Громадный, похожий более всего на бесформленную груду металлолома (и таковой, по сути, и являвшийся), межзвездный линкор средней дальности "Грендель" дрейфовал в космическом пространстве близ Тристании, даже не удосуживаясь включить двигатели малой тяги для коррекции курса. Развалившись в кресле пилота в совершенно немыслимой позе, в холодное и ставшее неприветливым небо смотрел Дэниел Хоскинс, бывший капитан Карательных войск и наверняка уже бывший командир "Черного Патруля", некогда славного подразделения, уничтоженного одним гребаным проектом этих сучьих инферналов. "Комьюнити", чтоб его. Сначала пропал Майк Гомез, самый старший во всех смыслах член подразделения. Этому среднего роста русоволосому фаталисту с проявившимся от фастфуда брюшком было о чем рассказать за рюмкой чая. Начать можно было с того, что вопреки досье, лет ему было не тридцать, а почти полторы тысячи. Ну скинул, кокетка... или кокет, как правильнее? С тринадцатого века этот товарищ нагонял шороху в рядах демонов и прочей инфернальной мрази, сначала в одиночку, потом как агент "Порядка", в прямом смысле Небесной Канцелярии. "Порядок" являл собой подобие белых фигур на шахматной доске, а за черных играл "Хаос". Бесы, упыри, адвокаты... Суть борьбы была в грамотном планировании, после чего следовал удачный (или не очень) ход одной из сторон, в течение которого противник мог принимать меры. Потом ход заканчивался, течение истории человечества изменялось в угоду тем или другим, после чего следовал Хрономинимум, утвержденный руководствами обеих контор промежуток времени между ходами, и понеслось по новой. Люди при этом то совершали удивительные открытия, то погибали тысячами от стихийных бедствий, и естественно ничего не знали о том, что их жизнями весело играют. За века службы в "Порядке" Майк успел обрасти коростой бесчеловечности и вполне мог вырезать живому сердце даже не поморщившись. Это была одна из главных причин, по которой он заинтересовал Хоскинса. Добро должно быть не только с кулаками, но и с холодной головой, чтобы не было ситуаций а-ля "типичный голливудский боевик", когда злодеи прикрываются тремя калеками и стирают с лица Земли города. Нет, "Черный Патруль" всегда взвешивал жизни, прежде чем принять решение, и никогда не колебался, если нужно было стрелять в заложников. Многие решат, что члены подразделения - последние сволочи, и в какой-то степени это так. Но на таких сволочах и держится мировое равновесие.
Майк проявил инициативу и полетел брать Генри Пайка, как он надеялся, "серого кардинала" инферналов в сенате. Хотя к тому моменту уже было ясно, что Пайк не заразился демонической кровью, Гомез был уверен в том, что сенатору есть, что сказать. Собственно, больше Хоскинс Майка не видел. Корабль, на котором летела группа захвата во главе с этим перцем, был сбит, и среди обломков на момент прибытия Хоскинса и остальных бойцов "Патруля", тел совсем не осталось - такое бывает, когда взрывается фотонный нагнетатель. Органика просто испаряется, да и металл корежит не по-детски.
Вот мы плавно подошли к остальным членам подразделения. Начать бы стоило с самого, если так можно выразиться, нормального - с Тони Рэнделла. Кибертехник, могущий без мыла в регистры памяти залезть. В какой-то степени он был привлекательным для особ женского пола, но шансов эти особы не имели никаких - ведь в них не был встроен сетевой адаптер на 1 Тбит. Конечно, вы скажете, что таких нынче как грязи, и таки да, если бы не одно "но". Рэнделл успел поработать с Гомезом в "Порядке" задолго до "Патруля". Они дружно проср....провалили операцию "Помпеи в огне", позволив инферналам разрушить Единую Христианскую Империю, за что Рэнделла послали в будущее, стерев память. Гомез тоже отгреб, но не так весело.
Второй по рейтингу нормальности боец - Тремор. Не спрашивайте, имя это или фамилия. Ни то, ни другое. Сей индивид уходил в такие глубокие запои, что наверняка забыл, как его назвали мама с папой. А Тремор - это скорее прозвище, поскольку никто из ныне живущих не видел его руки не трясущимися. Да, кстати - или нет - помимо прочего, он еще и вампир. Вот такой поворот. Правда, в последнее время Тремор все больше походил на человека, поскольку подсел на гуманотропин - препарат, излечивающий вампиризм, правда временно.
Ну и, пожалуй, самый ненормальный из всех "патрульных" - Джокер. Опять же, это не имя и не фамилия. Это кличка, потому что Джокер, как бы это сказать, был в некотором роде домашним питомцем, хоть и мутировавшим в двухметровое усато-хвостатое нечто. Понятно, что породить такое могла только самая укуренная фантазия, поэтому комментарии излишни. Стоит лишь добавить, что этого котейку в свое время пришлось освободить из рабства, а до этого он мордовал противников в подпольных боях. И волею судеб оказался в "Черном Патруле".
Ну вот, со всеми вроде познакомились, теперь можно и о судьбе их рассказать. Итак, троица храбрецов и Хоскинс прибыли на место крушения корабля Майка, и не смогли установить, жив ли наш курилка или нет, о чем уже говорилось ранее. Едва отряд решил вернуться в штаб, Джокер учуял Гомеза, и, благодаря своим кошачьим "примочкам", обнаружил потайной ход в Логово Зла. Да, именно с таким пафосом. Хоскинс отдал всем троим разобраться с ситуацией и направился с рапортом к Высшему Командованию. Рэнделл, Тремор и Джокер успешно проникли на территорию противника и не менее успешно попали в плен. Как выяснилось, под корой планеты, на которой наши герои высадились, инферналы отстроили гигантский лабораторный комплекс, в котором хранили грязное бельишко проекта "Комьюнити". Не будем вдаваться в подробности тех событий, рапорт о них давно уже гуляет по Федеральной Сети. Суть в том, что Тремора разделили на ноль инферналы, а Рэнделла и Джокера отправил к праотцам сам Гомез, после чего взорвал комплекс вместе с собой. Хоскинс невольно стал этому свидетелем - гипердвигатель "Гренделя" забарахлил очень вовремя. О судьбе отряда капитан еще ничего не знал, и поэтому решил ухватиться за тонкую соломинку надежды и, раскочегарив таки гиперпрыгуна, направился к Тристании, где находился полевой штаб "Патруля". По Уставу подразделения здесь должны были собраться выжившие его члены, если все пошло наперекосяк. И если в течение трех дней никто не нарисуется, лицензию на отстрел инферналов в этом квартале можно уже не продлять. Хоскинс ждал уже два дня. Ни один корабль так и появился рядом с Тристанией, и капитан начал отчаиваться...
- Входящее сообщение! - прогнусавил женский голос компьютера - и не надо спрашивать, почему всем так упали именно женские варианты голосового модуля, этот феномен науке не раскрыть. Конечно, выбирай я говорилку для своей шайтан-коробки, я бы тоже предпочел "девочку". Подсознательно.
- На экран, - скомандовал Хоскинс. Матовый дисплей со светившейся на нем диагностической картой "Гренделя" на секунду погас, после чего явил взору капитана как всегда невозмутимое лицо Пророка, руководителя среднего звена, как сейчас модно говорить, из "Порядка". Собственно, по его инициативе был создан "Черный Патруль".
- Привет, малыш Дэнни, - произнес собеседник. - Похоже, плохи твои дела.
- Ты позлорадствовать решил? - огрызнулся Хоскинс. Он не очень любил Пророка несмотря на то, что тот сделал для капитана. Фактически, Пророк просунул свою ладонь между стволом наградного пистолета и виском Хоскинса, перед тем как прозвучал выстрел. И все равно капитан испытывал какую-то внутреннюю, не поддающуюся анализу неприязнь к представителю "того света".
- Ладно, капитан, я не настроен на долгую теплую беседу, поэтому сразу перейду к главному: Гомез и его ребята мертвы, так что о "Патруле" можешь забыть, если не согласишься выполнить одну работенку для нашей организации.
- К...какую работенку? - Хоскинса буквально ошпарило кипятком лившейся на него информации.
- Есть в секторе Камрадас планета, называемая Геенна. Не ад конечно, но местечко еще то. Вся атмосфера планеты состоит из горючего газа, который моментально вспыхивает с первыми лучами солнца и жжет пока оно не зайдет. Можешь себе представить, как там весело. Температура на поверхности достигает четырех тысяч градусов при длинном дне и двух при коротком. Предвидя твой вопрос - газ не иссякает, он в огромных количествах выделяется через поры в планетарной коре, а образуется, судя по всему, в ядре в ходе каких-то диких реакций.
- И что, я должен провести там оставшиеся годы жизни? - капитан начал покрываться холодным потом.
- Нет, - улыбнулся Пророк. - Всего лишь добыть образец некой породы, местонахождение залежи я указал на карте, которую ты получишь по электронной почте. К тому же тебе помогут твои бывшие подшефные, воскресить их в наших силах. Ну как?
- Хрен с вами, согласен, - буркнул Хоскинс и вырубил связь. Его снова загнали в тупик, и это нехило так бесило...
Для тех, кто никогда не воскресал, понять насколько мерзко наверняка не дадут мечты о вечной жизни. Так уж устроены люди - хотят хрен пойми чего, а получив потом гундят всю дорогу. Я в свое время не стал портить галочкой поле "Запрет возврата к жизни" в контракте с "Порядком", и сейчас осознал, как был неправ. Когда человек рождается, его бестелесное "я" учится управлять своей физической оболочкой постепенно, и особого дискомфорта это не приносит. Но если взрослая душа влезает во взрослое же тело, начинается просто вырвиглазный трындец. Первое - научиться дышать, у живущих это получается на автомате, а вернувшиеся с того света вынуждены заново учиться работать легкими. Поднять веки, вращать глазами, шевелить конечностями - это все нужно осваивать как в первый раз.
- Твою же мать, родите меня обратно, - простонал я, как только смог говорить. Вокруг нависали зловещие стены лазарета "Гренделя". О да, его я узнаю в любом состоянии, мы здесь не раз с Джокером дезинфицировали свои кишки самыми немыслимыми спиртовыми смесями. Потом наутро роботы-уборщики частенько запаковывали меня в мусорный пакет, за что и получали порцию самых грязных ругательств с свой адрес. Вот что значит напиться в прямом смысле в хлам.
- Не стони, падла, мысль спугнешь! - прохрипел кто-то сбоку. Я нашел в себе силы приподняться на локтях и увидел лежащего на такой же кровати в таком же непотребном состоянии Джокера. Его вернули почему-то кошаком, хотя помирал он уже будучи человеком - сказались эксперименты инферналов с демутагеном.
- А, пушистый, ну шалом тебе, - довольно хрюкнул я.
- Прежде чем "шаломами" разбрасываться, сделай обрезание и нажрись кошерной пищи, - язвительно заметил некто с другого бока. Я обернулся и к великой радости увидел Рэнделла, нашего мостика между машиной и обезь... ну мной в общем. Выглядел он наверное даже паршивее, чем мы с Джокером себя чувствовали вместе взятые.
- И тебя туда же, малец! - усмехнулся я, набравшись храбрости для того, чтобы встать на ноги. И прежде, чем ступни мои коснулись холодного металла и я выкрикнул рифму к слову "гулять", прозвучало характерное бульканье, обозначившее присутствие последнего члена нашей шайки, Тремора. Это существо, будучи вампиром, алканило с таким размахом, что мне становилось жаль пусть даже и бессмертную его печень. Увидеть Тремора трезвым было недобрым знаком, и вел себя сей персонаж, будучи не под градусом, совсем не дружелюбно.
- Я вижу, все вернулись к человеческому облику, - послышалось откуда-то сверху. Я поднял голову и увидел опускающуюся магнитную платформу, на которой мы обычно доставляли на мостик бочки со спи... с составом для протирки контактов, а то окисляются часто, знаете ли. На платформе, в на удивление бодром расположении духа, стоял Хоскинс, наш уважаемый - и это я говорю без сарказма - командир.
- Ну если не считать хвостатых, то да, - усмехнулся я, подскочив к капитану и радостно стиснув его руку. - Как же я рад тебя видеть, кусок ты конского пирога!
- Про пирог я не совсем понял, - озадаченно произнес Хоскинс, - но я тоже рад лицезреть вашу шайку в добром здравии. Полчаса на умывания и кряхтения, потом сбор на мостике. Вас не просто так вернули.
- Так я и знал, - вздохнул Джокер. Он уже успел урвать где-то сигару и со всей душой пыхтел. Ну что ж, хоть кто-то получает удовольствие от жизни и работы. - Ладно, бесхвостые, вы первые в душ, я вас стесняюсь.
- Значит, так, господа и... и Джокер, - начал Хоскинс. Приведя себя в подобающий вид, наша четверка облюбовала мягкий уголок на мостике - его котяра поставил лично для себя, чтоб дрыхнуть да когти точить. Капитан всеми правдами и неправдами уговаривал нас построиться у брифингового дисплея (по замыслу конструкторов, в числе которых значилось и мое имя, он ничего кроме не показывал) - так проще слушать и смотреть, что от тебя требуется - но вы попробуйте оторвать мохнатый зад кота от его любимого дивана. В конце концов, Хоскинсу пришлось достать из загашников
голопроектор и припасть рядом. - Наше общее руководство желает, чтобы вы добыли кусок гребаной скалы, и не надо крутить пальцем у виска, строить рожи и бздеть в диктофон. Порода, которая интересует "Порядок", имеется только на планете под названием Геенна...
- Херасе названьице! - воскликнул Джокер.
- И оно заслужено, будь уверен, - кивнул капитан. - Атмосфера заполнена газом, который адски жжет весь световой день и тухнет ночью...
- То есть газом, который загорается не от огня, а только от ультрафиолета? - Тремор уже начал искать научное обоснование того, что Геенна не может существовать на самом деле. - И как только солнце сядет все вдруг рраз! - и погасло? И при этом горящий газ не поджигает не горящий?
- Да! - рявкнул Хоскинс. Меньше всего он любил лекции по естественнонаучным дисциплинам. - И не спрашивай меня, как и почему, это же природа, она и не на такой бред способна. В общем, представьте себе, насколько там жарко. Девятьсот градусов - это еще "прохладные" зимние ночи. А в "теплые" летние деньки - все четыре тысячи. Тремор, даже не думай! - рыкнул капитан, заметив, что вампир снова собирается выступить с критикой чистого разума. - Я тоже в курсе, что ни одна посудина не выдержит полуденной бани на Геенне. Поэтому вам нужно управиться до рассвета. Или по крайней мере вернуться на корабль.
- Вот и снова "вам", - улыбнулся я. - А "нам" будет потягивать мохито в капитанском кресле и смотреть про нас кино.
- Кто на что учился, - парировал Хоскинс. - Я думаю, вы прекрасно понимаете, что штатные скафандры, которыми укомплектован "Грендель", превратят вас в сосиску в тесте уже при пятистах Цельсиях, так что гардеробчик надобно поменять.
- Шоппинг-тур по Дальним Системам? - оживился я. Меня, если честно, начало клонить в сон отсутствие слайдов и голограмм к брифингу. Ну не вкатывает мне слушать, картинки люблю смотреть. Тем более что они более информативны, нежели отвлеченная болтовня.
- Лысый хрен по мокрому затылку! - гневно крикнул капитан. - Пророк подкинул идею по поводу места, где мы могли бы прибарахлиться, - голопроектор наконец-то заработал и явил нашему взору изображение большой и ржавой... буханки хлеба! Нет, ну правда, завязывайте уже кого попало брать в дизайнеры космических станций и кораблей! То дредноут в форме сиденья для унитаза выдумают, то дрейфующую клизму. - Это чудо есть станция "Пайротек", принадлежит она инферналам и, по данным разведки, занимается исследованием термостойких материалов и разработкой промышленных образцов. Согласно сведениям той же разведки, совсем недавно "Пайротек" за каким-то хреном изготовил партию активных скафандров для работы при почти полутора тысячах градусов...
- Понятно за каким, - вздохнул я, - Опять воду мутят. Им наверняка тоже нужна порода, за которой мы летим. Эпическая сила, капитан, я начинаю нервничать, когда не вижу полной картины! Что это за камни, зачем они "Хаосу" и "Порядку"? Чем они могут грозить миру смертных?
- Ты знаешь своего бывшего босса, он не любит распространяться о таких вещах, - улыбнулся Хоскинс. - Как бы там ни было, нам - то есть теперь вам - дали добро на уничтожение станции, только предварительно нужно стянуть оттуда пару-тройку костюмчиков.
- Люди среди персонала имеются? - спросил Тони. В нем часто подавали голос гуманистические начала, и это сильно затрудняло работу.
- Какая разница? - пожал я плечами. - Они сделали свой выбор...
- Это как понимать? - возопил Рэнделл. Я в глубине души уже жалел, что он вернулся вместе с нами. - В чем виноват уборщик или, скажем, техник, зарабатывающий на станции на хлеб детишкам?
- В том, что думать надо, куда устраиваешься! - прошипел я, пресытившись ядом человеколюбия, который бил из Тони фонтаном.
- Да будет тебе известно, что ни одна фирма не сообщает рекрутинговым агентствам, что работает на Зло! - проорал коллега и стукнул кулаком... по воздуху конечно, стола же поблизости не было. - Или ты думаешь, что тебя на собеседовании спрашивают "Готовы ли Вы работать на Диавола?". Хер ты знаешь, ты не работал ни разу в жизни. Ты же выше этого, Заступник и все такое...
- Цыц, щусята! - оборвал его Хоскинс. - Тут можно выкрутиться так, чтобы и волки сыты, и овцы целы. Как вы уже поняли, если поняли конечно, станция построена по принципу "дешево и быстро", в переводе на нормальный язык, "из дерьма и ненадолго". Ржавчину вторсырья вы уже заметили, а теперь посмотрите... - капитан потыкал кнопки, и "буханку" словно разрезали швейцарским ножом на двенадцать аккуратных кусков (три кредита в ближайшем супермаркете). - Станция поделена на отсеки, которые отстыковываются по мере износа и самоуничтожаются. Лабораторные помещения расположены в трех центральных отсеках, четвертый - апартаменты инферналов, а остальное пространство занимают жилые отсеки обслуги, склады и оранжереи. Мы можем уничтожить эти четыре замка, - на голограмме загорелись четыре красные точки. - Тем самым мы вызовем отстыковку интересующих нас отсеков, а те, которые вызывают у некоторых из вас приступы гуманизма, оставить в покое. Как вам такой вариант?
- Ты говорил, после расстыковки отсеки самоуничтожаются, - осторожно начал я. - И где тут гуманизм?
- Детонатор встроен в стыковочные замки. Вы их благополучно расхреначите, и никто никуда не взорвется.
- А если кто-нибудь из обслуги окажется в лабораторных отсеках? - не унимался Рэнделл.
- "Черный Патруль" из говна горох не выбирает, - подал голос Тремор. Все это время он, очевидно, решал систему уравнений, согласно которой трое стрелков должны одновременно уничтожить четыре замка, и в конце концов понял, что "икс" и "игрек" нарисованы у него на лбу. - Пробздимся, господа?
Станция "Пайротек", медленно вращаясь, плыла по орбите безжизненного планетоида с ярким названием Ахху. Системы слежения, далеко не допотопные, как показалось бы на первый взгляд наблюдателю, при всей своей навороченности не смогли заметить четырех проходимцев... э... пролетанцев в стелс-скафандрах. Трое из них выглядели одинаково, а у четвертого сзади к гермоткани костюма был приштопан заглушенный кусок гофрированного шланга, вероятно для того, чтобы просунуть в него пушистый хвост. Джокер так и не смог аргументировать, зачем ему эта приблуда и почему он не может просто поджать свою метелку прежде чем влезть в костюм нормального фасона. Ну да ладно, этих котов хрен поймешь, то орут на крышах, то вон, собачат всякое к чему попало.
В общем, будь я физиком, я бы с энтузиазмом тайской проститутки, попавшей в Лас-Вегас, принялся бы описывать вам абсурдность идеи стрельбы твердыми снарядами в невесомости. И про то, что в момент выстрела при отсутствии прочих сил, стрелок и снаряд разлетятся в разные стороны с ускорениями, обратно пропорциональными их массе. Фантасты наверняка вынут здесь из рукава тяговые двигатели, встроенные в скафандр стреляющего. Для пущей крутости можно приплести синхронизатор, включающий оные в момент нажатия на курок с силой тяги, равной силе выстрела. И про то, что станция, не имей она достаточную осевую устойчивость, после взрыва таридиевых игл, которыми мы решили ее облагородить, улетела бы к такой-то матери, и стыковочные замки, которые были нашей целью, так и остались бы невредимыми. Фантаст и тут найдет, чем крыть - в ход пойдут гравимагнитные компенсаторы и прочие реактивные говнометы.
Но вам повезло дважды. Во-первых, я не физик. Во-вторых, плазмаганы в космосе - настолько же заезженная тема, насколько бассейн в порнухе. Так что - погнали!
Стрелки медленно и грациозно, словно двигаясь в такт беззвучной космической музыке, проплыли каждый к своей позиции и вскинули иглометы. Да, это те самые штуки, стреляющие таридиевыми иглами и запрещенные почти на всех планетах Федерации. Юридически применение таких хлопушек в космосе никто не запрещал, потому как наверное никто до такой шизы не додумался. "И снова мы вас натянули" - улыбнулся я про себя, имея в виду прогнивший изнутри маховик юридического гнета, размоловший кости человечества. Больше всего я ненавидел этих говенных буквоедов, потому как правосудие Вселенной построено на законах, не имеющих трактовок и оговорок, и у Врат Рая адвокаты не сидят - уж будьте уверены.
Иглометы выпустили маленькие взрывные приветствия синхронно и беззвучно - да, в вакууме звук не распространяется, кто-нибудь подарите Джорджу Лукасу школьный учебник за девятый класс. Так же беззвучно и совершенно не так зрелищно, как это принято показывать в кино, иглы сдетонировали, и стыковочные замки превратились в облака практически не покореженных запчастей. Да, зануда! И горжусь этим!
Центральные отсеки, более не связанные с крайними, начали медленно уплывать от "буханки". Мы, не говоря друг другу ни слова, выстроились в шеренгу и, снова по некому синхроимпульсу, пальнули в переборку лабораторного куска "Пайротека". В ней образовалась солидных размеров брешь, через которую в вакуум выплеснулось несколько кубов воздуха и трое штурмовых биомехов, охранявших эту часть отсека. Система безопасности уже наверняка опечатала помещение, в которое мы прорубили окошко, можно было спокойно приступать к следующей фазе операции.
Все четверо проскользнули внутрь отсека и закрепились на полу гравимагнитными сапогами. Спросите "Зачем?". Ну да, конечно на любом мало-мальски приличном дрейфующем куске металла присутствует система создания искусственной гравитации, ротационная или гравимагнитная. Только в нашем случае ей предстояло слиться с вечностью от пары метких выстрелов из игломета. Ну да, да, помещение, в которое мы вторглись по воле корейского рандома оказалось машзалом генератора гравиполя. Иглометы были отброшены в сторону, и из заплечных ранцев гермокостюмов выскочили ультразвуковые винтовки. Рэнделл залил нас по самые уши своим неуемным человеколюбием, и в конце концов расчлененку с фейерверками внутренностей было решено заменить на интеллигентную разборку с использованием упомянутого оружия. Примечательным в ультразвуковых винтовках был эффект, оказываемый на противников при грамотной настройке. Определенная частота ультразвука способна вызвать регрессию инферноцитов - так называемых "желтых кровяных телец" - в крови инфернала, тем самым превратив его в человека. Пушка второго шанса, так сказать. Конечно, если некто льет в тебя свинец из пулемета, на курок он жать от того, что стал вдруг хомо сапиенсом, не перестанет. Вот потому-то частота винтовки была еще немного подстроена, и теперь выстрел из оной, помимо прочего, вызывал временный паралич жертвы.
Итак, включите "Вальс цветов" Чайковского, закройте глаза и расслабьтесь. Представьте, как прекрасные розы кружатся в грациозном танце, изредка стреляя. Да, это был настоящий бой в невесомости, второй в моей практике и первый, доставивший мне столько удовольствия. Сгустки плазмы отплясывали свой ритм, обвивая стены помещений, противники беспомощно вертелись в пространстве, получив порцию ультразвука из наших винтовок, и даже несколько пузырей крови медленно плыли в неизвестном направлении, вырвавшись из плеча Джокера. Кошак сыпал матами, повинуясь темпу этого величественного вальса, и ритмично жал на курок, Тони шел по потолку, пританцовывая, а у меня в голове звучало "Раз-два-три, раз-два-три" с танцевальных курсов, на которые я сходил целых четыре раза - до первого вселенского мордобоя.
Постепенно музыка стихает, квартет танцоров разделяется на трио Рэнделл-Тремор-Джокер и сольного меня. Первые направляются на склад затариваться термостойкими костюмчиками, второй отключает свои говнотопы и плывет к хранилищу опытных образцов. И натыкается на замок с дактилоскопическим сканером, ибо нефиг. Далее воздух сотрясает упоминание отношений с какой-то матерью, и ровно в этот же момент в сантиметре от моего шлема пролетает сгусток плазмы, выпущенный выплывшим из какой-то каныги инферналом. План созревает моментально, я разворачиваюсь в воздухе, слегка оттолкнувшись от двери, и парализую стрелка ударной дозой ультразвука. Затем беру его пятерню и прикладываю к сканеру. Дверь с шипением - климат-контроль был и остается обязательным требованием к хранилищам - уходит в сторону, и я... натыкаюсь на какого-то хрена в темных очках-имплантантах (линзы были "вмурованы" в череп, наверняка боевое ранение).
- Я ждал тебя, Майк. Не надо быть провидцем, чтобы понять куда тебя понесет, - произнес незнакомец, вытолкнув меня в коридор и последовав за мной.
- Ты еще кто, морда профсоюзная? - прошипел я, нацелив винтовку на собеседника.
- Это оружие мне вреда не причинит, Гомез, я не якшаюсь с "Хаосом", скорее наоборот... - человек сунул руку в карман форменного комбинезона, на который я только сейчас обратил внимание - бывает, что сказать - и достал оттуда молекулярный диск. - У меня мало времени, друг, вот мнемограмма моих воспоминаний, просмотри ее и ты все пой-... - белесая сфера холодной плазмы ударила в грудь моего собеседника, и тот... Нет, ребят, если вы не видели, как взрывается изнутри человек в условиях невесомости, вы не видели ничего. Зрелище омерзительное и чарующее одновременно. Нет, описывать не буду, вдруг кто жует бутерброд или еще что. Скажу только, что недавно вырубленный мной инфернал, перестав быть слугой преисподней, сукой быть не перестал. Как только паралич отпустил его тело, он выстрелил в незнакомца. Я плюнул на гуманизм и свернул гаду шею.
К тому моменту оставшиеся чле... - бойцы, бойцы конечно - раздобыли одежку, погрузили экс-инферналов штабелями в капсулы и поотстреливали оные к хренам. После чего сгребли меня аж в три охапки и поспешно ретировались.
Я не особо сопротивлялся - мои мысли занимал тип, которого расколбасил (причем практически в прямом смысле) инфернал. Кто он такой? Что на диске? Почему он словно сдетонировал при попадании плазмы?
"Я найду ответы, обязательно найду" - подумал я, спрятав диск в ранец скафандра. Но этого никто из ребят не заметил.
- Ну, если не считать одного жмура на совести Майка, операция прошла успешно, - довольно произнес Хоскинс, прочитав последнюю страницу нашего коллективного рапорта. - Лейтенант, чего это тебя на смертоубийство потянуло?
- Простите, расчувствовался, - виновато пропыхтел я. Мне почему-то не хотелось рассказывать капитану и остальным о встрече в хранилище. В конце концов, каждый имеет право на маленькие грязные тайны.
- Ладно, на первый раз прощаю, - улыбнулся Хоскинс. - Все-таки искушение было нешуточным. Но в другой раз, если я сказал без трупов, значит без трупов! Рэнделл, что у нас с курсом?
- Через пару часов выйдем на орбиту Геенны, - отозвался Тони. - Нам крупно повезло - мы будем на позиции аккурат к началу темного времени суток, так что времени на операцию будет достаточно.
- Не зарекайся, - усмехнулся Тремор. - Как всегда вылезет какая-нибудь хрень. У нас же не бывает так, чтобы все шло по плану.
- Планировщики значит паршивенькие, - парировал Тони, но, вопреки моим ожиданиям, Тремор отвечать не стал. Обычно от разрисовывал каракулями стратегические и тактические карты, расписывал каждую минуту отряда перед тем, как полевые зверята - я, Рэнделл и Джокер - приступали к активной фазе. Конечно, для того, чтобы стать хорошим стратегом, мало быть маниакальным педантом. Нужна еще хорошая чуйка, и с этим как раз-таки у Тремора проблем не было. Он зачастую просчитывал операцию вплоть до финала с учетов возможных вмешательств случая, и благодаря этому бойцы "Патруля" редко поигрывали. Вот только мы, раздолбаи такие, ломали его планы к хренам. Талант такой был от природы. Ни один рандомайзер не сможет предугадать, какую пакость выкинет кто-то из нас в следующую минуту, и уж точно такое было не под силу Тремору. Так что вампир, похоже, сразу понял тонкую иронию Рэнделла. Когда кто-то с диким энтузиазмом катит баллоны на самого себя, стэндап-комики отдыхают.
- Отставить собачиться, - рявкнул капитан. Он жутко не любил наши никому не упавшие перепалки. - Джокер, ты подготовишь снаряжение, проверь каждый скафандр, хоть в печку суй, но чтобы я был уверен в том, что вас не запечет в них, как цыплят в фольге. Рэнделл, следи за бортовым компьютером и только попробуй в шахматы с ним играть. Тремор - план действий через полчаса мне на стол. Гомез - на горшок и спать. По местам!
- Подстилка! - огрызнулся вампир, проходя мимо меня.
- Жопоцеловальник, - вторил ему Джокер, проследовав к двери склада.
- Бзззз, - бзкнул Тони, не найдя для меня словечка погаже.
Тяжелый и в высшей степени неуклюжий вентилятор под потолком кабинета лениво вращался, разгоняя клубы табачного дыма. Я уже полчаса протирал штаны в кабинете Льюиса в ожидании непонятно чего. "У меня для тебя сюрприз, Серджио" - сообщил лейтенант по видеосвязи. Разумеется, он мог иметь в виду что угодно - шарфик, который связала для меня его женушка, кружка с черепом, новое задание... Хотя я надеялся, что повод для звонка в три ночи посолиднее. "Конечно, капрал, я тебя вызвал чтобы сообщить, что ты восстановлен в отряде "Акула" в должности командира". Размечтался. Нехрен было в того негра стрелять. Нет, я вообще балдею - если черные мочат белых, это нормально, а если наоборот - все, расизм, геноцид! А то что он говном был, четырех малолеток на куски порезал - ничего, ему простительно, у его народа ведь прошлое такое нелегкое, и вообще если бы мои предки их в свое время не угнетали, ничего такого бы не случилось. То есть, маразм политкорректности выстроил все так, что это я виноват в том, что Джулиан Вест стал мразью, обстрелял меня из игломета и получил пулю в лоб в порядке самообороны. "Спокойно, приятель, всем потом зачтется" - успокаивал я себя. В конце концов, я вполне мог оказаться по ту сторону тюремной решетки.
Чмокнул электронный замок двери кабинета. Лейтенант наконец-то решил нарисоваться. Правда, он был не один. Некто с капитанскими погонами прошмыгнул в кабинет следом за Льюисом, быстро захлопнул дверь и упал на один из стульев. "Скромный мужик, ничего не скажешь" - усмехнулся я про себя.
- Серджио, познакомься, это Дэниел Хоскинс, - начал Льюис, так и не удостоив меня приветствием. - У него есть к тебе интересное предложение.
- Руки и сердца принимаются только в рубленном виде с картошечкой, - огрызнулся я. По моим сведениям, капитана Хоскинса давно выперли со службы. Ну не все у человека дома. Орал на каждом углу про бесов, призраков и прочую антинаучную хрень. И вот скажите мне на милость, что этот псих мог мне предложить? Льюис, а ты какого лешего под его дудку отплясываешь?
- Капрал... как вас там? - подал голос капитан.
- Просто Серджио. Я сирота.
- Серджио, я в курсе ваших проблем с властями. Мне тоже неприятно видеть, что судьи выносят вердикт опираясь не на десять заповедей, а на сто какую-то поправку к конституции Федерации. Люди должны отвечать за то, что сделали, независимо от цвета кожи...
- Не давите мне на мозоль, - перебил я. - Я знаю, что вы говорите то, что я хочу слышать, так все вербовщики делают. У меня один вопрос - куда? Куда вы меня вербуете?
- В "Черный Патруль", сынок, не больше - и не меньше, - улыбнулся Хосинс. В "черняк"? К этим отморозкам? Я много слышал про Гомеза и компанию, и в этом "много" не было ни одного хорошего слова. Конечно, слухи могут и привирать - например, мне не верилось, что Гомез купался в крови младенцев чтобы продлить молодость. Но репутация у подразделения все равно была хуже не придумаешь, и пачкать себя еще и этим дерьмом желания не было.
- Я пас, - покачал я головой. - При всем уважении я с этими сучатами и гадить рядом не сяду.
- Это кто тут сучата? - донеслось из-за двери. Замок поцокал языком, и в комнату ввалился стокилограммовый увалень в кожанке и потертых джинсах.
- Познакомься капрал - это Майк Гомез, он остался в единственном числе не так давно, и именно он выбрал твою кандидатуру, - пояснил капитан.
- И я должен обоссаться от счастья? - процедил я, не сводя глаз с увальня. Тот сунул в зубы зубочистку - наверное недавно курить бросил - и с безразличным видом отвернулся к окну.
- Майк, у меня слова кончились, - жалобно произнес капитан и выскочил за дверь. Льюис последовал за ним. Я начал ощущать слабый запах жареного. Увалень буквально прыгнул в мою сторону, я даже пистолет достать не успел. Увесистый кулак приземлился на моей физиономии, настолько удачно, что у меня даже губы лопнули. Я хотел было врезать гаду в ответ, но тот быстро нацепил на меня какой-то диск, и холодные путы силового поля сковали мои конечности.
- Мои ребята - не сучата, - спокойно произнес Гомез, усевшись напротив меня. - Ты можешь говорить что угодно про меня и про "Патруль", но их не трожь. Они жизни положили, чтобы такие говнюки, как ты, могли плакаться в стакан и жалеть себя без конца.
- Много ты знаешь про то, каково это, быть незаконно осужденным и потерять все, чем ты жил, - огрызнулся я, сплевывая кровь.
- Много, представь себе, - парировал Гомез. - Ты ведь в курсе, какие о нас ходят слухи, и это при том, что мы с ребятами раз в месяц стабильно мир спасаем. Как думаешь, приятнее, чем какой-то скандал с ниггером?
- Вы же уроды моральные, стреляете в гражданских... - прохрипел я, отчаянно пытаясь сбросить с себя генератор поля.
- А вот теперь, мой дорогой капрал, я расскажу тебе, как все на самом деле, - улыбнулся Гомез и выплюнул зубочистку. Прямо на пол. "Свинья деревенская" - подумал я с отвращением. - Давным-давно, когда земля была теплая и по ней бегали мамонты, Тьма решила поиграть со Светом в игру. Образно говоря, в солдатики. Одни начали вербовать хороших парней для службы добру и справедливости, другие подбирали всякое говнище, чтобы пустить мир под откос. Потом масштаб битвы вырос, потом у сторон пропал интерес к открытой конфронтации. Так появились "Порядок" и "Хаос". Это такие две мегакорпорации, как в киберпанковских романчиках. Одной зудит в жопе устроить армагеддец, другая самоотверженно ей мешает. Отгадай, на какую мы работаем?
- Да мне похер на это, сказочник, - рыкнул я.
- Думаешь, я тебе в уши дую? - усмехнулся собеседник. - Думаешь, я убиваю обычных людей ради удовольствия? А ты знаешь, что один такой "обычный" едва не вызвал к жизни древнего демона. Преуспей он в этом деле, мы бы с тобой сейчас не говорили, а жарились в аду на вертелах. А другая "обычная" додумалась до вируса, сжирающего человека за секунды. Инферналы прекрасно маскируются под обывателей, и от этого они только опаснее. И тот черный, которому ты вышиб мозги, тоже работал на "Хаос". Ему было поручено уничтожить девочку, которая через десять лет может стать блестящим специалистом по разрешению межрасовых конфликтов и предотвратить войну с Регентами Дальнего Рукава. В этой войне человечеству не победить, и потому Ванесса так важна. Я нашел ее раньше инфернала, поэтому ей сейчас ничего не угрожает, но в отношении ублюдка - ты сделал за меня мою работу. Спасибо тебе за это.
- Значит, это из-за ваших дел меня отстранили от полевой работы? - бурливший во мне гнев сменился чувством, что я уже нихрена в этом мире не понимаю. - Почему? Почему ты не вмешался раньше?
- Если честно, я вообще не планировал вмешиваться. Да, парень, ты крут, но смертные - не мой профиль, - улыбнулся Гомез. - Я могу сколько угодно ненавидеть расизм и негров, но в судебные склоки нам лезть запрещено. И сейчас я вспомнил про тебя только потому, что потерял отряд, а глаз на затылке у меня нет. Равно как и рук на жопе.
- Ну, хуже все равно не будет, - сдался я. В конце концов, лучших предложений в ближайшее время не предвиделось. - Я согласен.
"Грендель" неторопливо двигался по орбите Геенны, жаря бока на ярком солнце местного разлива. Белый гигант, именованный Бяать - очевидно, первооткрыватель крикнул это перед тем, как ослепнуть - грел окружающее пространство с непередаваемым энтузиазмом, и потому Геенна не была в системе чем-то выдающимся. Ее соседка, Стима, кипела всю дорогу. Нет, правда - планету покрывал океан, который кипел круглосуточно. Для фанатов цикла Карно здесь было над чем поломать голову - жидкость бурлила, превращаясь в пар, а тот возвращался в жидкую фазу не достигая точки росы. Просто не успевал - за ночь температура у поверхности успевала упасть на два-три Кельвина, а потом Бяать снова принимался творить климатический содом. Другая соседка Геенны являла собой стеклянный шар. Да, именно так. Очевидно, Создатель сначала покрыл планету песком, а потом уже решил поиграть со звездой. Рефлекто - так обозвали стекляшку - иногда выкидывал оптические фокусы, отзеркаливая сконцентрированные лучи света и сжигая ими залетающие в систему корабли. Нам в этом плане повезло - в ближайший месяц таких подлянок не ожидалось.
- Ну вот мы и на месте, уважаемые, - с удовлетворением в голосе произнес Хоскинс. - Зачехляйте жопы и расчехляйте стволы, миссия начинается.
- Не у нас одних, - заметил Рэнделл, бросив беглый взгляд на обзорник. Там, аккурат посередине, белыми точками светились три посудины. И я мог трусы свои поставить на то, что принадлежали они инферналам.
- Драка? - возбужденно задрожал Джокер, до сей поры давивший на массу на диване. - Стрелять? Кровькишкирасколбасило?
- Тихо, тихо, - успокоил я хвостатого. - В прошлый раз твое торопыжество всем боком вышло.
- Сам дурак! - прорычал Джокер. Ему совсем не нравилось, когда его критиковали. Хотя это вообще мало кому нравится. - Пока мы тут спины гнули, твоя светлость смотрела киношку, а халтурщикам право голоса не положено.
- Отставить сраться! - гаркнул капитан. - Все в курсе, как стрелять из бортовых орудий?
- Кроме самих бортовых орудий, - пробормотал Джокер. - Я их...
- ...сдал в ломбард и купил очередной бабе очередную висюльку, - закончил я с поистине неописуемым злорадством в голосе. Дозакладывался, мохножопый. - Каким хером нам теперь сбивать этих выродков? Опять напешке с мотыгой наперевес?
- Напешке - это идея, - усмехнулся Тремор. - "Пайротек" можно считать удачным экспериментом в таком виде боя...
- Ага, только по стоячей буханке хлеба стрелять проще, чем по маневрирующей посудине, которая еще и атаковать может! - провизжал Рэнделл. Я полностью был с ним согласен. Все-таки неприятно, если по тебе попадут фотонной торпедой. Хотя, когда твои кишки летают по космосу, тут уж не до симпатий.
- Альтернативы нет, - жестко сказал Хоскинс. - Или вы хотите их таранить?
- Не, ну на один раз "Гренделя" точно хватит, - заверил нас Джокер. Ему, как конструктору этого мегалетуна, было виднее, хотя, зная через какое место кошак все делал, я сомневался даже в том, что "Грендель" не рассыпется при первом же попадании. Все-таки испытать посудину в бою нам так и не удалось.
- Ладно, парни, иглометы наизготовку, - вздохнул я. - Выбора нет, будем с шашкой на танк...
- Костомы! - неожиданно крикнул Тремор. Ему пришла в голову очередная бредовая идея. - Костюмы, которые вы добыли! Они разработаны для работы на поверхности Геенны, а это означает, что их оболочка по степени защиты приближается к легкой броне истребителей. Полезная плюшка, не находите?
- Майк Гомез, человек и самолет... - хихикнул Рэнделл. - Ржака!
Я пхнул кибертехника локтем в бок и, набрав полную грудь пафоса, произнес:
- По костюмам, бойцы! Надерем этим инферналам хвостовые дюзы!
А теперь вырежем некоторые малоинтересные сцены вроде переодевания в активные скафандры с "Пайротека" (для вуайеристов я потом отдельную книгу напишу), и приступим к самим боевым действиям.
Вылетев из шлюза со скоростью доброй такой торпеды, наше теперь уже трио - Тремор в этот раз предпочел не трясти своим окороком перед амбразурами - направилось к вражеским судам. К слову сказать, инферналы вооружились неплохо - их "Катраны" едва ли в чем-то проигрывали "Гренделю", а маневрировали на порядок лучше. Хотя пеших... блин, вот как это лучше
обозвать... летунов на реактивных ранцах им по-любому не переплюнуть, и на это Тремор и рассчитывал.
- Ладно, какой у нас план? - спросил Джокер.
- Пушечное мясо пускаем впереди себя, а сами летим следом и минусуем оружейные отсеки противника. Потом добьем остальное, соберем ошметки мяса в пакетик и по домам, - если кто и уловил сарказм в моем голосе, то наверняка не тот, у кого был хвост.
- И кого ты тут мясом окрестил? - поинтересовался мутант, хотя я знал, что он уже догадался, к чему идет дело.
- Любителей сдавать казенное имущество в ломбард, - усмехнулся я. - Не отвертишься, киса! - с этими словами я поднял ногу до уровня спины Джокера и одновременно включил двигатели ранца и "тормозной пердун" в подошве ботинка. Эффект был вполне себе - я остался на месте, а хвостатый с приличным ускорением полетел прямиком на "Катраны" иферналов. Следующие минуты три-четыре в эфире можно было смело ставить песни древней как мои семейники группы "Мумий Тролль". А что, эффект по сути тот же - мозг непременно взрывается, хотя я бы, может, и поспорил насчет того, кто быстрее превратит серое вещество в красные сопли - Лагутенко со своим бле... ммм, характерным голосом, или Джокер, выпускающий в мой адрес десятки киломатов в секунду вперемежку с жалобным мяуканьем. Ближайший к нам "Катран", подумав с несколько секунд, навел орудия на сей барахтающий конечностями НМО (Неопознанный Мяукающий Объект) и дал пару залпов. Волей случая, мутанта фотонные торпеды не задели, только в чувство, наконец, привели. Вскинув игломет, Джокер выпустил с косой десяток игл по обшивке "Катрана" за номером один. Условно конечно, никто на них бирки не вешал. Посудина лопнула, подобно шарику, а два других корабля соизволили поднять щиты. Теперь повторить фокус не удастся.
- Эти гады силовики врубили! - проорал мутант в эфир.
- Так, план "Б", мужи... - я запнулся, вспомнив о Джокере. - Товарищи, то есть. Перед выстрелом любая система управления орудиями деактивирует щит на секунду-полторы. Если попасть в этот интервал, можно неплохо потрепать этих аццких жжунов.
- Кого, бл... ижайшаяксолнцупланета? - выпучил глаза Рэнделл.
- Забей, жаргон, - усмехнулся я. - Суть ясна?
- Попасть в тараканий хер из рогатки... - проворчал Джокер. Лучше бы он вспомнил, что уже минут пять, как являлся мишенью номер один для инферналов. Потому как "Катраны" и не думали про это забывать, одарив мутанта дюжиной торпед. Цели, разумеется, они не достигли, слишком уж вихлялась эта самая цель. Но одна из торпед попала мне в ногу, немыслимым образом, но попала. Скафандр изо всех сил попытался сдержать энергию разрыва торпеды, и потому меня не придется собирать по запчастям. Но вот внутри штанины костюма образовался настоящий суповой набор, потому как не каждая кость выдержит взрыв торпеды. Число переломов я считать не стал, боль и так застила глаза, хотелось сорвать это долбаный скафандр и опилить ногу к такой-то матери. Я словно сквозь сон видел, как одновременно выстрелили один из "Катранов" и Тони. Игла достигла цели, превратив корабль в лохматое чучело, блюющее экипажем в космос. Что стало с третьим вражиной, я не успел узнать, потому как боль вытеснила меня из моей головы и отправила в темную пещеру обморока.
- Какова твоя основная задача? – повторил ставший для меня омерзительнее соплей на умывальнике голос. Я все не решался открывать глаза – взрывы прекратились всего минуту назад, и не было уверенности в том, что какая-нибудь сука не стукнет еще пару раз по кнопке детонатора.
- Человечество спасать от всякой гниды, - выдавил я, пытаясь не захлебнуться кровью. Кто-то из сотрудников лаборатории попал в меня, тупо стреляя во все стороны. Крысятина. Я ненавижу крыс, и потому расплавил его черепушку плазменным сгустком.
- А какого же хера ты в гражданских стреляешь?!! – Гомез на этот раз орал громче обычного, хотя, не будь у меня исключительного слуха, я бы и не заметил. Парень был натуральным говном во всем, что касалось человеческих отношений, но работу свою знал и выполнял от и до. И по малейшему поводу поднимал крик. Я как-то раз его кактус уронил нечаянно, так он меня этим кактусом до сих пор чуть что тычет. Мы нихрена не могли сработаться, хотя, по сути, оба были профессионалами в своем деле. Вот и сейчас – я его пулю на себя принял, а он бурлит как хомяк в унитазе.
- Такого, что это была самооборона! – я разомкнул веки и попытался встать. Кровь хлестала из-под треснувшей кевларовой брони, уже порядочно натекло, а этот дюрекс и не думал даже санпакет доставать. Ладно, сам как-нибудь… Я оперся на стену и открыл напоясную аптечку. Гомез посмотрел на этот порноспектакль с несколько секунд, потом схватил меня за плечо и рывком поставил на ноги. Вынул из кармана пузырек с регенератором и нарочито грубо плеснул мне на грудь. Зажгло так, что я аж зубы стиснул. Но это должно помочь.
- Ладно, самооборонщик… - вздохнул напарник. – Был у меня такой, только наступи на хвост, полпланеты разнесет.
- Хвост? – я редко понимал вот эти флэшбеки Майка, да и выражался он порой странно.
- Ну да, хвост. Он котом был, - усмехнулся Гомез и подошел к бронированной двери сектора, запертого на карантин. Несколько касаний – и дверь поползла в сторону. – Двигай первым, я прикрою.
- Охотно, - буркнул я. Нет, ну не скотина, а? Раненого пускать впереди себя! Или по принципу «ты и так дырявый, а мне потом на косухе заплатки шить»? Ну да ладно, лейтенант из нас он, ему и карты в руки. «А лучше гранату без чеки» - зло расхохотался я про себя.
Карантинная зона ничего такого не внушала. Ну, знаете там - страх, чувство неизбежности, да и просто желание обновить здешние толчки. Вполне себе сектор, свет есть, воздух ничем особо не пахнет. И чего это Хоскинсу взбрело, что здесь нас ждут с ударной дозой трэша?
- Стоять, мать твою! – воскликнул Гомез, направив ствол на какого-то мужика в белом халате, выскочившего из-за угла. Я смотрел фильмы Ромеро, не надо вот этих смешков! Нет, из пасти мужика кровь не текла, глаза не были закачены, так что на зомбака он не тянул. Хотя я бы для верности саданул ему в башку. - Стоять, я сказал! - незомби не послушался Майка, он протянул к нам руки и поковылял в нашу сторону, истерично завывая «Помогите!». Шок это был или нет, но Гомез не стал церемониться и выстрелил. Незомби от попадания вспучило, он моментально раздулся, будто пузырь…
- В укрытие! –крикнул я, хотя мой напарник уже непостижимым образом шмыгнул в какую-то каныгу. И все молчком. Но гундеть было некогда – я едва успел прыгнуть подальше от незомби, как громыхнул взрыв, и во все стороны полетели ошметки и осколки костей. Последние представляли серьезную опасность – учитывая их скорость, они могли даже насквозь продырявить. Но каким-то чудом я успел развернуть кевларовое покрывало, хранившееся в контейнере на поясе. Да, рядом с аптечкой. Если подумать, то это охренеть, как неудобно – ходить с таким вот грузом на талии… Ну если она есть, конечно. – Что за цирк?
- Не по профилю вопрос, - отозвался Гомез. – Хоскинс сказал, что они заражены каким-то вирусом, но блин, этот мужик чихнул охереть как!
- А может, это и есть вирус? – спросил я, озадаченно глядя на размазанный по стенам кровавый понос. Куски костей были разбросаны по всей длине коридора, один из них даже пробил вентиляционную решетку. – Он взорвался оттого, что ты по нему попал, и это совсем не нормально.
- Нужно найти дневник исследований, - сказал Майк. – Обшарим кабинеты ученых со степенями посолиднее.
- Профессор Березников сгодится? – усмехнулся я, заметив табличку над бестолковой балдой Гомеза. Нет, конечно, Майк справедливо говорил, что у него нет глаз на затылке. Но, по-моему, их у него вообще нет – элементарные вещи не замечает. Напарник обернулся, прочитал табличку, высморкался в рукав (меня аж передернуло от отвращения) и наконец-то соизволил жахнуть шокером в панель управления дверью кабинета профессора. Ну, чтобы ключ не искать по всему сектору, а то выльется еще все это в квест типа «возьми швабру - покорми коня - сбей с дерева яблоко - яблоко упало на зайца - заяц выплюнул ключ». Дверь гостеприимно отворилась, впустив нас в захламленный кабинет Березникова. "Типичный ботан" - подумал я с ухмылкой. Всегда удивлялся, насколько любят все яйцеголовые засерать свое рабочее пространство бумажками, карандашами, кусками вчерашней пиццы. Что, так трудно потратить лишних пару минут и навести какой-никакой порядок?
- Присядь, Серджио, - в кои то веки Гомез назвал меня по имени. Он моментально врос в дисплей компьютера профессора. Графики, отчеты, диаграммы... Блин, да он сам вообще понимает, чего он там разглядывает? - В общем, все ясно, мой дорогой друг. Хотя портянка ты, а не друг. Березников был агентом "Хаоса". Он получил в свое распоряжение образец уникального штамма. Зараженный этой дрянью испытывает немыслимые муки, ему кажется, что вся его кровь горит. Если есть силы, он молит о помощи...
- Тот мужик в коридоре... - похолодел я.
- Это еще не самое интересное, - продолжал Майк. - При контакте с воздухом кровь штамм многократно усиливает активность, давление крови за сотые доли секунды подскакивает до такой степени, что человека разрывает, будто он проглотил гранату. То есть любое ранение и...
- Тот мужик в коридоре... - прохрипел я, уставив взгляд в пол.
- Ну и напоследок. При взрыве обломки костей зараженного ранят окружающих и мгновенно их заражают. Получается цепочка домино, только более мэйчурная. И так до последнего живого в радиусе двадцати метров. Нехило, а?
- Тот мужик в коридоре... - в третий раз повторил я.
- Тот мужик уже не в коридоре, а по коридору! - рыкнул Гомез. - Приди в себя! Мы солдаты, если что!
- Откуда... - выдохнул я, борясь с приступами тошноты. - Откуда он достал эту мразь?
- Сейчас узнаем, - пробормотал Майк, снова зарывшись в электронные записи профессора. - Да ну нахер! - воскликнул он, видимо, наткнувшись на что то. Секунды не прошло, как лицо его побелело, а лоб покрылся испариной. Я впервые видел его таким. В душе, конечно, я радовался - наконец-то непобедимый Майк Гомез дал слабину. Но когда мой напарник начал оседать, я почуял неладное. "Сердце, чтоб его! Меньше гамбургеров надо было жрать".
- Майк! - я начал трясти его за плечо. - Майк! Маааайк!
-Майк, сучий ты потрох! – проорал мне в ухо Джокер. Я открыл глаза и увидел его недовольную рожу, плавающую надо мной. Потом рожа перестала плавать, и оказалось, что кроме рожи мутант весь целиком у моей кровати в лазарете. Мне, похоже, вкололи лошадиную долю наркоза перед тем, как сращивать раздробленную кость. Хорошо хоть репродуктор к башке подцепили, не зря валялся. Несмотря на то, что на данный момент я смутно представлял себе, зачем Серджио, рискуя жизнью, передал мне запись, кое-что начало проясняться. Во-первых, по какой-то причине в том будущем, которое я увидел глазами Серджио, погибли все бойцы подразделения кроме меня. И это было звиздец как грустно. Работать бок о бок с людьми, о смерти которых ты знаешь заранее – тот еще кайф. Тем более, что я считаю Тони, Джокера и Тремора не просто коллегами. Они мне как семья. Кто-то убивается по венчаниям и детишкам, а мне вот такого счастья не привалило. Может, оно и к лучшему – видеть, как старятся и умирают твои дети и внуки, в то время, как ты проскакиваешь один век за другим не старея, очень больно. А боли мне и без того было достаточно. И эти трое балбесов стали тем, что я не мог обрести раньше. Людьми, с которыми мне было здорово. Моими братьями.
Во-вторых, не последнюю роль во всей этой истории играл штамм, превращавший толпу зараженных в оружие массового поражения. Зашли такого в ряды противника, и через полчаса пехота станет багровой кашей.
В-третьих, мне было до жути интересно, отчего у меня случился сердечный приступ. Откуда Березников достал штамм? Или кто ему дал его? Вопросов немало, но и ответы уже ближе.
- Хватит мечтать, мы десантируемся! – рявкнул Джокер, буквально спихнув меня с кровати. Я имел несчастье приземлиться на заживленную ногу, и чуть не завыл от удовольствия. Однако, приняв вертикальное положение, я с удовлетворением обнаружил, что конечность очень даже функционирует. Можно со спокойной душой крошить супостатов.
Относительно быстро (до личного рекорда не дотянул) облачившись в свою герметичную броню, я направился в шлюз, где уже ждали отмашки Тони и Джокер. «Грендель» вплотную подошел к Геенне, на спуск уйдет не более минуты, даже если начинать тормозить в верхних слоях атмосферы.
- Надеюсь, все успели сбегать в сортир! – хихикнул Джокер и стукнул по кнопке открытия люка. Нас моментально выплюнуло в космос (чтобы такого не случалось, нужно выравнивать давление, но как объяснишь это почти двухметровому коту?), после чего в дело вступила планета, цепко схватившая нас в объятья гравитации. Скоростной лифт в преисподнюю заработал. Навигационные голограммы на лицевых щитках скафандров явили нашим взорам место посадки, встроенные в ранцы автопилоты скорректировали курс и начали неторопливое снижение. Все шло как по маслу, даже подозрительно.
- Сука! – крикнул Тони. Я повернул шлем в его сторону и увидел, что он беспомощно барахтается в атмосфере. Секундой позже я понял, почему. С поверхности планеты по нам открыли огонь, и один из выстрелов попал в Рэнделла. Отключив автопилоты, мы начали маневрировать, уворачиваясь от летящих снарядов. Я чуть не поймал один в щиток, но в последний момент сумел вертануться в сторону.
- Какая сволочь по нам стреляет? – проорал Джокер в эфир. – Мы же порвали их «Катранов»!
- Значит, блокпост на поверхности есть, - ответил я, отскочив от очередного приветствия инферналов.
- Каким образом? – удивился Тони. – Там же четыре тысячи!
- Это инферналы, - готов поспорить, что Джокер внутри своей брони пожал плечами. – Они и костюмы эти придумали, если вы помните. Лучше туда посмотрите, - мутант, насколько это было возможно в полете, махнул рукой в сторону непонятного явления. Хотя нет, вполне понятного – огненной стены, надвигающейся прямиком на нас.
- У нас же еще восемь часов в запасе! – завопил я, не веря своим глазам.
- Значит, кто-то не силен в астрономии, - горько усмехнулся Рэнделл. – Форсируем?
- Охренел? - взбрыкнул я. – Чтобы еще раньше бифштексом стать?
- А есть выбор? - отозвался Джокер. - Вопрос лишь в том, куда лететь.
- На блокпост инферналов конечно! - ответил я. - Тони, мы не можем стрелять по блокпосту, как-никак это наше предполагаемое укрытие. Сможешь за десять секунд по воздуху взломать систему управления главными воротами?
- Уже ломаю, - огрызнулся кибертехник. Он моментально сообразил, что другого пути нет. Да и у инферналов очень кстати закончились снаряды - можно было сосредоточиться. - Готово. Жги! - он врубил форсированные двигатели и пулей понесся к блокпосту противника. Мы с Джокером последовали за ним. Минуты не прошло, как мы оказались во внутреннем шлюзе блокпоста. Инферналы, конечно, успели уже обосраться шлакоблоками, врубили тревогу и выслали отряд штурмовых биомехов для теплого приема. Хорошо, что я не забыл на "Гренделе" свою любимую - шестикилограммовый цикломет, который Джокер смастерил еще на Марсе. Пушка стреляла стальными шариками, которые разгонялись магнитным полем, как элементарные частицы в циклотроне. При вылете из ствола шарики имели скорость, близкую к световой. И это было круто!
- Согласен, - кивнул Джокер. Очевидно, последнюю фразу я произнес вслух.
Итак, дверь шлюза медленно открывается, являя нашим взорам целый полк металлических солдат, я включаю генератор поля на цикломете, коллеги вскидывают плазмаганы - блин, не удержался! - и веселье начинается. Шарики решетят биомехов в передней шеренге, превращая в вибросито. Ну да, оно же еще и вибрирует от коротких замыканий в цепях управления двигателями эндоскелета. Плазма проливным дождем льется в морды металлического противника, оплавляя синтетическую кожу и обнажая раскалившееся до красна шасси. Биомехи изо всех сил пытаются выполнить боевую задачу, тарахтя пулеметами и забрасывая нас дымовыми гранатами. Дышать тяжело, слезы бегут по щекам, но это не останавливает никого из нашего отряда. Джокер подскакивает к двери, вытягивает ее из пневмокармана и отстреливает плазмаганом. Щит готов. Хвостатый ставит ее поперек проема и бросает антимасс-гранату. Бледно-желтый взрыв распускается, подобно бутону азалии, превращая в металлолом штурмовиков. Эффектная победа. Только с соплями во все стороны из-за газа.
- О, ничего себе… - простонал кто-то из-за угла. Я прошмыгнул к источнику голоса. Им оказался седой, хромой, бухой и наверняка ни разу не женатый профессор. Ну, в смысле, это стереотип уже – если мужик в белом халате и «взрывом на макаронной фабрике» на голове – то это автоматически профессор. Я взял ботана за грудки и поднял над полом. – Тише, тише! Я тут не при делах! – завопил профессор. – Меня самого похитили и заперли здесь!
- Кто похитил, кто запер? – сквозь зубы спросил я, отпустив это неряшливое чудо.
- Какие-то люди… Мое имя – Рихард Вайсман, я работал над новым штаммом вируса Эбола в частной лаборатории близ Большой Медведицы, как вдруг туда ворвались четверо мужчин. Охрана открыла по ним огонь, но они… - профессор противно всхлипнул, - они истекали кровью, но шли дальше. И кровь была какая-то желтоватая…
- Инферналы! – прорычал я, долбанув кулаком по стене. – Давно ты здесь?
- День, может, два... – отозвался Вайсман. – Я потерял счет времени когда меня бросили в этом аду. Везде эти… эти машины… Они не давали мне выйти из лаборатории… Хорошо что спирт я еще не разучился синтезировать…
- Чем вы здесь занимались? – перебил я.
- Ничем. Мне сказали ждать, пока машины не добудут какой-то кусок породы…
- Кусок породы… - я похолодел. Потом немного пошевелил извилинами и успокоился. – Если они были снаружи, то почти наверняка расплавились. Так кто вы по специализации?
- Я – вирусолог, занимаюсь культивацией новых штаммов на заказ, - нет, ну нормальный человек будет таким хвастаться?
- И за каким вирусологу камни? – спросил я, но ответа, понятно, не дождался. Вайсман и сам это не знал. Все, что можно было сделать – это добыть эту гребаную породу и попробовать самим во всем разобраться. Но только ночью – относительной ночью, разумеется.
- Часов двадцать у нас есть, - произнес Джокер, глядя на часы. Они с Рэнделлом тихой сапой уже оказались рядом. – Кто умеет играть в бридж?
Я еле вынес этого говнюка из лаборатории. Гомезу явно надо меньше жрать, или снова начать курить. Долбаный кабан. Еще и чувствительный какой, посмотри-ка! Сердечко зашалило! Как в башку человеку стрелять, так нервов нет, а как писюльку какую-то просмотрел – сразу лапки кверху! Я даже не стал глядеть на то, что он там нарыл, закрыл все к матери, скопировал на молекулярный диск и потащил напарника к выходу, предварительно бросив посреди коридора аннигиляционную бомбу. Через пять минут все это место превратится в хаотическое скопление атомов, и мне было до известного места, какие здешние секреты будут развеяны по ветру.
- Что за… - прохрипел Гомез, когда нас отбросило взрывной волной к трапу «Гренделя». Наконец-то он очухался и зашевелился самостоятельно. Я как будто штангу со спины скинул. – Что ты натворил, идиотина?
- Расслабь ягодичные мышцы, все данные по штамму у меня, - успокоил я напарника, показав диск. А за «идиотину» врежу ему как-нибудь потом.
- Молодцом, - улыбнулся он и, держась за перила трапа, встал на ноги. – С этой штукой мы прижучим его.
- Кого – «его»? – я едва понимал, что несет этот блаженный.
- Моего бывшего командира, - мрачно произнес Гомез. – Знаешь откуда Березников взял штамм? Ему я его притащил, на блюдечке!
- Это как так? – удивился я.
- А так, что Пророк воскресил меня и ребят после одного веселого задания, на котором мы все полегли, для того, чтобы мы добыли кусок камня с одной планеты. Геенна называется, и вполне справедливо. Жарит просто аццки. Не суть важно. Важно то, что по вылету с планеты у Джокера и Тони отказали ранцы. Мы с подоспевшим Тремором попытались их вытянуть за пределы действия гравитации, но у Тремора скафандр взорвался к хренам, меня отнесло к кораблю, а остальные в виде потрохов сгорели в атмосфере планеты. А в камне, который я потом передал лично в руки Пророка, находились герметичные кармашки, отгадай, с чем?
- И ты не спросил, для чего Пророку этот камень?
- В «Черном Патруле» не любят вопросы. Есть работа – выполняй. А найти в ней смысл – это задача командиров, - огрызнулся Гомез.
- По такому принципу много можно наворотить, - усмехнулся я. – Что ты намерен делать?
- У меня есть одна интересная вещица, которой я уже триста лет как не пользуюсь… - Гомез достал из кармана какую-то плоскую коробочку, больше всего напоминавшую визитницу, только с чем-то вроде дактилоскопического сканера на одной стороне. Майк приложил палец к сканеру, и прямо в воздухе появилась «молния» длиной в человеческий рост.
- Это что за трэш? – выдавил я, кое-как удержав челюсть.
- Пропуск в «Порядок», - ответил Гомез. Он потянул за бегунок «молнии», та разошлась. В раскрывшейся дыре на черном фоне сверкали голубые молнии, и не скажу, что эта дрянь мне понравилась. – Временной туннель. Лучше зажмурься…
…И он буквально зашвырнул меня в дыру…
Когда я пускал псу под хвост первый и последний курс колледжа, какой-то профессор со смешной плешью на башке говорил, что путешествие во времени возможно лишь в изначальной форме. То есть, не в виде костей и мяса, а расщепленным на частицы меньше атома. Тогда я не страдал избытком воображения и не седел в интимных местах при мысли, что вероятность точного восстановления человека после путешествия крайне мала. Теперь же, когда эта жирная гнида пхнула мою задницу навстречу приключениям, нехорошие мысли буквально затоптали остатки храбрости. И даже когда Гомез сообщил о том, что переход завершен, я побоялся открывать глаза. Собственно, я каким-то куском своей сущности еще не осознал, что у меня вообще есть глаза.
- Хватит уже, - напарник толкнул меня в бок, и я рискнул осмотреться. Что-то вроде здоровенного ангара, только вместо летательных аппаратов аккуратными рядами стояли какие-то блестящие металлические цилиндры. – Это Капсулы, - сообщил Гомез. – В них мы добираемся до времени и места проведения операции.
- Оружие? – завопил я. – Где мое оружие? – Я не истеричка, просто не так-то легко сохранять хладнокровие, угодив в библейскую легенду.
- Не кипятись, вот оно, - Гомез протянул мне мой пистолет. – Только не стреляй по агентам, тысяча лет в чистилище за каждого.
И мы, миновав пост охраны, направились к лифту размером с мою квартиру. Ну вот нахрена?
- Отрядами так удобнее спускаться, - пояснил напарник, прочитав мои мысли. Хотя какие там мысли, у меня на морде все написано. – Веди себя как-то… ну не знаю, по-домашнему что ли. Ходишь - глаза на выкате, челюсть по полу волочется. Здесь туристов не любят, так что не искушай судьбу.
- Как так? – удивился я. – Нас же охрана без вопросов пустила!
- Думаешь, они каждого в лицо знают? – усмехнулся Гомез. – Охрана для понту, вся соль в пропуске, по которому мы сюда попали. Он определяет твою личность перед тем, как открыть проход. Если ты прямо или косвенно работаешь на «Порядок», пропуск сработает. А если нет, то даже ботинок от тебя не останется.
- Прикольно… - я чувствовал себя все еще не в своей тарелке. – А если базу данных взломают?
- Я еще не видел хакера, способного взломать Бога, - лифт остановился, открыл двери и вдобавок слегка наподдал нам сзади выскочившим из стены пуфиком, дескать, нечего зевать. Мы выскочили в длинный узкий коридор, по обе стороны которого краснели обитые кожей двери. – Руководители среднего звена, - тихо сказал Майк. – Командиры полевых агентов. Кабинет Пророка шестой слева. Идем, - он буквально поволок меня по коридору к заветному кабинету. Потом прокашлялся, поправил на себе куртку… И вышиб дверь ногой!
- Ты не охренел солдат? – прогремел чей-то голос сквозь облако пыли, поднятой протанцевавшим с пару метров куском первоклассной древесины. Пыль осела, и я увидел Пророка. Ну мужик, ну высокий, чего еще. Не скажешь вот так сразу, что в Небесной Канцелярии работает. – Майк?! – воскликнул он. – Ты в пекло захотел?
- Вообще-то, я пришел, чтобы послать туда тебя, - усмехнулся Гомез, достал из кармана диск и помахал им перед носом Пророка. – Здесь все про штамм, который я добыл для тебя. Про то, как ты отдал его кучке яйцеголовых, которым мы только что разделили на ноль.
- Значил, Березников не смог удержать язык за зубами, - улыбнулся Пророк и, встав со своего кресла, начал нарезать круги по кабинету. – Да, Майк, это я отправил тебя и ребят за штаммом. Хотя, в архиве ваше задание звучит иначе. «Уничтожение опорного пункта противника на Геенне», кажется так, – он взял со стола сигару и закурил. – Еще больше ты удивишься, узнав о том, что твоих друзей уничтожил я. Хоскинс отправил вас за костюмами с моей подачи. Собственно, это были мои костюмы. Охраняли их мои люди. И с моего пульта можно было сделать с каждым костюмом все, что вздумается. Например, побаловаться с ранцем…
- Гондон! – заорал Гомез и, схватив Пророка, принялся его душить. Тот пытался вырваться, но уже через пару секунд беспомощно хрипел на своем драгоценном столе. Майк глубоко вдохнул и убрал руки с шеи начальника. - Нет, не так. Эта падла сдохнет совсем по-другому. Стой здесь, я схожу за Гидеоном, - напарник направился к двери. Но не успел он даже коснуться ручки, как Пророк сделал последний в своей жизни ход конем. Я почувствовал резкую боль в шее, будто в нее воткнули здоровенную иглу. Ну, в общем-то, так и было. Пророк вогнал мне полный шприц какой-то мутной хрени, после чего его черепушка вспыхнула и разлетелась на куски. Гомез опустил пушку и подошел ко мне. – Как ты, живой?
- Пока да, - отозвался я, хотя внутри меня все начало гореть, как будто я выпил канистру бензина и проглотил зажженную спичку. – Мать твою! – пожар разошелся вовсю, если бы я был бабой, давно бы уже заревел.
- Это был тот самый штамм… - тихо произнес Гомез, осмотрев ампулу, выпавшую на стол в момент выстрела. – Соболезную, дружище… - он порылся в столе начальника и нашел пузырек с обезболивающим. – Выпей сразу пригоршню, это наркота, но боль снимет, – я послушно сожрал штук двадцать колес. С минуту поплющило, но потом я почувствовал себя легче. – Теперь слушай меня. Через несколько минут сюда войдут Стражи и арестуют меня за убийство руководителя «Порядка». Пророк продался «Хаосу», и я использую диск с добытой нами информацией, чтобы доказать это на суде. А ты должен встретиться со мной в прошлом. Мы еще в силах сделать так, чтобы всего этого не произошло. Вот, держи, - Майк вложил мне в руку какую-то коробочку. – Он запишет все, что ты помнишь, период задашь сам. Я верю в тебя, парень! - Гомез достал пропуск и активировал его. Проход снова засверкал своими молниями, а потом все поплыыыыло…
- Хватит бамбук курить, пора вылезать из гнезда, - сказал Джокер, бесцеремонно сорвав с меня репродуктор. - Доставай карту, мне уже не терпится закончить с этой гадский скалой!
- Отставить ссаться кипятком! - рявкнул я, подскочив с кресла, на котором я досмотрел веселенькое кино про наше с ребятами будущее. - Планы меняются, - я достал из кармана субэфирный передатчик и вызвал Хоскинса. - Капитан, мне нужно, чтобы вы посадили на поверхность "Грендель"!
- Ты что, ганжи перекурил лейтенант? - взбрыкнул Хоскинс. - Нахрена тебе скафандр с ранцем?
- Они заминированы... - я увидел выражение лица... ммм... морды Джокера и жестом дал понять мутанту, что расскажу все потом. - Долгая история, расскажу все по пути в штаб... - в этот самый момент прогрохотал нешуточной силы взрыв, и помещение, в котором мы находились, заполнила мерзкая силикаиная пыль. Я прокашлялся и протер слезившиеся глаза. Проделав в стене дыру метров трех в диаметре, к нам в гости пожаловала группа штурмовиков во главе с...
- Пророк! - процедил я, узнав командира визитеров.
- Майк! - расплылся в улыбке предатель. - Ты ведь помнишь, что "Порядок" не подчиняется законам времени, и потому я уже сейчас знаю, что ты пристрелишь меня там, в моем кабинете. Ты и этот сопляк - как его?
- Серджио... - я потянул руку к кобуре. Джокер сделал то же самое.
- Не буду врать вам про то, что не хочу никого убивать, - Пророк навел на меня свой уродливый наган. "Не иначе как самоделка" - частенько думал я. - Наоборот, я понял, что фокус с костюмами слишком не надежен, и потому лично вышибу вам мозги, как только вы добудете мне камень со штаммом. Кстати, вашего друга Вайсмана уже можно оплакивать. Если хотите, конечно.
- Тогда смысл тебе помогать? - усмехнулся я. - Хреново торгуешься, шеф!
- Ну почему же, - Пророк перевел прицел с меня на Джокера. - У меня есть чем тебя заинтересовать, - и он выстрелил. Мутант взвизгнул - пуля лишила его левого уха, по свалявшейся шерсти заструилась кровь. - Как ты понимаешь, у твоего друга еще много чего отстрелить. Давай так, мы с котенком остаемся тут, а ты и твой патологический хакер идете мне за подарком. Каждые полчаса хвостатый будет лишаться чего-нибудь интересного. Идет?
- Когда перевес будет на моей стороне, я убью тебя таким способом, о котором в аду даже не подозревают! - прорычал я.
- Мечтай дальше, - парировал Пророк. - Хватай своего кибердруга и марш за камнем! И помни про время, а то у кошака твоего запас отстреливаемых причиндалов конечен.
Пророк сделал едва заметный жест, и штурмовики подхватили меня под руки и потащили к выходу. Попутно один из них вытащил откуда-то Рэнделла, не успевшего дожевать какое-то подобие завтрака (или ужина – какая разница).
- Куда? Че за дела? – запротестовал Тони, отбиваясь от биомеха, но плоть против металла как-то не очень серьезный противник. Прыти коллеги хватило на полминуты, после чего, сделав лицо помрачнее, он присоединился ко мне.
- Расслабься, мы проиграли ход, а не партию, - успокоил я Рэнделла, когда нас вытолкнули наружу. Приказа сопровождать нас штурмовики не получали, и это как нельзя лучше сочеталось с созревшим в моей голове планом. Едва мы отдалились от блокпоста метров на восемьсот, я достал пропуск, о котором начисто забыл. Спасибо Серджио, он подсказал мне выход из ситуации.
- Это еще зачем? – удивился Тони.
- Кое-о-чем Пророк не подумал, - улыбнулся я и активировал девайс. Прямо перед нами возникла очередная «экстравагантная ширинка». – Я понял, что он догадался о моей встрече с Серджио, но не о диске, иначе бы он вытряс его из меня, - я достал упомянутый носитель и зашвырнул его в «ширинку». Проход жадно чавкнул и закрылся.
- Какой Серджио? – глаза Рэнделла поползли на лоб. – Какой диск?!!
- Только что я отправил в «Порядок» доказательство того, что Пророк перешел на сторону «Хаоса», - пояснил я, решив особо не вдаваться в подробности. – К сожалению, ценой этой информации стали ваши жизни, а потом и жизнь Серджио. Новый агент, я взял его вам на замену. Во время выполнения одного задания, мы обнаружили предательство в рядах «Порядка» и убили предателя. Меня повязали, а Серджио отправился в наше время, чтобы предупредить меня о том, что Пророк стал паскудой. И попутно записал все, что видел на том задании, на диск, который я и переправил через проход. Его найдут охранники и передадут кому надо…
- Ня… - крыша у Тони начала по тихой трогаться. – Не проще было сейчас пришибить этого мудилу?
- Не проще, - покачал я головой. Пока мы чесали языками, спинномозговые рефлексы довели нас до точки назначения. Было заметно, что «Хаос» приложил руку к породе – у выступавшей из местного аналога песка скалы валялись оплавленные куски эндоскелетов и расплывшийся кляксой робот-манипулятор. Самым приятным было то, что инферналы успели выбурить кубический дециметр породы, и тратить на это время нам было не нужно. – «Порядок», как и «Хаос», существуют вне времени. Это значит, что в каждый момент времени руководящий состав организации знает о том, что с ним было и будет. Сегодняшний Пророк знает о том, что я пристрелил его в будущем. И если я расшибу ему балду сейчас, он узнает об этом в прошлом и подстроит там какую-нибудь пакость. Короче, не докапывайся, я в эти временные парадоксы сам не вкуриваю!
- Получается, Пророк сам сейчас создает временной парадокс, ведь как ты его пристрелишь, если он сейчас тебя убьет. И вообще, почему он раньше об этом не узнал и не уничтожил нас в прошлом…
- Аррр! – зарычал я. – Я не знаю, как работает глобальная память «Порядка», может, это я в будущем создал парадокс и нарушил нормальное течение вещей! В конце концов, раньше руководителей «Порядка» не убивали в самом «Порядке»! Пошли обратно, пока Джокеру еще что-нибудь не отстрелили!
Коллега не стал спрашивать, что и зачем отстрелят мутанту, он молча потопал за мной. И как только мы вновь оказались у блокпоста, произошло нечто невероятное. По обе стороны от нас раскрылись проходы, и на поверхность планеты ступили двое в белоснежных одеяниях. Одного из них я знал очень хорошо…
- Гидеон! – воскликнул я и протянул руку чистильщику «Порядка». Гидеон работал с предателями. Ненавидел предателей. Наказывал предателей. И наказывал такими способами, от которых кровь стыла в жилах. Чтобы больше никто не решался на предательство. – Не ожидал вас так скоро.
- Ты забыл, что «Порядок» не подчиняется времени, - чистильщик сжал мою руку своей мощной пятерней и повернулся к шлюзу. – Давай уже покончим с этим.
- А, вы как раз вовремя! – обрадовался Пророк, увидев нас с Рэнделлом. Гидеон и его спутник решили немного выждать для более эффектного сюрприза гаду. – Я как раз собрался отчекрыжить Джокеру и второе ухо…
- Смотри, как бы тебе чего не отчекрыжили, - усмехнулся я и отступил в сторону. Гидеон понял намек и неторопливо вошел в комнату. Пророк вытаращил глаза на чистильщика и что-то забормотал. Потом упал на колени и завыл:
- Нет, Гидеон, я все объясню! Я хотел…
- Ты хотел наплевать на все, за что мы боролись, - перебил Гидеон. Его спутник достал из-под одежд кривой серебряный меч. – И нечего тут объяснять.
- Не подходи! – заорал Пророк, вскинув наган. – Я выстрелю.
Сию же секунду спутник Гидеона взмахнул мечом, и наган Пророка шлепнулся на пол. Вместе с кистью руки. Предатель завизжал от боли и схватился за кровоточащую конечность.
- Посмотри на себя, как ты жалок, - гремел Гидеон. – Ты хотел крови, вот и лей ее.
- Я…- хрипел Пророк. – Я раскаиваюсь!
- Не искренне, - покачал головой Гидеон. – Огоньку не хватает, - в руках чистильщика невесть откуда появился огнемет. Лицо Гидеона не выражало никаких эмоций, когда он нажал курок. Это была его работа. Очень полезная и нужная работа. Вопли Пророка едва не оглушили нас. Предатель упал на пол и стал извиваться, как червяк, пытаясь затушить пламя. Но это был огонь самой преисподней.
- Я ведь ему обещал, - усмехнулся я, глядя, как раскрывается проход в тюрьму для предателей и как в нем исчезает объятый пламенем Пророк.
- Злорадство – грех, - заметил Гидеон. – Но все равно, отличная работа, Майк. Руководство не оставит этого без внимания.
- Бросьте, ребята, - махнул я рукой. – Для меня высшая награда – снова работать с этими утырками, - я кивнул в сторону Джокера и накладывавшего ему повязку на ухо Рэнделла. – А начальника найдете, никуда не денетесь. Да, и спасибо тебе Гидеон, я бы так не смог.
- Не за что, - Гидеон повернулся к выходу. – Смотри, чтобы однажды не пришлось проделать то же самое с тобой, - и он вместе со своим таинственным спутником вышел из помещения.
- А ведь он прав, - отозвался Джокер. – После такой петрушки не очень-то верится во вселенскую справедливость.
- Сделаем мы тебе ухо, не ной, - утешил я мутанта. – А что касается справедливости, то тебя никто не заставляет в нее верить. Ты ее главное блюди, и будет тебе счастье.
Джокер хотел было сказать что-нибудь похабное, но потом передумал. Зачем нарушать пафос момента, если все трое только что снова спасли мир от смертельного штамма? Спасли «Порядок» от подлой крысы.
А вы говорите, зачем воскресли…
Конец. 2014 г.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/