Владимир Двуреченский
Розовое шоссе
C A N Y O N
или
Успех сочувствующих
Пьесы
Нальчик
Издательство М. и В. Котляровых
2007
ББК Р2
Д25
Двуреченский В. Н.
Д25 Розовое шоссе. C A N Y O N или Успех сочувствующих: Пьесы. – Нальчик: Издательство М. и В. Котляровых, 2007. – 70 с.
© В. Н. Двуреченский, 2007
© Издателльство М. и В. Котляровых,
2007
РОЗОВОЕ ШОССЕ
Пьеса
В двух действиях
Действующие лица
Залина – 25–26 лет (в поисках жениха).
Фатима – 44–45 лет (после раздела имущества – досталась машина).
Мирэм – 28–30 лет (деловая, после челночества).
Арина (Рене) – 24 года.
Марьяна–17–18 лет (с охранником).
Вера Масхудовна (Вера) – 48–50 лет, руководитель фирмы «Антигона» для VIP-персон.
Джамбулат – охранник 33–37 лет.
Иван Иванович (Ив.Ив.) – 54–55 лет, в гражданском браке с Верой Масхудовной, инструктор, он же автомеханик, слесарь.
Эрик – сын Веры Масхудовны, он же инструктор по вождению, 24–25 лет.
Наталья Васильевна (Нат.Вас.) – мать Арины (Рене).
Доктор.
Батюшка – 44–46 лет.
Действие первое
Сцена первая
Середина февраля. Вечер, время – ближе к шести. Над входной дверью настенные часы. Комната напоминает обычный класс: столы, небольшая классная доска, муляж разобранного мотора, на стенах знаки, правила дорожного движения, плакаты с оказанием первой мед помощи и т.д. Окна высоко, зарешечены, понятно, что полуподвальное помещение. За окнами в неоновом освещении зимний пейзаж. За главным столом, спиной к доске
В е р а М а с х у д о в н а, Э р и к возится с розеткой, удлинителем.
И в. И в. – смотрит в окно, задрав голову.
Ив.Ив .(замечает, что кто-то проходит). Это что-то новенькое… Не ноги, восклицательные знаки!
Вера. Ив.Ив., если не меня, то хотя бы сына моего постеснялся. Отойди от окна!
Ив.Ив. (отходит от окна, недовольно). Что, прикажешь на эту наглядную агитацию смотреть? Так уже насмотрелись…
Вера. Да, на голые стены смотреть было бы приятней, понимаю: очень сексуально и возбуждает!
Эрик. Мамуля, у меня все готово, включаю (включает рефлектор, старого образца, «спиральный».)
Вера. Отвыкай, я же просила не называть меня при всех «мамуля»! Сразу начинаю ощущать себя старухой…
Ив. Ив. (недовольно). Словом «мамуля» – ты каждый раз отбираешь новую порцию поклонников. Охранник этот…Услышит и охре…
Вера (перебивает, ежится от холода). Кто б говорил, «тихий Дон Жуан»!.. Удивляюсь, как врачи этого физдиспансера могли здесь работать, принимать больных? Я, здоровый человек…
Эрик (эмоционально). Мама, ну, какие больные? Это же был физ-куль-тур-ный диспансер! Здоровый контингент, спортсмены.
Вера (словно удивляясь). Вот я и недоумеваю, как ты мог уговорить меня выкупить часть этого помещения? Сам не раз бывал здесь, знал… «Мастер спорта», а как младенец, ей Богу!
Эрик. Добавляй: по «кольцевым гонкам». Неужели же в старом бомбоубежище было лучше? Тут, во-первых, центр, удобно, всё и всем рядом! «Конкура» отдыхает! А во-вторых, я эти кабинеты проскакивал на одном дыхании, не замечая ни углов, ни поворотов…
Вера (машет рукой). Греет? (указывая на рефлектор).
Ив.Ив. (делает вид, что удивляется). С каких пор ты стала сомневаться в моей работе?
Вера. Девчонок жалко! Им еще многим рожать, как бы не застудились. Зря вас послушала. Нужно было начать с ремонта. Помещение сырое, пол ледяной…
Ив.Ив. (разводит руками). Для VIP – персон, - такие слова сами согревают! Чтобы жизнь мёдом не казалась…
Эрик. Знаешь, мамуля, спираль рефлектора защищает только от холода, но от беременности не очень…
Вера. Ты то это откуда знаешь? Или?.. Может, жениться собрался? (смотрит строго.)
Эрик. Нет, нет и нет! Я еще нетвердо стою на ногах.
Ив.Ив. Ага, особенно во время секса…
Эрик (показывая кулак Ив.Ив, Вере) …Так что, работайте спокойно, а мы с Ив.Ив. поедем, потусуемся дома, потом вернемся.
Ив.Ив. (вздыхает, проводит рукой по лысине). Да, поизносившись, мил не будешь! (Вера на него смотрит, качает головой, он смотрит на нее.) И все равно, не забывай Верунчик, я очень люблю, когда в моей лысине, как в зеркале, отражаются твои прекрасные глаза!
Вера (указывая ручкой на окно). А как понимать твои знаки препинания?!
Ив.Ив. Это машинально! Сама виновата. Не нужно было меня подшивать. В одном месте подтянули, веки-то и поднялись!.. И вообще, почему на мои несерьезные намеренья, ты всегда смотришь правоохранительным взором?
Вера. У нас «бывшими» не бывают!..
Сцена вторая
По лестнице спускается А р и н а ,подходит к двери, стучит, входит – коротенькая юбочка, сверху кожаная укороченная курточка с капюшоном, отороченным мехом.
Арина. Добрый вечер. Я Арина, папа вам звонил… По моей просьбе…(Сбрасывает капюшон. Все ее разглядывают, особенно Эрик. Мать замечает взгляд.)
Эрик. Ой, Аринка! Вот так встреча, кто бы мог подумать!
Арина. Все, но только не ты, головастик! (охваченная чувством.) Ну дай я тебя хотя бы поцелую, что ли? (целует в щеку.)
Эрик. Какими судьбами?..
Вера (озабочено). Все, молодежь, потом, потом! (Арине) Ты присаживайтесь, а вы (мужикам) – свободны.
Эрик. Ладно, еще увидимся! Я к восьми вернусь, поэтому не прощаюсь!
А р и н а присаживается. Когда Э р и к с И в. И в уходят, обращается
к А р и н е.
Вера (разглядывает). Папина дочка… Как отец, постарел, поседел? Давно не виделись!
Арина. Не знаю, вроде бы все такой же! Если мама начинает возникать, или еще чего, он ей: «Зачем ты вырвала седой? Да у меня каждый седой – коллекционный!»
Вера. Он у вас всегда был юморной! Когда пятьдесят ему отмечали, тоже, все шутил: «Да вы не переживайте, гости дорогие! Ну, разменял полтинник… Так по хорошему же курсу!» Время, время…(качает головой, вздыхает, потом, словно поменяв тему.) Думаю, знаешь, что весь наш курс – всего сорок дней! Половину ты уже пропустила. Завтра начинается вождение! Теперь как с тобой? Индивидуально, или…
Арина. Нет, лучше со всеми. Я самостоятельно занималась, ПДД более-менее знаю. И водить немного уже умею, ну, так…
Вера. Ну, как, понятно, это мы тоже уже проходили… Как Москва?
Арина (оживляясь). По своим лекалам. А если правду, - то по Чехову, наоборот. Две сестры – интуиция и хандра, а третья, душа, - так и ёрзает: «Из Москвы, из Москвы!.. Скорей бы из Москвы…» Врастаю потихоньку!
Вера. Поспешаешь медленно… А как же образ молодой деловой леди? Насколько я понимаю, права тебе нужны не для театра. Все же не месячный абонемент приобретаешь? И так срочно?
Арина (машет рукой). Да, друг машину подарил, BMV…
Вера. На День Святого Валентина, что ли?
Арина. Нет, чуть раньше, на Новый год! А у меня отпуск только в феврале. Вот и решила, совместить полезное с приятным. И папу с мамой навестить, и правами разжиться! Машина для меня самой была сюрпризом…
Вера (кивает). Ну, вообще-то, правильно! Какой же это сюрприз, если им нельзя воспользоваться и насладиться в полной мере! И что же, он тебя так взял и просто отпустил на Кавказ?
Арина. А (машет рукой), он в Италию улетел на деловые переговоры или еще чего-то там…
Слышно, как стучат каблучки по лестнице, прислушивается. Видно, что спускаются Ф а т и м а с М и р э м.
Вера. Ну, вот и девушки наши стали собираться! Ладно, что-нибудь придумаем! (строго.) Но вождение… (стучит карандашом по столу.)
Сцена третья
Обычная комната. Горка, кресло, диван, посередине стол с вазой, в углу у окна телевизор. Э р и к приносит два стакана с соком, один держит сам, другой ставит на стол. Садится на диван. И в. И в в кресле.
Ив.Ив. (грустно). Страстный объект любви сегодня плохо охранялся…
Эрик. Да ладно тебе, Ив.Ив.! Ну такая она, ее уже не переделаешь!
Ив.Ив. Понимаю! Так пусть и мне даст свободу! Отпустит! Нет, у нее один аргумент: «Без меня пропадешь!» Почему я должен пропасть? Я же не инвалид, не иждивенец, какой-нибудь! Пил, но бросил! А то, что подшили… Да нас в России целая армия подшитых! И имя им легион!.. Даже есть свои генералы… Хотя бы один признался, что спился от французского коньяка? Нет! А почему? Потому что стыдно! Дома, втихую выдувают… Скрытые алкоголики! Да и не патриотично, согласен?
Эрик (смеется). Может, ты и прав, дядь Вань! У нашего главного тренера, сборной России, была классная поговорка: «Пусть чье-то сердце пахнет валидолом, моё и впредь, - французским коньяком!»
Ив.Ив. (восторженно). Вот это мужик, я понимаю! Я же твоей матушке тоже самое говорю: «Ну что ты от меня хочешь? Чтобы как можно быстрее впал в детство?» А при этом, перед глазами всегда мои родители… Они и, впрямь, поверь, в одночасье состарились, и как дети стали. Только дети друг у друга игрушки таскают, а эти пилюли! Старческий негативизм. Правда, потом удивлялись: почему от «сердечных» одного поносит, а у другой, нет сил справиться с запором?! И так недоумевали, что диву давался, когда на все это сам смотрел со стороны…
Эрик (указывает на телевизор). Может, все-таки поглядим шестичасовые новости?
Ив.Ив. (успокаиваясь). С одной стороны, конечно, нужно быть в курсе. Пока его не включишь, русский мужик и не перекрестится… Но с другой… Я вот что хотел у тебя спросить, ответь, как тебе, ну вот эта Фатима, светленькая…
Эрик. Которую муж бросил и ушел к другой? Зацепила что ли?
Ив.Ив. Не то чтобы… А пожалеть хочется…Так, по мужски! Все время задаю себе один и тот же вопрос – ну чего ее дураку мужу не хватало? Свой собственный дом – картинка! Сразу видно, - хозяйка! Единственное слабое место, – машина! Тоже сразу видно, что хозяин, хотя и бывший – большой рас… Если бы мальчишка, сын, не ухаживал, то эта тачка давно бы отошла в предание старины глубокой. А он ведь, гаденыш, знал, поэтому так умело разделил имущество! «Мне вершки, вам корешки». На втором этаже опечатал одну комнату. Фатима жаловалась, что до сих пор еще приходит и продолжает делить. У собственных детей, гад, отбирает!.. Она мне говорит: «Этот подонок, уже всем мозги запарил – и дочери, и сыну!» А ей, я так понимаю, в особенности! Вот и думаю, неужели меж двух извилин трахать лучше, чем между ног? Или времена такие настали? А ты предлагаешь – новости!.. Новости в каждом из нас живут на каких-то насиженных местах, а потом вдруг раз, и на тебе, - всплывают! Как топляк, но намного опаснее!
Эрик. Жизнь всегда непрочитанная до конца книга. Читаем-то наспех!
Ив.Ив. Вот я и говорю! Только закладки успеваем, не забываем перекладывать! Хорошо, если днем, а то иногда и ночью, вслепую…(замечает, что Эрик все время думает о чем-то о своем.) А что это она тебя «головастиком» величает? Красивая девушка. Я бы даже сказал - шикарная! А как она смотрела на тебя всеми своими глазками… Как картошка на кипящее подсолнечное масло!
Эрик (мечтательно – задумчиво). И все ты дядь Вань, замечаешь! Везде успеваешь, примечаешь! Почему же мне постоянно приходится жить задним умом? Объясни, непутевому! А «головастик»… Я же все время был в шлеме. То картинг, потом мотоцикл, ну, сам знаешь… Девочки они же быстрее развиваются, может быть поэтому, не замечал. А если замечал, то не реагировал так, как ей может быть, тогда хотелось. Словом, дурак, головастик! Мотался на соревнования… А вокруг неё в это время другие мальчики, без шлема, но с головой уже вились…В общем, куда не посмотри, одни восклицательные знаки, как ты образно выразился! Юный возраст. Страх не распознать истинную любовь. Но еще больший страх ее распознать! Или наоборот?.. Отсюда и результат… Все справедливо, жаловаться некому. Вот если бы был у меня старший брат, как у тебя, может, и подсказал. А так!.. Тем более сам понимаешь, нравы изменились, не то, что в ваше с маманей время!
Ив.Ив. Думаешь, другие? (Задумывается, говорить или не говорить, решившись, поднимается, начинает ходить по комнате.) Как сейчас помню, мне было лет двенадцать-тринадцать… Родители в отъезде. Воскресенье… Пока бабка наша в церкви молилась, - верующая была, – мой брат, он-то постарше, - на ее кровати лишал девственности одноклассницу. По обоюдному согласию, естественно! К тому же ему и армия светила. Ромео и Джульетта! Нет, чуток постарше. Тогда же «одиннадцатилетка» была, им по восемнадцать, стало быть. А до этого, еще чуть раньше, школы вообще делились на мужские и женские. Как в бане. Ну, или как мать твоя с этими курсами вождения придумала – только для женщин, но не суть. Потом, проводив одноклассницу, срочно позвал меня, подвел к кровати. Я сразу понял по покрывалу, что слегка примяли мораль и нравственность. Молодость, любовь, страсть… С другой стороны, казалось бы, что вспоминать? У них уже внуки, сам знаешь, не суть. Но когда он сказал, что придется мне разбить нос, иначе не выкрутиться, то я вдруг с радостью согласился! Почему-то первое, что пришло в голову, – если у нас будет одна тайна на двоих, он меня больше будет за это ценить и уважать… А он, к тому же, занимался боксом, и на моей челюсти постоянно тренировался. Волевой подбородок вырабатывал, что ли? Но не суть. Надел боксерскую перчатку и раз (показывает)… В общем, следов девственности на покрывале, как и не бывало… Теперь вопрос: он мне так подсказывал, или сразу учил жизни? Твердил, да не втвердилось?
Эрик (уже с интересом, почесывая затылок). А что же бабка?
Ив.Ив. Представь, ничего не заподозрила! Видать здорово в церкви намолилась, от души! Поорала, повздыхала глядя на мое лицо. Предки вечером позвонили, нажаловалась… А когда и они вернулись, то уже на моем лице следов разгула не осталось. Но это тело. А вот, что же касается души… Не страшно, что, иногда она разливается. Главное, что бы всегда возвращалась в свои берега. Поэтому, не кори душу, у лучше укрепляй берега смолоду!.. Ладно, что-то я «разсентиментальничался»… Включу-ка ящик! Узнаем, как и без того в длинной фамилии Ходарковского, так быстро исчезла буква «р», что он стал сразу Ходаковским. Или почему у Чубайса до сих пор по проводам бежит не мёд, а электричество, и при этом полстраны - отрыгивают «Глюкозой»?
Эрик. Ой, дядь Вань, ты в своем амплуа! Послушать - одно удовольствие! Может, поэтому мать тебя до сих пор и любит? (Видит, что тот качает головой, не соглашаясь.) Любит, любит… Но, по-своему…
Ив.Ив. (задумчиво). Нет! Она боится того, что я знаю рецепт быстрого счастья! И могу передать по цепочке!
Эрик. Это как, поделись! Я не самое слабое звено…
Ив.Ив. Берешь немного серого вещества, настаиваешь на водке, потом добавляешь чуток пива… А, ладно, (подходит, включает телевизор) тебе еще рано! После сорока само придет!.. Как пел Утесов? Зависимость этиловая грянет,
«Когда ее совсем не ждешь!
Но каждый вечер снова станет
Удивительно хорош! И ты – поешь!»
Или выдумаешь свой рецепт счастья? (Задумчиво). Может ты и прав, вам гораздо тяжелее, чем нам было в свое время? Мы шли по наезженной колее. Да только счастье выпускалось конверсионной промышленностью из пылеслезонепроницаемого, непробиваемого материала. Бывало, придет: «Узнаешь?» «Нет!» «Это ж я, твое счастье!» А как его узнаешь, если никогда не видел? Так многие и не воспользовались! Правда, и сейчас некоторые думают, что счастье имеет твердую оболочку, а внутри – деньги! Далеко все не так! Ладно, заболтал!.. (более оптимистично, улыбаясь.) Это я чуть не пропил свою античность (указывает на горку, где стоят две небольшие античные статуи Аполлона и Афродиты), а ты в форме! Хватит замыливать душу! По тебе же любовь плачет! Дерзай малыш и никогда ни о чем не сожалей, а главное – не отчаивайся! И что касается этой Арины, то я бы сформулировал так: «Взять ее, наша с тобой задача!» Но матери – ни полслова! Кому-то «VIP», а кому-то и «Вамп»…
Сцена четвертая
Полуподвальное помещение, как в первой сцене, все в сборе, В е р а стоит у доски, перед своим столом, остальные сидят за своими. За дверью ох-
ранник у лестницы, стоит, облокотившись на перила, прислушивается.
Вера. Ну что, мои дорогие, половина пути пройдена! (Осматривает присутствующих.) В разгар банкета не начинают с переклички! С сегодняшнего дня и до экзаменов будем только повторять и закреплять на практике. С завтрашнего дня у вас вождение. Каждая подумаете, кому когда, в какое время удобнее, напишите, (передает бумагу Мирэм, она ближе всех сидит к столу). Это для Ив.Ив. и Эрика. Потом берем билеты (кладет руку на стопку с билетами) и повторяем! Ответы потом. Я просмотрю, и с каждой разберем индивидуально или все вместе. Вопросы есть? Нет! Не теряйте время зря, сразу приступайте! Да, у нас пополнение. Ариночка, встань, познакомьтесь…
Арина (сидит за задним столом, все поворачиваются, слегка приподнимается). Арина, можно Ренэ! Но не путайте с «Рено»
Вера. На экзаменах должны будете держаться вместе. Я к восьми вернусь, не разбегайтесь! Может, у вас будут вопросы к инструкторам. Сразу и договоритесь! Они к восьми тоже подъедут. Мирэм, как всегда – за старшую! (Уходит, охранник кивает, оба поднимаются по лестнице и исчезают за дверью).
Мирэм. Вот женщина, восхищаюсь! Все успевает! Сама – вон как, а Ивана держит в «ежовых рукавицах»!
Залина. Да, с ней так просто свой розовый пар не выпустишь! «Ма-му-ля»!.. А для кого-то и будущая свекровь. (Вздыхает.) Для него же самого, похоже, женщины – как «принудлечение»!
Марьяна (достает мобильник, набирает номер, при этом надувает пузырь из розовой жвачки). Охрану сняли, я свободна! Уже подъехал? На Таиланд? Фи-у! Тогда лечу! (Встает) Все девочки, тусуйтесь без меня! Да подходит к Арине), извини, и «так, она звалась Марьяна». (Протягивает на ходу руку.) Будем знакомы, но у меня де-ву, я больше не могу… (Убегает.)
Фатима (в след, медленно машет руками, как птица). «Лечу это я, лечу, а оно все не лечится, да не лечится!» По-моему, у нее и трусы не на обычной резинке держатся, а на жевательной. (С акцентом.) «А в это врэмя замкы сняли, печаты сняли… Нэ хорошо, нэ плохо… Турьма!» Если нашу Маню и правда украдут, то возвращать самим же придется, но уже за большие деньги. Ну, за очень большие!..
Арина. Вера Масхудавна и правда проработала долгое время в тюрьме, отсюда и характер!
Все удивляются, озабоченно смотрят на зарешеченные окна.
Залина (разглядывает Арину, что-то прикидывает в голове, словно сопернице). А ты откуда знаешь?
Арина. Воспитателем в женской исправительной колонии строго режима… А вы и не знали? Они с моим папой одно время вместе работали…
Залина. Тогда понятно, откуда!.. А я уже подумала, не ты ли это «та самая», которую она подыскивает для сына…
Арина (чтобы снять все вопросы). Потом рано ушла на пенсию. Но с ее вулканическим темпераментом сидеть дома, сами понимаете!..
Фатима (встает, подходит к столу, вздыхает, берет несколько билетов). А вот здесь не понимаем… Мне так кажется, что лично я до пенсии не доживу! Силы уже на исходе… Не то, что до правнуков, дай-то Бог, до внуков дотянуть!.. (Подходит к столу Арины, кладет перед ней часть билетов, часть оставляет на столе Марьяны.) На, и не говори что Фатима не добрая! Работай! (Садится за свой стол, уставившись в билет.) Боже мой, оно мне надо, на старости лет? Какой поворот включать, правый или левый? Только и осталось, что свои габариты освещать в ночное время! Излишки архитектуры подсвечивать, чтобы не зацепили, да с ног не сбили. И как же я дошла до такой жизни?
Мирэм (смеется). Вначале дошла, а потом само покатилось!.. Возьми меня. Мать-«одноночка». Лучше? Я тоже, когда этот дурдом в стране начался, вместе со своим «высшим биологическим» образованием пустилась в челноки. Так уставала, что не могла сразу сообразить, где левая, а где правая рука! Один раз приезжаю в аэропорт… Там же каждый килограмм на счету. А девки мои, ну, с кем постоянно летала, возьми и пошути: «Ты что, так быстро успела располнеть за ночь?» Оглядываю себя, – не поверите, – платье наизнанку надела… И тогда впервые поняла: все, хватит! Не женское это дело! Так можно и в трансвестита незаметно превратиться. Пора переключаться и вести оседлый образ жизни! (тоже разглядывает билет) Для счастья одной передачи оказалось мало. Пришлось включать вторую передачу… Большегрузные, большегрудые, – не должны ездить по левой крайней полосе, я так думаю! (Что-то помечает на бумаге.) Не создавать аварийную ситуацию! Женщина за рулем – уже отвлекающий фактор. А если начинает еще вилять и маневрировать…
Арина. А на Таиланде, кстати, левостороннее движение! (Тоже что-то помечает ручкой.) Моя одна знакомая москвичка, жена писателя, там побывала недавно. «Муж, – говорит, – надоел! Как Кощей Бессмертный! Только тот над златом, а этот над своими рукописями трясется. Каждый раз надеюсь, – что-то новенькое написал, «Братья Карамазовы» Начинаю читать – А там «Братья Карапузовы»! Опять «книга жалоб и предложений», без намека на действие. Поеду, хоть на трансвеститов посмотрю!» Буквально пару недель назад вернулась. И от трансвеститов – без ума! Такие, говорит лапочки, настолько ухоженные, да что там ухоженные, – выхоленные, – так что обычные женщины на их фоне, отдыхают. А это их женщин страшно бесит! Конкуренция! Так что нам с вами, я имею ввиду, нашим бабам, думаю, это еще лет десять грозить не будет.
Фатима. Зато в ломовую – домовую лошадь за десять лет превратиться окончательно и бесповоротно, раз сплюнуть пеной через удила! Нервы стираются – как покрышки, ловишь себя на том, что перестаешь тормозить, а тебе их еще нужно на зимние поменять, с учетом возраста и статуса!
Мирэм. Может и правда туда рвануть? Поменять пол, а потом мстить нашим мужикам: «Дождались, сволочи? Будьте так любезны, у вас не найдется закурить?.. Вы знаете, какое чудо этот коньяк с тайной внутри? Он быстро превращает обычный ковер – в ковер самолет… А у какой стойки регистрация, вы говорите…» Словом, подласкать – и тут же бросить!
Фатима. Жажда мести утомляет больше, чем сама месть, поверь! И я, кстати, уже слышала подобную историю, но наоборот. Гламурный калейдоскоп! Один врач косметолог узнал, что его жена изменяет ему с художником. В отместку, он тоже решил приударить за его женой. Но та, оказалась, другой ориентации! Ее давно интересовали только женщины, ну, сами понимает, полный прокол. Однако, косметолог решил, что обида слишком велика, и может быть смыта одним: в любом обличье добиться своего во что бы то ни стало! Решил соблазнить жену художника в облике Святой Девы! Договорился, полетел, может даже на тот же Таиланд, поменял пол на женский. А когда вернулся, художник ухитрился поиметь обоих: и его жену и его самого, ревнивого косметолога!
Мирэм. Да, ревность мужиков порой ослепляет так, что они и сами не знают, что творят. «Пойду туда, не знаю, куда и принесу то, не зная что!» Но каждый получает в жизни по заслугам. Всегда бывает «оборотка»! Все равно, кто-то же там сверху сидит и за нами наблюдает?
Залина (указывает на окно, смеется). Точно! По-моему, дворовые пацаны! Заглядывают, словно в женскую баню (показывает язык, передразнивает кого-то).
Мирэм. Нет, я имею ввиду, не это. А кто-то свыше!..
Арина (чтобы разрядить обстановку). Конечно наблюдают! Не бактерии же в самом деле изобрели микроскоп, надо полагать, чтобы их тайная жизнь была видна, как на ладони? (Пытается работать, потягивается.) По-моему, ваш южный климат заметно влияет на моральный климат коллектива. Сюда бы наших япошек с фирмы, трудоголиков. Правда, у нас всегда наготове свои кривые пять копеек: «Слушай, самурай, хватит в поте лица злоупотреблять безграничным доверием коллектива! У нас уже у всех кишки гремят! Что, прикажешь харакири сделать? Кофею бы…» А у вас, как в старые добрые времена: «хочу – работаю, не хочу – не работаю». Я уже стала отвыкать!..
Мирэм. Не отвыкать, а снова привыкать! Это и есть наш любимый КОЖ!
Арина: Кожа, что ли?
Мирэм: Ты и правда в северных широтах все забыла! Впрочем, можно сказать и так: «кожа из особо прочного материала». Есть же такое понятие ЖЗЛ – жизнь замечательных людей. КОЖ – это Кавказский образ жизни! Условия для жизни замечательных людей!
Арина (смеется): Теперь понятно!
Залина: Что ржёшь? Ну-ка, лучше признайся своим подругам. Зачем приехала на юг? У тебя ближе нас на эти двадцать дней всё равно никого не будет! Или в Москве все курсы по вождению перенесли в массажные салоны?
Арина. Пока еще не все. (Обдумав.) Друг настоял…
Залина. Бойфренд, что ли?
Арина. Можно сказать и так!
Залина (настойчиво). Молодой и холостой?
Арина. Не старый, поэтому и разводится… Ему жена уже десять лет родить не может, все перепробовали… А он требует наследника! В общем, детей! Он их обожает!
Залина. А ты? Ведь они сами, без, нашей, так сказать, посторонней помощи… Пока этого дела, рожать, – не научились!
Мирэм (чтобы снять напряжение. На правах старшей и более опытной, объясняю: Залина тебя хочет подвести к мысли, что с учетом нового постановления «партии и правительства» о выплате 250 тыщ. рублей за ребенка, ты изначально выбрала неверный регион! Там же это уравниловка! А у нас? Родишь мальчика, джигита, так муж тебе еще сам на радостях готов будет отвалить не меньше! Прямая заинтересованность!
Фатима (отрываясь от билетов). Точно! Такая прямая, что ты потом по гроб жизни за свою щасливую уюнность, будешь ему неуёмно благодарна! И как только в сердцах проголосишь: «Боже, як ж всё настохорошело!», – глядишь, и старость подоспела!..
Возникает продолжительная пауза, все начинаю тихо работать с билетами, свет на сцене медленно гаснет, потом снова загорается.
Сцена пятая
Слышно и видно, что за окном, во дворе останавливается машина. Потом появляется М а р ь я н а, сбегает по лестнице, вбегает в класс, скидывает на ходу легкий полушубок, маленькую кожаную сумочку на длинном ре-
мешке, бросает на свой стол, присаживается.
Марьяна. Кажись, успела!
Залина. По дороге ничего не потеряла?
Марьяна (испуганно роется в кармане полушубка, достает мобильник, жвачку, жвачку засовывает в рот). Уф! Ну, ты качнула! (Разглядывает телефон.) Папуля мне его только подарил. Тут и фотография моего парня (разворачивается, показывает Залине). Правда фотохреничный?! А еще скоро и на Самуй лететь! Это такой большой остров в Тихом океане (поворачивается обратно, откладывает телефон, смотрит в билеты, слышно, что во двор приехала машина, хлопки дверей.) А, (машет рукой) скажу, устно повторяла!.. Я уже один раз мобиль потеряла в подъезде, на ступеньках сидели…А мужик с собакой поднимался. Мы вниз, а он вдогонку: «Не ваш, девушка?»- спрашивает. Приостановилась, а сама думаю, ну вот, как всегда, счас пихать начнет. И тут бац, мобиль! Поднимаюсь. Протягивает. «Что ж вы телефонами разбрасываетесь в подъезде, это все же не окурки!» Смешной, но добрый видать…И собака его на меня смотрит, как на идиотку, аж вся осунулась!
Открываются двери, по лестнице спускаются В е р а с охранником, не торопясь, подходят к двери класса.
Фатима. Ты и осунулась? Что-то новенькое!
Марьяна (весело). Да не я, собака! Даже «мяу» не говорит!
Фатима (возвращаясь к работе). Ну, еще бы! Для собаки это уже истерика!
Вера входит, охранник заглядывает. Убедившись, что Марьяна на месте,
возвращается к лестнице, облокачивается на перила, прислушивается.
Вера. Ну, как вы тут без меня? Надеюсь, не мёрзли? На улице похолодало!
Марьяна (удивленно, надувая жвачку). Да? А мы и не заметили!
Вера (вежливо). Марьяночка, деточка моя, где ж ты так хорошо, а главное красиво, научилась выдувать пузыри?
Марьяна. А, это я еще в школе, Вера Масхудовна. У нас даже соревнования проводились… Нет, вы не подумайте, после занятий, обычно по вечерам…Если честно, то в школе почему-то запрещали.
Мирэм. Школа ж не простая, а для особо одаренных детей, забыла? «Дело было вечером, делать было нечего. И сказала Маря просто так: «А у меня в кармане доллар, а у вас?..» Урок физподготовки – приседать в реверансе, физика – Децисс-баллы, по музыке кордебалет – полный бред – данс, с английским наклонением. А историю древнего Востока – по Камасутре. Чо уж там! Сами сидим, завидуем! Скоро полетит на Таиланд. Там отыщется надувной плавательный матрас с изображением голого мужчины и будет его надувать! Да, Марьяночка? Чем дальше, тем игрушки посерьезнее начнутся…
Марьяна (восторженно). Ва-у! А что, там такой и правда можно будет достать? Обязательно поищу! Ну, может даже не себе, не подумайте, так, в подарок…
Вера. Марьяночка, это правда? А как же экзамен?
Марьяна. Да ладно вам, Вера Масхудовна, не переживайте! Потом сдам, мне не к спеху! Это ж папа настоял, вы же знаете! Надо будет, еще похожу на курсы! Вам же от этого только польза!
Вера. Когда летите-то?
Марьяна. Одиннадцатого!
Вера. А что, нельзя было на недельку позже?
Марьяна. Да мы и так опоздали! Через неделю у них там, знаете, какая жара начнется? (Стучит по своей маленькой сумочке.) Я ж не крокодил, своей кожей рисковать!
Арина. Да, мало получить хороший загар. Им потом еще нужно будет по-хозяйски распорядиться!
Марьяна (воодушевлено). Во! Точно! Что б всех аж…
Мирэм. Правильно, Марьяночка! Прям по встречной полосе! Вот это по-нашему!
Слышно, как подъехала машина, В е р а прислушивается.
Марьяна. Ва-у! Классно!..
Вера (качает головой). Ладно, об этом потом. Кажется, наши мальчики вернулись. Думайте, общайтесь, словом, договаривайтесь, когда и где. А вечером – на занятия! Старайтесь не пропускать! Иначе потом, после экзаменов, не обижайтесь! (Все засуетились, собирают ответы.) Работы оставьте на столе, сама разберусь!.. Да, кстати, забыла сказать, в субботу у нас с утра медкомиссия. Субботу не занимайте!
Сцена шестая
Та же, возвращаются И в. И в. с Э р и к о м, спускаются по лестнице.
Охранник сидит на стуле.
Эрик (здоровается с охранником). Привет, Джамбулат! Так скоро и просветителем станешь!
Ив.Ив. (Смотрит на заглавие книги). «Что вы читаете, мой принц?» Смерть даже в заголовках! Читай учебники любви, а пуще, примечания! Как досрочное времяпрепровождение? (Проходит к двери класса, словно самому себе, подпевая.) Но сколько отчаяния в его примечании… Пока живой, оставь примечания!
Останавливается у двери, наблюдает за Э р и к о м и Д ж а м б у л а т о м.
Джамбулат (провожая взглядом). Ваня, как всегда шутит!
Эрик. Ты завтра с нами?
Джамбулат. Как хозяин скажет. Это все-таки, пока его дочь, не моя, слава Аллаху! Честно скажу, мне это тоже непонятно. Получается на деле так: «Но я другому отдана и буду век ему вредна!» (Качает головой, разводит руками.) И все же, родителям видней, согласен? (Улыбается.)
Эрик. Для этого мне еще нужно им стать, родителем-то… (Подходит к Ив.Ив., потом вместе заходят в класс.)
Д ж а м б у л а т рассматривает заголовок книги, словно забыл, что читает, снова садится на стул у лестницы, свет гаснет, потом загорается, сцена прежняя, только остаются трое: В е р а, Э р и к, А р и н а. А р и н а сидит
за главным столом и работает с билетами, слушает, не поднимая головы.
Вера (Эрику). Не нравится мне, что ты Ив.Ив. отпустил! Да еще, с какой радостью он сам согласился! Лучше бы Аринку отвезли домой!
Эрик. Во-первых, ты сама отказалась ехать. Во-вторых, Арину я и сам провожу до дома, прогуляемся, не далеко, а в третьих…
Вера. А в третьих, я на месте матери, не обижайся, (обращается к Арине.) отшлепала бы тебя по голой заднице. Где и когда это было видано, чтобы молодая девка ходила по морозу в таком виде? Береги здоровье смолоду! (Трогает ее за колготки, юбочку.) Как прикажешь понимать? Что эти челноки себе думают? Тащат в Россию, что ни попадя, сплошная синтетика! Зато все наше, натуральное…
Арина, Ну, вы точно, как мама! Я, кстати, уже задумывалась. Она мне рассказывала, что в их студенческие времена, когда они с папой еще учились в Москве… Эрик, закрой уши (улыбается).
Эрик (улыбаясь в ответ). Может мне еще и выйти?
Арина (машет рукой). Ладно, останься, ты уже взрослый мальчик! Короче. Кто-то из француженок, кажется Марина Влади, скупила на наших прилавках огромную партию женского белья, ну, Вера Масхудавна еще помнит… Отвезла во Францию и там организовала выставку, с рекламным заголовком: «Вы еще хотите в социализм? Тогда будете всю жизнь носить такое белье!» На следующий день почти все французские газеты выходят с заголовками на первой полосе: «Еще как хотим!» Ниже пояснение: «Когда наши мужчины увидели нас в этом белье…» В общем, Франция проснулась в шоке! Такой страстной любви Париж давно не видел! А спустя еще девять месяцев демографические показатели «зашкаливали»!
Вера (улыбаясь). Ладно, оставим. В данной случае, меня больше интересуют не француженки, а Арина Аслановна!
Арина. Обещаю, исправлюсь…
Вера (смотрит на работу). На сегодня достаточно. (Собирает часть билетов в папочку.) Возьмешь с собой, еще дома на досуге поработаешь.
Арина. Спасибо! А то кроме кроссвордов, и правда нечем заняться… (встает.) Разве что, рыбок кормить? За сына не переживайте. Если бы он меня хотел, то наверное, давно бы украл, по всем кавказским обычаям…
Вера. Неужели такой идеальный? Не курит, не пьет, и… И разбавить нечем?
Арина. Вот это «и»… Ах, это «и»… Разбавить всегда есть чем, Вера Масхудовна! Да только он сразу выпадает в осадок!
Эрик. Ладно, скажешь тоже! Даже как-то неловко себя чувствую…
Арина (Вере). Ну вот, что я говорила? Опять «неловко»? Пойдем уж!
Выходят за дверь, идут к лестнице, А р и н а впереди, В е р а за своим рабочим столом, прислушивается.
Арина (первой поднимаясь по лестнице, понимая, что Эрик смотрит на ее ноги снизу). Ничего, что я впереди?
Эрик. Ничего… Вроде, как заманиваешь!
Вера (когда все стихло, подходит к небольшому сейфе в углу, открывает, достает коньяк, там же рюмка, наливает, возвращается к столу, присаживается). Нужно позвать батюшку, пусть здесь все окропит святой водой! Господи, сделай так, чтобы он опять стал ей нравиться!
Конец первого действия
Действие второе
Сцена первая
Просторная кухня. Время послеобеденное, через окно видно, что солнце потянулось к закату, А р и н а (Р е н е) в джинсах, клетчатой рубашке на выпуск, легких, по типу спортивных, домашних тапочках, наливает кофе, садится за стол, на котором разбросаны билеты, цветные журналы, в небольшой вазе букет цветов. Закуривает, берет цветной журнал, раскрывает
сзади.
Арина. Билеты надоели, кроссворд потом… Так. Гороскоп на неделю (читает). «Тельцам – сделайте первый шаг к интиму» (Задумывается.) Кажется, я уже сделала, и причем, не один! (Качает головой.) А вот про экзамены – ни полслова! (Поднимает голову, смотрит на потолок, точно обращается к небесам.) Хотя «вначале было Слово!» (В это время раздается дверной звонок. Засуетилась, быстро гасит сигарету, подбегает к окну, открывает, потом бежит открывать дверь.) И сейчас ты, кажется, его услышишь! Веское слово матери!
Слышно, как открывается дверь в прихожей, голос Н а т. В а с: Я же просила на кухне не курить!
Нат. Вас. ( в плаще, наклоняясь, чтобы снять туфли, одновременно заглядывая в кухню). Отец подумает на меня! Что, трудно было выйти на балкон?
Арина (с некоторой долей иронии, покачивая головой из стороны в сторону). «И что это за девочка, и где она живет? А вдруг она не курит, а вдруг она не пьет?» Если папа не видит, это не значит, что он не знает, что ты и так куришь! Успокойся! Давай, лучше помогу снять плащ.(Помогает снять плащ, вешает, возвращается на кухню. Потом матери, которая в ванной и моет руки.) Тебе кофею налить? Похоронили? (Наливает кофе, ставит на стол.)
Нат.Вас. (входит на кухню, присаживается за стол). Не поверишь, и смех и грех! Возвращаемся с кладбища, помянуть… А распутица!.. Утром снег выпал, а днем растаял. Хорошо, хоть кладбище рядом. У них частный дом, барачного типа, аж на окраине. В это время подъехала машина – бутылки собирают. Дед, ну муж покойной, вместе с сыном в сарай, а мы со свояченицей и невесткой за стол. Вертается наш дед, руки потирает. «Ну что, – говорит, – сразу два больших дела успели сделать: и бабку мою похоронили и бутылки сдали!»
Арина (подходит к окну, смотрит вниз). Да, и правда, весной запахло. «Снег выпал, но с ним была плутовка такова…»
Нат.Вас. (закуривает, потягивает кофе). Рассказывал, что 8 марта, как никогда, много ее бывших учеников собралось. Приходили поздравлять. Вспоминали, как после выпускного, забрались в учительскую, нашли старый глобус и побросали внутрь записки с ответом на один вопрос: кто во что верит? Раскрутили… Их было семь человек. Три мальчика и четыре девочки…
Арина (возвращаясь, подсаживаясь). Ну и во что?
Нат.Вас. Не в этом суть, ты послушай дальше. Трое написали, что верят в любовь, двое в дружбу. Один в Бога, а один – в коммунизм. Собрались вместе только через двадцать лет, уже солидные дядечки и тетечки… Глобуса не было, взяли чью-то норковую шапку и снова бросили записки с тем же вопросом, только добавили слово «теперь»… Трое написали, что ни во что не верят. Один – в судьбу. Еще один «в дружбу, но с оговорками». Шестой в Бога, «но сначала замолю атеизм». Последний же: «А я по-прежнему верю в коммунизм!»
Арина. Интересно, что бы они написали в наше время?
Нат.Вас. Да, интересно… Дед еще вспоминал, что в сорок четвертом, его рядом не было, – мать рассказывала, – Полина Яковлевна, покойная, впала в депрессию. Это случилось как раз 8 марта, когда ее учеников вместе с родными выселили в Казахстан. А после двадцатого съезда, когда произошло разоблачение «культа Сталина», наотрез отказалась преподавать историю и снова ушла учительницей в начальные классы… Похоже, что у нее случился повторный инфаркт…
Арина. А помнишь, как у нас? «Прекрасное далеко»? «Мечта у человека должна быть, приведи пример!» «Ну, покойник, например, мечтает попасть в Рай…» Училка чуть не умерла, а то попала бы сразу в страну «вечных каникул»!
Нат.Вас. Думаешь? А если в страну «не выученных уроков»?
Телефонный звонок, А р и н а подходит, снимает трубку радиотелефона, ходит с ним по кухне.
Арина (растягивая слова). При-вет! И я рада тебя слышать! Го-то-в – люсь! Готова…
Ну что ж, рада за вас обоих, за воссоединение!.. Не в этом дело, что знала наверняка, а просто чувствовала, даже сама не знаю почему… Какие могут быть обиды, ну что ты! В душе я даже где-то и горжусь тобой, ну и Леркой тоже… Целую, позвоню! (Отключает телефон, матери, с небольшой грустью в голосе, но без разочарования.) Ну вот, кажется и всё! Я снова свободная девушка! Налетай, подешевело!
Нат. Вас. Что на этот раз?
Арина. Да всё! Я ему сама сказала: «Попробуйте еще раз. Последний. В Италии. Не потому, что там специалисты лучше, а просто в Италии «культ семьи»! И получилось!.. Даже не одна, а сразу две яйцеклетки… Втройне приятно!..
Нат.Вас. И что теперь с машиной делать?
Арина. Ну мама, я же сразу поняла, что это был жест отчаяния. Машина даже не покидала его гаража! А ключи вернуть – не проблема! Главное, сама понимаешь, я рада за них! Не могу же я относится индифферентно? Они мои друзья, даже может быть, чуть и ближе… Культ чистоты (Подходит, обнимает мать сзади, целует.) Не ты ли подняла так высоко планку морали, что мне ее опускать не то что совестно, а даже невыносимо больно! Хотя опять же, «семейная жизнь дается не один раз, и прожить ее можно и не мучительно больно»! Твои слова? Замечательная теперь у тебя возможность взять их обратно, если, конечно, захочешь! (Смеется.)
Нат. Вас. (целует ее руку, лежащую на плече). С одной стороны, может мы вас - тебе и брата, - с отцом и неправильно воспитывали… Но с другой стороны, мы вами гордимся…
Звонок в прихожей.
Арина. А который час? Боже, это Эрик, мне кранты! Бегу одеваться. (Убегает.)
Н а т. В а с. идет открывать дверь, слышно, как она приветствует Э р и к а: Эрик, рада тебя видеть, заходи, снимай куртку. В ответ: Здравствуйте, Наталья Вас. А Арина дома? Мы договаривались.
Нат.Вас. (тащит его на кухня, затаскивает, тот вяло сопротивляется). Не разувайся, все равно полы мыть! Она сейчас, пошла переодеваться.
Арина (вбегает в спортивном костюме, кроссовках, с помадой в руках, проносится мимо Эрика, берет в руки небольшое зеркальце с холодильника). Вот оно! Пошлость всегда принимает расчетливые формы. А губы не должны выдавать большой опыт (делает пару мазков, глядя в зеркальце, потом поворачивается к Эрику и матери). Ну, как моя новая губная помада?
Нат. Вас. С ней ты стала выглядеть более доступной!
Арина (поворачивается к Эрику). Значит, в выборе не ошиблась! Нравлюсь?
Эрик (немного смущаясь). Еще бы!
Арина (отходит чуть назад, рассматривает его яркий красивый спортивный костюм, явно пошитый по заказу, для сборной команды страны). Эрик! Какой вы, право, сегодня «эректичный»!
Нат. Вас. Хватит смущать парня! Что за характер?
Арина (делает вид, что удивляется). Мамуля? Все лучшее – детям!
Нат. Вас. (Эрику). Не обращай внимания! Лучше скажи, как там мама?
Эрик. Да она на сегодня батюшку позвала, чтобы окропил помещение. Иван Иванович за ним поехал… Ну а мы, если не возражаете, Нат.Вас., поедем, покатаемся… А вечером (смотрит на Арину) будем учиться оказывать первую медицинскую помощь…
Арина. Ага, реанимацию – «рот в рот» - а рот-то - фронт! «А помнишь, схватки боевые?..» Зря, что ли крутой помадой разжилась? (Берет Эрика под руку, тянет.) Коли задумал покорять, так покоряй! (чуть трясет его руку) Воодушевите соблазнительницу! (Матери.) Мы пошли! Доступ к телу – продолжается!
Эрик поживает плечами, словно извиняется.
Нат. Вас. (пожимает плечами, идет провожать, слышно, как закрывает за ними дверь, возвращается. Подходит к столу, закуривает, поднимает журнал на раскрытой странице, читает). Рыбам: «Ваша интуиция забилась и молчит. Ее охватило отчаяние, скрутило и заволокло под корягу бытия! Не суетитесь понапрасну!.. Вываживайте!..» (Пожимает плечами.) Полый бред!.. Пойду, лучше рыбок накормлю!..
Сцена вторая
Гостиная комната: шкаф с книгами, сервант, под стеклом, на серванте, на маленьком журнальном столике, на телевизоре – различного рода спортивные кубки, ленты с медалями, большая фотография двух автогонщиков в костюмах, со шлемами в руках у машины. Кресло, диван. Одна дверь в
прихожую, другая в спальню.
(Из прихожей слышен голос Арины). Так, и куда же это ты меня привел, молодую и красивую?
Эрик. Куда-куда! Живу я здесь! Иван Ивановича квартира, но он отдал ее мне.
А р и н а входит, немного задерживаясь у двери, чтобы осмотреться, за ней Э р и к. Одеты также, как и в предыдущей сцене.
Эрик. Еще вопросы будут?
Арина (крутит головой). Надеюсь, что да… У-у, одни кубки! Я себя сейчас чувствую, как бутылка старого доброго вина, покрытая сначала паутиной, потом плесенью. Такую извлекают на свет божий только при самых торжественных случаях. Может, этот случай, наконец-то и правда настал?
Эрик (задумчиво). Может, и настал!
Арина (подходит, берет в руки фотографию, которая стоит на журнальном столике у телевизора). Надо же! Я думала это ты, с космонавтами… Этот ужасно на Быковского похож!.. Но фотография, судя по всему, довольно старая…
Эрик (смущенно). Странные совпадения! Представь себе, когда я тоже впервые увидел фотографию, то подумал, что Быковский рядом с Иван Ивановичем. Ему здесь шестнадцать лет. Узнала?
Арина (смотрит то на фотографию, то на Эрика). Теперь вроде бы узнала… Ну и?..
Эрик. Этот, что похож на Быковского – Алексей Берберашвилли, а рядом Иосиф Кахиани! Первые покорители Эльбруса на мотоциклах! Мне Ив.Ив. рассказал, какой с ним произошел казус. Он тогда в ДОСААФе тренировался. Перед соревнованием зашел в гости к Алексею Павловичу. Не помнит, какую придумал причину, но главное хотелось посмотреть на «Мерседес» – западники презентовали за покорение Эльбруса. Единственный тогда в Республике!.. У них был маленький частный домик, «Мерс» стоял прямо во дворе, под виноградником. И Алексей Павлович затащил Ивана в комнату. А там, в гостях, Кахиани. «Подводит, – говорит меня, спрашивает: «Узнаешь?» «Нет, отвечаю!» «А фамилия Кахиани… Иосиф, тебе о чем-нибудь говорит?» «Нет!» Тогда он обращается к гостю: «Понял, Иосиф? Весь мир нас с тобой знает, а свои признавать не хотят!» Потом позвал дочь из кухни: «Нателлочка, иди-ка сюда, дочура!» Дал ей в руки фотоаппарат: «Ну-ка, сфотографируй нас на память с этим молодым человеком! Может, и мы когда-нибудь на старости лет будем гордиться, что были первыми! Вдруг станет космонавтом!»
Арина (ставит фотографию на место). Да, интересные были времена! Поколение 60-х, а не 600-х. Все мальчишки хотели стать космонавтами, героями! Видимо и тогда несладко жилось нашим теперешним мамам!
Эрик (озадачено). Ты на что это намекаешь?
Арина. Да, намекаю, уже прямым, открытым текстом!.. «Еще раз про любовь»… Так что, «проехали» дальше?
Эрик (слегка смущаясь). Ты же сама слышала по мобильнику, что было сказано: «Вам здесь делать нечего, погуляйте, не мешайте батюшке!» Пусть себе окуривают, окропляют… Потом, я уверен, заодно еще и «обмоют»… Как же без этого? И, кстати, насчет окуривания… Все хочу тебя спросить: зачем ты куришь? Без этого никак?
А р и н а, пока Э р и к говорит, обходит комнату, рассматривает кубки, словом, знакомится с обстановкой.
Арина (с иронией в голосе). Можно подумать, что тебя это не нравится и волнует в первую очередь? Успокойся! Я все про тебя знаю… (растягивая слова.) Знаю, как загораются твои бесстыжие глаза, когда ты видишь рядом с собой красивых женщин. Томных, с тонкими длинными пальцами… Которым их кавалеры услужливо подносят огонь, чтобы те могли прикурить свои длинные тонкие сигареты…Как они в этот момент перестают просто раскрывать глаза… Они их начинают распахивать… (Подходит и останавливается у книжного шкафа.) Да, как же наши родители в свое время ценили книги… Теперь книжные стеллажи и шкафы домашних библиотек для родителей потихоньку превратились в Стены Плача, когда они вспоминают своих детей… Александр Сергеевич Пушкин… (слегка пальцами касается корешка книги.) «Любви прекрасные подрывы…» (Медленно указательным пальцем вниз проводит по корешку.) Так ты хочешь знать (уже резко, с вызовом, сдерживая слезы), почему я закурила? Если внутри себя ты выстроила святилище, то его периодически приходится окуривать, чтобы черти не завелись!.. Неужели не понятно?.. Вот и все!.. (с долей обиды и разочарования в голосе.) Эх, да ничего-то ты и не знаешь!
Эрик (подходит сзади, обнимает, целует в волосы). Прости меня, прости меня, любовь моя! Прости дурака… Недоумка…Словом, прости «головастика»…
Арина (страстно целует). Ну, наконец-то признался! (Потом, слегка отстраняясь, но, продолжая обнимать, заглядывая в глаза.) И вновь ко мне ты возвращаешься с любовью, непознанный, как в сказке, дикий лес…(Встрепенувшись.) Слушай, если недоумку говорят, что он дурак, – это комплемент или оскорбление?!.
Замирают в страстном поцелуе, свет медленно гаснет.
Сцена третья
То же помещение, что и в первом действии, где проводятся занятия. Видно через зарешеченные окна, что сумерки, закат погас. В е р а М а с х сидит рядом с батюшкой, И в. И в. стоит рядом, ждет окончания «причащения». Б а т ю ш к а в рясе с золотым крестом на груди. На столе бутылка с остатками коньяка. На соседнем столе черный чемоданчик – кейс с аппликацией в виде золотого православного креста. В чемоданчике предме-
ты культового отправления.
Батюшка. Ну, на посошок (берет бутылку, доливает в свою рюмку, качает головой, при этом поглядывая на мощную грудь Веры с вожделением, обращается к Ив.Ив.) Значит, говоришь, не пьешь? (Вспоминая, машет рукой.) А, ну да, ты же за рулем… (потом переводит взгляд на Веру, словно удивляясь.) Тогда не понимаю, а что ты Ваня, здесь делаешь?
Ив.Ив. (улыбаясь, понимая, что батюшка под шефе ). Я говорил, что коньяк не пью… Да и супружница не позволяет, ну, ни капли! (Указывает на Веру, которая периодически дает Ив. знаки, что пора увозить батюшку.) А как же «до первой звезды», батюшка? (Указывает на рюмку, потом на окно.)
Батюшка (поворачивается, тоже смотрит на окно, потом грозит Ивану пальцем) Шалишь братец! Великий пост начнется только через неделю… Так… Вера жена…(выпивает коньяк, поднимается, закусывает лимоном) Тогда что я здесь делаю? Поехали-ка, Ванюша, в Майский район! Послушаешь со мной а капеллу! Ах, какие там девочки, какие голоса! Это ж чудо!
В это время видно, что открывается дверь на лестницу, входит д о к т о р с зеленым кожаным чемоданчиком. На чемоданчике эмблема: в белом круге - красный медицинский крест; под мышкой медицинские шины, проволочные и легкая деревянная, раздвижная для иммобилизации нижней конечности. Доктор осторожно спускается по лестнице, идет в сторону клас-
са, в задумчивости, прислушиваясь к голосам.
Ив.Ив. (эмоционально). Ан нет, Святой отец! Поедемте-ка лучше к матушке! Куда же это, на ночь, глядя? (с улыбкой) Тем более, номера на машине видели?
Батюшка ( в недоумении). А что нам номера?
Ив.Ив. (подмигивая Вере). Ну как же? Вам ли не знать! Седьмой регион, «седьмая заповедь»!
Батюшка (наморщив лоб). Напомни! Я и шестую сейчас что-то плохо помню!
Ив.Ив. Не прелюбодействуй!
Открывается дверь, входит д о к т о р.
Доктор. Добрый всем вечер! (Осмотрев присутствующих, особенно батюшку, кланяется.) Не помешал? Может быть, я не вовремя? (Ставит свой чемоданчик рядом с чемоданчиком батюшки, на соседний стол кладет шины.)
Вера (с облегчением в голосе). Очень даже вовремя, Дмитрий Степанович! (Переводит взгляд на батюшку.) Святой отец уже закончили, как раз хотели отъезжать!
Батюшка (с подозрение смотрит на чемоданчик доктора, особенно на красный крест, потом поднимает глаза к небу, одной рукой берется за крест, словно обращается к Богу, снова переводит взгляд на чемоданчик, словно вспоминая). Да, мне с утра отпевать в церкви… (складывает ладони, словно благодарит, кланяется слегка Вере, наблюдает, как в этот момент Ив. подхватывает его чемоданчик, делая шаг к двери, показывая, что пора. Батюшка всех перекрещивает.) Ну, дай вам Боже всего самого наилучшего, здоровья и удачи в делах! (Слегка кланяется, идет за Ив.Ив. Слышно, как, подходя к лестнице, приостанавливаются, словно вспоминая.) Ты знаешь что, Ваня…Никогда не пристегивайся! Если бы я тогда в вертолете пристегнулся… А, (машет рукой. Потом с сожалением.) Ох, Ваня… Как они поют… Как поют. (Поднимаются по лестнице, уходят.)
Вера (глядя на пустую бутылку, потом, убирая ее со стола). Силен наш батюшка, дай ему Бог здоровица! Почти самостоятельно бутылку коньяка уговорил… И еще сил хватает, чтобы в Майский ехать!
Доктор. А что же вы хотите, Вера Масхудовна? Он же бывший десантник! (Видя, что Вера удивленно на него смотрит.) А вы и не знали? Еще в Афганистане дал себе клятву после ранения и контузии, если вернется живым, уйдет из мирской жизни и целиком посвятит себя Богу. Но, силен духом видать… Вернулся, в мирскую обитель, хотя, может и не совсем вернулся, но все же, как видите, в облике священнослужителя…
Сцена четвертая
Часть здания с подъездом, выходящим в небольшой дворик, скамейки. Погода солнечная, весенняя. На скамейке сидят И в. И в. с Э р и к о м.
Э р и к потягивает апельсиновый сок из пакетика, рядом женская сумочка.
Ив.Ив. (смотрит на часы). Пора бы им уже закругляться! Мать просила приехать. Компьютеры привезли, требуется моя помощь!
Эрик. Я в курсе, звонила… После того, как я ей сказал: «Готовься к свадьбе!», - она в каком-то состоянии полной декомпрессии!..
Ив.Ив. Ей приятно, что невеста, а не очередной опытный образец! Считает, что батюшка помог. На старости лет начала верить в чудеса. У вас ведь и, правда, все так стремительно произошло, как в сказке про «Иванушку дурочка». Только наоборот. (Улыбается загадочно, смотрит на Эрика.) Поверишь тут… Посмотри на себя, вылитым лягушонком стал!
Эрик. Смейся, смейся, дядь Вань! Очень смешно! А мне каково было?.. Вы же еще всего не знаете! У меня чуть ноги не подкосились!..
Ив.Ив. Ну, сынок, сам же говорил, что еще нетвердо стоишь на ногах!
Эрик. Не в этом дело… Она оказалась…
Ив.Ив. Не спрашиваю, но догадываюсь… Девственницей, что ли?
Эрик (смотрит задумчиво, словно вспоминая, пожимая одной рукой сумочку, не зная, что ответить, кивает головой). У-гу!.. А все кровать твоей бабки! (Допивает сок, выбрасывает пакет в урну.)
Ив.Ив. Во! А я что тебе тогда говорил, как чувствовал?! Не выбрасывай! Кровать уже намолена! Но вы же старших не слушаете!.. Пошли в гараж с Фатиминым сыном смотреть машину. Короткое замыкание. А там… Что снаружи, то и внутри! Я ему и говорю: «Сынок, машина не женщина, чтобы ее украшать! Единственное достоинство машины – надежность! Ты перегрузил ее своими «прибамбасами»! Замыкает! Открыл капот – все в проводах и ни до чего невозможно добраться. А ночью? Если уж нравится украшать, - говорю, - так обращай внимание на то, как себя украшают поистине бесценные женщины – умные, со вкусом и со всем остальным: здесь клипсы, там брошь, на плече легкий шарфик… Но сколько бы умница на себя не навешивала, помнит одно правило: до любого места всегда, при желании, добраться должно быть легко! А ночью – особенно!»…
Первой из двери выбегает А р и н а, Э р и к с И в а н о м вскакивают.
Э р и к машинально хватает сумочку, замирают.
Арина. Сдала! Один вопрос, правда, завалила, там какая-то ерунда про тормозной путь… А я без тормозов… Вопрос поставлен не корректно…
Эрик (обнимает, целует в щечку). Все, забудь, расслабься…
Ив.Ив. (подходит, тоже обнимает, целует в щечку) Поздравляю, Принцесса! Но расслабляться не советую! Вам еще вождение сдавить. Когда сказали?
Арина (немного возбужденная экзаменом). Не раньше двух, пока все не пройдут… Во общем, я так поняла, что после обеда!
Ив.Ив. (смотрит на часы). Все правильно. Да должны сдать!.. Ну, а если что, (Эрику) – позвонишь, я подъеду! Пора… Мама там с ума сходит…
Уходит.
Эрик (смотрит влюбленными глазами). Ну, а в целом, как?
Арина (загадочно улыбаясь, растягивая слова, словно читает стихи Пушкина). «Я помню чудное мгновенье… Передо мной «винился» Ты»…
В это время выскакивает З а л и н а, замечает, что Эрик с Ариной стоят в обнимку, у Эрика в руках сумочка. Приостанавливается, с некоторой долей досады в голосе, покусывая губу, негромко, в сторону.
Залина. Н-да, кажется, мне здесь делать больше нечего! «Бойфренд, бойфренд»… А я-то дура, уши и развесила… «Так спешить, и все же опоздать!»
Эрик с Ариной (одновременно, Залине). Ну как?
Залина (стараясь улыбаться). У-ф, проскочила! Правда, на один вопрос ответа не знала, у нас его в билетах не было… Толи… А, да ладно, что уж теперь! Главное – сдала!
Эрик с Ариной ( поздравляют). Умница! Это по-нашему!
Залина (немного успокоившись, вспоминая). Там у Мирэм какие-то проблемы… Или у охранника Марьяны, как его, Джамбулата, что ли?.. Я не поняла, в таком возбуждении была…
Эрик (озабочено). Правда?.. (Отдает сумочку Арине.) Постойте здесь, я ненадолго (заходит в проем двери, исчезает).
Залина (Арине). Ты, кажется, куришь? Угости подругу сигареткой!
Арина (роется в сумочке). Уже, кажется, не курю. (Достает из сумочки сигареты, зажигалку.) У меня сейчас в башке, ну прям, как в моей сумочке, полный бардак!
Залина (прикуривает, отходят вместе к скамейке, ближе к урне, с иронией Арине). Еще бы! Как я тебя понимаю! И не только в башке, надо полагать…
Выходит Ф а т и м а, осматривается, идет к скамейке.
Залина с Ариной (замирают) Ну что? Как?
Фатима (устало выдыхает). У-ф, еле выдержала! Думала сердце выскочит от волнения!
Арина. «И бьется в груди уже не сердце – голосистый, слепой пулемет!»
Фатима (трогает грудь). И правда пулемет!.. Спрашивается, да на кой черт мне… (Осматривается, несколько удивленно.) А Ив.Ив. нет?..
Арина. Да он в класс поехал! Там, я так поняла, «классная мама» отчего-то сходит с ума!
Залина (эмоционально). Опять подвал затопило, что ли? Она без Вани – как без рук!
Фатима (задумчиво). Он мне тоже все время помогает. У него золотые руки!
Арина. А голова? Он же просто умница! Перед экзаменом, как начал по-кабардински чесать со своим другом экзаменатором… А тот меня спрашивает: «Адыга?» Я отвечаю: «На половину!» А потом, как ляпну, не знаю отчего: «А брат у меня балкарец!» Он так удивился, что пришлось объяснять, мол, «кабардинский у брата в школе не пошел, его перевели в балкарскую группу, а в аттестате, когда получал, напротив строки – «родной язык» - написали – «балкарский»! Следовательно, он у меня «балкарец»! Они с Ваней ржут стоят, а у меня коленки от страха трясутся…
Фатима (трогает рукой скамейку). Кажется, нагрелась. Давайте сядем…
Присаживаются с А р и н о й, З а л и н а докуривает, выбрасывает окурок в урну, присаживается.
Фатима. Я тоже была удивлена, когда он с моим сыном начал по-кабардински изъясняться, когда вместе в моторе копались. Видит, что я удивилась, рассказал, хотя я и сама кое-что помню… Но, забавно… В то время, когда он учился, был культ «русского языка». А всех, у кого родной другой, отлавливали и оставляли после занятий на дополнительный урок уже «родного языка» А кому охота? Занятия проводились раз в неделю, только дни «кабардинского» и «балкарского» не совпадали. Ну и Ваня, по заданию своих друзей, сначала выходил из класса со своим портфелем во двор школы, передавал его друзьям, возвращался и, как ни в чем ни бывало, садился за парту. Входил Хасан Алиевич, - он тогда в нашей школе кабардинский преподавал, а Гумар Юсуфович – балкарский…Видит, незнакомый мальчик. Он же своих всех знал…Спрашивает: «Кто да что? Мама с папой говорят по-кабардински?» Ваня, естественно, отвечает, что, «мол, нет, не говорят, но я сам очень хочу выучить язык». Хасан Алиевич задумывается, потом говорит: «Нет, раз не говорят, тебе не нужно, иди домой, а то родители будут волноваться». Ваня брал портфель своего друга и, как ни в чем не бывало, уходил из класса. Тоже самое и с балкарским. «Ну, нет, так и сюда нет!» Вздыхал с сожалением, забирал портфель другого друга и, (показывает ладонью) как ни в чем не бывало, прямиком… Так продолжалось очень долго, до тех пор, пока Хасан Аливевич, а он, даже я помню, юморной мужик был… И говорит: «Ну, что ж, раз тебе так хочется изучать кабардинский язык, сегодня можешь остаться!»
Видят, что из двери выходят М и р е м с Э р и к о м и Д ж а м б у л а -
т о м, все встают, идут навстречу.
Арина (Фатиме). Да, теперь, похоже, ни капельки не жалеет! Я даже немного завидую!
(Все хором) Фатима, Залина, Арина. Сдали?
Эрик (машет рукой). Чему вы тут завидуете? Лучше Марьяне позавидуйте! Джамбулат, покажи им!
Мирэм (улыбаясь). Да, грех не позавидовать!
Залина (Мирэм). Что там произошло, что так долго?
Мирэм (отмахиваясь). Да ладно, потом расскажу, дайте отдышаться… Машина экзаменационная якобы сломалась… Неправильно запрограммировали…
Джамбулат (протягивает пластиковое водительское удостоверение). Нате, полюбуйтесь!
Арина (рассматривает). Красивые! (Передает Залине.)
Залина (рассматривает). Девочка – чудо! (Передает Фатиме.)
Фатима (рассматривает). Да, я бы на месте Марьянки обиделась… Почему без тайского загара?…Непорядок!
Джамбулат (довольный, смотрит на часы). А я разве не чудо? (Забирает удостоверение.) Ладно, девочки! Желаю вам всем обзавестись такими же! Пора ехать за женой шефа. Ей после массажа нельзя остывать… Удачи вам всем! А тебе, Мирэм, в особенности (Смотрит в глаза Мирэм, потом уходит).
Залина (Мирэм). Слышала? Тебе в особенности… К чему бы это?
Эрик (перебивая, озадачено). Девочки, вождение еще не скоро… Как? Останетесь здесь, сходите в кафе пообедать, или поедете вместе с нами? (Указывает на Арину.)
Фатима. Нет, уж лучше далеко не отходить, мы как-нибудь без вас, да, девушки? Только наши вещи, что в машине, отдайте,
что ли?
Сцена пятая
Столик в небольшом кафе. Сидят М и р э м, Ф а т и м а, З а л и н а.
Мирэм (с удивлением в голосе, глядя в свою тарелку, но радостно). Я так и не поняла, мы в «Телеге» или в «Арбе»? В чем же разница?
Фатима (улыбаясь). Дело не в названии! Читать нужно внимательнее вывески! На «Телеге» написано «национальная кухня», а на «Арбе»…
Мирэм (удивленно). А на «Арбе»?
Залина (смеется). А на «Арбе» – «донациональная»!.. Ты лучше нам зубы перед едой не заговаривай, а расшифруй, почему Джамбулат сказал: «А тебе, Мирэм, в особенности?» Какие у тебя, могут быть секреты от подруг, перед таки важным делом, как сдача вождения? Поделись, иначе от любопытства мы все провалимся!
Мирэм (смущенно). Да ладно тебе… Он мне по-дружески рассказал, как Марька наша, в знак протеста, из-за того, что ее не хотели родители пускать на Таиланд, демонстративно сожгла свой бюстгальтер! Представляете?
Фатима (отрываясь от еды). Нет, не представляем! Откуда у Марьки, да бюстгальтер? По-моему, она сроду их не носила!
Залина (с интересом). То, что она своего добилась, мы и сами знаем… Вот детали бы…(слегка на распев.) «А из зала кричат: «Давай под-роб-но-сти!» Короче?..
Мирэм (думает, говорить или нет). Короче, она им заявила: «Прилечу, и тогда за кого скажите, за того и выйду замуж!» А если уж так хотите от меня избавиться, так отправьте на Север, в Норвегию. Но тогда пусть папа купит мне кабриолет!»
Залина (удивленно). А зачем ей кабриолет – в Норвегии?
Мирэм (улыбаясь). Снег на голову – это ж в ее стиле! Словом, «шокирующий компромисс» - это по-нашему!
Фатима (задумчиво). Не по-моему! Представляю, мне бы такое дочь залепила? Да я бы… Знаете, у меня одна старая подруга есть, очень близкая, еще со школы. Такая же шебутная, как Маря… Раз пять замужем побывала… Да я уже и со счета сбилась, сколько… Приезжала недавно меня утешить. «Выходи замуж, да выходи замуж! Делай, как я!» Я говорю: «Спасибо, ты мне уже один раз посоветовала!» Она: «Когда? Не помню, все буду отрицать?!» Я ей: «А позднее зажигание?» Но не суть…
Залина (с интересом). Нет, с-суть! Не тебе решать, а нам, да Мирэм? Очень даже по теме: «Позднее зажигание!»
Фатима (задумчиво). Она знала, что я с детства «комплексую». Всегда боялась, как это можно выйти замуж не девственницей? И вот, она как-то раз приезжает и говорит (а у нас уже конфликт с мужем пошел): «Я тебе удивляюсь! Такая баба и довольствуешься только одним мужиком!» Ну, имела ввиду, судя по всему, супруга. «Я вот, пока ехала к тебе на такси, успела дать таксисту! Правда, у него ничего не получилось… Слушай, я только сейчас поняла, а вдруг это был не настоящий таксист?! Представляешь, как повезло, что не изнасиловал!» У нее такой жизненный принцип – «голосуй, а то – проиграешь!»
М и р э м с З а л и н о й начинают смеяться.
Мирэм (сквозь смех). И точно, «позднее зажигание»…
Залина (тоже, но, слегка успокаиваясь). Ну и дальше, приезжает подруга на этот раз, «выходи за муж», и?..
Фатима (тоже смущенно улыбаясь). Я ей опять свои комплексы. Ты же знаешь, я со стыда могу умереть, буду думать о своем: «Как же так, замуж и не девственница уже!»
Мирэм (тоже успокаиваясь). И что «подруга»?
Фатима (улыбаясь, махнув рукой). Ее не переделаешь, как всегда! «Ладно, говорит мать! Допустим, с учетом современного уровня медицины, мы тебе все восстановим. Да что там восстановим – Китайскую стену возведем! Но куда ты мать обратно, своих двоих детей засунешь? Вот в чем проблема!» (Пока Зарема с Мирэм смеются, опирается локтем на стол и кладет голову на ладонь.) Теперь вот так вечерами сижу, и голову подпираю. Мысли, видать, тяжелые одолевают… Он ведь все чаще и чаще стал возвращаться вечерами, запирается в свое комнате… И ходит всю ночь, ходит… Уже столько лет и так засыпаешь без улыбки… А еще эти мартовские коты…Орут и орут… Стонут и стонут…
Мирэм (с ухмылкой). Да, им сейчас только позавидовать можно…
Залина (глядя на часики). Точно…И Марьянке нашей, кстати, тоже! Небось, в океане купается…
Мирэм (поднимается). Я расплачусь… Или в океане купается, или на слоне катается!..
Фатима (задумчиво, как Пьеро, разводит руками).
Увы, наследуем горошек,
Всю жизнь, мечтая о бобах!…
Залина (поднимается, потягивается).
Кто получает блох от кошек,
А кто – на розовых слонах!
Фатима (тоже поднимается, уже весело). Точно!
Один, потрепанный любовью,
Другой, увы, потрепанный судьбой!
(Уже с чувством, как цыганка, передергивая плечами.) А-а-х! Ну что ж, красавицы, поехали кататься!
Уходят.
Сцена шестая
Тот же класс, но уже слегка преобразованный,: пара компьютеров, принтер, журнальный столик в углу с аквариумом, с обеих сторон которого статуэтки Аполлона и Афродиты, развернуты так, точно наблюдают за рыбками, современный рефлектор рядом И в. И в. и В е р а. В е р а за своим столом, работает с бумагами. И в.И в. – за компьютером, стучит одним пальцем по клавиатуре. Сквозь зарешеченные окна видно- солнеч-
ное весеннее утро.
Вера (указывая на муляж мотора). Счастье, как статическое электричество: собираешь по пылинкам, а стоит к чему-нибудь прикоснуться, тут же «бац», и исчезает!
Ив.Ив. Если смотреть с точки зрения физики – «вечный двигатель» или «порочный круг», назови, как хочешь, без разницы. А вот если смотреть, допустим, на тот же физический закон Ньютона с точки зрения философии… То разница уже заметна. Земля, особенно, после пятидесяти, притягивает все сильнее и сильнее… Только к чему ты мне это говоришь?
Вера (слегка озабочено). Во-первых, наш первый выпускной в новом качестве, а тут срочно требую собрать заново все документы для перерегистрации фирмы. Думай, как назовем преемницу. «Каблучок» - уже избито! «Каблучок – 2000» – слишком оптимистично. Во-вторых – «платежные поручения» напечатаешь и отвезешь в банк. Там тоже все придется переоформлять. В-третьих… Наташа позвонила… Сейчас должна прийти! Я ее уговорила сходить в церковь, поставить свечки… Сам знаешь – «береженного – Бог бережет»!
Ив.Ив. Ну что ты каждый раз розового тумана подпускаешь? Если что-то знаешь, скажи, не чужой ведь? Или явно проступают любви короткой недоделки? Может, ты не правильно молишься? Тогда молись целенаправленно!
Вера (проявляя характер). А тебе что, одного пейзажа мало? Где же завтрак на траве? Потерпи! Будет и тебе счастье!
Видно, что входит Н а т. В а с, в косынке, спускается по лестнице, прислушивается к голосам, приостанавливается.
Ив.Ив. (недовольно, сидя за компьютером, печатая одним пальцем). Куда же больше? Уже и про запас его откладывать можно! Не в бутылку же обратно выливать… Перепиши пять раз «платежное поручение» и отправь. И будет тебе счастье…
Н а т. В а с. Входит в класс.
Нат.Вас. Здравствуйте, мои дорогие! А я слегка опешила… Слышу, ругаетесь, подумала не вовремя…
Вера встает, обнимается с Н а т. В а с., И в.И в. приподнимается, кланяется, снова садится за компьютер.
Вера. Здравствуй, моя хорошая! Я готова, только косынку достану.
Открывает выдвижной ящик стола, достает косынку, на ходу повязывает голову, снимает плащ с вешалки у двери, выходят. Н а т. В а с. Кивает на прощанье И в. И в. Идут к лестнице, И в. И в. прислушивается к голосу
В е р ы.
Вера. Батюшку ни разу не видела?
Нат.Вас. (качает головой). Красавиц мужчина… Господи, прости, как же я люблю сильных мужиков! Да и как их не любить?!
Уходят.
Ив.Ив. (качает головой, продолжает стучать пальцем по клавиатуре). …В свете фар напрягается кошмар… (Смотрит на часы, что над входной дверью, нараспев.) «Песочные часы, еще идут, песочные часы, - виновницы и судьбы…» Н-да! Как жить без веры и подруг, когда любви похмелье отступает?.. (Поднимается, подходит к аквариуму.) Старость – тонущий корабль, с которого стремительно сбрасываешь весь балласт, чтобы хотя бы на время остаться на плаву…(Берет в руки статуэтку Афродиты.) Да, Венера? (Ставит на место.) Раскрепощенная Венера, закрепощенная в металл… Были ножки, станут – плодоножки! (Потом берет в руки Аполлона.) Но, ни один солдат, ни один генерал в этой непрекращающейся любовной войне, не должны остаться безымянными. Всех нужно с почестями похоронить в одной братской могиле!… Бывший десантник, говоришь… Десантники бывшими не бывают!..
Свет гаснет.
Сцена седьмая
Та же, но уже столы сдвинуты, накрыты. Собираются выпускники, «а-ля фуршет». Д о к т о р и Д ж а м б у л а т, рядом М и р э м и З а л и н а.
Э р и к, А р и н а,.чуть в стороне, у другого края стола, почти в углу,
время около шести вечера.
Джамбулат (Ивану). Ив.Ив., выпей, дорогой с нами шампанское! Ты у нас главный герой. (Указывая на девочек). Они героини! Пишем «Формула-2-а» «Формула –1-н» уже в уме!
Ив.Ив. (улыбается, Джамбулату). Я, как старый еврей о возрасте – «2 пишем, а 1 в уме!» (Идет к Эрику и Арине.) Ты же знаешь, что я по жизни закодирован водкой против шампанского!
Джамбулат (подходи к аквариуму). Ха, как всегда шутит! (Рассматривает Аполлона, потом берет в руки, обращается к доктору.: И правда, на Шумахера похож…(смотрит на Афродиту.) За что нас любят недотроги? Что в их мечтах мы словно Боги!.. (Ставит на место Аполлона.)
Доктор (указывая на Аполлона). Все в мире относительно.
Хоть и расчищен путь к роману,
Но, может, блики на челе,
С чужой короны – блеск обмана, –
Невинной тени на кресте…
Джамбулат (улыбаясь). Расплывчато. Как врач, вы мне, дорогой, можете дать четкое определение: так что же веками влечет мужчину к женщине?
Доктор (улыбаясь). «Тоска по родине», мой друг! (Показывает руками на свой живот, словно беременный.) Общеизвестно. Впрочем, на себе не показывают… И отрицать (пожимает плечами) бессмысленно! Правда, Залиночка? (Чокается бокалом с шампанским.) «Не видал бы Вас, не страдал бы так…» Ваши зеленые красивые глаза…Как приятно видеть в них свое отражение (чуть касаясь пальцами бутылки шампанского на столе). Знаете, что по поводу отражения сказал Антон Павлович Чехов?
Залина (явно кокетничая). И что же сказал великий знаток человеческих душ?
Доктор (глядя в глаза Залине). Если вам ночью разбили пенсне бутылкой неизвестно кто, то в осколке бутылочного стекла вы обязательно должны увидеть лунное отражение! И если вы его не увидели, то пенсне вам разбили не напрасно! «Формула любви»!
Залина. А если в лунную ночь, на крышке капота своей разбитой машины вы увидели удивленное выражение лица, очень похожего на ваше, то помните, что последний бокал шампанского был явно лишним! (Показывает, что подходит гаишник, подносит ладонь к виску, словно отдает честь.) «Дышите – не дышите!»
Мирэм. А вот в Париже, говорят, полицейские к женщинам относятся «прикольно». Проскакиваешь на красный свет, останавливает, подходит и так, вежливо, заигрывая: «Мадам, ваш муж никогда не говорил Вам, что у Вас чудесные, прекрасные, бархатные черные глаза?» «Да, мсье, говорил!» «Так вот… Чтобы он и впредь Вам это говорил, пользуйтесь своими глазами поаккуратнее! И никогда впредь не проскакивайте на запрещающий сигнал светофора!»
Залина. Скажешь, тоже – Париж! Да там ради женщин дороги шампунем моют! А у нас?
Доктор. Не проблема! Для этого наши дороги только нужно вначале заасфальтировать!..
Ив.Ив. (чуть в стороне Эрику с Ариной). И что они от вас хотели?
Арина. Не от «нас», а от меня! Договаривались с батюшкой, чтобы меня крестили, а потом хотят провести обряд венчания в церкви!
Эрик. Не знаю, на сколько все это может затянуться. Ты же знаешь, дядь Вань, у нас свадебное путешествие в Грецию, на остров Крит… Мечта всей жизни матери!
Ив.Ив. Мой вам совет. Пообещайте батюшке, что привезете ему с Крита их фирменный коньяк! Если верить преданьям, его даже Боги пили!
Доктор (слышал, подходит). Что, запасы фольклора исчерпали, начались мифы?
Видно, как открывается дверь, вначале Ф а т и м а с тортом, за ней
М а р ь я н а, держит в руке сверток, следом В е р а с папками в руках, входит последняя. М а р ь я н а им показывает: мол, т ихо, подносит палец к
губам: « Т-ци-и-и! Сюрпрайз!..»
Ив.Ив. (доктору). Шлифую старость молодостью… Жизнь и, правда, – светофор. До двадцати – зеленый, от 20 до сорока – желтый, а после сорока – красный. Пытаешься проскочить… Ан, нет… Мы вас предупреждали!.. Вы, кстати, молоды и вам, как врачу тоже должно быть интересно…
Доктор. И что же вы нового открыли?
Ив.Ив. Свежие измены мгновенно превращаются в рубцы! Диалектика, как и учили!..
В е р а, первой подходит, открывает дверь, пропускает Ф а т и м у, следом М а р ь я ну, потом входит сама.
Фатима (ставит торт на стол, тихо Ив.Ив.). Дочь испекла!
Марьяна (видит, что все замерли, ждут объяснений). Моего «пограны» не пропустили, сказали, что алименты не все выплатил! Но до «дьюти фри» я все же добралась! (Разворачивает розовый сверток, там изображен с одной стороны красотка, с другой спящий полицейский и надпись «Розовое шоссе».) Подушка безопасности! Спи один! (Начинает надувать.)
Вера (ходит с фотоаппаратом). Так быстренько, стали все вместе! Ив.Ив., любовь моя, ты в середину…
Эрик (Ив.Ив. негромко). А ты говоришь, не любит! Любит!
Ив.Ив. (не соглашаясь). А в градусах, это сколько будет?
Вера (ко всем, одной рукой держит фотоаппарат, другой, указывая, как расположиться). На память внукам: «Они были первыми»!
Ив.Ив. А вдруг и правда (смотрит на Марьяну), появится первый Шумахер в юбке! Тогда это мы с тобой были первыми! (Становится в середину.)
Вера (размахивая руками). Давайте, давайте! Групповой! Веселей! Говорят, за это больше дают!… «Розовое шоссе»… На до же?! (Задумчиво.) А может и правда?
Эрик (Арине):.А ты меня любишь?
Арина (сжав кулачки, трясется). Да, вот так, сильно-сильно. (Закрывает глаза.)
Залина (вздохнув, улыбаясь). Да ты хотя бы на себе-то не показывай!..
Щелчок фотоаппарата, фотовспышка, все застывают, розовая дымка.
конец
Октябрь –2007г.
г. Нальчик
C A N Y O N или Успех сочувствующих
Пьеса
В двух действиях
Действующие лица
«Б а н к и р»
С л е с а р ь
«Н а у к а»
З а у р он же «Б о к с ё р» (Бокс)
«А к т ё р»
С а н и т а р
Г р а б и т е л ь п е р в ы й
Г р а б и т е л ь в т о р о й
Л и д и я П е т р о в н а
Ч е л о в е к (Масюта)
П о л к о в н и к
С е к р е т а р ь
З а р е м а ( дочь Исхака)
З у х р а (младшая дочь Исхака)
З а л и м
Н а ч а л ь н и к строительного управления (Башначальник)
П р о р а б
М а м и ш а (дядя Заура)
И с х а к (отец Заремы и Зухры)
Т у р и с т к а
Т у р и с т ы (в массовке)
Действие первое
Сцена первая
Кабинет полковника. Полковник сидит за столом. Включена настольная лампа. Бокс, Актер, Наука сидят на стульях рядом. На стене карта ущелья или большая фотография - вид сверху. Свет неяркий.
Полковник (смотрит на разложенные перед ним документы). Давайте рассуждать. Что мы имеем? Первое. Кострыкина в то время западные спецслужбы вербовать не стали. Допустим, их интересовали залежи урана, или, что маловероятно, залежи золота в районе Свинцовой горы. Наши с «МКС» прозондировали. Есть плато. Уран, или мрамор? Второе. Вернемся к истории. К материалам Нюрнбернгского процесса. Генерал-полковник Альфред Йодль пишет, что «одно упоминание Эльбруса вызывало у Гитлера неслыханный скандал» Причины? Прежде чем овладеть тайнами Тибета, он должен был овладеть высшими знаниями, миром. Чтобы народы сами пали ниц перед «сверхчеловеком». Отсюда его, скажем так, интерес к древним цивилизациям, ритуальному копью и «яйцеголовым». Следы их захоронений, присутствуют в наших горах! Еще и кувшин этот с раскопок… (Смотрит на Бокса.)
Актер (словно защищая Бокса). А может и правда, поиски страны Шамбала?
Бокс. Товарищ полковник… Представим, что в районе Джилы-су действительно у фюрера был тайный аэродром, где неоднократно по словам очевидцев, приземлялся «Фокке-Вульф».
Полковник. Планы создания ставки, по типу Орлиного гнезда? Бункер, подземный город, как под Винницой?.. Гитлеру это открывало прямую дорогу к Тибету? Тогда?.. (Задумывается.) Документы третьего Рейха, которые не смогли вывезти зимой 43-го?..
Бокс. Весьма вероятно! В 1938 году. – было несколько тайных экспедиций в Гималаи под руководством Хаусхоферра и Рудольфа Гесса. А потом к нам, на Кавказ… С дружеским, так сказать в кавычках, «визитом»! (Задумывается.) Третья ниша – Секта «Друзья Люцифера» из «Черного ордена»…
Наука. Тогда – черная скала! Филиал секты в Испании!
Полковник (указывая на тетрадь). Но об этом в дневниках ни слова! Масюта трижды принимал участие в экспедициях Кострыкина. Причем последней, с учетом возраста Виктора Петровича, практически, сам и руководил… Теперь по оперативной разработке. Банкир, он же Леонид Аркадьевич, считает, что его жена была или вовлечена в секту «Люцифера» отцом, или была связной. Шантажируют дочерью? Но, с другой стороны…Его с дочерью того же Масюты отправляют в Испанию. Это что? Культовые отправления в «филиале» секты? Леонид Аркадьевич предполагает, что его ребенок может быть «культовым», учитывая НЛО! Участники секты хорошо об этом осведомлены. Получается, что наш, скажем условно, « Л.А.» выполняет роль Иосифа при Деве Марии?!
Бокс. Вполне вероятно… И остается Слесарь…
Полковник. У него своя изюминка в голове… Посмотрите (дает папку).
Бокс (листает материалы дела). Уголовное прошлое? Никогда бы не подумал! «В возрасте 18 лет пытался «взять» Алмазный фонд»?..
Полковник. Да! Он служил в Кремлевском полку, в 50-х. Реставрировали рубиновые звезды. А курсантов привлекали… Он ухитрился даже на звезде нацарапать свое имя!
Актер. Возможно, чтобы отвлечь внимание и в случае чего, пойти по другой статье.
Полковник. Уже тогда был «слесарем» от бога! Золотые руки… Но… Есть очень жирное «но»! Его отец был генералом, мать майором в органах… Семья потомственных военных. Из-за сына семью выслали из Москвы на Кавказ, без права возвращения в столицу. Отца тут же отправили на пенсию, но, квартиру семье выделили, учитывая старые заслуги.
Наука. На чем я раньше и настаивал! В отличие от Масюты, Слесаря интересуют не потусторонние бредни и ритуальная мишура, а золото и драгоценности. Получается, он тоже что-то знает? Или скрывает, или чувствует наверняка!
Полковник. Поэтому и прошу с деньгами поаккуратнее!
Бокс. При досмотре на въезде в ущелье, чуть ниже Хушто – Сырта, огнетушители незаметно поменяют…
Входят с докладом секретарь.
Секретарь. Товарищ полковник (протягивает бумагу). Получили результаты экспертизы ДНК Масюты. Наши сравнили с ДНК Кострыкина, из архива Германии. Она не его дочь!
Кладет листки на стол полковнику, уходит.
Полковник. Одна версия отпадает. Жена нашего Банкира, дочь Масюты не имеет ничего общего с инопланетянами. Это радует! Значит в Испании – обычный адюльтер!
Бокс. Просто влюбилась в какого-то мачо. Может, в Испании это считается священным ритуалом для туристок, но ничего мистического и это радует! (Чешет в затылке, поет): «Бесамо, бесамо ма-чо…»
Полковник. Никакой не мачо! Наш, местный, ее одноклассник. Фамилия Ганночка. Историк по образованию. Уехал на заработки в Испанию и остался. Там встретились. Когда наши с делегацией были в Барселоне, получили задание его прощупать. Позвонили по мобильнику, договорились встретиться у Центральной Ратуши, напротив, в кафе. Но он не пришел, хотя клялся и божился, что прождал земляков целый час!
Бокс. Не клюнул?
Полковник. Вся штука заключалась в том, что они-то были в Барселоне, а он – в Валенсии. И там и здесь есть Центральная Ратуша!… Но, то, что он к этому делу имеет непосредственное отношение, несомненно! Частная яхта, зафрахтованная на его имя, уже стоит в заливе под Питером. Будут вывозить… Но что?.. И куда? В Норвегию или Данию?
Актер. «Порвалась времени связующая нить… И как обрывки их соединить?»* Кстати… Его работа, я имею ввиду, Ганночки, была посвящена эпохе Тамерлана и Тахтамыша…
Бокс (задумавшись). Тогда не архивы Рейха и не черепа. Что-то ритуальное для «сверхчеловека»! Шлем, седло, копье…
Наука (перебивая). А НЛО?.. Масюта просто подпустил мистического тумана, чтобы отвлечь наше внимание. Не зря же он кошек дрессировал, как Куклачев, и запускал в пещеры, а потом закрывал. Чтобы представить схему изнутри?
Полковник. Возможно, там вообще существует замкнутая система внутренних озер. После первого взрыва, в 70-х , над водопадами, куда-то же вода ушла? От водопадов осталось меньше половины, того, что было раньше, не забывайте!.. Теперь деньги. Возможно, Слесарь что-то знает и наверняка. Пригрозил Масюте, что убьет, и тот разработал план, как откупиться, при этом, оставив клад себе, или действует по заданию? Информация о взрыве заставила действовать быстро и решительно. Мы их спровоцировали.
Актер. Кстати, если бы Слесарь и правда решил закопать огнетушители… Сколько бы они смогли пролежать в земле?
Наука: Слесарь и закопать? Да он быстрее портативный летательный аппарат придумает… Не забывайте про плато. Не аэродром, но все же!..
Полковник (Актеру). Прошу без самодеятельности. Вас будет прикрывать группа Лидии Петровны. Помните, что Слесарь и Масюта очень хитры. Вам можно только посочувствовать…
Сцена вторая
Рассветает. Ущелье, водопад слева, в темноте справа у дороги угадывается кафе под скалой, Зарема с Залимом, с выпускного вечера, возвращаются по дороге домой из глубины ущелья.
Залим (указывая на звезды). А ты говорила: «Школьный бал и без свечей!»
Зарема. Звезды догорают (смотрит на небо), «окончен бал»! Мой милый уезжает! (Замечает, как встрепенулся Залим.) Я хотела сказать: «мой милый братик», не более того! Это совсем другая любовь, понимаешь?! Там ты себе найдешь настоящую Джульетту! У Ромео ведь тоже вначале была своя Розалинда, которую он принимал за настоящую… И вдруг!…
Залим (взволнованно). Ты опять? (С мольбой смотрит на звезды.) «Отец Лоренсо, дайте яду!» (Потом Зареме.) Я же не виноват! Отец настаивает на Академии. «Только в Питер!» По старым адресам!… (Как Ромео, еще надеясь.) «Ну, хочешь, поклянусь луной?..»
Зарема (как Джульетта). «Ах, Ромео, не клянись луной непостоянной!..»
Залим (указывая на водопады, еще надеясь). Тогда нашими водопадами! Они вечны, как и любовь!..
Зарема (задумчиво). Там, вдали от дома, хочешь, чтобы они тебе напоминали мои слезы? Нет! Хочу, чтобы ты меня запомнил веселой!.. Помогая отцу и сестрам, я обязана быть веселой!
Залим. Как же! Я понял… Это все тот англичанин! В марте… Хотя бы признайся напоследок, что он тебе такое сказал? Я понял, но не все. Когда он зажал в руке кусок льда от замерзшего водопада… (Сжимает один кулак.) Нервничал, это понятно… А может клялся? Я разобрал только одно слово «любовь»…
Зарема (смущаясь). Он сказал,.. он сказал, (решившись), что «любовь, это кусок острого льда в ладони ребенка» Так говорил Софокл!.. И все…
Залим. Дальше можешь не переводить! (Сиронией, после паузы.) Аттестатик в рамочку и у входа в кафе: «Вас обслуживает официантка - отличница!» Что означает - прощай факультет «Экспертизы и управления недвижимостью»?
Зарема (весело, желая сменить тему). Когда ваш осел кричал: «И-а, и-а!», - мне все время, пока готовилась к экзамену, слышалось: «Е-ГЭ, Е-ГЭ!». Особенно, к английскому!.. Словно издевался!..
Залим. Не издевался, ликовал! Знал, что ты никуда не денешься! Он то свою морковку, в отличие от некоторых, не упустит!
Раздается издали радостное: «И-а, и-а!»
Зарема (весело). Предатель! Слышал?! Теперь нужно возвращаться, причем, аллюром! Родители оповещены ушастым, что я где-то рядом!..
Залим (разочарованно, в сторону). Жаль, что ушастый, а не петух! Я б ему шею свернул и гребешком причесался! И уехал бы по-английски, не прощаясь. А так…(Вдаль, откуда слышался рев осла.) Ничего, ты еще повозишь дрова для желбаура, Иуда! Или думаешь всю жизнь туристов развлекать и для обложки глянцевых журналов фотографироваться?
Слышен рёв осела, жалобный, словно: «Э-ГЭ, Э-ГЭ»
Уходят. Светает.
Сцена третья
В свете прожектора у стены на корточках сидит Человек в пижаме, думает о чем-то о своем. Загорается свет, психоневрологический диспансер, надпись: «Живой уголок». За столом трое играют в «Монополию», Банкир смотрит в зарешеченное окно, работает телевизор, один в белом халате, санитар, читает газету, один в больничном хала-те - Боксер, под халатом спортивная форма - ходит по комнате.
Банкир (глядя в окно, потом, указывая на Человека). Солнышко скроется, параноик раскроется! Бедолага! Не успел зарезервировать себе место под солнцем! И вот результат… Но, с другой стороны… Им там (указывает на окно) можно только посочувствовать – за всю жизнь не успевают растратить страх, отпущенный при рождении! Еще и каждой твари – по паре!
Слесарь. Ты прав, как всегда, Аркадич! Не жизнь, а па-а-рнуха!
Банкир (глядя на солнце). На Испанию пошло! Эх, махнуть бы нам всем туда! «Гренада, Гренада, Гренада моя!»
Слесарь. Правами, которыми нас обеспечивают, и из собственной квартиры высовываться опасно! А ты предлагаешь заграницу!..
Наука. Разрушить такую империю! Ложь приемлема в чертежах и на стадии доработки. Но что бы вот так, без наркоза…
Актер. Подумаешь! (Задумывается, смотрит на стол.) Как я могу любить вас без мигрени?.. Презрев души своей оковы…( Поднимает голову.) Смесь бытового мусора и великодержавных отходов!
Слесарь. Точно! Это вам не окно прорубить, как Петр Лексеич, покойный, - подышать свежим воздухом, проветрить и слегка простудиться! Железный занавесь подняли, и вся страна менингит подхватила!
Наука. Дрессировка холодом! «А там, где слабый бы погиб, здесь разовьется сильный тип!»
Из телевизора: «Сегодня парламентарии во время утреннего заседания отклонили статью и не приняли закон о социальной защите…»
Актер. Да, в интересное время мы живем!
На всех обиделась статья.
Ее нигде не принимали!
Иль конституция не та?
Или параграф не в ударе?!
Свобода!.. Но, какая? Весь железный занавесь пошел на решетки на окнах и бронированные двери! У тебя, Слесарь, должно было быть много работы! Счастли-вы-й!
Слесарь. Не весь! Остальное на гвозди! Вбивают в тебя, всаживают. Говоришь: «Побойтесь Бога, хотя бы не кривыми!» А они в ответ: «А ты думай, что они из распятья!» (Смотрит на Человека.) В нашем государстве явно что-то напутали. Вместо продовольственной корзины, нам все время подсовывают корзину для милостыни, вы не находите? Лжефрукты, лжебаранина, лжелюбовь!.. (Поет.) «Ро-дин-ка мо-я…» Боимся любить, а любим – боясь!
Наука. Правительство манипулирует, а мы маневрируем… Они нам Чапи, а мы им Вискас!.. Толерантность. Но развиваемся! Возьмите меня в качестве доказательства. Раньше был дурак дураком, а теперь просто дурак! Диалектика!
Актер. Или меня… Как я здесь очутился? Уплотнение мозга достигло своего предела. Вот я, Наука, давно хотел у тебя спросить, а может еще не поздно – улучшить методом почкования?
Наука. Способ есть! Злокачественное омоложение!
Актер. Это как?
Наука. Как-как? Впасть в детство, не маленький, мог бы и догадаться! С женщинами и того «прощее»…
Слесарь (Банкиру). А-га! Стареющей акуле сделали подтяжку, но перестарались!
Банкир. И что?
Слесарь. Она теперь напоминает молодую камбалу! Может, и ты перестарался?
Санитар. Хватит, придурки! Лучше признайтесь, кто засорил раковину! (Опять читает.)
Слесарь (смотрит на Бокса с прищуром). Раковину засорил тот, кто последний чистил зубы!
Боксер (стоит у процедурного кабинета, читает записку на двери). «Буду в одиннадцать»! (Боксирует, словно бой с тенью «ха, ха…».) Думает, нам не хочется! (Глупо улыбается.)
Артист. Боксер, неужели же ты считаешь, что как только она тебя здесь увидела, или твою часть пониже спины, у нее тут же началась фригидная ломка? Она уже давно выглядит, как сырая спичка! Навряд ли тебе ее удастся зажечь! Лучше иди к нам, успокойся! Хочешь, Саенс тебе уступит публичный дом? А то у него застоялась статья расходов! Да, Наука? А свою дозу глюкозы по телеку получишь, глядишь, это и оздоровит твою улыбку!
Слышно, как из телевизора доносится: «Мы прерываем трансляцию. Только что из пресс- центра МВД республики поступило срочное сообщение. На окраине города, в Юго-Восточном округе, на трассе у лесополосы «Дубки», произошло нападение на машину инкассаторов. Предполагают, нападавших было четверо. Злоумышленникам удалось скрыться. Один из инкассаторов ранен. Грабители похитили около ста миллионов рублей. Часть денег была в иностранной валюте. Организовано преследование
нападавших…»
Банкир. Что и требовалось доказать! Вначале сами же рекламируют излишества, а потом трубят об очередном ограблении банка!
Слесарь. Аркадич, я возмущен! Кто бы говорил?! Прям Михаил Светлов: «Я могу без нужного, но не могу без лишнего!»
Банкир. Много ты знаешь про мою жизнь! (Грустно.) Перед дверью во Дворец Бракосочетания стоял, как Илья Муромец на распутье: тюрьма, психушка и могила! Психушка перетянула! А теперь что? Посмотри (указывает на свою тень) – я даже не знаю, чего же хочет моя тень! В ней больше жизни, чем во мне! От первого воспоминания меня мутит, от второго трясет…
Актер. А к третьему не можешь приступить по причине первых двух!
Афористично рассуждая,
Он подошел к воротам Рая.
Когда почти исчезла тень,
Вдруг понял – не приемный День!
Ничего, и тебя вылечат! Как и мне, подсадят стволовые клетки принца Датского! Просто ты не вовремя забыл основной постулат клуба холостяков – соблюдать технику безопасности при несанкционированных домогательствах. Теперь расплачиваешься!
Наука. Ревность, Аркадич, это та же формула Пуанкаре, решить которую не представляется возможным. Даже не пытайся!
Банкир. Да, понимаю я всё! Но целомудрие, целомудрие!..
Слесарь. А я не понимаю! Целомудрие это что? Разновидность здоровья? И где теперь она, и где ты, спрашивается? Отелло? Наука прав! Ты не смог расшифровать ее фантазии!
Актер (поет). «Отелло, я с кровать не встану!..» Точно! Будь на месте Онегина Отелло, еще неизвестно, чем бы все закончилось. По мне, так лучше один раз изменить, чем всю жизнь себя насиловать! К тому же, общеизвестно… Впереди нас всех ждет одно - головокружительная старость! (Смотрит то на Человека, то на Слесаря.) Но! И так было всегда, поверьте, - для кого-то бытие – лишь обнаженная натура!
Наука. И вообще, Банкир, это не честно по отношению к своим ребятам! Мы, можно сказать, на добровольных началах, сдаем анализы крови, мочи, еще там чего… А он, видите ли, выясняет степень изношенности своих сперматозоидов!
Издалека доносятся звуки выстрелов.
Слесарь. Ну что за звукоизоляция? «Покой…ни-ки нам только снятся!» Уже всех трясет! Вместо решеток, лучше бы законопатили окна сказками про Золушку! В нашем заведении, кто там (указывает пальцем на окно) был никем, здесь, хотя бы надеется стать всем! Не дают!
Наука (Банкиру). Да, Аркадич, в этом учреждении тебе будет трудно доказать, что дочка от тебя! К чему привело-то… Как бы сказал герой Золушки: «Я еще не ревнив, я только учусь… Но ревность нам позволяет делать ве-ли-кие глупости!»
Вдалеке слышна автоматная очередь.
Санитар (откладывает газету на диван). Помечтаешь тут, в рамках нашей телевизионной программы! Больной, отойдите от окна! (Опять вдалеке стреляют.) Всем! К окнам не приближаться! Это приказ! (Быстро, устремляется по коридору.).
Сцена четвертая
Слышна возня, крики, стук металлических дверей. Возгласы: «Назад, ни к чему не прикасаться! Будите сидеть тихо, мы вам ничего плохого не сделаем». Санитар возвращается с поднятыми руками спиной. Следом трое в масках, с автоматами: двое мужчин и девушка. У девушки и напарника по рюкзаку за спинами, у одного из вошедших два рюкзака.
Грабитель первый (Слесарю, который сидит за столом, внимательно разглядывая вошедших). Что уставился?
Слесарь (спокойно). Хочу догадаться, где тебе поместят очередную татуировку! Но с другой стороны, буду с вами предельно откровенен… Нас здесь отучили от привычки поднимать брови от удивления!
Грабитель второй. Не трогай ты их! (Указывает на санитара.) Посмотри на санитара: замороченный, как детский тренер! Давай лучше подумаем, где спрятать деньги и самим замаскироваться до вечера! (Улыбается.)
Слесарь. А ты представь, что у тебя понос!
Актер (подыгрывая Слесарю). Ага! Вроде как бы вот-вот трюфелями обделаешься! Ты их мысленно уже пережрал, с такими-то деньгами! Сто кусков! (Указывает на телевизор.) А застукают в сортире – будут мочить в сортире! Извини, что в нашем, а не западном!
Грабитель, делает вид, что хочет ударить Актера по уху.
Актер (уклоняется). Вам что, не нравится рисунок моей ушной раковины? Спорный вопрос! А женщинам – нравится! Да, мадам? (Смотрит на девушку-грабителя.)
Девушка грабитель (весело). Не трогай, только сами себе создадим проблемы! Что с психов возьмешь? Пусть говорят, что хотят!
Наука (девушке). Мадам! Я возмущен! Уровень современной психиатрии очень многих вводит в заблуждение! Не вы первая! Путаете логорею с диареей? А еще медицинское образование! Я разочарован! Не что «хотят, - говорят», а то, что наболело вот здесь (стучит пальцем по груди).
Грабитель первый (сбрасывают рюкзак). Боксеру – Ты тоже, дурень, сядь. Не мельтеши перед глазами! За стол! Ноги устали (растирает)
Слесарь. И давно вы отвыкли говорить: «Как у меня болят задние ноги?» (Смотрит, как Боксера подталкивают к столу.) Не трогайте нашего Боксера, и он вам ничего не сделает! Он взял след процедурной сестры и теперь намерен идти до конца! Любовь это святое чувство! А у нас богоугодное заведение, между прочим!
Грабитель. Это мы скоро проверим – угодное или неугодное…(Передергивает затвор автомата.) Может их на время закрыть в процедурном кабинете?..
Актер (Боксу). Да ну их к… Боксер, сядь рядом, а то еще пристрелят!
Банкир (подходит, берет Боксера за локоть, подводит к столу). Сколько раз тебе говорить одно и тоже: совсем не обязательно повезет в жизни, если вторую половину все время ищешь методом наложения!
Наука. Да, не бери пример с Банкира! (Смотрит, как первый грабитель достает шнур, тянет к окну.) Ваш бикфордов шнур явно завидует бикини, оттого что мир взорвал не он, а мини в мини! Научный довод!
Актер (Слесарю). Довод это вам не постулат… Хм… Похоже, самое время заказывать кофе по-турецки!
Слесарь (с иронией в голосе). Это как? Со взрывом, что ли?! Светловат-то кофеек, светловат!..
Грабитель (Слесарю). Ты замолчишь, а? (Забирает оружие, уносит в процедурный.)
Санитар (громко). Это, между прочим, больные люди! Имейте хоть каплю сострадания!
Грабитель второй. А, пришел в себя? Раз больные, так следи за ними! Опусти руки и сядь на диван!
Санитар садится на диван.
Из телевизора: Спец выпуск: По предположению спецорганов, задействованных в операции по задержанию грабителей, банде удало разделиться. Есть предположение, со словам очевидцев, что часть бандитов сели в «Жигули» и направляются по гострассе в сторону аэропорта «Минеральные воды»…
Актер (словно комментируя, философски). О, времена! Побольше ужаса, поменьше состраданья!
Наука (Актеру). Хорошо, что стул ему пока не нужно освещать посадочными огнями! Да, Бокс?
Подсовывает стул, Боксер садится.
Актер (обняв Боксера за плечи). Другое дело! А то уже натер мозоль на сердце. Странная штука человек. Почему в сладкий мед любви он обязательно влипает сердцем?
Боксер (дурашливо). А почему она меня не любит?
Актер (достает зубную щетку из нагрудного кармана халата, показывает). Ты, как моя зубная щетка. На ней написано «со мной удобно, выгодно, красиво»! Но и в гости как с ней, так и с тобой, Бокс, не сходишь. (Вздыхает.) Любит, любит, успокойся! Это Банкира никто не любит, а тебя любят все!
Боксер (указывая на грабителей). Даже они?
Слесарь. Как только сестра клизму с ромашкой сделает, погадаешь! Удержишь – значит, любит, не удержишь – не любит! Да, Сан? (Обращается к санитару, в это время второй грабитель высыпает из рюкзаков деньги на стол.)
Грабитель (смотрит на стол). Здесь половина… ( Подходит к Человеку.) Ну что, Святой отец? Не надоело быть Святым Духом? Засиделись, пора и честь знать! Надеюсь, на этот раз все получится, не так ли?(Человек поднимается, держит двух кошек, одна рыжая, другая черная.) До вечера еще далеко… Остается надеяться, что ума не хватит сюда заглянуть.
Человек (отдает рыжую кошку грабителю). План изменился. Уходим сразу!
Грабитель (задумчиво, волнуясь). А что с кошками делать? Прикажете их с собой забрать?
Человек (спокойно, уверено). «Соуса» я бы оставил… А «Скандолиза Райс», вроде как талисман… Я обещал свозить ее в Давос! Но тащить через бойлерную, потом по трубам…
Грабитель. А пусть по дороге крыс распугивает!
Человек. И то дело! (Держит черную кошку, обводит всех внимательным взглядом.)
Тем временем грабители, Слесарь, Банкир снимают халаты, пачки денег, которые вывалены на столе, засовывают в старые потертые огнетушители, которые занес второй грабитель из второй двери, рядом с процедурным кабинетом.
Слесарь. Ну что, может «отслюнявите» пару пачек Боксу на лечение? Не век же ему здесь сидеть?
Человек (поглаживая черную кошку, наблюдая со стороны). Придурки, лучше костюмы не забудьте взять из процедурного!
Грабитель первый (Человеку). Свой, я надеюсь, вы успели погладить?
Выносят форму пожарников из процедурного. Девушка снимает комбинезон, надевает белый, медицинский халат. Снимает черную шапочку, надевает медколпак.
Слесарь (девушке). Давно не виделись. Как на курорте побывали! Банкир, возьми ее испанский загар на заметку! Н-да… И еще медики жалуются, что плохо живут, во, люди!
Грабитель (замечая, что Боксер заворожено, смотрит на преобразившуюся грабительницу). Что, дождался процедурной? (Отдает ему кота «Соуса».) На, погладь и успокоишься!
Слесарь (обводит внимательным взглядом, с прищуром Науку, Актера, особенно Боксера). Да, Банкир, мы же не договорили, кстати… Хотя все схвачено, но вдруг помешают…
Банкир (замечая взгляд, Слесарю). А то ты не знаешь! (Достает баллончик с краской из-за батареи, что у окна.) На, иди, подкрась огнетушители! Чтоб как новенькие, ярко красные, пролетарские, а не голубые, как в театре у Вертюка!
Слесарь (рассматривая баллончик). В «Озере Туров» дайвенгом уже не позанимаешься. Там пограны стоят. (Не испытывая ни малейшего желания, глядя на оставшиеся пачки денег на столе.) Да у меня еще кофе на губах не просохло! Заставьте Саенса, по науке?.. А что касается жены… (Смотрит на баллончик, задумывается.) Не обижайся, но, по-моему, Актер прав! У нее другой принцип по жизни – «изменяя - изменяй»! И это касается не только внешности… (Смотрит на баллончик.) Спрашивается, к примеру, почему она постоянно покрывала голову лаком? Это ж не паркет! (Проводит по лысине рукой, смотрит на девушку.) Н-да…
Девушка граб. (с вызовом Слесарю). Любое следующее плохое слово про женщин, - в обмен на клизму с ершиком и битым стеклом! Это я умею!
Слесарь (вздыхает). Лучше уж, пойду, подкрашу огнетушители! (Открывает соседнюю дверь с процедурным.)
Человек. Не забудь опломбировать!
Слесарь (пропускает вперед двух грабителей с огнетушителями, в каждой руке по одному). Скажешь, тоже? Это святое!
Уходят, закрывают дверь.
Человек (Банкиру). Ну что, Леонид Аркадьевич… Параноик… (Гладит черную кошку.) Можешь всем сказать «адью» и в путь! Да поможет нам Бог! (Еще раз внимательно осматривает помещение, уходит в ту же дверь, что и грабители со Слесарем, вначале вперед себя пропуская Банкира.)
После паузы, прислушиваясь, что творится за дверью.
Девушка граб.. Так-то оно лучше! (Обращается к Санитару.) А вы, Сан.Саныч Ничего не трогать, к окну не подходить, буйных ужином накормите, выпустите через пятнадцать минут после нашего ухода (роется в кармане халата, бросает ключи санитару). Врачи, сами знаете, на диспансеризации, в Крем-Константиновке… Справитесь?
Санитар. Ну что вы, Лидия Петровна, не впервой…
Боксер (санитару). Да, извини, Сан Саныч… (Потирает руки, снимает халат, вешает на стул рядом с Актером.) Пойду, достану тетрадь под раковиной, и на доклад начальству!
Уходит.
Санитар (вслед Боксу). Придурок! Что, больше негде было спрятать?
Бокс (издалека). Он ее прятал под плиткой в ванной! У меня не было времени!
Наука. А придурок – пора бы знать, - тот, кто не хочет работать на зоне! Поэтому, не забудь вытащить кассету из «видика» – все же, вещ док!
Актер (достает пачку из карман халата Бокса, в сторону). И правда придурок, - все, что удалось заработать за труды праведные…
Бокс (возвращается, листая тетрадь). Она девственно чиста!
Все смотрят озабочено, застыв в ожидании.
Наука (первый приходит в себя). Совсем?
Бокс (чешет в затылке). Только одно слово: «Сочувствую!»
Конец первого действия
Действие второе
Сцена первая
Ранее светлое летнее утро. Площадка, ущелье, водопад, кафе в скале, рядом столики, вместо обычных стульев - стулья в виде пеньков. Появляются Башначальник, женщина-корреспондент, Прораб, Мамиша, все в шляпах, у женщины повязана косынка на голове. У одного в руках папка, у другого бумага, свернутая в рулон, что-то вроде карты, схемы.
Корреспондент (поеживаясь). Бр-рр, пробирает. Сыро и прохладно, хотя июль еще вроде бы никто не отменял! Вы были правы… Но какая красота! Разрешите здесь немного поснимать? Буквально несколько минут!
Башначальник (вежливо). Сказать «нет», Лидия Петровна, брать на душу грех в таком святом для каждого из нас месте. Только осторожно, не подходите близко к краю реки!.. (В сторону.) Пока «тушканчики» не набежали!
Корреспондент ( расслышав, оглядываясь, озадачено смотрит под ноги). Что за тушканчики?
Башначальник (а с ним и остальные мужчины, загадочно перемигиваются). А… Это любимое лакомство местных орлов! Не обращайте внимание! Фотографируйте, фотографируйте!
Прораб (разворачивая на столе рулон, указывая на черную скалу, потом на карту). Кстати, вот на аэрофотосъемке Главный Кавказский хребет. И если мысленно опустить перпендикуляр, то Кострыкин, ну, тот чудак, что наносил интенсивные маршруты инопланетян на карту, в чем-то и прав! Есть закономерность! Вот Актопрак (ведет пальцем по бумаге) соединяющий два ущелья, вот черная скала, которую мы должны убрать… И что получается?
Башначальник (Мамише). Получается заговор… Науськиваешь? Да поймите вы оба: есть решение, инвестиции, проектная разработка, смета, в конце-то концов? (Стучит пальцем по проекту.) Ты мне лучше ответь, почему здесь вся дорога у тебя в выбоинах, как после бомбежки? Это все же рекреационная зона, а не прифронтовая полоса! И где бульдозеры?
Мамиша ( волнуясь, с акцентом, громко, явно корреспондентка его слышит, потому что слегка смущается, отходит подальше). Дорога ввиэбана, потому что Ви дали приказ все блядозеры перекинуть на другой объект! Правильно? А еще, где дорога проходит, расковиряли древний могильник? Кто, Мамиша расковирял? Или «большой» в каевичках нагловастый английский гость, который там нашел керамический кувшин и сказал, что «экспэртиза проведу в Британском музээ дрэвности»? То у него гунны, то Тамерлан с Тохтамышем… А по статье 243 УК РФ, кто пойдет? Мамиша? Я уже не только на 243 километр не попаду, до пенсии не дотяну!
Корреспондент (подходит). Что за жаркие споры в холодном ущелье? Не смущайтесь, работая в чисто мужском коллективе, и не такого наслышалась! Мальчики, я готова, можем двигаться дальше! (Смотрит на дверь кафе, там записка.) «Буду в одиннадцать» Жаль, с удовольствием бы выпила чашечку кофе!
Мамиша (недовольно). Еще випьем!
Корреспондент. По-турецки?
Прораб с Мамишей (переглянувшись, обращаясь к Башначальнику). Это как? Со взрывом, что ли?
Башначальник. Вы мне опять зубы заговаривает? Лучше скажи, когда заасфальтируете дорогу до турбазы? (Смотрит на обоих, потом машет рукой.) Пограничники жалуются! Ладно, не сиюминутный разговор… Пошли смотреть будущую площадку. Лишь бы сердце не подкачало, с такими работничками!
Мамиша (Прорабу когда Башначальник с гостьей отошли в сторону). Как только приступишь к «асфальным» в каэвичках, работам, - тут же уволю! Ты мэня за столько лэт, знаешь. Надеюсь, что еще и мои правнукы будут ступать по святым камням, а не по костьям предков. Додумалысь!..
Прораб (улыбаясь). Как же, тебя и не знать? (Передразнивает, вспоминая.) «Всэ, кто можэт раздвигать ноги, что би били на демонстрации! Я лычно провэрю!» С тобой, Мамиша, не соскучишься! Ста-ра-я закалка! Не вписываешься ты в рыночные отношения!
Мамиша. Зато ты торопишься впысаться в «рылочные» отношения, куда там!
Прораб сворачивает бумаги, вздыхает, все уходят.
Сцена вторая
Та же. Начало дня, ближе к середине. Доносится голос экскурсовода: «Местный историк Мизиев писал, что «самое раннее известие о чегемцах относится к 1718 году и принадлежит лейб-медику Петра Первого Готлибу Шоберу». Кто у нас из Питера, поднимите руку! Потом слышен кокетливый женский голос: «Я!» Входит группа туристов во главе с экскурсоводом. Их обгоняют двое туристов с рюкзаками (« грабители»), палатками, уходят вверх по ущелью.
Бокс (экскурсовод). Дамы и господа! Прежде чем перед вами откроются водопады, с этого места оглянемся назад! (Все поворачиваются.) Перед вашими взором – так называемая «горловина» или «Су-Аузу»! Самое узкое место, приблизительно 20 метров. Ущелье как бы рассекает Скалистый хребет, высота которого от 500, в некоторых местах доходит до 800-т метров!.. Идем дальше, вы еще сможете полюбоваться «горловиной» на обратном пути! Не задерживаемся…
Одна из туристок. А какова общая протяженность ущелья?
Экскурсовод. От так сказать устья – нижнего селения, Лечинкая, до хребта Тихтенген-Тау с нарзанными источниками, приблизительно 35 – 40 км.
Туристка. А что дальше?
Экскурсовод. Дальше мадам, горы! Перевал, «Озеро Туров» (Показывает.) Вот с такими рогами и Грузия!
Туристка. И грузины?! (С придыханием, не понятно, с какой радости хлопает в ладошки.)
Экскурсовод (с удивлением на нее смотрит). Это раньше…. А теперь вначале наши пограничники!
Группа заворачивает за скалу.
Экскурсовод. А вот и то великолепие, о котором мы мечтали на протяжении всего пути! «Стена водопадов» - «Шау -Делла», как ее называли в старину! То, ради чего мы, проделали, опасную и полную приключений дорогу! Но, как говорят умные люди: «Если мечты сбываются, то это уже не мечты, а планы!» (Улыбается свое дежурной шутке.) Вы пока осматривайте достопримечательности, но не подходите близко к краю реки, а я постараюсь договориться о еде… (Глядя на одну из туристок.) Но не о ночлеге, мадам!.. (Подходит к кафе, там записка, читает.) «Буду в одиннадцать!» (С досадой в голосе.) Ха, будто бы нам не хочется… (Громко, слегка задумавшись.) Гуляем, дамы и господа, гуляем. Фотографируемся… Мужчины, я же сказал – женщин фотографируем, а не снимаем!..
Туристка. А что это за черная скала вон там, похожая на... м … на…?
Экскурсовод. Сразу видно закоренелых путешественников… Скала, которая поднимается над противоположным гребнем, называется, только не пугайтесь, «Чертов палец»! Как пошутил в своей книге один местный «контактер» с инопланетянами, - ориентир для НЛО!
Туристка. А не могли бы Вы нам рассказать поподробнее. Меня интересует все, что связано с уф… уф-урологией и необычными контактами…
Экскурсовод (подмигивая). Так сказать, «Опасные связи»?.. Понимаю! У меня есть кое-какие интересные заметки… Зарубки, так сказать… (Достает блокнот из кармана, листает.) Фамилия чудака Кострыкин Виктор Петрович. Вот что о нем пишут в книге «Жемчужина Кабардино-Балкарии», причем словами самого Виктора Петровича: «Для наблюдений я выезжал в горы. Однажды, в ночь с 6-го на 7 июля 1968 года…» (Отрываясь от блокнота, ко всем.) Кстати, как вам совпадения? Мы приехали день в день, слава Богу, не ночь в ночь!, – да, мадам? (Опять продолжая читать.) «…я поехал в Хушто-Сырт, где наблюдается высокая интенсивность НЛО… В три часа ночи мне показалось, что рядом упал метеорит… Я побежал, свечение было яркое, потом погасло. Но меня задержали, без всякой боли, внушением в мозг: «Остановись, мы не сделаем тебе ничего плохого…» (Отрываясь от блокнота, ко всем.) Обратите особое внимание на слова «внушением в мозг»! Ну, дальше, я надеюсь, понятно? (Захлопывает блокнот.) Наш «контактер» увидел огромных размеров дисковый аппарат, метров сто в диаметре…
Туристка (с интересом и испугом, затаив дыхание). А что потом?
Экскурсовод (весело). Люк открылся и наш герой вошел!.. (Опять подмигивая, чтобы закрыть тему.) Контакт его длился т-р-и часа!..
Туристка. А его выпустили?
Экскурсовод (прячет блокнот в карман, замечая, что кто-то подходит). Из психушки? Нет, мадам, он туда и не попадал. Это был закоренелый контактер… Всю жизнь служил в потребкооперации!
Туристка. А повторы были?
Экскурсовод. Ах, мадам! (Стучит по карману с блокнотом.) «Чудо – явление штучное и повторяться ой как не любит!» Но последователей у Виктора Петровича осталось много. Каждый год в это время приезжают со всего бывшего Союза и в эту ночь начинают жечь костры…
Туристка (удерживая за рукав, но глядя на «Чертов палец»). Ну, вы ответьте, это правда? Подумать страшно… Три часа… На - до- же! Он хотя бы помнит, что это было: удовольствие или… или… (Пытается подобрать слова.)
Экскурсовод. На счет удовольствия мадам, - не ко мне! (Указывает на палец.) А к тем, кто начинает путать языческую веру с языческой позой. Могу сказать одно, что знаю сам. Кострыкин позже побывал в Германии на конференции «Диалог со Вселенной» и его проверили на детекторе лжи!.. Все подтвердилось!
Туристка (словно про себя, зачарованно). Значит, удовольствие!…
Сцена третья
Те же, появляются Исхак с Заремой, Зухрой.
Экскурсовод (радостно Исхаку, отвязываясь от туристки, идя навстречу). Салам – аллей кум, балкарец, дорогой! Рад тебя видеть во здравии! (Девушкам.) Хотя бы раз ваш отец признался, какой маркой копировальной бумаги пользуется, что вы так на него похожи… Здравствуйте, красавицы!
Зарема с Зухрой вежливо здороваются. Зухра направляется к кафе, Зарема задерживается, рядом с отцом, внимательно смотрит на экскурсовода.
Исхак (Зареме). «Онегин»! «Мой дядя так мозги мне и не вправил…» Сердцеед! (Смотрит на реакцию Заремы, потом Боксу.) Аллейкум вассалам, дорогой! С моей дочкой Заремой ты, кажется, уже давно знаком, но каждый раз делаешь вид, что впервые ее видишь?
Экскурсовод (слегка смутившись). Гм, не каждый…
Зарема (смущенно, но с радостными нотками в голосе). Все-таки удивительно, как вы похожи на того англичанина. Который раз убеждаюсь!..
Экскурсовод. Что, англичанин не понравился?
Зарема. Напротив (качает головой), хвалил мой английский! И вообще… А я ЕГЭ по языку чуть не провалила! Еле набрала нужные баллы! (Исхак передает ей ключи, идет открывать кафе.)
Исхак ( Экскурсоводу). Почему так долго не приезжал? В отпуске был?
Экскурсовод. Разве я похож на человека, у которого в наше время может быть отпуск? Экскурсии по городу водил. Одних под «сапоги», других под «юбку». То им памятник Бетала подавай, то Марии!.. Ну, еще и «Голубые озера», конечно!
Исхак. Ясно, тебя как космическую станцию «МКС» переориентировали, чтобы раньше времени не свалился с орбиты! Теперь стихи Кязима (кивает на туристок) тушканчикам «наушкиваешь», а нашего Кайсына забыл?
Экскурсовод. Как можно! (Эмоционально, читает наизусть.) «Женщина купается в реке!..»* (Замечает, как мужчины кинулись к краю обрыва.) Это аллегория, не подходите к краю! (Потом Исхаку.) Лучше другое, пока не разбежались:
«Готовность дать бездомным кров,
Дать голодным хлеб – не устареет».*
Или это (указывая рукой на дорогу): «В пыли дорог не мой ли виден след?»* (Замолкает, осматривается.) А кстати, Исхак, что происходит? Только сейчас сообразил. Куда подевался «козий рынок»? Я туристам обещал, что всех покрою шерстью?!
Исхак (недовольно, эмоционально). Взрывать нас будут! Вон, зайди в кафе и посмотри. Пожарники даже огнетушители завезли. Женщины это увидели и разбежались. Сарафанный телеграф! Еще кто-то распустил слухи про НЛО… Одни теперь сидят по домам и считают, сколько кур смогут удержать в обеих руках, когда побегут с ними вниз по ущелью, аж до Лечинкая, если затопит, а другие, сколько смогут ухватить в руки и, как партизаны, вползти с ними на гребень «Соколиной горы», вон туда! (Показывает.)
Экскурсовод. С женщинами понятно… А мужики?
Исхак. Те, как всегда спорят, смогут ли две шляпы заменить одну шахтерскую каску. Так что:
(грустно) «И завещая мир живым,
Я буду, может быть, счастливей…»
Экскурсовод (тоже грустно, подхватывая).
«Поверив, что он будет к ним
Добрей, чем к нам, и справедливей!»*
Да… Сотрясение мозга шляпой не лечится…. (чешет в затылке) Дела… Слышал, но не думал, что так скоро! Мол, будут взрывать черную скалу, делать обзорную площадку, построят ресторан с современной инфраструктурой…
Исхак. Ага! Ресторан в виде «Летающей тарелки». Полетают, успокоятся, да будет поздно! Может, и увидят седловину Эльбруса вдалеке, но не седло жареного барашка на вертеле! Да, ну их!
Экскурсовод. Не переживай, еще, как говорится, не вечер! Может, обойдется? И свадьбу сыграем Зареме еще в твоем кафе! Правда, слышал, ее нареченный уехал в Питер, поступать в Академию…
Исхак. Да брось ты, Залим мальчишка! Он ей как брат родной, выросли вместе, ничего серьезного. Ты же знаешь, что такое первая любовь. Само пройдет! Поболит-поболит и перестанет… Моя младшенькая, Зухра, от Залима без ума, так он и не смотрит! Поэтому, пока пусть учится, уму-разуму набирается. Время покажет! А с этими (указывает на туристов), погуляйте пока! (Качает головой.) Кто вас пропустил? Но раз пропустили… Накормим, как и полагается!
Сцена четвертая
В кафе готовятся накормить туристов, возвращаются Корреспондент, Башначальник, Прораб с Мамишей.
Прораб. Мамиша, кажется, Заур пожаловал! Вот так встреча!
Бокс подходит, вежливо здоровается со всеми, с дядей обнимается.
Мамиша (Башначальнику и Корреспонденту). Познакомтэсь, мой непутьёвий плэмьянник! Это журналыст из Лэнинграда (Представляя Зауру Корреспондента.) Заур, как раз в вашэм городье учился, в Акадэмии! Сказкы Пушкына изучал, и главное, хорошо усвоыл! «Пойдьет налэво – пэснь заводыт, а дома – сказки матэри говорит!»
Экскурсовод (смущенно). Да, поэтому сам я всегда и всем, - что «мой дядя самых честных правил»! С ним лучше не связываться, особенно в наше смутное время!
Мамиша: Когда жэнэшся, тогда и поговорим о мутном врэмэни! Фылософ! Знаетэ, как он мнэ растолковал философское изрэчэние. (Указывает на речку.) «Дважды нэ зайдешь в один и тотжэ рэка?» Это, - говорит, - дьядя, нэправильний пэпевод с латынского! Нэ в рэку, а в дэвствэнницу! Поэтому ви и смысл нэ понымали, дядя! Это и эсть основной смысл жызны! А в подарок, еще и дэти! Вот, что такоэ висшээ образованыэ! Акадэмия!
Появляется Исхак, радостно всех приветствует.
Мамиша (Исхаку). Слышал (указывает на корреспондентку), что твой сосэд, Арсэн тоже своэго сина в Лэнинград отправил поступать. (Корреспондентке.) Вот он (указывает на экскурсовода) рэзультат - на прэдьявитэльныцу, до вострэбованыя! (Корреспондентке.) У нас, у горцэв, обичай такой – гдэ прошел одын, там и всэ должны пройты! (Машет рукой, потом Исхаку.) А кдэ моя умныца и красавыца Зарэма?
Искак (вежливо). Ну, где же ей быть? Заходите, Мамиша дорогой, сами увидите! Можете поздравить с окончанием школы! Отличница! (Всех приглашает в кафе.)
Бокс делает знак прорабу остаться, тот задерживается, отходят в сторону, негромко разговаривают.
Экскурсовод. Что, так до сих пор и злится на англичанина?
Прораб. Тут чуть промашка похлещи не вышла! Я по твоей просьбе приостановил работы, перебросил всю технику на другой объект. Дядя до сих пор думает, что это был указ свыше. А начальник – ни слухом, ни духом! Но связываться с дядей не захотел… Кстати, мой тебе совет: если хочешь заполучить дядю в союзники, сменить, так сказать, гнев на милость, - сделай предложение Зареме! Какие у нее глаза… А какие ресницы!..
Экскурсовод (словно вспоминая). Это точно! Не ресницы, а ветки вавилонской ивы, сквозь которые она за мной наблюдает…(Замолкает, видит, что из кафе выходят туристы.)
Туристка (смотрин на ладонь, где мелочь, подсчитывает, подходит к Боксу, кокетливо). Чтобы вернуться, полагается бросить монетку в реку!
Экскурсовод (вежливо, с иронией в голосе). Не советую, мадам! Это же не море! Как говорил Гераклит: «Дважды в одну и туже реку войти невозможно!» А с точки зрения экологии… Я, конечно, не радужная форель, но думаю, дополнительная доза никеля ей ни к чему! Достаточно и свинца!
Туристка (делая вид, что расстроилась). А вы нам рассказывали, что раньше здесь было море!
Экскурсовод. Считайте, что именно поэтому оно и отступило… Шучу! Просто, море привыкло разрушать замки из песка! А я вам, что еще говорил? У нас скалы, и наши предки строили замки из самых прочных камней, на века! Что бы и внукам нашим… моим (Замолкает, думает, потом в сторону.) А может и правда пора сделать Зареме предложение? А то придется кое-что свое законсервировать, с целевым набором хромосом до лучших времен. (Видит, что подходит Актер.) Извините, мадам. (Идет навстречу.)
Актер (тихо). В огнетушителях денег не оказалось! Это вообще, не те огнетушители!
Бокс ( с волнением в голосе). Дела! А законсервировать-то нужно было раньше!..
Сцена пятая
Пять месяцев спустя. Тот же кабинет полковника, А к т е р, Бокс, Л и –
д и я П е т р о в н а. На стене карта ущелья, Эльбруса.
Полковник (словно продолжая разговор). Через Интерпол проследили всю цепочку. Яхта долго простояла в датском порту, но на связь никто не вышел. Решено было двигаться в порт приписки – в Испанию. Судя по всему, Слесарь что-то затевает против Ганночки. Возможно, вторая тетрадь находится у него. Или снова шантаж, или устранение владельца тетради с целью ее заполучить любыми средствами. Слесарь вылетает туда под видом туриста. Вы в Испанию полетите (указывает на Актера и Лидию Петровну), тоже под видом наших туристов на день раньше… Вместе с Банкиром. Генетические анализы испанских медиков совпадают с нашими. Это и правда родная дочь Леонида Аркадьевича. Он имеет на нее полные права… Поможете... Удачи. Свободны…
Бокс. А что со мной?
Полковник. Вы остаетесь, у вас другое задание…
А к т е р с К о р р е с п о н д е н т к о й уходят.
Бокс. Масюта?
Полковник. Об этом я и хотел поговорить. Все деньги он перевел на свой счет в Давосе. Наука работает… Их мы отследили. Но… Есть одно жирное «но»…Те же в кавычках, специалисты, что в Германии на конференции «Диалог со Вселенной», узнав, что начинаются работы в ущелье, пригласили Масюту выступит на конференции, только теперь она пройдет в Вене, в Австрии, на родине Гитлера. Опять детектор лжи, НЛО? Или их интересует что-то еще? Снова ритуальное копье? «Яйцеголовые»?.. Или?… (Подходит к карте ущелья.) Думайте… Пропустите через сердце, вы же местный!… Должны… Просто обязаны!..
Свет гаснет.
Сцена шестая
Ущелье. Ранее утро, пасмурно. И с х а к ловит форель, в шапочке-«сванке», с удочкой. Вдали водопады.
Исхак (вываживает, леса натянута, удилище изогнуто вопросительным знаком). Не нужно, не балуйся так… Иди к папочке, ну иди же… (Леса обрывается, удилище выпрямляется, смотрит на кончик, проверяет оборванную лесу, подходит ближе к краю обрыва, вглядывается в речку, разочаровано, поднимая голову и глядя в небеса.) Э-э –э… Душа покинула тело, теперь догадайся, через какое место! (Словно обращаясь к Аллаху, хватаясь за кончик оборванной лесы.) Неужели же это так трудно было распорядиться, по-человечески? (Лезет в карман «ветровки», достает коробку со снастями, открывает.) Посмотри. (Показывает кусочек свинца.) Последний остался! И вообще, ты на что, собственно говоря, намекаешь?…
Сзади тихо подходит Б о к с.
Бокс (покашливая в кулак, негромко). К-хе, к-хе…Извини, отец дорогой, что помешал тебе с Богом разговаривать…
Исхак (обрадовавшись). А мой родной! Как я рад… Видел? Будешь свидетелем!
Бокс (обнимает, улыбается, успокаивает). Только слышал!
Исхак (возбуждаясь). Ты еще не все слышал!… У нее были вот такие (показывает) голубые глаза! (Разводит руки, как все рыбаки.)
Бокс (улыбаясь). А уши…
Исхак (разочарованно, видя, что подходит Зарема, беременная). Э-э… А еще зять, называешься!… (Обнимает, нежно целует дочь, поглаживая слегка живот.) Нет, чтобы внукам потом про деда приврать как следует… Э-э-х э-х –эх (Качает головой.)
Зарема (улыбаясь). Нет, чтоб порадоваться! А вдруг она с икрой?
Слышно, как издалека радостно ревёт осел: И-а, И-а!…
Исхак (чешет в затылке, вздыхает). А где Зухра?
Зарема (весело, улыбаясь). Ну где ж ей быть? Сегодня Залим приезжает. Нужно же помочь будущей свекрови и дяде Арсену по хозяйству?.. Только не делай вид, что слышишь об этом впервые.
Исхак (слегка прищурясь, глядя то на Зарему, то на Бокса). Кстати, раз пришли. ( К Боксу, отдает грузило) На, сооруди! Темно, плохо видеть стал. (Видит, что Бокс лукаво улыбается, хочет прокомментировать, грозит пальцем.) Вот это не надо, не надо… Только на близком расстоянии. (Пока Бокс пытается прикрепить грузило, вздыхает.) Вот так и дети незаметно вырастают. Ничего, в старости есть и свои маленькие радости!..
Бокс (крепит грузило, откусывая лесу). Ну, например? (Разглядывает грузило, передает вместе с лесой Исхаку.)
Исхак (рассматривая, как все выполнено). За столом можешь пожаловаться, что стал плохо видеть: не разглядишь рюмки. И тогда тебе начинают наливать уже в стакан! (Проверяя, как будет идти заброс, раскачивает снасть, потом снова к небесам.) Не шути так больше, последнее!
Б о к с, наблюдает, замечая странное грузило.
Бокс (перехватывает лесу). Что это такое? Пломба?
Исхак (весело). А-га! Раньше нам такими зубы пломбировали!
Бокс (озадачено). Да, точно, пломба, со странным рисунком. Мелким, правда…
Исхак. Это с огнетушителей, что тогда привезли, вскрыли и бросили под навес, рядом со стойлом соседского осла. Потом про них и вовсе забыли… Помнишь? (Собирается идти дальше ловить
рыбу.)
Снова раздается радостный рёв осла, очень похож на: «А-га, а-га!..»
Бокс (не выпуская). Подожди… (Достает из кармана маленькую портативную лупу, смотрит, потом перекусывает лесу.)
Исхак (озадаченно смотрит на болтающийся пустой кусок лесы, потом на Зарему). Доченька моя… Ты всегда была у меня любимой доченькой… (Переводит взгляд на Бокса, лукаво, жалобным голосом.) Дя-дя, дя-дя… Мами-ша… Ты меня слышишь? Это я твой друг Исхак…
Бокс (озадачено). Тихо, отец, ти-хо… (Потом переводит взгляд на живот Заремы) Карта, что ли?.. Я понял! Я, кажется, все понял!.. Масюта летал в Вену за тем, чтобы увидеть выставленную в музее колыбель Наполеона.. Ее там каждый примеряет на своих деток, как башмачок Золушки… Даже Гитлер, если верить легенде… (Бьет себя ладонью по лбу, потом начинает смотреть в сторону водопада, в это время начинает проступать первые солнечные лучи.) Они искали колыбель Тамерлана! Он же всегда, во все походы брал ее с собой. (Показывает на грузило, поднося лупу, Исхак нагибается, чтобы получше рассмотреть вместе с ним.) По предположению историков - шестнадцать кг чистого золота… (Снова озадачено смотрит на живот Заремы, потирает руки, оглядывает внимательно скалы.) Но это, так сказать, совсем уже другая история!
Мимо проходят двое: мужчина и женщина с рюкзаками. Женщина – Т у р -и с т к а, интересующаяся НЛО, мужчина С л е с а р ь, хотя лицо прикрыто шляпой, но узнаваем. Б о к с провожает их взглядом.
Бокс. Хотя… Может и другая, да не совсем!..
конец
Октябрь - 2007г.
Нальчик.
СОДЕРЖАНИЕ
РОЗОВОЕ ШОССЕ 4
Эрик – сын Веры Масхудовны, он же инструктор по вождению, 24–25 лет. 5
Действие первое 6
Сцена первая 6
Сцена вторая 7
Сцена третья 9
Эрик. Это как, поделись! Я не самое слабое звено… 12
Сцена четвертая 13
Сцена пятая 17
Марьяна (воодушевлено). Во! Точно! Что б всех аж… 19
Сцена шестая 20
Арина. Обещаю, исправлюсь… 21
22
Действие второе 23
Сцена первая 23
Сцена вторая 27
Сцена третья 29
Сцена четвертая 31
Эрик. Не в этом дело… Она оказалась… 32
Эрик (обнимает, целует в щечку). Все, забудь, расслабься… 32
Фатима (трогает рукой скамейку). Кажется, нагрелась. Давайте сядем… 34
Сцена пятая 36
Мирэм (сквозь смех). И точно, «позднее зажигание»… 37
Мирэм (с ухмылкой). Да, им сейчас только позавидовать можно… 38
Сцена шестая 38
Сцена седьмая 40
C A N Y O N 44
или 44
Успех сочувствующих 44
Действие первое 46
Сцена первая 46
Сцена вторая 49
Сцена третья 50
Сцена четвертая 54
Действие второе 60
Сцена первая 60
Сцена вторая 63
Сцена третья 65
Сцена четвертая 67
Сцена пятая 69
Сцена шестая 70
СОДЕРЖАНИЕ 73
*К. Кулиев 74
75
75
*К. Кулиев
e-mail: dvurik@yandex.ru г. Нальчик www.Leg-artis.narod.ru
Tel. 89286922039
(88662) 42-03-53
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/