Солнце неудержимо стремилось за горизонт, почтить своим присутствием иные города и страны, приютившиеся на другом краю Земли, обогреть своим теплом и одарить светом. Изредка налетал легкий приятный ветерок, и тогда деревья шептали меж собой, видимо, спеша поделиться впечатлениями прошедшего дня. В небе сновали птицы, радуясь хорошему летнему дню. В такие дни, кажется, всё радуется жизни и предаётся расслабляющей истоме послеполуденья. И просто не верится, что бывают ураганы, метели, дожди. Ох, как не хочется думать о них в это время. Лучше погреться в лучах теплого летнего солнышка, и насладиться одной из непреходящих радостей жизни.

Старая Марта неспешно ковыляла, опираясь на палку, следуя к привычному месту отдыха. Это вошло в привычку - каждый день приходить в городской парк и посиживать на лавочке, напротив бассейна. В жаркие летние дни здесь свежо и приятно, и можно отвлечься.

Ну, вот и пришла. Осторожно, чтобы не упасть, Марта примостилась на краешек лавочки и затем облокотилась на её спинку.

-Фу, - это она перевела дух, и затем неспешно, этак степенно, осмотрелась.

Сегодня как-то необычно тихо и безлюдно. Тем лучше. Не будут докучать однообразными досужими пересудами такие же старые, как и сама, подруги, и можно в одиночестве помечтать. А это Марта очень даже любила. Ведь не зря же в свои-то восемьдесят шесть проходила целых три квартала от дома и половину огромного парка, да ещё и каждый день.

Марта подняла глаза и посмотрела на бассейн. Вот цель её визита.

-Здравствуй, - произнесла она и улыбнулась.

Посередине бассейна, на постаменте стояла полуобнаженная девушка, стыдливо прикрывая тело каменным покрывалом. Она мило улыбалась, даря всем неотразимое обаяние. Застывшая в своей неувядающей молодости и непреходящей красоте, девушка просто само совершенство. И мало кто знал, да и те, кто знали, давно забыли, что лепили то эту прекрасную нимфу с самой Марты. Да-да.

Сколько времени утекло с тех пор. В те далёкие времена Марта была очаровательной шалуньей, словно мотылёк порхающей по миру, радующейся жизни и молодости, наслаждавшейся стройным красивым телом и обворожительным лицом, сводившим с ума мужчин. Огромные искушающие томные глаза, пухлые щечки, улыбающиеся тонкие капризные губки, маленький задиристый носик, вьющиеся по плечам локоны, тонкие красивые, словно точёные, руки. Вот такой была она в свои двадцать три. Именно такой увидел её скульптор, ставший позже мужем, и запечатлевший свою любовь в камне.

Но безжалостное время пролетело. Годы юности куда-то ушли. И вот теперь Марта старая и Марта молодая смотрят друг на друга. И та, что старше, мечтает о тех днях ушедшей юности, когда её обожали мужчины, когда ощущала себя центром Вселенной, когда её внимания домогались и боготворили. О, как же давно всё это было. И как бы хотелось вернуть те времена.

Антон - почивший несколько лет назад муж, ваял Марту долго. А она во время сеансов изнывала от скуки. Ведь жизнь била ключом в её молодом прекрасном теле. Ей хотелось движения, внимания, ласки и тепла. А Антон всё трудился и трудился, отдавая всего себя глине, а не ей, настоящей, живой. И Марта устраивала ему настоящие истерики, бурные скандалы, сбегала от него и даже иногда не являлась позировать. Так она мстила ему за невнимание.

Но Антон трудился, ломал, создавал вновь и опять ломал, до бесконечности, пока не появилась на свет вот эта очаровательная, божественно прекрасная нимфа. И тогда Марта поняла, что значит сила искусства. Антон вдохнул жизнь в кусок неживой материи, и она стала такой же прекрасной, как и оригинал. Нет, он нисколько не приукрашивал её, а сделал именно такой, какой и была: прекрасной, чуть-чуть задорной и до бесконечности легкомысленной. И Марта, не понимая отчего, вдруг приревновала мужа к этой, другой, созданной им девушке, которой он отдавал всего себя, ваяя её образ. Она потребовала, чтобы Антон убрал статую из дома, и не успокаивалась, пока муж не уступил ей. Он вообще был человеком мягким, и она командовала им как хотела.

Эх, Марта-Марта. Только после смерти мужа ощутила она, что он значил в её жизни. Вот с тех пор, как похоронила, и стала приходить сюда, в парк, где стояла эта молодая нимфа, сотворенная Антоном. Теперь Марта гордилась этим прекрасным творением и любовалась им.

Она часто беседовала, мысленно конечно, со своим молодым очаровательным двойником, воплощенным в камне. Задавала вопросы, что-то рассказывала ей и порой, Марте казалось, что она слышит, как отвечает ей та прелестная девушка со своего постамента. И тогда ей было необычайно радостно на душе. А когда приходило ненастье, Марта искренне жалела каменную подругу, что та раздета под проливными дождями и холодными ветрами, морозом и снегом. Она бы одела её, да боялась, что не так поймут люди чудачества старухи. И тогда Марта старалась поддержать её хотя бы морально, подбодрить словом. Она уговаривала нимфу не печалиться, ведь придут ещё тёплые деньки, и она отогреется.

Вот так и жили две Марты. И та, что постарше, приросла душой, прикипела к этому месту. Так получилось, что на старости лет осталась совсем одна. Муж умер, а детей не было. Такая уж она, Марта, мечтавшая всегда оставаться самой красивой, получать от жизни только радости и обходить стороной все невзгоды. Естественно, ей было не до детей. Они ведь могли стать обузой и, вероятно, даже подпортить внешность. А этого она не могла допустить.

Марта наслаждалась жизнью в своё удовольствие, ни в чём себе не отказывая, и лишь Антон, вечно занятый своими творениями, не замечал её бурных приключений. Но годы брали своё. И постепенно из очаровательной шалуньи Марта превращалась в старую развалину. Несмотря на все ухищрения, от былой красоты не осталось и следа. От неё уже отворачивались мужчины, она уже не была центром Вселенной. Но душа по-прежнему оставалась всё такой же легкомысленной и молодой, как и в дни молодости.

Жизнь в старом теле стала для Мартой настоящей каторгой. Боли, усталость, одышка, уже не держали ноги, и она ходила с палочкой. А та, каменная Марта, оставалась всё также молода и очаровательна, как и десятки лет назад. Как же порой завидовала ей старая Марта, как мечтала вновь стать такой же молодой и никогда не стареющей, и вновь ощутить на себе вкус жизни.

Льющееся рекой шампанское, жаждущие её взгляда мужчины, их безрассудно дорогие подарки, особые знаки внимания, любовные интриги и пылкие объяснения и обжигающая страсть. Вот чем жила её романтичная душа. Но… ей уже восемьдесят шесть, тело давно лишилось былого очарования молодости и, к сожалению, возврата назад уже нет. Лишь как напоминание о былых счастливых днях - вот эта статуя, окружённая водой.

Марта привязалась к каменной нимфе, как к родной, как к дочери, которой у неё не было. Задумывалась она порой, правильно ли прожила жизнь. Будь у нее дети, они бы позаботились о ней на старости лет, обогрели бы своим теплом и уделили бы ей внимание. И не было бы тогда у неё этой пустоты в душе, и какой-то щемящей обречённости. Плохо, когда ты одна, и никому не нужна. Где те мужчины, что дарили тебе свои пылкие сердца? Их уже давно нет в её жизни. Это они своим вниманием украли её счастье. Она хотела быть с ними и, в результате, осталась в одиночестве, рядом с памятником своей вздорной молодости.

После смерти Антона Марта как-то остро почувствовала, что жизнь уходит, и скоро окончатся и её дни. И это сильно взволновало и испугало её. Не хотела Марта умирать. Её жизнерадостная натура не унывала никогда и не беспокоила себя мыслями о вечном. Нет, ей хотелось вечно жить, она мечтала всегда быть молодой, красивой, беззаботной и счастливой. Может, оттого и приходила сюда, в этот парк, к этой статуе, чтобы воочию увидеть воплощение своей мечты, вернуть ностальгические воспоминания о былом и ещё хоть чуть-чуть пожить теми счастливыми днями, отложившимися в памяти, как нечто прекрасное и незабываемые.

Громкий смех, крики, визги, одуряющая музыка. Что за напасть такая? Марта будто очнулась от сна и обернулась. Компания молодых повес с девчатами в обнимку двигалась прямо к ней, через газоны, словно и не было вовсе дорожек. Вот остановились у бассейна, и что-то шумно обсуждали.

Марта видела, что они хорошо выпивши. Когда-то и она любила такие шумные весёлые компании. Но сейчас лишь укоризненно покачала головой, осуждая поведение молодёжи, и вновь предалась своим мыслям. Потому и не заметила, что произошло между ними. А то, что случилось потом, и стало причиной удивительных событий.

Неожиданно здоровенный верзила отломал брусок у скамейки, и полез в воду под улюлюканье пьяных товарищей.

Марта забеспокоилась. Её словно что-то остро кольнуло в сердце. Что они там задумали?

Здоровяк, прямо по колено в воде, прошёл к каменной нимфе и замахнулся выломанным бруском. Марта всё поняла, и вскипела от негодования.

-Не смей, гад! – закричала она слабым визгливым голосом.

Толпа молодежи вздрогнула и, на мгновение смолкнув, обернулась к ней. Вероятно, что-то всё же проснулось в их душах, пробилось на поверхность сознания из-под пьяного дурмана. Но, увидев лишь одну старушку, молодёжь разразилась диким хохотом. Они что-то развязно кричали, насмехались, обзывали. Но Марте всё равно. Она видела, как тот верзила в бассейне оскалился ей в лицо и, пьяно гогоча, принялся наносить безжалостные удары по скульптуре. Марте казалось, что это бьют её саму. Ей вдруг стало очень больно и мерзко на душе. Она плакала от бессилия и негодования. Ну, зачем он, гад, это делает? Зачем рушить такую красоту? Чем она ему мешает?

Как же жалела сейчас Марта, что не имеет сильного здорового тела. Она бы проучила этих подонков. Ух, она бы устроила им.

-Не смей, сволочь! - кричала Марта, подняв свою палку, словно желая отразить ею удар вандала, крушащего статую. Она заспешила к бассейну, чтобы остановить безмозглого варвара. Но, сделав пару шагов, вдруг почувствовала, что задыхается. Внезапно перехватило дыхание и, как тисками, сжало болью сердце. Что же это такое? Что с ней? Ей некогда сейчас придаваться хворям, она должна защитить свою Марту, себя молодую, память о своём муже, от этих подонков. Как же она переживала сейчас за свою каменную подругу, за своего двойника.

Только ноги предали её. Они вдруг подогнулись, и Марта повалилась на дорожку, перед самым бассейном. Толпа юнцов испуганно притихла. Видимо, начало доходить, чем всё может обернуться. А когда старуха не поднялась, молодёжь струхнула, и заспешила прочь. Лишь тот верзила, что в бассейне калечил статую, ничего не видел. Он, дико гогоча, в пьяном неистовстве обрушивал дубинку на изваяние, не обращая внимания даже на оклики приятелей. Ему сейчас и море по колено.

Что-то с Мартой произошло. Она даже не поняла, как это случилось. Но вот перед ней со стороны предстала картина происходящего. По-другому, не как обычно, она увидела своё, лежащее лицом вниз, тело на бетонных плитах дорожки. Толпа юнцов уже очистила площадку у бассейна. Верзила готовился нанести очередной удар.

-Варвар, подлец, вандал, - гневно обругала его Марта. И так ей вдруг захотелось отомстить ему, ударить так же, как он только что её двойника, что, казалось, ничто не могло удержать. И вот дальше произошло нечто совсем необычное. Марта увидела, как мелькнула в воздухе чья-то серая рука, и молодой вандал, перелетев через парапет бассейна, упал на бетонную дорожку, рядом с телом старой Марты.

-Так тебе и надо, - злорадно подумала она.

Ещё долго смотрела Марта на странную картину перед собой, на лежащие на дорожке перед бассейном два тела - собственное и вандала. Затем появились незнакомые люди. Они осмотрели лежащие на земле тела. Верзилу увезла неотложка, а позже забрали и старуху.

Но, как же так? - в недоумении думала Марта. Я же здесь, а моё тело куда-то увезли. И тогда она поняла, открыла для себя истину, что же произошло на самом деле. Сбылось то, о чём мечтала всё это время. Она вновь обрела молодое, стройное, грациозное тело, но только каменное, и теперь навсегда останется такой.

Поначалу Марта сильно испугалась. Она вспомнила о смерти, о том, что говорят о ней, как это всё представляют. Но, странное дело, с ней было всё не так, по-иному. Она неожиданно для себя оказалась здесь, и ничего плохого не произошло. А затем, когда первый испуг прошёл, Марта почувствовала себя как-то по-новому. У неё ничего не болело, она ничего не ощущала, и какая-то отрешённость ото всего овладела ею. Это именно то, что ей и нужно – никаких отрицательных эмоций, лишь вечное созерцание и спокойствие. Она получила то, к чему стремилась всю жизнь. Ей ведь так хотелось жить вечно, и при этом навсегда оставаться красивой, чтобы ею любовались, дарили цветы. И вот она стала памятником себе.

А по городу долго ходили странные слухи о произошедшем у бассейна в парке. Верзила, говорят, остался жив, но у него парализовало ту руку, в которой он держал дубину. Он уверял, что это памятник нанес ему увечья, но люди не верили ему, считая, что тот был просто до одури пьян, и ему что-то привиделось. Старая Марта, по свидетельству врачей, скончалась от сердечного приступа, вызванного сильным волнением. А это опасно в её возрасте. Марту похоронили соседи возле мужа, так как из родни у неё никого не было.

Скульптура нисколько не пострадала, но старожилы заметили, что поворот руки, которую нимфа держала отдельно от туловища, стал несколько иным, и люди решили, что это из-за ударов вандала.

А между тем жизнь продолжалась, и вскоре эти необъяснимые события канули в прошлое. Лишь старушки, приходившие отдыхать к памятнику изредка вспоминали про Марту, и тот странный инцидент, из-за которого она умерла. Но вскоре и их не стало.

А Марта с тех пор начала новую жизнь. Благодаря разным невероятным слухам, изваяние больше никто не трогал. И вот смотрит Марта в своём очаровательном каменном теле на окружающую жизнь. Так проходят дни, месяцы, годы, её хлещут дожди и ветра, укрывают снега, холодят морозы, ласкает солнце. Но ей нет дела до всего этого, ведь камень ничего не ощущает. Он лишь разрушается со временем, ибо нет в природе ничего вечного. Лишь краткий миг жизни наделяет нас способностью чувствовать, творить, любить. Быть может, и Марта поймёт это когда-нибудь.