "40 лет войны Чужого"
я всю Россию повидал...
По правде, больше-то плохого,
да и голодного я знал...
По правде я тебе не нужен
- непьющий, здравый мужичок.
Тебе милей, кто мордой в луже
да вороватый дурачок.
Тебе свои лишь пьянь да воры,
Россия, мачеха моя!
Каб я валялся под забором,
каб рядом хрюкала свинья!..
Каб я по зонам век скитался,
своим я был бы, не чужим!
Каб над родными издевался,
я стал бы вам совсем своим!
Закон убогий и угрюмый
В российской век царит судьбе
закон похмельный и постылый,
что пересек дорогу мне.
У вас порядочных не любят.
Кто здрав морально, не в чести!
Россию любящие люди
не из ЧК большевики.
Россию любящие люди
по 58-ой ушли.
Россию любящих могилы
давно бурьяном поросли.
Нужны России патриоты
лишь на бумажке - пыль в глаза.
Нужны России живодёры
и дел заплечных мастера!
Ей не нужны интеллигенты,
их Брайтон-бич уж поглотил.
Дай церебральных ей мутантов
от поспивавшихся мудил!
Подай сирот, бомжей побольше
и нелегалов ей подай!
Россия умных знать не хочет!
Ей с дураками только рай.
И Дураков лишь быть Страною
Тебе, Россия, суждено!
Весь мир смеется над тобою
- с тобой осталось лишь говно!
Лишь срань да воры, да пропойцы
- России будущий удел.
А я в словесности старался,
всё послужить я ей хотел...
О вечных ценностях я пекся,
Добро и Зло я всё делил,
Не ко двору я ей пришелся
- алкаш ей нужен и дебил.
Прости за смелость, мать-Россия.
Прости-прощай, уж пробил час.
Тебе не нужен я, Россия.
Но без тебя я не угас!
Прощай, Россия, мать поэтов.
Поэт я, видно, никакой.
Я от тебя не знал привета.
Прощай, Москва.
Не твой.
Чужой.
5 июля. Из "Хроники Конвоя".
А на душе, а на душе
лишь стон да крик, да плач и вой...
А на душе, а на душе
сопровождающий Конвой.
А на душе, а на душе
лишь нищета да холода.
А на душе, а на душе
одни чужие города.
А на душе, а на душе
тот мир чужой, где я живу.
а на душе, а на душе
жизнь задохнулась уж в дыму.
А на душе, а на душе
один владимирский централ.
Не побываю в нем уже
и никогда в нем не бывал.
А на душе, а на душе
один столыпинский вагон
и то купе, где 20 рыл,
где хлеб, селедка с кипятком...
-"Шаг вправо - влево!.. "Не уйти...
К нам вологодский глух конвой.
По пересылкам взаперти
полгода только волком вой...
А дом оставлен на воров...
Какой там может быть призор?
В души дырявом шалаше
одно бесчестье и позор...
А на душе по Северам
всю жизнь одна тоска-треска.
А на душе до Сибирям
всегда одна Угрюм - река.
А на душе, а на душе
лишь одинокий стонет волк.
А на душе, а на душе
тюрьмы засовов гулкий щёлк.
А на душе, а на душе
карельский тот лесоповал.
А на душе, а на душе
Карлаг, в котором не бывал.
И Беломорканал, и Кемь,
мордовский лагерь и АЛЖИР...
В своей душе, в своей душе
все жизни ваши я дожил.
Дано душе, моей душе
нести всё горе всех утрат.
А на душе, а на душе
могил расстрельных камнепад.
Глядишь, я не был бы чужим
меж тех, кто так вот кончил век,
Брожу душой среди могил,
антисоветский человек.
Брожу душой среди могил
я, пост-советский нелюдим.
Уж все дороги исходив,
так и остался я чужим.
Моей России нет давно.
Перед глазами лишь Конвой.
Жива Россия лишь в душе,
в душе расстрелянно - живой.
Конвой за матерью пришел,
чтоб всех под Пензой расстрелять,
по - Белоруссии прошел
родню мою фашистам сдать.
Интеллигенцию Конвой
сгонял в теплушки под штыком.
Один Конвой, хоть волком вой!..
В России кто с ним не знаком?
Мою Россию свёл Конвой
В овраг и там же закопал.
Ну, а потом?.. Ну, а потом
свою нам волю навязал.
Свои законы тот Конвой
нам нашей кровью написал.
Нас кровью повязал, враждой,
чтоб я чужим России стал.
Кровавой нас связав бедой,
кругом догляд он учредил,
отец и сын, и сват, и брат
чтоб друг на друга доносил.
Донос и Совесть - два врага.
Конвой нам совесть упразднил.
А чтоб не плакала душа,
он нам и душу отменил.
Вредны Конвою Доблесть, Честь,
нам не положено и их,
и мыслей нам нельзя иметь,
и мнений нам нельзя своих.
Конвою век нас сторожить,
чтоб начудить мы не могли,
чтоб нам свобод не допросить
и не потребовать земли.
Конвой везде - вверху, внизу,
самоцензура наш Конвои.
Сбрехнём и ни в одном глазу,
ведь ложь для нас - самоКонвой.
СамоКонвой - и слепота,
и глупость наших мёртвых душ.
И зависть наш самоКонвой
загнавший нас в кровавый душ.
СамоКонвой всегда с собой,
самоКонвой всегда внутри.
Нет, это не самоконтроль.
СамоКонвой ведь для других.
Чтоб ограничивать чужих,
чужим чтоб воли не давать
и продвигать всегда своих,
им индульгенции давать.
Встань с нами в строй и ты - Конвой!
и ты дойдешь гнобить чужих,
и ты расстанешься с душой,
и в стаде будешь ты своих.
Конвой внутри, вокруг Конвой.
Конвой, куда ни посмотри.
Ох, и силен самоКонвой
для всех чужих у вас внутри!
6 июля. Из "Устава Конвоя".
Коль нет души, на этом месте зависть.
Где нет души, на этом месте мрак,
на этом месте пьяные разборки,
тут сел по пьянке не один дурак!..
Мозгов где нет, там ненависть таится.
А с пьянкой ненависть - первейшие друзья!
В пиру башка чужая раздробится,
чужим похмельем мается земля.
Коль совесть спит, в руке стакан не дремлет.
Пропьет алкашка деточек своих.
Коль аморальна в пятом поколенье
куда тебе воспитывать других!..
Твой дед строчил по белым из тачанки.
Дотом строчил донос на весь колхоз.
Врагов народа он строчил по пьянке,
валил в могилу, не имея слёз.
Отец твой был в чинах НКВдшных,
входил он в "тройку" с правом на расстрел.
А брат служил в Конвое МВДшном
-такие в зоне правят беспредел...
Мозгов коль нет, беспамятна алкашка.
души коль нет, не знает ни черта.
Преступен род твой, пьяненькая Машка,
и оттого вся в жизни маята.
Преступен век твой красный и кровавый.
Твой пионерский галстук был кровав.
И в комсомол ты шла не для забавы
-чтоб навязать фашистский всем Устав!
Жизнь по Уставам вся страна терпела.
Он в комсомоле, в партии Устав,
Чтоб не качнулся строй из лева вправо,
залп в воздух тут предписывал Устав.
Какая мать, такие будут дети.
Устав от пьянки в трёпанных кустах,
возненавидев всё на белом свете,
изобрели свой собственный Устав!
А он неписан, тот Устав кровавый,
но по нему чинится криминал.
И киллера идут не на забаву
-Устав неписанный им это предписал.
Устав царит в разборках криминальных.
Устав преступный зону всю сплотил!
Устав чеченский межнациональный
страну террором, смертью охватил.
Устав ЧК - стрелять всех без разбора.
Устав ЦК - своих не обижать.
Устав алкашки - пьяные разборки.
Устав сынков - на зоне всех подмять!
Устав суров! В запрете размышленья.
Украл - пропил, и вся тут недолга.
Устав суров! Душевные сомненья
он пресечет затвором у виска!
Устав Конвоя нашей жизнью правит.
Устав Конвоя гены отравил.
А кто от этой жизни вдруг застонет,
в чужих окажется, среди чужих могил!
Устав Конвоя - Кодекс Беспредела
Вали чужих и воздух дай своим.
Чужой, он - лох, он враг народа, белый.
Его ограбить, всё раздать своим!
Устав для слабых - белая горячка.
Устав для хищных - в страхе мир держи!
Устав от крови, нищеты бродячей,
порядочность в могилу уложи.
Стреляй, кусай, пинай и бей наотмашь!
Швыряй плечом старух и слабаков!
И ты увидишь, что любая сволочь
уважит только силу кулаков.
Устав фашизма - вот Устав Конвоя!
Подмять и властвовать - вот Заповедь его!
А если кто вдруг ступит шаг из строя,
чужому - пуля, труду - вороньё!
10 июля. Из хроники "Дети Конвоя".
У Конвоя дети вы и внуки.
Менталитет у вас ментовский.
Конвоя дети вы и внуки.
Менталитет у вас ежовский.
Конвоя дети вы и внуки.
Вам с компроматом папку в руки
Менталитет у вас ментовский,
вам детективов бы от скуки.
Менталитет у вас конвойный,
вам "Фонарей" бы поразбитей.
Менталитет у вас ежовский,
без крови жить вы не хотите.
Менталитет НКВДшный
-сыскать чужих и уничтожить!
Конвоя дети вы и внуки.
вам всё живое бы стреножить!
Конвоя дети вы и внуки,
из коммуналок агентура.
С менталитетом коммунальным
какая вам литература!..
Какие вам стихи и проза
с менталитетом беспредела!..
Вам по картинам бы бульдозер
с психиатрией-то Внудела!...
Бойцы забойного участка,
вы мясники и живодеры.
Конвоя дети вы и внуки,
вы для культуры мародеры.
Менталитет у вас расстрельный
-чужих бы в братскую могилу!..
Шпиономании ошмётки,
чужих вы видите повсюду.
Менталитет у вас чекистский,
для вас чужим я вечно буду.
Всегда шпион-антисоветчик,
я буду вечно вам подсудным.
Менталитет свой ФЗУшный
скрыть никогда вы не умели.
Менталитет свой ПТУшный
вы и скрывать - не хотели.
Вы поколенье культпросвета
-вам два притопа, три прихлопа!
Менталитет ваш беспросветен,
вам "Угадайку" бы да "Окна ...
Менталитет у вас футбольный,
вы дети водки без закуски.
Менталитет наркоподполья
уж завладел сознаньем русским.
Конвоя дети вы и внуки
- хватать и не пущать задача!
Для зоны дети вы и внуки,
вас ждет раз в месяц передача.
По обе стороны колючки
конвоя дети вы и внуки.
С менталитетом беспредела
вы АКМ берете в руки.
С менталитетом АКМа
шахидка пояс напевает.
Конвоя дети вы и внуки
и Магадан по вам скучает.
Конвоя дети вы и внуки
и не с руки вам без ГУЛАГа.
Палатку грабите от скуки,
крушите ребра бедолагам...
Богата матушка-Россия
менталитетом ментовским.
Богата матушка-Россия
и беспределом воровским.
Богаты гены у России
менталитетом воровским.
Богаты гены у России
и беспределом ментовским.
По обе стороны колючки
менталитет у вас один.
-найти своих, чужих прищучить
и вот уж всем ты господин!
По обе стороны колючки
- украсть, пропить, не залететь.
По обе стороны колючки
вам беспредел всегда терпеть.
По обе стороны колючки
вам лишь подмять бы рядом чмо.
По обе стороны колючки
и дедовщина, и ярмо.
По обе стороны колючки
ты без своих всегда чужой.
По обе стороны колючки
воруешь вечно на пропой.
По обе стороны колючки
задача - с****ить и пропить!
По обе стороны колючки
-кто вам чужой, тому не жить!
Менталитет у вас Конвоя
и воровской менталитет
всегда одним шагают строем
в одной пивнухе тет-а-тет.
Тут все свои - менты и воры.
И пиво тут для всех одно,
и о футболе, разговоры,
и про ментовское кино...
Конвой и вор, всегда вы рядом,
У вас один менталитет
Под ментовским суровым взглядом
век процветает беспредел.
Конвой ворует дачки в зоне,
крадет тушенку у солдат.
Конвой у вас всегда в законе,
вступить в Конвой здесь, каждый рад!
Едины вы, менты и воры!
У вас и армия одна,
и строй идет без разговоров,
мечтая выпить бы вина...
И власть для всех для вас едина
-силовиковский беспредел.
И нерушима, неделима
она - московский передал.
Ментов в воры вам переделит,
найдет управу на ментов.
Мильярды ЮКОСа поделит
между своих халявных ртов.
А завтра вновь ГУЛАГоткроет,
чтоб Ходорковских всех ссылать,
чужих туда сгонять чтоб строем,
карманы дружно им шмонать.
Кто поднажился уж солидно,
пора на нарах тем худеть.
Ментам чтоб было необидно
всё на зарплате-то корпеть.
Чужим чтоб было неповадно
мозгами шибко шевелить,
чтоб не жилось им слишком сладко,
чтоб пирамид не городить.
Чужих вы скоренько к ответу:
-Да ты ж мерзавец! Где налог?
Чтоб не искать тебя по свету,
гляди на нарах в потолок!"
Свои чужого очень любят
за тот карман, за пребольшой.
В тюрьме ласкают и голубят,
пытая, что там, за душой?..
Переведя его активы
в швейцарских банках на свой счет,
по-ментовски конкретно кинув,
отправят узника в расход!
Ну, не в расход, так заграницу...
Ну, не в Мадрид, так в Ливерпуль,
закрыв бюджетную страницу
-доходов нуль, налогов нуль.
Один Конвой кругом мелькает,
вокруг махровый беспредел.
И Березовский отдыхает...
Давно Гусинский не у дел.
А было время - воровали!..
А было время - ох, гребли!..
Да под ментов они попали,
те кислород им отмели...
Конвоя дети, беспредела
- и МВД, и КГБ.
Кому тут заниматься делом,
Россию выручать в судьбе!..
Кому ж здесь что-то, где-то строить!..
Кому же плавить тут металл!..
Кому Россию обиходить
коль всяк вею жизнь проворовал!...
Вам лишь чужого обокрасть бы
и своего бы обобрать.
Вам с воровским менталитетом
лишь "Фонари" ментам снимать.
У вас культура воровская
-чужую рукопись украсть.
У вас повадка ментовская
-укравших, где уж там сыскать!..
Конвоя дети вы и внуки,
в руках московский беспредел!
Вам по стране все карты в руки,
вам и кремлевский передел!
Менталитет для раскулачки
-"хватай, дели и растащи!
Менталитет лишь для Конвоя
-"сажай, на волю не пусти!"
Менталитет тут чисто красный:
-"Вот вам тюремный коммунизм!"
Двадцатый век не понапрасну
в мозги вгонял социализм.
Двадцатый век не понапрасну
воров с ментами насаждал.
Иных уж нет... А тех несчастных
попрал уж времени завал...
Иных уж нет... А что осталось,
себе подобных расплодит.
Лишь на воров семян осталось...
А кто не вор, тот уж бандит.
Менты с ворами о футболе
в пивных неспешно говорят.
В одной они учились школе
и шли солдатами в наряд...
Их деды вместе на гражданской
пластали дружно Колчака.
Отцы в Конвое вместе были,
служили рядом в ГубЧК.
Кто не в ЧК, тот гнил в Гулаге,
от них уж нет стране семян,
одни стихи, что на бумаге
уносит время уж в бурьян...
16 июля. Из хроники "Личность и Конвой"
Веду я летопись погоды...
Я жизни подвожу итог...
Итог под прошлые невзгоды...
Ищу надежды я глоток...
О чем мечтать в мои-то годы?
Вот, не мечтал стихи писать,
а нынче летопись природы
в стихах в охотку излагать...
Как знать, что выпадет мне завтра...
Пришло - "Савраску" напивал.
А до того "Земля России"
пришла - бесславья пьедестал.
Откуда взялся "Мой цитатник"?
Шел по чуть-чуть из года в год.
Я лишь стихи пишу мгновенно,
а с фразой - там наоборот.
"Я думал - всё! Мне наплевать уж..."
- мои первый сборник... Прошлый год...
А то, что за год написалось,
другой за жизнь не наберет...
"Автопортрет" и "Графоманы"...
А "Волга-мачеха" пришла...
А "Парадоксы" написались...
И "Киев" мне судьба нашла...
Тому уж 30 лет минуло...
Но это - я, все тот же, я...
Я, не терявший ни минуты...
Ни года не прошло ведь зря...
С десяток книг пришло пожалуй...
Да вот, не вышло ни одной...
В СССР меня не знали...
Не знают нынче... Я чужой!
Что ни пишу, всё вам негодно!
Всё вам не гож!.. Всё вам не люб.
Меня печатать невозможно,
ведь на Москве ничей я друг.
Кто там замолвил бы словечко
за старика, что еле жив?..
Пусть разменял седьмой десяток,
перо он всё же не сложил...
Но нет! В Москве лишь детективы
хотят Конвоя дети знать!
Мои гремучие мотивы
опасно пропускать в печать!
Подрыв основ - вот мой диагноз!
Патриотизм наоборот!
Кому нужна моя зараза!..
Кому издать на ум придет!..
В России главное - бездумье!
И скудоумье - как у всех,
Я ж старикашка вольнодумный,
непубликованный весь век!
Что бог мне на душу положит,
то я дуром и напишу!..
Нив чем себя я не стреножу,
свой норов не укорочу.
Болит - пишу. Смешно - пишу я!
От искры божьей все идет.
Покуда жив, нишу, рифмую...
Помру - там рифма не придет.
Пока не поздно, исполняю
свой послух, данный свыше мне.
Пока не поздно - сочиняю
я в предмогильной тишине.
Не нужен вам и ***-то с вами!
Ой, мне на вас 100 лет насрать!..
Я 20 лет в разводе с вами.
Всю жизнь мне нечего терять!
Я не для вас пишу, конвойных.
Вам не понять простых вечей.
Мозги вы пропили в запоях.
Ваш "интеллект" - для кислых щей!
Тупей не видел я уродов,
чем ваш чекистский зоосад!
Весь век давили вы свободы
и всех, кто думал невпопад!
Менталитет НКВДшный
вы насадили по стране.
Менталитет ОГНУшный
все не дает дорогу мне.
Чужой - всегда он враг народа!
Тогда, сейчас во всем, кругом!..
Пусть даже пишет о погоде,
он вечно в думах о другом...
Что "о другом"!... Он просто в думах...
В России ж думы не в чести!
В России надо жить угрюмо
и чушь убогую нести!..
В России надо жить с похмелья,
а не о солнышке писать.
Кто с вами не опился зелья,
в чужих и век тем куковать!
Кто тем привычных круг нарушил,
того не пустите в печать.
Кто вашу логику разрушил,
того не в силах вы призвать!
Систему ценностей чекистских
кто покусился вдруг попрать,
из круговой поруки вышел"
тому вовек несдобровать!
Кумир ваш - Павлик тот Морозов,
стучавший вам за все про все.
Кумир ваш - выродок Иуда,
ваш информатор и сек.сот.
Лишь доносители вам любы,
нужны вам только стукачи,
те, что бездумно и угрюмо
сдадут любого за гроши.
Тридцатка - вот цена душонки!
Тридцатка - верх ее мечты!
Тридцатка с банкою тушенки
- за это прётесь вы в менты!
В ментах местечка не пустует!..
В силовики все норовят!
Менталитет у всех конвойный,
с похмелья думать не хотят.
Конвой не терпит вольнодумства!
Однообразье - лозунг строя.
Вы в поэтических раздумьях
нигде не встретите Конвоя.
Конвой бывает лишь с похмелья
и не нужны ему стихи.
Конвойному подайте зелья
и он отпустит вам грехи.
Конвойных строй не прошибаем!
Он - здравый смысл для всей страны
Своим он свой. Чужих карает!
Вы в строй конвойных рождены.
Вы рождены, чтоб сделать былью
мечту Конвоя из ЧК
- смешать врагов народа с пылью,
чужих в ГУЛАГ всех и в зека!
Чужой чтоб больше уж не думал
и много на себя не брал,
чтоб был забитым и угрюмым,
чтоб выделяться не желал!
Чтоб стал убогим, как конвойный
и неприметным, как чекист.
и чтоб чужих детишки строем
мечтали в ваш Конвой вступить!
I6 июля. Из хроники "Чужой и Конвой".
Я чужой для Конвоя и зоны!
Не алкаш я, не вор, не Конвой.
И сгодился я вам лишь в изгои,
всем не свой, всем я только чужой.
Я не свей -никогда не налью я.
Я не свой - мне украсть западло.
Я чужой, неподвластный Конвою.
Я чужой, вам со мной не везло.
Был чужим я и в ваших свершеньях.
В криминале сейчас я чужой.
Никогда не хотел стать конвойным.
Я конвойной стране все не свой.
Я не свой, но пишу я о вашем.
Я о вашем, об общем пишу.
По конвойному мненью не ваш я,
понапраслину я возвожу.
Клеветник я в глазах у Конвоя
- не о том и не то я пишу.
И не в ногу шагаю я строем,
разговоры в строю развожу.
И вредны всем мои разговоры,
и не тех я касаюсь все тем...
Вечно гонит Конвой всех с позором
Кто ж в Конвое служить не хотел!
Кто не хочет быть зоны достоин,
кто не хочет под водку мычать,
кто чекистами век недоволен,
кто не хочет идти вороват.
Из Конвоя вон прапор убогий,
он и друг вам, и сват, и братан.
Он, подвыпив, с Конвоем нестрогий
и браткам вороватым друган.
Все свои там - в Конвое и в зоне.
Все свои там, в конвойной стране.
Я один лишь чужой и на воле
я в наручниках, с кляпом, в дерьме...
Я обгажен конвойным Главлитом
и тетрадки в подвалах ГБ...
Вечно был я нигде не прописан
-ненадежен на взгляд МВД...
Я бездомным был век и небритым,
по работам был вечный летун,
непечатным на взгляд Мускатблита,
а но мненью чекистов болтун!
Я чужим был всей вашей системе
и сегодня своим я не стал,
ваши ценности просто похерив
- Зло с Добром я всегда разделял.
Разделял я и Честность, и Подлость,
Геноцид отличал от добра,
знал, что Сталин и есть Враг Народа,
знал - в России всё Зло от ЧК.
Знаю я - разворуете недра
и к дровам вы вернете страну,
вспять на лесоповальное пекло
всем на бойню нам, как на войну!..
Первым быть мне на лесоповале
и могилу себе там копать,
ведь чужих там всегда обобщали,
чтобы первыми смерти предать.
От Конвоя я во- время чухнул,
от чекистов поганых тверских,
что держали меня по подвалам,
все мечтая, чтоб сам я утих...
Не утих я, стишки вот кропаю.
Не утих и мечтаю издать
Все, что нынче вокруг наблюдаю,
все, чего не хотел бы видать...
Все, чего уж давно ж не видит
вся конвойная ваша страна.
Свой своих там не больно обидит
там лишь мне бы навеки тюрьма!..
Там свои только те, кто ворует,
вам свои только те, кто сидит,
вам свои только те, кто в Конвое,
свой для вас только киллер, бандит!
Про ментов вам кино ежедневно,
про бандитов кино каждый день.
Детектив напечатать? Мгновенно!
Для меня лишь бумаги все нет...
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/