Книжник был искренним и честным человеком. Поэтому, без всякого подвоха и тени смущения оттого, что прочие духовные лица, фарисеи и саддукеи, мечтали лишь о том, чтобы уловить Христа, он напрямую спросил Его: «какая первая из всех заповедей?» (Марк 12:28). Этот краткий диалог между книжником и Иисусом приобрел широчайшую известность. С ним знакомы практически все, пусть зачастую и поверхностно.

«Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: «слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею»: вот, первая заповедь! Вторая подобная ей: «возлюби ближнего твоего, как самого себя»: иной большей сих заповеди нет» (Марк 29-31).

Существует мнение, что эти две заповеди являются своего рода «упрощенной или сжатой» формой десятисловия, и что их легче исполнять, ведь нужно только возлюбить. С одной стороны это так, ведь в законе десяти заповедей первые четыре говорят об отношении к Богу (первая заповедь Христа), а остальные шесть – к ближнему (вторая заповедь Христа). Однако, между ними прослеживается значительная разница. В чем же она заключается?

Давайте мысленно сядем на нашу «внутреннюю машину времени», расположенную в нашем разуме, перенесемся примерно на 3 тысячи 400 лет назад и остановимся у горы Синай. Там уже произошли многие драматичные события. Уже совершена языческая оргия вокруг золотого тельца. Моисей в порыве гнева уже разбил первые скрижали. Уже совершен суд над виновными, и все зачинщики «дикой пляски» наказаны. Все это уже позади. Моисей, ничего не евший в течение сорока дней, уже вновь на Синае.

Время тянется очень долго. Понаблюдаем за людьми, оставшимися в стане у подножия горы. Вглядимся в их лица, послушаем их разговоры... Пережив столько, что теперь у них на уме? А на сердце? К сожалению, без особого труда можно заметить, что это все те же рабы, не так давно жившие в Египте. Их мышление, их суть не изменились. Они с детства привыкли к плеткам, палкам и грубым окрикам. Все ли они были добросовестными рабами с таким отношением хозяев к ним? Нет, конечно. На добросовестность и усердие часто просто не оставалось сил. А о желании и говорить нечего! Его никогда не было!

И вот теперь эти освобожденные рабы сидят у подножия горы в ожидании новых указаний. Понимают ли они важность момента? Не очень. Совсем недавно они прошли по дну Чермного моря, но теперь это для них не имеет значения. Их души вновь объяты страхом от непонимания происходящего, от недавно подавленного бунта и оттого, что Моисей снова исчез. Их рабское естество осталось при них.

Проходит еще сорок дней, и Моисей, наконец, спускается с Синая. В руках у него новые скрижали. На них Божьей рукой начертаны десять заповедей. На 90 процентов эти заповеди состоят из запретов. Частица «не» встречается во всех, кроме пятой заповеди, о почтении к родителям. В остальных же: «да не будет», «не поклоняйся», «не произноси», «не делай»... и заканчивается «не желай» (Исх.20:1-17).

Понятны ли были эти заповеди? Еще как! В них было что-то родное... Они привыкли к запретам. Разница была лишь в том, что в Египте, стране их рабства, тот, кто говорил им это, не руководствовался при этом добрыми намерениями. А Господь – да!! Его намерения для Своего народа были только во благо. Бог руководствовался любовью! Но в тот момент этот народ мог вместить только такие заповеди! Они пообещали их исполнить и, конечно, нарушили обещание, потому что им не хватало чего-то очень важного...

А сейчас снова «машина времени» – и вот мы опять присутствуем при разговоре Иисуса с книжником. Последний восхищен ответом Христа до такой степени, что пересказывает его ответ, добавляя еще кое-что, что свидетельствует о его полном понимании слов Иисуса: «хорошо, Учитель! Истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; и любить Его всем сердцем, и всем умом, и всею душею, и всею крепостию, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв» (Марк 12:32-34). Не часто Иисусу приходилось встречаться с подобного рода ответами. Он внимательно смотрит на вдохновенное лицо книжника. Взгляд Христа теплеет. После столкновения с хитрыми фарисеями и саддукеями, искушающими Его своими каверзными вопросами, беседа с этим человеком приносит Его сердцу радость. «Недалеко ты от Царствия Божьего», – заключает Христос.

Недалеко, но еще не в нем. Зародившуюся любовь к Господу необходимо было питать, согревать, развивать. Пока еще не в Царстве... Но уже недалеко от него.

Интересно, а какую заповедь сам книжник считал первой до того, как спросил об этом Христа? Израильский народ томился под гнетом всевозможных предписаний, выходящих из-под пера все тех же «духовных лидеров», которые, увлекшись заблуждениями, все больше запутывались в них, вместе с остальным народом. Бесконечные своды правил казались бессмысленными и часто противоречили одно другому. Человеческое все больше подменяло Божье и извращало его. Даже закон десяти заповедей, специально составленный Господом с таким расчетом, что его мог понять даже ребенок, «мудрые» в своих глазах усложними и утяжелили до неимоверных пределов. Когда Христос порицал их за это, они лишь негодовали на Него.

Иисус, по сути, не сказал ничего нового. Эти две наибольшие заповеди однажды уже даны были Господом Израильскому народу. Они были произнесены Моисеем! Об этом мы читаем в книгах Второзаконие 6:4-5 и Левит 19:18. Христос повторил их практически дословно! В них была сущность всех остальных повелений и предписаний, включая и десять заповедей. Любовь – это то единственное, чем всегда руководствовался Бог в отношении Своего творения. Любовь – это то, что всегда должно было побуждать человека повиноваться Богу.

Но глубочайший смысл любви оказался забыт. Даже книжник, знающий Священное Писание, воспринял заповеди Христа, как нечто новое.

Израильский народ был освобожден из Египетского плена, став свободным физически. Но настоящего духовного освобождения так и не произошло. Именно поэтому на протяжении всей его истории Израиль был сотрясаем внутренними конфликтами, внешними атаками, войнами, переживал голод, болезни и был отправлен в плен. Когда пришел Христос, народ Божий находился под тяжелейшим игом римлян-завоевателей, «духовных учителей» и своих собственных грехов.

Теперь Он, наконец, принес им истинное освобождение. Бог отдал им Себя Самого. Он обещал им Мессию с самого начала и исполнил это. В разговоре со Своими учениками Господь, знающий сердца всех людей, сказал: «Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам все, что слышал от Отца Моего» (Иоан.15:15). Рабы! Они до сих пор были рабами! Теперь пришло время окончательного освобождения. Кто воспользуется этим? Кто захочет называться другом Божьим?

Заповедь любви существовала от начала. «Возлюбленные! Пишу вам не новую заповедь, но заповедь древнюю, которую вы имели от начала: заповедь древняя есть слово, которое вы слышали от начала». (Иоан.2:7). Так писал церкви апостол Иоанн, названный «апостолом любви».

Вечное слово прозвучало вновь и отозвалось во всех уголках земли: «Любовь есть исполнение закона». (Рим.13:10). Господь не изменяется.

Теперь, когда Сам Бог, сотворивший небо и землю, воплотился в Человека Иисуса Христа, чтобы совершить великий план искупления людей, находящихся в рабстве греха, любовь Божья стала восприниматься по-новому.

Теперь нашлось объяснение каждому ветхозаветному символу, обряду или пророчеству. Каждая заповедь стала ясна. Все и во всем Христос!

«Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Иоан.3:16).

Теперь все приобрело окончательный смысл. Тени рассеялись, потому что Свет пришел в мир.

«Бог есть любовь»! (1 Иоан.4:8).