Все важное в жизни происходит неожиданно. К своим двадцати пяти годам я уяснила это твердо. Встречи и расставания невозможно предугадать. Если ждешь чего-то плохого или хорошего, ничего не произойдет, но стоит отпустить все на самотек и тут уж непременно тебе придется произнести «здравствуй» или «прощай». Одним погожим сентябрьским днем я готовилась лишь к свиданию с собственным мужем, а не к тому, что моя жизнь пойдет под откос, но именно в этот день началось мое падение.
-Умираю с голоду! – Я с остервенением жевала арбузную жевательную резинку, в надежде заглушить сосущее ощущение в животе.
-Сейчас заскочим перекусить. – Мы уже в третий раз объезжали торговый центр, в поисках свободного места на парковке. – Суббота, мать его!
-Во сколько кино?
-В семь тридцать.
-У нас почти час.
И тут я его увидела.
-Вот! Вот! – Я указала на освободившееся место. – Встанем туда, пожалуйста, Дима. Вряд ли найдем что-то лучше.
Муж нахмурился, ему явно было не по вкусу втыкать машину в такое узкое пространство, но повиновался.
-Ура! – Не дожидаясь пока он заглушит мотор, я выскочила из машины. – Сначала поедим!
-Нет. Купим билеты, потом поедим.
Мой живот с ним бы поспорил, но я сегодня была само благодушие. Первый выходной за полгода, что мы проводим вдвоем, не хотелось портить. С тех пор, как три года назад у нас родилась дочь, провести время вне дома и только с мужем стало редкостью. Приятным бонусом в семейной жизни.
-Идем? – Он взял меня за руку, и мы быстро пересекли стоянку, прошли вращающиеся двери ТЦ.
-Ты звонила им?
-М? – Мы поднимались на эскалаторе, и я делала сразу несколько вещей – обнимала любимого мужчину, поглядывала в зеркальные стены, оценивая свои ноги в новой ошеломляюще короткой юбке, и ловила заинтересованные взгляды чужих мужчин. А потому не сразу поняла, о чем речь.
-Да. Днем. У них все хорошо. Гуляют.
Наша дочь эти выходные проводила у бабушки. Не в первый раз, но все равно мы волновались.
-Это хорошо.
-О нас даже не спрашивает! – Я лукаво улыбнулась мужу.
-А вот это не очень, наверное.
Я схватила его за талию и, притянув к себе, поцеловала.
Это было восхитительно – проводить время не как родители, а как возлюбленные, не обремененные никакими обязательствами.
-Сегодня наша кровать будет только наша! Никаких чужеземных захватчиков.
-И не только кровать. – Он ухмыльнулся, и у меня сладко заныло в животе.
Я снова поглядела на себя в зеркало. Счастливая улыбка и блеск в глазах.
В кассе кинотеатра, не оправдав наших опасений, очереди почти не было, и быстро купив билеты, мы отправились поедать мою любимую пиццу.
Когда с едой было покончено, оказалось, что у нас еще двадцать минут до сеанса.
-Можно я забегу в косметический магазин? Мне нужна гигиеничка.
-Да, пожалуйста. Только я туда не пойду. Подожду тебя на скамейке.
Муж остался ждать, а я быстро обежала парочку магазинов.
Потом мы вместе зашли в книжный. Но купить там что-то было невозможно. Очередь в кассу тянулась почти от входа.
-С каких это пор люди предпочитают фильмам книги? – Я печально помахала рукой выбранной мною кипе книг, оставила ее, и мы отправились смотреть кино.
На экране уже шла реклама будущих фильмов. Подсвечивая себе телефоном, мы отыскали нужные места. Сели. Началось обычное «вот на это я бы сходила», «а это какая-то ерунда», «ага, наша ерунда».
И тут.
Скорее я почувствовала, чем увидела. Да и смогла бы я узнать его по затылку? Возможно. Но тут было что-то другое. Меня просто подкинуло на стуле. Прямо передо мной сидел он. Мой Jack Daniel`s, Marlboro, морфий. Называйте, как хотите моего бывшего любовника.
Это не он. Я попыталась успокоиться. Это не может быть он. Но зрение меня не обманывало. Это был его затылок, его движения головой, его руки, державшие бутылку минералки. Меня трясло.
Я сидела словно истукан, отчаянно пытаясь перевести взгляд на экран, где уже вовсю шел фильм. Но это было выше моих возможностей. Я жадно впивалась в знакомый затылок, твердя про себя:
-Обернись! Обернись!
Но он всегда был глух к моим просьбам.
Я пару раз тихонько кашлянула, пытаясь привлечь его внимание, но все было тщетно.
Лишь минут через десять я заметила его спутницу. Вернее, ее светловолосую голову, жуткую голубую резинку, когда я ходила в детский сад у моей мамы была такая же, только оранжевая, когда она копала картошку на даче, всегда собирала ею волосы, и черное пальто.
Но я не испытывала ревности, и ремарка про резинку только констатация факта, я просто следила за их руками. Но они лишь ели попкорн и пили колу из ее стакана. Это было единственным выражением близости. Никаких объятий, поцелуев или держаний за руки. Но, зная его, это не удивительно. Все ласки он всегда приберегал для постели.
Не думать об этом!
Я украдкой перевела взгляд на экран. Главный герой бежал по пустыне. Прошло минут пять, действие не менялось, и я решилась опустить глаза вниз. Но и тут все было по-прежнему. Два затылка. Женский и Его.
-Тебе не интересно? – Черт! Я почти забыла про существование мужа. А он вот заметил мои мытарства глазами.
-Интересно. – Получилось почти искренне, я чмокнула мужчину в губы и уставилась на экран.
Все! Надо смотреть фильм.
Мой мозг сегодня был очень послушным. Примерно через час я перестала твердить про себя: «Хватит глазеть на его затылок! Это не он!», и увлеклась сюжетом фильма.
Еще минут через сорок меня перестало трясти, я, словно утопающий, схватилась за руку мужа и начала дышать ровно.
Когда мне почти удалось успокоиться, фильм кончился.
Его голова повернулась к спутнице и улыбнулась. Его улыбкой.
Он! Все-таки он!
Дима встал со своего места и повел меня к выходу. И как я не крутила головой, в проходе было слишком многолюдно, чтобы кого-то рассмотреть.
По дороге до машины, я все еще надеялась, что увижу его еще раз, когда он будет выходить из ТЦ. Но этого не произошло.
-Как тебе фильм?
-Хороший! Как и первый. Мне понравился.
-Мне тоже.
В голове царил сумбур и, наверное, впервые в жизни я была рада тому, что мой муж не отличается болтливостью.
А вот мне отчаянно хотелось сказать ему, КОГО я видела в кинотеатре.
Чтобы заткнуть себе рот я сунула за щеку пару мятных конфет. Не помогло.
Я достала телефон и быстро настрочила сообщение подружке. Она знала меня еще тогда, когда я страдала своей личной формой наркомании.
«Машка! Не за что не поверишь, кого я видела в кино!»
Ответ пришел незамедлительно, и я полюбила ее еще сильней.
«Слушаю?»
«Его! Его!»
«САШУ?»
«Да, черт возьми!»
-С кем болтаешь? – Муж открыл мне дверь, дождался, пока я плюхнусь в кресло, и сам устремился в машину.
-С Машкой.
-Делишься впечатлениями от фильма?
-Ну, типа того….
«И как он?»
«Что как? Он меня не видел!»
«А Дима?»
«Что Дима? Он тоже никого не видел! Причем здесь вообще он? Саша! Я видела Сашу!!!»
Меня снова колотило.
Муж вел машину, часто зевал, и, казалось, совсем не замечал моего состояния.
«Что будешь делать?»
«Не знаю….»
-Я ужасно хочу спать. – Дима, в который раз зевнул. – Кажется, усну на первом же светофоре.
-Да. Я тоже хочу спать. – Я открыла окно, впуская в салон прохладный ветер, пахнущий опавшими листьями.
Черта с два мне хотелось спать. Я была на пределе. Хоть и сама не понимала собственных чувств.
«Успокойся. Не руби сгоряча! Вспомни, каким мудаком он был?»
Все так. Маша, ты права.
«Когда я с ним встречалась, я знала, какой он мудак».
«Сейчас это не тогда. Тогда ты была одна и могла творить, что хотела!»
И это верно. Но она писала так, словно отговаривала меня залезать к нему в постель.
Я же совершенно к этому не стремилась. Эта встреча выбила меня из колеи. Так и есть. Я вспомнила прошлое. Но на этом точка.
Мы, наконец, приехали. Дома попили чаю, и Дима отправился в нашу огромную кровать спать один.
-Ты не пойдешь?
-Хочу немного посмотреть телевизор.
Это была отчасти правда. Я его действительно смотрела, хоть и забыла включить.
Из головы не лезли мысли о бывшем. Прошло почти шесть лет как мы не виделись. Первые два года пришлись на знакомство с Димой, устройство общего быта, рождение малышки. Мы часто ссорились с мужем по мелочам, быстро мирились. Жизнь казалась прекрасной и стремительной. Пока муж не стал для меня второй мамой. Он заботился обо мне, заботился о дочке, решал все проблемы. Я почувствовала себя, как за каменной стеной. Избитое выражение, но это действительно так. И вот тут-то мне захотелось фейерверка, и шквал страстей. Я всегда считала себя мазохистской. А с мужем мне повезло до умопомрачения. Он не гулял с друзьями, не шлялся по барам, все вечера и выходные проводил дома. Почти не задерживался на работе. И единственное за что я могла его хоть чуть-чуть попилить – разбросанные носки, груда фантиков и грязных стаканов из-под молока на компьютерном столе. Он не давал повода для ревности. Не ревновал в свою очередь меня, спокойно отпуская на очередной концерт каких-нибудь рок музыкантов в сопровождении подружек.
И я была счастлива. Вот только нет, нет, да мелькнет мысль о бывшем.
Нет, я не сравнивала их. Я всегда знала, что мой муж выиграет по всем пунктам. Даже в постели он был лучше, чем его предшественник.
Но я тосковала по эмоциям, по тем чувствам, что всегда мог вызвать во мне Саша.
По тоске, ощущению никчемности и ненужности. Я, кажется, упоминала уже о том, что я мазохист. Когда он днями и неделями не отвечал на мои звонки и смс.
Я вспоминала ту дрожь, что будили его поцелуи. О том, какой развратной я себя чувствовала, когда в людном месте, театре или кафе, неожиданно он просовывал свою руку мне в трусики и засовывал палец прямо в меня.
Я всегда считала, что это лишь приятные воспоминания. Каждую весну, в день, когда мы познакомились с Сашей, мне хотелось позвонить. Но что бы я ему сказала? «Привет. Это я!» Мне всегда думалось, что ответом будет: «Кто это - я?» Поэтому я никогда не искала встречи с ним. Ну не совсем так. Напрямик никогда не искала. Когда я оказывалась в клубе, среди толпы, я неизменно ловила себя на том, что вглядываюсь в лица, разыскивая его.
И вот оно произошло. Когда я совсем не ждала этого, его лицо оказалось прямо передо мной. Вернее, затылок.
Я сидела на диване, перед выключенным телевизором и гадала, что это дар, или кара.
За этим занятием можно было провести всю ночь, и, пожалев свою голову, я отправилась под бочок к Диме.
Но мне не спалось. Я лежала, смотрела в потолок, слушала тихое дыхание мужа, и меня все больше засасывало в болото прошлого.
Я вспоминала одну из наших последних ночей с Сашей. Грубо говоря, у нас их было не так и много. Я продержалась три месяца. А потом, когда я уже не могла ходить прямо, я просто уползла из его квартиры, спасая остатки гордости и в лоскуты изорванное сердце. Мы не сказали друг другу «прощай». Может быть поэтому, мне всегда хотелось вернуться?
Но в ту ночь я еще была счастлива с ним. Я еще могла закрывать глаза на других женщин в его постели, на его нежелание думать о нас, как о «нас», а не отдельных «ты» и «я».
В ту ночь я не хотела получить от него большего, чем он сам предлагал.
Мы ходили в театр им. Миронова. А потом решили дойти до его дома пешком. Хоть и далеко было, но мы много тогда гуляли по ночному городу. Два часа пешком было для нас плевым делом.
За это я потом его ненавидела. Ночной город навсегда остался для меня наполненным нашими призраками. С кем бы я ни шла гулять по центру, в темное время суток, отделаться от мысли, что тут когда-то бродили МЫ, было невозможно.
Но в ту ночь, по набережной шли не наши тени, а мы, вернее он и я.
Еще не успев найти магазинчик, открытый в это время и что важнее торгующий спиртным, мы, однако наткнулись на пустующий постамент.
И я, конечно, залезла на него, и принимала соблазнительные позы и виляла попкой.
-Покажи грудь! – Хохотал внизу Саша.
Возможно, я бы и выполнила его просьбу, но на мне было узкое платье-футляр, которое надо было стягивать через голову, а оголяться полностью я не собиралась.
Потом мы пили белое вино. И, кажется, он признавался в любви. Вернее все было следующим образом:
-Ты, наверное, ждешь от меня каких-то громких слов?
Ничего подобного я не ждала. Уже пару раз он писал мне ночью «Я люблю тебя». Но никогда не получал от меня ответа. Я не верила ему. Даже мое сердце не замирало и не билось учащенно от этих слов. Даже оно глупое знала, что Саша просто пьян и ему скучно, вот и строчит глупости.
-Девушкам всегда необходимо знать. – Он покачал головой, видимо, в ответ на свои мысли. И тут он умчался от меня вперед.
-Стой! – Я была на высоченных каблуках, и на плече висела тяжелая сумка с тетрадями и книгами, но все же догнала его. Схватила за руку. – Саша!
-Я люблю тебя. Вот так! – Он вырвал руку. – Ты веришь мне?
Ну и как к этому можно было отнестись. От него исходила агрессия. Не так я представляла себе первое признание в любви.
Не дождавшись от меня ответа, Саша снова рванул вперед. Унося с собой бутылку вина. И это была катастрофа, моим спутанным чувствам необходимо было забыться. Если бы я оставалась трезвой рядом с ним, то непременно бы уже ревела, спрятавшись где-нибудь в подворотне.
-Стой! – Я не побежала, прибавила шагу, но и только.- Стой!
Он обернулся, остановился.
-Видишь! – Саша расхохотался. – Стоило тебе услышать эти слова, и ты расслабилась, уже не бежишь за мной. Поэтому никогда и никому нельзя говорить таких слов. Сама же потом и пожалеешь.
Мне оставалась лишь разводить руками мысленно. С ним никогда нельзя быть уверенной, что то, что он говорит, через минуту не перевернется с ног на голову.
Потом мы стояли на мосту. Я залезла на парапет и перекинула ногу через ограду.
-Решила искупаться? – Саша иронично скривил рот.
Стояла ранняя весна и руки мерзли без перчаток.
-Конечно, я же морж! – Я сделала траурное лицо и прошептала:
-Прощай, не грусти по мне.
И сделала вид, что намереваюсь прыгнуть в воду.
-Чао, бэби! – Саша взирал на меня с любопытством.
Не стоит говорить, что меня никто не удерживал.
-Всегда забываю, какой ты жесткосердечный! – Я театрально надула губы.
-Всегда забываю, что встречаюсь с подростком. – Парировал Саша. Кажется, я не упоминала, что он старше меня на одиннадцать лет.
Наконец он обнял меня и вернул на мостовую. За что я была ему благодарна.
-Никогда бы не стала кидаться в воду. Если бы захотела свести счеты с жизнью, лучше бы наглоталась таблеток. Мой самый большой страх умереть от удушья. Когда я была маленькой, мне часто снилось, будто я….
Договорить мне не удалось, Саша убрал руки с талии и вцепился своими длинными холодными пальцами мне в горло. Я даже не успела испугаться, по-моему, я не отбивалась, не пыталась снять его руки со своей шеи. Вначале я еще могла делать мелкие вдохи, видела его лицо совсем близко. А потом все поплыло. И так же резко ко мне вернулись возможность дышать и видеть.
-Ты совсем охренел? – Я потерла пылающее горло.
-Видишь, это не так уж и страшно. – Саша усмехнулся. – В следующий раз ты точно не испугаешься.
-Псих!
Он рассмеялся, поцеловал меня, а потом дал допить остатки вина.
Мы оба были сумасшедшие в то время.
Не знаю, что происходит с ним сейчас, но ко мне, по прошествие шести лет, возвращалось то чувство самобытности и безумия. И это лишь из-за того, что я увидела его мельком в кинотеатре. Я в сотый раз глупо улыбнулась в темноте спальни. Было около трех часов ночи, а мне не до сна. Я крутилась в постели, то скидывая с себя одеяло, то натягивая до подбородка.
-Может тебе выпить горячего молока? – Дима повернулся ко мне, сонно моргая.
-Ты не спишь?
-Нет, конечно. Как я могу спать, если ты все время крутишься и хихикаешь? – Муж зарылся лицом в подушку и тяжело вздохнул.
Хихикаю? Это не хорошо.
Я встала и, накинув халат, отправилась на кухню, поставить чайник.
В кармане халата лежал мой телефон. Я достала его, посмотреть, не пришло ли мне сообщение от Маши. Пусто.
Нужно было убрать его обратно. Подальше с глаз. Но я все крутила его в руке и крутила.
Зашла в контакты, прокрутила список. Вот он. А.Б.В. – Александр Борисович Винник.
«Написать сообщение».
Пальцы меня не слушались, я с трудом набрала:
«Привет, мистер имморалист. Как кино? Понравилось?»
Мистер имморалист. Я всегда начинала сообщения ему именно с этого обращения. Тогда я была уверенна, что если даже ему будет неизвестен номер отправителя, он всегда поймет, кто ему написал.
Когда-то на уроке литературы, мы разбирали этот термин «имморальность». Я уже не помню дословно, но там что-то про поиск наслаждения и наплевательское отношение ко всем. Тогда-то я и написала Саше, что он – имморалист. Ну а мистер как-то сам затесался.
И не задумываясь ни секунды - «Отправить сообщение».
Когда дело было сделано, я судорожно вдохнула воздух. Отлично, я задерживала дыхание, как глупая школьница.
И хихикала!
Ну, вот вспоминать об этом не стоило.
Чайник закипел. Я быстро сунула телефон в карман, заварила чай. Заглянула в холодильник в поисках шоколада. Чтобы успокоить нервы мне требовалась большая доза сладкого. Впрочем, до утра можно успокоиться. Наверняка, Саша отключил телефон, ведь в кинотеатре он был не один. Поэтому сообщение он прочитает лишь утром, а если его образ жизни не изменился, то ближе к обеду. Вот тогда-то и буду дергаться.
Сейчас же, я поудобнее устроилась на подоконнике, откусила большой кусок шоколада и поднесла чашку ко рту.
«Биб-биб-биб» заорал телефон на всю квартиру, оповещая, что пришло сообщение.
Черт! Я судорожно схватила телефон, но он запутался в складках халата и не хотел вылезать. Я дернула сильнее. Рука, державшая чашку с чаем, дернулась вместе со мной, и на живот мне полился кипяток.
-Ш!!! Ш! Ш!
Вот и неприятности начались.
А.Б.В. написал мне смс.
Как быстро я отправила сообщение, так же медленно я тянула с прочтением ответа.
Мне было страшно. Я положила телефон на стол. Стянула мокрый халат. Заварила себе новый чай. Сделала пару глотков. Съела еще дольку шоколада, уже без особого желания. Запила.
В общем, я съела две плитки шоколада и выпила три чашки чая. Тянуть дальше было глупо, и я открыла сообщение.
«Привет! Фильм – так себе. А вот ты была великолепна!!!»
ЧЕРТ!
Он. Меня. Видел.
Ведь так? Или я чего-то неправильно поняла?
Голова идет кругом.
Мне хотелось ему еще написать, но кроме вопроса «как дела?» ничего не могла придумать, а потому, выключив телефон, от греха подальше, отправилась спать.
Меня начали одолевать сомнения, правильно ли я поступила, отправив ему смс. Но сделанного не воротишь. И к своему изумлению, едва моя голова коснулась подушки, я уснула.
Утром следующего дня я обнаружила сообщение от А.Б.В.
«Надеюсь, у тебя все хорошо?»
Смс пришло еще ночью. В 4.13.
Но отвечать, а тем более раздумывать над этим времени не было. Мы с Димой собирались забрать дочку и съездить в Пушкин, погулять.
Погода стояла прекрасная. Солнышко грело почти по-летнему, но прохладный ветерок, не давал забывать, что уже середина сентября.
Мы втроем немного погуляли. Посмеялись над шалостями ребенка, немного поругались на нее за хождение по лужам. Я сплела всем венки из опавших разноцветных листьев. И в таком экстравагантном наряде мы зашли в кафе выпить что-нибудь горячее и перекусить. Обычные выходные. Я всегда любила, когда мы проводили время вместе. И в этот раз я сумела расслабиться, смогла забыть вчерашние волнения. Не казалась, а была на самом деле счастлива.
Но по пути к машине, зазвонил мой телефон.
А.Б.В.
Я быстро скинула звонок, пока Дима, через мое плечо не увидел, кто мне звонит.
-Машка, – зачем-то объяснила я. – Потом перезвоню….
Это было глупо. Во-первых, Дима не знал, кто прячется под этой аббревиатурой, а во-вторых, я спокойно могла бы и поговорить с Сашей в присутствии семьи.
Ничего личного я не собиралась ему сообщать.
Но я боялась, что меня выдаст голос. Я не доверяла ему. Да и себе впрочем, тоже.
Я не хотела от Саши ничего. И сама уже не знала, зачем написала ему первая. Это было наваждение, шок от неожиданной встречи.
Первую любовь очень трудно забыть. А в моем случае оказалось - не возможно, по крайней мере, за шесть лет.
У меня снова потели ладони, и кружилась голова, от одной только мысли, что мы можем скоро увидеться.
В моем воображении, мы уже сотни раз сидели в нашем любимом кафе, болтали и держались за руки.
Большего от него я и не хотела. Я не собиралась изменять мужу. Я любила Диму, меня устраивала моя жизнь.
Но я скучала по Саше. Скучала все эти годы. И именно тогда, когда увидела его затылок в кинотеатре, я четко это осознала.
-Наша мамочка такая задумчивая сегодня. – Дима, обернувшись назад, подмигнул дочери.
Но та увлеченно играла в игру на планшете и не поддержала его.
Мы уже почти подъехали к дому. Да, действительно, я молчала почти сорок минут.
-Ты должен был наслаждаться редкими минутами покоя.
-Я люблю твою болтовню. – Он по-мальчишески усмехнулся и сжал мою коленку.
И я снова забыла о Саше.
Прошло два дня. Все это время я была занята: гуляла с дочерью, играла с ней, кормила, укладывала спать, готовила ужин, встречала мужа с работы, ужинала, смотрела телевизор и ложилась спать. Обычный распорядок дня, в который я все пыталась воткнуть звонок Саше. От него больше не было ни звонков, ни смс. Он всегда уважал личное пространство. Если ему не ответить раз, он никогда не навязывался, предпочитая дождаться ответного послания. Раньше меня это бесило. Сейчас же я была ему благодарна. Мне хотелось поговорить с ним, тогда когда я буду готова к этому.
Но думала я о нем постоянно. Пока принимала утром душ, готовила еду, смотрела фильмы по телевизору, и особенно, когда ложилась спать.
Именно тогда, когда квартира погружалась в тишину, а я выключала бра над кроватью и откладывала книгу, прошлое начинало отчаянно стучаться в мою голову.
Я лежала без сна половину ночи. А утром чувствовала себя разбитой и больной.
Пора было с этим завязывать. Необходимо было найти время на звонок. Ну и конечно решиться на это.
В среду, в одиннадцать утра я отвела ребенка на занятия пения, а сама вышла на улицу и присела на скамейку. Что ж у меня есть сорок минут.
Я достала телефон. Минут пять пялилась на него, а потом тяжело вздохнула и позвонила ему.
-Алло. – Его голос, такой родной. Будто бы и не было тех шести лет, что мы провели в разлуке. Мое сердце пропустило один удар, а горло пересохло.
-Привет. – Прохрипела я. Откашлялась. – Не отвлекаю?
-Привет! – Я слышала в его голосе радость и улыбалась сама во весь рот. – Нет, что ты. Как поживаешь?
-Все хорошо. Вот сижу на скамейке, греюсь на солнышке.
-Может, встретимся? – Вот так просто. Без длинных прелюдий и хождения вокруг да около.
-В пятницу?
-Где?
-На сенной. В кафе, там, где окно во всю стену? Которое на втором этаже.
-В нашем любимом?
-Да. – Я почти задохнулась от радости. – В семь.
-Договорились.
Я отключилась первая. Просто не могла больше говорить. Мне хотелось прыгать, верещать и сучить ногами от радости.
Я ограничилась тем, что написала смс Машке:
«Увижусь с ним в пятницу!!!!!!!!!!!!!!»
Ответ пришел незамедлительно и составлял лишь одно слово: «Зачем?»
Зачем? Хм, смешная. Как будто бы я ведала это.
Я знала лишь то, что у меня два дня на подготовку.
Вечером, когда Дима вернулся домой, он обнаружил квартиру, заваленную моей одеждой – джинсы вперемешку с кофтами валялись на полу, платья висели на спинках стульев. Наша дочь восседала на диване и пыталась натянуть себе на голову мою юбку. Я же металась в коридоре, перебирая свои сапоги.
-К нам, что приходили воры? – Он усмехнулся, чмокнул меня в губы.
-Нет! – Ребенок радостно помахал рукой папе. Ей, наконец, удалось надеть юбку на голову, и теперь она была похожа на индейца из племени масаи.
-Просто мама того. – Девочка покрутила пальцем у виска.
Что ж, ругаться было бессмысленно, она была права.
-И что у нас на ужин? Меня кормить собираются? – Перешагивая через кипы одежды, Дима прошел на кухню.
-Эй! Воры унесли всю еду! Лучше бы они пару нарядов забрали!
Мы с дочерью прыснули.
-Мама заказала пиццу!
-Скоро ее привезут, так что с голоду ты не умрешь. – Я схватила очередную шмотку, и кинулась в спальню, чтобы примерить ее.
Следом за мной зашел муж.
-Эй! Солнце, у тебя все в порядке? – Он взял мое лицо в ладони и заглянул в глаза. – Последнее время ты сама не своя.
-У меня все хорошо. Правда, Дим. Все в порядке. – Я улыбнулась и поцеловала его ладонь.
-Точно?
-Точно – точно. – Мое сердце сжималось и переворачивалось от нежности к этому мужчине.
Он поцеловал меня и собрался на выход, когда я его окликнула:
-Посидишь в пятницу с ребятенком? Мы с Машкой собираемся по магазинам пройтись.
-Договорились. – Дима подмигнул и вышел из комнаты.
Я ехала в метро, на втречу с НИМ. Чтобы хоть как-то успокоиться, воткнула наушники и, сделав максимальную громкость, слушала «Время жить и время умирать» Ремарка.
Раньше я не понимала людей, которые слушают аудио книги. Но за время, пока катала коляску со спящим ребенком по парку, подсела сама. Музыка со временем надоела, и я скачала «Триумфальную арку». Потом «Три товарища». Короче говоря, за год я прослушала всего Ремарка.
Но сейчас меня совсем не увлекал сюжет, я постоянно отвлекалась на свои мысли, и через пару остановок плюнула и переключила на «Lumen». Не успокоюсь, так хоть взбодрюсь.
«Все спешат по делам,
А я просто в хлам,
Просто в хлам – в голове бедлам
И у меня больше нет слов,
Кроме – fuckin off!»
Я барабанила пальцами по телефону, в такт мелодии. И тут кто-то постучал по плечу. Я обернулась налево – мужчина что-то выговаривал с недовольной физиономией.
-Что? – Я вынула один наушник.
-Сделайте музыку потише. Мы в метро, а не на дискотеке.
-А. Хорошо.
Ханжа!
Настроение снова испортилось. В животе словно свернулась клубком ядовитая змея. Она выпускала яд потихоньку, и от него мне нечем было дышать, и потели ладони, и голова шла кругом.
Саша. Уже меньше чем через десять минут, я увижу его. В тот день, когда мы договорились о встрече, я обдумала сотни вещей: как буду себя вести, о чем говорить, я решила разрядиться в пух и прах, чтобы вскружить ему голову окончательно. Но сегодня, проснувшись утром, поняла, что это невозможно. Нельзя предугадать мое поведение, не говоря уже о его. И говорить мы будем, скорее всего, о таких вещах, о которых я даже не помышляла. Да и на платье я плюнула, надев красный джемпер и повседневные джинсы. Единственное, от чего я не смогла отказаться - были сапоги на каблуках. Дань не мужчине, а себе. Так редко теперь удавалось обуть что-то помимо кроссовок.
Выйдя из метро, я получила смс от Маши.
«Ты уже с ним?»
Я не стала отправлять сообщение, а позвонила.
-Нет еще. Иду. У меня такое ощущение, что когда я приду, на месте не окажется ни того кафе, ни Саши.
-Не нервничай!
-Ага….
-И напиши, когда освободишься. И не наделай глупостей!
Она рассмеялась и отключилась.
А я стояла уже перед входом в кафе, которое ничуть не изменилось за эти годы. Те же кованые столы, со стеклянными столешницами, кожаные диванчики, и множество деревянных вешалок для одежды. Но главное, что мне всегда здесь нравилось – это наличие света. Мягкий и теплый он струился с потолка, и вырывался из плафонов встроенных в пол, и лился с улицы, через огромные окна. Мне всегда нравилось сидеть тут в непогоду, смотреть вниз на людей, бегущих к метро, кутающихся в куртки и шарфы, укрывающихся разноцветными зонтами, тогда как я сижу в тепле и пью ароматный горячий кофе. Ну ладно, кофе я тут пила всего один раз, в основном это было вино.
Но оно же тоже согревает.
Саша уже сидел за одним из столиков и изучал меню.
Я смотрела как он, слегка сгорбившись, читает, трет мочку уха, улыбается чему-то. И понимала, что самую большую глупость я уже совершила. Я согласилась встретиться с ним.
Я совсем не подумала о том, какую власть имеет надо мной этот человек.
Когда-то я готова была идти за ним куда угодно. Но мне повезло, он не позвал.
И вот я сама лезу в пасть дьяволу. Мне стоило развернуться и уйти, но Саша поднял голову, взглянул на вход, увидел меня и улыбнулся.
И я растаяла. От одной лишь улыбки и этого пожирающего взгляда. Я уже никуда не хотела уходить и сама ненавидела себя за это.
-Привет! – Я подходила к нему все ближе, чувствуя себя овечкой идущей на заклание. Ощущая, как что-то внутри меня дрожит под его гипнотическим взглядом.
-Привет, красотка!
Я поцеловала его в щеку, уловила его запах. Такой же, как прежде.
Когда мы только начинали встречаться, приходя домой, после свидания, я часто лежала в постели без сна, и нюхала свою одежду, впитавшую его запах. Это было сумасшествие. Это была любовь.
-Разве замужняя девушка может выходить в пятницу вечером без сопровождения? – Саша демонстративно смотрел на обручальное кольцо.
Собираясь на встречу, я думала снять его, но потом решила оставить. Мне не хотелось скрывать ничего.
-Я – жена, а не собственность.
Он усмехнулся.
-Ты не изменилась!
-Неправда. – Я поморщилась. Слышать от него, что я осталась прежней! Нет уж, увольте.
Саша протянул руку и погладил меня по щеке.
-Конечно, ты стала такой красоткой. А в душе все тот же бунтующий подросток.
Так-то лучше. И соответствует истине.
-А ты как живешь? – Я попробовала перевести разговор.
-Да прекрасно, ты же знаешь, у меня всегда все лучше всех. А вот про твое замужество я бы послушал. Что это? Попытка казаться взрослее, или большая любовь?
Он ерничал, пытаясь вызвать во мне эмоции, но я изменилась и уже не велась на такие глупости.
-Это огромная любовь! И давай закроем эту тему. Говорить с тобой о своем муже я не намерена.
-Договорились. – Он обезоруживающе улыбнулся. – Давай тогда предложи свою тему для беседы. В конце концов, это ты написала мне первой. Значит, захотела о чем-то поговорить?
У меня голова шла кругом. Я не хотела ни о чем с ним разговаривать, лишь залезть к нему на колени, уткнуться носом в его рубашку и вдыхать его ошеломительный запах.
Словно прочитав мои мысли, Саша протянул ко мне руки и предложил:
-Может, ты хотя бы обнимешь меня? Мы не виделись так долго!
Меня не пришлось упрашивать дважды.
Потом мы заказали бутылку вина, и после пары глотков, разговор склеился. Как и в былые времена, мы обсуждали фильмы, книги, кто и где провел отпуск, рассказывали про своих друзей. Мы не были знакомы с ними лично, но когда-то так много говорили друг другу о них, что сейчас было забавно узнать, что с ними стало.
Два часа пролетели очень быстро. Мне надо было возвращаться домой.
-Пора расходиться. – Я допила последний глоток и попросила счет.
-Может ко мне?
Я рассмеялась. Не могла удержаться и расхохоталась в голос.
-Нет!
-Да я просто так предложил. – Он не улыбался, но в глазах плескались искорки смеха.
-Как ты можешь, вот так предлагать секс любой девушке? – Меня искренне это изумляло.
-Ты когда-нибудь получал по физиономии?
-Не припомню. – Саша пожал плечами.
-Это потому что ты очень много пьешь! – Я панибратски стукнула его кулаком в плечо.
-Кто бы говорил! – Он усмехнулся. – Тебя до дому то довести?
-Нет! Меня довезет метро. – Я сунула деньги в папку.
-Угощаешь?
-Ну, почему бы и нет? За это ты вечером подумаешь о том, что заниматься сексом без любви очень печально. – Я накинула пальто и ждала, пока Саша наденет куртку.
-Я люблю всех, ты же знаешь. – Он сверкнул глазами.
Какие знакомые слова, и вызывают те же мысли, что и шесть лет назад. О том, как бы мне хотелось, чтобы меня он полюбил по-настоящему.
Мы рука об руку вышли на улицу.
-Значит, провожать не надо?
-Так точно!
И тут я не утерпела, не успела прикусить себе язык и задала мучивший меня вопрос:
-Увидимся еще?
-Ты всегда знаешь, как меня найти.
-Ладно. Тебе на право, мне налево. Пока. – Мы снова обнялись. И, когда я уже уходила, Саша меня окликнул:
-Знаешь, а весь вечер я буду думать, что пил сегодня за счет твоего мужа! В следующий раз угощаю я.
Честно говоря, из всей его реплики я уяснила лишь то, что будет следующий раз. Но я выпила три бокала вина. Так что осуждать меня бесчеловечно.
Утром следующего дня, отправив дочку на прогулку с Димой, я позвонила Маше:
-Ну почему обязательно должен быть секс? Почему мы не можем просто дружить? Я бы так этого хотела. Он такой забавный, умный. И такой зацикленный на своем пенисе! Почему?
-Я так полагаю, вчера все прошло хорошо? Ты так и не написала вечером. Я волновалась….
-Прости, я много выпила и когда пришла домой объяснялась с Димой, почему я без покупок и от меня разит спиртным.
-И что он?
-Ну, я свалила все на тебя. Сказала, что у тебя проблемы, и нам необходимо было поговорить и выпить. Дима все понял.
-Ну, конечно. А как Саша?
-О! – Я тяжело вздохнула. – Все было чудесно. До того момента, пока он не пригласил меня к себе.
-И ты?
-Отказалась, конечно.
Маша засопела в трубку.
-А ты думала я лягу с ним койку? – Я оскорбилась до глубины души.
-Честно, я не знала чего ждать. Когда ты с ним. Ты…. Ты становишься непредсказуемой. Но я рада, что у тебя была голова на плечах вчера.
Вы еще увидитесь?
-Не знаю.
-А ты хочешь этого?
-Да.
-Только дождись, пока он тебе позвонит.
-Ага.
Только этого не будет никогда. Саша всегда так поступал. Он ждал, пока ему напишут или позвонят. У него даже теория была на этот счет. Что-то типа того, что он не хочет звонить и слышать отказ, гораздо лучше, когда девушка сама звонит, значит, она готова с ним увидеться. Саша же никогда никому не откажет.
А вечером у меня поднялась температура. Не знаю от нервов ли, или это был банальный грипп, но меня словно постирали и выжали, а потом еще отбили палками. Все тело ломило, я не могла подняться с кровати. И в понедельник Диме пришлось остаться дома, чтобы заботиться о ребенке и обо мне.
Во вторник утром я была уже здоровой. А в пятницу мы с Сашей шли на концерт моей любимой группы. Я сама позвонила ему, забронировала билеты в клубе. Диме я, конечно же, наплела, что иду с подругами.
Мне было тошно врать ему, но, в конце концов, я не собиралась изменять. Я просто шла на концерт с человеком, которого считала своим другом.
На этот раз я уже не испытывала неловкости при встрече. Саша обнял меня и покружил немного.
-Я соскучился.
Я тоже, но говорить об этом не собиралась.
Мы хорошо повесились на концерте. Много танцевали, немного пили. Саша стоял сзади меня и обнимал за плечи, практически висел на мне. И когда мне это надоело, я предложила посидеть у бара.
-Я хочу тебя! – Это было первое, что он сказал, после того как заказал виски с колой.
-Нет. – Я покачала головой. – Это не так! Тебе просто так, кажется.
-Да ладно? – Он рассмеялся.
Я закрыла уши руками. Я любила этот смех. Я все еще любила этого мужчину. Но спать с ним я не собиралась.
-А как же девушка, та из кинотеатра?
-А что девушка? Тебя же не было в моей жизни тогда.
Все, правда. И его влюбленный взгляд тоже мне не мерещиться.
Как же мне хотелось вернуть все назад! Быть снова в его плену и получать наслаждение от этого.
Но сейчас все по-иному. У меня есть Дима. Есть семья.
Сколько раз за эти неполные шесть лет, я малодушно представляла, что было бы, если бы тогда я затолкала свою гордость куда подальше и осталась с Сашей. Может быть, он перебесился бы, влюбился в меня, и сейчас я была бы с ним.
От этих мыслей становилась тошно. Мне было больно за Диму. Ведь я любила его, любила, как могла, но мое сердце было вытоптано этим мужчиной, который сидит сейчас передо мной.
Мужчиной, который был моим дурманом. Был и остается, ведь я как истинный наркоман, никогда полностью не излечусь от болезни.
-Саша – ты ужасен! – Я подняла свой стакан. – Предлагаю выпить за это!
Он рассмеялся, чокнулся со мной, выпил и лишь потом поинтересовался:
-Чем это я так ужасен?
-Ты предлагаешь мне, на секундочку, замужней женщине, заняться с тобой ЭТИМ!
-Но ты ведь сейчас сидишь тут со мной, а не, на секундочку, со своим мужем. Значит, что-то не ладно? – Он многозначительно поднял бровь.
-Ничего это не значит. – Я покачала головой. – И я не понимаю, почему мы не можем быть друзьями?
-Друзьями, которые иногда спят вместе? – Поинтересовался мужчина.
-Нет! Просто друзьями! – Даже мне было понятно, как наивно это предложение.
Саша усмехнулся и произнес то, что я и ожидала услышать, то от чего чары должны были рассеяться. А я протрезветь.
-Детка, мне не нужны друзья. Тем более такие, которых я хочу.
Но чуда не произошло. Я проглотила и это. Сумев лишь выдавить из себя:
-Сегодня я к тебе не поеду.
Мы вернулись к сцене, и остаток концерта провели, почти не касаясь друг друга.
А потом, не смотря на все мое сопротивление, он решил меня проводить до дома.
Мы шли по улицам и горланили песни. Я чувствовала себя пьяной, влюбленной и до чрезвычайности безумной. Ничего не могла с собой поделать, Саша всегда знал, как поднять настроение.
-Ну, вот я и дома. – Было уже поздно, и в окнах моей квартиры не горел свет. – Пока.
-Я должен быть уверен, что ты благополучно дойдешь до двери.
Саша указал на входную дверь, и я послушно пошла вперед. Но он не смотрел, он шел следом. Вошел вместе со мной в парадную, и тут затащив меня в закуток, спрятав в тени, крепко прижал к стене и впился в губы. Это было неправильно. Я пыталась оттолкнуть его, пыталась крутить головой, чтобы освободить свой рот. Но куда там! Все мое естество жаждало этих прикосновений, колени подгибались, руки сильнее прижимали его тело к моему.
Мне казалось, что я задохнусь, что я умру прямо тут на грязном каменном полу, из-за того что мое глупое сердце пробьет дыру в груди, выскочит и улетит. Вниз, естественно, к Сашиным ногам.
Это было неправильно, но ошеломительно прекрасно.
Лишь пара тройка метров разделяло меня от квартиры, где меня ждали.
И любили.
А я как школьница целовалась в парадной, и чувствовала себя дрянью. И была счастлива.
Прошла неделя. Семь долгих дней ожидания. Саша не звонил. Я стала нервной и раздражительной. Я не могла спать, не была в состоянии съесть хоть что-то. Лишь пила зеленый чай, да изводила Диму придирками.
Я знала, что Саша ждет согласия прийти к нему в гости. Знала, что если я не позвоню ему, то это конец.
А если позвоню, то разрушу все хорошее, что еще есть в моей жизни. Опущусь туда, откуда никогда не найду выхода.
И я колебалась, я сходила с ума.
Когда-то давно, учась еще в школе, я читала «Госпожу Бовари» Флобера. Я помню свои чувства, помню, как записала в своем личном дневнике «Эмма Бовари – это я». Я понимала героиню, и знала, что так же как она испорчу себе жизнь когда-нибудь, в глупом стремлении уйти от обыденности. Меня всегда пугала размеренная жизнь. Я жаждала ярких эмоций, перемен.
Но я вышла замуж и то, что когда-то пугало меня, стало моей реальностью.
И вот мне выпал шанс все изменить.
Переменить по подлому, унижая и себя и того, кто был мне дорог.
В моей голове рос большой знак вопроса и уже не давал мне ни о чем другом думать, когда в ночь с седьмого на восьмой день мне пришло смс:
«Сижу на постаменте. Но одному здесь как-то грустно. Не хватает тебя».
Я прочитала это сообщение лишь утром. Когда встала и отправилась на кухню, заваривать кофе. Мне хотелось смеяться и рыдать в голос. Это было так приятно, что он тоже помнит. Не дожидаясь пока мои мозги окончательно проснуться, я набрала ответ:
«Жди сегодня в гости. В семь буду».
К моему изумлению телефон тут же завибрировал, извергая смс:
«Тебя встретить?»
«Сама доберусь».
И опять лож Диме, что мы с Машей идем на какой-то концерт, про который очень неожиданно узнали лишь с утра. И снова сборы, и нервы и громкая музыка в наушниках, пока я ехала в метро.
Сначала я хотела доехать от метро на маршрутке, но вспомнив, что раньше я всегда выходила не там где надо, а потом долго плутала по незнакомым улочкам, решила идти сразу пешком. Ноги помнили верный курс. И у Сашиного дома я была в полседьмого. Я решила не являться раньше времени, а подождать положенного срока в кафе прямо напротив его дома. Раньше тут был магазин. Он работал 24 часа, и мы полуночники часто заходили в него, чтобы купить продукты для завтрака, а иногда и вина на ночь.
Я села за столик и заказала кофе. Но желудок сводило судорогой, я так к нему и не притронулась.
Меня словно разорвали надвое.
Одна я сгорала от желания поскорее оказаться в объятиях Саши. Снова окружить себя иллюзиями, что он мой. Хоть и на время. Моя запретная любовь, мой собственный ад. Выйду ли я оттуда? Или сгорю заживо? Я не знала ответов. Но хотела рискнуть.
Вторая же моя половина, твердила, что в этот раз гореть мне не одной. Дима все поймет. Он прочтет на моем лице все, что я попытаюсь скрыть. И исход будет печальным. Я знала мужа, он не станет терпеть. Он сложит в чемодан свои вещи, свое разбитое сердце и уйдет. Смогу ли я жить без Димы? На этот вопрос я так же не находила ответа.
У меня раскалывалась голова от этих мыслей.
Я сидела за столиком в кафе, смотрела на дом расположенный напротив и вертела телефон в руках. И ненавидела себя. Разве можно быть такой счастливой и несчастной одновременно?
Ведь многие люди изменяют своим суженным не испытывая особых угрызений совести. Но я не желала быть одной из них. Я хотела бы, чтобы все было правильно, но не видела верного выхода из положения. Мое сердце разрывалось между прошлым и настоящим.
Было без пяти семь, когда мне пришло сообщение от Димы:
«Пойдешь домой купи молока, мелкая требует на завтрак блины».
Вот так все просто. Я тут сижу, сгорая в своем личном аду. А он собирается на завтрак печь дочке блины.
Я пошарила в сумке в поисках ручки и блокнота. Первое было, а вот листика никакого я не отыскала. Пришлось довольствоваться салфеткой. Я написала на ней всего одно слово.
Заплатила за не выпитый кофе. И твердым шагом отправилась к дому через улицу. Позвонила в домофон, буркнув: «Почта!»
Кинула салфетку в Сашин почтовый ящик. Свое короткое послание. Слово «Прощай!»
Я шла обратно к метро и чувствовала себя не Флоберовской Эммой, а Татьяной Лариной. Мне было хреново – нельзя излечиться от зависимости в один момент. Но я была на пути к этому. Я попрощалась со своим прошлым. И была, наверно, счастлива.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/