Мы обречены
мы простились с собственными душами.
теперь мы растираем на кончиках пальцев собственные жизни, уничтожая свои отпечатки и ссыпая на ковер пепел.
наверное, мы что-то сделали не так, раз уж нас наказали.
а ад существует. и мы хотим туда. потому что в нашем убежище нет ничего, даже страданий. мы стираем самих себя, удаляем записи о наших прогулках, снах, о нашей любви и ярости, о наших детях и внуках.
мы вынуждены стать судьями. слишком уж много грешилось нам... и теперь мы будем должны охранять порядок в выбранном кем-то свыше человеке. давать советы. помогать. хвалить. наказывать.
почему-то при жизни никто не думал о том, что люди почти без совести – самые ужасные люди - сами обязаны стать совестью в наказание за свои деяния. никто не говорил. никто не предполагал. никто даже не начинал думать на эту тему.
а теперь мы рождаемся заново. мы еще помним, что мы были убийцами, насильниками, садистами... и что нам уготована участь получить в подарочной упаковке патологическую честность и назойливость - а вместе с ними - полнейшую невозможность навредить. только советовать. правильно советовать. журить, когда нужно, и поощрять, как собачку, за хороший поступок.
никто даже и не думал, что совесть сильнее голоса чувств или холодного расчета. хотя - смотря какая совесть...
я уже не помню, что я забыл…
* * *
спустя несколько недель
Опьянение
сегодня нас учат не пьянеть.
иногда у меня и у братьев по уровню возникает ощущение, что мы это уже когда-то испытывали...
хотя что может испытывать совесть?
некоторые говорят, что в прошлом мы были людьми, но я в это не верю. мы выучили и знаем огромное количество решений, советов, ошибок и правильных мыслей. мы не могли быть людьми. если бы мы ими были, то не приняли бы сейчас эту правильность.
говорят, что у человека только одна совесть. я не знаю, так ли это на самом деле, потому что на практику работы совести нас заселяли в маленьких детей - по несколько. и ребенок часто решал одно, делал другое, думал третье, но все это было - правильно. потому что мы - совести - говорили ему это.
учителя говорят, что это всё было - для родителей. что они должны тоже научиться понимать, что есть несколько правильных путей... или даже если он один, все равно придется чем-то пожертвовать и муки совести нужно научиться терпеть.
правда, мы не очень поняли, почему это связано с их детьми... наверное, потому, что с годами люди учатся заглушать совесть, не слушать ее, или придумывать оправдание своим поступкам. и пока мы обдумаем правильность шага и возможные угрозы, человек всё сделает сам. и вряд ли правильно.
люди вообще умеют делать все быстро. они проживают свою жизнь.. даже прожигают ее, успевая наделать ворох ошибок, принять сотни решений, тысячи раз помочь... воспитать детей, сделать что-то для себя, реализоваться. успевают предать, забыть и солгать.
но мы рождены чтобы делать их Людьми.
и так и будет.
* * *
через несколько месяцев
Невозможность
сегодня нашему уровню пришли письма.
после второй вечности обучения совестей нас отправляли на практику в стариков. с ними как-то легче... они думают совсем по-другому и им совершенно необязательно быть эгоистами, как большинству молодых людей.
некоторые их них так сильно думали о своём внутреннем голосе - о нас - о совестях, что их слова Свыше-вцы решили передать нам, ведь мы почти скучаем. мы ушли от этих стариков, оставив внутри старых-добрых ветеранов совести, которые обычно просто спят либо просто наблюдают - старые люди почти все очень мудры. и им почти не нужны подсказки.
а мы давали им новые мысли и советы. мы. наш уровень.
все учителя постоянно говорят нам, что мы какие-то неправильные. у совести не должно быть чувств. эмоции - да, иногда, рассуждения, понимание... но мы не должны чувствовать как люди. мы должны лишь помочь им чувствовать правильно... и нести ответственность за это - и не только за это.
но наш уровень - все, как один, умились пришедшим на желтоватых листах бумаги простым словам, пусть даже написаны они были не руками самих этих старых людей, а их мыслями.
учителя сказали, что это невозможно. что наше умиление невозможно.
и, наверное, они рады за нас.
кстати, мы всё же были людьми в прошлом. нам сказали, что последним экзаменом после последней седьмой вечности будет осознание своих собственных ошибок и ответ за них.
надеюсь, наш уровень справится.
если мы сейчас другие, значит, и людьми мы были отличными от остальных.
"невозможно" - говорят учителя.
я слышал, что мы были плохими людьми.
значит, тем лучше нужно работать - чтобы все больше простых, живущих сейчас людей не стали такими как мы.
мне неинтересно, что я сделал. и весь наш уровень согласен со мной.
и это тоже называют "невозможностью". но мы хотим доказать, что можно изменить все.
даже нас самих.
* * *
спустя полгода
Страх
закончилась третья и четвёртая вечность обучения. после третьей мы отдыхали... нам говорили, это потому, что практика после четвёртой почти сводит с ума и нужно набираться сил.
и всё, что говорили - правда.
нас пускали в людей, у которых не всё в порядке с психикой. каждый день, находясь в них, мы чувствовали не только их внутренний... сумбур, но и видели их глазами белые стены вокруг них, равнодушных санитаров и врачей, не желающих их понимать.
хотя мы тоже не вполне их понимаем.
сумасшедших почти невозможно понять...
мы варились несколько недель в их разуме... просто-напросто варились... мы работали за ум, здравый смысл, понимание... чтобы смочь работать, что называется, по нашей специализации: "совесть и всё к ней прилагающееся".
и почти ни в одном случае не смогли.
некоторым очень сентиментальным (странно для совести, да?) удалось пробудить с помощью некоторых воспоминаний разум в этих людях. учителя говорят, в прошлой жизни такие совести были женщинами. и они способны дольше ждать, дольше терпеть и идти к цели сквозь всё. мы так, наверное, тоже можем - мы, бывшие мужчины. но нам почему-то далеко не всегда хочется искать новые пути. хотя и весь наш уровень чрезвычайно "креативен", как выразился один из наших учителей, всё равно мы стараемся не превышать пределы выходящих за рамок методов и способов борьбы с чем бы то ни было. ведь предел есть даже и у "зарамочных" способов и правил.
а наши "девочки" уже просят отдать им этих людей. потом, когда они будут работать - уже после выпуска. они-то на каникулах и отдыхали всего по несколько дней, постоянно возвращаясь к своим подопечным. но девочек у нас очень мало. всего лишь трое, как выяснилось. но они, наверное, сильнее нас. или просто сильнее умеют любить.
но теперь мы большей частью уровня боимся.
боимся, что после этой практики у сумасшедших мы не сможем принимать нормальные решения.
правда, совести со старших уровней и Свыше-вцы говорят, что - наоборот. сможем, и еще как сможем. но еще мы сможем понимать то, что раньше никогда бы не смогли даже принять.
вообще-то это главная наша цель - научиться принимать всё. все поступки. и знать, что за каждый должно быть суровое наказание, и не бояться этого наказания.
а уже после этой цели идёт всё остальное.
* * *
через год
Экзамены и выбор
удивительно...
мы стали взрослыми. дотошными. доставучими. омерзительно честными... и... и разными.
казалось, мы должны были стать все на одно лицо... но... на нас слишком повлияли бесконечные уроки, практики, люди, в которых мы были... да и все мы брали сверх занятий курсы. так что мы совести мы только по основному курсу. учителя только руками разводят... они говорят, им будет жаль, если наш уровень сохранится не полностью.
не знаю, что мы натворили, когда были людьми - говорят, мы были худшими... предыдущий уровень в прошлом году вышел из Дома Покаяния ополовиненным. рядом с ними невозможно было находиться, так от них разило раскаянием, болью и даже отвращением к себе.
что случилось с остальными, нам не сказали, но за всё то время, пока мы еще были в школе, их не видел ни один из нас.
нам пора идти...
я продолжу...
* * *
...я не знаю, почему я еще жив.
я чудовище. мне показали не только мою жизнь, но и мои мысли, мои мотивы и мою бедную совесть... и не одну... они все не выдерживали меня и уходили, сменяясь одна за другой.
я сделал множество ужасных вещей.
и я раскаялся... я чуть было не убил себя за то, что сотворил.
теперь мы все знаем, что случалось с теми, кто никогда не выходил из дверей Дома Покаяния.
а еще я узнал, что время здесь течет совсем по-другому, не так, как в основном мире. прошло около двух лет.
женщина, которую я когда-то изнасиловал, сохранила моего ребёнка. злая судьба... она долго никак не могла забеременеть и тут - я...
поэтому она решила сохранить ребенка во что бы то ни стало - и от кого бы он не был.
в ту же ночь меня убили где-то в подворотне. и я попал в Училище. многие наши шутят, что это само Чистилище... но я не знаю... там, наверное, проще. потому что люди сознают свои поступки сразу - а мы видели много всего, мы поняли слишком многое... и сейчас нам больнее.
я ходил ко всем учителям, к Свыше-вцам, пробивался везде, где только можно - чтобы быть совестью своего ребёнка. мне сначала даже не поверили. родители таких детей, ставшие совестями, обычно стараются держаться от них подальше. потому что мы сами себе совести и нам больно - мы гложем сами себя за то, что сделали.
но я хочу быть совестью в моей дочери. чтобы не допустить всплеска моих же генов. чтобы сделать её самым светлым в мире человеком.
и чтобы просто быть с ней рядом.
и сейчас я жду решения Совета.
я надеюсь…
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com