Две катастрофы

  1. Отец и сын.

Элиот Браун неспешно ехал на своем Кадиллаке-Ерроуз-8 по тому, что когда-то было красивой набережной Атлантики. Атлантик-Сити уже давно, еще до рождения Элиота, превратился в несколько островков жизни, разделенных радиоактивными Следами. Именно Следами, а не следами, как просто следовало бы думать. Его сын - это было чудо, что у человека, живущего в Олд Атлантик, может родиться совершенно здоровый сын, но видимо теперь, к 4566 году от рождества Христова, Земля начала оправляться от Следов и от Большой Попытки… Так вот, его сын отметил свое двенадцатое рождение буквально несколько часов назад. И теперь пришла пора, как издревле повелось, отцу рассказать сыну о Большой попытке и Следах. Уже около полутора тысяч лет в Сети не существовало свободного доступа к этим материалам. Это единственная информация, для которой требовалась биологическая верификация, что для ребенка до двенадцати лет не давало никаких шансов узнать об этом. Видимо, это еще одна дурацкая привычка человечества, которая укоренилась на долгие годы, как когда-то, на Прежней Земле, были привычки курить настоящий табак или чистить зубы странной пластиковой конструкцией, которая называлась “щетка” (Элиот видел такие на рудниках Марса, и совершенно не представлял себе, как это можно засунуть в рот, ведь по размерам она превышала его Кадиллак примерно втрое).

Как повелось издревле, должно быть только двое: рассказчик и слушатель. И уединенное место… Никаких свидетелей.

В настоящее время, когда секса, как такового, уже не существовало в природе, рассказ о Следах и Попытке заменял собою потерю девственности - ни больше и ни меньше. Это было взросление, ребенок становился взрослым, узнав об этом… Как когда-то первая физическая близость у древних Землян служила для этого.

- Ты конечно знаешь, Крис, что теперь настало время тебе узнать две довольно важных вещи, - начал Элиот.

Его сын понимающе кивнул, отчего его челка, покрашенная по последней моде в цвет сверхновой, столкнувшейся с двумя черным дырами, упала на глаза.

Крис естественно, как любой другой нормальный ребенок Земли, знал о существовании Следов и Попытки. Но лишь немногие дети на Земле знали об этом больше, чем просто название. Ибо за разглашение любому совершеннолетнему полагалась мучительная процедура полусмерти. По закону Солнечной системы, одному из главных законов в галактике (в обозримых ее пределах), за разглашение любой информации о Следах и Большой Попытке детям до двенадцати биологических лет, полагалось Извлечение - это когда твой мозг извлекают из тела, удаляют большую его часть и засовывают в дроида, который весь свой ресурс (а это около 200 лет) добывает ископаемые на Марсе или Меркурии, или в Метановых Скалах на Юпитере, управляемый примитивными функциями мозга человека. А потом идет в переплавку… Вместе с мозгом… Это здорово экономит нейрокомпьютеры. Причем человек, как личность, не имеет контроля за действиями дроида, он только может наблюдать за окружающим миром из маленького алмазного окошечка - наблюдать, пока не сойдет с ума, ибо в течение двухсот лет видеть перед собой полумрак шахты - рано или поздно сведет с ума любого (научные изыскания свидетельствуют, что достаточно “рано”). Но это никоим образом не влияет на работу дроида.

- Все началось еще в те давние времена, когда люди не летали на Марс и на Юпитер, - продолжил Элиот. Крис понимающе кивнул и снова уставился на черные воды Атлантического океана. Он был довольно сообразительным ребенком для своих лет. Возможно, из него может получиться ученый, но до сих пор он иногда удивлялся, совершенно искренне, что тысячи лет назад не существовало летающих Кадиллаков, полетов на Луну, Марс, Юпитер, кварковых батареек, виртуальных публичных домов, да и много еще остального. И Элиот не преминул вновь напомнить ребенку о том, что когда-то не существовало.

- Тогда, как ты наверное слышал, не существовало многого…

- Да знаю я, пап, знаю, - Крис задумчиво смотрел на Атлантику, Элиот сбавил скорость. Да, это был именно тот синдром, который часто стал встречаться последние несколько сотен лет. Многие дети хотели узнать о Следах и Попытке, но когда приходило время, они просто боялись услышать правду. Все атмосфера их жизни создавала впечатление, что все это - жутко красивая сказка, нечто поистине необычное, Тайна, именно так, - тогда как на самом деле это был всего лишь огромный ядерный взрыв да неудачная попытка ограбления банка…

- Слушай, сын, я давно говорил тебе, что есть синдром… - начал было Элиот.

- Все в порядке, просто… просто мне действительно… немного не по себе от этого, я справлюсь. - Крис посмотрел на отца и улыбнулся. - Знаешь, я всегда представлял себе, как это будет, как я это узнаю… И это, вроде бы, лучшая ситуация.

Взгляд этих зеленых глаз ясно говорил Элиоту, что сын действительно говорит то, что есть на самом деле. А друг другу они доверяли. Элиот поставил Кадиллак на автопилот и принялся рассказывать непростую длинную историю, которую рано или поздно каждый отец рассказывает сыну, а мать - дочери, историю того, как Земля, некогда красивая и зеленая, погибла…

- Это теперь…- начал Элиот, - теперь у нас есть машины, которые могут доставить нас на околоземные станции, у них есть вертикальная парковка, хоть носом вниз, хоть задом. Это странно смотрится, но здорово экономит место. Они уже давно не взрываются неожиданно, загрязняя квадратные мили радиоактивным дерьмом. Это теперь мы живем в комфорте, тепле, у нас все есть и нет энергетического кризиса, наука идет вперед и скоро мы сможем долететь до звезд…

Но раньше этого не было.

Большая Попытка была первой. Это был где-то две с половиной тысячи лет назад…

  2. Большая попытка.

Большая Попытка - так называли неудавшийся контакт с чем-то инопланетным. Это “нечто” просто взорвалось, когда высокая делегация уже была готова с распростертыми объятиями принять посланцев других Вселенных. Говорили, да и до сих пор говорят, что взрыв был не случайным, в нем видели “всемогущую руку” спецслужб, никто даже не знал, чьих. Но в результате от Берлина и пригородов остался огромный карьер диаметром около сорока миль, который за сотни лет практически до краев заполнили подземные воды. Никто не смог изучить место катастрофы, ибо из-за высочайшего уровня радиации и сильнейшего электромагнитного поля там вообще ничто не работало, не говоря уж о том, что даже в самой современной защите - для того времени, конечно, - люди погибали в доли секунды, стоило им только шагнуть ближе к кратеру, хотя они почему-то всегда называли это “карьером”. И долгие сотни лет дорогое оборудование, все же проползшее немного по Территории Смерти, на глазах Европы превращалось в пыль, окружая некогда прекрасную столицу, точнее то, что от этой столицы осталось. Теперь к кратеру уже можно подойти без защитного костюма. За долгие годы он здорово осыпался, расширившись примерно вдвое и навсегда погребя под миллиардами тонн обвалившейся породы какие-либо доказательства. И история Большой попытки осталась историей. Никто уже не искал остатков летающей тарелки, и уж тем более миллионов людей, среди которых было восемь президентов и девятнадцать премьер-министров, не считая многих известных ученых и кинозвезд, приехавших, заплатив бешеные деньги, посмотреть на пришельцев.

Теперь Элиоту предстояла нелегкая задача - рассказать это с самого начала сыну. И рассказать так, чтобы он смог сделать то же самое многие годы спустя, когда тому будет время.

Даже в древности ученые в Калифорнии уже довольно долго прослушивали Вселенную в поисках осмысленных излучений. И вот однажды они обнаружили нечто, что после двух лет расшифровки превратилось в чертеж. На нем было изображено то, что некогда собою являл проект древних Египтян. У них это был храм, на самом же деле это был причальный терминал для межзвездного корабля пришельцев. Элиот уже не помнил имени того египтянина, которого, по преданиям, якобы водили во сне по готовому храму, там он измерял его, и в результате родился план строительства здания, точная копия того, что было построено потом в Берлине. Но у египтян проект так и остался проектом. А может быть, это были не египтяне, а иудеи… Элиот точно не мог уже вспомнить.

Но главное был в том, что в Калифорнии получили точно такой же план с точно такими же размерами и предположительную дату прибытия корабля пришельцев. Многие страны стали бороться за высокую честь, чтобы построить терминал у себя, но к тому времени ученые головы Штатов вычислили координаты, где якобы инопланетяне ожидали увидеть причальный терминал. Этим местом оказался Берлин, его западная часть. Так был вынесен приговор прекрасному древнему городу.

- И вот, Крис, строительство быстро началось и буквально за полгода, как раз к назначенной дате, терминал был готов. Он не представлял собой что-то поистине диковинное и потрясающее, но это было красиво. Экскурсии туда были самыми дорогими, ведь в те времена еще было понятие “деньги”. Теперь, когда ты уже можешь получить доступ в Сети к этим материалам, ты увидишь его, и даже походишь по его виртуальной копии… Применялись дорогие титановые сплавы, потому что только они могли держать такую конструкцию. Возможно, причина того, что древние египтяне или иудеи - уж не помню, кто - не построили такой терминал в том, что тогда не было столь крепкого материала, и конструкция бы просто не выдержала собственного веса. А ей еще предстояло держать на себе корабль, и если верить древним планам, тарелка была раза в три больше этого здания.

Крис заинтересованно кивнул. Мальчишка помнил историю, и знал, что деньги - немалое зло, сгубившее много народу, и был в душе доволен, что уже почти тысячу лет денег не существует.

«Похоже, все в порядке», подумал Элиот и продолжил.

- В наше время, Крис, многие пытались протолкнуть проект строительства еще одного терминала в рекламных целях. Но под страхом смерти это запрещено, как ты узнаешь очень скоро. Люди Земли боятся, что вновь прилетит корабль смерти, и снова будет еще одни кратер с водой на месте очередного “счастливого города”, как многие в те времена называли Берлин… Возможно, они и правы, кто знает. Но с другой стороны, вряд ли еще одна яма испортит пейзаж Земли…

Так или иначе, делегации со всего мира собрались в Берлине перед терминалом, в ожидании “часа Х”. И он не замедлил наступить. Это было ранним утром в августе. На древней Земле это было лето, тепло было на улице, как у нас в Олд Атлантик.

Станции слежения на орбите Земли заметили приближение объекта примерно за час до Катастрофы. Нечто тарелкоподобное двигалось с чудовищной скоростью по направлению к Земле примерно со стороны Большой Медведицы. Но при подлете резко сбавило скорость и плавно стало опускаться прямо к терминалу…

- Ты увидишь старые кадры хроники, как эта хреновина снижается, как у нее выходят опоры, и увидишь, что было потом… - Элиот обнял сына за плечи, тот придвинулся к нему, продолжая смотреть на Атлантический океан, где волны смертельно ядовитой воды мрачно плескались, медленно разрушая побережье - следуя привычке, древней, как сама Земля,…

Тарелка села. Размер терминала был в самый раз. Толпы народа - а присутствовало около шести миллионов гостей со всего мира, не считая самих берлинцев - в немом восхищении смотрели на космического странника…

… и в этот момент все вспыхнуло…

Со стороны было видно, что это был не совсем обычный взрыв. Он не родился, как положено, в эпицентре … Сначала это был терминал, пригороды Берлина, миллионы людей и тарелка, уже почти причалившая… А потом все превратилось в огненный шар, рванувший в небо.

Взрывная волна снесла все в радиусе почти пятисот миль. Стекла вылетели во всей Европе и в большей части России. Миллиарды тонн вещества превратились в электроны и пыль… С тех самых пор на планете уже нет понятия “время года” и “время суток” - стабильная температура и вечные сумерки. Ужасные пожары, спалившие леса Швейцарии, даже не считались важным событием, людей беспокоило совсем другое - возможный потоп… Именно тогда Антарктическая шапка льда растаяла до основания, показав всему миру, что никакой погибшей Атлантиды там нет, просто одни скалы, которые миллионы лет покрывал лед. Удивляло лишь то, что не было сильных наводнений, и буквально в течение десяти лет уровень океана дошел до прежней отметки, да и поднялся-то он ненамного, футов на пятнадцать, не больше… Как мрачная шутка, случившееся стали называть Большой Попыткой. Так это называют до сих пор.

- Ты изучал в школе, - продолжал Элиот, - что на Земле, древней Земле, была Природа.

Буквально за пару десятков лет после взрыва в Берлине, вся наземная растительность и животные погибли… В распоряжении человечества остался океан. Это и спасло цивилизацию. Правда, дорогой ценой. Более двадцати процентов людей Земли погибли в следующие несколько лет после Взрыва. Остались лишь наиболее развитые государства и лучшие из их граждан, хотя возможно, это спорный вопрос - лучшие ли?..

- И как ты знаешь, то, что сейчас называется Олд-Рашшен, Старая Индия, да и почти вся Азия с тех самых пор представляют собой беспорядочное нагромождение скал и развалин. Сильные ветры рождают там пылевые бури и торнадо. Там даже бактерии не живут. А Большая Сахара, знаешь ли, Крис, это не континент-пустыня. Когда-то там почти повсеместно жили люди, и это называлось «Африка».

Но первой пострадала Япония. Резкое таяние льдов положило конец Японии, как государству, и японцам, как нации.

- Теперь-то вообще нет понятия нации. А раньше это было. Но ты все это знаешь. - Элиот вопросительно посмотрел на сына. Крис утвердительно кивнул.

Остались только мы - Америка, часть Европы, Австралия и небольшая часть Южной Америки. Как ты знаешь, Южная Амазонская Пустыня, она занимает большую часть южной Америки, когда-то, до Большой Попытки, была дикими джунглями, как это тогда называли, легкими планеты. Это в наше время, время тирзионных реакций, нет необходимости в природном кислороде. Его просто можно синтезировать. Но до того, как Фил Картер дал миру тирзионный синтез, земляне буквально задыхались после того, как появились еще и Следы.

Но шло время, раны затягивались, Земля стала единым государством. Сейчас, да и тысячи лет, это само собой разумеющееся, но тогда это была мечта человечества. Так вот, через беду, воплотилась золотая мечта прогрессивных людей…

Тогда был настоящий всплеск научных открытий. Все же критические ситуации обостряют интеллект многократно. Современная наука давно это знает.

Если можно так сказать, все было “хорошо” на протяжении лет этак ста. Все стабилизировалось. Человечество оживало после чуть было не постигшей его глобальной смерти. Появился общественный транспорт, этот анахронизм - для нашего времени, конечно. Возобновилась экономика, и деньги - как следствие. Единое государство Земля вставало на ноги.

- Но что очень важно, Крисси, родной мой, - Элиот взял сына за руку, рука был прохладной и чуть влажной. - Ты знаешь, ты знаешь, что было Очень Важно?!

- Никакого военного положения! - ответил мальчик и взглянул в глаза отца.

- Когда мир погибал, военное положение не ввели. И этим гибнущий мир спасли. Да, совершенно верно, с тех пор слово это не применяется, но мы его помним и поныне. И, как гласит Восьмой Закон, любой, кто принуждает гражданина Земли взять в руки оружие и одеть форму, будет казнен через Извлечение. Ты не должен забывать этого, никто не в праве распоряжаться жизнью гражданина, НИКТО И НИКОГДА! Всегда и во все времена хватало людей, которые хотели быть военными, честь им и хвала во веки веков. Но они САМ ЭТО РЕШИЛИ ДЛЯ СЕБЯ. ДОБРОВОЛЬНО… Сейчас армия – это скорее полиция, ибо войн – как таковых – нет уже тысячи лет, но… Армия, как явление, существует и поныне, да и долго еще будет существовать.

Именно поэтому для единого государства Земли основой послужили Соединенные Штаты Америки. И даже флаг у нас из той эпохи. Но когда-то было на нем пятьдесят звезд, а теперь сто семьдесят три.

Как говорили древние, Большая Попытка была “знаком свыше”. Она как бы предупреждала человечество, что грядут тяжелые времена. Но многие считали, что страшное уже позади, и весь ужас уже произошел.

Итак, планета понемногу приходила в себя после так называемой Большой Попытки. Все думали, что теперь уже ничто ужасное цивилизации не грозит, тому что осталось от нее… Но появился один человек.

Хиато Локаскес. Именно так его звали. Это был неглупый парень. Но деньги сгубили его. Жуткая страсть к деньгам. Хотя, кто уж теперь разберет…

  3. Следы.

Как известно, во все времена страсть к деньгам создавала проблемы. До тех пор, пока денег не стало, как явления.

Но мы говорим о той эпохе, когда деньги имели огромное значение. И люди шли на преступление ради этих самых денег. Вот и Хиато, он и его друзья, что в древности называли “Банда”, решили ограбить Банк. Это такое место, где у древних землян хранились деньги.

- Знаешь, многие считают, что сделанное Локаскесом непомерно ужаснее Большой попытки. - Элиот вздохнул и посмотрел на сына. Все вроде пока шло хорошо с психикой его единственного ребенка. Ведь последнее время участились случаи, когда молодые люди после истории о Большой попытке просто сходили с ума. Невероятно, но это было именно так. Иногда. Элиот в душе радовался, что сын его не столь слаб духом, как некоторые. Например, как сын его шефа. Шеф и сам чуть сдвинулся умом, когда его примерный мальчик стал просто параноиком с манией преследования, услышав от отца Историю о Следах и Большой Попытке.

- И вот что случилось, - уже совсем успокоившись продолжил Элиот. - Локаскес, этот парень за свои шестнадцать с небольшим лет достиг довольно многого. Его признавали, как ученого, на его счету были многие открытия, облегчившие жизнь человечеству после катастрофы в Берлине. Собственно теорию тирзионных реакций изобрел именно Хиато Локаскес, а Фил Картер воплотил ее в жизнь уже после того, как гениальный изобретатель покинул этот мир. Уже одно это изобретение могло бы сделать его если не самым знаменитым, то достаточно богатым. На самом деле и то, и другое произошло… или не произошло…

Как признанный ученый, Локаскес не нуждался в средствах уже много лет, правительство выделяло огромные суммы знаменитым ученым для их дальнейших разработок. Тем более, после катастрофы – «Попытки»…

- Скорее всего, Локаскес просто сошел с ума… - Элиот выжидающе посмотрел на сына. Тот с ума еще не сошел, да похоже и не собирался.

- Заешь, пап, я думал, что на самом деле это будет круче! Ну, немного круче! - и снова этот непередаваемый взгляд зеленых глаз, - но мне нравится то, что на самом деле было. Это тоже достаточно круто… и реально…

Элиот Браун продолжил рассказывать… а Крис Браун продолжил слушать…

Так вот этот парень, Локаскес, помешался на деньгах. У него и так было все, что только можно пожелать, но ему было мало. И он связался еще с тремя парнями, которым тоже было мало. Но тем было действительно мало. Это были отбросы общества, а какое же общество обойдется без отбросов. Точно никто не знает, как они нашли друг друга. Но наиболее распространенная и правдоподобная версия, что эти парни был друзьями детства Хиато Локаскеса. Как бы то ни было, они решили ограбить банковский автомобиль, который возил деньги. Надо сказать, что даже наш Кадиллак-Эрроуз будет намного крепче того, что называли в древности “бронированный автомобиль”. И вот этот парень решил сделать бомбу. И бомба эта стала Последним Гениальный Изобретением Локаскеса…

- Ты же знаешь, как работает наш Кадиллак? - Элиот понимал, что Крис это естественно знает, ну кто же не знает основу основ современной жизни - субкварковые реакции, это в общем-то довольно просто понять, зная основы физики частиц, но, говоря кратко, это нечто подобное древним термоядерным реакциям, но происходящим внутри кварков. То, что древние называли “слабым взаимодействием кварков”, оказалось на самом деле не таким и слабым. Ибо именно это на сегодняшний день является наглядным проявлением “вечного двигателя первого рода”. Локаскес назвал это явление “бесконечным синтезом”.

Он математически вывел первоначальную теорию. Кратко это выглядит так: под огромным давлением и при абсолютном нуле любое вещество в электромагнитном поле особой конфигурации превращается просто в набор электронов, нейтронов и протонов без всякой молекулярной структуры. При резком изменении давления опять же в сильном электромагнитном поле вся эта “каша” из частиц превращается в кварки. Вот и все. Но важность его открытия состояла не просто в том, что это возможно - из всего получить кварки, а в том, что эта “куча” кварков стабильна при любых давлениях и температурах. Структурно кварки выстраивались в направленные векторы. А выглядеть это должно было просто серой кашей, довольно густой и совершенно без запаха… Наряду со многими фундаментальными открытиями-прорывами в те годы, это спасло гибнущую цивилизацию Земли после неудачной попытки контакта с инопланетным разумом.

Локаскес решил вопрос просто, как все гениальное. Надо набить эту кварковую массу в стеклянную трубочку и ориентировать векторы кварков вдоль трубки в старом добром электромагнитном поле. После этого такая штука начинает работать как обычная батарейка, только бесконечная…

- Знаешь, наверное Локаскес здорово тогда веселился. Он же сделал кварковую батарейку. Этот вечный источник энергии, который у нас сейчас используется везде и мы не знаем проблем “энергетического кризиса”. Такое понятие было у древних. - Элиот победоносно посмотрел на сына. - Но! Самое главное, что кварки там не кончались, ведь до сих пор первая кварковая батарейка работает в Главных Часах Земли. Как ты знаешь, древний русский ученый Ломоносов был не прав: не обязательно где-то что-то убывает, чтобы потом где-то прибавиться. Хотя некоторые говорят, что все же убывает… вот только где – пока не выяснили.

Крис понимающе кивнул. Это прописная истина. Все знают, что кварковые батареи - это основа всего в мире - это тепло, свет, движение, пища… Одним словом все. И кварки там никогда не кончаются. Ну, может быть и кончаются, да только не так быстро, может через десять тысяч лет они кончатся, а может через сто тысяч…

Но Крис так же знал, что кварковые источники возможно производить только на Юпитере. В глубоких шахтах, там, в пластах кристаллического метана и металлического водорода вблизи планетарного ядра с помощью современного оборудования создается огромное давление, а температура там в наличии всегда. Именно там, в Метановых Скалах на Юпитере, создается основа основ современной жизни. На этом работает Сеть, Кадиллак-Эрроуз, межпланетные корабли, и даже микронейрокомпьютер, вмонтированный в мозг Криса, как и любого другого человека Земли.

- Ты уже понял, что попытался сделать Хиато Локаскес? - в ответ на это Крис удивленно поднял брови, отчего его пронзительно зеленые глаза показались еще зеленее. Элиот был доволен произведенным эффектом.

- Так вот, - продолжил он, - этот парень решил с помощь кварковой батарейки сделать мощную бомбу, чтобы взорвать “бронированный автомобиль” с деньгами.

- Но пап! Даже сейчас, в наше время, кварковые батареи возможно делать только на Юпитере, и нигде больше! - Крис был на самом деле удивлен. В его время никому, даже самому последнему идиоту, не придет в голову делать кварковую батарейку где либо, кроме как в Метановых Скалах Юпитера. - А древние земляне не летали даже на Марс!

- Вот именно, родной, вот именно! - Элиот Браун торжествовал. - Но представь себе, Локаскес это понимал. И еще, он рассчитал, что если делать это на Земле, с применением тогдашних технологий - а не надо забывать, что все новейшие достижения науки, техники и технологий для Хиато были доступны без проблем -, так вот, в результате все это довольно сильно взорвется. Ну он и сделал это.

- Но у каждого гения есть все же свой предел. И у Хиато Локаскеса он наступил именно здесь. В то время как светила науки развивали его теорию, великий ученый - а его без преувеличения можно так назвать - планировал банальное ограбление банка.

И вот он сделал такую коробку, где под управление часового механизма через определенный промежуток времени начинался процесс изготовления кварковой батарейки, но в недопустимых земных условиях. По расчетам Локаскеса, в результате кварки должны были начать синтезировать протоны, нейтроны и электроны в огромнейших количествах и лавинообразно. Это должно было привести к своеобразному взрыву - кристаллические вещества, коими являлись бронированные пластины машины с деньгами, под воздействием этого синтезированного потока должны были превратиться в газ (как говорит история, в азот), то есть машина должна была попросту испариться в мгновение ока, оставив водителя, охранников (все уже без оружия и скорее всего мертвые, ибо металл стал азотом) и, что самое главное - кучу денег.

Так было на бумаге.

Но результат был по истине ужасен.

Хиато Локаскес родился и вырос в Калифорнии. Его отец, как пишет история, дальний родственник одного знаменитого тогда парня по имени Билл Гейтс Третий, всю жизнь занимался термоядерными реакциями. А этот знаменитый парень Гейтс производил примитивные компьютеры, или писал для них простенькие программки, ну или что-то в этом роде. Так или иначе, Хиато Локаскес с рождения вращался в кругах науки.

Ему был только пять лет, когда произошла Большая Попытка. Именно тогда в нем появились признаки научного гения, правда, как и во многих других людях того времени. Надо сказать, что Хиато довольно рано научился читать.

- Знаешь, Крис, ведь уже тогда существовала Великая Праматерь теперешней Сети. Они это называли Интернет.

- А, помню, я это изучал, простейшая штука для обмена данными, жутко медленная. Да еще они за нее платили эти их “деньги”. - Мальчишка усмехнулся живым смехом здорового ребенка. - Чудики были они, эти Древние Земляне!

- Да уж, много чего смешного они делали, - Элиот тоже истерически хохотнул, он просто вспомнил о “щетках” и этих странных штуках из грубой толстой резины, которые видел в музее. Кажется они назывались “презерватив”, и надевались на человеческий орган размножения, страшно подумать, для - они с Тиной тогда были потрясены до глубины души, глядя на это извращение - но эта штука использовалась, чтобы не было детей! Сейчас, в современном Мире, одна из главнейших проблем - как сделать ребенка, как найти хоть пару подходящих клеточек у мужа и жены хотя бы для клонирования. О старом способе доисторических Землян - со всеми их “презервативами” - после появления Следов никто уже даже не помышлял.

- Так вот, уже в пять лет Хиато показал своим родителям, что в нем растет гений. Как я уже говорил, в те времена это стало не таким уж редким явлением. Пятилетний Локаскес через Праматерь Сети общался с каким-то ученым химиком, так вот, этот химик потом рвал последние волосы у себя на заднице, когда признавался, что в его проекте для очищения воздуха большая часть - заслуга пятилетнего ребенка. Но мужик этот честный был, с того и началось восхождение Хиато Локаскеса на вершину науки. Как ты знаешь, около десятка важных научных разработок принадлежит Локаскесу.

- И знаешь, Крис, - Элиот взглянул в глаза сына, - поначалу этот парень был совсем не таким плохим. Он никогда не требовал своего всемирного признания, он просто делал очередное открытие - легко и непринужденно, и просто вручал его людям, не требуя ничего взамен. И все его открытия были поистине потрясающими - клеточное вживление, которое до сих пор считается непревзойденным и применяется для нейрокомпьютеров, придумал именно Локаскес. Гравитационные плиты на наших космодромах - тоже его изобретение.

Конечно, он ни в чем не нуждался, правительство создало ему лучшие условия, все было к его услугам. И просто не понятно, что могло такого случиться с нормальным вроде бы парнем. Но что-то случилось.

- Разве гравиплиты придумал не Кинтель!? - удивленно спросил Крис.

- Нет, Кинтель их производит, они сейчас и называются “плиты Кинтеля”, а придумал саму идею именно Локаскес. Тогда это облегчало взлеты тех механизмов, которые древние называли “грузовой самолет” - просто куча металла, которая могла перевозить немножко груза да еще загрязняла и без того грязный воздух сгоревшим керосином.

- Круто! - очарованно выдохнул мальчишка.

- Да, довольно круто! Но все изменилось.

Локаскес вместе с родителями жил в Пало-Альто - это такой был город в Калифорнии, но лет в двенадцать он перебрался в Центр Микромолекулярных Исследований. Тогда, знаешь, после «Попытки», было модно рано уходить от родителей и жить самостоятельно… Так вот, на окраине Пало-Альто было то здание, которое называлось “банк”. И был грузовой фургон, этот “бронированный автомобиль”, который возил деньги из Сан-Франциско. В долине Санта Клара в то время Пало-Альто стал довольно крупным городом. Там сейчас только одни мегагород - Нью-Купертино. Он поглотил и Пало-Альто и Маунтин-Вью, да и Сан-Франциско тоже.

Древняя история Америки была “коньком” Элиота. И своими обширными познаниями истории и географии древней Калифорнии он поражал многих, в том числе и своего сына.

- Там, наверное, здорово было! - мечтательно произнес Крис, - я читал, что они там ходили без одежды и, ты только представь, пап! - Купались! В океане!!! - Глаза мальчика сверкнули дьявольским зеленым светом, как всегда сопровождая эмоциональные моменты его жизни.

- Да, малыш, они там именно купались… и ходили без одежды. Может быть когда-нибудь Земля возродится, очистится от всего этого дерьма! Может наши далекие потомки смогут так же купаться и ходить без одежды, как древние калифорнийцы… - Элиот Браун задумчиво посмотрел на безжизненное побережье Атлантики, вдоль которого плавно двигался Кадиллак, на вечно темно сиреневое небо, с которого уж две тысячи лет не падала вода - древние называли это “дождь”. Волны черной ядовитой жидкости лизали серый песок; судя по всему, за окнами был ветер. Возродится ли? Элиот и сам не знал, верит ли он в возрождение…

Конечно, в домах и центрах отдыха моделировалось все - и ветер, и волны, и даже солнце… Но все это было не настоящим, хотя и очень похожим. И уже много столетий никто не ходил без одежды даже под искусственным солнцем - это считалось просто неприличным, и уж конечно никто не купался в воде, в этих искусственных волнах. Как бы не развивалась цивилизация и технологии, они никогда не заменят живого океана, живого солнца, живого ветра. Все Земляне знали об этом, но выбора не оставалось. За защитными плитами городов была смерть, мертвая планета, убивающие ветры…

- Знаешь, сын, у древних были машины, с которых снимались крыши, это было здорово, наверное, - Элиот мечтательно улыбнулся. На теперешней Земле машина без крыши - это верная смерть за пределами мегагородов. Ибо воздух - сплошной яд и дышать им невозможно.

- Я видел у тебя картинку такой машины, она еще ездила на колесах, ужасно расточительно! - Крис с нетерпением глянул на отца, ему хотелось услышать продолжение про Следы.

Так вот, Хиато Локаскес уже несколько лет жил сам по себе. Он с головой погрузился в науку; возможно, это тоже была одна из причин, по которой у него “чердак потек”.

- Надо сказать, что в то время людям необходим был секс, они называли это “трахаться”, но Хиато не занимался этим; как я и говорил, он полностью посвятил себя науке.

- Ну никак не пойму, какой был толк в “траханьях”?! - удивленно воскликнул Крис, он конечно с раннего детства знал основы истории жизни древней Земли.

- Видишь ли, Крисси, они так расслаблялись. - Элиот был рад оживлению в поведении сына, это говорило о том, что мальчик достойно воспримет историю о Следах. И уж его-то “чердак” точно не «протечет».

- Нельзя было что ли отправиться в виртуальную реальность? Она тогда уже была, - и снова эти зеленые глаза смотрели на Элиота, вселяя в него уверенность и спокойствие, как и во все предыдущие двенадцать лет.

- Они предпочитали “трахаться”…

И тем не менее Хиато делал поразительные успехи в науке.

Когда ему исполнилось шестнадцать, как гласит история, он довольно сильно выпил “пиво”. Это такой древний напиток, который действовал как наш теперешний виртуальный драг. Но после “пиво” часто у людей болела голова, если они его много пили.

И вот, выпив “пиво”, Локаскес отправился спать. Знаешь, в то время люди довольно много спали. Это было часов по шесть, а то и все восемь. Непростительная трата времени. Так вот, ночью ему приснилось нечто, что он с трудом вспомнил по-утру и тут же кинулся записать.

- Из всех трудов Х. Локаскеса, которые ты сможешь прочитать в Сети, история об этом его последнем открытии наиболее эмоциональна. - Продолжал Элиот. - Я был просто поражен, когда читал, как Хиато Локаскес это все описал.

Ранее в своих трудах он был довольно сух и косноязычен - строгий ум ученого, минимум эмоций, если не полное их отсутствие. Здесь же было что-то невообразимое. Например, там есть фраза: “Я лечу к Величайшему Открытию, как пьяный сантехник, поскользнувшийся на кошачьем дерьме” - это совсем не характерно для ученого, в особенности для Локаскеса.

Считается, что именно в этот момент в его мозгу что-то сдвинулось, и Локаскес покатился прямиком к сумасшествию.

Он погрузился в расчеты. Несколько десятков мощнейших по тем временам компьютеров круглые сутки работали на этот проект. Надо сказать, что любую свою идею, будь то гравиплиты или нейрооперации - всегда Локаскес прорабатывал только сам, порою по несколько месяцев изучая, например, анатомию человека или какую-то другую науку, где он был не очень силен.

Но дело двигалось, он намеревался получить опытный образец уже через несколько месяцев. По требованию великого ученого уже начали бурение глубоких шахт к центру Земли, чтобы обеспечить нужное давление.

- Это теперь мы знаем, что ничего бы у Локаскеса не получилось.

- Конечно, даже сейчас это возможно только на Юпитере, - согласно кивнул Крис.

Тем не менее, Хиато Локаскес намеревался получить опытный образец на Земле. В то время люди еще не летали в космос. Совсем не летали. Их умы и ресурсы занимало кое-что поважнее. Надо было осваивать океан.

Крис вздрогнул при мысли о том, сколько же всего лежит на дне океана сейчас, сколько людей там осталось навсегда. Почему-то ему казалось до жути страшным остаться там, под темными ядовитыми водами, навсегда. Даже мертвым.

Конечно, службы безопасности старались не выпускать из-под наблюдения известнейших ученых, коим являлся и Локаскес. Но, зная его спокойный тихий нрав, они ослабили внимание. Возможно, и это стало одной из причин происшедшего потом ужаса.

Никто точно не знает, что было в той коробочке, которую изготовил ученый псих. Наиболее вероятной является гипотеза о том, что в коробочке была маленькая фабрика по производству кварковых батарей. Локаскес, возможно, где-то ошибся с давлением. Одним словом, свое изобретение он решил испробовать в деле именно при ограблении.

Последними, кто видел Локаскеса, были два охранника автостоянки Центра Микромолекулярных Исследований. По их рассказам, Хиато Локаскес выехал на своей машине с тремя попутчиками, явно не смахивающим на ученых. Причем они оживленно беседовали и охрана, прекрасно зная непорочность ученого, даже не пыталась остановить их и выяснить, как же посторонние попали на территорию Центра. После этого никто больше не видел Хиато Локаскеса ни живым, ни мертвым. Только на многочисленных видеозаписях. Все склонялись к мысли, что он пал жертвой своего изобретения, как и трое его подельников. Их потом опознали по записям видеокамер в Микромолекулярном Центре - это были три брата, которые задерживались за попытку ограбления банка и теперь пребывали в розыске за уклонение от исправительных работ.

Тем не менее, они спокойно пересекли весь город - Локаскес был известной личностью, все же знаменитый ученый.

- Строго по расписанию, как обычно, в этот августовский день бронированный автомобиль приближался со скоростью шестидесяти миль в час… - Крис от души рассмеялся и Элиот, улыбнувшись, продолжил, - да, теперь это и скоростью назвать нельзя, но раньше они именно так и ездили. Так вот, там было трое парней, я уже не помню, как их звали, но при желании ты можешь узнать об этом у Сети.

Они спокойно ехали к Пало-Альто, все было тихо. А эта машина - все же были не очень спокойные времена - была обвешана видеокамерами снаружи, как причальный терминал Космопорта Уиллиса межпланетными лайнерами в канун Рождества. И эти камеры передавали изображение на диспетчерский пульт. Таким образом подразумевалось, что в случае опасности можно будет оперативно выслать подкрепление.

Похоже эти парни в бронеавтомобиле ничего не поняли до самого конца, возможно из-за пылевой завесы, ставшей неизменный атрибутом Земли. Пыль эта постепенно падала из верхних слоев атмосферы. Но камеры имели хорошую оптику, и они засняли начало того, что случилось.

Крис сразу стал серьезным, история близилась к страшной развязке, Элиот продолжал:

- На дороге, прямо на середине, стояло нечто, напоминающее пусковую установку. Около нее был ясно виден Хиато Локаскес, известный ученый, изобретатель. Он выглядел оживленным и уже немножко свихнувшимся: дорогой костюм был испачкан в пыли и кое-где порван, бабочка - его любимая, ярко зеленого цвета - неаккуратно торчала из правого кармана пиджака, противопылевая маска болталась на груди, что однозначно грозило ему в лучшем случае прочисткой легких, а в худшем - заменой этих самых легких. Да и вообще, любой нормальный человек в то время появлялся на улице исключительно в защитном герметичном костюме. И похоже теперь к пересадке легких Локаскес хотел себе добавить вечную экзему кожи и искусственные глаза - пыль была очень опасной, а на ученом не было даже защитных очков. Тогда как его подельники, стоявшие с другой стороны странной пусковой установки, были одеты подобающе случаю - в блестящих гермокостюмах с идентификационными номерами на шлемах. Закончив приготовления, Локаскес отошел в сторону, держа в руках небольшой пульт управления, остальные трое последовали за ним.

Камера так же зафиксировала автомобиль ученого - роскошный Кадиллак-Вояж модного в то время ярко-желтого цвета. Машина стояла в стороне от дороги с выключенными противопылевыми сигналами, что являлось грубым нарушением тогдашнего кодекса о движении.

Локаскес показал в сторону приближающейся автомашины рукой с пультом и, по-видимому, нажал на кнопку. Все это беспристрастно зафиксировала камера, но совершенно не заметили охранники фургона.

И тут Локаскес удивленно повернулся в сторону своей пусковой установки. Даже на расстоянии ста ярдов - а именно столько разделяло теперь бронеавтомобиль и ученого с его подельниками - на видеозаписи было ясно видно, как вытянулось в страхе лицо ученого.

В доли секунды на месте пусковой установки возник шар слепяще белого цвета диаметром около пятидесяти футов. В нарастающем свечении слепнущие навсегда камеры успели показать, как это гениальное зло в мгновение ока поглотило ученого, его подельников и ярко-желтый Кадиллак-Вояж.

В следующую секунду матрицы камер не выдержали столь яркого свечения и изображение исчезло.

  4. Эпилог…

Как потом выяснилось, огненный шар, сохраняя свои размеры, двинулся в сторону машины и…

Элиот замолчал, глядя на сына.

Тот с серьезным видом смотрел на отца, только вытянувшиеся в тонкую полоску губы выдавали волнение мальчика.

- Все в порядке? – озабоченно, в который уже раз, поинтересовался Элиот.

- Да… - голос Криса сорвался и он отвернулся к окну.

- Так я продолжу?

И только легкое движение головы в ответ, означающее согласие.

Терабайты исследований приводятся в сети о поведении ребенка в момент взросления. Именно на этом месте часто возникали проблемы. Никто толком не мог объяснить этой причины и, в конце концов, все валили на генетическую память. Элиот прекрасно это знал, ибо сам был когда-то на месте Криса, и после изучал этот вопрос, когда приблизился двенадцатый день рождения сына.

И он продолжил:

- Эта штука уничтожила и Локаскеса и его подельников и банковский бронеавтомобиль вместе с деньгами и охранниками. По-видимому, просто разнесла на кварки, или что похуже…

И это было начало кошмара, начало Трагедии Земли.

До сих пор точно не известно, что это было за дерьмо и как оно получилось. Но эта штука двинулась со скоростью миль шестьдесят в час (как тот бронеавтомобиль, случайность ли это?) прямо по линиям магнитного поля планеты.

Было что-то завораживающе странное в этом движении. Надо сказать, что магнитное поле Земли было уже не теми ровными плавными дугами, что охватывали ее с одного полюса до другого - после Большой Попытки что-то серьезно сдвинулось в глубине планеты, отчего эти линии стали располагаться совершенно произвольно. И этот чертов шар двигался, прожигая за собой канаву глубиной примерно в треть его диаметра.

Он летел через города, автомобили, через людей, иногда опускался под землю, переползал по дну океана, пробивая ровные дыры диаметром в пятьдесят футов в подводных станциях…

Большинству удалось спастись, увернуться от шара, благо он летел не так уж и быстро. Но вот города, подводные фермы… Это просто так не сдвинуть.

- Но как же! Неужели никто ничего не пытался сделать с этим гребанным дерьмом! - праведный гнев горел зеленым огнем в глазах Криса.

- Пытались, Крис, еще как пытались, черт бы их подрал!

Но ни одна попытка не принесла результата. Эту штуку били электричеством, пытались раздавить электрическими и магнитными полями, стреляли из лазеров.

А когда оно двигалось по Большой Сахаре, в нее запустили четыре ракеты с ядерными зарядами большой мощности.

- Но это дерьмо даже не пукнуло! - Элиот заметил, что кисти рук его стали прохладными и влажными, а внизу живота заворочался кусок льда. Это повсеместное проявление деятельности нервной системы тоже никто не мог объяснить до сих пор (всегда происходит именно в этот момент повествования).

Крис молча смотрел на черную Атлантику.

Прошло наверное лет триста, прежде чем Элиот услышал голос сына.

- Что было дальше? - мальчик спокойно смотрел ему прямо в глаза. Что-то новое заметил Элиот в этом взгляде. - Видимо, это уже происходит, это взросление, - подумал Элиот, и, обратившись к нейрочипу выяснил, что прошло не триста лет, как ему показалось, а несколько секунд. Ох уж эти нервы…

Эта штука каталась по планете около полугода. И все это время люди жили в страхе. Но и это было не самым ужасным.

Те следы, что оставались за шаром… Ничто не спасало от губительной радиации, исходившей от этих ям. И техника отказывала вблизи следов…

С тех пор их так и называют - Следы.

Люди стали умирать, умирать мучительно…

- Океан стал стремительно превращаться в то, что ты видишь сейчас за окном… - вздохнул Элиот.

Начавшая было возрождаться Земля вновь стояла на краю своей могилы…

- Это нечто - шар смерти - закончило свое существование так же внезапно, как и появилось. То место… Теперь, когда ты стал взрослым, ты можешь побывать там. Это на восточном побережье, недалеко от того, что древние называли Бостон. Был такой город. Но уже давно, как ты знаешь, за пределами мегагородов Земли только голая пустыня, по которой гуляет ветер. Руины давно сгинули, еще раньше превратилась в прах техника, и только гранитный столб в том месте, где исчезло это нечто… След уже не видно, но именно там, в нескольких десятках ярдов от его конца, древние поставили этот огромный кусок камня много сотен лет назад. Как напоминание о тех, кто пал жертвой порождения Ада - Следов…

Под конец, когда вся планета была заражена этим творением злого гения, правительство стало строить защитные сооружения, в конце концов они превратились в то, что сейчас называется мегагородами. Очень скоро большинство землян погибло… Знаешь, в самом конце их уже даже не хоронили. Люди просто лежали там, где застала их смерть, и только ветер медленно зарывал их под падающей пылью…

- Сколько тогда осталось людей? - по голосу слышалось, что Крис уже успокоился… ну более или менее успокоился.

- Осталось примерно столько же, сколько и сейчас живет на планете и в колониях солнечной системе, это примерно пятьдесят миллионов. - Элиот смотрел на неподвижное лицо сына, ожидая реакции.

- По-моему… это до мерзости ужасно. - Крис мельком глянул Элиоту в лицо и вновь уставился в окно на черноту Атлантики, потом вдруг резко повернулся и крепко обнял отца.

Так они просидели несколько минут.

Это была жестокая реальность прошлого. В современном мире давно никто не убивал людей, особенно в таких количествах. Техногенных катастроф не было уже лет пятьсот. Странно, но эта история, казалось бы из чертовски далекого прошлого, всегда производила подобное впечатление - какое-то душевное смятение, что ли. И множество современных ученых так же не могло объяснить это иначе как генетической памятью.

- Потом все стабилизировалось. Проходил шок от этого ужаса, люди начали возвращаться к жизни, думать о будущем… Это было очень похоже на то, что происходило после Большой попытки. Но в этот раз подъем человечества был гораздо сильнее. Довольно скоро люди научились обходиться ядерной энергией для получения пищи, воды и воздуха. Вновь начались научные исследования, через несколько лет первые корабли полетели к Венере и Марсу. С тех пор Венера - особый проект Земли, туда даже туристов не пускают. А Марс, он оказался просто кучей полезных ископаемых и артефактов древних цивилизаций…

Шли годы, и люди добрались до Юпитера… За это время был исследован случай с Хиато Локаскесом, с его неудачной попыткой… Если все делать правильно, то это совершенно не опасно. И вот, к тому времени, как первый космолет опустился в Метановых Скалах, уже был готов проект создания кваркового источника электроэнергии…

- И как ты знаешь из истории, за месяц была пробурена шахта, получена эта самая кварковая масса. И еще через полгода на Землю привезли первую кварковую батарею - она сейчас работает в Главных Часах Земли.

Вот и не ясно, кто же такой Хиато Локаскес: подлый маньяк-ученый, погубивший миллиарды людей и планету заодно, или же спаситель человечества… Без кварковых батареек мы бы уже давно вычерпали весь запас плутония на Марсе, но ведь теперь его даже не добывают. А на Юпитере столько водорода, метана и других веществ, что делать из них кварковые батареи можно вечно.

Крис поудобнее устроился в кресле. Пугающая поначалу история теперь превратилась в знание. И вроде бы легче стало на душе… Вроде бы…

- Но Земля, она же вроде… восстанавливается, - мальчик уже полностью успокоился, да и история была окончена.

- Да, исследования последних сотен лет говорят о том, что планета наша может возродиться, более того, она уже начала это делать, но сколько пройдет времени - никто даже предположить не берется. - Элиот Браун устало посмотрел в окно. На горизонте маячили огни Олд Атлантик.

- Она восстановится…

Элиот ожидал этого. Как говорит история, все, кто узнает про Следы и Большую Попытку, говорят это. Ну может не такими словами.

За долгие сотни лет это превратилось в своеобразный ритуал, сценарий которого, по-видимому, действительно записан в какой-то там генетической памяти человека, где бы он ни родился - на Земле, на Марсе или на Юпитере…

И в душе человек верит, что его Дом, его Планета, многострадальная Земля, когда-то обязательно станет прежней. И забудется кошмар тысячелетий, и снова в небе будет видно Солнце…

- Вот и конец истории, - почти шепотом произнес Элиот.

Повзрослевший сын посмотрел на него своими пронзительно зелеными глазами, в которых читалась уверенность и спокойствие.

- Теперь я это знаю, - Крис устало улыбнулся, его отец улыбнулся в ответ.

- Порам нам домой, сынок, - и Элиот снял Кадиллак с автопилота.

Машина стала быстро удаляться от побережья, оставляя ядовитые воды океана колыхаться в темноте в тысячелетней попытке поглотить отравленную бесплодную сушу…

  5. Дорога домой.

Машина плавно двигалась в направлении Олд Атлантик, Блок Альфа. Крис крепко спал на удобном и мягком сиденье машины.

И ему снился безбрежный, огромный океан пронзительно синего цвета, сливавшийся на горизонте с чистейшим голубым небом, покрытым белыми клочками облаков. Вдалеке двигались светлые точки яхт и лодок, волны с мерным шумом накатывались на золотистый песок, оставляя клочки пены и что-то зеленое, названия которого мальчик не знал. Ветер, настоящий ветер, в котором чувствовался непривычно приятный запах свежести и еще черт знает чего, играл его волосами. Ярко светило солнце и пролетали птицы - эти штуки, как известно, жили в древности и могли запросто летать, размахивая тем, что было у них вместо передних лап…

Крис, в одних шортах (так называли это древние) вместе с родителями сидел под белым зонтиком, а рядом был зверь, которого он видел только на картинке. Этот зверь назывался “кошка”. Кошки, как и все остальные животные, вымерли за несколько лет после Большой Попытки, но когда-то, у древних землян, эти кошки жили в домах… Ему всегда хотелось кошку… И “корзинка для пикников” стояла рядом с кошкой. Как гласила история, в каждой семье древних землян была своя “корзинка для пикников”…

Элиот смотрел на спящего сына. Одинокая слезинка скользнула из-под закрытых век мальчика и, скатившись по щеке, оставила маленькую влажную точку на его куртке. Элиот вздохнул.

Дети, дети в понятии современной Земли, никогда не плакали. Ребенок не может плакать, ибо у него нет для этого причин. Лишь взрослый человек, который знает великую тайну, способен по ночам во сне бывать там, на прежней Земле, зеленой и живой… И плакать, зная, что это всего лишь иллюзия, нереальность…

Отец не сомневался, что снится сыну. Он и сам часто плакал в редкие минуты сна, как и многие земляне, по крайней мере те, которые не боялись в этом признаться. Плакал, когда ему снилась Древня Земля, прежняя, еще живая, с ее деревьями, океаном, солнцем и небом. Земля, где нет места хиато локаскесам с их следами и нет места поганой большой попытке…

Теперь его сын стал взрослым, он больше уже не ребенок… Не ребенок, который, к великому своему счастью, не имеет причин плакать во сне. Ибо пока он ребенок - прошлое Земли для него похоже на очень фантастическую историю. Только узнав причину, узнав о Большой Попытке и Следах, человек понимает, что Земля была прекрасна, и все красивые сказки о прошлом - это вовсе не сказки…

Становясь взрослым, ребенок теряет покой детства. Именно тогда для него появляется такое понятие, как “прошлое”. То, что современные ученые называют генетической памятью…

Возможно - Элиот надеялся, что и его сыну передастся эта надежда - возможно когда-нибудь, может через десятки тысяч лет, Земля вновь станет прежней, и снова будет природа, воздух и океан, золотистый песок и яркое солнце на голубом чистом небе…

Это память о прошлом…

И капельки памяти о прошлом, медленно выскальзывая из-под его закрытых век, оставляли свои маленькие темные пятнышки-следы на куртке Криса Брауна…

Большой Кадиллак-Эрроуз нес отца и сына домой, домой где их ждали…

А за окнами машины лежала мертвая Земля, которая - и это несомненно - тоже ждала…

Ждала возрождения…

October 1998.