Профессор Трубочкин лежал на полу, связанный по рукам и ногам толстой верёвкой. Рядом на табурете сидел очень толстый человек и курил трубку. Это был великан Бобов.

Великанов нет, есть только очень высокие люди. А Бобов даже не был очень высоким человеком. Но сам себя он называл великаном.

-- Ты, профессор Трубочкин, знаешь всё,-- говорил великан Бобов.-- А я ничего не знаю. Почему это так?

-- Потому что ты лентяй. Вот почему ты ничего не знаешь,-- сказал профессор Трубочкин.-- А я знаю так много, потому что я всё время что-нибудь изучаю. Вот даже сейчас, я лежу связанный, разговариваю с тобой, а сам в голове повторяю таблицу умножения.

-- Ох, эта таблица умножения!-- сказал великан Бобов.-- Сколько я её ни учил, так и не мог выучить. Одиножды один -- четыре! Это я ещё запомнил, а уж зато больше ничего в голове не осталось!

-- Да, наука легко не даётся...

III

Секретное письмо

Я, писатель Колпаков, получил сейчас телеграмму от Феди Кочкина. Федя сообщает, что он нашел профессора Трубочкина и великана Бобова, и послезавтра приведет их в редакцию. Я сказал об этом только художнику Тутину. Больше об этом никто ничего не знает. Вы, ребята, тоже молчите, никому не говорите, что скоро профессор Трубочкин придет в редакцию. Вот-то все удивятся! А я вам в 12-м номере "Чижа" расскажу, как все произошло.

Писатель Колпаков

IV

В редакции "Чижа" был страшный беспорядок. На столах, на стульях, на полу и на подоконниках лежали кучи писем с вопросами читателей к профессору Трубочкину.

Редактор сидел на тюке писем, ел булку с маслом и раздумывал, -- как ответить на вопрос: "почему крокодил ниже бегемота?"

Вдруг в коридоре раздался шум, топот, дверь распахнулась -- и в редакцию вбежали писатель Колпаков и художник Тутин.

-- Ура! Ура! -- крикнул художник Тутин.

-- Что случилось?

Тут дверь опять отворилась и в редакцию вошел мальчик в серой курточке.

-- Это еще кто такой? -- удивился редактор.

-- Ура-а! -- вскричали Колпаков и Тутин.

На шум в редакцию Чижа собрались люди со всего издательства. Пришли: водопроводчик Кузьма, и типограф Петров, и переплетчик Рындаков, и уборщица Филимонова, и лифтер Николай Андреич, и машинистка Наталья Ивановна.

-- Что случилось? -- кричали они.

-- Да что же это такое? -- кричал редактор.

-- Ура-а! -- кричал мальчик в серой курточке.

-- Ура-а! -- подхватили писатель Колпаков и художник Тутин.

Никто ничего не мог понять.

Вдруг в коридоре что-то стукнуло раза четыре, что-то хлопнуло, будто выстрелило, и согнувшись, чтобы пролезть в дверь, вошел в редакцию человек такого огромного роста, что, когда он выпрямился, голова его почти коснулась потолка.

-- Вот и я, -- сказал этот человек таким страшным голосом, что задребезжали стекла, запрыгала на чернильнице крышка и закачалась лампа.

Машинистка Наталья Ивановна вскрикнула, переплетчик Рындаков спрятался за шкап, раздевальщик Николай Андреич почесал затылок, а редактор подошел к огромному человеку и сказал:

-- Кто вы такой?

-- Кто я такой? -- переспросил огромный человек таким громким голосом, что редактор зажал уши и замотал головой.

-- Нет, уж вы лучше молчите! -- крикнул редактор.

В это время в редакцию вошел коренастый человек, с черной бородкой и блестящими глазами. Одет он был в кожаную куртку, на голове его была кожаная фуражка.

Войдя в комнату, он снял фуражку и сказал:

-- Здравствуйте.

-- Смотрите-ка! -- крикнул типограф Петров, -- его портрет был помещен в седьмом номере "Чижа".

-- Да ведь это профессор Трубочкин! -- крикнула уборщица Филимонова.

-- Да, я профессор Трубочкин, -- сказал человек в кожаной куртке. -- А это мой друг великан Бобов, а этот мальчик -- мой помощник, Федя Кочкин.

-- Ура! -- крикнул тогда редактор.

-- Я был у великана Бобова, -- сказал профессор. -- Два месяца подряд мы вели с ним научный спор о том, кто сильнее: лев или тигр. Мы бы еще долго спорили, но пришел Федя Кочкин и сказал нам, что читатели "Чижа" ждут ответов на свои вопросы.

-- Давно ждут, -- сказал редактор и показал рукой на груды открыток и конвертов, больших пакетов и маленьких записок. -- Видите, что у нас тут делается. Это все вопросы от наших читателей.

-- Ну, теперь я на все отвечу, -- сказал профессор Трубочкин. -- Бобов, собери, пожалуйста, все эти конверты и бумажки, и снеси их, пожалуйста, ко мне на дом, пожалуйста.

Бобов засучил рукава, достал из кармана канат, связал из писем и пакетов четыре огромных тюка, взвалил их себе на плечи и вышел из редакции.

-- Ну вот, -- сказал профессор Трубочкин, -- тут осталось еще штук двести писем. На эти я отвечу сейчас.

Профессор Трубочкин сел к столу, а Федя Кочкин стал распечатывать письма и класть их стопочкой перед профессором. Федя Кочкин делал это так быстро, что у всех присутствующих закружились головы, и они вышли из редакции в коридор.

Последним вышел редактор.

-- Ура! -- сказал редактор. -- Теперь все наши читатели получат ответы на свои вопросы.

-- Нет, не все, -- сказали писатель Колпаков и художник Тутин, -

А ТОЛЬКО ТЕ,

КТО ПОДПИШЕТСЯ

НА "ЧИЖ"

НА

1934 ГОД.

1933

* Собраны фрагменты текста про Трубочкина из журнала "Чиж" и из черновиков (номера в угловых скобках). ___

Профессор Трубочкин и ребята

Профессор Трубочкин, входя:

Здравствуйте, ребята!

Здравствуйте, ребята!

Здравствуйте, ребята!

Ребята:

Здрасте, профессор!

Здрасте, профессор!

Здрасте, профессор!

Профессор:

Давно мы не встречались,

давно мы не видались,

давно не попадались

друг другу на глаза.

Был я во Франции,

был я в Италии,

был и в Америке,

был и подалее.

Землю четырежды

обьехал вокруг,

я знаменитый

профессор наук.

Ребята:

Расскажите нам об этом,

расскажите нам о том,

расскажите, расскажите,

расскажите обо всём.

Профессор:

Тихо, тихо, тихо, тихо!

Не шуметь и не кричать!

Задавайте мне вопросы,

я вам буду отвечать.

Ребята:

Что такое бегемот?

Как построен цеппелин?

Где у гусеницы рот?

Отчего горит бензин?

Почему летает муха?

Почему жужжит комар?

Почему в пустыне сухо?

Почему земля как шар?

Профессор:

Прекратите этот крик!

Я профессор и старик,

я с галдёжем не в ладу,

я от крика упаду.

Ребята:

Тихо!

Тихо!

Тихо!

Ша!

Профессор:

Я сижу едва дыша!

Вьётся кончик бороды,

дайте мне стакан воды.

1933

* Неоконченный вариант:

Профессор Трубочкин, входя:

Здравствуйте ребята!

Здравствуйте ребята!

Здравствуйте ребята!

Ребята:

Здрасте профессор!

Здрасте профессор!

Здрасте профессор!

Профессор Трубочкин:

Давно мы не видались!

Давно мы не видались!

Давно мы не видались.

Ребята:

А где ж вы это были?

А где ж вы пропадали?

Откуда вы пришли?

Профессор Трубочкин:

Был я в Америке

был я в Австралии

плавал я по морю

лазал я на горы.

Был я в Америке

был и в Австралии

был и на Северном полюсе

На дно морское опускался

с фонариком в руках

на дирижабле поднимался

и был на облаках

я видел птичьи гнёзда,

что в пору и слону

Смотрел в трубу на звёзды

на звёзды и луну.

Я слышал пенье пташек

Смотрел как дышет клоп

рассматривал букашек

в огромный микроскоп

20 сентября 1933 года

-----------------

Забыл, как называется

Один англичанин никак не мог вспомнить, как эта птица называется.

-- Это, -- говорит, -- крюкица. Ах нет, не крюкица, а кирюкица. Или нет, не кирюкица, а курякица. Фу ты! Не курякица, а кукрикица. Да и не кукрикица, а кирикрюкица.

Хотите я вам расскажу рассказ про эту крюкицу? То есть не крюкицу, а кирюкицу. Или нет, не кирюкицу, а курякицу. Фу ты! Не курякицу, а кукрикицу. Да не кукрикицу, а кирикрюкицу! Нет, опять не так! Курикрятицу? Нет, не курикрятицу! Кирикрюкицу? Нет опять не так!

Забыл я, как эта птица называется. А уж если б не забыл, то рассказал бы вам рассказ про эту кирикуркукукрекицу.

-----------------

* * *

У одной маленькой девочки начал гнить молочный зуб. Решили эту девочку отвести к зубному врачу, чтобы он выдернул ей её молочный зуб.

Вот однажды стояла эта маленькая девочка в редакции, стояла она около шкапа и была вся скрюченная.

Тогда одна редакторша спросила эту девочку, почему она стоит вся скрюченная, и девочка ответила, что она стоит так потому, что боится рвать свой молочный зуб, так как должно быть, будет очень больно. А редакторша спрашивает:

-- Ты очень боишься, если тебя уколют булавкой в руку?

Девочка говорит:

-- Нет.

Редакторша уколола девочку булавкой в руку и говорит, что рвать молочный зуб не больнее этого укола. Девочка поверила и вырвала свой нездоровый молочный зуб.

Можно только отметить находчивость этой редакторши.

-----------------

Хвастун Колпаков

Жил однажды человек по имени Фёдор Фёдорович Колпаков.

-- Я,-- говорил Фёдор Фёдорович Колпаков,-- ничего не боюсь! Хоть в меня из пушки стреляй, хоть меня в воду бросай, хоть меня огнём жги - ничего я не боюсь! Я и тигров не боюсь, и орлов не боюсь, и китов не боюсь и пауков не боюсь,-- ничего я не боюсь!

Вот однажды Фёдор Фёдорович Колпаков стоял на мосту и смотрел, как водолазы в воду опускаются. Смотрел, смотрел, а потом, когда водолазы вылезли из воды и сняли свои водолазные костюмы, Фёдор Фёдорович не утерпел и давай им с моста кричать:

-- Эй,-- кричит,-- это что! Я бы ещё и не так мог! Я ничего не боюсь! Я и тигров не боюсь, и орлов не боюсь, и китов не боюсь и пауков не боюсь,-ничего я не боюсь! Хоть меня огнём жги, хоть в меня из пушки стреляй, хоть меня в воду бросай -- ничего я не боюсь!

-- А ну-ка,-- говорят ему водолазы,-- хочешь попробовать в воду спуститься?

-- Зачем же это? -- говорит Фёдор Фёдорович и собирается прочь уйти.

-- Что, брат, струсил? -- говорят ему водолазы.

-- Ничего я не струсил,-- говорит Фёдор Фёдорович,-- а только чего же я под воду полезу?

-- Боишься! -- говорят водолазы.

-- Нет, не боюсь! -- говорит Фёдор Фёдорович Колпаков.

-- Тогда надевай водолазный костюм и полезай в воду.

Опустился Фёдор Фёдорович Колпаков под воду. А водолазы ему сверху в телефон кричат:

-- Ну как, Фёдор Фёдорович? Страшно?

А Фёдор Фёдорович им снизу отвечает:

-- Няв... няв... няв...

-- Ну,-- говорят водолазы,-- хватит с него.

Вытащили они Фёдора Фёдоровича из воды, сняли с него водолазный костюм, а Фёдор Фёдорович смотрит вокруг дикими глазами и всё только "няв... няв... няв...", говорит.

-- То-то, брат, зря не хвастай,-- сказали ему водолазы и ссадили его на берег.

Пошёл Фёдор Фёдорович Колпаков домой и с тех пор больше никогда не хвастал.

-----------------

Храбрый ёж

Стоял на столе ящик.

Подошли звери к ящику, стали его осматривать, обнюхивать и облизывать.

А ящик-то вдруг -- раз, два, три -- и открылся.

А из ящика-то -- раз, два, три -- змея выскочила.

Испугались звери и разбежались.

Один ёж не испугался, кинулся на змею и -- раз, два, три -- загрыз её.

А потом сел на ящик и закричал: "Кукареку!".

Нет, не так! Ёж закричал: "Ав-авав!".

Heт, и не так! Ёж закричал: "Мяу-мяумяу!".

Нет, опять не так! Я и сам не знаю как.

Кто знает, как ежи кричат?

1935

-----------------

Рыбий жир

Одного мальчика спросили:

-- Слушай, Вова, как ты можешь принимать рыбий жир? Это же так невкусно.

-- А мне мама каждый раз, как я выпью ложечку рыбьего жира, дает гривенник,-- сказал Вова.

-- Что же ты делаешь с этим гривенником? -- спросили Вову.

-- А я кладу его в копилку,-- сказал Вова.

-- Ну, а потом что же? -- спросили Вову.

-- А потом, когда у меня в копилке накапливается два рубля,-- сказал Вова,-- то мама вынимает их из копилки и покупает мне опять бутылку рыбьего жира.

-----------------

17 лошадей

У нас в деревне умер один человек и оставил своим сыновьям такое завещание.

Старшему сыну оставляю 1/2 своего наследства,

среднему сыну оставляю 1/3 своего наследства, а

младшему сыну оставляю 1/9 своего наследства.

Когда этот человек умер, то после его смерти осталось всего только 17 лошадей и больше ничего. Стали сыновья 17 лошадей между собой делить.

"Я, -- сказал старший, -- беру 1/2 всех лошадей. Значит 17:2 это будет 8 1/2".

-- "Как же ты 8 1/2 лошадей возьмешь? -- спросил средний брат. -- Не станешь же ты лошадь на куски резать?"

-- "Это верно, -- согласился с ним старший брат, -- только и вам своей части не взять. Ведь 17 ни на 2, ни на 3, ни на 9 не делится!"

-- "Так как же быть?"

-- "Вот что, -- сказал младший брат, -- я знаю одного очень умного человека, зовут его Иван Петрович Рассудилов, он-то нам сумеет помочь".

-- "Ну что ж, зови его", -- согласились два другие брата.

Младший брат ушел куда-то и скоро вернулся с человеком, который ехал на лошади и курил коротенькую трубочку. "Вот, -- сказал младший брат, -- это и есть Иван Петрович Рассудилов".

Рассказали братья Рассудилову свое горе. Тот выслушал и говорит: "Возьмите вы мою лошадь, тогда у вас будет 18 лошадей и делите спокойно". Стали братья 18 лошадей делить.

Старший взял 1/2 -- 9 лошадей,

средний взял 1/3 -- 6 лошадей, а

младший взял 1/9 -- 2 лошади.

Сложили братья своих лошадей вместе. 9+6+2, получилось 17 лошадей. А Иван Петрович сел на свою 18-ю лошадь и закурил свою трубочку.

"Ну что, довольны?" -- спросил он удивленных братьев и уехал.

1928

-----------------

"Друг за другом"

К нам в редакцию пришел человек в мохнатой шапке, в валеных сапогах и с огромной папкой под мышкой.

-- Что вам угодно? -- спросил его редактор.

-- Я изобретатель. Моя фамилия Астатуров, -- сказал вошедший. -- Я изобрел новую детскую игру. Называется она "Друг за другом".

-- Покажите, -- сказал редактор.

Изобретатель развернул папку, достал из нее картон и разложил его на столе. На картоне было нарисовано 32 квадрата: 16 желтых и 16 синих. Изобретатель достал из папки 8 картонных фигурок и поставил их перед доской.

-- Вот, -- сказал изобретатель, -- видите восемь фигурок: четыре желтых и четыре синих. Называются они так: первая фигура изображает корову и называется "корова".

-- Простите, -- сказал редактор, -- но ведь это не корова.

-- Это не важно, -- сказал Астатуров. -- Вторая фигура -- самовар и называется "врач", желтые и синие фигуры совершенно одинаковы.

-- Позвольте, -- сказал редактор, -- но желтый врач совсем не похож на синего.

-- Это не важно, -- сказал Астатуров, -- сейчас я вам объясню, как надо играть в эту игру. Играют двое. Сначала они расставляют фигуры по местам. Желтые фигуры на желтые квадраты, синие -- на синие.

-- Что же дальше? -- спросил редактор.

-- Дальше, -- сказал Астатуров, -- игроки начинают двигать фигуры. Первый -- желтый самовар, второй -- синий самовар. Постепенно фигуры идут навстречу друг другу и, наконец, меняются местами.

-- А что же дальше? -- спросил редактор.

-- Дальше, -- сказал Астатуров, -- фигуры идут обратно в том же порядке.

-- Ну и что же? -- спросил редактор.

-- Всё, -- торжествующе сказал Астатуров.

-- Поразительно глупая игра, -- сказал редактор.

-- То есть как глупая? -- обиделся изобретатель.

-- Да к чему же она? -- спросил редактор.

-- Для времяпровождения, -- сказал изобретатель Астатуров. Мы не выдержали и рассмеялись.

-- Смеетесь, -- сказал Астатуров, сердито собирая со стола фигуры и доску, -- и без вас обойдусь. Пойду в Комитет по делам изобретений.

Астатуров хлопнул дверью и вышел.

-- Товарищи, -- сказал редактор, -- хорошо бы сходить кому-нибудь из нас в Комитет по делам изобретений. Надо думать, что среди очень ценных изобретений попадаются и смешные. Ведь мы можем дать в журнал рассказ о таких же веселых изобретателях, как изобретатель Астатуров. Кто хочет идти?

-- Я, -- сказал я.

-- Так идите же скорей, сейчас же, -- крикнул редактор. -- Кстати, узнайте об изобретателях вообще.

Я пришел в Комитет по делам изобретений при ВСНХ. Меня провели к сотруднику патентного отдела.

-- Что вам угодно? -- спросил сотрудник патентного отдела.

-- Мне бы хотелось узнать, что надо изобретателю, чтобы делать значительные и полезные изобретения, -- сказал я.

-- Раньше всего, -- сказал сотрудник, -- давайте решим, что мы будем считать полезным и значительным изобретением, -- с этими словами он порылся в кипе бумаг, которые лежали по всей комнате, достал две бумажки и сказал:

-- Я прочту вам две заявки на изобретения, поданные двумя изобретателями. Выслушайте их и скажите, какое из этих изобретений для нас более важное и полезное.

Я сел и приготовился слушать.

-- Вот, -- сказал сотрудник, -- первое изобретение: изобретатель Лямзин. Изобретение называется "Солнцетермос"1. Изобретение состоит вот в чем: "два шара из стекла, один внутри другого, помещаются на высокой мачте. Устройство дает на весь мир ослепительный свет, от которого можно укрыться только плотными шторами". Теперь слушайте второе изобретение. Изобретатель Серебряков. Он изобрел способ производства картона из отбросов бумаги, опилок, древесной коры и мха.

-- Конечно, -- сказал я, -- важнее и полезнее "Солнцетермос".

-- Вы ошибаетесь, -- сказал сотрудник. -- Изобретение Серебрякова для нас и важнее и полезнее "Солнцетермоса".

-- Почему? -- удивился я.

-- Очень просто, -- ответил сотрудник. -- "Солнцетермос" может быть и замечательная штука, но, во-первых, -- оно не осуществимо, так как оно совершенно не подтверждено наукой, а во-вторых, оно нам сейчас и не нужно вовсе, тогда как производство картона из отбросов, если оно будет применено во всей бумажной промышленности, даст нам в год 23 миллиона рублей экономии, или -- такое незначительное на вид изобретение, как золотник для паровоза, изобретенный Тимофеевым, даст нам в год экономии в пять миллионов рублей.

-- Что же надо изобретателю, -- сказал я, -- чтобы дать полезные и нужные изобретения?

-- Во-первых, -- сказал сотрудник патентного отдела, -- изобретателю надо много учиться. Мы часто видим у изобретателей стремление разрешить крупные задачи без достаточной для этого научной подготовки. -- Во-вторых, -- продолжал сотрудник, -- изобретатель должен знать все, что сделано в его области до него, не то он может запоздать со своим изобретением лет на 50. Один изобретатель изобрел двухконечные спички, которые можно зажигать с двух концов. Изобретатель имел благую цель -- экономию древесного материала. Но его труды пропали даром.

-- Почему? -- спросил я.

-- Потому что такие спички изобрели уже в Германии 20 лет тому назад, -- ответил сотрудник. -- В-третъих, всякое изобретение должно быть экономно. Один человек изобрел способ механической разводки пилы. Способ сложный и дорогой. А к чему он? Разводка пилы от руки и проще, и удобней, и дешевле. Наконец, всякое изобретение должно быть разумно. К нам в год поступает свыше 20 000 заявок на изобретения. Среди очень ценных и полезных изобретений попадается немало изобретений вздорных и нелепых.

-- Вот как раз это второе, о чем я хотел вас расспросить, -- сказал я сотруднику патентного отдела.

-- Кое-что я вам могу рассказать, -- сказал сотрудник, -- слыхали вы о таком Мясковском?

-- Нет, -- сказал я, -- не слыхал.

-- Замечательный человек этот Мясковский, -- сказал сотрудник, -- к нам от него поступает множество бесполезных и нелепых изобретений. Вот одно из них.

Сотрудник порылся в папках, нашел бумажку и прочел:

"Зонтик для работающих в поле. Делается он так: на деревянные стойки натягивается полотно. Стойки ставятся на колеса. Ты работаешь на поле и по мере работы на другом месте передвигаешь за собой палатку".

-- Да зачем же это надо? -- спросил я.

-- То-то и оно-то, что не надо, -- сказал сотрудник. -- А вот вам изобретение другого такого же изобретателя: "способ раскроя платья: животное (изобретатель, по-видимому, подразумевает шкуру убитого животного) рубят на две части. Срезывается шея и хвост и получаются два пиджака. Один из них со стоячим воротником". Портных не надо, -- сказал сотрудник, -- а вот вам новый способ самосогревания.

-- Какой же это способ, -- спросил я.

-- Способ простой, -- ответил сотрудник, -- проще быть не может.

Он достал другую бумажку и прочел: Способ самосогревания: дыши себе под одеяло, и тепло изо рта будет омывать тело. Одеяло же сшей в виде мешка.

Я захохотал.

-- Это еще что, -- сказал сотрудник, улыбаясь, -- тут нам один человек принес способ окраски лошадей.

-- Зачем же их красить, -- спросил я.

-- Ясно, что ни к чему, -- сказал сотрудник, -- но вы послушайте способ окраски: "чтобы окрасить лошадь в другой цвет, надо связать ей передние и задние ноги и опустить ее в чан с кипяченым молоком".

Я хохотал на всю комнату.

-- Подождите, -- крикнул сотрудник, -- вы прочтите вот это объявление из американской газеты. Оно перепечатано в советском журнале "Изобретатель".

Я взял журнал и прочел следующее. "Ново? Небывало! Необходимо всем и каждому! Прибор, помещающийся на голове, при помощи которого шляпа снимается автоматически. Достаточно небольшого наклона головы, чтобы шляпа приветственно поднялась вверх. Незаменимо, когда обе руки заняты чемоданами".

Едва я успел дочитать до конца, как в комнату ворвался человек.

-- Я опять к вам, -- крикнул он сотруднику патентного отдела.

На лице сотрудника выразился испуг. Я оглянулся и увидел человека в мохнатой шапке, в валеных сапогах и с огромной папкой под мышкой. Я сразу узнал его -- это был Астатуров. Но Астатуров, не замечая меня, подлетел к столу, разложил папку и крикнул:

-- Я изобрел новую детскую игру "Друг за другом". Хочу получить на нее патент. Сейчас я вам ее покажу.

-- Да это и не надо, -- сказал сотрудник. -- Вы подайте заявку на патент и напишите объяснение.

Но Астатуров не слушал сотрудника, он уже расставил фигуры по местам и объяснял.

-- Первая фигура изображает корову и называется "корова". Вторая -самовар и называется "самовар", третья -- паровоз и называется "паровоз", четвертая человека и называется "врач".

-- Хорошо, -- сказал сотрудник, -- но вы подайте письменное заявление. Астатуров продолжал.

-- Игроки начинают играть: первый игрок передвигает желтую корову, второй передвигает синюю, первый -- желтый самовар, второй -- синий... Постепенно фигуры идут навстречу друг другу, и, наконец, меняются местами...

-- Да вы подайте же заявление, -- перебил Астатурова сотрудник патентного отдела.

-- Слушайте дальше, -- кричал Астатуров, -- переменявшись местами, фигуры идут обратно в том же порядке.

-- Ну и что же? -- спросил сотрудник.

-- Всё, -- торжествующе сказал Астатуров.

-- Да какая же это игра? -- сказал сотрудник патентного отдела. Но тут я не выдержал и рассмеялся.

-- Смеетесь, -- крикнул Астатуров, -- и без вас обойдусь.

Он схватил свою шапку и выбежал из комнаты. Я кинулся следом за ним. Астатуров промчался по двум-трем улицам, и я видел, как он завернул в большой магазин детских игрушек.

Я постоял немного на улице, а потом не вытерпел и заглянул в магазин.

Астатуров стоял перед прилавком и говорил:

-- Третья фигура паровоз и называется "паровоз", четвертая -- человек и называется "врач".

1 Все указанные изобретения действительно были поданы в Комитет по делам изобретений при ВСНХ. N заявки на "Солнцетермос" 2767.

1930

-----------------

Как Маша заставила осла везти ее в город

Вот осел везет таратайку, а в таратайке едет Маша. Светит солнце. На деревьях растут яблоки.

Вдруг осел остановился.

Маша сказала ослу: "Ну, пожалуйста. Поезжай в город". А осел помахал хвостом и остался стоять на месте.

Маша показала ослу кнут и сказала: "Посмотри, что у меня есть". Но осел только пошевелил ушами и остался стоять на месте.

Тогда Маша выпрягла осла из таратайки. И опять запрягла его в таратайку, но только хвостом вперед.

Потом Маша достала ножницы и срезала у осла кусочек гривы. Осел с удивлением смотрел на Машу.

Маша села опять в таратайку и, сделав из гривы усы и бороду, наклеила их себе на лицо.

Осел вытаращил глаза и в ужасе начал пятиться.

Осел пятился и тащил за собой таратайку. И вот, таким образом, Маша и приехала в город.

1934

-----------------

Заяц и ёж

Однажды ёж оступился и упал в реку. Вода в реке была холодная и ёж очень озяб. Хотел ёж на солнце погреться, а погода была пасмурная, солнце было покрыто облаками.

Сел ёж на полянку и стал ждать, когда солнце из-за облаков выглянет.

Сидит ёж на полянке. С него вода капает. Холодно ему.

Вдруг видит -- бежит по полянке заяц.

-- Эй, заяц! -- крикнул ёж. -- Пойди-ка сюда!

Подошёл заяц к ежу и говорит:

-- Ты чего меня звал?

-- Вот, -- говорит ёж, -- я давно хотел с тобой поговорить. Все говорят, что ты трус. Как тебе не стыдно?

-- Да ты что? -- удивился заяц. -- Зачем же ты меня обижаешь?

-- Потому, -- сказал ёж, -- что ты трус и я хочу научить тебя, как храбрым стать.

-- Я и без твоей помощи очень храбрый, -- сказал заяц. -- Я и так ничего не боюсь.

-- Нет, -- сказал ёж, -- ты трус, а вот я...

Ёж вдруг замолчал, открыл рот, закрыл глаза и поднял голову.

Заяц посмотрел на ежа и испугался.

-- Что это с ним? -- подумал заяц. -- Он, должно быть, сумасшедший!

Заяц прыгнул в сторону и спрятался в кусты.

А ёж дернул головой и вдруг чихнул: апчхи! Потом ёж вытер лапкой нос, открыл глаза, посмотрел и видит: нету зайца.

-- Вот так штука? -- сказал ёж. -- Куда же это он пропал? Эй, заяц, где ты?

А заяц сидит за кустом и молчит.

Ёж собрался домой пойти, но вдруг остановился, закрыл глаза, открыл рот, сначала немного, потом пошире, потом ещё шире и вдруг мотнул головой в сторону и громко чихнул: апчхи!

-- Будьте здоровы! -- сказал кто-то около ежа. Ёж открыл глаза и увидел перед собой зайца.

-- Где ты был? -- спросил его ёж.

-- Как, где был? -- сказал заяц. -- Нигде не был. Так всё тут и стоял.

-- Не может быть, -- сказал ёж, -- я тебя не видел. Я тебя даже крикнул, а ты...

Ёж вдруг замолчал, вытянул вперёд свой нос, потом поднял его кверху, потом поднял его ещё выше, потом ещё выше, потом зажмурил глаза, поднял нос ещё выше и вдруг опустил его к самой земле и громко чихнул: апчхи!

-- У меня, кажется, начинается насморк, -- сказал ёж, открывая глаза. И вдруг увидел, что заяц опять исчез.

Еж посмотрел кругом и почесал лапкой затылок.

-- Нет, -- сказал ёж. -- Этот заяц просто... ап... ап... апчхи! -чихнул еж.

-- Исполнение желаний! -- сказал кто-то около ежа.

Ёж открыл глаза и увидел зайца.

-- Да что же это такое? -- сказал ёж, пятясь от зайца.

-- А что? -- спросил заяц.

-- Послушай, -- сказал ёж, -- ты всё время был тут?

-- Да, -- сказал заяц, -- я всё время тут стоял.

-- Тогда я ничего не понимаю! -- сказал ёж.

-- То ты исчезаешь, то опять... ап... ап... ап... апчхи!

Ёж осторожно открыл один глаз, но сейчас же закрыл его и открыл другой. Зайца не было.

-- Он опять исчез! -- сказал тихо ёж, открывая оба глаза.

-- Это не заяц, а просто... ап... ап... ап... апчхи!

-- Будьте здоровы! -- сказал заяц над самым ухом ежа.

-- Караул! Спасите! -- закричал ёж, сворачиваясь шариком и выставляя во все стороны свои острые иголки.

-- Ты чего кричишь? -- спросил заяц.

-- Отстань! -- закричал ёж. -- Я на тебя смотреть боюсь! Ты всё время исчезаешь! Я ничего не понимаю! Уходи прочь!

-- Подожди, -- сказал заяц, -- ты хотел научить меня как храбрым стать. И с этими словами заяц опять прыг в кусты.

-- Чтобы стать храбрым, -- сказал ёж, высовывая мордочку, но вдруг увидел, что заяц опять исчез.

-- Ай-ай-ай! Опять... апчхи! опять исчез! -- закричал ёж и кинулся бежать.

Бежит ёж, остановится, чихнёт и дальше бежит. Чихнёт и опять бежит. А заяц выскочил из кустов и давай смеяться.

-- Ха-ха-ха! -- смеется заяц. -- Вот храбрец нашёлся! меня храбрости учить хотел! Ха-ха-ха!

Вот какую историю рассказал мне мой знакомый дрозд.

Он сам это всё видел. Потому что невдалеке на дереве сидел.

-----------------

* * *

Жила-была собака. Звали собаку Бу бу бу.

Закричишь: "Бу бу бу!" -- и собака из-под кровати выбежит, то со стола соскочит, то из-под дивана вылезет.

Вот перед вами семь картинок. Посмотрите и скажите, на каких картинках собака есть, а на каких картинках собаки нет. И пока собаку на картинках ищете, то, чтобы скорее её найти, зовите потихонечку: "Бу бу бу! Бу бу бу!"

-----------------

Про собаку Бубубу

Жила была очень умная собака. Звали ее Бубубу.

Она была такая умная, что умела даже рисовать.

И вот однажды она нарисовала картину. Но никто не мог понять, что было на картине нарисовано.

Прибежала Мышка-Малышка, посмотрела на картинку, понюхала раму и сказала:

-- Нет, я не знаю, что на картине нарисовано. Может быть, сыр, пи-пи-пи! А может быть -- свечка, пю-пю-пю?

Пришел петух Ерофей. Встал на цыпочки, посмотрел на картину и сказал:

-- Нет, я не знаю, что на картине нарисовано. Может быть, это пшенная каша, ку-ка-ре-ку! А может быть -- это деревянное корыто, ре-ку-ка-ре!

Пришла Уточка-Анюточка. Посмотрела на картину с одного бока и сказала:

-- Кря-кря-кря!

Это завитушка,

Кря-кря-кря!

Может быть, лягушка.

А потом посмотрела на картину с другого бока и сказала:

-- Кря-кря-кря!

Это не лягушка.

Кря-кря-кря!

Это завитушка!

Прибежала обезьяна Марья Тимофеевна, почесала бок, посмотрела на картину и сказала:

-- Бал-бал-бал-бал.

Бол-бол-бол-бол.

-- Эй! -- крикнули обезьяне, -- говори понятнее!

А она опять:

-- Лок! вок! мок! рок!

Лук! Лак! Лик! Лек!

-- А ну тебя! -- крикнули обезьяне. -- Непонятно ты говоришь!

А обезьяна почесала ногой затылок и убежала.

Наконец, пришел знаменитый художник Иван Иваныч Пнёв. Он долго ерошил волосы и смотрел на картину и наконец сказал:

-- Нет, никто не знает, что нарисовано на картине, и я не знаю.

Тут вышла умная собака Бубубу, взглянула на свою картину и закричала:

-- Ах-ах! Ав-ав! Да ведь картина-то повернута к вам не той стороной. Ведь вы смотрите на заднюю сторону картины. Вот смотрите!

И с этими словами собака Бубубу повернула картину.

Картина была такая замечательная, что мы решили напечатать ее в 1-м номере журнала "Чиж" 1936 года.

1935

-----------------

* * *

В прошлом году я был на ёлке у своих приятелей и подруг. Было очень весело.

На ёлке у Яшки -- играл в пятнашки, на ёлке у Шурки -- играл в жмурки, на ёлке у Нинки -- смотрел картинки, на ёлке у Володи -- плясал в хороводе, на ёлке у Лизаветы -- ел шоколадные конфеты, на ёлке у Павлуши -- ел яблоки и груши.

А в этом году пойду на ёлку в школу -- там будет ещё веселее.

Ваня Мохов

-----------------

Ломка костей

Был у меня приятель. Звали его Василий Петрович Иванов. В 10 лет он был уже ростом со шкаф, а к 15 годам он и в ширину так раздался, что стал на шкаф походить.

Мы с ним вместе в одной школе учились. В школе его так и звали "шкафом". Очень он был огромный.

И сила была в нем страшная. Мы на него всем классом нападали, а он нас, как щенят, раскидает в разные стороны, а сам стоит посередине и смеется.

Вышел однажды такой случай. Устроили мы в школе вечерний спектакль. И вот, во время самого спектакля, понадобилось зачем-то на сцену поставить кафедру. Кафедру надо было принести из класса, кафедра тяжелая, ну, конечно, обратились к Васе за помощью.

А надо сказать, что во всех классах лампочки были вывернуты, чтобы освещать зал и сцену. А потому в классах было темно.

Вася кинулся за кафедрой в класс, да в темноте вместо кафедры ухватился за печь, выломал ее из стены и выворотил в коридор. Потом пришлось этот класс ремонтировать и новую печь ставить. Вот какой сильный был мой приятель Вася Иванов.

Окончить школу Васе не удалось. К учению он был мало способен и сколько ни учился, так и не мог запомнить, сколько будет семью шесть. Память у него была плохая и сообразительность медленная.

Я из IV класса в V перешел, а Вася на второй год в IV остался. А потом и вовсе из школы ушел и уехал с родителями в Японию.

Вот в Японии-то с ним и произошел случай, о котором я хочу рассказать.

Приехал Вася с родителями в Японию. Родители решили Васю на какую-нибудь службу пристроить. Но служба не подыскивается. Разве если только грузчиком. Да уж очень это невыгодно.

Вот кто-то и сказал Васиным родителям: "Да вы, говорит, пристройте вашего сына борцом. Вон он какой у вас сильный. А японцы борьбу любят. Только они в этом деле большие мастера. Так что пусть ваш сын в их школе борцов поучится. И есть тут такая школа, где учитель японец, господин Курано, по-русски хорошо говорит. Так что вашему сыну там как раз удобно будет. Окончит школу и знаменитым борцом станет".

Обрадовались Васины родители.

-- Где же, -- говорят, -- эта школа помещается?

-- Там-то и там, -- говорят им, -- на такой-то японской улице.

Вот привели Васю родители в японскую школу борьбы. Вышел к ним старичок японец, маленький, желтенький, весь сморщенный, на сморчка похож, посмотрел на них и по-русски спрашивает:

-- Вам кого, -- спрашивает, -- нужно?

-- А нам, -- говорят Васины родители, -- нужно господина Курано, учителя японской борьбы.

Старичок японец посмотрел на Васю, ручки потер и говорит:

-- Это я и есть Курано, мастер джиу-джитсу. А вы, я вижу, ко мне ученика привели.

-- Ах! -- говорят Васины родители, -- вот он, наш сын. Научите его вашему искусству.

-- Что ж, -- говорит японский старичок, -- видать, ваш сын довольно сильный молодой человек.

-- О! -- говорят Васины родители, -- такой сильный, что просто ужас!

-- Ну это, -- говорит японский старичок, -- еще не известно. А впрочем, если хотите, я могу взять его на испытание.

-- Очень хотим, -- говорят Васины родители. -- Возьмите, пожалуйста.

И вот Вася остался на испытание у господина Курано, а Васины родители домой ушли.

-- Идемте за мной, -- сказал господин Курано и повел Васю за собой во внутренние комнаты.

Идет Вася за господином Курано и боится стену плечом задеть, чтобы дом не сломался, такой домик хрупкий, будто игрушечный.

Вот пришли они в комнату, устланную соломенными ковриками. Стены тоже соломенными ковриками обиты. А в комнате ученики господина Курано занимаются: хватают друг друга за руки, на пол валятся, опять вскакивают и друг друга через голову перебрасывают.

Господин Курано постоял немного, посмотрел, что-то по-японски полопотал, руками помахал и опять к Васе по-русски обращается:

-- Пусть, -- говорит, -- мои ученики дальше занимаются, а мы с вами пойдемте вон в ту отдельную комнату.

Вошли они в пустую комнату, тоже обитую соломенными ковриками.

-- Ну, -- сказал господин Курано, -- вы знаете, что такое джиу-джитсу?

-- Нет, -- говорит Вася, -- не знаю.

-- А это, -- говорит господин Курано, -- и есть наша наука борьбы. По-русски слово джиу-джитсу значит "ломка костей", потому что мы такие приемы знаем, что действительно одним ударом ладони даже берцовую кость сломать можем. Только вы не бойтесь, я вам костей ломать не буду.

-- Да я и не боюсь, -- сказал Вася, -- я ведь крепкий.

-- Ну, -- говорит господин Курано, -- на свою крепость вы особенно не надейтесь. Сейчас мы посмотрим, какая ваша крепость. Снимайте вашу куртку и засучите рукава. Я посмотрю, какие у вас на руках мускулы.

Вася снял куртку, засучил рукава и согнул руку. Мускулы на руке вздулись шарами. Японец ощупал Васину руку и покачал головой.

-- Вот смотрите, -- сказал господин Курано, -- мы больше всего ценим вот этот мускул, который у вас довольно слабый.

С этими словами господин Курано засучил свой рукав и показал Васе свою худую и жилистую руку.

-- Вот я руку сгибаю, -- сказал господин Курано, -- вы видите вот тут, сбоку на локте, шарик. Это и есть мускул, который мы ценим больше всего. А у вас-то он слабый. Ну ничего. Со временем и у вас будет крепкий. А теперь возьмите меня под мышки и поднимите.

Вася взял господина Курано под мышки и поднял его легко, как маленький пустой самоварчик.

-- Так, -- сказал господин Курано, -- теперь поставьте меня обратно на землю.

Вася поставил господина Курано на пол.

-- Хорошо, -- сказал господин Курано, -- некоторая сила у вас имеется. А теперь ударьте меня.

-- Хы-хы! -- сказал Вася. -- Как же это я вас ударю?

-- Атак, возьмите и ударьте! -- сказал господин Курано.

-- Мне как-то совестно! -- сказал Вася.

-- Ах! -- с досадой сказал господин Курано. -- Какие глупости! Говорят вам, ударьте меня! Ну? Ну, ударьте же!

Вася посмотрел на господина Курано. Это был маленький жиденький старичок, чуть не в два раза меньше Васи, с морщинистым личиком и прищуренными глазками. Один Васин кулак был не меньше головы господина Курано.

"Что же, -- подумал Вася, -- я его ударю, а он тут же и скончается".

-- Ну же, ударьте меня! ударьте меня! -- кричал господин Курано.

Вася поднял руку и нерешительно толкнул господина Курано в плечо.

Господин Курано слегка покачнулся.

-- Это не удар! -- крикнул он. -- Надо бить сильнее!

Вася слегка ударил господина Курано в грудь.

-- Сильнее! -- крикнул господин Курано.

Вася ударил сильнее. Господин Курано покачнулся, но продолжал стоять на ногах.

-- Сильнее! -- крикнул он.

Вася ударил еще сильнее. Господин Курано сильнее покачнулся, но все же на ногах устоял. "Ишь ты", -- подумал Вася.

-- Сильнее! -- крикнул господин Курано.

"Ладно же", -- подумал Вася, развернулся и что есть силы ударил кулаком господина Курано. Но господина Курано перед Васей не оказалось, и Вася, не встретив сопротивления, пробежал несколько шагов и стукнулся об стену.

-- Ишь вьюн какой! -- сказал Вася.

А господин Курано уже опять стоял перед Васей и, гримасничая лицом, говорил:

-- Не унывайте же, молодой человек! Еще раз ударьте меня, да посильнее!

"Ах так! -- подумал Вася, -- я тебя, сморчок, сейчас пристукну! -- и решил бить сильно, но осторожно, с расчетом, чтоб не упасть.

Вася размахнулся уже рукой, как вдруг сам получил в бок электрический удар. Вася вскрикнул и схватил господина Курано за шею. Но господин Курано нырнул куда-то вниз, и Вася вдруг потерял равновесие и, перелетев через японца, шлепнулся на пол.

-- А! -- крикнул Вася и вскочил на ноги. Но тут же получил по ногам удар и опять потерял равновесие.

Господин Курано схватил Васю за руки и дернул куда-то в сторону. Вася переступил ногами и опять почувствовал себя в устойчивом положении, но только собрался схватить господина Курано, как опять получил удар в бок и вдруг, очутившись головой вниз, чиркнул ногами по потолку и, перелетев через японца, опять шлепнулся на пол.

Вася вскочил, дико озираясь, но сейчас же опять полетел вокруг японца и очутился на полу в лежачем положении.

Совершенно ошалев, Вася вскочил с пола и кинулся к двери.

-- Куда же вы? -- крикнул ему господин Курано.

Но Вася выскочил в комнату, где занимались ученики господина Курано.

Растолкав их, он выбежал в коридорчик, а оттуда на улицу.

Домой Вася прибежал без куртки с всклокоченными волосами.

-- Что с тобой? -- вскрикнула Васина мама. -- Где твоя куртка? -вскричал Васин папа. В Японии Васе не понравилось, и он вернулся обратно в Ленинград.

Теперь Василий Петрович Иванов живет в Ленинграде и служит в автобусном парке. Его работа заключается в том, что он перетаскивает с места на место испорченные автобусы.

Мне, как школьному товарищу, он рассказал историю с японским учителем джиу-джитсу, но вообще же рассказывать об этом он не любил.

-----------------

Пушкин

Вот однажды подошел ко мне Кирилл и сказал:

-- А я знаю наизусть "Буря мглою небо кроет, вихри снежные крутя".

-- Очень хорошо, -- сказал я. -- А тебе нравятся эти стихи?

-- Нравятся, -- сказал Кирилл.

-- А ты знаешь, кто их написал? -- спросил я Кирилла.

-- Знаю, -- сказал он.

-- Кто? -- спросил я Кирилла.

-- Пушкин, -- сказал Кирилл.

-- А ты понимаешь, про что там написано? -- спросил я.

-- Понимаю, -- сказал Кирилл, -- там написано про домик и про старушку.

-- А ты знаешь, кто эта старушка? -- спросил я.

-- Знаю, -- сказал Кирилл, -- это бабушка Катя.

-- Нет, -- сказал я, -- это не бабушка Катя. Эту старушку зовут Арина Родионовна. Это няня Пушкина.

-- А зачем у Пушкина няня? -- спросил Кирилл.

-- Когда Пушкин был маленький, у него была няня. И когда маленький Пушкин ложился спать, няня садилась возле его кроватки и рассказывала ему сказки или пела длинные русские песни. Маленький Пушкин слушал эти сказки и песни и просил няню рассказать или спеть ему ещё.

Но няня говорила: "Поздно. Пора спать". И маленький Пушкин засыпал.

-- А кто такой Пушкин? -- спросил Кирилл.

-- Как же ты выучил стихи Пушкина наизусть и не знаешь, кто он такой! -- сказал я. -- Пушкин это великий поэт. Ты знаешь, что такое поэт?

-- Знаю, -- сказал Кирилл.

-- Ну скажи, что такое поэт, -- попросил я Кирилла.

-- Поэт, это который пишет стихи, -- сказал Кирилл.

-- Верно, -- сказал я, -- поэт пишет стихи. А Пушкин великий поэт. Он писал замечательные стихи. Всё, что написал Пушкин, -- замечательно.

-- Ты говоришь, Пушкин был маленький, -- сказал Кирилл.

-- Нет, -- сказал я. -- Ты меня не так понял. Сначала Пушкин был маленький, как и все люди, а потом вырос и стал большим.

-- А когда он был маленький, он писал стихи? -- спросил Кирилл.

-- Да, писал, -- сказал я. -- Но сначала он начал писать стихи по-французски.

-- А почему он писал сначала по-французски? -- спросил меня Кирилл.

-- Видишь ли ты, -- сказал я Кириллу. -- В то время, когда жил Пушкин, в богатых домах было принято разговаривать на французском языке. И вот родители Пушкина наняли ему учителя французского языка. Маленький Пушкин говорил по-французски так же хорошо, как и по-русски, прочитал много французских книг и начал сам писать французские стихи. С родителями Пушкин говорил по-французски, с учителем по-французски, с сестрой тоже по-французски. Только с бабушкой и с няней маленький Пушкин говорил по-русски. И вот, слушая нянины сказки и песни, Пушкин полюбил русский язык и начал писать стихи по-русски.

В это время часы, висевшие на стене, пробили два часа.

-- Ну, -- сказал я Кириллу, -- тебе пора идти гулять.

-- Ой, нет, -- сказал Кирилл. -- Я не хочу гулять. Расскажи мне ещё про Пушкина.

-- Хорошо, -- сказал я, -- я расскажу тебе о том, как Пушкин стал великим поэтом.

Кирилл забрался на кресло с ногами и приготовился слушать.

-- Ну так вот, -- начал я, -- когда Пушкин подрос, его отдали в Лицей. Ты знаешь, что такое Лицей?

-- Знаю, -- сказал Кирилл, -- это такой пароход.

-- Нет, что ты! -- сказал я. -- Какой там пароход! Лицей -- это так называлась школа, в которой учился Пушкин. Это была тогда самая лучшая школа. Мальчики, которые учились там, должны были жить в самом Лицее. Их учили самые лучшие учителя и Лицей посещали знаменитые люди.

В Лицее вместе с Пушкиным училось тридцать мальчиков. Многие из них были тоже молодыми поэтами и тоже писали стихи. Но Пушкин писал стихи лучше всех. Пушкин писал очень много, а иногда бывали дни, когда он писал стихи почти всё время: и на уроке в классе, и на прогулке в парке и даже проснувшись утром в кровати он брал карандаш и бумагу и начинал писать стихи. Иногда ему стихи не удавались. Тогда он кусал от досады карандаш, зачеркивал слова и надписывал их вновь, исправлял стихи и переписывал их несколько раз. Но когда стихи были готовы, они получались всегда такие лёгкие и свободные, что казалось, будто Пушкин написал их безо всякого труда. Лицейские товарищи Пушкина читали его стихи и заучивали их наизусть. Они понимали, что Пушкин становится замечательным поэтом. А Пушкин писал стихи всё лучше и лучше.

И вот однажды в Лицей на экзамен приехал старик Державин...

-- А зачем он приехал? -- спросил меня Кирилл.

-- Ах да, -- сказал я, -- ведь ты, может быть, не знаешь, кто такой Державин. Державин тоже великий поэт, и до Пушкина думали, что Державин самый лучший поэт, царь поэтов.

Державин был уже очень стар. Он приехал в Лицей, уселся в кресло и на воспитанников Лицея смотрел сонными глазами.

Но когда вышел Пушкин и звонким голосом начал читать свои стихи, Державин сразу оживился. Пушкин стоял в двух шагах от Державина и громко и сильно читал свои стихи. Голос его звенел.

Державин слушал. В глазах его показались слёзы.

Когда Пушкин кончил, Державин поднялся с кресла и кинулся к Пушкину, чтобы обнять его и поцеловать нового замечательного поэта. Но Пушкин, сам не понимая, что он делает, повернулся и убежал. Его искали, но нигде не могли найти.

-- А где же он был? -- спросил меня Кирилл.

-- Не знаю, -- сказал я. -- Должно быть, куда- нибудь спрятался. Уж очень он был счастлив, что его стихи понравились Державину!

-- А Державин? -- спросил меня Кирилл.

-- А Державин, -- сказал я, -- понял, что ему на смену появился новый великий поэт, может быть, ещё более великий, чем он сам.

Кирилл сидел на кресле некоторое время молча. А потом вдруг неожиданно спросил меня:

-- А ты видел Пушкина?

-- И ты можешь посмотреть на Пушкина, -- сказал я. -- В этом журнале помещён его портрет.

-- Нет, -- сказал Кирилл, -- я хочу посмотреть на живого Пушкина.

-- Это невозможно, -- сказал я. -- Пушкин умер ровно сто лет тому назад. Теперь нам дорого всё, что осталось от Пушкина. Все его рукописи, каждая даже самая маленькая записка, написанная им, гусиное перо, которым он писал, кресло, в котором он когда-то сидел, письменный стол, за которым он работал, -- всё это хранится в Ленинграде в Пушкинском музее.

.

* 18 декабря 1936 года *

* Первый лист автографа публикуемого текста (до слов: "Когда Пушкин был маленький, у него") перечеркнут и сопровожден пометой: "Плохо", но мы его публикуем, поскольку дальнейший текст, непосредственно его продолжающий, оставлен автором в неприкосновенности. Текст в угловых скобках перечеркнут, но имеет помету "восстановить", поэтому мы его и воспроизводим.

* Приведем также один из вариантов, записанный на пронумерованных подряд четырех листах:

Пушкин

Сто двадцать лет тому назад многие люди думали так, что самый лучший русский поэт -- это старик Державин. И сам Державин знал, что он самый лучший русский поэт.

И вот однажды старик Державин сидел в кресле, а перед ним стоял мальчик и звонким голосом читал свои стихи.

С первых же слов Державин насторожился. Мальчик стоял в двух шагах от Державина. Он читал слегка нараспев, громко и сильно. Голос его звенел.

Державин слушал. Глаза его наполнились слезами. Каждое слово казалось ему прекрасным.

И вот, когда мальчик прочитал свои стихи и замолчал, Державин понял, что перед ним стоит поэт ещё лучший, чем он сам.

С тех пор прошло много лет, и теперь мы все знаем, что тот мальчик, который читал Державину свои стихи -- наш самый лучший, самый любимый, самый великий поэт -- Пушкин.

У Пушкина было два сына и вот однажды Пушкин сказал про своих сыновей: "Пусть они не будут поэтами, потому что всё равно не напишут стихов лучше, чем писал их отец".

Прошло ровно сто лет с тех пор, как умер Пушкин, но лучше Пушкина ещё никто не писал стихов.

Мы читаем стихи Пушкина и учим их наизусть. И тот, кто знает наизусть много пушкинских стихов, -- тот молодец!

И если ты не знаешь ни одного пушкинского стиха, сейчас же достань, где хочешь, какие нибудь пушкинские стихи и выучи их наизусть.

И если ты не знаешь, как зовут Пушкина, то запомни, что зовут его Александр Сергеевич.

Запомни, что когда Пушкин был маленький, у него была няня, Арина Родионовна.

Когда маленький Пушкин ложился спать, няня садилась возле его кроватки и рассказывала ему сказки. Сказки были интересные, страшные, весёлые и смешные. Пушкин слушал няню и просил её рассказать ещё. Но няня говорила: "Поздно, Саша. Пора спать". И маленький Пушкин засыпал.

Когда Пушкин подрос, ему наняли учителя француза. Француз говорил с Пушкиным по- французски и научил его по-французски читать и писать. Пушкин читал много французских книг, знал наизусть много французских стихов и даже сам попробовал писать свои стихи по-французски.

И вот однажды учителю попалась в руки тетрадь с французскими стихами Пушкина.

Учитель начал читать стихи вслух и громко над ними смеяться.

И вдруг маленький Пушкин пришёл в бешенство, подскочил к французу, вырвал у него из рук свою тетрадь, бросил её в горящую печку, расплакался и убежал.

Пушкин очень любил свою няню. И даже потом, когда он вырос и стал знаменитым писателем, он всякий раз, когда бывал у себя в селе Михайловском, заходил в маленький домик, где жила его старушка няня, садился с ней на крылечко и просил её рассказывать ему сказки.

Пушкин стоял в двух шагах от Державина и читал громко и слегка нараспев. Голос его звенел.

Державин внимательно слушал. Глаза его наполнились слезами. Каждое слово казалось ему прекрасным.

И вот, когда Пушкин кончил читать свои стихи и замолчал, Державин понял, что перед ним стоит поэт ещё лучший, чем он сам.

-----------------

Цирк Шардам

представление в 2-х действиях

1 отделение

Вертунов (вздыхает, сидит на просцениуме, подпирает голову рукой, опять вздыхает. На сцену выходит директор. Играет музыка. Директор кланяется. Музыка замолкает).

Директор(в публику). Здравствуйте.

Вертунов (печально). Прощайте.

Директор(в публику). Кто сказал "прощайте"? Никто не сказал? Ну, хорошо...

Вертунов (вздыхая). Нет, нехорошо.

Директор. Кто сказал "нехорошо"? Никто не сказал? Та-ак...

Вертунов. Нет, не так.

Директор. Да что же это такое!?

Вертунов. Ох-ох-ох.

Директор. Кто это вздыхает? Где он? Может быть, он под стулом? Нет. Может быть, за стулом? Тоже нет. Эй, слушайте! где вы?

Вертунов. Я тут.

Директор. Что вы тут делаете?

Вертунов. Ничего я не делаю, а просто сижу.

Директор. Зачем же вы нам мешаете?

Вертунов. Никому я не мешаю.

Директор. Как же не мешаете, когда не даете мне говорить!

Вертунов. А вы себе говорите да говорите.

Директор. Послушайте! Разве вы не знаете, что это кукольный цирк и мы должны начинать наше представление. А вы тут сидите.

Вертунов (вскакивая). Это кукольный цирк! Да ведь я вас уже второй месяц ищу! Думал, и не найду никогда. Вот радость-то! Нет уж, дозвольте, я вас поцелую. (Целует директора).

Директор (отбиваясь). Позвольте, позвольте. Кто вы такой и что вам нужно?

Вертунов. Зовут меня Вертунов, и хочу я у вас нас цене выступать.

Директор. Что же вы на сцене делать будете?

Вертунов. Да что прикажете, то и буду делать.

Директор. Гм... По канату ходить умеете?

Вертунов. Нет, по канату ходить не умею.

Директор. Гм. А на руках по полу ходить умеете?

Вертунов. Нет. Это тоже не умею.

Директор. Гм... Так что же вы умеете?

Вертунов. Я, видите ли, умею летать.

Директор. Летать? Это как же летать?

Вертунов. Ну, как летать. Знаете, просто так, по-обыкновенному: поднимусь от пола и полечу.

Директор. Ну, вы мне голову не морочьте. Человек летать не может.

Вертунов. Нет, может.

Директор. Нет, не может.

Вертунов. А я говорю, может!

Директор. А ну, полетите.

Вертунов. Вот и полечу!

Директор. Ну, летите, летите!

Вертунов. Вот и полечу!

Директор. Ну что же вы не летите?

Вертунов. Я умею по-собачьи лаять. Может, вам нужен такой номер?

Директор. Ну, полайте.

Вертунов. Ав-ав-ав-ав! (Совершенно непохоже на собачий лай).

Директор. Нет, такого номера нам не нужно.

Вертунов. А может, нужно?

Директор. Говорят вам, не нужно.

Вертунов. А может, все-таки...

Директор. Слушайте, сейчас мы начинаем наше представление. Прошу вас, уйдите со сцены.

Вертунов. Я на одной ноге стоять умею.

(Становится на одну ногу).

Директор. Уходите, уходите.

Вертунов (уходит, но из-за кулис говорит). Я хрюкать умею: хрю-хрю-хрю. (Совершенно непохоже на хрюканье).

Директор. Уходите, говорят вам. (Вертунов исчезает). Ух, какой надоедливый! (откашливается и говорит в публику). Кхм, кхм... Начинаем наше цирковое представление...

Вертунов (из-за кулис). Я умею ржать. (Директор оглядывается. Вертунов исчезает).

Директор (в публику). Цирковое представление. Первое отделение на земле, второе под водой, а третье -- пойдемте домой.

I ГОНГ

Директор. Первым номером нашей программы знаменитый наездник Роберт Робертович Лепехин.

Никто не может укусить себя за локоть.

Никто не может спрятаться в спичечную коробку.

А также никто не может скакать на лошади лучше Роберта Робертовича Лепехина.

Музыка!

Играет музыка. Выезжает Роберт Робертович Лепехин. Начинается вольтижировка и джигитовка. Потом Лепехин соскакивает с лошади, раскланивается и убегает. На сцену выбегает клоун верхом на палке с лошадиной головой и с букетом цветов в руке.

Клоун. Браво, браво! Очень хорошо! Ыыыыы! Это я, а это букет! Ыыыыыыы! По-русски раз, два, три, а по-немецки: ейн, цвей, дрей. Ыыыыыыы! Таблица умножения требует умственного напряжения. А мое такое положение, что мне не надо таблицы умножения! Ыыыыыыы! (Убегает).

На сцену осторожно выходит Вертунов и, озираясь, идет к рампе.

Директор (идет вперед, чтобы объявить номер). Зачем вы опять туг?

Вертунов. Да я хотел только показать, как муха летает.

Директор. Что? Как муха летает?

Вертунов (оживляясь). А вот смотрите. Полное впечатление полета мухи. (Семенит по сцене, машет часто руками и приговаривает: тюк, тюк, тюк, тюк!).

Директор (внушительно). Моментально уйдите отсюдова.

Вертунов стоит, вытянув голову, смотрит на директора.

Директор (топая ногой). Уу!

Вертунов поспешно убегает.

II ГОНГ

Директор. Следующим номером нашей программы выступит канатная балерина Арабелла Мулен-Пулен. Музыка!

Играет музыка. Выбегает Арабелла. Канатный номер. Выходит клоун с букетом.

Клоун. Браво, браво! Очень хорошо! Ыыыыыыы! По-русски раз, два, три, а по-немецки: ейн, цвей, дрей! Ыыыыыыы!

Арабелла раскланивается перед публикой. Клоун раскланивается перед Арабеллой, делает книксен. Арабелла убегает. Клоун падает. Выходит директор. Клоун встает и отходит в сторону.

III ГОНГ

Директор. Следующим номером нашей программы воздушный акробат Володя Каблуков.

Клоун. Следующим номером нашей программы воздушный акробат Сережа Петраков.

Директор (громко и настойчиво). Не Сережа Петраков, а Володя Каблуков!

Клоун. Не Володя Каблуков, а Сережа Петраков!

Директор. Следующим номером нашей программы воздушный акробат

Директор, Клоун (вместе)

Володя Каблуков!

Сережа Петраков!

Директор, Клоун (вместе)

Володя Каблуков!

Сережа Петраков!

Директор, Клоун (вместе)

Володя Каблуков!

Сережа Петраков!

Играет музыка. Выходит акробат и начинает свой номер. Директор стоит слева у рампы, клоун проходит потихоньку справа.

Клоун. Браво, браво! Очень хорошо, Сережа Петраков!

Директор. Да это же не Сережа Петраков, а Володя Каблуков!

Клоун. Замечательно, Сережа Петраков!

Директор. Да что же это такое? (В публику). Это Володя Каблуков! Честное слово -- это Володя Каблуков.

Вертунов (за кулисами). Дозвольте выступить. Я хожу на четвереньках и полное впечатление, будто ходит козел.

Директор (отчаянным голосом). Ах, нет, нет! Не надо! Уходите!

Вертунов. Дозвольте выступить.

Директор. Потом, потом. Не сейчас. Уходите!

Вертунов. А потом можно будет?

Директор. Потом, потом! Уходите!

Акробат продолжает свой номер. Играет музыка. Опасный момент. Музыка перестает играть. Барабанная дробь. Из-за кулис справа высовывается Вертунов. Акробат кончает номер, раскачивается, сидя на трапеции.

Вертунов. Выступать?

Директор машет на Вертунова рукой. Но Вертунов выползает на сцену на четвереньках. Директор кидается к Вертунову.

Вертунов. Я козе-е-ел! Я козе-е-ел! Мэ-э! Мэ-э!

Директор (шипит). Убирайтесь вон! (Толкает Вертунова). Убирайтесь вон! О! Скандал! Какой скандал! Вон! Да что же это такое? Ооо!

IV ГОНГ

Директор (печальным голосом). Следующим номером нашей программы партерные акробаты Крюкшин и Клюкшин. Музыка!

Играет музыка. Выходят партерные акробаты и начинают свой номер. Закончив номер, Крюкшин и Клюкшин раскланиваются и уходят. Выходит директор. Музыка смолкает.

Директор. Ну, этот номер прошел хорошо. И Вертунова не было.

V ГОНГ

На сцену выходит Вертунов.

Директор (не замечая Вертунова). Следующим номером нашей программы Матильда Дердидас. Чудеса... (Чихает).

Вертунов. Будьте здоровы.

Директор (не замечая Вертунова). Благодарю вас. Чудеса дрессировки. Дрессированные звери. (Чихает).

Вертунов. Будьте здоровы.

Директор. Благодарю вас.

Вертунов. Дозвольте выступить.

Директор(с ужасом поворачиваясь к Вертунову). Это опять вы?

Вертунов. Я подпрыгивать умею.

Директор. Да что же это такое? Я же сказал вам, что вы нам не нужны. Уходите. Уходите. И не смейте больше приходить.

Музыка. Выбегает Матильда. Вертунов и директор уходят. Начинается дрессировка. Футбол.

Матильда раскланивается и уходит. Выходит директор. Директор заглядывает за кулисы, смотрит наверх и по сторонам.

Директор. Ну, пока нигде нет этого ужасного Вертунова, начнем скорее наш следующий номер.

VI ГОНГ

Директор. Жонглер-филиппинец! Имя у него тоже филиппинское! Зовут его Ам гам глам Каба лаба Саба лаба Самба гиб чип либ Чики кики Кюки люки Чух шух Сдугр пугр Оф оф Прр. Эй, музыка!

Играет музыка. Директор стоит в ожидании. На сцену выходит вместо жонглера Вертунов.

Директор (в ужасе). Опять Вертунов!

Музыка замолкает.

Вертунов. Дозвольте выступить...

Директор.Я не могу вас выпустить, потому что сейчас выступает Ам гам глам Каба лаба Саба лаба Самба гиб чип либ Чики кики Кюки люки Чух шух Сдугр пугр Оф оф Прр.

Вертунов. А вы сейчас выпустите меня, а потом пусть выступает Ам гам глам Каба лаба Саба лаба Самба гиб чип либ Чики кики Кюки люки Чух шух Сдугр пугр Оф оф Прр.

Директор. Нет, говорят вам. Сейчас выступит Ам гам глам Каба лаба Саба лаба Самба гиб чип либ Чики кики Кюки люки Чух шух Сдугр пугр Оф оф Прр. Эй, музыка!

Директор гонит Вертунова. Оба уходят. На сцену выходит жонглер. Номер. Заканчивается номер, жонглер бросает на воздух большой шар. Шар на воздухе раскалывается и из него на парашюте спускается клоун с букетом в руке.

Клоун. Браво, браво! Очень хорошо! Ыыыыыыы!

Выходит директор.

Клоун протягивает букет жонглеру. Тот хочет взять букет, но клоун поворачивается к нему спиной и протягивает букет директору.

Директор. Это что?

Клоун. Это букет.

Директор. Это кому?

Клоун. Это вам.

Директор. Это от кого?

Клоун. Это от меня, а это (ударяет директора букетом) от публики. Ыыыыыыы!

Директор. Ах, мошенник! Грабитель!

Нахал! Убью! Руки-ноги обломаю!

Музыка играет. Директор наскакивает на клоуна. Клоун на парашюте взлетает наверх. Музыка смолкает.

Директор (оставшись один). Какой нахал.

VII ГОНГ

Директор. Следующим номером нашей программы ужасный силач Парамон Огурцов. Одной рукой может поднять семьдесят пять кило картошки. Однажды он сидел на табуретке в саду и ел порцию мороженого с вафлями. День был жаркий. Пели птицы и жужжали пчелы. Вдруг Парамона Огурцова укусил за ногу муравей. Парамон Огурцов вскочил, рассердился и со всего размаху ударил кулаком по табуретке. И табуретка исчезла. И только год спустя, когда в этом месте рыли колодец, нашли исчезнувшую табуретку под землей на глубине четырех с половиной метров. Вот с какой силой ударил по табуретке Парамон Огурцов! А вот и он сам.

Выходит силач и под музыку шагает вокруг сцены. Силач подходит к директору. Из-за силача выходит Вертунов.

Директор. О-ох! (Падает. Музыка смолкает).

Вертунов. Позвольте выступить. Умею слегка увеличиваться в росте.

Директор (наскакивая). Выступить? О! Пожалуйста! Становитесь вот сюда! Выступайте! Увеличивайтесь в росте! Ха-ха-ха! (Демонически хохочет).

Вертунов становится на указанное место лицом к публике. Директор что-то говорит силачу. Тот подходит и сзади ударяет Вертунова по голове. Вертунов проваливается. Играет музыка.

Директор. Ура! Ура! Провалился под землю! Ура! Больше нет Вертунова! Ура! (Директор приплясывает под музыку. Силач показывает свой номер).

Директор. А теперь антракт минут на десять для установки аквариума.

Потом опускается занавес.

Конец первого отделения. Антракт.

II отделение

Играет музыка. Выходит директор. Кланяется. Музыка смолкает.

Директор. Ну вот. Начинаем наше второе отделение. Вертунова больше нет, и никто не будет мешать... (Играет музыка). Стойте. Подождите же. Да не играйте же. Я же не кончил говорить. (Музыка смолкает). Так вот, вы видите на сцене стеклянный аквариум, и артисты... (Играет музыка). Да подождите же. Стойте. (Музыка смолкае). Я же говорю. Так вот. Артисты наденут водолазные костюмы и будут... (Играет музыка). Да что же это такое! Перестаньте играть. (Музыка смолкает). Говорить не дают. (В публику). Артисты в водолазных костюмах спустятся в стеклянный аквариум, где и будут под водой проделывать свои номера. Вы увидите под водой в клетке дрессированную акулу. Это очень опасно. Аквариум может разбиться, и тогда вода зальет весь цирк. Но Вертунова нет, нам никто не будет мешать, а потому все пройдет благополучно. Итак, а...

После слов "свои номера" из-под пола начинает медленно вылезать Вертунов. Щека у него повязана в белый горошек платком. Директор его сначала не замечает. Но, заметив, обрывается на полуслове и молча стоит, вытянув вперед шею.

Вертунов (вылезая из-под земли, хриплым голосом). Дозвольте выступить.

Директор молча стоит в столбняке.

(Хрипло). Меня по голове грохнули. Я провалился в подвал. Там я простудился и охрип. Но все ж таки я еще петь могу. Дозвольте выступить.

Директор. Мне дурно. (Падает без чувств на пол и головой разбивает аквариум. Звон разбитого стекла. На сцену течет вода. Играет музыка).

Вертунов. Ой! Ой! Вода! Пожар! Караул! Гра-а-бят! (Убегает).

Вода наполняет сцену. В аквариуме вода убывает, на сцене пребывает. Сцена "Затопление цирка". Словесная партитура. Шум воды. Играет музыка. За сценой голоса. Тишина. Сцена залита водой. Растут водоросли. Проплывают большие и маленькие рыбы. Наконец, из глубины выплывает директор.

Директор (отдуваясь). Брр. Брр. Пуф. Пуф. Пуф. Пуф. Вот так история. Пуф. Этот Вертунов довел меня до того, что я упал в обморок и, падая, разбил головой аквариум. Пуф. Пуф. Присяду отдохнуть.

Выплывает балерина.

Балерина. Ах,ах! Что такое случилось? Я, кажется, под водой.

Директор. Да разбился аквариум и вода залила весь театр.

Балерина. Какой ужас! (Уплывает). Ах. Ах. Ах.

Директор. А мы не успели надеть водолазные костюмы.

Выплывает силач Парамон Огурцов.

Силач. Пуф. Пуф. Что такое произошло? Директор. Успокойтесь. Мы просто утонули.

Силач. Вот те на. (Уплывает). Директор. Может быть, я уже умер?

Выплывает жонглер.

Жонглер (волнуясь и ничего не понимая).

Бэ бэ бэ бэ бэ

Сяу сяу

Крю крю крю

Тяу тяу тяу

Прим прим прим

Дыр дыр дыр

Буль буль буль

Директор. Совершенно правильно, это вода. Вода.

Жонглер (ничего не понимая).

Тям тям тям

Гом том гом

Чук чук чук

Буль буль буль

(Уплывает).

Директор. Если я умер, то я не могу двигаться. А ну-ка пошевелю рукой. Шевелится. Ну-ка пошевелю ногой (шевелит ногой). Шевелится. А ну-ка пошевелю головой (шевелит головой). Тоже шевелится. Значит, я жив. Ура!

Голос Лепехина. Тпрр. Нннооо... Тпрррр... Эй... Нннооо... (Выплывает Лепехин верхом на лошади).

Лепехин. Тпррр... Говорят тебе тпррр. Что такое случилось? Тпррр.

Директор. Разбился аквариум. Вода залила театр. Мы все под водой.

Лепехин. Тпррррр... Что?... Тпр... (Лошадь уносит Лепехина за кулисы).

Голос Лепехина. Что такое? Тпррр... Ннооо... Что такое? Тпррр...

Директор. Значит, я жив. И он жив. И все мы живы.

Выплывает вверх ногами Ваня Клюкшин.

Ваня Клюкшин. Объясните мне, что это значит?

Директор. Это значит, что все мы живы, хотя находимся под водой.

Ваня Клюкшин. Категорически ничего не понимаю. (Уплывает).

Директор. А я начинаю понимать... Ура! Все понял. Мы находимся под водой и с нами ничего не делается, потому что мы деревянные актеры.

Балерина. Неужели и я деревянная?

Директор. Ну конечно.

Балерина. Не может быть, ведь я так хорошо танцую.

Директор. Ну что ж такого! Вот я, например, деревянный, и несмотря на это, я очень умный.

На сцену выходит Матильда Дердидас и вывозит клетку с акулой.

Директор. Что это такое?

Матильда. Это мой дрессированный акуль Пиньхен. Я буду показывайт свой номер.

Директор. А она не вырвется из клетки?

Матильда. О нет, чтобы открыть клетка, надо нажать вот на этот ручка. Мой акуль этого не может. Он очень послюшный. Але оп! (Акула выплывает).

Директор. А почему она так смотрит на меня?

Матильда. Потому что он хочет кушать.

Директор. А что она ест?

Матильда. О, абсолютно все. Вчера он съель велосипед, две рояль, эйн подушка, цвей кофейный мельниц и четыре тольстый книги.

Директор. М-да. А людей он ест?

Матильда. Ах, я. О, да. Она съель мой знакомый Карль Иваныч Шустерлинг.

Директор. Гм... А сегодня она ничего еще не ела?

Матильда. Нет, сегодня она голодный.

Директор. Чем же вы будете ее сегодня кормить?

Матильда. Ах, у меня есть ейн Камель, один верблюд.

Директор. Так вы покормите ее поскорей.

Матильда. Але оп! Сейчас я приведу верблюд. А вы посмотрийть не садиться на этот ручка.

Директор. Нет, уж лучше я с вами пойду, Матильда Карловна! Матильда Карловна, подождите меня.

Матильда и доктор уплывают. На сцену выходит Вертунов.

Вертунов. Фу, плаваю под водой, точно рыба. А разве я рыба? Ни сом, ни щука, ни карась, ни окунь. Охо-хо-хо. (Садится на рычаг клетки, клетка открывается. Из клетки тихо уплывает акула). Ну как теперь из воды вылезти? Тут меня где-то по голове гирей трахнули и я в подвал провалился. Может, на том месте дырка в полу осталась. Я ее поковыряю ногой, может, вода сквозь нее в подвал вытечет. Пойду искать, где эта дырка-то. Под водой сразу и не найдешь. (Уходит).

Выходят директор и Матильда Дердидас, ведя за собой верблюда.

Матильда. Ну вот, сейчас мы моей Пиньхен дадим эйн порцион верблюд. Это очень мало, но... ах, ах.

Директор. Что такое?

Матильда. Ах, мой Пиньхен ушёль.

Директор. Караул! Спасайся, кто может! Караул!

Выбегает Ваня Клюкшин.

Ваня. Что случилось?

Матильда. Мой Пиньхен! Мой Пиньхен!

(Убегает с верблюдом вместе).

Ваня. Что это значит?

Директор. Вы понимаете, она вырвалась из этой клетки.

Ваня. Значит, она сумасшедшая?

Директор. Она голодная.

Ваня. Так дайте ей бутерброд с котлетой.

Директор. Что ей котлета? Она вчера съела два рояля, велосипед и еще что-то.

Ваня. Да ну?

Директор. На сегодня у нее верблюд, но ей одного верблюда мало.

Ваня. А она и верблюдов ест?

Директор. Она все ест. Она и людей ест.

Ваня. Ой, ой, ой, даже людей!

Директор. Стойте тут, а я пойду посмотрю там. Матильда Карловна! Матильда Карловна! (Уходит).

Ваня. Вот так штука! Кто бы мог подумать! Такая красивая и такая обжора.

Выплывает клоун.

Клоун. Ыыыыы! Вот и я.

Ваня. Ты слышал?

Клоун. Слышал.

Ваня. А что ты слышал?

Клоун. А я ничего не слышал. Ыыыыы.

Ваня. Тьфу. Я тебе серьезно говорю. Ты знаешь, что наша дрессировщица Матильда Дердидас съела рояль?

Клоун. Рояль?

Ваня. Даже два рояля и велосипед.

Клоун. Съела?

Ваня. Да, съела.

Клоун. Ыыыыы.

Ваня. Напрасно ты смеешься. Она пошла есть верблюда, я сам видел. А потом будет есть людей.

Клоун. Она и меня съест?

Ваня. И тебя и меня.

Клоун. Ой-ой-ой-ой. Ай-ай-ай-ай.

Директор (пробегая через сцену). Она уже съела верблюда.

Ваня. Ой-ой-ой-ой.

Клоун. Ой-ой-ой-ой.

Входит Матильда.

Матильда. Пиньхен, Пиньхен.

Ваня и Клоун (падая на колени). А-а-а-а-а-а-а! Бе-бе-бе-бе, пощадите!

Клоун. Я невкусный, он вкуснее.

Ваня. Нет, неправда. Я соленый. Он лучше.

Клоун. Не верьте ему. Он вовсе не соленый. Он очень вкусный.

Матильда. О, их ферштее нихте, я не понимай. Где мой Пиньхен, Пиньхен, Пиньхем. (Убегает).

Директор (пробегая через сцену). Караул! Спасайся кто может! Караул!

Силач (проплывая). Кто? Что? Почему? Откуда? Как? Где? Куда? Зачем? Кого? Чего? (Уплывает).

Балерина (проплывая). Ах-ах-ах-ах. Их-их-их-их.

Жонглер (пробегая).

Тяу тяу тяу

Сяу сяу сяу

Кяу кяу кяу

Мяу мяу мяу.

Лепехин (верхом на лошади). Тпрр... Нноо... Тпррр... Шалишь... Тпр... Куда несешь. Тпррр... Ннооо... Тпрр...

Крюкшин. Объясните нам, что такое случилось? Я категорически ничего не понимаю. (Оба проплывают. Один вверх ногами).

Проплывает молча акула.

Матильда (проплывая за акулой). О, мой Пиньхен, мой Пиньхен.

Жуткая пауза.

Ваня. Ты видел?

Клоун. Видел.

Ваня. Ну, что?

Клоун. По-моему, она хочет съесть эту рыбу.

Ваня. Знаешь что?

Клоун. Что?

Ваня. Давай убежим.

Клоун. Давай убежим.

Ваня. Ну, беги вперед, а я за тобой.

Клоун. Ну хорошо, я побегу за тобой, а ты беги впереди меня.

Ваня. Нет, уж лучше я побегу за тобой, а ты беги впереди.

Клоун. Знаешь что?

Ваня. Ну?

Клоун. Давай я сосчитаю до трех, и мы побежим сразу вместе.

Ваня. Хорошо, считай.

Клоун. По-русски: раз, два, три.

Ваня убегает.

А по-немецки: эйн, цвей, дрей.

Клоун убегает. Выходит Вертунов.

Вертунов. Ну где она? Где она? (Ходит по сцене, ищет, нагибается, касаясь рукой пола). Будто где-то тут... Вот... кажись она самая... Так и есть! (Прочищает дыру. Слышен шум воды). Вода пошла. Ура!

Играет музыка. Выплывает акула.

Ой! Что это такое?

Акула бросается на Вертунова.

Ой-ой-ой!

Затемнение. Световые эффекты. Музыка.

Голос Матильды. О, Пиньхен. Мой Пиньхен.

Сцена "Спуск воды". Словесная партитура. Шум воды. Играет музыка.

Яркий свет. Цирк освобожден от воды. На сцене лежит дохлая акула. Играет музыка. Выходит директор. Раскланивается. Музыка смолкает.

Директор. Обещанная мною подводная пантомима отменяется. Аквариум разбился. Театр залило водой, из клетки вырвалась акула, и мы все чуть не погибли. Виной всему гражданин Вертунов, но его проглотила акула, и теперь мы окончательно от него избавились. А затем морское чудовище подохло без воды. Теперь его нечего бояться. Смотрите. (Директор ударяет акулу ногой). Акула. Ой, больно!

Директор (отскакивая). Что такое? Кто сказал "больно"? Никто не сказал... Так вот видите, я ударяю акулу ногой.

Акула. Ай-ай-ай. Не лягайте меня. Директор. Что такое? Это акула говорит. Как же так?

Акула. Это я говорю.

Директор. Что ва-ва-ва-ва-вам ну-ну-ну-ну-ну-жно?

Акула. Дозвольте выступить.

Директор. Да что-о-оо же э-э-э-это та-а-а-а-акое.

Акула. Сейчас я живот распорю.

Директор. Ой-ой-ой! Нет, не надо. Выступайте.

Акула. Сейчас. (Из акулы вылезает Вертунов).

Вертунов. Ну вот, я распорол ей живот, и теперь я опять на свободе. Значит, можно выступать? Я умею стоять на голове.

Директор. О-ох! (Садится на пол). Я же знаю, что вы ничего не умеете. Вам сейчас покажут, как надо стоять на голове. Эй, Ваня Клюкшин!

Выходит Ваня Клюкшин.

Покажите ему, как нужно стоять на голове.

Ваня. Это очень просто. Смотрите! Оп! (Ваня становится на голову. В это время вбегает Матильда).

Матильда. Где мой Пиньхен? Что стало с мой Пиньхен?

Ваня падает.

Ваня (лежа на полу). Ой, пощадите. А-а-а-а-а. Не губите!

Директор. Ну что вы, что вы. Это не так страшно. Это с каждым может случиться.

Ваня. Ой, страшно!

Директор. Это же пустяки.

Ваня. Хороши пустяки. Ой-ой-ой-ой.

Директор. Ему, кажется, дурно.

Матильда. Сейчас я принесу немного воды. С вода будет легко. (Уходит).

Ваня. Ой-ой-ой-ой. Уж лучше без воды. Ой-ой-ой. (Стонет).

Вбегает клоун.

Клоун. Ыыыыыыы. Браво, браво. Очень хорошо. Ыыыы. (Увидя Ваню). Что с ним?

Директор. Он хотел встать на голову, да не вышло, и он очень расстроился.

Клоун (к Ване). Слушай. Ну чего ты плачешь? Ну хочешь, я встану на голову. Ну, смотри. (Клоун становится на голову. В это время входит Матильда со стаканом воды. Клоун падает).

Матильда. Ну вот, я принесла вода.

Клоун. Ой-ой-ой-ой! Бе-бе-бе-бе-бе! Не погубите, ой, не погубите.

Директор. Что же это такое?

Матильда. А, еще один. Сейчас я обоих вот с этот вода.

Клоун и Ваня (на коленях). Ой-ой-ой! А-а-а-а-а-а. Бе-бе-бе-бе. Не надо воды. Пощадите нас. Ой, не погубите!

Директор. Да перестаньте же, в самом деле.

Клоун и Ваня. Ой, нет, не перестанем. Зачем мы? Лучше возьмите его. (Указывая на Вертунова).

Директор. Да зачем же его, вы лучше.

Клоун и Ваня. Нет, мы хуже, он лучше.

Директор. Ну, хорошо, хорошо! Успокойтесь только. Вертунов! Хочешь быть вместо клоуна и акробата?

Вертунов. Конечно, хочу.

Директор. Ну, слышите. Он согласен.

Клоун и Ваня. Ай-ай-ай-ай-ай. Не верим.

Директор. Да успокойтесь. Сейчас он вам покажет.

Матильда. Абсолют ничего не понимаю. Пойду искать мой Пиньхен. (Уходит).

Директор. Вертунов! Вы будете у ковра.

Вертунов. А где этот ковер?

Директор. Какой ковер?

Вертунов. Да вы сказали, что я буду у ковра.

Директор. Это значит, что вы будете клоуном.

Клоун. Позвольте я.

Директор. Вы же сами отказались и просили, чтобы вместо вас был Вертунов.

Ваня и Клоун. Нет, нет. Совсем не то. Мы хотели, чтобы его съели.

Директор. Съели?

Ваня и Клоун. Ну да. Чтобы она его съела.

Директор. Кто -- она?

Клоун. Ну она... дрессировщица.

Директор. Ничего не понимаю.

Ваня. Ну, она хотела съесть нас.

Клоун. Но мы невкусные. Ваня (указывая на Вертунова). Он вкуснее.

Директор. Что такое?

Клоун. Она съела рояль.

Ваня. И велосипед.

Клоун. И верблюда, и швейную машинку, и четыре кофейных мельницы.

Директор. Кто? Матильда?

Клоун и Ваня. Ну да -- Матильда.

Директор. Ха-ха-ха!

Клоун и Ваня. Почему вы смеетесь?

Директор. Ха-ха-ха! Вы все перепутали. Не Матильда Дердидас съела рояль, велосипед и верблюда, а акула Пиньхен.

Входит Матильда.

Матильда. О, где мой Пиньхен? Кто видел мой Пиньхен?

Клоун и Ваня на всякий случай отходят в сторону.

Директор. Вашего Пиньхена уже нет.

Матильда. А где он?

Директор. Ваша акула без воды подохла.

Матильда. О? она биль такой ласковый. Верните обратно мой акуль. Мой добрый Пиньхен.

Директор. Ваш добрый ласковый Пиньхен проглотил вот этого гражданина.

Матильда. О, он любиль кушать живой человек.

Вертунов. Да, я нашел дырку в полу. И пока я ее прочищал, чтобы вода могла уйти в эту дырку, на меня что-то наскочило и проглотило.

Директор. Так это вы избавили нас от воды?

Вертунов. Да, я.

Директор. Так, выходит, что вы наш спаситель.

Вертунов. Дозвольте выступить.

Директор. Я вас беру в свою труппу. Мы вас научим. Вы будете клоуном, акробатом, певцом и танцором.

Матильда. О, мой Пиньхен кушаль вас. Он любиль вас. И я тоже буду любиль вас.

Директор. Итак, гражданин Вертунов поступает к нам в цирк на обучение. Надо много учиться, чтобы стать хорошим циркачом.

Вертунов. Ура! Я буду учиться у вас. Я буду учиться у вас.

Клоун и Ваня. Ты будешь учиться у нас.

Вертунов. Я клоуном буду, борцом, акробатом, певцом и танцором зараз.

Все. Ты клоуном будешь, борцом, акробатом, певцом и танцором зараз.

Директор. А сейчас мы вам покажем, как нужно работать. Сейчас выступит воздушный акробат Володя Каблуков.

Музыка. Номер Каблукова.

Вертунов. А теперь можно мне выступить?

Директор. Выступайте. (В публику). Сейчас вы увидите номер с участием гражданина Вертунова -- Ваня Клюкшин и Джонни Крюкшин. Эй, музыка!

Играет музыка. Номер. Занавес.

**

* Вместе с тем сохранился существенно отличающийся от публикуемого автографический вариант части текста (без начала и окончания) -- скорее всего, первая редакция пьесы, которую мы ниже приводим:

Исчезновение Вертунова

(конец первого действия)

Директор. Сейчас выступит знаменитый факир Хариндрона'та Пиронгроха'та Чери'нгромбо'м бом ха'та! Он приехал из Индии и привез с собой страшную ядовитую змею. Сейчас он покажет вам удивительные индусские фокусы. Смотрите на него.

На сцену под музыку выходит Вертунов. Директор бросается на Вертунова.

Что! Вы опять тут! Держите его! Убью!

Вертунов, а за ним директор, убегают. На сцену с другой стороны выходит факир. Начинаются номера факира. На сцену выходит директор. Глядя на искусство факира, директор время от времени восклицает: "Замечательно! Удивительно! А, как это поразительно!" Под конец факир дудит в дудочку. На сцене появляется ящик. Факир открывает ящик, показывает, что он пустой, и говорит директору:

Факир. Бангалибамба усурсенкус тетер граха!

Директор. А! Хорошо, хорошо, сейчас объясню. Дорогие зрители! Факир Хариндрона'та Пиронгроха'та Чери'нгромбо'м бом ха'та просит сказать вам, что сейчас он покажет индусский фокус с волшебным ящиком. Факир Хариндрона'та Пиронгроха'та Чери'нгромбо'м бом ха'та просит обратить ваше внимание на то, что ящик совершенно пустой.

Факир закрывает ящик и говорит заклинание, потом открывает ящик и играет на дудочке. Из ящика выползает змея. Начинается номер со змеей. По окончании номера змея опять залезает в ящик. Факир закрывает ящик, произносит заклинание, открывает ящик опять и показывает, что он пустой.

Директор. Ах, а где же змея?

Факир. Граха.

Директор. Граха'! Исчезла! Вот здорово! А что, если в ящик (стучит по ящику) положить, ну скажем... ну... ну вот эту табуретку! (Стучит по табуретке). Если ее сунуть в ящик, она тоже исчезнет? Тоже граха'?

Факир. Граха'.

Директор. Вот это интересно! Ну-ка, попробуем! (Сует табуретку в ящик и закрывает крышку). Что теперь надо делать?

Факир подходит к ящику, отстраняет директора и произносит заклинание. Потом открывает ящик. Ящик пустой.

Факир. Граха!

Директор (заглядывая в ящик). Действительно граха'! Вот это ловко!

Вертунов (выходя на сцену). Дозвольте выступить!

Директор (кидается к Вертунову и рычит. Потом вдруг останавливается, хлопает себя рукой по лбу и говорит). Ааа-а! Вот это я ловко придумал! Вертунов! Вы хотите выступить?

Вертунов. Очень бы хотелось выступить-то!

Директор. Сейчас! Обождите минутку! (Подходит к факиру). Гражданин факир Хариндрона'та Пиронгроха'та Чери'нгромбо'м бом ха'та, скажите мне, пожалуйста, вот если этого вот человека, вон, Вертунова, сунуть в ящик, он тоже граха'?

Факир. Граха'!

Директор. Вот это здорово! Наконец-то я от него избавлюсь! Ура! Вертунов! Идите скорее сюда! (В публику). Волшебное исчезновение Вертунова! (Вертунову). Полезайте в ящик!

Вертунов. Зачем же в ящик?

Директор. Ну скорее, скорее!

Факир (подталкивает Вертунова и начинает говорить заклинание). Гырабам Дырабам Ширабам Дундири! Гырабам Дырабам Ширабам Пундири!

Вертунов. Зачем в ящик! Не хочу в ящик! Пустите!

Факир закрывает за Вертуновым крышку и еще раз произносит заклинание. Сначала из ящика слышны крики Вертунова "Пустите! Не хочу! Ой, спасите!" Но когда факир произносит: "Граха'! граха', граха'!" крики смолкают. Факир открывает ящик. Ящик пустой.

Факир. Граха'!

Директор. Граха'! Исчез! Вертунов граха'! Исчез Вертунов! Ура-а-а!

Конец первого действия

Второе отделение

Директор. Ну вот, начинаем наше второе отделение. Вертунова больше нет, и никто не будет нам мешать. Смотрите! Вы видите на арене стеклянный аквариум. Так вот, артисты наденут водолазные костюмы, спустятся в аквариум и будут под водой проделывать свои номера. Это очень опасно: аквариум может разбиться, и тогда вода зальет весь цирк. Но Вертунова нет, нам никто мешать не будет, и потому все пройдет благополучно! Сейчас выступит канатная балерина Арабелла Мулен-Пулен. Музыка. (Увидя ящик). Вот безобразие! Не убрали ящика! Иван Иванович! (На сцену выбегает клоун). Этот ящик надо убрать. (Директор уходит).

Клоун подходит к ящику и пробует его сдвинуть с места. Но ящик с места не двигается.

Клоун. Ой-ой-ой! Какой тяжелый ящик! Ваня Крюкшин, пойди-ка сюда!

Выходит Ваня Крюкшин.

Клоун. Ну-ка, помоги мне сдвинуть этот ящик.

Ваня. Сейчас.

Оба пробуют сдвинуть ящик, но ящик не двигается.

Ваня. Почему же он такой тяжелый!

Клоун. Знаешь что? Давай откроем ящик и посмотрим, что там внутри.

Ваня. Правильно! Давай откроем! Открывают ящик. Ящик пустой.

Ваня. Вот так штука! Пустой, а такой тяжелый!

Закрывают ящик. В ящике стук.

Клоун. Что это?

Ваня. Что это?

Голос из ящика. О! Выньте меня из ящика!

Клоун и Ваня отбегают в сторону.

Клоун. Кто там?

Голос из ящика. Это я! Вертунов!

Клоун. Где же ты?

Вертунов. В ящике!

Клоун и Ваня смотрят в ящик.

Клоун. Ты видишь Вертунова?

Ваня. Нет.

Клоун. И я не вижу!

Голос. Ой, спасите! Ой, помогите!

Дно ящика выламывается и оттуда выглядывает голова Вертунова.

Ваня. Вот так штука!

Клоун. Как же это так?

Вертунов. Ой! Да меня тут какой-то факир, что ли, в этот ящик посадил. А в ящике-то два дна. Я под второе-то дно и провалился. А потом меня что-то сверху прижало, и оказался я в темноте. Я слышал, как тут говорили, что будто я куда-то пропал, а никуда я не пропал! Все время тут и сидел! Ой! А теперь мне руки и ноги свело, и спина даже болит! Ой! Помогите мне вылезти из ящика!

Клоун. Сейчас, сейчас! (Тянет Вертунова из ящика). Ваня Крюкшин! Помоги мне!

Тянут вдвоем Вертунова.

Вертунов. Ой, больно! Ой-ой-ой-ой!

Клоун. Ничего, ничего! Потерпи немного! Сейчас мы тебя вытянем!

Тянут Вертунова. У него вытягивается шея, руки и ноги. Наконец Вертунов вылезает из ящика и становится на пол.

Клоун и Ваня. Ай-ай-ай! Что это с ним?

Вертунов. Что же это со мной? А? Что вы со мной сделали?

Клоун. Да мы вас вытаскивали из ящика и немножко растянули.

Вертунов. Немножко растянули! Я вам покажу, как меня растягивать! Куда же я таким покажусь? Какой я был раньше красивый! А теперь на кого же я похож?

Клоун. Успокойтесь, товарищ Вертунов! Вы вовсе уж не такой смешной, как вы думаете. Посмотрите на себя в зеркало.

Вертунов. Где у вас тут зеркало?

Клоун. А вот посмотритесь в аквариум.

Вертунов смотрится в аквариум.

Вертунов. Что! Это я такой! Нет! Нет, нет? Это зеркало врет! Это зеркало врет! Врет! врет!

Вертунов разбивает аквариум. Звон разбитого стекла. На сцену течет вода. Играет музыка.

Вертунов. Караул! Вода!

Ваня. Вода! Вода!

Клоун. Аквариум разбился! Спасайтесь!

Вертунов. Вода! Караул! Тонем! Спасите!

Затопление цирка. Сцена затоплена водой. Выплывает директор.

Директор. Брр. Брр. Пуф. Пуф. Вот так история! Этот Вертунов (чтоб ему пусто было!) появился, говорят, опять и разбил аквариум. Пуф. Пуф. Цирк залило водой.

Выплывает дрессировщица Зоя Гром.

3оя. Ах, ах! Что такое случилось! Я, кажется, под водой!

Директор. Да. Вертунов (чтоб ему пусто было!) разбил, говорят, аквариум, и вода залила весь цирк.

3оя. Ах, какой ужас. (Уплывает).

Директор. А мы не успели надеть водолазные костюмы!

Выплывает факир.

Факир. Директор! Директор!

Директор. А! Это вы, факир Хариндрона'та Пиронгроха'та Чери'нгромбо'м бом ха'та!

Факир. Какой я факир! Какой я бом бом ха'та! Где моя змея!

Директор. Как же это, вы индус и вдруг по-русски говорите?

Факир. Какой я индус! Не индус я! Да не в этом дело! Где моя змея? Ведь если она вырвется из ящика, она всех съест! Где моя змея?

(Уплывает).

Директор. С одной стороны вода, с другой стороны змея. Что делать?

Выплывает Лепехин верхом на лошади.

Лепехин. Тпр... Нноо! Тпр... Говорят тебе тпрр! Эй! Что такое случилось?

Директор. Мы все утонули!

Лепехин. Что?... Тпрр!... Что такое?... Тпрр, говорят тебе! Тпр! (Лошадь уносит Лепе- хина).

Директор. Значит, я утонул. Но тогда, значит, я умер!

Выплывает Силач кверху ногами.

Силач. Объясните мне, что это значит?

Директор. Это значит, что мы все утонули и умерли.

Силач. Ничего не понимаю! (Уплывает).

Директор. Я тоже ничего не понимаю! Если я умер, то я не могу двигаться. А ну-ка пошевелю рукой. Шевелится! Ну-ка, пошевелю ногой! Тоже шевелится! Ура! Значит, я жив!... Но как же так?... Аааа! Начинаю понимать. Ура! Все понял! Мы находимся под водой, но от воды с нами ничего не делается, потому что мы деревянные!

Выплывает балерина.

Балерина. Ах!Ах!Ах!Ах! Я, кажется, утонула!

Директор. Да, мы все утонули, но так как мы деревянные, то с нами от воды ничего не делается.

Балерина. Фу, какие вы глупости говорите! Нет! Нет! Нет! Какая же я деревянная, если я такая красивая!

Директор. А вот голова моя тоже деревянная, а очень, очень умная!

Балерина. Ах! Смотрите! Что это такое плывет сюда?

Директор. Где? Это? Ой-ой-ой-ой-ой! Спасайся, кто может! Это индусская змея! Она вырвалась из ящика, и теперь она нас всех съест!

Балерина. Змея! Спасите! Спасите!

Балерина и директор убегают налево. Справа на сцену выплывает, шипя и извиваясь, змея. Потом уплывает налево. Справа выбегает факир.

Факир. Где моя змея? Где змея? Не видали вы мою змею? Где моя змея?

Факир убегает налево. Справа на ящике верхом выплывает Вертунов.

Вертунов. Где этот халдей, или факир, или как его там! Попадись он только мне! Я его самого в ящик засажу! Ведь какой я был раньше красивый! А теперь на что я стал похож? Ну что это за ноги? Тпфу! Смотреть на них не могу! А рука? Тпфу! Еще хуже, чем нога! Ооооо! Попадись мне только этот факир! (Уплывает налево).

Справа выплывает змея, извиваясь проплывает через всю сцену и уплывает налево. Справа выходит директор с ломом в руках.

Директор. Хоть голова у меня и деревянная, а очень, очень умная! Я выдумал, как освободиться от воды и от змеи! Вот этим ломом я пробью в полу дырку, и вода через эту дырку вытечет в подвал. А потом я этим ломом убью змею! Вот как я ловко придумал своей деревянной головой! Ну-с, начинаю. (Стучит ломом по полу). Раз... два... три... четыре... пять... Ура! Вода пошла в подвал! Ну теперь пойду искать змею!

Выплывает Вертунов.

Вертунов. Где этот факир? Попадись мне этот факир!

На сцену выплывает змея.

Вертунов. Ой! Что это? Никак змея! Ой, спасите! Ой-ой-ой-ой-ой! (Змея хватает Вер- тунова и уплывает с ним наверх).

Играет музыка.

Сцена: "Спуск воды".

Музыка.

Сцена пуста. На сцену выбегает факир.

Факир. Где моя змея! Где моя змея?

Сверху слышен страшный крик, и на сцену падает Вертунов, обвитый змеей.

Факир. Вот она! Вот она! (Играет на дудочке. Змея оставляет Вертунова. Факир продолжает играть на дудочке, и змея заползает в ящик. Вертунов встает, расправляется и подходит к факиру).

Вертунов. А! Вот ты где!

Факир. Что вам угодно?

Вертунов. Ты факир?

Факир. Да, я факир!

Вертунов. Это твой ящик?

Факир. Да, это мой ящик.

Вертунов. А! Вот тебя-то мне и нужно! Это ты меня в этот ящик посадил?

Факир. Я по-русски не понимаю.

Вертунов. Нет, это, брат, врешь! Только что по-русски говорил, а сейчас вдруг сразу и не понимаю! Полезай в ящик!

Факир. Ой, я не виноват!

Вертунов. А кто же виноват?

Факир. Это директор велел мне вас в ящик посадить.

Вертунов. Врешь?

Факир. Честное слово.

Вертунов. Хм... Пойду поймаю директора. (Уходит).

Факир. Пока Вертунов ищет директора, удеру-ка я домой! (Хватает ящик и хочет убежать, но сталкивается с директором).

Директор. Куда это вы спешите?

Факир. Да вот поймал змею в ящик и спешу ее поскорее домой отнести.

Директор. А змея уже в ящике?

Факир. Ну да, она чуть Вертунова не задушила.

Директор. Как Вертунова?

Факир. Ну да, она обвилась вокруг Вертунова и чуть-чуть его не задушила. Но я ее дудочкой в ящик заманил и Вертунова спас.

Директор. Да зачем же вы Вертунова спасли! Значит, он опять тут!

Факир. Тут, тут и вас разыскивает.

Директор. Вертунов опять тут! Опять будет нам мешать! Да подайте мне Вертунова! Я его в бараний рог изогну!

Факир с ящиком уходит. На сцену выбегает Вертунов.

Вертунов (увидя директора). А, вот вы где!

Директор, увидя Вертунова, вскакивает и падает на пол.

Вертунов. Товарищ директор! Товарищ директор!

Директор молчит.

Вертунов. Что это с ним?

Директор (приподнимая голову). Это вы Вертунов?

Вертунов. Вот то-то и оно-то! Теперь меня и узнать нельзя! А все это из-за вас! Запихали меня в ящик! Я там чуть не задохнулся! А потом меня ваши клоуны вытаскивали из ящика и вон как вытянули! Ну, на кого я стал теперь похож! А какой я был раньше красивый!

Директор. Да ведь вы теперь в тысячу раз интереснее стали! Ведь вы теперь стали великаном. Вы теперь перед публикой выступать можете! Хотите выступить?

Вертунов. Знаем, как это выступить! Вы меня опять в ящик посадите!

Директор. Да нет же! Теперь вы можете выступить по-настоящему. Выступите, пожалуйста!

Вертунов. Не хочу!

Директор. Ну, пожалуйста! Я прошу вас! Выступите!

Вертунов. Ой, не знаю. Надо подумать.

Директор. Вот хорошо. Пойдите, подумайте, а потом и выступите.

Вертунов. Ну хорошо, я пойду подумаю!

(Уходит).

Директор. Вот ведь чудеса. Какой был плюгавенький, а теперь какой интересный стал. Обязательно упрошу его, чтобы он выступил. А сейчас выступит...

* Помимо приведенного, дополнительным свидетельством об общем замысле пьесы может служить фрагмент текста (автограф), имеющий авторское заглавие:

К цирку Шардам

вставные номера

Директор: Жила была Эстер Бубушвили. И вот села она однажды на верблюда и поехала через пустыню в гости к своей тёте. (Выезжает Эстер на верблюде). Солнце палит. Вокруг песок. Дует горячий ветер. Дует горячий ветер. Вокруг песок. А солнце палит. Эстер Бубушвили смотрит направо, смотрит налево. Ей хочется пить. Запас воды кончился. Вокруг песок. Воды нигде нет. Ай ай ай!

Клоун: Ай ай ай!

Др.: Клоун: Воды нигде нет! ай ай ай!

Кл.: Так хочется пить!

Др.: Так хочется пить!

Кл.: А знаете что?

Др.: Что?

Кл.: Я принесу ей воды!

Др.: Вот это хорошо! (Клоун убегает).

Др.: Сейчас! Подождите немного. Вам сейчас принесут воды. Да подождите же! Сейчас вам принесут воды. (Прибегает клоун с водой).

Др.: Ну вот выпейте воды. (Кл. и Др. поят Эстер и верблюда).

Эстер садится на верблюда, раскланивается и уезжает.

Др.: Пустыня! Солнце! Песок! Горячий ветер! Эстер Бубушвили едет в гости к своей тёте.

-----------------

* * *

Было лето. Светило солнце. Было очень жарко. В саду висел гамак. А в гамаке сидел маленький мальчик по имени Платон.

Платон сидел в гамаке, качался и щурил на солнце глаза.

Вдруг из-за куста сирени что-то выглянуло и опять спряталось.

Платон хотел вскочить и посмотреть, что это такое, но вылезти из гамака было трудно. Гамак качался и приятно поскрипывал, вокруг летали бабочки и жужжали пчёлы, было слышно, как в доме шумит примус, и Платон продолжал лежать в гамаке и качаться.

Из-за куста сирени опять что-то выглянуло и спряталось.

-- Должно быть, это наша кошка Женька, -- подумал Платон.

Действительно, из-за куста вышла кошка, но только это была не Женька. Женька была серая с белыми пятнами, а эта была вся серая, без пятен.

-- Откуда у нас такая кошка? -- подумал Платон. И вдруг увидел, что кошка была в очках. Мало того, во рту кошка держала маленькую трубочку и курила.

Платон, вытараща глаза, смотрел на кошку. А кошка, увидя Платона, подошла к нему, вынула изо рта трубочку и сказала:

-- Простите пожалуйста! Вы не знаете, где тут живет Платон? -- Это я, -- сказал Платон. -- Ах, это вы? -- сказала кошка. -- В таком случае пойдёмте со мной вот за этот куст, там вас поджидает одна особа. Платон вылез из гамака и пошёл за кошкой. За кустом на одной ноге стояла цапля. Увидя Платона, она хлопнула крыльями, мотнула головой и щёлкнула клювом.

-- Здравствуйте! -- сказала цапля и протянула Платону ногу.

Платон хотел пожать её ногу и протянул для этого руку.

-- Не смейте этого делать! -- сказала кошка. -- Рукопожатия отменены! Если хотите здороваться, здоровайтесь ногами!

Платон протянул ногу и коснулся своей ногой ноги цапли.

-- Ну вот, вы уже и поздоровались! -- сказала кошка.

-- Трагдра Поретимте! -- сказала цапля.

-- Да, тогда полетимте! -- сказала кошка и вспрыгнула цапле на спину,

-- Куда полетим? -- спросил Платон. Но цапля уже схватила его клювом за шиворот и начала подниматься на воздух.

-- Пустите меня! -- крикнул Платон.

-- Вы говорите глупости! -- сказала кошка, сидя на спине у цапли. -Если мы вас выпустим, вы упадете и расшибетесь.

Платон взглянул вниз и увидал под собой крышу своего дома.

-- Куда мы летим? -- спросил Платон.

-- Туда, -- сказала кошка и махнула своими лапками в разные стороны.

Платон посмотрел вниз и увидел внизу сады, улицы и маленькие домики.

На площади стояло несколько человек и, приложив руки козырьками к глазам, смотрели наверх.

-- Спасите меня! -- закричал Платон.

-- Марчать! -- крикнула цапля, широко раскрыв клюв.

Платон почувствовал, как у него в груди что-то сжалось, в ушах сильно засвистело, и площадь с маленькими людьми начала быстро увеличиваться.

-- Он падает! Лови его! -- услыхал Платон над собой голос кошки.