Снегопад… Уже который день… Похоже, сегодня он побьёт рекорды, и дежурный синоптик обнародует «сенсацию» в вечерних новостях. Видимость отвратительная – метров пять от силы, а дальше сплошная белая стена. Саша чуть не пропустил поворот на парковку: придорожные поребрики утонули в забрызганных грязью отвалах, и въезд был едва заметен.
«Хонда», продавив слежавшийся наст, еле «вползла» на персональное, добытое хозяином место. Александр повеселел, заглушил двигатель и огляделся. В половине восьмого утра стоянка не была заполнена даже на треть. Почему-то строго по центру размещалась живописная группа из нескольких разноцветных сугробов. Красно-белый – машина охранника, сине-белый – «Форд» знакомого из службы эксплуатации, остальные транспортные средства плохо идентифицировались. Радовало отсутствие больших чёрных автомобилей: начальство ещё досматривало сны.
Саша натянул капюшон и нехотя выбрался из салона.
«Стихия разбушевалась», – усмехнулся Александр, провалившись в снег чуть ли не по колено.
От хронического недосыпа в голову кроме заезженного штампа ничего не приходило.
Сипло посвистывая, гнал позёмку западный ветер. За минувшую ночь он повесил лохматую бороду на фасаде серого дома с массивными колоннами. «Осиное гнездо» ещё не проснулось: свет виден лишь в нескольких окнах на втором этаже. Зато вечером здание будет ярко освещено, зажжётся неоновая реклама, побегут огоньки по многочисленным растяжкам. Стоянка до отказа заполнится машинами всех цветов и размеров. И загудит «осиное гнездо» пороков человеческих. Музыка, голоса, звон жетонов создадут этот причудливый акустический эффект. А пока только белые мухи безмолвно кружатся и, обессилев, падают под ноги.
Александр повернулся спиной к ветру и нажал кнопку звонка. Через пару минут загремели засовы, в дверном проёме появилось бдительное лицо охранника.
– А, это вы, Сан Саныч. Здравствуйте.
«Кому Саша, а кому Сан Саныч, – подумал главный механик. – Для Бориса – по имени-отчеству, и никак иначе. В отсутствие директора я – начальник. Да и охранник этот – субъект неприятный».
– Привет. Как дежурство?
– Происшествий нет. Ночью посетителей много было, наверное, выручка неплохая.
Пока они поднимались по центральной лестнице, Александру было доложено, что механик Кирилл привёл десяток друзей, нагло занявших два бильярдных стола. Кассирша Наташа по окончании смены набрала казённых жетонов и попытала счастья на «одноруких бандитах». Попытка не увенчалась успехом. Раздосадованная барышня нанесла «тяжкие телесные» ни в чём не повинному автомату.
«Всех сдал, – ухмыльнулся про себя Саша. – А я ведь ничего не спрашивал. С другой стороны, пришлось бы долго гадать, почему статистика на "бандитах" не совпадает с реальной выручкой. Наташка на крючке».
– Ладно, Борис. Можешь собираться, – он посмотрел на часы. – Пост принял.
Охранника нужно отослать. Присутствие посторонних мешает работе, да и может быть просто опасным.
Александр подождал, пока за Борисом захлопнулась дверь «дежурки», и открыл кассу. Включил свет и бегло осмотрел помещение. Всё вроде бы на месте. Коробки для жетонов полупустые, нужно добавить из автоматов. Кии в ложементах, шары в наличии, мелков хватит на сегодня. Записок с пожеланиями также не наблюдалось. Начало хорошее.
Саша откинул крышку на распределительном щитке и включил полное освещение. А затем с удовольствием осмотрел владения. Справа ровной шеренгой стояли «однорукие бандиты», подняв в приветствии руки-рычаги. Слева соблазнительно шелестели картами «покер-автоматы», предлагая померяться интеллектом. В полумраке балкона, как на подиуме, демонстрировали зелёное сукно бильярдные столы. В дальних углах зала подмигивали и довольно громко «обеспечивали» звуковое сопровождение «детские стрелялки». Всё это создавало причудливый и ласкающий ухо шум.
«Музыка сфер, звуки космоса, – улыбнулся Александр. – А я – командир Вселенной».
Саша выключил свет, оставив работающим единственный светильник у последней в ряду «слот-машины». В этом ничем не примечательном аппарате, а точнее, в шкафчике под ним находился тайник, где дежурная бригада прятала выручку и отчёты за прошедшую смену. Обычный шкафчик: немного поцарапанная дверца да несколько синих от бильярдного мелка отпечатков пальцев.
«Посмотрим, как они поработали».
Александр открыл тайник. Под его чутким руководством в дверцу был врезан хороший немецкий замок, внутренние стенки усилены металлическими пластинами, а в результате получился неплохой сейф. На дне ящика лежал пухлый конверт и листок бумаги, исписанный торопливым неровным почерком.
«Судя по величине пакета, выручка неплохая».
Саша поднёс отчёт поближе к глазам, в этом углу всё же было темновато.
«Так, что там? Ого! Директор будет доволен.
«Происшествий не было». Это хорошо.
«Покер-автомат №11 "глючит"». Ладно, посмотрим.
«Не работает жетоноприёмник на "флиппере"». Знаю, в чём там дело».
Александр закрыл сейф, взял отчёт и переместился в офис. Сейчас долго и нудно придётся считать выручку, но не ту, которая имеет место быть, а другую, единственно верную. Как говорит директор, «распиленную». Пилить, как правило, нужно пополам. Но не всегда. Бывают дни, когда изымаются куда более значительные суммы. Скорее всего, это получки, авансы и премиальные шефа. Главный механик должен выполнять его распоряжения и не задавать лишних вопросов.
Распил – дело для настоящих профи. Тем, кто не дружит с математикой и не обладает определёнными навыками, выполнить подобную операцию невозможно. Саша полистал журналы со статистикой за предыдущие дни и быстро набросал черновик, где разнёс на пяток игровых автоматов денежные суммы, подлежащие корректировке. Взял толстую связку ключей и пошёл в игровой зал.
«Правку» электронных счётчиков он выполнил довольно быстро, а вот с дублирующими, механическими, возился более часа, но всё равно не успел. До 11.30 полагается всё закончить. Автомат №8 придётся вообще на денек вывести из эксплуатации. На него главный механик повесит табличку «ремонт», выкрутит все лампы, но, подойдя вплотную, имеющий уши сможет уловить едва заметное пощёлкивание. Это «трудятся» механические счётчики.
Александр вернулся в офис и заполнил журналы отчётности уже в окончательном варианте. Ещё раз пробежал взглядом по колонкам с цифрами, минутку посидел, закрыв глаза, затем в последний раз окончательно всё перепроверил.
«Идеально!»
Он подошёл к зеркалу, трепетно любимому предмету главного бухгалтера, и проверил, не испачкался ли свитер.
«Ну, так и есть, пыльное пятно на спине. Надо сказать уборщице, чтобы автоматы не забывала протирать».
Подарок Марины сидел на нём безупречно. Этот крупной вязки свитер оказался весьма практичным и удобным в носке. С утра в зале было довольно холодно, а клубный пиджак хоть и выглядел нарядно, нужными свойствами не обладал. Глядя на собственное отражение, Саша почему-то представил себя скандинавским политиком в непринуждённой домашней обстановке.
«Политик, да ещё скандинавский. Бред какой-то, перетрудился, не иначе, – засмеялся Александр и отошёл от зеркала. – Перекурить, что ли?»
Достал сигарету, прилёг на кожаный диван, устало закрыв глаза.
«В полдень директор заявится. Начнёт "строить". Что-то в этот раз придумает?»
Щёлкнул зажигалкой и отправил в полёт большое кольцо.
«Вчера прочёл лекцию на тему "надо быть честным". Заглядывал в очи и недвусмысленно намекал: "Всё знаю".
Я был хорош, ни один мускул не дрогнул на лице. Всячески демонстрировал лояльность фирме и лично – руководству. Ну знаешь, а дальше-то что? Я тоже всё знаю, ну, или почти всё. Понимаю, что наседают учредители. Им всё мало.
Понимаю, что немецкие партнёры требуют свою долю. С контролирующими органами нужно жить дружно. Но я знаю, что и себя ты не обижаешь. Опять машину поменял, наверное, у старой – пепельница переполнилась.
Попросил зарплату увеличить. Всё-таки работаю по 12 часов почти без выходных. Что в ответ? "Я тебе и так хорошие деньги плачу".
Это я себе деньги плачу. Твоей зарплаты только на бензин хватает.
В конце концов, что посеешь, то и пожнёшь. После рюмки-другой директора обычно тянет на откровенность. Оказывается, это политика у него такая. Платить мало, но закрывать глаза на небольшие шалости. Говорит: "Знаю, что воруют, знаю, кто, и знаю, сколько. Давайте, пока можно. Но я единолично буду определять предел". В общем, все и всегда виноваты, ими можно управлять, достаточно только раз схватить за руку. Всех он уже поймал, один я остался. Попробуй! Для этого нужно очень постараться и быть на работе с 8.00 до позднего вечера. А не четыре часа максимум.
Впрочем, это его проблемы. Меня должно беспокоить совсем другое. Я единственный, кто владеет информацией о реальной выручке. Бухгалтеру даются откорректированные цифры, учредители тоже не совсем в курсе, а немецких партнёров просто обвели вокруг пальца. Рано или поздно придут злые и любопытные дяди и поинтересуются: "А всё-таки, сколько?"
И первыми, скорее всего, спохватятся хозяева. Хотя список желающих обещает быть длинным… Тут-то директор на меня все стрелки и переведёт. "Кто счётчики крутит? Сан Саныч! А я так ему верил…" Учредители – люди серьёзные, душеспасительными беседами не отделаешься, братка. Сразу перед глазами объявление появляется: "Ушёл и не вернулся…"
Ладно. Я в системе, знал, куда шёл. Держи нос по ветру и соблюдай правила, иначе проиграешь».
Саша посмотрел на часы. Начало первого.
«Где же мой шеф? Да и бухгалтера что-то не видно. По графику у меня работа в "лаборатории". Можно смело двигаться в сторону подвала, не дожидаясь промывания мозгов».
Он запер офис и вышел в полумрак зала. Толстая ковровая дорожка гасила звук шагов, и Александр бесшумно добрался до главной лестницы. Незаметно улизнуть не удалось. По ступеням бодро поднимался директор в сопровождении главбуха и какого-то толстого гражданина с кейсом в руках.
– Саша, ты куда? Пойдём, доложишь ситуацию, – вместо приветствия бросил босс.
– Происшествий не было, Сергей Николаевич. Отчёты для бухгалтерии я подготовил, всё сошлось идеально. Остальные бумаги у вас на столе.
– Ты что, торопишься?
– Да, одиннадцатый автомат капризничает, – Саша продемонстрировал захваченную материнскую плату. – Нужно срочно «вылечить». Если будут вопросы, звоните. Я тут же поднимусь.
Александр быстро спустился по лестнице и достал толстую связку ключей, намереваясь отпереть бар. К его удивлению, дверь в помещение уже была открыта. Саша зашёл внутрь и увидел за стойкой Марину, которая, напевая, загружала в холодильник бутылки с пестрыми этикетками.
– Марин, слова спиши.
– А, Сашка, это ты. Напугал, – смутилась хозяйка. – В лабораторию идёшь?
– Точно. Сейчас приду, запрусь и до обеда не выйду. Покормишь сегодня?
– Часика через два, не раньше. Продукты ещё не привезли. Пива хочешь? – Марина продемонстрировала запотевшую бутылку.
– Вечером обязательно. Начальство уедет, сразу заскочу. Жди.
– Ох, как я буду ждать! – засмеялась девушка.
Александр пересек бар, спустился в подсобку и в конце длинного коридора остановился перед тяжёлой металлической дверью. Осмотрел замок, проверил «метку». Дверь в его отсутствие не открывали.
Саша вошёл в помещение и сразу почувствовал амбре, к которому так и не привык за три года работы. В «лаборатории» пахло специфически: букет из ароматов канифоли, пластика и отсыревшего дерева. Да и все предметы, хранившиеся в комнате, вносили посильный вклад в формирование запаха.
Вдоль длинной стены плечом к плечу стояли три неучтённых «покер-машины», наполовину разобранный «бандит» ждал донорских органов, на стеллажных полках лежали платы различных размеров и назначений, коробки с жетонами, упаковки электронных компонентов.
Сан Саныч включил паяльник. Положил на стол «материнку», внимательно осмотрел её и обнаружил покоробившуюся от высокой температуры деталь.
«Похоже, микросхема "умерла"».
Не прошло и двадцати минут, как в дверь постучали. Саша впустил в «лабораторию» директора и сделал «преданное лицо».
– Чем занимаешься? – глаза Сергея Николаевича подозрительно обшарили помещение.
Не дождавшись ответа, он продолжил:
– Послушай, Саша. Мой знакомый хочет поиграть в одиночестве. Включи ему три «покера». Сделай всё, как обычно. Я с собой журналы захватил. Времени до открытия у нас с тобой мало, а денег у клиента много. Так что не подкачай.
Александр запер за шефом дверь и открыл прошнурованную тетрадь. Предстояло обнаружить «насосы», то есть автоматы, на которых только что были крупные выигрыши. Вероятность, что в ближайшее время они позволят одержать победу, ничтожно мала. Саша пролистал статистику и обнаружил искомые «покеры». Размещались они, к счастью, рядом, у игрока не должно возникнуть никаких подозрений. Александр быстро поднялся в зал и включил «насосы», дополнительно установив на платах минимальный процент отдачи. К приёму клиента всё было готово.
– Сергей Николаевич, – механик заглянул в офис. – Оживил три «машины». К сожалению, не могу включить все автоматы. Остальные – на профилактике.
– Плохо, Сан Саныч. Я настаиваю, чтобы к 12.00 зал был полностью готов к приёму посетителей. Идите и работайте.
«Директор, как всегда, в ударе», – подумал Саша, пряча улыбку и подобострастно кивая.
Клиент был препровожден к «покерам» и усажен на малиновую банкетку, а если называть вещи своими именами, на эшафот. Он, видимо, хотел завладеть крупной суммой денег единовременно, так как решил сразиться с тремя автоматами.
– Послушай, как там тебя, – дядька протягивал деньги. – Поставь по тысяче кредитов на каждый.
«А вы, мужчина, хам, – взгрустнул Александр, вставляя ключ в гнездо на боковой крышке "покера". – Сейчас начнётся – мальчик, любезный или что-нибудь в этом роде. Ну ничего, сейчас мои "мальчики" тебе покажут».
«Насосы» свое дело знали, и как клиент не старался, денежка постепенно перемещалась в Сашины карманы.
Дядька морщил чело, страстно молотил по кнопкам, ругался и нервно курил. Бусинки пота покрывали его обрюзгшее лицо, едкий запах кожных выделений чувствовался за пару шагов. Прощание с «честно заработанными» проходило весьма тяжело.
Через полчаса он заискивающе стал заглядывать в глаза Александра, от былой фамильярности не осталось и следа. Саша был строг и невозмутим.
Без четверти два мужчина расстался с последними купюрами и, не прощаясь, покинул помещение.
Директор, наблюдавший за поединком из офиса, выбежал в зал и отобрал у Саши выручку. Пошелестел банкнотами и подозрительно спросил:
– Здесь всё?
– До копейки! – в кармане у Александра лежали справедливые 10 процентов от сделки.
Ежесекундный контроль обстановки и тонкая «мониторика» пальцев позволили незаметно отделить несколько купюр от пухлой пачки денежных знаков.
– Подчисти тут как следует, – отдал распоряжение шеф и пошёл считать выручку.
В два часа дня новая смена приступила к работе. Саша быстро проинструктировал сотрудников и направился в «лабораторию». В зале зажгли освещение, из динамиков, встроенных в подвесной потолок, полилась музыка, и у кассы появились первые клиенты.
Минут через тридцать Сашу пригласили на обед.
Марина заперла дверь, предварительно повесив табличку «Перерыв. 15 минут». На столе уже находилась тарелка с большим и аппетитным лангетом. Гарнир из хорошо прожаренного картофеля выглядел тоже очень привлекательно и стимулировал слюновыделение.
– Попробуй, Саш. Полуфабрикаты сегодня привезли хорошие. А мы с микроволновкой очень старались.
– Я всегда верил в ваши кулинарные способности, – Саша взял в руки нож и вилку. – Послушай. Мне удастся когда-нибудь попробовать домашней еды?
– На работе? Никогда! Найди время и приезжай. Когда у тебя был последний выходной?
– Давно. И, кстати, я был с тобой.
– Что же ты тогда отказался от ужина? Я старалась.
– В тот вечер я не хотел есть, я хотел другого.
– Другое ты тоже получил. Доволен?
– Марина, я думал только о тебе. Мне самому так мало надо, – отшутился Саша.
На серьёзные разговоры в середине дня что-то не тянуло.
Александр украдкой взглянул на сидящую напротив девушку и с удовлетворением обнаружил свой подарок – колечко с красным камнем.
Он молчал, делая вид, что занят едой, и всё так же незаметно посматривал на Марину.
Средней длины чёрные волосы, смуглая кожа, наверное, кто-то из родственников южных кровей. Вообще, полукровки очень часто симпатичными получаются. Да, пожалуй, именно так, симпатичная. Красавицей сложно назвать, но насколько привлекательна. Матушка-природа постаралась. Такую фигурку ещё поискать надо. Как там у зодчих? «Золотое сечение», если это уместно по отношению к женскому телу.
«Интересно бы узнать, о чём она думает. Может быть, ей тоже что-нибудь от меня надо».
Марина появилась в баре три месяца назад и спустя пять недель стала старшей с подачи Александра. Директор хотел кого-то из своих пристроить, но Саша «втихую» переговорил с одним из учредителей, и вопрос был решен нужным образом.
Назначение это произошло после их первого «настоящего» свидания, но, справедливости ради, Марина разговор на эту тему даже не заводила.
«Какая-то параноидальная подозрительность. Совсем плох стал, – Саша прогнал дурные мысли. – Работа способствует. Бытие определяет сознание».
Вторую половину дня он провёл в зале.
Починил «флиппер», а затем устроил «тестовое испытание». Так было доложено вышедшему в зал директору. На самом деле он в течение часа просто поиграл от души. Аппарат сверкал и переливался разноцветными огоньками, издавал космические звуки и привлёк тем самым несколько клиентов, образовавших даже небольшую очередь.
Потом зашёл в кассу, выпил с Ольгой чаю, выслушал её размышления о том, что было бы неплохо изменить график дежурств, освободив её на выходные. Напиток был с печеньем, и Саша обещал подумать.
В разгар чаепития он увидел поднимающуюся по лестнице Марину. Она, конечно, заметила Александра, но не подошла, а быстро направилась в сторону офиса. Наверное, шеф на ковер вызывает. Однажды Саша присутствовал на этом мероприятии. Та же самая полуденная промывка мозгов, только в специальном обрамлении.
– Меня не устраивают эти копейки, – кричал директор, потрясая пухлой пачкой денег. – Мне нужны прибыли и сверхприбыли. Буду проверять вас ежедневно. Вы должны требовать от своих подчинённых…
В общем, типичная психическая атака, ничего нового. Александр подобные мероприятия больше не посещал.
В шесть вечера он проводил бесконечно усталого шефа и спустился в бар. Хотел поговорить с Мариной, но не удалось. Зал был переполнен, гремела музыка, да и Маринка помогала девчонке, в одиночку не справлявшейся с заказами.
В половине восьмого неожиданно погас свет. Саша нашёл нужный телефон и уже было начал набирать номер, как электропитание восстановилось. Он с облегчением достал сигарету, но повернуть колёсико зажигалки не успел. В комнату влетел взъерошенный дежурный механик.
– Сан Саныч, иди поговори с клиентом, – оглянувшись на дверь, тихо сказал Олег.
– Что случилось?
– Ты же видел, свет на пару минут погас. На пятом «покере» счётчик обнулился, и игрок революцию устроил. Кстати, выглядит как олигофрен. Иди, сам полюбуйся.
– Послушай, Олег. Поставь ему сотню-другую, только потом мне скажи, – попытался отказаться Саша.
– Клиент говорит, что у него больше тысячи кредитов. Врёт. Я, конечно, специально не следил, но столько – точно не было. И вообще, он директора требует. Не нравится мне это, на наезд похоже. За вторым столом двое его знакомых шары катают, имей в виду.
– Ладно, скажи, что сейчас главный механик выйдет. Пойди, успокой его.
Саша взглянул на часы. До прихода охраны минут двадцать. Они знают об этом, или всё случайно получилось? Тянуть нет смысла, нужно идти разбираться.
«Чёрт бы побрал это руководство. Экономят на всём, даже на охране. Денег, видите ли, нет на круглосуточное дежурство. Смеху подобно, правда, сейчас мне будет не смешно».
Саша вышел в зал и сразу заметил нависавшего над Олегом широкоплечего громилу с явно спортивным прошлым. Нос у гражданина был сильно приплюснут, наверное, в результате встречи с боксерской перчаткой.
– Ты директор? – с места в карьер взял громила.
– Директор будет завтра, в 12.00. Приходите к этому времени, он решит все вопросы, – Александр попытался обеспечить шефа работой.
– Зайдём. Передай ему, разговор есть. Только пусть не бегает, ценит наше время. А сейчас я хочу выигрыш получить. На полторы тысячи кредитов.
«Ого, аппетиты растут», – подумал Саша, изучая физиономию клиента.
Кривая улыбка гражданина говорила о серьёзности намерений.
– Послушайте, мне нужно проверить счётчики, а автоматы опломбированы. Ключи у директора, – импровизировал Александр, встав на всякий случай вполоборота к собеседнику.
За время работы всякое случалось, трижды пытались по голове настучать. В нашем случае всё может закончиться нокаутом, клиент в более тяжёлой весовой категории. К тому же, двое его угрюмых товарищей побросали кии и, демонстрируя неподдельный интерес, приближались к месту событий.
– Тогда поставь по триста кредитов мне и моим друзьям на других автоматах. Мы поиграть хотим.
– Завтра я посмотрю счётчики, и вы получите ваш выигрыш. Если он есть, на самом деле. А сегодня могу поставить сто кредитов за счёт фирмы, – Саша пытался погасить конфликт.
– Ты чё, терпила, мне не веришь, – дипломатические выражения, похоже, закончились. – Тебе чё, в падлу пацанам нормальным по триста очков поставить? Нет, ты скажи, чё, в падлу?
Александр оказался внутри треугольника, в вершинах которого стояли ласково улыбающиеся соотечественники. В радиусе десяти метров ни одной живой души не наблюдалось, и это навевало грустные мысли. Несколько игроков, предчувствуя возможные неудобства, удалились на перекур, а Олег переместился в район кассы.
«Силы неравны. А как хочется жить», – подумал Саша.
Чёрный юмор иногда бодрит. Особенно в критические моменты.
Конечности начали предательски вибрировать, и он незаметно переступил с ноги на ногу.
«Вариант "герой умер молодым" что-то не устраивает. Думай, Саша, думай.
А посажу-ка я их за "нормальные и правильные", как говорят подобные граждане, автоматы. Вряд ли они что-нибудь выиграют, а счётчики я завтра поправлю».
– Ладно, садитесь вон туда, – Александр кивнул на «насосы».
Видимо, и плохие парни устают от «нервной» работы. Они нарушили свои боевые порядки и неторопливо рассаживались у «покеров», явно довольные одержанной победой. Старший даже как-то «по-доброму» проинструктировал Сашу:
– Шевели ногой, примерз, что ли. Сейчас ключ отберу.
Александр, стараясь не суетиться, выставил на «насосах» по двести кредитов.
– Не понял. Плохо считаешь или на память жалуешься? – отреагировал клиент.
– Больше двухсот не могу, – тянул время Саша. На часах было 20.00. – Автоматы так устроены.
– Будешь должен, – подвел черту старший и приступил к игре. – Далеко не уходи.
Александр обернулся и с удовлетворением заметил двух бойцов, стоящих у кассы. Олег находился рядом, и, судя по тому, что он время от времени кивал головой в сторону «покеров», охрана получала вводную.
Спустя пару минут ребята рассредоточились и с двух сторон подошли к месту конфликта, заняли позиции в нескольких метрах от автоматов и стали наблюдать за происходящим.
Как и следовало ожидать, «кредиты» быстро закончились, и старший оглянулся, собираясь подозвать Александра. Увидев охрану, он изменил намерения и что-то тихо сказал своим соседям. Парни посидели ещё пару минут, делая вид, что собираются продолжить игру, а потом неторопливо поднялись с банкеток. Бойцов они старательно игнорировали.
– Продолжение следует. В 12.00. Директору передай, – громила невозмутимо смотрел на Александра.
Всё так же, не торопясь, троица удалилась из зала.
– Что, Саня, мы вовремя? – ехидно улыбнулся охранник.
– Я бы и один справился, да решил у вас хлеб не отбирать, – теперь можно было и пошутить.
Александр подошёл к окну и отдёрнул штору. Посмотрел на стоянку, нашёл машину, в которую садились плохие парни, и попытался рассмотреть номера. Безуспешно. На улице творилось что-то невообразимое. Снегопад усилился, и вычищенная днём площадка опять превратилась в труднопроходимую целину. Неприятельская машина, пробуксовывая, с трудом выехала из сугроба и на большой скорости умчалась по направлению к центру города.
«Клиентов сегодня будет немного, – Саша устало смотрел на полупустую парковку. – Ну и ладно. Главное, что мои игры сегодня закончились. Завтра, похоже, будет интересный день».
В часы, свободные от добывания денег, Сергея Николаевича интересовали две вещи: автомобили и охота. Он вооружился пультом и оживил «плазму», свое последнее, ещё не успевшее надоесть приобретение. Быстро найдя любимые телеканалы, он вывел обе картинки на экран. Слева – два увлеченных товарища вертели в руках вертикалку-беретту, глаза у них горели, и им явно не терпелось пульнуть прямо в студии. На правой половинке экрана шла реклама «лексуса». Автомобиль, безусловно, хорош. Правда, если бы Николаевича спросили, какой должна быть машина, то он бы не задумываясь ответил – немецкой. Это первое и обязательное условие. Второе – полный «фарш». В автомобиле должно присутствовать максимальное количество опций.
«Кстати, о фарше. Что там жена сегодня приготовила?»
Сергей Николаевич снял крышку с кастрюли и обнаружил тёплые ещё котлеты. Именно те, из лосятины, мясо для которых он добыл в минувшие выходные. Если удалить плёнки, сухожилия и прочие несъедобности, пропустить через мясорубку, добавить свиного фарша в пропорции этак пятьдесят на пятьдесят, хотя жена лучше знает, то полдела сделано. Потом котлетки следует хорошо прожарить, чтобы корочка появилась, и можно на стол.
Николаевич подумал и достал из холодильника бутылку водки.
«Не ради скотского удовольствия, а от стресса. А как ещё напряжение снять?»
Налил большую стопку, а потом залпом выпил. Подцепил вилкой половинку котлеты и с удовольствием закусил. Через минуту водка справилась с возложенной задачей. Захорошело.
«Неплохое ружьишко, надо о нём узнать поподробнее».
Взгляд его переместился на другую половину экрана.
«"Лексус", говорите? Всех на "Жигули" – по записи и членам профсоюза», – лёгкий первый кайф располагал к шуткам.
Да, давно это было. Старая разбитая «тройка», первая машина. Сколько вечеров провозился, чтобы восстановить «лохматку», убитую прежними хозяевами. Сейчас даже страшно вспомнить. Если бы моя сегодняшняя «немка» так ломалась… А с другой стороны… Какие были соседи по гаражу! Как хорошо иной раз сидели вечерами. Все друг друга по имени знали. Портвейн, яблоки с дачи. Разговоры, байки. Каждый готов помочь.
Да и на работе всё шло неплохо. Ведущий инженер, перспективы в карьере. Гибкие производственные системы, средства автоматизации – это престижно и интересно. Приходилось ездить на пуско-наладку по всей стране, многое тогда стало получаться. После успешной сдачи объекта, после рюмки-другой казалось – «догоним и перегоним» супостата. Дайте только срок. Правда, в конце каждого квартала идиллия на какое-то время пропадала. Плановое хозяйство неуклонно требовало побед, и немедленно. Победы тут же организовывались на бумаге. А потом опять настоящее дело. Всё можно было исправить, не торопясь, тщательно обдумывая. Эх, какую страну…
Зазвонил телефон. Сергей Николаевич поставил рюмку и недовольно посмотрел на аппарат. В последнее время от поздних звонков он не ждал ничего хорошего.
– Да, – недовольно процедил шеф. – А, это ты, Сан Саныч. Что у нас плохого?
– Сергей Николаевич, сегодня около восьми вечера опять свет отключали. На «покере» электронный счётчик обнулился, и клиент потребовал выигрыш. Но это так, предыстория. На самом деле – была «пробивка», плохие парни заглянули. Хотели с вами пообщаться.
– Что же у тебя, Саша, аппараты так хреново работают, – раздражённо сказал шеф. – То одно, то другое, понимаешь.
– «Покеры» старые. Где они работали до нас и сколько? Я в одном даже «никель» нашёл, монетку в 5 центов.
– Ладно, знаешь, чьи это люди?
– Понятия не имею.
– Как одеты, какая машина? Давай подробнее.
– Одеты? Прилично одеты, не из секонд-хэнда. Машину не рассмотрел, снег очень сильный шёл, да и темно уже было. «Японка», по-моему, из последних.
– Как думаешь, это серьёзно?
– Трудно сказать… Но голову они мне чуть не оторвали. Хорошо хоть охрана вовремя пришла. Обещали завтра в 12.00 заглянуть, очень хотят вас увидеть. Я с утра посмотрю механические счётчики и точно скажу, есть ли выигрыш. Но думаю, что нет, а всё это только повод. Не удивлюсь, если и отключение – их рук дело.
«В принципе, они могли в главный распределительный щит залезть, – подумал Сергей Николаевич. – Напугали или денег предложили, очень даже легко».
– Хорошо, Александр, разберусь. Завтра до 12.00 я должен иметь всю информацию, – преувеличенно бодро сказал шеф и отключился.
Он выпил тёплую невкусную водку и задумался.
«Позвонить, что ли, учредителям, пусть пошевелятся. Хотя, что они ответят, и так ясно. "Не наш уровень, разбирайся сам"».
Сергей Николаевич посмотрел на часы и набрал номер Игоря – начальника охраны.
– Алло, это органы правопорядка? – шеф решил начать с шутки, люди это любят. – Сергей Николаевич меня зовут.
– Звоните 02, – Игорь поддержал шутливый тон. – Доброй ночи, босс. Проблемы?
– Сегодня нашего Сан Саныча пытались обидеть. А завтра обещали добраться и до меня. Так что ваш выход, «оборотни», пора проявить себя.
– Так. Сергей Николаевич, давайте всё по порядку, – Игорь сразу стал серьёзным.
Директор кратко пересказал всё, что узнал от главного механика, и добавил от себя:
– Игорь, мне нужно, чтобы не было шума. Мирно встретились, поговорили и разошлись. А после я бы никогда этих бандосов не видел.
– Хорошо, Сергей Николаевич. Давайте встретимся завтра в половине двенадцатого и окончательно всё решим. А сегодня я подумаю и приготовлю достойный ответ.
– Игорек, это не мой уровень, – строго сказал шеф. – Разберитесь без меня и доложите, когда всё будет закончено. У меня своих дел хватает.
– Есть, босс. Враг будет разбит, победа будет за нами.
– Очень на это надеюсь. Только в зале мне ничего не разбейте. Помни: тихо, мирно, спокойно.
Ночью Сергей Николаевич долго не мог уснуть. Завтрашний, а точнее, уже сегодняшний разговор с немецким партнёром вызывал сильное беспокойство. А тут ещё эти разборки ненужные, слишком много для одного дня. Забылся он только под утро.
*****
На краешке бильярдного стола сидели двое в серой форме с полковничьими погонами. Головы офицеров украшали высокие папахи. Саша, поднимавшийся по лестнице, даже вздрогнул от неожиданности.
– Саня, иди, перекурим.
Голос был знакомым, и Александр, присмотревшись, узнал Игоря, начальника охраны.
– Парни, что за маски-шоу?
– Внеочередное звание, за особые заслуги, – улыбаясь, ответил Игорь.
– А серьёзно?
– Тебя же вчера обидеть хотели. Вот мы и пришли разобраться.
– Лучше бы взвод ОМОНа подтянули. Сколько их сегодня заявится? Я, например, не знаю.
– А спецназ не хочешь? Мы и так здесь нелегально.
Саша достал сигарету и ногой пододвинул к столу напольную пепельницу. Прикуривая, он, не торопясь, с головы до ног осмотрел ряженых: «Хороши. Но видно, что нервничают. Сидят на краешке стола, как-то несолидно, не по-полковничьи».
Все ребята, вечерами дежурившие в зале, были в основном лейтенантами. По каким-то внутренним служебным циркулярам офицерам не разрешалось заниматься подобной деятельностью, и на работе они появлялись с сержантскими погонами. В общем, «маскерад».
– Когда «хулиганы» появится? – Игорь посмотрел на часы.
– В 12.00 обещали.
– Ну, если обещали, будут вовремя.
– Ладно, парни. Пойду в офис, директору покажусь, заодно морально подготовлю, – Саша затушил окурок.
– Можешь не спешить, твоего босса ещё нет. Вчера сказал, чтобы мы тут все вопросы порешали, а потом отзвонились. Сказал, что верит в нас и ждёт победного рапорта. Так что гуляй, развлекайся, можешь с нами постоять. Для количества.
Этого Александру хотелось меньше всего, но понаблюдать за развитием событий было бы интересно. Он подошёл к окну и отдёрнул штору. На стоянке, прямо перед входом, присутствовали две незнакомые иномарки с тонированными стеклами. Тех, кто сидел внутри, видно не было.
– Игорь, у нас, похоже, гости.
Охрана слезла со стола и быстро переместилась к окну.
– Что-то они не торопятся, – Саша вопросительно посмотрел на близнецов-полковников.
– Придут. Домой не уедут, не надейся.
В 11.59 двери машин распахнулись, и на свежий воздух выбралась четвёрка серьёзных мужчин, возглавляемых вчерашним громилой. Сколько человек осталось в автомобилях, определить не удалось.
Охрана опять уселась на стол и закурила, а Александр остался у окна, маячить в первых рядах не хотелось. Вчерашних впечатлений – предостаточно.
Тактически, надо признать, позиция у бильярдов была выбрана верно. Любой, оказавшийся на верхних ступенях лестницы, сразу же мог лицезреть живописную группу в серых папахах. Плохие парни не оказались исключением. Они, замедляя шаг, преодолели последние ступеньки и остановились у кассы. Постояли пару минут, тихо переговариваясь и посматривая в сторону бильярдных столов, а потом молча направились к выходу. Спустя несколько секунд внизу захлопнулась дверь.
– Ну вот. А ты боялся, – солидно произнёс Игорь, погладив кожаную макушку папахи. – Наша крыша выше! Можем и огорчить… до «невозможности».
Лоб у него подозрительно блестел, наверное, шапка тёплая.
– Можно теперь и шефа твоего обрадовать. А вообще, что-то здесь не то… Чувствую… Парни не местные, по рожам видно. Южане! Да и номерные знаки из тех краев. Обнюхали тут всё, жалом поводили, а общаться не захотели. Разведгруппа какая-то.
*****
В 13.00 Сергей Николаевич ступил на гранитный пол вестибюля.
Окинув взглядом полутёмное помещение, шеф обнаружил выдвинутую из ниши кадку с искусственной пальмой.
«Уборщица, наверное, забыла».
Он ботинком вернул предмет декора на место и внезапно услышал голоса и смех, доносящиеся из бара.
Шеф решительно толкнул дверь и вошёл в помещение. У стойки друг напротив друга сидели главный механик и Марина. На столешнице – чашечки с казённым эспрессо, в руках – дымящиеся сигареты.
«Роман, что ли, у них? Служебный. Этого мне ещё не хватало. За Александром надо смотреть внимательней, деньги теперь другие понадобятся. Как бы не замутил чего».
– Здравствуйте, Сергей Николаевич, – первой шефа увидела Марина. – Кофе хотите?
– Спасибо, нет. Как вчерашняя выручка? – он сразу приступил к работе.
– Меньше, чем обычно, – Марина протягивала отчёт. – Посетителей немного было. Опять приезжал Дима, сын учредителя. В этот раз с двумя подругами, выпили две бутылки коньяка, не расплатились. Хорошо покушали и ещё взяли блок сигарет.
– Я же говорил, чтобы ему ничего не отпускали бесплатно, – Сергей Николаевич повысил голос.
– Меня уже не было, он приехал около часа ночи, – Марина заметно нервничала. – Девочек запугал, обещал всех на улицу выставить. Сказал, что у него «открытый кредит».
– Сергей Николаевич, он в последнее время совсем обнаглел, – пришёл на выручку Саша.– В зале тоже проблемы.
– Ладно, Марина, готовьтесь к открытию. Сан Саныч, потом кофе попьёшь, пошли наверх. Доложишь обстановку.
Они молча поднялись по лестнице и вошли в офис. За столом, напротив зеркала, сидела и что-то писала Наталья. Безупречная прическа и умелый макияж главбуха доказывали способность быть красивой без отрыва от производства.
– Здравствуйте, Сергей Николаевич, – Наташа оторвалась от бумаг. – Через полчасика всё закончу, а потом в банк. Подпишите, пожалуйста, платежки.
– Наталья Олеговна. Нам нужно с главным механиком посовещаться. Спуститесь пока в бар, выпейте кофе. Я вам позвоню.
Едва за главбухом закрылась дверь, шеф вопросительно посмотрел на Сашу.
– Что произошло?
– Да всё как обычно. Дима погудел в баре, а потом поднялся в зал. Заставил механика поставить на «покерах» себе и своим подружкам и, естественно, проиграл. Сказал, что папа заплатит. В конце вечеринки обкурился так, что разбил стекло в кассе. Стекло уже поменяли.
– В итоге? – директор уже начинал заводиться.
– В итоге – если сейчас придёт проверка, то увидит громадное несоответствие между реальной выручкой и показаниями счётчиков. Хотя бы играл на одном аппарате, так он мне три покера «испортил».
– Сколько проиграл?
– Я сделал расчёты, посмотрите сами, – Саша протягивал листок бумаги.
– Скотина, урод, – прорвало шефа. – Да за эти суммы нам такие штрафы подвесят, что все без зарплаты сидеть будем, а могут вообще лицензию отобрать. Задушил бы подонка.
– Сергей Николаевич, вы бы поговорили с его отцом. Пусть приструнит парнишку.
– Сегодня и позвоню. Но… Саша, – директор доверительно посмотрел на главного механика, – ты же понимаешь, что денег нам не видать. Надо как-то выходить из этой ситуации. У нас завтра плановая проверка. Я, конечно, постараюсь, чтобы инспектор дальше моего кабинета не пошёл. Однако всё может быть. Делай, что хочешь, оставайся на ночь, но чтобы завтра к 12.00 вопрос был снят. Премию я гарантирую. Иди работай.
Без четверти два Сергей Николаевич отправил Наталью в банк и наконец остался один. Надо было подготовиться к разговору с немцем. Что сказать, как сказать, не сказать бы чего лишнего. К великому сожалению, ничего нового он сообщить партнёру не сможет. Денег как не было, так и нет. Учредители играют в свои игры, а прибыль вкладывают в сторонние проекты. Один магазин достраивает, второй купил недвижимость в маленькой спокойной стране и, скорее всего, отъедет на ПМЖ. Эх, выкупить бы у них бизнес, да где ж взять столько.
Шеф достал из сейфа коньяк и плитку шоколада, наполнил рюмку до краев и, как водку, одним глотком выпил. Настроение не улучшилось, но в желудке стало тепло.
«Сейчас немец позвонит, – директор посмотрел на часы. – Опять несколько минут унижения. Хорошо хоть всех отправил».
В 14.00 ожил телефон. Немецкая пунктуальность. Сергей Николаевич вздрогнул и с ненавистью посмотрел на аппарат.
«Послушаем, что нового на "Немецкой волне"».
Попытка привести себя в тонус не очень-то удалась, и шеф медленно побрёл к столу. Со стороны это напоминало восхождение на эшафот. Выражение его лица по мере приближения к трубке несколько раз менялось. Маска уверенности в правом деле – на маску нашкодившего мальчишки, промелькнули ещё какие-то неясные лики, наконец, его лицо приобрело откровенно испуганное выражение. Чёрный, истошно звонящий прибор был похож на готовую к прыжку чёрную мамбу. Шеф тяжко вздохнул и представился.
Господин Майер немедленно начал вещать. Говорил он по-русски безукоризненно, но с характерным акцентом. После кратких и корректных приветствий он сразу приступил к делу.
– На нашем счёте в конце месяца опять появилась сумма, ничего общего не имеющая с договорённостью. В чём дело?
Вражеский голос был спокоен и деловит.
– Выручка упала, господин Майер. Это временные, сезонные затруднения. Сейчас в городе сильные морозы, и количество клиентов резко сократилось, – шеф начал выстраивать оборонительные редуты.
– В прошлом месяце тоже были морозы, и в позапрошлом. Я стал интересоваться прогнозом погоды. У вас сейчас всего минус пять.
– Сегодня действительно не холодно, но последние дни идёт сильный снег. Объявили штормовое предупреждение, – в первый и последний раз Сергей Николаевич сказал чистую правду.
– Всё это – детский лепет, у нас есть филиалы и в других городах. Там почему-то климат не мешает собирать хорошую выручку.
– Буду с вами откровенен, господин Майер, есть ещё две причины, влияющие на нашу работу, – шеф сделал паузу.
– Не тяните, я жду.
– Первое – криминальная обстановка в городе, второе – некоторое недопонимание со стороны налоговых органов. Это наши постоянные и, к сожалению, не уменьшающиеся расходы.
– Почему только у вас находятся какие-то причины? Мне они совершенно не интересны, – голос немца на секунду изменил тональность, но сразу же вернулся в заданную октаву. – Мне нужны деньги. А от вас требуется решение этих проблем на месте, как там у вас говорят, в рабочем порядке.
– В ближайшее время мы всё исправим, – чересчур оптимистично произнёс директор. – И вернём все задолженности.
Собеседник оптимизмом не проникся и начал выходить из себя.
– Я всё это слышу уже который месяц. Мне сложно с вами работать, я буду говорить с учредителями.
– Учредители в курсе, им всё своевременно докладывается. Они попросили меня принести извинения немецкой стороне и донести до наших партеров, что необходимые действия предпринимаются, – смиренно произнёс босс, чувствуя, что перестарался.
Далее Майер перестал сдерживаться, и речь его, чётко артикулированная мгновение назад, вдруг стала напоминать лай вражеской овчарки.
– Криминальная обстановка? В городе? У вас в фирме криминал! Бандиты! Наше терпение закончилось. Воры!
Шеф замолк, давая немцу выговориться, и с удивлением заметил в майеровской речи нечто знакомое по кадрам военной кинохроники.
«Бесноватый»!
В голове совсем не вовремя зазвучал армейский марш. Медь военного оркестра, литавры и чеканный шаг одетых в чёрное людей.
«Дойчен зольдаттен унтер официррен… марширрен, марширрен».
Сергей Николаевич чуть не засмеялся и потерял нить разговора.
– …последний срок. Иначе мы будем думать о закрытии вашего филиала.
Ставя жирную точку, немец издал тирольский йодль «швайн» и бросил трубку.
Переговоры можно было считать успешными – отсрочка в очередной раз получена. Учредители будут довольны. Несколько портил настроение последний штрих, понятный и без перевода.
«Сам ты хряк», – громко и запоздало выдал шеф. На душе стало немного легче.
В маленькую щель меж низко висящими облаками выглянуло солнце. Слабый лучик чуть коснулся щеки, зажёг редкие снежинки, застывшие в плотном морозном воздухе, и растаял, так и не успев порадовать редких прохожих. Свинцовые снежные тучи неторопливо уходили на север, и хотелось верить, что до следующей зимы.
Марина улыбнулась, помахала отъезжающему автомобилю и, стараясь ступать в чьи-то следы, направилась к большому серому зданию.
«Всего-то две недели, и весна, а потом день рождения, 26 лет. Уже или ещё? Мама бы сказала "ещё", а вот мне иной раз кажется…
Ладно, пусть будет "ещё". Немного солнца, и настроение поднялось. Ещё 26, у меня всё впереди, всё будет хорошо. "Уже" оставим на какой-нибудь серый вечер…»
Марина поздоровалась с охранником и, стуча каблучками, направилась к знакомым, потемневшим от времени дверям. Зажгла свет и сразу же включила вентиляторы. Воздух тяжёлый: табак и алкогольные ароматы, – хоть ножом режь. Она взглянула на кофе-машину и достала любимую чашку. Начать рабочий день с горячего ароматного напитка было бы очень правильно. Пока варился кофе, Марина подошла к зеркалу и раскрыла сумочку.
«Я сегодня очень хороша, выспалась наконец, да ещё и Олег подвез. Так бы ловила машину или тряслась в маршрутке. Интересно, он случайно мимо остановки проезжал или поджидал? В засаде.
Нет, правда, я выгляжу просто замечательно.
И вообще, я похожа на Сельму Хайек. Да, что-то есть. Или она на меня?»
Марина повернулась на каблучках и показала язык зеркалу.
«Зато у меня фигура лучше».
Скрипнула дверь подсобки, и на пороге появился Саша, заспанный, лохматый и с зубной щёткой в руках.
– Привет, Марин, это я. Не напугал?
– Привет. Ты что, в «лаборатории» ночевал?
– Пришлось ночью поработать, не успел вчера закончить.
– Не бережёшь ты себя. Саш, я похожа на Сельму?
– Какую ещё Сельму? Не доставай меня, я голодный, невыспавшийся и злой.
– На Сельму Хайек, актрису. Сейчас я тебе кофе сделаю и поесть что-нибудь найду.
– Точно? Тогда ладно. Ты лучше, Сельма отдыхает.
– Ответ правильный. Иди чисти зубы, через полчаса экспедитор придёт, мне будет некогда.
Она покормила Сашку, приняла машину с продуктами, и до половины второго ей так и не удалось толком присесть.
Минут за двадцать до открытия в бар пришла Света, села за столик и сразу задымила.
– Марин, налей кофе, пока директор не пришёл. Вечно он в самый неподходящий момент появляется.
– Успеешь, он сейчас в офисе, я только что с ним по телефону говорила. Что же ты Кирилла с собой не взяла, он бы тоже от чашечки не отказался.
– Так ты не в курсе? – Света с удивлением посмотрела на Марину. – Его от работы отстранили. Пока на две недели. Я сегодня с новым механиком работаю.
– Интересные дела. А за что?
– Точно не знаю, – Светка глубоко затянулась и пристально посмотрела на Марину. – Сан Саныч, Сашенька твой постарался. Он что-то директору рассказал, а тот Кириллу допрос с пристрастием устроил. Бедный мальчик красным вышел из офиса, хоть прикуривай.
Не прошло и пяти минут, как в дверь заглянул директор. Быстро осмотрев помещение, он остановился у столика, недовольно процедив:
– Заканчивайте посиделки, на работу пора. Света, у тебя всё готово? Иди с новым сотрудником познакомься, введи его в курс дела. Быстрее, быстрее давай. А ты, Марина, помнишь, я тебя вчера предупреждал? У меня важный гость, собери в офисе стол, как обычно. Что нужно, надеюсь, ты знаешь?
В два часа открылись, как всегда.
Марина отругала девчонку, опять опоздавшую на смену, и пока та переодевалась, сама стояла за стойкой. Народ подходил и подходил, наверное, окончание снегопада так на всех подействовало. Через полчаса все места были заняты.
Она занялась подготовкой меню для директорского мероприятия, но разговор со Светкой не выходил из головы. Осуждение, с которым та говорила о Сашином поступке, было неприятно.
«Вот так и узнаешь человека, по делам. Можно вести задушевные беседы, заниматься приятными вещами, но только по поступкам видно, что тот из себя представляет. Я же не бегаю к директору на сотрудниц жаловаться, а поводов сколько угодно. Стараюсь сама эти вопросы решать.
Да и вообще, это как-то не по-нашему. Не принято у нас так. Обязательно с ним поговорю. Может, эта Светка мне просто завидует».
В три часа заглянул Александр, недовольно покосился на занятые столики и подошёл к стойке.
– Что это у вас за столпотворение, присесть некуда. У меня, кстати, обеденный перерыв.
– Саш, иди в лабораторию. Я туда принесу, – Марина ставила тарелки в микроволновку.
Через пять минут она толкнула тяжёлую металлическую дверь. Поставила поднос на столешницу, на маленький пятачок, свободный от каких-то непонятных штуковин, и укоризненно сказала:
– Ты бы хоть стол убрал.
– Я ещё работу не успел закончить. Боюсь, что-нибудь потеряется.
Он с удовольствием придвинул поднос.
– Саш, а правда, что Кирилла от работы отстранили? Что случилось?
– Отстранили? Наш директор верен себе. Опять какие-то хитрые комбинации придумывает. Мне сказал, что уволит без «выходного пособия». Я бы так и сделал.
– Расскажи, я ведь ничего не знаю. А ты вечно молчишь как партизан. Кирилл – хороший мальчик, вежливый, всегда улыбается. Не верю, чтобы он мог что-нибудь натворить.
– Доулыбался твой мальчик, – усмехнулся Саша. – Если коротко – на выручку позарился.
– Мне сказали, что ему очень деньги были нужны. Он даже к директору ходил, просил в долг на пару месяцев. А тот не дал. У парня, говорят, кто-то в семье болеет.
– Интересная версия! Проиграл твой Кирилл в бильярд какому-то профи. Думать надо было!
– Мне очень обидно, Саша, что это ты шефу всё рассказал. Можно было как-то по-другому поступить. Предупредить, что ли. Просто деньги отобрать. А пойти и заложить – это, по-моему, подло.
– Послушай, выбирай выражения. Подло! – Александр резко отодвинул тарелку. – Что ты вообще знаешь?
– Так расскажи. Ты никогда мне о своей работе не рассказываешь.
– Предупреждал я его. Дважды. В последний раз сказал, что больше покрывать не буду. А он стоял и улыбался, подонок. То, что он в карман к фирме залез, меня, честно говоря, не очень волнует. В этом кармане все шарят по мере возможности. А вот то, что он меня подставил… Я здесь за всё отвечаю, с меня и спросят, в случае чего. Директор скажет, что не знает, с какой стороны к автомату подойти, его дело – организовать работу. А я останусь один на один или с учредителями, или с соответствующими органами. Если выявят какие-либо нарушения, могут и лавочку прикрыть. Все за воротами окажемся. Тебя устраивает твоя работа?
Не Голливуд, конечно. Здесь не походишь, как твоя Сельма Хайек, в бикини, с коктейлем перед камерой. Но всё же лучше, чем китайскими тряпками торговать.
– Намекаешь, что это ты меня сюда устроил. У меня, кстати, высшее образование, не пропала бы.
– Может быть. Что же ты тогда к нам пришла, да ещё в бар, работать? Стояла бы за стойкой по 12 часов за зарплату копеечную. А сейчас, наверное, ещё что-нибудь перепадает.
– Перепадает, не жалуюсь. Можно подумать, ты у нас кристально честный. Девчонки говорят, что у тебя деньги к рукам прилипают.
– Девчонки… Говорят, – передразнил Саша. – Потому и не рассказываю ничего, сболтнёшь кому случайно. Меньше знаешь, лучше спишь. Это как в дешевых голливудских фильмах, если есть баба, значит, жди неприятностей. Там хоть понятно – законы жанра. Кого-то ведь надо спасать из рук злодеев. Сам себе проблемы я создавать не намерен.
– Ты уже никому не веришь, даже мне. Это обидно, Саша, – Марина резко встала и пошла к дверям.
– Отлично поговорили, – он бросил ложку на стол – Спасибо, сыт по горло. Если хочешь, чтобы тебе доверяли, сама должна верить, а не слушать всякую ерунду. Подло, видите ли.
Марина хлопнула дверью так, что зазвенели стекла в шкафу.
*****
Сегодня Сергей Николаевич решил не изображать крутого бизнесмена и лично вышел для встречи важного гостя. По задумке предполагалось провести инспектора по залу, поведать о проблемах, можно сказать о кризисе, а потом слегка утомлённого экскурсией гостя плавно, под белы рученьки, препроводить к скромному столу, соответствующему текущему моменту.
– Здравствуйте, Валерий Васильевич, – директор протягивал руку. На лице его читалось безграничное уважение к представителю власти.
– И вам не кашлять, – негромко пошутил гость. Лишних глаз поблизости не наблюдалось.
Их последняя встреча прошла в тёплой непринуждённой обстановке. Сопровождалось это дегустацией элитных алкогольных напитков и пением на два голоса.
– Я надеюсь, у вас всё в порядке?
– За ваше отсутствие никаких происшествий не произошло – улыбнулся Сергей Николаевич.
Он заглянул в бар и начальственным тоном обратился к Марине:
– Будьте на телефоне, я позвоню.
В течение получаса директор водил гостя по залу, отдавал распоряжения «вышколенному» персоналу и рассказывал о проблемах текущего момента.
Когда делегация подошла к «покер-машинам», очень кстати зазвучала так ненавидимая шефом музыка. На одном из «покеров» клиенту выпало «каре», и железный ящик громко исполнил регтайм «Миссурийский почтальон». Далее игрок обычно забирал выигрыш, чем очень расстраивал Сергея Николаевича, но в данном случае следовало извлечь максимальную пользу из этого события.
– Большинство «покеров» сейчас в «отдаче», так уж совпало. Это обычный цикл. В следующем месяце всё поменяется, – импровизировал директор, хорошо помня, что заветный конверт, приготовленный для гостя, был несколько тоньше обычного.
– Ну что ж, бывает, – согласился тот. – Надо бы пломбы на аппаратах проверить. А где этот спортивный молодой человек, главный механик, что ли?
– Проверим, обязательно, – шеф выразил немедленную готовность. – Я предлагаю сначала пройти в офис и начать с журналов отчётности. Сан Саныч сейчас в местной командировке, за комплектующими поехал.
Александр тем временем отсиживался в «лаборатории», о существовании которой посторонним знать не полагалось.
Делегация двинулась было в сторону кабинета, но внимание инспектора вдруг привлёк последний в этом ряду аппарат. На погасшем экране висела табличка «ремонт».
– По каждому неисправному аппарату мне нужен акт вывода из эксплуатации.
Тренированное ухо Сергея Николаевича ещё за пару шагов уловило чуть слышное потрескивание шестеренок в блоке механических счётчиков, поэтому ответ осуществлялся командирским голосом, сопровождаемым громким кашлем.
– Есть такой акт, уже подготовлен.
На этом обход был завершен, и директор пригласил гостя в офис. Подвёл к журнальному столику, укрытому салфеткой, и лихо сдёрнул накрахмаленную материю. Для начала здесь было всё необходимое. Бутылочка настоящего армянского коньяка, тарелка с бутербродами, салаты и ваза со свежими фруктами.
– Предлагаю перевести дух и восстановить силы, – Сергей Николаевич вопросительно смотрел на проверяющего. От его ответа зависело дальнейшее развитие событий.
Тот, наверное, в самом деле был утомлён экскурсией и гнуть пальцы не стал.
– Отличная мысль.
Пока директор открывал бутылку и разливал содержимое в коньячные рюмки, Валерий Васильевич завладел толстым прошнурованным журналом и перевернул несколько страниц. Там, где и следовало, точно в середине, он обнаружил заветный конверт. Силы начали стремительно восстанавливаться. Гость вопросительно посмотрел на Сергея Николаевича, увидел ответный кивок и потряс журналом над собственным кейсом. Через мгновение конверт обрёл нового хозяина.
– Ну что же, особых нарушений я не обнаружил, – официальным тоном начал Васильевич, а потом по-свойски добавил. – Так держать, Серёжа.
Конечно, можно было сразу пройти в офис, получить конверт и обмыть это дело. Знали они друг друга не первый месяц, но работа – это святое.
Когда коньяк подходил к концу, покрасневший Валерий Васильевич выглянул в окно. Уже начинало смеркаться.
– Вот так пашешь от темна до темна, света белого не видишь.
А потом неожиданно затянул:
– Подкрался сзади вечер, весь город им укрыт…
Директор был готов к такому развитию событий и немедленно подхватил:
– И надо бы развлечься, как нам быть…
Следующие строчки исполнялись дуэтом, очень близко к первоисточнику. Нота в ноту. Правда, со словами были небольшие проблемы.
И мы ещё закажем, монет не хватит, пусть,
Ведь я платить не тороплюсь.
Давай дадим друг другу руки,
Ведь этот вечер – не для сна,
И лихо спляшем буги-вуги,
А что ещё осталось нам.
– Сейчас я насчёт горячего распоряжусь, да и горючее на исходе, – шеф снял телефонную трубку и коротко распорядился. – Несите.
Когда Марина подошла к офису, то услышала негромкое пение. Слов нельзя было разобрать, но выглядело это вполне музыкально.
Она постучала и толкнула дверь. У журнального столика друг напротив друга сидели возбуждённые исполнители и допевали куплет. На вошедшую они не сразу обратили внимание. Волшебная сила искусства.
Дым табака укроет плечи,
И будет плавиться капрон.
Последнюю строчку директорский гость допевал в одиночестве, устремив пламенный взор на Маринины колени.
– Мариночка пришла. Как поживаете, солнце мое, – красная физиономия гостя излучала неподдельную радость.
Сказав в ответ пару слов, подобающих моменту, она поставила горячее на стол и сразу же ушла.
«Папик слюни распустил. И будет плавиться кальсон. Скорее бы день закончился».
Около десяти вечера вокалисты разъехались по домам, удовлетворённые проведённой работой.
Марина забрала посуду из офиса и уже подходила к главной лестнице, как вдруг увидела Сашу, мелькнувшего в окошке кассы. Светка что-то говорила ему и улыбалась.
«Вот ведь гад, уже со Светочкой развлекается. Никогда не прощу, пусть только попробует подойти. Нет, ну какой же всё-таки гад. И на день рождения не приглашу».
В уголках глаз созрели две большие капли, и она опустила голову. Не дай бог увидит кто-нибудь.
Саша стоял на коленях перед стойкой с аудиоаппаратурой и пытался разобраться, почему пропал звук из колонок у бильярдов. Соображалось плохо. Во-первых, было уже поздно, из-за проверки пришлось отсиживаться в «лаборатории», во-вторых, больше суток дома не появлялся, устал, голова тяжёлая. С Маринкой поругался, мог бы сдержаться, но характер такой, копишь-копишь в себе неприятности разные, а потом как выплеснешь на кого-нибудь. Молодец, в этот раз на близкого человека, сподобился. На начальство так голос не повышаешь, здесь голова хорошо работает. Самокритично. Проехали. Она тоже хороша – «подло», могла бы и поаккуратней слова выбирать. Ладно, извинюсь, язык не отвалится. Но не сегодня и не завтра, пусть подумает, это полезно. А если сама захочет помириться, пойдём девушке навстречу.
Александр осторожно потянул за толстый жгут проводов, выходящий из-за стойки, в руке у него остался отвалившийся «шнурок».
– Елозят тут ногами своими, – глаза Александра остановились на коленях кассирши.
Света заметила взгляд и ехидно посмотрела сверху вниз.
– Как приятно – мужчина у твоих ног. Марина, наверное, такого и не видела?
«А вот это ты зря», – подумал Саша и вслух добавил:
– Что ты сегодня ей наговорила? О напарнике своём честнейшем, обо мне – стукаче, о моих доходах нетрудовых.
– Саша, это не я. Вообще ничего не понимаю. О чём ты? – Света перестала улыбаться.
– Дурочкой не прикидывайся, – разозлился он. – Держи язык за зубами. Если ещё раз что-нибудь подобное услышу, я твоей смене особое внимание уделю.
Света обиженно отвернулась, загремев жетонами.
Александр вытащил усилитель и быстро вернул «шнурок» на место. Настроение было испорчено окончательно, какая-то мутная волна проникла в душу, не сорваться бы опять. Домой, и как можно быстрее.
– Эй, красавица, организуй нам бильярд, – в окошке кассы маячила чья-то пьяная физиономия. – Пойдём с нами, поиграем.
Парень поймал Свету за локоть.
Александр поднялся и увидел троих прямоходящих, которые что-то громко обсуждали, размахивали руками и в выражениях не стеснялись.
– Молодые люди, – Саша через силу улыбнулся. – Пройдите к пятому столу, там вас уже ждут.
Парень отпустил Светкин локоть и недобро посмотрел на Александра.
– Идём-идём, – пошатываясь, клиенты отправились на балкон.
Он собрал инструменты, покосился на обиженную Светку и открыл дверь, намереваясь наконец-то закончить трудовую вахту.
– Можешь включать музыку.
– Саш, смотри, там что-то начинается, – девушка кивнула в сторону бильярдных столов.
Клиенты окружили дежурного механика, возбуждённо размахивая киями. Раздался звон битого стекла, и погасла лампа над пятым столом.
– Где охрана?
– Кажется, ужинать пошли.
– Оба, что ли? Сколько раз им говорить, чтобы по очереди ходили. Закрой кассу и найди их, срочно. Эти ребята мне сейчас все плафоны перебьют, – Саша побежал на балкон.
Между столами уже начиналась нешуточная драка. Парни побросали кии и в шесть рук дубасили слабо сопротивляющегося механика. Нос, похоже, ему уже разбили, белая рубашка была в капельках крови. И это в первый рабочий день. Повезло!
– Достаточно, ребята. Я сейчас наряд вызову, – Александр остановился в паре шагов.
Один из бойцов отделился от группы, сократил дистанцию и сильно ударил, метя в челюсть. Саша нырнул под руку и остановился, выжидая. Драться не хотелось.
– Эй, – возбуждённо крикнул нападавший. – Здесь ещё желающий.
Один из клиентов остался добивать механика, а второй рванул на помощь соратнику.
«А вот это – зря», – Саша начинал заводиться. Предчувствие боя, выброс адреналина, и ушла накопившаяся за сутки усталость.
Дожидаться, пока бойцы слаженно приступят к делу, было чревато, и Александр коротким «джебом» пробил в челюсть ближнему сопернику. Прицел у того сбился, больно, надо думать, и он как-то вяло атаковал Сашу в голову. Полшага в сторону, и быстрый «кросс» в ту же бедную челюсть. Парень, тряся головой, упал на пятую точку, мириады маленьких точек перед глазами ему обеспечены. Как минимум на пару минут.
Второй времени зря не терял, ногой ударив Александра в спину. Саша не стал упираться, сдвинулся на пару шагов, разорвал дистанцию и повернулся к сопернику.
– Каратист, что ли?
Нападавший застыл в какой-то замысловатой стойке.
– Смотри не ошибись.
Саша легко ушёл от прямолинейного пинка в живот и разрядил длинную серию в голову. Вместе со «стойкой» сенсей закатился под бильярдный стол.
– Сзади! – успел предупредить подоспевший охранник.
Саша пригнулся, у головы, задев волосы, просвистел кий. Раздался треск ломающегося дерева, и в руках у парня остался зазубренный конус длиной в полметра. Стол помешал отскочить в сторону, и следующим ударом нападавший сумел-таки попасть в Александра. Обломок порвал рубашку, сильно оцарапав правый бок. На одежде мгновенно проступило тёмное пятно. Если бы не охрана, с огромным наслаждением пинавшая скрюченные тела, Александр добрался бы до обидчика. Первобытная злоба уже была готова выплеснуться наружу.
Саша прислонился к бильярдному столу и поднял глаза. Вокруг собралась толпа, подошли игроки, привлечённые бесплатным зрелищем, подтянулся народ из бара. Прямо перед собой, во втором ряду, он увидел Марину. Глаза у неё были очень испуганные.
Александр заправил в брюки уже изрядно намокшую рубашку и ушёл в офис.
«Где же эта чёртова аптечка», – правой рукой он шарил по полкам стеллажа, левой расстегивал пуговицы на рубашке.
– Сан Саныч, повязали уродов, – на пороге стоял охранник. – Сейчас всё сделаем как положено. Органы правопорядка, группа дознания.
– Делайте, что хотите, но никакого дознания. Если ещё и дознаватели будут по залу бродить, директор нас не поймёт. Нам своих проверок хватает. Всё, идите.
Саша снял наконец рубашку и осмотрел рану.
«Ничего, бывало и хуже, – он вытащил пару заноз, обработал йодом и прилепил большой кусок пластыря. – Зашивать вроде не надо, само зарастёт».
Сильное возбуждение не проходило, начали немного дрожать ноги. Александр достал директорский коньяк и сделал пару глотков прямо из горлышка. Через минуту отпустило, сигарета в руке перестала вибрировать.
А через полчаса Саша забылся.
Разбудил его стук в дверь. Александр посмотрел на часы – три часа ночи.
– Кто там ещё? – он поднялся и повернул ключ в замке.
За дверью стояла Марина.
– Саш, мне сказали, что ты домой не поехал. Я беспокоюсь.
– Всё в порядке. Куда я поеду? – он кивнул на полупустую бутылку. – А ты почему не дома?
– Я не смогла, – тихо сказала она, а потом с иронией добавила. – Ты же сегодня такое шоу устроил, народ в баре весь вечер обсуждал, расходиться не хотел. Я поговорить с тобой собиралась.
– Вызови такси, утром поговорим. У меня всё хорошо, правда, – он легонько подтолкнул её к двери.
Марина щёлкнула замком, вытащила ключи из скважины и бросила за стеллаж. Связка звякнула несколько раз, падая с полки на полку, и затихла на полу.
– Зачем, Марина? Завтра же не найдём.
– Это будет завтра, – улыбнулась девушка и погасила свет.
В конце апреля в город пришла весна. Долгожданная, солнечная, с тёплыми короткими дождями. Набухли почки на старых каштанах-близнецах, появилась первая зелень на узких, обрамлённых камнем газонах.
«Отличный день, весной пахнет, – Марина распахнула окно и улыбнулась. – А каким ещё должен быть день рождения? Сашка сдержал слово, разогнал облака. Молодец!»
Она вернулась к столу, ещё раз выровняла тарелки и посмотрела на часы. Пора приглашать гостей, праздник начинается.
Марина заперла бар и по главной лестнице поднялась в игровой зал. Прошла мимо шелестящих картами «покер-машин» и на минутку задержалась у любимого бильярдного стола.
«Вечером сыграем. Главный механик обещал матч-реванш».
Она погладила зелёное сукно и направилась к офису.
Наталья сидела спиной к зеркалу, и это было странно. Полуденный макияж никто не отменял.
– Привет, Наташ. А где начальство? – Марина зашла в комнату. – Не забыла, у меня сегодня день рождения. Я в баре столик накрыла, хочу всех пригласить.
– Поздравляю, – невесело отозвалась главный бухгалтер.
– Что случилось, проблемы?
Наталья раздражённо бросила папку на стол.
– У нас всех одна проблема. Большая! Поиски новой работы.
– Вот это новость! Что случилось? – улыбка исчезла с лица Марины.
– Вчера немцы продали бизнес. Надоело ребятам: их уже целый год кидают.
– Как же так, Наташа? Кому? Конкурентам наше оборудование даром не нужно, они только новые аппараты покупают. Мне Сан Саныч рассказывал.
– Нашли покупателей. В другом городе, где-то на юге нашей необъятной родины. А самое главное, они приобрели бизнес вместе с долгом. Понимаешь, чем это пахнет?
– Не совсем.
– Элементарно. Новые хозяева найдут виноватых, или назначат. Им, похоже, всё равно. Но деньги вернут! Ты спрашиваешь, где все? Я бы тоже очень хотела знать. Ни директора, ни учредителей. Телефоны не отвечают. Мне-то что делать? Я ведь из тех, кто много знает.
Марина села напротив и уверенно сказала:
– Сейчас Саша вернётся, посоветуйся. Я с ним по телефону утром говорила. Он обещал в полдень вернуться, сказал, что за цветами съездит и сразу к праздничному столу.
– Да уже почти час. Свяжись с ним, пожалуйста.
В салоне джипа, сворачивающего на проселок, зазвонил телефон. Пассажир, развалившийся на заднем сидении, перевернул лежащее в ногах тело, брезгливо расстегнул окровавленный пиджак и вытащил трубку.
– Марина какая-то… Пообщаться, что ли? А то вы всё молчите. Скучно!
Его широкоплечий, с перебитым носом напарник процедил сквозь зубы:
– Скоро приедем, ещё пара километров осталась. С Сан Санычем пообщаешься, а может, он тебе соловьём споёт. Да и папа его с удовольствием послушает. Мобильный выброси, клиенту он теперь ни к чему. Как говорится, «ушёл и не вернулся…» Game over!
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/