Мы из войны Мне приснилось, что я – Земля…

Мне приснилось, что я – Земля,

И меня сапогами топчут…

Лишь степной напев ковыля

Над седою равниной ропщет…

Почему ты, ковыль седой?

Почему твои струны – нервы?

От того ль, что с лихой бедой,

Как в бою, встречаешься первым?

Ты не стар, но уже старик –

Твои кудри, как снег белеют…

Да в степи, как безмолвный крик,

По весне тюльпаны алеют.

Что там ветер взметнул? Зола…

Лютой злобе к чему причины?

Не познав ни добра, ни зла,

Умирают мои мужчины.

Снова гарь от костров войны,

Как петля на девичьей шее.

Пепел – клочьями седины,

Как морщины, лежат траншеи…

Приласкай, ковыль, не отринь

Всех, оставшихся после боя.

Ты же видишь, как неба синь

О живых вопиёт с мольбою…

Ну а павших, ушедших сонм

Я курганом своим прикрою,

Нашепчи им покой и сон,

Как отец, приклонись главою…

Пусть поднимется высоко

Купол неба, в покой окован,

Только тронешь светло, легко

Струны ветра смычком шелковым…

И застынет полынь горька

И весной, и в летние грозы,

Будет свято хранить – века

Память павших и наши слёзы.

Забелеют солончаки,

Как глазницы очей незрячих,

Словно горечи островки,

Что остались от слёз горячих…

…Пусть седа моя голова,

Что бы мне судьба не сулила,

До тех пор, пока я жива,

Сыновей сохраню могилы!

То кричу, то шепчу моля:

«Люди! Хватит беды! Довольно!»

…Мне приснилось, что я Земля…

Я проснулась, а сердцу больно.

…Знаю, раны Земли – мои…

Верю, раны мои – Земные,

Седина моя – ковыли,

Что хранят курганы степные.

Люди! Хватит нам мать делить!

Все мы дети – Земные дети!

Так давайте тепло хранить,

Мир Земли на Родной планете!

…Мне приснилось, что я Земля,

…Что меня войною калечат…

…Мне приснилось, что я Земля…

…Я проснулась. Но мне не легче… Вернётся! Верь!

Настало время –

вдень ногу в стремя,

В полон огня

пришпорь коня.

Не плачь подруга,

ведь жизнь по кругу.

Замкнётся круг –

вернётся друг.

С огнём рассветным

к дверям заветным

Вернётся! Верь!

Откроет дверь!

С зарёю алой

главой усталой

К земле – с поклоном,

с свечёй – к иконам.

Распашет землю

и бросит семя

И хлеб взрастит,

и всё простит,

Рассказам внемля!

А ныне – время!

Вдень ногу в стремя… Колыбельная для моих мужчин

Вдаль дорога – тканью отбельною,

Слёзы лить пока нет причин.

Мне б успеть пропеть колыбельную

Для моих любимых мужчин.

Вдоль дороги той всё полынь-трава…

По дороге – отец и сын.

Тороплюсь сказать главные слова

Для моих любимых мужчин.

Пусть в дороге той им ветра поют.

Пусть поменьше седин вискам.

Пусть слова мои их домой вернут:

«Возвращайтесь живыми к нам!..»

И не дай им Бог в ковылях уснуть

Навсегда, сбросив груз годин…

Колыбельную сердцем выплесну

Для моих любимых мужчин.

Пусть спокойно спят под небес шатром

Богатырским сном, словно в старь,

Но не дай им Бог позабыть о том,

Чтоб с румяной зарёю встать.

Воротиться им на своё крыльцо!..

Колыбельная ручейком звенит:

«Укатилось вдаль солнышко-кольцо…

Возвращайтесь! Серый дождь моросит…» Защитникам Родины

Тучи небо обложили – солнце волком в западне…

Как мы славно жили-были до вмешательства извне!..

Было всё светло и ясно ‒ это тьма, а это свет,

Неужели же напрасно нас учили столько лет?..

Цели той «Святой Победы» нашим детям не ясны.

Что хотели наши деды от Великой той Войны?..

Для чего друзей теряли? И за что такой ценой

Каждый метр защищали те, забытые Страной?..

Пусть взойдут в душе ребенка

спелым колосом слова –

«Что ни дом, – то похоронка, что ни женщина – вдова…

Что ни взвод, – то сотни жизней – защитившая стена…

Что ни город, – то Отчизна, что ни горе – то Война…»

На Руси перед врагами не склоняется ковыль.

Русь не топчут сапогами, Богатырь – не просто быль!

За страну отцы и деды, дружно поднялись – горой,

И во имя той Победы, каждый воин стал – герой…

Тучи небо обложили – солнце волком в западне,

А ведь славно жили-были до вмешательства извне,

Жили мирно и на славу, довоюем – будем жить,

Как положено по праву – надо только Победить!

Всей Россией встанем дружно – вместе горе не беда,

Только павшим очень нужно, чтобы Помнили… Всегда…

  У памятника Павшим Воинам

Алым и сиреневым в окнах Май полощется.

Небосвод над степью – сине-голубой.

Вроде, всюду радость, а мне плакать хочется.

Ничего поделать не могу с собой…

Красные лазорики и сирени белые

К памятнику Павшим всё несут, несут…

Юные, безусые мальчики-военные

Небу троекратно отдадут салют!..

А потом застынут все в немом молчании,

Вспоминая Павших, тех, кто не придёт…

И настигнут слёзы, яростно-отчаянно –

Девочка, подросток «Варварство» прочтёт.

Снова мать прижмёт к груди своей порывисто,

Как от вражьих пуль, дитя единокровного…

Маршево, призывно, чётко и отрывисто

Прозвучит набат: «Вставай, страна Огромная!»

С орденами, в скромной кофте свежестиранной,

Ветеран слезу с ресниц смахнёт украдкой…

Улыбнётся, скажет хрипло: «Счастья. Мира Вам!..»

Отзовётся болью пуля под лопаткой…

Сколько лет саднят занозами осколки!..

Сколько лет прошло – всё ноют ваши раны!..

Сколько лет, как взрывы над Россией смолкли!

Вам Земной поклон, родные Ветераны!..

  Рябина у обелиска

Сгорбилась рябина у опушки,

Клонится под ветром голова

И рябина стонет, как старушка

Или безутешная вдова…

В горести заламывает руки,

Растрепались косы на ветру!

Я прошу вас, не ломайте, вьюги,

Горькую рябину на юру!..

Той рябине довелось немало

Пережить в водовороте лет.

Жизнь её и гнула, и ломала,

Но не гас рябины алый свет!..

Солнышко, как матушка, обнимет.

А пурга, как мачеха, вспылит.

А рябина тихо ласку примет,

А за боль безропотно простит…

Перед стужей полыхают гроздья

Алым стягом, над святой звездой…

По весне захаживает гостья,

Навещает… Головой седой,

Молча, прислонившись к обелиску,

Полчаса сидит и смотрит ввысь,

Оставляет под звездой записку

И уходит… И по кругу – жизнь!..

Не ломай рябину, стылый ветер!

Не порви с живыми Павших нить!

Много обелисков есть на свете,

Этот ей завещано хранить!..

Май не за горами. К обелиску

Женщина печальная придёт…

…Лист, словно ответная записка,

Тихо на колени упадёт… Война проклятая

Кто мог бы знать, что всё вот так получится.

И, вдруг, придут такие времена,

Что в жизни станет нам война попутчицей,

Проклятая, разлучница-война.

Когда-то бой отцы и деды приняли

За Родину и Партию сполна,

И братья наши чашу не отринули –

Их долг – Афган – чужая сторона…

Но жизнь по кругу! Вот и наш черёд настал,

Пришлось до дна ту чашу пригубить,

Не мёдом – горечью наполнен тот бокал…

Решать – убитым быть или убить.

Воюй! Война диктует свои правила,

Война – не тир, и не в мишень стрельба.

Уж коль она меня в живых оставила –

Такая мне завещана судьба…

Кто мог бы знать? …Война – судьба!

А знает кто? Война?.. Судьба?..

  Завтра была война

Помню – «завтра была война…»!

Ты – от пули меня прикрыла.

И четыре года без сна

Ты боролась и хлеб растила.

Терпелива, горда, верна –

Молча слёзы свои скрывала…

Помню я, как моя Страна

Для Победы Мечи ковала!

Медсестричкою на руках

С поля раненых выносила.

Несогнувшаяся в веках,

Непокорная Мать-Россия!

Сколько воли в тебе, добра!

Материнская в тебе сила!

Победив в той войне, вчера,

Нас – сегодняшних – защитила! Солдатам

Сегодня, 07.03.2009 года, умер

фронтовик, гвардеец, сталинградец

Г.И. Чиж

…Свой кубок выпили до дна…

Земной поклон отцам и дедам.

Иные мы, и «грош цена»

Всем нашим маленьким победам.

Они степным ветрам под стать –

Русоволосы и крылаты!

Растили хлеб, варили сталь –

Они и без войны – солдаты.

В трудах не покладая рук

Слагали мир для нас на совесть –

Всё прочно, оглядись вокруг –

Неповторима жизни повесть!

…Но новый день черту подвёл,

Не спрашивая позволенья…

…Ещё один солдат ушёл –

В небесном войске пополненье.

Солдат небес бессчётна рать…

Неважно, в полдень или в полночь,

Лишь стоит небу их призвать,

Оставив всё, летят на помощь.

…И завтра кто-нибудь уйдёт

В свой срок, не поздно и не рано –

Солдаты… Мир земной спасёт –

Земли небесная охрана…

  Слова солдата

А знаешь ли ты, как быть трудно солдатом?

Нести эту ношу, а попросту – крест?..

Получен приказ и идёшь с автоматом,

Топча сапогом чьи-то жизни окрест…

Там мирные жители кров обживая,

Растили детей, продолжая свой род.

За нами осталась земля неживая…

Поди, разберись – где тут враг, где народ.

Пред нами отцам нет нужды объясняться,

Оправдана жизнью войны той, цена…

Нам выпала доля друг с другом сражаться,

Но в этом, поверьте, не наша вина.

А сколько ещё этих войн по России,

И сколько ещё не придут с этих войн…

У жён, матерей, у детей не спросили,

Отняли любимых, и бросили в бой!

У гребня войны слишком частые зубья…

Где пуля ошиблась – скосил пулемёт…

А в сердце нарыв, а на совести струпья,

И вряд ли со временем это пройдёт…

Всё думаю – «Может, и лишний был выстрел?!

Узнать бы, кому эти войны нужны!..

Вдруг жизни невинной погашена искра?!

А мука моя… И детей… И жены».

  Вдовы…

Ветра срывают блёстки с платьев

Черёмух – ни невест, ни вдов…

Они всегда цветут некстати,

В разгар весенних холодов.

А буйный ветер студит! Судит:

«Всё у черёмух невпопад!

Девчонки!» …Пред войной, в июне,

Кроили свадебный наряд…

…Да не дошили… Ждали. Жили.

А после те, кто дождались

Детей рожали. …Рядом – выли…

Но не сломались, не сдались!

Они ль упрёка заслужили?..

От их добра тепло в сердцах!

Да разве б стужу пережили

Не будь черёмухи в цветах?..

Нет сказанным словам возврата.

А ранят больно, навсегда…

…Черёмуха не виновата,

Что наступили холода! Всё это Вам. Утро 23. 02.

Я видела Чудо… Не скрою!

Такое!.. Боялась дышать…

Нырнула в него с головою…

Попробую Вам рассказать.

…Лишь робкой улыбкой забрезжит

Над городом сонным Восток.

Ножами бульдозеры режут

Из снега слоёный пирог.

Который метели – старушки

Пекли, рукава закатав.

…А пар от машин, как от кружки

Горячего чая из трав!..

Всё утром сегодня открылось

В дороге! Не веря глазам,

Я тоже, как Вы, – удивилась…

Всё – правда!.. И всё это – Вам!.. Проводили сына, брата…

Над горизонтом мгла маячит

И душу мают журавли…

Два женских сердца тихо плачут,

Когда мужские два вдали.

Чужому слуху не доверят

Ни восхвалений, ни хулы

Два женских сердца. Ждут и верят,

В то, что мужские два – целы,

В то, что не сгинут и не канут,

В то, что скучают и грустят,

Что не забудут, не обманут,

За слёзы тихие простят… России – быть

Россия – Мать! Ты корчишься от боли

У обелисков, у святых могил…

Как многое в твоей, Россия, воле!

Но вот сынов вернуть не хватит сил.

Им трудно было выйти из Афгана…

Им невозможно выйти из войны…

Который год, Россия, постоянно

Не спят, не могут спать твои сыны.

Какой же мерой их любовь измерить?..

Каких богов о счастье их молить?..

Твои сыны в свою Россию верят!

И прошлое не в силах позабыть.

И сколько ж их лежат на поле брани,

Кого костлявой удалось скосить,

В Чечне, В Таджикистане и Афгане…

Их матерям до смерти боль носить.

Проходят годы. Время быстротечно.

Того, что было – не переменить…

Живи, Россия, чтобы помнить вечно

Завет своих сынов – «России быть!»

  Ночь. Окна. Люди Окна. Люди

Окна дома напротив

В обрамленье ветвей.

Скоро полночь погло́тит

Свет размытых огней.

Пеленой занавесит

Снег, летящий из тьмы.

Вновь метель куролесит –

То капризы зимы.

Только там, за завесой,

Люди также живут –

Наряжают невесту

Иль по ком-то ревут?..

Там ребёнка рожают,

Там подносят попить…

Там за дверь провожают,

Там согласны простить.

Знать, обиды не копят –

Оказались мудрей…

Скоро полночь погло́тит

Свет размытый огней…

Я снежинку поймаю,

Словно искру огня.

Искра белая тает

На руке у меня…

Всё прозрачней и тоньше…

Поспешу попросить –

Постарайтесь подольше

В окнах свет не гасить… Совпадает

Мир в преддверии Космо-Земного слияния…

Предсказанья, виденья и вещие сны…

Совпадает День Зимнего Солнцестояния

И Затмение полной, холодной Луны.

Совпадают Декабрьские Наводнения

С Летним Зноем и Засухой средних полос.

Тот, кому Свято Верил, на твой День Рождения

Вдруг за пазухой камень принёс.

Совпадает Обугленность Выжженных Сосен

С Необузданной Яростью Уличных Драк…

Мы, конечно, у Мира Прощенья попросим,

Но не знаем Какими Словами и Как…

И ещё не известно, Простит ли Планета

Беспощадных и Злых, Неразумных Детей.

Или прочь разлетится Осколками Света,

Расколовшись на Тысячи мелких частей.

И Сольются Земная с Космической Мыслью!

И начнут Всё Сначала, Всё с Красной Строки!

И Планета Иная, невидимой Рысью

Слижет Зарево Алой, Безмерной Тоски…

Может, стоит Подумать о Жизни Планеты,

Пока Солнечный Свет над Землёй не Погас!..

…Будут Новые Земли, не будет лишь Этой!..

…Будет Новая Жизнь!.. Но не Будет в ней нас… Пройду по дремотному саду…

Я пройду по дремотному саду,

Поздороваюсь, поговорю.

Пожелаю семейного лада,

Мартиничку ему подарю!..

Птичий хор! Воробьёв разговоры!

Каждый прутик здесь солнышку рад!

И плетёт кружевные узоры

На кирпичной стене виноград!..

А скворечник, нахохлившись, птицей

Смотрит пристально в синюю даль…

Скоро к дому скворец возвратится

И развеет седую печаль!..

Уж звенят колокольцы капелей

И на лужицах тонкую вязь

Шаловливые льдинки апреля

Начертили коньками, смеясь!..

Я пройду по звенящему саду

В глубину, в потаённую глушь,

Где так жарко танцуют ламбаду

Слюдяные танцовщицы луж… Времена года. Зима

Добры молодцы: Декабрь и Январь

Всё дарили мне алмаз да янтарь.

Но объятья их крепки, холодны,

Словно скованные льдом полыньи.

Поцелуи, как стальная печать,

Кандалов их, оков не сорвать,

Замком – стужей запирали терема,

Мне младой они, что птице тюрьма…

Февраль – молодец открыл тот замок.

За собой увлечь красавицу смог:

«Хватит девице в невестах гулять,

Пора девице и счастье искать!

А искать-то что, коль рядом стоит!»

Весел, молод, взор лукаво горит,

Разгуляется порой и зол бывает,

Но лишь взглянет на меня и оттает!

Взглядом синим во широкий дол поманит,

И проталинкой – улыбкою одарит…

Мне Февраль по сердцу – он только люб,

Хоть порою и заносчив, и груб.

Занесёт снегами тропки-пути

И вовек мне от него не уйти…

Мне фаты измятой вовсе не жаль,

Мой завьюженный – суженый Февраль».

Стала кроткою, послушной сама,

Знать, сдалась девица – гордость – Зима. Я хочу рассказать тебе…

«Потому что я с Севера что ли…»

…У меня в голове перекос –

Не умею разыгрывать роли,

Для меня, что ни слово, – всерьёз.

…Я хочу рассказать тебе руки!

Руки милой, которые ждут!..

Я хочу рассказать тебе руки,

Руки честные, что не солгут…

Я хочу рассказать тебе ветер,

Что срывает с небес облака!..

Я хочу рассказать тебе ветер –

Есть и время, и силы пока…

Я хочу рассказать тебе вечер!

Вечер тихий, под полной луной.

Я хочу рассказать тебе вечер,

Наплевать, что ты в нём не со мной…

Я хочу рассказать тебе ночи,

Проведённые рядом с тобой,

Но боюсь я, что ты не захочешь,

Прислониться к плечу головой…

Я хочу рассказать тебе волю –

Песни громкие и тишину;

Шире моря степное раздолье;

Ветер мчащийся вслед табуну…

Я хочу рассказать тебе небо!

Небо чистое, после дождя!..

Я хочу рассказать тебе небо,

Чтоб запомнила ты, уходя…

Я хочу рассказать тебе море!

Море тихое, после грозы…

Я хочу рассказать тебе море,

Что солёней горючей слезы…

Я хочу рассказать тебе лето!

Лето знойное или с дождём,

Я хочу рассказать тебе лето,

Только помни – мы были вдвоём…

Я хочу рассказать тебе песню!

Водосточных, с потоками труб…

Я хочу рассказать тебе песню,

Но мой голос для этого груб…

Я хочу рассказать тебе солнце,

Что взошло, чтоб клониться в закат…

Я хочу рассказать тебе солнце…

Ты прости, если в чём виноват…

Я хочу рассказать тебе сердце!

Что спасает любимых от бед…

Я хочу рассказать тебе сердце,

Но, боюсь, для тебя это – бред…

Я хочу рассказать тебе время!

Что для жизни нам смертью дано,

Это время – нелегкое бремя,

Как река, быстротечно оно…

Я хочу рассказать тебе горе!

Чтоб при встрече ты знала его –

Горе вечное, горе, как море,

Нет чужого и нет своего…

Я хочу рассказать тебе горы!

Рассказать тебе реки, тайгу,

Рассказал бы степные просторы –

Ты не слушаешь… Я не смогу…

Я хочу рассказать тебе годы!

Я хочу рассказать тебе жизнь,

Где надежды и радости всходы,

Словно ветви, навеки срослись…

…Жаль, что ты ничего не приемлешь,

Ни стихов, ни объятий, ни слёз…

Не живешь ты, а будто бы дремлешь,

Для тебя это всё ‒ не всерьёз.

Для тебя это всё – вне закона,

Ты ничья и уже не моя…

За колючкой – запретная зона:

Маяковский, Есенин… и… я…

  Возьми в дорогу песню

С рожденья песни нас сопровождают.

Из века в век – так на Руси ведётся!..

Кто первым песню спел – никто не знает,

Но повод, чтобы спеть, всегда найдётся!..

«Там, где речка, речка Бирюса,

Ломая лёд, шумит, поёт на голоса…»

Мама в косы дочке ленточки вплетает

И поёт! И песня птицею взлетает!..

Руки нежные, весёлые глаза!

Льётся песня, – завивается коса!

Память – реченька несёт меня, несёт

В тот далёкий шестьдесят девятый год…

«Ни вблизи, ни вдали я не знаю земли

Краше той, что меня растила…»

Ветер, степью пыли заплетай ковыли!..

Воля вольная! Песня – сила!..

Парусами фрегатов белеют вдали

Облака в бесконечности синей!..

Как свободна, легка и крылата –

Пятиклассница в семьдесят пятом!..

«Учитель нас проводит до угла

И вновь назад… И вновь ему с утра…»

Эта песня дорогой от школы легла

От родного порога, от ночного костра…

Разбежались тропинками, каждый своей,

От косичек, от бантиков, от ковылей…

В белом вальсе как кружится с братом

Эта девочка в восьмидесятом!..

Я к берёзоньке – подружке на лугу

Прислонилась, наглядеться не могу…

…Мальчик с девочкой сквозь облака ромашек

Мне приветливо букетиками машут,

Их звенят, не умолкая, голоса:

«Там где речка, речка Бирюса…» Под сенью ястребиного крыла

Передо мною берег и река.

С рассветом ветер гонит облака.

Кружи́тся ястреб, на ветрах качаясь…

А нам с тобою жить, не разлучаясь,

Под сенью ястребиного крыла,

И чтоб река туманная текла,

И чтоб простор, что не охватишь взглядом!..

И нам с тобою быть всё время рядом!

А нам смотреть с тобою в одну сторону!

А нам делить с тобою всё и поровну!

Вкопать скамью на берегу, построить дом

Не на пологом берегу, а на крутом!

И, непременно, – окнами в рассвет!

И чтобы пять детей и жизнь без бед!

И чтоб колодец с журавлём, фруктовый сад!

И чтобы мир в семье, покой и лад!

И чтобы дети крылья обрели!

И чтобы тоже берег свой нашли!

…И вот, тогда прошедших дней не жаль!

Присядем на скамью, посмотрим вдаль!

…Увидим реку, небо!.. Высоко,

Там ястреб в облаках кружи́т легко,

На гордых крыльях над землёй паря,

В лучистых блёстках солнца-янтаря!

Сидим – в руке рука! Душа чиста!

Синеет горизонт! Сбылась мечта!

И льнут к ногам туманы-недотроги!..

…Ты – «Жизнь моя, не заблудись в дороге». Дорога к Другу

Сломаю все мосты и выстрою другие,

Туда – где свет, где ты и сердцу дорогие.

Я вырваться хочу из замкнутого круга,

Я Миру всё прощу, но не потерю друга…

Меня не удержать! Прочь цепи и оковы!

Я не могу дышать без друга дорогого.

Неважно! Снег – ли, дождь. Преграды не замечу.

Я верю ‒ ты придёшь, и я иду навстречу.

Исчезнет всё вокруг. Отныне и навеки!..

И только верный друг пройдёт сквозь шторм и ветер…

И я сквозь лес и степь пойду навстречу другу,

И разорвется цепь… – мы вырвались из круга…

Сомненья не важны – я открываю двери…

Друг другу мы нужны! Надеюсь, жду и верю!

Ловушки обойдём, стереотипы сбросим,

И об руку шагнём в сияющую Осень.

  Не грусти!

Не грусти, моё сердечко!

У весны – янтарь-колечко,

Солнцем освящённое,

Грозами крещённое.

Там, у солнца на макушке

Счёт годам ведёт кукушка!

Май рассыпал по опушке

Рыжих «мачех» конопушки!

Там, красавец и гордец,

Клювом щёлкает скворец!

Всюду яблоневый цвет!

Посмотри! Печали нет!

Не грусти, моя душа.

Жизнь, как песня, хороша! Жалею. Люблю

Очень жалко девчонку. Ей жалко мальчика,

Что своею ручонкой сжимает пальчики,

Все огни и все во́ды она за ним пройдёт

И любые невзгоды руками разведёт.

Защитит, обогреет, примет бой с судьбой,

И всем тем, что имеет, поделится с тобой.

…Жалко, что не хватало на всех того зерна –

Ты прости, я не знала и то «ничья» вина…

…Жаль мне девочку Милю – спасает Тобика,

Жаль старушку – графиню, и жалко Толика…

Горько: хлебные крошки не накормили мир,

А испечь бы картошки, закатить бы пир!..

…Льдиста снежная заметь, и скользок лёд,

Но безбрежная память туда войдёт:

Жалко девочку Олю – живой родник,

Леденящее поле, из горла крик…

Дни мелькают и даты – мальчишка сед,

Руки вновь, как когда-то, хранят от бед,

Всё такие, всё те же – отведут напасть,

Если надо поддержат, не дадут упасть…

Слишком колкие льдинки, в подтёках валенки,

Ледяные картинки в кладовых памяти…

Может быть, растворятся, как снег ручьём –

Только нужно стараться и согреть теплом…

…Тёплой жалью своею – тебя не обделю –

Ведь в России «жалею» равносильно – «люблю»… За круглым столом

Мне снились старцы в круглом зале…

Они сегодня мне сказали:

«Мир прост, как в Русской пе́чи щи.

Ты в этом истину ищи!

Вокруг себя всех собирают

И никого не обделяют.

А вкруг стола очерчен круг –

Там слева друг и справа друг.

Там друг – напротив, друг – обок!

Так мудр Российский чугунок!

Вот этот – «против», этот – «за»,

Но только так - глаза в глаза.

И каждый словом мысль завяжет…

А о решении – старший скажет!» Дикарка-Весна

Третий день уныло ветры воют,

Стонет буря и снега метут…

Помнишь: «Злого духа ли хоронят?»

Или – «Ведьму ль замуж выдают?»

То Весна, как девочка – дикарка,

Мается капризом возрастным…

Трудно уходить из детства-марта!..

Как же тяжело расстаться с ним!..

Промелькнёт апрель, и незаметно

Повзрослеет юная Весна.

И, конечно, к маю, непременно,

Заневестится Весна ‒ Красна!..

А пока… Ветра над головами,

Стонет буря… Мечется без сна,

С головой закрывшись облаками,

Плачет горько, девочка-Весна…

  Рисовала портрет на стекле запотевшем…

Небо хмурое… Стёкла серые…

Дура! Дура я, что наделала?..

Не подумала? Жизнь не семечки!

На стекле окна – Чудо-девочка…

Нарисована, улыбается!..

Тяжела вина – буду каяться:

«Ты прости меня, что, как малая,

На стекле тебя рисовала я!..

Будешь слёзы лить, грустью маяться

И судьбу корить… Мне б покаяться».

А она – Краса, словно свет в окне!

Улыбается, отвечает мне:

«Жизнь продумана так немыслимо!

Я придумала – хочешь истину?

Слёзы вытереть – тушь размажется.

Надо выдержать! Боль уляжется,

Грусть уляжется, слёзы высохнут!

Только кажется, что нет выхода!

Не кляни зазря, коли жизнь дана.

И одна заря – на Земле важна».

…Не желала зла и не хаяла,

По стеклу стекла и растаяла…

…Серое стекло… Не рисую, нет…

Повстречает зло – я ему в ответ:

«Слёзы вытереть – тушь размажется.

Мне бы выдержать! Боль уляжется.

Грусть уляжется, слёзы высохнут!

Только кажется, что нет выхода!»

…Не кляну зазря, коли жизнь дана.

И одна заря – на Земле важна!

  Осень. Скоро Весна!

Солнца луч на сером небосклоне

Вдруг сверкнёт нехоженым червонцем!

Греет клён озябшие ладони,

С красной кожей, под осенним солнцем!

Очевидно – все мы в мире гости.

От зимы ждём вьюги, как угрозы…

А рябины наливают гроздья

Каждый миг, до первого мороза!

Осуждаем жизни многотрудность,

Принимаем осени усталость.

А зима – спокойствие и мудрость –

До весны три месяца осталось! Жизнь – лучше…

Декабрь не беда, но хлещет дождь.

Простуда, как всегда, – то в жар, то в дрожь.

Сгонять бы за вином, что из ларька,

Но мысль – а что потом? Опять тоска?

О детстве погрустить, о том, где рос,

И тормоз отпустить – и под откос…

Там хорошо, там место есть всему.

Вот только выбираться самому

По скользкой круче, вязкой, словно ложь…

Жизнь всё же лучше, не беда, что дождь,

От истины в вине – то в дрожь, то в жар…

И мечешься во сне – опять кошмар?..

  Конь черный

Ночь, тишина! Лишь фонари и снег.

Цветка ладонь в зашторенном окне.

Объятья сна ‒ неслышный жизни бег.

И… чёрный конь из «ничего», извне…

Явь иль мираж? Подков железных звон,

Смятенье, страх… И снова тишина…

Полночный страж – откуда взялся он?

Виденье? – сплав реальности и сна?

Не ясно стало, века прошли иль миг…

Зови на помощь – застынет в горле ком.

Как оказалось, что ты седой старик?..

Да просто в полночь явился чёрный конь…

Ночь! Тишина! Лишь фонари и снег.

Свечи огонь. В зашторенном окне,

Объятья сна, минут неслышный бег,

Твоя ладонь из «ничего» ко мне… Жёны

Бывают жёны – преданны, как пёс.

Шагнут за мужем и в огонь, и в воду.

От них ни жалоб, ни обид, ни слёз.

Щенячья лишь покорность вам в угоду.

Бывают жёны – мягкие, как воск.

Из них – лепи всё, что душе угодно.

Придумай всё, на что способен мозг,

И вылепи. Но руки – несвободны.

Бывают жёны – гладкие, как шёлк.

Их так приятно обнимать и гладить.

Скользят прохладной змейкой… Где же толк?

Сквозь пальцы ускользают. Трудно сладить.

Бывают жёны – мудрые, как жизнь.

С любимым рядом и горят, и тают.

Смелы, сильны, всегда стремятся ввысь.

Но, жаль, на всех – любимых не хватает.

А жён таких – по пальцам перечтёшь…

Любая бы из нас такою стала!

Что не хотим любимы быть, то – ложь.

Ах, если бы на нас Любви хватало! Инерция

Это просто постичь, но понять это сложно.

Я живу не живя, разве это возможно?

И потеря моя жжёт сердце,

но не может

спалить любовь…

Для меня эта жизнь ‒ бесполезный пустяк.

Но я вдруг понимаю, что это не так,

И сожжённое сердце

гореть будет

вновь и вновь.

По инерции делаю всё, по привычке,

По привычке я ставлю в тексте кавычки,

И сгоревшая спичка жжёт пальцы,

но не может

рассеять тьму…

И когда я делаю к пропасти шаг,

Я вдруг понимаю, что я круглый дурак,

И не я буду первым,

кто шагнул

в пустоту.

По инерции поезд мчит после смерти,

А инерция – это привычка, поверьте,

Он сметёт на пути перрон,

но его

остановит вокзал…

И даже, когда покупаю спички,

Я фразу свою твержу по привычке,

Понимаю потом,

что в тысячный

раз сказал.

По инерции солнце мчится к закату,

За гордыню свою и за ясность расплата.

Солнце, тоже фантом, виденье:

но не может

забыть себя,

Ведь когда-то при жизни оно светило

И в народе прозвали его – Ярило…

По инерции светит фантом,

никого

не любя…

По инерции люди живут после смерти,

По инерции письма приходят в конверте.

Ведь инерция движет жизнь,

но не может

предвидеть смерть.

И всё также я жду твоего возвращенья,

Получаю по почте для тебя поздравленья…

По привычке открытки летят,

а тебя

уже нет… Чёрно-белые негативы

Лето. Старый чердак.

Там, в столбе мною поднятой пыли,

Танцевали пылинки,

Мерцая, как тысячи звёзд.

Я нашла чемодан.

Чёрно-белые плёнки в нём были.

И забытые снимки –

Застывшие капельки слёз…

Было!.. Годы летят!..

Где родители молоды были,

Там их дети теперь –

Вдвое старше, у той же горы…

«Вы простите». Простят.

Безусловно… Давно уж простили.

…В списке наших потерь

Отголоски ушедшей поры… Живо Солнце – живы люди!

Звенит капель – закончился февраль,

На ветку мартом птица опустилась,

Пришёл апрель, а вслед за ним и май,

Взмахнув крылом, земле подарит милость.

Метнёт опушка белые цветы.

В безумном мае, в суете весенней,

Я точно знаю – у меня есть ты,

Есть Пушкин, Блок и есть Сергей… Есенин.

Поля есть, реки, горы и мосты,

Есть небо, лес и дальняя дорога,

Есть степи, море, детские мечты…

Как мало надо, как дается много!

Есть хладный ум, и есть сердечный жар,

Есть руки, ноги – стоит лишь родиться,

Даётся много и не в долг, а в дар!

Суметь бы только им распорядиться.

Не ждать побед, не отвергать хулы,

Познать вино, что жизнь внесла на блюде…

И солнце в небе не для похвалы –

Оно живо́ и этим живы люди. Письма

Летели вдаль почтовые кареты,

По рельсам гулким мчались поезда.

Несли по адресам посылки и пакеты.

В деревни, хутора и города.

Сейчас иные времена и сроки.

И Интернет в почтовом деле – спец.

Доставит вмиг холодных справок строки.

И лишь письмо – хранит огонь сердец!

Нетерпеливей стали мы, капризней.

В наш век, бесспорно, средства связи хороши!

Но!.. Доставляют нам сухие сводки жизни.

И лишь письмо хранит поэзию души!

Касаньем легким телефонных клавиш

Доносим голосов далеких звук.

Писать письмо в конверте – не заставишь.

А письма сохраняют трепет рук!

Не смогут передать другие средства связи

Слезинку, что скатилась между строк.

Дрожание руки на самой главной фразе.

С любовью вложенный, засушенный цветок…

Прогресс стирает без следа границы.

В пережито́м – нам дорог каждый миг!

Перечитаем письма – лет страницы –

И сбережём письма живой язык. Было?.. Не было?..

Жизнь была или не была?

Это явь или сон?

Позабытый, неведомый

из далёких времён?

Сколько тайн неразгаданных,

неоткрытых миров,

Сколько слов недосказанных,

не разбитых оков!

За туманами спрятанных

городов и людей,

Долгожданных, негаданных

и врагов, и друзей.

Сколько мыслей зализанных,

недосказанных фраз,

Сколько песен непризнанных,

неразгаданных глаз,

Сколько глаз, засекреченных

затенённостью век,

Сколько вас, не замеченных,

унесённых навек?

…Не пытайся лукавить,

воздержись от имен.

Непутёвая память –

что здесь жизнь, что здесь сон?

Все играют с азартом в жизнь на грани времён

И не знают, что каждый туз в колоде ‒ краплён.

…Сонм забытых, неведомых,

нераскрытых имён…

Значит, жизни и не было,

значит, жизнь просто сон… Колокол

Пытаюсь разобраться… Мало толку…

Что правит миром?.. Ненависть?.. Любовь?..

…Под выворотнем лечат раны волки –

Зализывая собственную кровь.

А ближе к небу барабанят дятлы.

Им дела нет до тех, кто на земле.

А в небе – тучи, спутанною паклей.

Их не распутать ни тебе, ни мне…

За что рвёт ветер у берёзки косы?..

А колокол небес звенит по ком?..

…Закатный луч речную лижет ко́су,

Как рану волк – шершавым языком…

  Мои друзья, как плохо мне без вас… Наши сказки

Вспомню своё детство, и воскреснут сразу

В тишине вечерней бабушки рассказы.

Может быть, из жизни, может быть, из книжки

Там, как люди, Кошки, там, как люди, Мышки.

Говорят по-русски, поступают мудро…

Там прохладен Вечер, и румяно Утро…

Там из Русской пе́чи хле́бы вынимают,

Там весну встречают ‒ праздник затевают…

Там: раздолье, песни, луговые росы…

Там – всего без меры, будь то смех иль слёзы.

Там не знойно солнце, и не ярки краски… –

Это наша правда – это наши сказки… О Поэте и читателях

Природа долго колдовала.

Да разве кто подумать мог?..

Гармонию воссоздавала,

Наградой ей трудов итог –

Созданье странного дуэта

Всепоглощающей любви –

Шута, придворного поэта

И королевы – Натали…

Любви безумной изваянье

«В тревогах шумной суеты» –

«Печальный демон – дух изгнанья»

И «гений чистой красоты»!

Но… жизнь не терпит совершенства

И не приемлет идеалов,

Она натравит на блаженство

Толпу озлобленных шакалов.

Пригоршню зависти подбросит,

Щепотку глупости людской…

…И ветер горестей уносит

Частичку жизни за собой…

Тогда лишь люди понимают,

Что в спину нанесли удар…

«Не вы ль сперва так злобно гнали

Его свободный, смелый дар»?!.. Сон

Шептал листвой перрон осенний.

Я куталась в цветную шаль.

Навстречу шёл Сергей Есенин.

А электричка скрылась в даль,

Куда-то в сторону Рязани…

…И ничего мне не сказали

Его усталые глаза…

Хоть я спросила: «Вы узнали

Что значит «до» и есть ли «за»?

…Я помню взгляда выцветшую жаль…

Проснулась. Страшно. Ночь. Не греет шаль.

  Звездопад. Детство

«Вон, звезда упала, дочка, не зевай,

Поскорей желанье загадай»!..

Я спешу, чтоб время наверстать:

«Я хочу… хочу скорее взрослой стать»!..

«Мама, вон звезда, смотри, пропала,

На соседней улице упала…

Это целый звёздный дождик, мама!

А на небе меньше звёзд не стало»?!.. Звездопад. Юность

Звездопад увидеть – к счастью! Посмотрите!

Загадать желанье не спешите…

…Мне б одной звезды хватило с головой:

«Только б мама оставалась молодой»!

Светлячком упала звёздочка в ладонь.

Сберегу её мерцающий огонь!..

Словно в детстве ей желанье нашепчу

И в сиреневое небо отпущу!..

Звёздный дождь – желание одно!

Только бы исполнилось оно:

«Чтоб не вяла, не старела мама,

А на небе б меньше звёзд не стало»!.. Звездопад. Зрелость

А над городом опять звездопад,

Чьи-то души к нам с небес летят…

Я подставлю им свои ладони,

Чтобы, падая, не чувствовали боли.

Может, это души тех ребят,

Что безвестными в земле лежат?

Я согрею их своей рукою,

Хоть немного души успокою.

А когда придёт душе моей черёд,

Может, кто и мою подберёт,

И в ладонях, обогрев, пусть отпускает,

И желание, быть может, загадает.

А когда душа добром наполнится,

То желание должно исполниться.

…Вот звезда упала: «Доченька, ты что же?

Загадай»! …Я загадаю тоже:

«Подрастают дети, смелы и стройны

Боже, только б не было войны»…

«Мамочка, так много звёзд упало…

А на небе меньше звёзд не стало»?!..

«Звёзды – души бесприютные скитаются.

И с небес к нам под ноги бросаются.

…Упадут и наши звёзды в свой черёд.

Но от этого не станет меньше звёзд.

Так что, доченька, ты не переживай,

Поскорей желанье загадай.

Коль сердечко добротой наполнится,

То желанье обязательно исполнится». Мудрословы

Прижималась порывисто к маме…

Обнимала кольцом тёплых рук…

Мама мне: «Ты одна вечерами.

Почему избегаешь подруг?»

«Я тебе, дорогая, признаюсь.

Свой девичий открою секрет –

У меня в голове Межелайтис

И Анчаров с тринадцати лет».

Ты вздыхаешь: «Ах, глупость какая!..

Ведь они не мальчишки – мужи!..

Мудрословы»! …Я всё понимаю,

…Но попробуй меня удержи…

Я опять убегаю – страницами

В глубину их отточенных фраз.

То слезу, прикрывая ресницами,

То костры пламенеющих глаз!

«Вы, подруги, меня не ищите»…

Не монаший зарок, не замок,

Не неволя мне – мудрые книги,

А пьянящей свободы глоток!.. Страшно

Бывают дни, когда душа кричит,

Но в горле ком и голоса не слышно…

Усталый нерв струною задрожит,

И лопнет… Что же делать – так уж вышло…

Случалось так в былые времена

Да и сейчас, и в будущем, наверно, –

Хороший друг, любимая, жена…

Уходят… и печаль твоя безмерна…

Стекает тонкой струйкою песок –

Не удержать, до боли сжав ладони…

Последним вздохом опалит висок,

И сгинет… Вот ещё один уходит…

Как страшно, когда скрипка замолчит,

Умолкнет… Оборвётся жестом свыше.

…В такие дни твоя душа кричит,

Но в горле ком, и голоса не слышно… Мои беды

Беды в жизни моей чёрной тучею бродят.

Больно сердцу, больней раз от раза, когда

Те, кого я люблю, потихоньку уходят –

Кто покинет меня, кто-то жизнь навсегда…

Чем дышу, как живу – то земным не подсудно.

Так за что мне судьба эту кару дала?

И дышать от потерь так становится трудно,

Словно в воздухе дым, словно в лёгких зола…

Уходя от меня, лишь одно обещайте,

Все, кого в этой жизни безумно люблю:

Уезжайте, бегите, забудьте… Прощайте…

(Пусть вдали от меня, но живите, – молю!..)

Пусть печалится сердце разлукою дальней.

Я сама так решила, так что же ещё?..

…Не услышать бы только мотив погребальный…

…Только б знать, что вы есть на Земле. Вот и всё… Нет с нами Маяковского!

Не помним прошлого заветы

И прошлых бед…

Уходят в прошлое поэты

А новых нет!..

Они уходят молодыми

Былые те…

И остаёмся мы немые

И в темноте.

Ужель забыл бомонд московский

И тот урок,

Когда Владимир Маяковский

Нажал курок?

Плетётся память псом облезлым,

Поджавши хвост.

Увещеванья бесполезны!

И только дождь

Заупокойную отслужит,

Как пономарь.

Да на углу о прошлом тужит

Слепой фонарь…

  На смерть В. Маяковского

Тихо в доме… Подле портрета

Свет лампадки, живым огнём…

Как он жил свои зимы, лета?

Как я мало знаю о нём…

Острой болью, по сердцу бритвой,

Уходящих минут отсчет…

…Я Есенина, как молитву,

Вслух читаю ночь напролёт… Почтальонам России

Моя Вселенная – не только звёзды ночью…

В ней существует ещё множество Планет!..

Они меня в беде не бросят – это точно.

И каждая в душе оставит яркий свет!..

Планеты разные! У всех свои орбиты,

Своя история и спутники вокруг!..

Они мудры, щедры и деловиты!

И каждая из них – надёжный друг.

Вхожу и говорю: «Привет, Планеты»!

…Отбросив лень, хандру и суету,

Неся в конвертах тёплые приветы,

Мы в Мир несём по капле доброту…

«Спасибо Вам, за то, что Вы такие –

Внимательные, чуткие всегда!..

Весёлые, сердцами – молодые!

А вместе нам и горе – не беда»…

Бывает по ночам в тиши, спросонок,

Встаю и в небо звёздное смотрю…

«Вселенная, храни моих девчонок…» –

Я шёпотом тихонько говорю…

  Тополевый Почтовый Ящик

У меня есть друг – Почтовый Ящик.

Он умеет сохранить секрет.

Мой помощник, – давний, настоящий!

Мы с ним дружим много-много лет…

Белым пухом снег, с небес летящий,

Завивает снежную вуаль.

И знакомый мой – Почтовый Ящик

Смотрит, рот открыв, в седую даль.

Он, наверно, осень вспоминает,

Когда листья жёлтые, кружась,

Носятся, щекочут, задевают

И на землю падают, смеясь.

Или, может, он о лете вспомнил?

Жарком солнце, шумных воробьях…

Или о весне, сюрпризов полной,

И о разговорчивых ручьях.

…Скоро солнце растревожит спящих,

Птичьи стаи приведёт с собой…

И знакомый мой – Почтовый Ящик,

По весне оденется листвой.

Будет буйной зеленеть листвою!

Будет звонко, как лесной родник,

Шелестеть кудрявой головою,

…Потому, что к тополю приник…

Оттого и он… прирос корнями

К той земле, что дорога всегда.

Стали они лучшими друзьями!

Вместе им и «горе не беда»!

…А пока один… задумчив, ясен,

Прислонившись к дереву, стоит.

Молча, ждёт. Любой вопрос напрасен:

«Спит земля – и тополь тоже спит»!

Заплетает снег, с небес летящий,

В косы, гриву белого коня…

И Почтовый Тополёвый Ящик

Смотрит вдаль… Наверно, ждёт меня… После вопросов И. Бродского

Откуда в сердце пустота…

Никто из смертных не узнает.

…Застыло сердце. Немота

Сдавила грудь, не отпускает…

И ты… молчишь… Разорван круг.

…Ты рук холодных не согреешь…

Слезы замёрзшей слышен стук –

Так остро слышать ты умеешь.

Снежинки хру́пки и малы́,

Они воздушны, словно вата…

Их крик, как нож из-под полы,

Или как брат войной на брата.

…А ты обманут и распят,

Размыт, как тень, рассвета вспышкой.

…И хлопья снежные летят,

Их звук, как мёрзлый ком о крышку.

Как в доме тихо и тепло…

А может, это всё приснилось, –

Что затаилось в мире зло,

Что горе в мире затаилось?..

В застывшем сквере, в проводах;

В пределах дальних или рядом;

В больших, усталых городах,

С привычным ритмом и укладом.

…Мы ссорились по пустякам,

Обидам мелким потакали.

Дом доверяли сквознякам,

А жизни случаю вверяли.

…Ругались «в дым», бранились «в хлам»…

Мы двери храма отворили…

Мы пустоту впустили в храм,

…Её благословили.

…Не сказка это и не быль.

В сердцах мы пустоту взрастили

И дальше с ветром, словно пыль,

Её мы по миру пустили.

…Там в мире: снег, туманы, зной,

Там летний дождь, и свет, и тени;

Там хочешь – плачь; а хочешь, пой;

Там смерти нет и нет забвенья.

Так было прежде и у нас,

…Но мы с судьбой ва-банк играли

И неурочный пробил час –

Всё, что имели, потеряли.

Вода и пламя, тьма и свет –

Стихии, равные по силе.

Героев в этой схватке нет –

Они друг друга погасили.

…Но в мире звук и тишина

Негласной клятвы не нарушат.

Ночь за окном, и ты без сна –

Молчанье криком режет уши!..

…Однажды ясным, тёплым днём,

Подарен ангелом крылатым,

Покой над миром – ковылём,

Как колокол в ушах – набатом.

Тьме солнца свет не погасить,

Тьма не бывает ярче света!

Мгновений не остановить –

Вслед за весной настанет лето.

Созреют в свой черёд плоды!

…Дом от морозов берегите!

Храните чувства от беды!

Тепло сердец друзьям дарите!

Ведь знаешь ты, и знаю я –

Мир полон радости, покуда

Хранит тепло душа твоя,

Не ожидая чуда. Серьезный разговор с товарищем Бродским.

«Откуда к нам пришла зима?..»

«Откуда?..» Разве мы не знаем?..

«Всё смолкло?..» Но ведь тишина

Ни на мгновенье не смолкает!..

Зима молчит?.. Неверно, друг!

Зима поёт, она прекрасна!

А снегопад – небесный звук

Её напева ловит страстно!

А ветер, разве он шуршит?..

…Перебирает струны арфы!

Над крышей облака крушит!

Сплетает косы, ветви, шарфы!

Снег, словно половицы скрип?..

Капустный лист хрустит! Послушай!

Дымы тусклы, рассвет охрип,

Лопаты стуком режут уши?..

Неужто ты совсем ослеп?!..

Взгляни на мир в проём оконный!

Там в алый рог трубит рассвет!

Дым – золочённые колонны!!!

Ты говоришь, «не скажет снег,

Откуда он сюда явился?..»

Снег – это вальс из прошлых лет,

К нам добрым другом возвратился!

«Зима таилась?..» Не смеши!

Да есть ли смысл Зиме скрываться!

Ты в жизни что-то измени!

И… надо чаще прибираться!

Попробуй лестницу помыть!

И вещи разбери в чулане!

Махни к реке – лещей ловить!

Не сыщешь истины в стакане!

Попробуй люстру протереть,

Чтоб засверкала, заискрилась!

В себе – прибраться и понять, –

Ничто, нигде не затаилось!

Чердачный хлам поразобрать,

В подвалах плесень поубавить!

От двери доски оторвать,

А во дворе фонарь поставить!

Тебя, должно быть, мучит бред!

«Скопленье дум» в больном похмелье!

От водки в мире много бед!

А хлещут водку – от безделья!

Там, где бескрайние снега,

Где скалы, где орлы гнездятся

Не день, не год, не два – века

Стареют люди и родятся!

Не вечен снег, не вечен лёд,

Зима не вечна! Мир не вечен!

Жжёт уголёк и льдинка жжёт –

Лёд изнутри огнём помечен!

А белый цвет и чёрный цвет –

Они одно, все с детства знают!

На смену тьме придёт рассвет

И по весне снега растают!

Твои сужденья всё смешней,

Запутался ты в мыслях где-то!

Зим не бывает Лет длинней,

Ведь есть ещё и бабье лето!!!

Скулишь: «Бесплоден сад…»

Полей!..

Я лень твою не понимаю.

Пчёл разводи или шмелей,

Тогда добьёшься урожая!..

В конце концов, не нам решать -

Куда ведёт судьба-дорога!

К чему «с яичницей мешать»

То, что даровано от Бога!...

Но всё! Довольно трепотни!

Аж «мухи дохнут» от такого!

А чувства стылые стряхни,

А то замёрзнешь, право слово!...

Попробуй что-нибудь создать!

Для дела нет понятья «рано»!

Обломов мастер был мечтать,

Не отрываясь от дивана!

Вставай! Ведь ты ‒ не идиот!

К тому ж, мужчине ‒ ныть негоже!

Вдруг неожиданно придёт

Конец зиме… и жизни тоже?!..

Взгляни! Две даты на плите –

С рожденья и доныне!..

А, что же сделано?.. И где?..

Вглядись!.. Что между ними?!..

  Дорога. Вспоминая С. Есенина

Выйду на дорогу

В дремлющем лесу.

Счастья столько много,

Что не унесу…

Доброе ненастье,

Память разбуди!

Сколько было счастья!

Сколько впереди!

Разве я забыла

Лета кутерьму?..

Сколько в жизни было!..

Рассказать кому?..

Расскажу дороге,

Лесу, небесам,

Ёлке-недотроге

И седым снегам!

Счастьем – хлопья снега

С неба на меня!

Тихо льётся нега,

Льдинками звеня!

Даже солнце скромно,

Чувства притупив,

Прячет шар огромный,

Ветками прикрыв.

Захлебнувшись радостью,

В зимней тишине:

«Ах, какая сладость

В этом хмуром дне»!

Разве я скучаю

По годам былым?

…Тишину вдыхаю,

Словно сладкий дым!

Разве я жалею

Прожитые дни?

Тишиной хмелею!

Шепчет лес: «Усни»…

Ёлка-недотрога,

Кружевная шаль –

Белая дорога –

Светлая печаль.

  Моим друзьям, товарищам – поэтам

…Рассвет уж брезжит… Спать давно пора…

Проговорили с вами до семи утра…

Мы этот мир понять не в состоянии.

Хотя и много знаем о дурном влиянии

Средств информации на юные умы.

…Но не спасём, при всём своём старании,

Гниющих душ, что в годы голодания

Насытились продуктами сгорания

Тел, умерших на празднике Чумы.

…Привыкшим к трупам что предложим мы?..

Глоток живой воды с кусочком неба?..

Пригоршню клюквы – прямо из-под снега?..

Живой росток, пробившийся сквозь лёд?..

Иль белокрылой ласточки полёт?..

…Увы… Нас не поймут!.. Не в состоянии…

Прочти… Прости! Спасибо за внимание.

Всегда ваш друг, товарищ и сестра.

До встречи!.. С добрым утром! Мне пора! Первому из Первых Поэту

Не правы, кто вещал: «В России нет поэтов»!..

Ведь есть один поэт. Поэт… всегда один.

Затмил и освещал сквозь ржавчину наветов…

Я не берусь кричать, что Пушкин – «сукин сын»,

Скажу, что он – дитя! Да! Он дитя Восторга!

Дитя – самой любви, поэзии и лир!

Вознёсся к облакам своей главою гордой,

Он, завистью людской осмеянный Кумир!

Творец – всегда творец! Коль истинный – не мнимый.

Поэт – творец вдвойне! В душе всегда дитя.

Поэзии певец то хрупкий, то ранимый,

То, негодуя всласть, то с грустью, то шутя…

Нам открывает власть вселенскости природы,

Ведь пред его пером, незримо, все равны:

И жизнь, и смерть, и страсть, умы и сумасброды,

И правда, и обман, иллюзии и сны…

Душа его всегда сродни орла полёту!

Парит, не зная крыл, на вспененных ветрах…

В стихах: и Русь, и грусть, гимн осени и лету…

Пророком он прослыл, даря восторг и страх!..

А сердце, как струна, – поэзии послушно,

И памятны слова – достойны мудреца:

«Хвалу и клевету приемли равнодушно

И не оспаривай глупца…» Устал стучаться Поэт…

Белой стаей в туман бесконечный, вселенский

Ускользает эпоха в заоблачный путь…

А сегодня нас бросил Андрей Вознесенский…

Он устал барабанить в закрытую грудь.

Утомился стучаться в железное сердце.

Хриплый голос сорвал, правду жизни неся.

За эпохой закрылась последняя дверца.

И её не открыть, на коленях прося.

За патроном патрон из обоймы расстрелян.

За талантом талант – в небесах далеко.

Вот, ещё один мастер навеки потерян,

Словно выстрел неточный ушёл в «молоко».

Были мысли точны! Были фразы, как молот,

Им написаны тем, кто услышал его.

А теперь грешный мир наш надво́е расколот.

За спиной – Пустота, впереди – Ничего.

Ускользает в туман бесконечный, вселенский

Белой стаей эпоха – в заоблачный путь…

Нас сегодня оставил Андрей Вознесенский…

…А Эпоху нельзя ни догнать, ни вернуть. Уходят друзья

Порой бывает так, что мне не спится.

Порой бывает, что с ума схожу,

Перебирая прошлых дней страницы,

По переулкам памяти брожу…

Костёр пылает, озеро искрится.

Ещё потерей не разорван круг,

Тьма выжидает, за спиной таится…

Друзья уходят незаметно, вдруг.

Уходят, молча, без обид и жалоб.

Не попрощавшись, не сказав «прости»…

С годами старых остается мало,

А новых… нет желанья обрести…

Как сохранить, как удержать, что было?

Чтоб мрак над нами руки не простёр?

Чтоб искра чьей-то жизни не остыла?

…Огонь своей души плесну в костёр…

  Поэтам-фронтовикам

Заслоняли полсвета

Чёрных свастик клыки.

Поменяли поэты

Карандаш на штыки.

Обнимая планету,

Как сестру или мать,

Умирали поэты…

…Только строкам пылать,

Разгораться рассветам,

Голубым небесам,

Звонким птичьим приветам

Вторить их голосам!

…Дописали до точки,

Погибая в бою,

Родниковые строчки

За Россию свою!..

Эти строки доныне,

Как солдаты в строю,

Голоса их родные –

Среди всех узнаю!..

…Васильки, колокольчики

Вдоль дорог проросли…

…Необъятные сини

Голубеют вдали

И летят над Россией

Журавли… Журавли… Рассказ друга. Э. Асадову

Что Асадов к нам в город приехал, я знал.

И друзьям своим тоже напомнил…

Но Челябинский Филармонический Зал

Был людьми до галёрки заполнен.

Я не помню, как было… Кого-то моля,

Приставные поставили кресла…

Под Асадовский стих умирала Земля,

А потом, со стихами, воскресла!..

Я девчушку ‒ племянницу вёл за собой,

Сжав ручонку в ладонях горячих…

Я, ребёнок и рядом Великий Слепой ‒

Тот, что видел вперёд дальше зрячих!..

…Моя юная смелость куда-то взвилась,

Улетела мгновенно. И сразу

Потерялась моя с окружающим связь

И я выпалил глупую фразу.

«Вам, спасибо! Я счастлив стоять подле Вас!»

Нет ответа ни жестом, ни словом.

Лишь всевидящий взгляд! Через время, сквозь нас!

«Мне сказали, был зал ныне – полон».

…Чтоб услышать поэта – умейте молчать.

Чтоб увидеть, не главное – зрение…

Научившись любить, понимать и прощать – Сердцем чувствуешь прикосновение. Высоцкому Владимиру

Уходят поэты.

Уходят в небесные сини…

Уходят, не договорив,

Не допев до конца.

И, сколько б мы их

Возвратиться домой не просили,

Они – не придут…

Только тень у родного крыльца,

Когда в день рождения

Или в день собственной смерти,

Вдруг вспомнит душа,

Что Земною когда-то была.

Вот так и Володя –

Душой возвращается. Верьте!..

Душой возвращается,

Чтобы закончить дела.

…Он рвал свои нервы,

Как струны на звонкой гитаре!..

Стихи его – остро

Отточенный, прочный клинок!..

Срывался! Не первый,

Тонул в беспросветном угаре!..

Но в ясные дни

Пел Володя, как он только мог!..

Вина не его,

Просто кони… такие достались.

Ему «не допеть, не успеть»,

Слишком близок конец.

Пусть сам – «пёс в цепи»,

Родниковые песни остались!

Пусть их допоёт

«Не по росту одетый» юнец.

Взлетает душа,

Рассекая небесные мили…

Не трогайте душу!

Решите уже, наконец.

Снимите с весов

Все невнятные «или» и «или»!

Оставьте лавровый венок

И терновый венец!

…«Что поэту… венок?..»

…«Что поэту… венец?..» Мамы больше нет!

Сорок лет с гаком! Чем оправдать?..

Не о чем плакать, нечего ждать.

Спелое поле – некому жать,

Вольная воля – не убежать.

Выплесну в небо крик или стон:

«Смерть – пробужденье! Жизнь – только сон»!

Свыкнуться мне бы с мыслью простой -

Жизнь это выстрел, но холостой.

Белое поле, вихрь, круговерть…

Не было боли – тихая смерть.

Жизненной драмы стёрта глава.

Нет больше мамы. Только слова:

«Вы уж простите, коль что не так,

Дружно живите, не кое-как,

Оберегайте се́мьи и дом,

Деток рожайте. Сад под окном…

Пусть расцветает каждой весной,

Грусть пусть роняет – дождь золотой.

Солнечный ветер пусть вам поёт.

Ночь пусть осветит звёзд хоровод.

Детям в подарок – солнечный свет,

Клёнов пожары, алый рассвет».

…Вновь повторяю эти слова.

Просто я знаю – мама права.

Примем на веру как благодать –

Горечь без меры. Радость – прощать.

Хлебному полю, солнцу под стать –

Женщина-воин, женщина – мать.

Вольному – волю не утолить,

Не переплакать, не пережить.

Голому полю – хлеб не родить.

Сорок лет с гаком не изменить. Он сказал: «Поехали!»

Звёздный путь – начало всех начал!

Видишь в небе ясную дорогу?..

Помнишь, Он «Поехали» сказал

И взмахнул рукой, с улыбкой – трогай…

Космос на руках Его носил,

Зажигая звёзды, горд и светел!..

«Знаете, каким Он парнем был»? –

Самым солнечным на всей Планете!..

…Высока Космическая Суть –

Тропочкой на звёздном небосклоне

Начертать на Звёздной Карте путь –

Линией судьбы своей ладони!.. Памяти Ю. А. Гагарина

Пронеслась над Землёю Его золотая комета,

Оставляя свой след бесконечный в истории, в нас!

…Он шагает по красной дорожке и лучики света

От лучистого взгляда ребячьих, мечтательных глаз.

Плавят боль неудач и утрат, превращают их в лаву,

Разливают по формам мерцающих в Космосе звёзд!..

Он принёс для Страны своей гордость, Вселенскую славу!

А за дверью стояла «старуха» с напитком из слёз…

…Мать -Земля, в ликованье и праздник одета,

Прошептала, уткнувшись в цветастый платок –

«Юра, Юра… Сыночек… Плохая примета –

Шнурок развязался… Сыночек…

Сыночек, шнурок…»

  Угол зрения Земной путь

Вот, исчерпав земные сроки,

Осенний лист в речном потоке,

Как чёлн кружится на волне,

Не в силах повернуть к весне.

И нас с тобой, как лист осенний,

Несёт река! И нет спасенья!

За поворотом поворот –

То омут, то водоворот!

И не причалить, не свернуть!

Но это наш с тобою путь,

Где сгинуть можно в одночасье.

Преодолеть свой путь – вот счастье! Спасибо, листья

Устали листья.

Погладят жёлтою рукою

Деревьев косы,

Скользя… С утра ржаной мукою

Седеют росы.

От серых будней мир спасти

Лишь только могут

Осенних листьев конфетти,

Соткав дорогу.

И листья падают, спешат,

Дорогу стелют

Кому-то в рай, кому-то в ад…

Листва – метелью!..

В прожилках-линиях ладонь,

Другая, третья…

И в каждой теплится огонь

Закатов летних!..

Ладонь в ладонь, рука в руке –

Дорога в небо!

И месяц в небе, в уголке –

Краюха хлеба!

Дрожат, озябшие слегка,

Ладони-кисти,

Но ткут дорогу в облака!..

Спасибо, листья! Я схожу с ума…

Кудели вьёт ветер постылый.

Окошками плачут дома.

Неделю льёт дождик унылый –

Я тихо схожу с ума…

Ломлюсь в незакрытые двери,

Сгораю, летя на свет!..

То загнанным, раненым зверем

Влеку свой кровавый след,

То нищенкой по бездорожью

Ступаю, хоть смысла нет!

То техникой искореженной

Ползу по полям побед…

Глашатаем, всюду гонимым,

Несу этот дикий бред –

Стихи посвящаю любимым,

Которых на свете нет…

Костры, догорев, остыли.

Что дальше – тюрьма, сума?

Неделя, с дождями косыми…

Я тихо схожу с ума… Почему пишу стихи?..

«Не каждому дано яблоком!..»

Кому-то надо и семенем!

Спирали Веков,

Свернув клубком,

Прижаться к Земле,

До Времени!

Впитать её Соль. Сквозь года нести

Суть жизни, Свет Мироздания.

И, может быть,

Яблоней прорасти –

Ростком Векового

Знания!

Дай жизненной силы своим корням.

Срастайся с Землёю накрепко.

Все знанья Веков

Передай ветвям.

И, может быть,

Родится яблоко!

Не каждому яблоком спелым дано.

В ладони, к ногам, по темечку…

Зеленым ли?..

Красным ли?..

Белым ли?.. Но…

Пусть!..

Я в землю уйду…

Семечком! Может сон?.. Может явь?..

Мне приснилось, что я сплю… И снится мне,

Что скачу я на серебряном коне…

Колокольцами копыта в ночь звенят,

Звёзды гроздьями, как искры, прочь летят.

Конь серебряный, а грива, как рассвет.

Тьмой оцепленный, разливом алый цвет.

В ночь умчусь я на серебряном коне,

И проснусь… А может это не во сне?

Может, я сейчас не сплю? Да… не сплю!

Вновь летящего сквозь ночь коня ловлю!

В гриву буйную вплетаю сон-траву,

Как бывало, и летаю наяву!

Это только мне приснилось, что я сплю!

Ветра бешеного удаль я люблю!

И на ветреном, серебряном коне,

Вдоль по Млечному Пути, скачу… к Луне! Клён и лён

Наклонился в речку клён, клён – коленопреклонён…

(Кто читает между строчек – смысл подспуден – много точек)

И глядит, забывшись, клён, в голубень проливший лён…

Лён лопочет и хохочет, льнёт, как будто между прочим…

Пьёт, в ленок зарывшись, клён… льня́ных строчек перезвон

И не может, и не хочет знать, что «капля камень точит»…

Налетают ветерки, кружат стайкой мотыльки –

Дарят, лепесткам взамен, узелочки от измен,

Лён линяет не с тоски – облетают лепестки…

Клён не хочет перемен – окунулся в голубень…

Ветер может песни петь, клёну суждено стареть…

Синей сини не спасти… Отпусти… Прости… Лети… Я не верю…

Я не верю бесспорным истинам,

Не хожу по избитым следам,

Весь мой жизненный путь мною выстрадан –

И страшусь, и мечтаю – что там?..

Вдруг за этим дорожным изгибом

Жизни суть ото льда до огня,

Как за миг, обернувшийся мигом,

Долгий путь от тебя до меня?..

Жизни суть, что меж жизнью и смертью,

Словно лезвия острая грань,

Суть, как блик между тьмою и светом,

Солнца меч в предрассветную рань,

Жизни суть от обмана до правды,

Что как миг меж стыдом и грехом,

Как различье меж трусом и храбрым

Или разница грёз со стихом…

Суть – секунда от сна к пробужденью,

Как пушинка на чутких весах

Между истиной и заблужденьем,

Искушение в райских садах…

Долго мучаюсь – выбор мой труден:

«Кто я в жизни – пророк иль слепец?

В лабиринте туманных буден

Вестник солнца иль тьмы гонец?

Где взять силу, мудрость, терпенье

В пытке жизненной на излом,

Чтоб в её безумном крученье

Мне не спутать добро со злом?..» Проза стиха

Не стоит – к стихам с оглядкой.

И из-за угла не надо!

Глаза, карандаш, тетрадка –

И будут стихи наградой.

Ведь семечко в рост стремится!

В свой срок созревают строчки!

И вовремя стих родится

От «А» до последней точки!

Знай, только смотри и помни:

«Мгновенья, минуты, годы…

Душа – это мир огромный…

Стих вырвется на свободу!..

Стихийные рифмы брызнут

Потоком тепла и света!..

Стихи – это проза жизни,

Но только с душой поэта…»

  В 44 кто мы?

Кто я в сорок четыре? Утка в жизненном тире?..

Точка в призрачном мире… Или, может, тире?..

В опустевшей квартире два гнезда себе свили

Куропатка в долине и орёл на скале.

В одну сторону взгляды – одинаково рады –

Я цветущему саду, ты траве в серебре.

А в несчастье и страхе – головою на плахе –

Твои мысли о прахе, а мои о грехе.

Недослушав куплета, не добив сигареты,

Не дождавшись рассвета – у последней черты…

С бурным паводком вешним, уходя, станем прежним –

Я – седою волчицей, чёрным лебедем – ты.

Пусть я – лёд, а ты – пламень… Никого не обманем,

Одинаково канем – перетянем струну.

Оборвав быль и небыль, возвратим себя небу –

Ты всей грудью о камень, я всем воплем в луну.

Нас никто не осудит и никто не оплачет…

Необжитые гнёзда и покинутый дом.

Всё вернулось на круги – долг пред небом оплачен

Алой кровью волчицы, лебединым крылом… Не бывает детей от ветра

Я ушла, чтоб найти ответы,

Те, которые жизнь даёт:

Не бывает детей от ветра,

И не ходят спиной вперёд.

Не бывает детей от света,

Даже если шагнуть в рассвет,

Будет море живого света,

Но ребёнка не будет, нет…

Не бывает детей от мыслей,

Что ребёнок необходим.

Не бывает его, нет смысла

Исполнять всё, что мы хотим.

Не бывает детей для смеха,

Не родится дитя со зла,

И нельзя, не разбив ореха,

Из скорлупки вынуть ядра.

Не бывает детей от леса,

Хоть проси у него сто лет.

Есть туманы, дождей завеса,

А ребёнка не будет, – нет…

Не прибавить и не уменьшить,

Мне сказала Природа мать:

«Не бывает детей у женщин,

Не умеющих созидать…» Правда одна?..

…С высоты обрыва смотрю –

В глубине течения быстрого

Отыскала правду свою,

Обнажённую, светлую, чистую!..

…Головой с обрыва… Со дна

Вижу истину несуразную,

Снизу взгляд на правду – она

Неприглядная, голая, грязная…

Говорим, что правда одна,

Но деталь упускаем важную -

Может, истина и верна –

Да, – одна, но своя у каждого.

Видим в ангеле сатану,

В оправдании – обвинение…

Может, видим правду одну

Под другими углами зрения?

Есть в противоречиях связь –

В жизни есть прогиб, а есть – гибкость,

Исправленья в тексте не грязь,

А уменье признать ошибки… Я верю…

Я не верю ни Богу, ни бесу,

Так живу, как велит душа,

И, зашторив неверья завесу,

Жизнь обдумываю не спеша,

Строго взвешиваю решенья

И просчитываю шаги,

Чтоб не мучили сожаленья

И не радовались враги.

Что б нечаянно не обидеть,

Ненароком не обвинить,

Чтоб заслуженно ненавидеть,

Не оглядываясь любить,

Чтобы всё как душа велела,

А не мимолетный порыв,

Чтобы радость птицей взлетела,

Дверь в мечту легко отворив…

Только вижу – этого мало:

На земле так много беды,

Реки радости льдом сковало

И засохли мечты сады…

Пошатнулось мое неверье

И чужого несчастья тень,

Притаившись за белой дверью,

Метит в сердце мне, как в мишень…

Видно, кроме правильной жизни

Важен в жизни высокий смысл:

Может, вера, забота о ближних,

Может, кстати рожденная мысль,

Иль тому, кого нежно любим

«Я ЛЮБЛЮ!» – сказать в сотый раз,

Улыбнуться ЗЕМЛЕ и ЛЮДЯМ,

Что б добра не иссяк запас… Ничего не прошу

Ничего у жизни не прошу.

Мне всего хватает, через край.

Всем обиды мелкие прощу,

Тем, кто не простил, скажу: «Прощай!..»

Что есть в жизни, с ближним поделюсь –

Мне одной и радость тяжела.

На рассвете солнцу улыбнусь,

Устремлюсь на добрые дела.

На опушке сливу посажу,

Чтоб прохожим жажду утолить.

«Ты расти, красавица», – скажу,

В лес пойду, знакомых навестить.

Вот сушину дятел теребит,

Добывая корм своим птенцам,

Обернётся, что-то прокричит,

И шмыгнёт в дуплянку, к малышам.

Мне малиновка махнёт крылом,

Закружилась, бедная, в делах…

Юркнет в можжевельниковый дом

Накормить своих крикливых птах.

Навещу мышиную семью

Под берёзовым замшелым пнём.

Хлебную краюху разломлю,

Посудачим, дождик переждём.

Прогремит сердитым басом гром.

Дождь промчится, шпорами звеня,

Синь, пронзая молнией-копьём.

Ель обнимет лапами меня.

Выйдет белка, умывая нос, –

Пуговичку, каплями дождя.

Ветер тучи хмурые унёс.

Улыбнулось солнце, погодя…

Всё, что было, не было – прощу.

Непрощению скажу «прощай».

Ничего у жизни не прошу,

У меня и так всё – через край. Рисовать – рисковать!

Рано старость славить. Нужно рисковать!

Как себя заставить – жизнь нарисовать?

Разверну на рамах первые холсты,

Нарисую в красках дерзкие мечты?

Кистью, как стихами, песенный пейзаж.

Вот, судите сами, – первый вернисаж…

Солнечные гимны, марши летних гроз,

Трав напев наивный и романсы роз,

Васильков кантаты, ирисов каприс,

Ландышей сонаты, лилий вокализ,

Рок полей. Сюжеты вечной красоты –

Ковылей сонеты, флейты волн. И ты. Я не поеду в Переделкино

Поток сомнений одолел меня…

Ход мыслей грустен и не нов –

Нужна ль мне дача в Переделкино?..

Там нет знакомых воробьёв…

Да уж! Нелёгкая задача!..

Гнетут сомненья, мысли в пляс…

Да! Гении творят на даче.

А что для творчества у нас?..

Есть дача, лес и воробьи;

Две трясогузки, муравьи;

Есть пруд, скворцы и соловьи;

Лиса, две заячьих семьи;

Есть две уютные скамьи;

Стихи и мудрые статьи;

Есть стол, (скамьи не две, а три)…

Хоть круглосуточно твори!

Есть и мобильный Интернет!

Всё! Никаких сомнений нет!

…Как без меня кормушка белкина?..

Я не поеду в Переделкино!.. Мой девиз

Есть девиз в моей жизни простой –

«Оставаться всегда собой!»

Мне не надо вилять и юлить,

Надо просто по сердцу жить.

Даже если трудно одной,

Оставаться хочу собой,

Чтобы слёзы пото́м не лить,

За обман себя не корить.

Не хочу убегать от житейских невзгод,

И огульно ругать мною прожитый год…

Глупо «брода искать», «тень ронять на плетень»,

Я не стану менять мною прожитый день.

Будет радость и грусть – всё приму я сполна,

Что б девятый вал, а не просто волна…

Ветер бьёт в лицо – это для меня,

Я приму его – жизни не кляня,

Пусть сбивает с ног – дерзок и могуч!

Он помог, чем смог, – надо мной нет туч!

Ливень льёт, упрям – белый свет не мил –

Свежесть дарит нам – землю напоил…

В сердце проращу зёрнышки добра,

Встречных угощу – жизнь добром щедра…

Нежности родник для людей рождён –

Жаждущий приник – будет напоён…

Для чего родник, если не спасать?

Прятаться в тростник тиной зарастать?

Всем, что есть во мне, одарить спешу…

Счастлива?.. Вполне – радуюсь, дышу,

Тороплюсь хранить в этой суете

Своей жизни нить и себя в себе…

Мне не надо вилять и юлить –

Надо просто по сердцу жить.

Ведь девиз моей жизни простой –

«Оставаться всегда собой!» Вот так!

Я понимаю этот мир без слов ‒

Призыву молний, зову ветра внемля.

И знаю по приметам тайны снов,

И до корней весь этот мир приемлю!

Лечу по ветру с пухом тополей.

Спешу весной с речным потоком слиться.

И верю, чем огонь души сильней,

Тем больше вероятность – пригодиться!

Моей души глоток в поток войдёт.

Не знаю где, но эхом отзовётся.

Быть может, солнца лучик в ней блеснёт,

А может, лань усталая напьётся!

Пусть изнутри пали́т огонь зрачков.

Пусть факелом сгораю. Я не трушу.

За тёмными стекляшками очков

От мира прячу пламенную душу.

Не от огня души и не от рук

Я не хочу, чтобы земля пылала!..

Я так надеюсь, что узнает внук

Весь этот мир, таким, как я узнала!.. Ах, если б…

Ах, если б дали крылья мне бы…

Я б не увязла в лютом зле…

Легко быть ангелом на небе,

И невозможно на земле…

Не утонула б в диком горе,

Когда бы в море – кораблём,

Легко русалкой быть на море,

На суше – проще кабаном…

Мне б никогда не ошибиться,

Что есть – Добро, что в мире – Зло…

Легко быть в небе вольной птицей,

А в клетке птицей тяжело… Хрустальные розы одиночества

Как ты мечтала!.. Что сладко будешь ты тонуть,

Когда шагнёшь в зеркал туманность…

Теперь ты рада?..

Ведь ты не знала!.. Нет солнца там – туман и муть.

Теперь прими их, словно данность…

Твоя награда!..

Здесь капельки рассвета льдисты, словно розы,

Что были кем-то, где-то сорваны давно…

Рукой отчаянья!..

В них не найти ответа – это боль и слёзы,

Всех тех, кому вернуться не дано…

Из Зазеркалья!..

Вот так и ты!.. Хрустальной розою увянешь,

И не уйдёшь – здесь путь назад закрыт…

Лишь одиночество!..

К чему цветы?.. Ты зеркала́ слезами не обманешь,

Когда поймёшь – здесь одиночество царит…

Его Высочество!..

И будут слёзы!.. Как в детстве вспоминаешь,

Как ты глазами небо изливала?..

Как будто грозы!..

Ты будешь розой, ты хрустальной розой станешь,

Внутри зеркального бокала…

И будет поздно!..

Ну, что – смеёшься!.. Значит, ты до боли поняла,

Что нет назад возврата…

Что ж ты не рада?..

Ты не вернёшься!.. Возвращать не любят зеркала,

Того, что ими взято…

Вот муки ада… Кругами, кругами…

Куда-то мчусь, спеша, топчу ногами

Невыплаканную вину.

Пока с виной воюю, понимаю: я – другая.

И я мечусь, как дикий зверь в капкане,

А ночью вою на луну –

Себя войной с виною донимаю – сгорая…

Потом лечусь, пишу с чередованьем

Невысказанные слова,

Сама свои колени обнимаю – руками…

Себя боюсь, как искру в сеновале,

Как черти ладана –

Последними словами называю – ругаю…

Когда усну немыслимыми снами

Невыразимое рожу –

К твоим ладоням приникаю – губами…

Не убегу, как лошадь на аркане,

И от бессилия дрожу –

Себя, как конь от пут освобождаю – зубами…

Всю жизнь кругами, бесконечными кругами!..

Не разрывается кольцо –

Струною нерв натянут, проверяю – тугая…

Беда пугает, словно топь под сапогами,

И искривляется лицо –

Бросаю камень – волны убегают – кругами…

Струна тугая – скриплю зубами,

Шепчу губами, себя ругаю,

Тянусь руками, лечу, сгорая,

И понимаю – опять другая…

…Опять – кругами… Как соединить?..

Сама с собою не в ладах,

То я – ковбой, то, вдруг, – монах,

То сокол я, а то – змея…

Так, где тут я, а где не я?!

И где найти такую нить –

Себя с собой соединить?!

Монаха плен, ковбоя прыть

Спешу друг с другом примирить.

Взгляд птицы с мудростью змеи,

Хочу, чтоб параллельно шли,

Чтоб путь мой ясен был и прям

По параллельным колеям.

Колеса рядышком и в лад

Кибитку дней моих помчат…

Но как же трудно, боже мой,

Соединить себя с собой! Набело

Зимой в чертогах Снежной Королевы,

Где даже свод небес белее-белого,

Соединилось всё – и быль, и небыль.

О чем мечтается и то, что сделано.

Здесь, у Зимы – у Королевы Снежной –

Одно неписанное, но всё же – правило!

Не можем мы касаться рифмы прежней.

А я бы, может быть, всё исправила…

От Королевских щедрот нечаянных

Не откреститься. И не избавиться

От дерзких строчек и от печальных…

Зима – не злится. Ей это нравится!

Слова неточные здесь не дозволены.

Здесь, что не слово, то – белым облаком.

В них – непорочность… Они намолены…

Здесь, что не строчка, то – лёгкий обморок.

Снежайшим Именем и Белоснежностью

Зима – сомнений меня избавила.

Пред белым инеем, пред неизбежностью

Должно быть сделано всё только набело.

Нам жизнь предложена – страницей белою!

В ней столько нежности, любви, сомнений…

А в жизни тоже ведь, пером – не мелом,

Законы прежние – без исправлений!

Всё, что мечтается, – да будет сделано!

Пером – в ладонь мою, упавшим с неба,

Впишу в небесный свод, белее-белого,

Строку Закона Снежной Королевы.

  Вот захочу…

Где ночуешь сегодня? – Знаю!..

Знаю – делишь ложе с другой…

Только, если я пожелаю,

Эту ночь проведу с тобой…

От тебя детей не рожаю

Не позволил ты, ну и что ж…

Только, если я пожелаю,

Будет сын на тебя похож…

От меня бежишь – разрешаю –

На Гавайи, в Лондон, Париж…

Только, если я пожелаю,

В тот же миг ко мне прилетишь…

Разве я тебе досаждаю?..

Я мечта, я звёздная пыль,

Только, если я пожелаю,

То мечта превратится в быль…

Хочешь кофе?.. Я угощаю,

А не хочешь – тогда отставь…

Знаешь, всё чего я желаю –

Чтоб мечта обратилась в явь…

У дверей тебя обнимаю,

– Ты воздвиг для меня заслон,

Значит, всё чего я желаю,

К сожалению, только сон…

Ты ведь мудрый, всё понимаешь –

Если скажешь – я буду ждать,

Ждать, когда ты сам пожелаешь

Из мечты реальность создать…

Ты ведь знаешь – всё в жизни просто,

Если должное ей воздать;

Чтобы в небе сияли звёзды –

Надо просто сильно желать… Боюсь

Пришёл… и… целый мир собой заполнил.

Потом исчез. Надолго… Как мне быть?..

Я так боюсь, что ты меня не вспомнил,

Что страшно мне о прошлом говорить.

С потоком чувств, оживших, я не справлюсь.

Перемешались – нежность, страх, любовь.

Боюсь! А вдруг на миг тебя оставлю,

А на столетья потеряю вновь.

Ты для меня всегда тем юным будешь,

Как в давний день, когда, как сон, возник!

Я так боюсь, что ты меня забудешь,

Что страшно уходить даже на миг.

Как близнецы мы думаем и дышим.

Вдвоём, под крышей, рядышком живём…

Боюсь! А вдруг однажды не услышим,

Когда друг друга тихо позовём…

Благодарю, что ты меня не любишь.

И так, огромен круг твоих потерь.

Я так боюсь, что ты испуган будешь,

Когда и я в ничто открою дверь…

  Вот бы…

Всё бы в жизни было чётко, но поставлены на кон –

Крик рождённого ребёнка и предсмертный чей-то стон…

Не желать бы лучшей доли, чем поднебная юдоль,

Но рождаемся из боли и уходим через боль…

Нет под небом крепче связи, чем с землёй родимой связь –

Появляемся из грязи и уходим снова в грязь.

От рожденья и до гроба, от крыльца и до ворот –

Бесконечная дорога – жизненный круговорот…

Закольцован путь недолгий с колыбели до креста.

Каждый, что в стогу иголка, – уголёк один из ста.

Пролететь бы ливнем вольным по щекам наискосок,

Но не вольно – острой болью, алой кровью и в песок…

И опять кольцо замкнулось – тает звук и меркнет свет…

Где-то тьма крылом коснулась, где-то розовый рассвет…

Все бы в жизни было в радость – научиться бы суметь

Принимать, как будто данность и рождение, и смерть…

  Не унижайте нас…

Не унижайте женщину неверьем…

Старайтесь чувство ревности сдержать.

Умейте уходить, не хлопнув дверью,

Глупцу в себе не стоит угождать…

Не обижайте женщину упрёком…

Слова не птицы – не поймать в силок.

На дне души, как в омуте глубоком

Лежит однажды брошенный упрёк…

Не замарайте жалостью минутной

И не залейте лестью сгоряча,

Быть может, станет маяком кому-то

В ней жизни не погасшая свеча…

  Скоро весна Свиристели. Февраль

Воскресенье. Февраль.

В стихотворной стихии бродила.

В зимнем воздухе рифмы ловила.

Читала стихи…

На заснеженный клён, вдруг, зима

стаю птиц уронила…

Свиристели – слетели…

Ну, чем эти рифмы плохи?..

Засвистели…

А клён ‒ молчаливый, задумчиво-грустный

В белоснежность серёжки ронял свои,

словно слова…

Свиристели шумели,

серёжки клевали, так вкусно!..

Мотыльками вспорхнули…

Лишь взмах – и готова глава!..

Клён встряхнулся,

качнул в запорошенной снежности ветви.

Улыбнулся снежинкам, метели…

И – помолодел!..

Я ему посвящаю стихи,

Но не знаю ответа –

Синей птицею в небо взлетать –

каждой рифмы удел?..

Мне зима подарила молчанье –

пронзительно, звонко!

Как кленовым серёжкам

весёлую птичью свирель!..

В стихотворной стихии

брожу удивлённым ребёнком…

Воскресенье… Февраль… А в душе

васильковый Апрель…

  Скоро весна!

Поёт Февраль! В душе… восторг!

И нет печали!

Мой Дом… глазами на Восток,

Рассвет встречает!

Горит калины алый куст –

Морозной гроздью!

И можжевельник свеж и густ –

Встречает гостью!

Вспорхнули стайкой снегири!

Не ожидали!

И в ярких отблесках Зари –

Рассветом стали!

Цветут в заснеженных ветвях

Жарки – синички!

И Мир безбрежный на глазах –

Сменил обличье!

Резвится по сугробам луч

В алмазном блеске!

И в простыня́х лиловых туч –

Заря Воскресла!..

  Сугробы тают

Нет сожаленья, что сугробы тают…

Синеет небо, облака легки.

Март добр – он солнце, как надежду дарит,

А слёзы с крыш не го́рьки, а сладки́…

Дуреют воробьи, купаясь в лужах,

Как в сахарном сиропе виноград…

И каждый знает, что кому-то нужен

И нужности своей безумно рад…

Мне по душе весеннее волненье –

Вслед за ручьями хочется бежать;

Устроить свадьбу, справить день рожденья,

И внуков нянчить, и детей рожать…

…Купить билет в ближайший скорый поезд,

Уехать хоть на север, хоть на юг,

Стряхнуть сомненья, растревожить совесть

И не гадать кто недруг, а кто – друг…

Простить обиды, с прошлым примириться,

Делиться хлебом – мысль, как мир проста:

В ночь умереть, а утром вновь родиться

Землёй иль Небом… С чистого листа… Февраль. Зима Зимы

Век Зимы – в последней трети…

Ей уже за шестьдесят…

То с восторга солнцем светит,

То тоска – ветра шумят.

Вдруг, обнимет и целует

На макушке завитки,

И голубкою – воркует…

А снежинки-мотыльки

Нежной стайкою порхают…

То метелью завывает,

Плачет – сердце надрывает.

Небо на ветрах качает,

Как дитя, что угасает…

Душу – стиснет… Обжигает

Непосильная слеза…

Стылой кистью закрывает

Неба, синие глаза…

Белым саваном, как ватой,

Взор подёрнут… Смотрит вдаль…

Разве в чём-то виновата?..

…Холодно… идёт Февраль…

  Здравствуй, Масленица!

Вот и закончилась Зима-проказница!..

Взглянула ласково из февраля,

Закатным солнышком макнула в маслице –

«С Широкой Масленицей тебя, Земля!»

«Да не серчай, Народ, что я холодная!

Что все дороженьки перемела!»

«Землица-Матушка, будь плодородною!

Я для тебя снега́ приберегла!»

«Певуньи-Пташечки, не обижайтеся,

Что я для вас была порою зла!..

С Весной-Красавицей перекликайтеся!..

Ей – время властвовать!.. А мне пора!..»

Махнула Зимушка платочком весело

И белым облаком взлетела ввысь…

Зима закончилась – широ́ко, песнею!..

Весну встречай, Народ! Пой! Веселись!..

Зиме – Поклон земной за белые снега!

За сон Земли Родной! За тишину!..

Ушла Зима туда, где айсбергов стога

Стожарами врезаются в волну… Утро. А спать хочется…

Солнечный луч горностаем

Белым, как снег промелькнул.

И воробьиную стаю

В зарослях ивы вспугнул.

И огласилась окрестность

Вмиг трепетанием крыл.

Сон твой рассыпался, треснул,

Искрами в небо уплыл.

Ты не пытайся украдкой

Шарик летящий поймать.

Миг пробуждения краткий

Не возвратить, не догнать!

Жизнь – это звонкое пенье,

Солнцем встревоженных стай!..

Сон – это сказка, мгновенье,

Ласка, лиса, горностай… Художник – Вечер

Ромашкой солнце упадёт

Земле на плечи…

Палитру с красками берёт

Художник-Вечер,

Рисует в гуще камыша

Дорожку лунную…

…О нём мечтает, чуть дыша,

Берёзка юная.

На нём малиновый берет

И плащ лиловый,

Сквозь пряжку алую продет

Шнурок шелковый…

Как он рисует веток вязь

И ночь безбрежную!..

…О нём вздыхает, не таясь,

Осинка нежная.

Мазки изящны и легки!

Мани́т, волнует –

Художник-Вечер у реки

В ночи́ колдует!..

…Берёзка ждёт, осинка ждёт

И верят сказкам…

…А он – всю нежность отдаёт

Холсту и краскам! Очарование зимы

В Зиме – своё очарованье…

Она, как женщина мечты, –

Загадочно её молчанье,

Среди мятежной суеты.

Одета… в белые печали,

Изгибы плеч скрывает шаль…

Наверно, снежными очами

Она подо́лгу смотрит вдаль…

Лицо вуалью, словно тайной,

Сокрыто от сторонних глаз.

В её руках – букет хрустальный

Не найденных поэтом фраз…

В водовороте мирозданья

Тону, пытаясь разгадать,

Моей Зимы очарованье…

…Её цветам – не увядать!..

Её цветам – журчать ручьями,

Неся потоки вешних вод!..

Сверкать Закатными лучами,

Даря – надежду на Восход!.. Февральский дождь

Д-ождь барабанит о том, что скоро

О-т птичьих песен в лесу – трезвон!

Ч-то бесшабашный Апрель-притвора

Е-жа погонит из спячки вон.

Г-ул горных речек в долины скатит.

О-синки будут листвой дрожать.

Х-олсты растянет хмельной художник,

О-твыкшей кистью начнёт «рожать»…

Р-ассвет безбрежный, подснежник нежный,

О-пушку, поле, дождей завесу,

Ш-альные стаи и синеву,

О-сколки снега, одежды леса!

!

…Холсты с названьем – «Я вновь живу»! Тепло будет

Как горбуньи, нахохлившись, бо́сые,

Бродят галки по мёрзлой стерне.

Плачут горько, объяты морозами,

Прижимаясь к холодной стене.

Бьются птицы в окошки балконные,

Мёрзлый снег, будто манку клюют.

…Утро будит дома наши сонные.

Где за окнами мир и уют.

Ах, какая уютная комната!

Хорошо! И тепло и покой!

…Но «Алёнушкой» плачет у омута,

Куст ракиты над стылой рекой.

  На огонёк…

Был прозрачный, тихий вечер…

Подморозило чуток…

Заглянул к Метели Ветер,

Просто так, на огонёк.

Тары-бары-растобары

Под баранки и чаёк.

«Помнишь… Да… А где гитара?..».

«Ты ж играть не плохо мог!..».

И поехало: «А помнишь?..»

Песни полились рекой…

Тут ведь как ‒ одну исполнишь,

Вспоминаешь о другой!..

В песнях добрели до детства!..

С дальней полки патефон

На почётнейшее место

Был торжественно внесён!..

Патефон поёт и плачет

С хрипотцой и от души:

«Тройка мчится, тройка скачет…».

Либо – плачь, либо – пляши!

Мерно щелкает пластинка…

Дальше – «Валенки» пошли,

И на сердце тает льдинка,

Вот как память завели!

Так всю ночку и пропели,

До сиреневой зари…

«Ну, пора мне… В самом деле…».

«Что ж… «Прощай» не говори…»

Как когда-то, проводила…

Плечи, руки опустила…

Проводила… И завыла:

«Как же я его люби-и-л-а-а…». Оконце в окошке

«Дуют ветры в феврале…».

И мороз не маленький.

Я в автобусном окне

Продышу проталинку.

В ледяном оконце.

Маленькое солнце.

За окном мелькает всё:

Ёлочки, осинки.

Золотое колесо –

Белые снежинки.

Радужные краски,

Бабушкины сказки.

Обнимая за плечо,

Мама тихо спросит:

«Не наскучило ещё?

Отморозишь носик…».

«В том то всё и дело –

Мне не надоело».

Мама снова теребит:

«Мы уже приехали!»…

А проталинка грустит…

Да и мне до смеха ли?..

Я прижмусь покрепче

И скажу: «До встречи!..»