Бедненький, так уж никому ты и не нужен? Такой милый, а выдворили. Что, так и будешь теперь ютиться в подъезде?
Это я – к мягкой игрушке, маленькому серому... или белому коту в красной шляпке и голубых шортиках. Уже с неделю обиженно и сиротливо сидит он на окне под таким же выселенным фикусом, каждый раз провожая меня грустным взглядом синих глаз, когда начинаю подниматься на свой пятый, и я невольно опускаю свои и даже слегка сжимаю плечи, спеша прошмыгнуть мимо потому… Да потому, что он... нет, не он, а взгляд его похож на чей-то! Но не могла вспомнить «чей»? И вот сегодня, когда опять проходила мимо, то мой биологический Яндекс вдруг выбросили ответ: у неё был такой же… у Ланы со странной фамилией Ленок. Ну что ж, спасибо тебе, выселенный и никому не нужный серый… или белый котик, давай усыновлю тебя за это. Пошли…
Ну вот, выкупанный и повеселевший сидишь теперь напротив меня и, может быть, поможешь вспомнить Лану, раз так настырно подшептывал о ней? Ну да, тогда она, мой новый ассистент, появилась на студии тихо и незаметно, - главный редактор не представил её на летучке, - и она, сидя в уголке холла, только иногда поднимала глаза на кого-либо и всматривалась, - я сразу заметила в ней это! И потом такое потаённое вглядывание, вживание «в объект», - не только в тех, кто был рядом, но и в вещи, предметы, - замечала за ней не раз.
Понимаешь, серый… да нет, теперь уже белый после купанья-то, довольно скоро я поняла: нет, не быть ей ассистентом режиссера с этой своей особенностью, - ассистент во время прямого эфира должен быть бойким и «стойким оловянным солдатиком», схватывающим на лету и исполняющим сказанное, а она… Ну как она могла тут же «воплощать замыслы» режиссера, если вдруг пленялась чем-то и зависала над ним?
Например? А вот тебе пример. Когда во время прямого эфира по тихой связи посылала ей очередную команду, то она не всегда слышала её, и я вдруг видела через смотровое стекло: уставилась на заикающегося выступающего и даже пытается подсказать ему что-то. Ну, а если наезжала самодеятельность для записи концерта, то Лане и вовсе становилась не до меня, - до конца выслушивала всех, кто подходил к ней, а если еще и с воздыханиями!.. Ну конечно, непременно ей надо было утешить жалобщика и тогда с лёгким дрожанием рук, стояла напротив того, готовая вот-вот расплакаться вместе с ним, а я… Ты только подумай, мой освеженный белый кот, ну как мне было прервать такую задушевную беседу? Вот и приходилось взваливать всё на другого ассистента, а тот потом тоже жаловался… но уже начальству.
Ну, а внешность Ланы Ленок… Да в общем-то – ничего особенного: не сказать, что красива, да и некрасивой не назовёшь. Осанка? Нет, не загляденье. Плоть её не кричала о себе, - высокая, худенькая, одежда как бы соскальзывало с неё, не задерживаясь ни на груди, ни на бёдрах и лишь книзу открывая довольно стройные ножки. А, впрочем, зачем - о внешности? Я же - о другом…
Так вот, мой безмолвный кис, помню еще и такое: она сидит и что-то вяжет в ожидании эфира. Подхожу, сажусь рядом:
- И что мы вяжем? – улыбаюсь.
- Свитер, - отвечает сразу, словно только и ждала моего вопроса.
- И кого ж одаришь таким красивым свитером?
Вижу: не ждала такого вопроса. Ответит ли? Нет, только улыбнулась, хочет набрать очередную петельку и тут слышу тихое:
- Глупая, никудышная… - Кому это она? Никого рядом нет, а она опять: - Ну что ты вытворяешь?
Ой, да это она – петельке! Ну и ну…
- Лана, ты с каждой… так? – и снова улыбнулась.
- Нет, не с каждой, - хмыкнула. - Хочу вытяну её вот так… - и петля выросла на моих глазах, - а нитка по своему хочет… мстит за что-то.
- Мстит? – уточняю.
- Ну да, ведь ниточки тоже живые, вот и…
Ла-аночка, детка, как тебе жить-то, если еще и нитки…
Но говорю:
- Да, конечно. Может, и в твоей черной нитке есть нечто, похожее на чёрную… ой, прости, на белую душу.
Да нет, мой пушистый, и не думала над ней подшучивать! С такими, предмето-ощущащими, шутки плохи, с ними надо бережно, как с тонким стеклянным сосудом, иначе и его разобьёшь, и сам руку… душу порежешь.
Что еще помню? А, пожалуй, вот… Надо было как-то закупить несколько вазочек для цветов, чтобы перед выступающими на столы ставить. Послала её, и что-то долго не возвращалась, а когда наконец-то!.. и я только руками развела, то взяла она один из купленных сосудов и с блеском в глазах почти запела:
- Это я из-за неё… из-за этой прелестной и единственной, чуть не опоздала. - Я удивлённо взглянула, а она поспешила пролить свет: - Понимаете, все вазочки были одинаковые и я не сразу могла выбрать вот такую, с пупочкой.
- Лана, ну какая еще пупочка?
- А вот такая… Видите? – И, проведя пальчиком по тёмному ободку, погладила на светлом поле вазочки капельку стёкшей краски. - Правда, как пупочек?
Ну, что было ответить? Вот и я ничего не ответила… правда, тоже погладила капельку-пупочку, а потом налила воды в «единственную», опустила в неё веточку гвоздики и сказала:
- Пожалуй, так она покрасивей будет… да еще с пупочком!
Нет, хватит прорисовывать образ Ланы, - для карандашного, а, вернее, для словесного наброска и этого достаточно, хочу теперь вот о чём… вернее – о ком. Появился у нас вскоре и новый помощник режиссера, Серёжа Филатов и, кстати, в том самом свитере, который вязала тогда Лана. Да-да, значит, связывала их живая ниточка, да они и сами были похожи… Нет, не внешне, а по мироощущениям. И о Серёжке помню больше, чем о Лане потому, что был он ну очень интересный паренёк: лицо почти всегда напряженное, взгляд беспокойный, а порой и лихорадочный, и похож… похож был на красивого щенка-подростка. Когда представили его на летучке, то как-то сразу подумалось: ну вот, подходящая пара для Ланы… и еще одна моя головная боль, в чём вскоре и убедилась.
А вот так… В студии идёт репетиция с танцевальным ансамблем, я сижу на пульте, Сережа стоит в наушниках у пюпитра и вдруг по тихой связи слышу его голос: «Не бродить, не мять в кустах багряных лебеды и не искать следа...»
- Сережа, при чём тут Есенин… под эту залихватскую музыку?
И увидела: взглянул в сторону пульта, но продолжил:
- «Со снопом волос твоих овсяных, отоснилась ты мне навсегда…»
Спустилась в студию, чтобы успокоить его, а он: чего ж, мол, они с такой ерундой приехали! И тут же подошел к танцмейстеру:
- Что Вы такую чепуху показываете?
Тот, конечно, набычился, даже покраснел, обидевшись:
- Молодой человек, нехорошо вот так…
А Сережа, нисколько не смутившись:
- Почему ж нехорошо? А если я так думаю.
Вот таким курьёзным парнем оказался мой новый помощник.
А что потом… Потом, котик мой приёмный, нагрянули вот такие события: шла как-то на работу уже по двору телецентра, а он орёт, как оглашенный!
Да не Сережа, а котёнок, вроде тебя. И орёт, паршивец, словно его четвертуют! Кто его тогда к нам во двор?.. или через забор белокаменный перебросил? Ну, и взяла, принесла в кабинет. Длинноногий был, лохматый, тощий!.. так что, слопал сразу мой бутерброд, свернулся калачиком под батареей и сладко задремал. Но вошёл директор телецентра и сразу ощетинился: откуда, мол, животное?.. чей, мол, зверь?.. кто принес?.. да разве не знаете, что на телецентре не должно быть животных, а то залезут в аппаратуру и замыкание произойдёт! Что было делать? Успокоила директора: ладно, мол, не успеет эта зверушка замкнуть вашу аппаратуру, унесу с собой… хотя дома уже и жил такой же, с троллейбусной остановки подобранный. Но тут вошла Лана:
- Ой, какой хорошенький! Ой, какая прелесть! – залепетала, позабыв и о фотографиях, которые надо было побыстрей вставлять в паспарту.
- Ланочка, ну и возьми его себе, а то директор…
- А что, можно? – вспыхнула румянцем.
- Ну, конечно, - обрадовалась и даже на радостях взялась советовать: – А назови его Васей.
- А Вася у меня уже есть, - всё так же мурлыкала моя ассистентка.
- Ну, тогда Васядва, - усмехнулась.
- И Васядва есть, и Васятри, - уже и рассмеялась.
- Ланочка, радость моя, и сколько ж на сей день у тебя Васей?
- Восемь, - вроде бы чуть и смутилась, приглушив своё мурлыканье.
- Ну что… - попробовала рассудить трезво: - в такой компании одним Васей – меньше, одним - больше…
И после передачи сунула Лана мою длинноногую находку за пазуху и увезла домой.
Все ли события? О, нет, мой белый и пушистый, то были лишь цветочки, а ягодки покатились... точно и не помню, но, кажется через неделю.
Приближался Первомай и, как всегда, на наших студийных мониторах замелькали упитанные партийные товарищи с вдохновляющими речами, обращенными к труженикам сёл, городов и предприятий, призывая к новым трудовым свершениям. Попался и мне такой «товарищ» - первый секретарь Обкома комсомола. Ну, выдала его пламенную речь прямым эфиром, спускаюсь с пульта и вижу: перед только что выступившим стоит взволнованный Сережа и что-то говорит ему, а у того глаза!.. словно привидение увидел. Но уже спешит к собеседникам начальник мой, берёт секретаря под ручку и тихо, но настойчиво уводит.
- Сереженька, - подхожу к своему распалённому ассистенту, - ты что? Опять из Сергея Есенина – ему…
Но оказалось: подошёл Серёжа к главному комсомольцу области и сказал: «Что же Вы врете! Говорите, что поголовье скота в колхозах растёт и увеличивается, а на самом деле коровы, телята, барашки и лошади там от голода умирают».
А об этой горестной и традиционной пагубе рассказал недавно вернувшийся из командировки редактор наших «Новостей», но мы то уже привыкли к таким реалиям, а Сережа… Он же так любил лошадей! Вот и решил по случаю – главному, о том, что, мол, те «умирают».
А что потом… Я-то думала, что мой, начинающий и сам сомневаться в «достижения партии» начальник, пожурит Сережу, - ну, что ж ты, мол… не надо бы, мол… знай, с кем… да и всё? Ан, нет. Когда вышла после недельного бюллетеня, то Сережи больше и не увидела. Уволили. Из самого Обкома партии!.. позвонили и приструнили начальника: в идеологической организации!.. и таких держите?!
Не встретила и Ланы, ибо подала та заявление «по собственному желанию» и его… ну, конечно же!.. тут же подмахнули, - уж очень часто жаловались мои коллеги на рассеянность ассистента Ланы Ленок, которая теперь и потянулась за связанным с нею «живою ниточкой» Сережей.
Ну что, молчальник, не устал от моих реминисценций? Нет, конечно, ведь ты же… А, впрочем, вот ведь как интересно получается: хоть ты и неживой, а чувствования и ощущения всколыхнул что ни-на-есть самые живые.
Живые ощущения, живые чувства, а вот Лана… Как-то встретила коллегу, а он и рассказал: к тому времени колония её спасённых кошек выросла аж до семнадцати, а жила она с матерью в однокомнатной квартире, и вот можешь себе представить, что в ней творилось? Ну, конечно, ты не можешь, а вот я… Вначале мать почти безропотно сносила сердобольные увлечения любимой и единственной доченьки, варила лохматым пшенную кашу с килькой, но когда нагрянула её сестра!.. Только на один день Лана и уехала в командировку, но тётке и этого хватило, чтобы позвонить куда надо. И приехали откуда надо. И отловили всех постояльцев, и увезли куда-то, а когда Лана возвратилась… Два дня разыскивала своих подопечных, а потом слегла с высокой температурой и умерла.
Нет, не знал коллега… да и я не знаю: только ли исчезнувшие кошки были тому причиной? Но одно я постигла, дружок, вглядываясь в свои жизненные наблюдения: таких человечков с оголёнными, незащищенными душами, в «коллективах» почему-то недолюбливают и зачастую пощипывают и понемножку, и очень, вот и Лану… А еще помню, как приехала раз в Питер на сессию и поселили нашу группу в школьном классе, а рядом оказалась такая же… Лана, вот и её стали пощипывать, хотя и бегала для всех за батонами, молоком, каждый день подметала пол, но… Пришлось и её взять под крылышко. Да нет, не столь это обременительно, но… Как тебе сказать? Такие прирастают, не отходят и зачастую становится томительно с ними, а порою, видя их вот такую расслабленность на грани прострации, так хочется и самой!..
О нет, самой не пришлось, хотя и хотелось! Такая роскошь не для меня. Ну, как могла позволить себе быть слабой, когда почти каждый день – моя любимая, но сумасшедшая работа, рядом – дети и муж, в очередной раз томящийся без работы из-за вечных конфликтов с партийными «товарищами», да еще так называемая дача с подрастающими овощами, а в сорока километрах – старенькая мама с братом, и надо ездить к ним на выходные, помогать… Вот и пришлось быть сильной.
Что-то отвлеклась от рассказа, а надо заканчивать.
А закончу вот этими записями из дневника той поры. Слушай:
«У Сережки слабейшие нервы. Не могу видеть его лихорадочных движений, воспаленного взгляда, - хочется обнять и, напевая что-то светлое и ласковое, навевать забвение. Яркий, колеблющийся от малейшего ветерка, огонек, светлый луч...»
«Во время упадка духа надо обращаться с собой, как с больным и, главное - ничего не предпринимать» - советует Лев Николаевич Толстой. Хорошо, прислушаюсь к совету классика. И уже смотрю на черного плюшевого кота, который стоит на приемнике: один ус - вверх, другой - вниз, зеленые глаза и хвост - в стороны. А подарил его Сережка со словами: «Не давайте никому… - и чуть дрожащей рукой протянул мне. - Он потеряет тогда свою магическую силу». Милый Сережка! Ты и сам, как этот ершистый кот, но… Но для меня - словно свежий ветерок в душный полдень и «в меня из него вливается свет» - кажется, так у Андрея Вознесенского?»
«Родственные души… Словно в себя заглядываю! А когда уходят – уходит и частица моего Я»
Да нет, мой пушистый, не навсегда ушел тогда Сережа. Как-то встретила его на базаре, - стоял возле лошади, запряженной в сани, трепал её гриву и кормил кусочками сахара.
- Сереж, как же рада! – заспешила к нему: - Ну, как ты, где теперь?
А он… А он стал рассказывать о лошадях, какие они умные да чудесные животные.
Я – опять: о себе, мол… а он снова - о них, и только о них, и в глазах - тот самый лихорадочный блеск:
- Понимаете, ГээС, - звал меня так, - они его загнали.
- Кого, Сереж, и кто?
- Коня моего любимого… цыгане.
Попыталась остановить:
- Серёженька, ты о себе-то расскажи.
И тогда взглянул вдруг потемневшими глазами:
- Пусто, ГээС, пусто. Живу в таборе. Надо же чем-то заполнять пустоту?
Вот и всё, мой бессловесный дружок. Не будем больше - о грустном, да? Поставлю-ка свой любимый диск с «Elvira Madigan» Моцарта и попьём кофейку.
Не пьешь. А жаль. Но только знай: ты очень помог мне, спасибо!
------------------------
Дорогой читатель!
Приглашаю Вас на свой сайт, где кроме текстов, есть много моих фото пейзажей. Веб-адрес для поисковых систем - - http://galinasafonova-pirus.ru
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/