Начинающий журналист Зохна Ковальчик, весело мурлыча модный хит, направлялась к киоску со свежей прессой. Ей не терпелось увидеть на развороте популярного издания свое интервью с Лукасом Кофманом - стилистом из Германии.

Зохна совсем недавно устроилась в одну из престижных центральных газет Кракова, в отдел новостей, и делала первые шаги в профессии, но, как говорил помощник редактора:

- Пани Зохна, у вас большое будущее!

Бегло пробежав глазами по страницам номера, задержала взгляд там, где красовался яркий снимок: она и господин Кофман в непринужденной беседе, и осталась довольна увиденным.

К слову сказать, пани Ковальчик по природе своей была охотница.

В детстве она ловила редких птиц и бабочек на ферме своего отца, волостного депутата. Закончив филологический факультет престижного Ягеллонского университета, сначала на радио, а потом в

газете, стала охотиться за знаменитостями, сенсациями, просто интересными людьми и фактами их биографий. Обыденность жизни ее интересовала мало, темпераменту девушки претили проблемы домохозяек, подавай ей героев в рыцарских доспехах!

- Пани забыла сдачу,- вежливо высунулся из киоска продавец.

Он протянул ей кучку злотых, осторожно разглядывая, как в ответ, небрежно махнув рукой, она аккуратно уложила газету в большую мешковатую сумку, висевшую на плече. Удивился, когда девушка зачем-то подскочила на месте и ее белая юбка порхнула бабочкой, а загорелые ноги блеснули гладкой кожей на солнце.

Наконец, эта странная пани забыла взять сдачу! Развернулась на сто восемьдесят градусов на высоченных каблуках изящных туфель, ее длинные и гладкие волосы бургундского оттенка щекотно скользнули по щеке слишком высунувшегося из своего киоска продавца….

Стремительно шагая, девушка скрылась за поворотом.

«Откуда берутся такие красавицы»,- печально думал продавец, обмахиваясь попавшейся под руку открыткой. «И куда они все время торопятся?»,- добавил он, сложив оставленную девушкой сдачу в ящичек для забытых вещей.

А Зохна тем временем спешила навстречу своей удаче! У нее не только получилось интервью со стилистом, изрядно избалованным вниманием прессы, Кофманом, но и посчастливилось получить от него приглашение на вечеринку, посвященную бракосочетанию известного в богемной среде визажиста.

Интрига была в том, что невеста до сих пор оставалась особой инкогнито. К свадебному венцу ее должны доставить прямо из Пансиона велико-вельможных пани. Репортер Зохна чувствовала какую-то скрытую загадку в приближающемся событии, хотела, пользуясь свадебной суматохой, подобраться поближе к счастливице и разговорить ее. Да и Пансион, расположенный в старинном замке, тоже был заманчивым объектом для любого журналиста Кракова, тем более, начинающего.

Пани Ковальчик села в старенькую «Симку» ядовито-зеленого цвета, мечтая о том, какую славу и деньги она завоюет на страницах газет. Сверилась с картой, дорога предстояла незнакомая: замок, в котором должна была проходить свадебная вечеринка, отреставрировали совсем недавно, восстановили буквально из руин. И он сразу стал частным владением, недосягаемым для журналистов и туристов. Ковальчик выяснила нужный маршрут, посмотрела в зеркало

заднего вида, подмигнув себе – такой симпатичной, вырулила машину на главную магистраль и покатила на обещанную встречу….

Замок действительно представлял собой величественное зрелище. Расположен он был на высоком холме в окружении защитных рвов и каких-то, неведомых Зохне сооружений.

Огромный комплекс, отстроенный в стиле новой готики, украшенный массивными

башнями и стрельчатыми окнами, казалось, переносил в далекое и героическое прошлое. Только вот вместо знакомства с рыцарями, иное колдовство приключилось – никак пани Зохна не могла подобраться к замку, как ни торопилась: чем ближе подходила, тем выше и значительней он казался и не приближался ни на метр.

- Черт бы побрал этого Кофмана и все частные владения мира! Пся крев! - ругалась девушка, стряхивая очередного паучка с руки и машинально топая по узкой, но утрамбованной тропинке. С трудом пробиралась сквозь нависшие ветви деревьев старинного парка, давно превратившегося в лес, окружающий окрестности замка.

Машину ей пришлось оставить на подъезде к холму, неподалеку от охраняемых ворот.

-У Вас серебряный вензель на приглашении,- объяснил вежливо внушительный охранник. – А ближе к гостевой аллее велено пропускать те машины, владельцы которых имеют на пригласительном билете золотой знак.

Увидев, как вертолет приближается к замку и опускается на специальную площадку вблизи него, пани Зохна хотела спросить секьюрити о том, какие же вензеля у тех, кто может подлететь к

архитектурному сооружению так близко, но не успела.

- А это прибыли гости по личному приглашению хозяйки пансиона,- опередил вопрос девушки охранник и попросил ее, если пани все еще желает успеть на праздник, пройти через оснащенный металлоискателями вход.

Пани желала и прошла, попутно показав все содержимое сумочки дежурному парню. Тот внимательно рассмотрел ее вещи, мельком пробежал по открытому газетному интервью,

многозначительно ухмыльнулся, вернул все на место, и разрешил, наконец, пройти по дороге, ведущей к замку.

Зохна и пошла.

- И шла бы себе, и шла,- корила она себя сейчас, но, пройдя метров двести, увидела узкую тропинку, ведущую чуть влево от основной дороги. В надежде на прохладу, пение птиц и небольшую разницу в длине дорог, девушка свернула и попала постепенно туда, откуда уже не чаяла выбраться.

Дорожка петляла и петляла вдоль густого леса. Деревья полностью закрыли от Зохны замок. Иногда она останавливалась в растерянности, чтобы прислушаться. Где-то, казалось, совсем рядом, звучала веселая музыка, раздавались возгласы и свадебные запевки, ей хотелось крикнуть: «Ау, помогите, я заблудилась!» Но пани Ковальчик не привыкла звать на помощь, она

упрямо и молча шла дальше.

Вдруг маленькая серая змейка выскользнула у неё из-под ног. Девушка от неожиданности вскрикнула и отпрыгнула в сторону от тропинки. Острый каблук провалился в мягкую лесную землю. Зохна подождала чуть, разглядывая, не возвращается ли змейка обратно, как бы не раздавить случайно. Наконец, решила идти дальше, и осторожно вытянула из земли каблук.

Тут-то она и увидела его: кусок черного кружева, зацепившегося за туфлю. Это было дорогое, тонкой работы плетение. Зохна замерла, как гончая, почуявшая добычу.

«Трагедия черного лотоса!» - пронесся в голове заголовок будущей статьи. Край ткани был неровным и вытянутым.

- Да никакой трагедии нет, и не может быть, - громко вслух сказала Зохна и выбросила кружево. Подумала: «Гостья потеряла, прорываясь сквозь кусты, как и я». Постояв в нерешительности на

тропинке, непоследовательная девушка, вместо того, чтобы идти дальше, сняла туфли, и вошла в лес, стараясь ступать босыми ножками ровно и легко по игольчатой сухой земле. Уворачиваясь от веток шиповника, зацепилась все-таки за колючий куст. Началась нешуточная борьба с дикой розой за право обладания сумкой, в результате которой победила роза: туфли выскользнули из рук, сумка повисла на толстой, крючковатой ветке. Поднимая туфельку, пани Зохна, увидела то, что интуитивно искала. Угол школьной тетрадки торчал из травы….

Девушка, стряхнув с нее мошек, принялась листать чей-то дневник (конечно, только чтобы знать, кому она принадлежит, и вернуть владельцу), затем, забыв о своем хорошем воспитании, уселась удобней, на безопасном расстоянии от воинственного шиповника, и углубилась в чтение.

«Пишу без надежды, что кто-нибудь прочтет эти строки, но все же, не могу больше таиться, иначе сойду с ума. Итак, сегодня…..(число)…я начинаю вести дневник, чтобы вспомнить все, что с нами случилось. Нас было трое: я – русская Наташа, Миранда – румынка, София – болгарка.

Мы встретились на средиземноморском побережье, быстро подружились и обнаружили, что у нас много общего: все трое будущие переводчицы, все красавицы, и каждая из нас претендовала на звание амазонки. Наши соревнования в серфинге ни к чему не привели, мы были равными, и нам не хватало настоящей победы!

Как мы были счастливы и наивны тогда…. И вот - последний вечер на острове! Сидя в кафе

и расправляясь с мороженым, мы болтали без умолку, сокрушаясь, лишь о том, что соревнования на лучшую амазонку придется отложить до следующего лета. И тут к нам подошел красивый парень. Он был остроумен и ненавязчив, хорошо изъяснялся на английском , хоть и с небольшим итальянским акцентом. Потом предложил всем выпить по бокалу шампанского и продолжить веселый вечер в другом баре. Дальше… провал в памяти, не знаю, как мы оказались здесь. Многого я не могу вспомнить. Нас постоянно пичкают таблетками. Как объясняет здешняя медсестра - для улучшения цвета лица, но это омоложение стирает воспоминания…»

Сидя на траве, Зохна не замечала сырости и шорохов леса, она продолжала читать. Временами судорожно вздыхала и будто бы всхлипывала, пока не дочитала всю тонкую тетрадь до конца. Смахнув непрошеные слезы, будущая звезда журналистики встала с земли, решительно оторвала сумку от розы вместе с шипами, поранив руку и обломив себе ноготь. Убрала поглубже в свою сумку дневник, отряхнулась, поправила волосы и, быстро выбравшись на дорожку, обулась и решительным шагом направилась обратно, к выходу из частных владений.

У ворот скучал уже другой охранник. Равнодушно попросил сдать пригласительный билет и поинтересовался:

- Почему пани так рано уходит? Свадьба в самом разгаре,

ожидается очень красивое венчание в местной часовне. На вечеринке одни знаменитости.

- С другом поссорилась, вот и ухожу,- поводя капризно плечиком, сказала Зохна и протянула охраннику приглашение.

- А ноготь пани обломила, когда за ухо своего друга трепала?- хохотнул парень и протянул ей ключи от автомобиля. Затем шутливо козырнул отбывающей гостье и распахнул ворота.

– Осторожней на дороге, - сказал вслед. И тихо добавил: «Недавно прошел небольшой дождь….»

Садясь в свою такую родную машину, Зохна подумала, что парень не так прост, как кажется, поспешно вырулила на дорогу и со всех лошадиных сил помчалась обратно в Краков.

- Ах, какой это будет репортаж! Конечно, пан редактор схватится за голову, когда прочитает весь материал.

Мысли неудержимо бились в голове Зохны в такт бесперебойно работающему двигателю. Она пыталась сосредоточиться.

-Вот, значит, какой пансион благородных девиц, которым добрая хозяйка устраивает судьбу. Да ведь все официально и с размахом, на глазах у тысяч людей, трудно будет с добычей доказательств.

Но Зохна была уверена, что справится, только бы успеть спасти Наташу.

«И золотые женихи, как на подбор… прикрыты очаровательным имиджем и толстыми кошельками. Обращусь в органы по защите женщин,- думала Зохна. - А вот еще что интересно, ведь священник венчает парочки по-настоящему, грехи отпускает... По-настоящему ли?

Срочно направлю запрос о разрешительных бумагах по этому пансиону.

Зохна, увлекшись своими мыслями, припарковала машину напротив киоска, где утром покупала газету.

«Надо скупить все, что есть в продаже из женских журналов»,- подумала она. Вот и пан

продавец приветливо помахал ей из окошка, приглашая подойти.

- Пани Ковальчик! Пани Ковальчик, подождите, я вам должен кое-что вернуть!

Девушка оглянулась. Это ее окликнул охранник, который впускал на территорию замка. У него в руках был небольшой букет белых цветов, какие обычно бросают невесты по окончании церемонии. Улыбаясь и, продолжая что-то говорить, не спеша приблизился.

- Как вы меня нашли и почему без формы? – спросила Зохна у близко подошедшего к ней мужчины.

- Вы тоже были без формы, когда шпионили в лесу,- негромко ответил тот и с размаху ударил Зохну чем-то тяжелым в висок. Затем наклонился, быстро обыскал распростертое тело, сдернул сумку с безвольного плеча, бросил букет цветов рядом с Зохной, спокойно сел в подъехавший к нему мотоцикл и уехал.

В этот час, в 16: 00 пополудни, улица была совершенно пустынна.

Продавец все видел, он позвонил в полицию. Вызвав еще и скорую помощь, выбежал к девушке, сжимая машинально в руке забытую ею сдачу. Беспомощно бегал вокруг, размахивал руками, хлопал себя по бокам. Потом спохватился, одернул задравшуюся юбку молодой пани,

зачем-то положил в приоткрытую руку горстку монет, забытую утром. И все бормотал:

- Вы забыли вашу сдачу…. Ах, какая красавица, ох, шпана не дает спокойно жить. Эти озверевшие воры, ну взяли бы сумочку и все, зачем же девушку губить?

К своему глубочайшему сожалению, пан продавец понял, что не видел номера мотоцикла преступников. И самого преступника не запомнил, потому что все внимание старика было приковано к девушке: ее стройным ногам, короткой порхающей юбке и летящим, цвета бургундского вина волосам, по которым сейчас струилась такого же темного оттенка кровь….

И от этого казалось, что волосы Зохны шевелятся, растут, живут своей жизнью, устремляясь вдаль, подальше от пагубного места…