I
«Пора! – подумал волшебник, - больше ждать нельзя! Иначе не успею провести ритуал к полуночи».
Однако волшебник колебался. К сорока годам он успел накопить немало грехов, и на местечко в раю уже не рассчитывал. Но… неисповедимы пути Господни. Как знать, вдруг вместо ада присудят пару тысяч лет чистилища? Тоже не сахар, но продать душу Дьяволу! Здесь обратного пути не будет.
С другой стороны, Бога пока ещё никто не обманул, а вот Дьявола…это случалось!
«Нельзя надеяться на милость Божью, - решил волшебник, - мастер магии рассчитывает лишь на себя и свою волю. У меня всё получится».
Стрелка на старинных механических часах сдвинулась на одно деление. Минута. Ещё одна минута потерянного времени. Полночь приближается. Волшебник понимал, он уже опаздывает. Дьявол шутить не будет. Один начерченный впопыхах неверный символ, одно небрежно произнесенное слово, и защита его магического круга ослабнет, а тогда…тогда повелитель преисподней заберет его душу, не даровав взамен ничего. Дьявол – не мелкая адская тварь, которую можно отпугнуть простым оберегом.
Ноги волшебника стали будто ватными, на лбу выступили капельки холодного пота.
«Как зеленый ученик, право слово! - упрекнул он себя, - давай, начинай».
Но начать было трудно. Часовая стрелка с равнодушной точностью забрала ещё одну минуту драгоценного времени. Волшебник застыл словно статуя. Один шаг и назад дороги нет! Волшебнику не хотелось шевелиться, дыхание давалось ему с трудом, но, всё же…всё же он сделал шаг вперед, преодолев двухминутную слабость. Магия – призвание сильных духом.
Облачившись в черную мантию и пристегнув к поясу длинную серебряную шпагу, волшебник направился в центр ритуальной комнаты. Взяв кусочек белого мела, освященного его лучшим другом епископом, волшебник натренированной рукой без подручных инструментов начертил на полу идеально ровный круг диаметром в два шага.
Опустившись на колени, адепт черной магии стал аккуратно выводить имена великих архангелов – борцов с адскими тварями. Каждую букву священных имён волшебник сопровождал молитвой. Человеку, решившему призывать дьявола, надлежало быть святее праведника. Недаром за тридцать дней до ритуала волшебник соблюдал строгий пост, воздерживался от удовольствий и раздал почти треть личного состояния на милостыню. Городские нищие были счастливы, как и продавцы дешевого спиртного. Гуляния продлились несколько дней, завершившись песнями, плясками, драками, поножовщиной и двумя трупами. Такова судьба! С подозрительной частотой благо одного приводит к грехопадению другого. «Милостыня оказалось нечистой», - сказал его друг-епископ.
Закончив писать имена архангелов, волшебник начертил внутри каждой четверти круга священные печати Бога. Обычно они не требовались, но Дьявола ангелы могут и не остановить. Волшебник решил, дополнительная осторожность ему не помешает.
Отложив мел, колдун поднялся на ноги и внимательно осмотрел защитный круг. На первый взгляд ошибок не было, но адепт магии никогда не доверял первому взгляду. Дважды перепроверив рисунок (Дьявол, как известно, обитает в мелочах) волшебник приступил к созданию «круга вызова».
Белый мел сменился красным. В центре второго круга волшебник начертил пентаграмму, поставив на её лучах пропитанные кровью свечи. В центр пентаграммы чернокнижник перенес невысокий круглый столик. Волшебнику так и не удалось очистить его поверхность от подозрительных красных пятен. Столик использовался в качестве алтаря.
Оставалась последняя деталь – жертва. Её волшебник подобрал заранее. Жирный черный как уголь петух мирно спал в клетке, не подозревая о своей скорбной участи. Как и полагается настоящему петуху, на восходе солнца он собирался проснуться и возвестить миру о начале нового дня.
«Всё готово, - убедился волшебник, - как раз успеваю!».
Минутной стрелке оставалось пройти до полуночи пятнадцать делений.
Удовлетворенно кивнув, волшебник зажег свечи, а затем, взяв в руку жертвенный нож, сделал надрез на собственном запястье. Кровь чернокнижника окропила алтарь. Волшебник произнес заклинание, и линии пентаграммы засветились красным цветом. Силы ада почувствовали зов, но пока не торопились появляться. Пентаграмма казалась огромной пастью хищника.
Волшебник достал из клетки петуха и прижал птицу к алтарю. Удивительно, но петух не испугался. Вытянув шею, он больно клюнул своего обидчика! Однако подобный пустяк не нарушил сосредоточенность опытного мага.
Высвободив правую руку, волшебник обнажил шпагу и нанес удар, пригвоздив петуха к столу. Птица забилась в беспомощном отчаянии. Волшебник поспешно отскочил в белый круг и начал читать длинное заклинание.
Садистский удар не убил петуха мгновенно. Силы ада любили муки жертв. Несчастная птица умерла ровно в полночь, в тот миг, когда волшебник закончил читать своё длинное призывание.
- Явись же ко мне, Дьявол! Приди – властитель преисподней! У меня есть к тебе предложение!
Из-под алтаря повалил черный дым. В комнате запахло серой.
- Да-да! – произнес волшебник, - приветствую, тебя, Дья…ЭЭЭ…А КТО ТЫ?!
Когда туман рассеялся, в пентаграмме действительно появилась адская тварь. Вот только волшебник считал, что Дьяволу выглядит куда внушительней. Разумеется, до сих пор вживую видеть Князя Тьмы колдуну не приходилось, хватало ума не связываться; но старинные гравюры наглядно рисовали картину исполинского великана, с массивными бараньими рогами, длинной козлиной бородой, огненным горящим взглядом и громоздким трезубцем в руках. Вместо этого перед волшебником предстало невысокое, едва-едва достающее ему до пояса существо, облаченное в элегантный черный костюм с ярко-желтым галстуком. Не будь адская тварь лысой, и её маленькие рожки, напоминающие шипы, никто бы и не разглядел. О сходстве с дьяволом говорили лишь: огненно-красная кожа, маленькие раздвоенные копытца, проглядывающие из-под отглаженных брюк; да серый ослиный хвост, которым существо машинально виляло из стороны в сторону.
Вместо яростного дьявольского взора чернокнижника встретил печальный слегка затравленный взгляд. В руках гость держал не острый трезубец, а маленький кожаный дипломат.
- Приветствую! – обратилось существо, - Дьявола вызывали?
- Да-да, - ответил волшебник, - а ты…это….
- Конечно, нет, - отмахнулось существо, - я – бес. Слуга Преисподней. Моё имя – Эдвин. Будем знакомы?
Гость приветливо улыбнулся и протянул руку, волшебник едва-едва не подал свою. Лишь в последний момент он опомнился и остановился, не став выходить из круга. Дьявол славится коварством. Вдруг это всё розыгрыш? Зачем заключать сделку, если душу можно заполучить обманом?
Бес улыбнулся.
- Понимаю, безопасность превыше всего! – сказал он.
Вернувшись к алтарю, бес выдернул оскверненную черным колдовством шпагу. Пощёлкав языком, слуга ада с видимым удовольствием осмотрел оружие, потрогав пальцем лезвие.
- Когда ещё представится случай подержать в руках серебро, - произнес Эдвин, - к тому же когда-то освященное. Может, подаришь?
Волшебник не ответил. Всё пошло уж как-то слишком не так. Старинный черный гримуар, купленный у старьевщика, по-другому описывал встречу с темными силами.
- Ну, нет, так нет. Понимаю, жадность, - сказал Эдвин, - что ж, смертный грех наша контора может только поощрять.
- Контора? – удивился волшебник.
- Адская канцелярия, - пояснил бес.
Разочарованно отложив шпагу, Эдвин вернулся к алтарю. Отбросив мертвого петуха, бес достал из кармана носовой платок и тщательно вытер кровь со стола. Закончив работу, Эдвин поставил на алтарь свой дипломат.
- Есть стул? – поинтересовался бес, - не люблю писать стоя!
По-прежнему не говоря ни слова, волшебник указал на маленький треножник в углу.
- Надеюсь, не освященный? – поинтересовался бес.
Волшебник отрицательно помотал головой.
- Хорошо, а то знаю я вашего брата. Священники только на вас и работают. По данным отдела порчи святых реликвий почти треть воды, благословенной в храмах, приобретается и используется колдунами в ритуалах. Освящают чернокнижники всё и вся. Хотя… Знаю я лентяев из отдела порчи святых реликвий. Соврут недорого возьмут. Лишь бы самим не работать. Дескать, зло оно и без нашего участия на Земле побеждает. Однако я не верю. Вы же сотворены по образу и подобию Божьему, стало быть, к свету тянетесь.
«Это вряд ли», - подумал волшебник.
- Ладно, к делу, - продолжил бес, устраиваясь поудобнее на треножнике, - цель вызова?
И тут волшебника прорвало.
- Вообще-то я призывал дьявола! Самого дьявола!
- Дьявол занят, - отрезал бес.
- То есть как?
- Мужик, ну, подумай немного головой. Вас много, а Дьявол один.
- Но в моём гримуаре…, - начал было волшебник.
- Так он, небось, ещё в средние века написан.
- Да, и я…
Ну…друг, - перебил бес, - давеча и до ветру ходили реже. Инквизиция недаром свой хлеб ела, и колдунов, в отличие от судов над ними, было не в пример меньше. А как все запреты сняли, развелось вас, как собак нерезаных, вернее, на кострах не сожженных.
Волшебник открыл рот от изумления.
- И Дьявол теперь не появляется?
- Почему же? Приходит, но… Ты уж не обижайся, дьявол удостаивает личным визитом шишки поважнее, - развел руками Эдвин, - короли, там всякие, политики, архиепископы, банкиры и так далее. От них КПЗД выше!
- КПЗД?
- Коэффициент полезности злых деяний, - объяснил словоохотливый бес.
Отчего-то последняя фраза совсем расстроила волшебника.
- Выходит, моя душа Дьяволу не нужна и договора не будет?
- Не говори ерунды! Наш лозунг: «Двери ада открыты для всех!». Будет тебе договор в лучшем виде, не переживай.
- Но договор можно заключить лишь с Дьяволом!
«Сомневаюсь я в твоём могуществе – бес», - подумал про себя волшебник.
- Разумеется, сейчас мы с тобой составим заявление. Адская канцелярия его рассмотрит и направит на утверждение Князю Тьмы. Не переживай! Ад – это не банк, и процент отказов у нас довольно низкий. Денька через два ты меня снова призови, и, если всё хорошо, я вернусь уже с договором. Тебе останется только расписаться, и после смерти демоны заберут твою душу в ад.
- Ясно, - только и смог пробормотать волшебник.
- Вот и хорошо, - сказал бес, - надо работать. Свечи скоро погаснут. Да, и засиживаться мне ни к чему.
Открыв дипломат, бес вытащил нечто сильно похожее на бланки.
- Значит, вы желаете продать душу? – спросил он.
Волшебник кивнул.
- Так-так-так, - сказал бес, уткнувшись в бумаги, - это заявка-приглашение на участие в шабаше, это заявление о посылании к дьяволу, это тоже не то…
Волшебник закрыл глаза. Магия - великое запретное искусство, вдруг начала казаться ему обыденной рутиной. Мрачные тайны, передаваемые из уст в уста; зашифрованный книги; скрытые встречи с коллегами и, конечно же, знаменитый, свойственный только магии, налет очарования. Чувство причастности к чему-то необычному! Всё это, в глазах волшебника, говорливый бес только что безжалостно осквернил паршивыми бланками.
- Ага, нашёл! – обрадовался Эдвин, - заявление на заключение договора о продажи души. Великолепно.
Довольно потерев руки, бес убрал лишние бланки и взял в руки перо.
- Душа, - задумчиво произнес он, - одна штука.
- Души не измеряются в штуках, - вяло запротестовал волшебник.
- Стандартизация, - отмахнулся бес, - итак, раздел первый – «тип души». Три варианта: белая, черная и серая. Лишнее зачеркнуть.
Эдвин задумчиво посмотрел на волшебника.
- Нет, на черную не тянешь, - объявил бес, - не такой уж ты злодей. Праведником и подавно не являешься. Пусть, будет серая. Что там дальше? Ага, графа – «Девственник». Да или нет?
- Нет! – решительно отозвался волшебник.
Бес почесал пером за ухом.
- Не моё дело, конечно, - сказал он, - но, смотри, продешевишь! Девственная душа выше ценится. Правда и врать не советую, в аду всё вскроется.
- Нет, не девственник, - поколебавшись, подтвердил волшебник
Бес пожал плечами.
- Ну, и молодец. Дальше у нас, позиция: «вид предложения смертного». Итак, за свою душу ты требуешь, категории: смерть врагов, богатство, любовь, власть, волшебная сила, призыв мертвого, другое. Нужное подчеркнуть.
Эдвин вопросительно посмотрел на волшебника, тот слегка замялся. Разумеется, перед ритуалом мужчина, как подобает настоящему магу, вызубрил каждое слово своей просьбы, проверив её на наличие всех возможных и невозможных лазеек. Однако нелепость происходящего выбила чернокнижника из колеи. Ему понадобилось время, чтобы вспомнить. Протянув руку в потайной карман мантии, волшебник достал и показал бесу небольшую фотографию, на которой целовалась, упиваясь любовь друг другу, молодая пара.
- Он должен умереть в муках, она стать моей рабыней до конца наших дней, - заявил волшебник, - платой станет моя бессмертная душа.
Кивнув, Эдвин подчеркнул в бланке два пункта: «смерть врагов» и «любовь».
- Девушку ты получишь, - произнес он, - а что насчет него? Он добрый или злой человек? Ходит ли в церковь? Помогает бедным?
- Это имеет значение?
- Да. Некоторые люди находятся под защитой ангелов-хранителей. Их сложно убить. Не то, чтобы совсем невозможно, но цена другая. Твоей души, тем более не девственной, может и не хватить.
- Он юрист, - пояснил волшебник.
- Аааа! Ну, тогда никаких проблем, - улыбнулся бес, - все юристы попадают в ад.
- Вообще, все?
- Да. В рай их не пускают, и правильно делают. В аду от них спасения нет! Канцелярия доверху завалена обращениями и исковыми заявлениями. Не сомневайся! Юрист умрёт жуткой смертью и, буквально, за десятую часть обычной цены. У меня есть несколько знакомых палачей-демонов, жалобы на которых были …мммм…. частично удовлетворены, так они готовы ещё и приплатить за право выпотрошить юриста.
Эдвин задумчиво уставился в потолок и что-то забормотал про себя.
- Проси больше, - радостно объявил он, спустя минуту, - всё ж бессмертную душу продаёшь, пока мы с тобой в лимит укладываемся.
- Тогда богатство, чтобы жить в роскоши до конца своих дней, - решил волшебник.
- До конца твоих дней, не обещаю, - заметил Эдвин, - одному Богу известно, сколько ты ещё проживешь, но лет на десять обеспечим.
- Хорошо, я согласен.
- Ну, и чудесно.
Бес продолжил заполнять бланк. Волшебнику пришлось терпеливо ждать.
- Готово! – наконец, сказал бес, - распишись, здесь, здесь и здесь. Поставь дату, а на обратной стороне, укажи: «вариант заявления зачитан мне сотрудником адской канцелярии вслух, со всем согласен, претензий не имею».
- Так ты же мне ничего вслух не зачитал! - возразил волшебник.
Эдвин закатил глаза.
- Это формальность. Я же объяснил, в аду развелось СЛИШКОМ много юристов! Ну, если хочешь, могу и зачитать. Но свечи на пентаграмме вот-вот погаснут. Если я не успею, тебе придется вызывать меня заново. Без твоей подписи заявление ничтожно. Адская канцелярия его не примет.
- Хорошо, давай.
Подпись была поставлена. Душу волшебника теперь могло спасти лишь одно…
II
Величественное здание адской канцелярии находилось в одном из самых живописных мест Преисподней. Размерами оно уступало лишь дворцу князя Тьмы. Дабы тридцать тысяч тружеников пера и чернил могли вольготно разместиться в одном месте, строители возвели в жерле действующего вулкана огромную башню, упирающуюся шпилем в земную твердь.
Вокруг северного подножья вулкана протекала река Отчаяния. В её водах тонули души миллионов сдавшихся на волю судьбы грешников. Южный склон огибала река Бурлящей Крови. Ветер, задувавший с западных пещер, забрасывал канцелярию клубами ароматной серы. Лишь на востоке не оказалось ничего интересного! Обычный пейзаж, который встретишь в любом уголке ада – черная земля, огненные гейзеры, реки лавы и тому подобная опостылевшая местным жителям картина.
По негласной иерархии окнами на восток выходили служебные помещения наименее значимых Департаментов. Кто более, а кто менее значим, определялось тайным способом, известным лишь Великому Канцлеру Ада - лорду Андамелеху, чей огромный кабинет, занимал весь нижний этаж здания (поближе к адскому пламени).
Переселение «на восток» означало для адских тварей воистину адовы муки. От физической боли никто не страдал, но для работников канцелярии, не было во Вселенной более значимой и актуальной проблемы, чем расположение окон кабинетов. Большинство внеслужебных разговоров, так или иначе, сводилось к столь важной теме. Некоторые работники смели утверждать (громче, чем на полшёпота), что Великий Канцлер всерьез занимается лишь распределением помещений.
Эдвин к таковым смутьянам не относился. Бумажная работа, от которой любого порядочного демона тошнило, приносила ему странное удовлетворение. Бес трудился усердно, заполняя документы аккуратным, не свойственным адским тварям каллиграфическим подчерком.
Князь Тьмы утверждал - если каждый демон будет добросовестно выполнять свои обязанности, то Армагеддон настанет уже скоро, и Эдвин работал с полной отдачей. Бес верил, недалек тот день, когда он отправится на поверхность и будет наблюдать за страданиями жалких людишек.
Душу Эдвина грело знание того, что в огромном проекте Армагеддона будет частичка и его труда. К сожалению, сдача проекта затягивалась. Лет эдак на тысячу! Но бес, регулярно посещая Землю по работе, не сомневался – Ужасный Конец близок.
Добросовестным трудом Эдвин заслужил расположение начальства. Окно его крошечного кабинета выходило на север. И пусть ещё двести лет назад занимаемая бесом комнатка использовалось в качестве подсобки для хранения инвентаря, сам факт обладания личным кабинетом изрядно повышал статус Эдвина в канцелярии. Многим работникам приходилось сидеть в коридорах, на лестничных площадках между этажами, и даже в вентиляционных шахтах. Свободных помещений катастрофически не хватало. В спроектированном на тридцать тысяч демонов здании сегодня трудилось без малого полмиллиона адских тварей.
Окно на север, личный кожаный дипломат, собственный стол – не так плохо для молодого специалиста всего триста лет отроду. Бес знал, его начальник уже беспокоится. Заботливые подчиненные – завистники Эдвина, не преминули подарить шефу на тысячелетний юбилей забавную книжку: «Как не допустить, чтобы вас подсидел молодой выскочка». Начальник, собравшись с силами, прочёл пухлый том, хотя обычно ему с трудом давались самые короткие служебные письма.
Когда ритуал призыва закончился, Эдвин телепортировался в свой кабинет. Протиснувшись между стеной и столом, бес открыл крошечное окно. Порыв ветра принес в кабинет запах свежей серы.
Бес позволил себе расслабиться. Денек выдался нелегкий. В дипломате лежали: два заявления о продаже души и пять приглашений на шабаш. К сожалению, из двенадцати вызовов пять оказались ложными. Ведьмы наивно рассчитывали, что Князь Тьмы без промедления явится на шабаш и вступит с ними в половые отношения. Появление вместо могучего Дьявола низкорослого беса обескуражило девушек.
«Ну, и, ладно, - подумал Эдвин, - призовут ещё раз. Куда денутся?».
Желание некоторых ведьм «снести дьявольское семя» носило воистину маниакальный характер. Каждая девушка верила, именно ей суждено родить Черного Властелина, который погрузит весь мир во Тьму! А какая женщина не хочет счастья для своего ребенка? Регулярно читая корпоративную газету - «Будни Адской Канцелярии», Эдвин знал, по информации Департамента демонических сношений, сыновей Дьявола на земле разгуливало едва ли меньше, чем потомков Чингисхана. Армагеддон же пока не наступил.
«Необходимо увеличить КПЗД, - решил бес, - следует написать в Департамент демонических сношений. Пусть объяснят ведьмам, что не стоит призывать Князя Тьмы на шабаш за пять минут до начала оного».
Эдвин не любил откладывать принятые решения. Блокнотом бес принципиально не пользовался. Заметки, по его мнению, делали лишь за тем, чтобы с чистой совестью о них забыть. Писанина имела свойство накапливаться, словно снежный ком. Блокнот заканчивался, и работник Адской Канцелярии заказывал себе новый – чистый и приятный на ощупь. История повторялась до бесконечности.
Взяв со стола чистый лист и перо, Эдвин написал:
«Объясните тупоголовым ведьмам, что встречу с Князем Тьмы нужно за две недели согласовать с представителем Ада!».
К сожалению, столь лаконичная служебная записка, отнявшая у беса пять секунд рабочего времени, никуда не годилась. Секретариат подобный документ не заверит.
Печально вдохнув, бес взял новый лист. Подняв голову, Эдвин осмотрел длинный, напоминающий простыню свиток, висящий на стене. В нём перечислялись имена руководителей всех Департаментов. Секретариат обновлял и распространял список каждую неделю.
Найдя нужное имя, Эдвин начал сочинять письмо:
«
Отложив перо, бес перечитал написанное. К сожалению, этот вариант тоже никуда не годился. Секретариат, может, и пропустит, но прежде чем письмо туда попадет, его необходимо подписать у Пофигнавсёжа (Эдвин по своему статусу не имел права обращаться напрямую в параллельный Департамент). Увы, чтобы получить вожделенную закорючку начальника, бесу предстояло пройти Кровомару – старого вредного суккуба, помощницу Пофигнавсёжа по работе с документами. Свою единственную обязанность карга видела в «заворачивании» проходящих через неё писем. Суккуба абсолютно не интересовало их содержание, зато ЧРЕЗМЕРНО волновала форма. Старуха постоянно возвращала исполнителям их «нелепую писанину, заполненную неуместными оборотами речи». Эдвин подозревал, что за всю жизнь суккуб прочла лишь одну книгу: «Правила деловой переписки», изданную её родным братом, и с тех пор заставляла всех (включая самого господина Пофигнавсёжа) следовать указанным в ней правилам.
Закрыв глаза, Эдвин вновь услышал в голове скрипучий голос Кровомары:
- Письмо, мальчик, это лицо! Лицо Департамента! Нашего Департамента, если ты не понял. Неважно, какую чушь пишут другие, они не работают в НАШЕМ Департаменте. Поэтому давай-ка покажем, что у НАШЕГО Департамента на месте лица находится именно лицо, а не задница!
Дальше следовало несколько десятков исправлений.
Кровомара, разумеется, была права, но Эдвин не переставал сожалеть о часах рабочего времени, затраченных на доказательство того, что «на месте лица у Департамента находится именно лицо». Бес считал, что есть дела поважнее. К сожалению, Кровомара была непробиваема, а ссориться с ней Эдвину не хотелось.
Обычная история. Во всех Департаментах обитали злобные суккубы, с которыми боялись связываться. Знали, будут проблемы. Причем, что это будут за проблемы, никто не знал, однако, не связывались. Себе дороже.
Тяжело вздохнув, Эдвин принялся исправлять письмо:
Во-первых, фраза «
- А что именно, господин куратор, вы подразумеваете под ложным вызовом? Разве сам факт черного ритуала не есть злое деяние? А раз уж вы, господин куратор, считаете ложным вызовом безрезультатные переговоры с ведьмами, то нужно приложить график, показывающий динамику подобного явления за последние сто лет. Может, у остальных кураторов всё в порядке? А
К сожалению, собрать статистику означало убить весь рабочий день. Помимо сомнительного удовольствия «подышать клопами в архиве» (противные насекомые умудрились прижиться даже в аду) придется купить девочкам-архивариусам по шоколадке с начинкой из крови младенцев.
- Когда же, наконец, у этих стерв диабет обнаружат?! - ругнулся Эдвин.
Взвесив все «за» и «против» бес решил просто вычеркнуть скользкий фрагмент, указав лишь на наличие факта ложных вызовов из-за «
Далее, во фразе: «…
«За подобное словечко можно и выговор схлопотать, - испуганно подумал бес, - Князь Тьмы он же не только наш, а, так сказать, Всеобщий и Всеохватывающий»
Фраза: «
- Не порите отсебятину, товарищ, - продолжил разглагольствовать Эдвин, - не нужно казаться умнее всех.
В конце предстояло решить самую сложную задачу! Следовало что-то сделать с выражением: «
К сожалению, Эдвин понимал - расплывчатые просьбы дают расплывчатые ответы. Напишешь: «
Покачав головой, бес пробормотал заклинание. Толстенная книга: «Правила служебной переписки» поднялась в воздух и пролетела в руку куратора.
«Нужно побыстрее разобраться с вонючим письмишком», - решил Эдвин, - «мне ещё договор о продажи души оформлять!»
III
Три часа напряженного сочинительства окупились с лихвой, Кровомара без лишних претензий взяла письмо и даже соизволила похвалить. Уже скоро бумага ляжет на стол господину Пофигнавсёжу, затем направится в секретариат, затем... впрочем, какая разница? Довольный, что сделал нужное дело, Эдвин направился в холл канцелярии к питьевым автоматам. С удовольствием выпив стакан крови девственниц, бес начал ловить томные взгляды сидящих в приёмной молодых суккобок.
«Жизнь прекрасна», - подумал слуга ада.
Неожиданно установленная рядом с кровяными автоматами каменная горгулья ожила. Открыв большой зубастый рот, статуя возвестила:
- Старший куратор Эдвин, срочно вернитесь в свой кабинет!
«Жизнь тухлый навоз», - подумал слуга ада.
Выбросив в урну недопитый стакан с кровью, Эдвин метнулся к себе. Обладая тонким слухом, он успел расслышать сплетни суккубов. Девушки уже начали обсуждать причины столь неожиданного вызова. Одна красотка бросилась к переговорному кристаллу и, произнеся заклинание, начала поспешно докладывать о том, что одному бесу устроят головомойку (для поощрения по горгульей связи ещё никого не вызывали), а тогда кабинет может освободиться.
«Интересно, ради кого старается?», - подумал Эдвин, - «друг, любовник, родственник? Всё, может быть…».
Ненавидя до тошноты подобные игры, бес всё больше и больше подсаживался на них. Действительно, ну, какое ему дело до нахальной суккуба и её тайного дружка? Проблем что ли не хватает? Или Армагеддон уже наступил и можно не работать? Ничего похожего.
Увы! Эдвин всё чаще замечал за собой непозволительную трату умственных ресурсов, вызванную анализом канцелярских интриг и сплетен. Другими словами, бес становился таким же, как все, и его это начинало беспокоить. Сходив несколько раз на главный праздник ада – День Вкушения Запретного Плода, Эдвин знал - нет более говорливой бабы, чем пьяный мужик. Бес не понимал, почему сплетни занимают демонов больше, чем их непосредственная работа? Разве адские твари созданы не для того, чтобы творить зло?
Вернувшись в кабинет, бес обнаружил на столе развернутый свиток, усыпанный подписями и печатями, словно рождественская елка. Эдвин застонал. Рюмка паленой водки сокращала жизнь на час, засмоленная сигарета на десять, подобные свитки отнимали недели драгоценного существования. Особенно скрепленные черной печатью Великого Канцлера и красной пентаграммой Князя Тьмы.
Сев за стол, бес начал читать:
Запрос: «
Первая резолюция: «
Вторая резолюция: «
Третья резолюция: «
Четвертая резолюция:
Пятая резолюция:
Шестая резолюция:
Седьмая резолюция:
Восьмая резолюция:
Девятая резолюция:
Десятая резолюция:
Одиннадцатая резолюция:
Двенадцатая резолюция:
Тринадцатая резолюция:
Четырнадцатая резолюция:
Пятнадцатая резолюция: «
Шестнадцатая резолюция: «
Семнадцатая (ПОСЛЕДНЯЯ) резолюция: «
- Всё-таки, господин Пофигнавсёж так и не научился читать письма и резолюции, - произнёс бес, а затем сел и горько заплакал.
Сроку оставалось два дня…
IV
С двенадцатым ударом старинных механических часов на алтаре умер белый петух.
- Принес? – спросил волшебник, когда дым над пентаграммой рассеялся.
Эдвин посмотрел на него ошалелым взглядом. Чернокнижник слегка смутился. Сегодня бес выглядел иначе. Желтый галстук задрался, на элегантный брюках появились складки. Лицо куратора покрыла густая щетина, а огненно красная кожа не смогла скрыть темные круги под глазами. Главное - если раньше бес гордо держал осанку, отчего казался выше и солиднее, то сейчас Эдвин неуклюже сгорбился и втянул шею.
«Черт знает что! – подумал волшебник, - если дальше так пойдет, адским тварям останется лишь давить на жалость. Продайте душу, Бога ради!»
- Ээээ… Цель вызова? – выдавил из себя Эдвин.
- Договор! – подсказал волшебник.
Бес звонко ударил себя ладонью по лбу.
- Точно! Договор! - произнес он, - извини, друг, пока не готов.
- Как так? – удивился волшебник.
Бес замялся. Признаваться в том, что заявление о продаже души по-прежнему лежит на письменном столе, ему не хотелось.
- Призови через недельку! – с места в карьер предложил бес.
- Неделя!? С чего вдруг?
- Много заказов, - соврал Эдвин, - в мире готовится большое зло.
Волшебник замер.
- Саммит лидеров мировых держав? – предположил он.
- Ну… Типа того, не могу раскрыть все тайны, - ответил бес.
- Но целая неделя! – раздраженно повысил голос волшебник, - это слишком долго.
Перед тем, как решится продать свою душу, чернокнижник колебался и мучился почти год. Он страдал долго и, в принципе, мог подождать ещё немного. В конце концов, большинству людей не хватает всей жизни, чтобы осуществить, даже не мечту, а самые обыденные свои желания. Волшебника раздражало не время, а правила! Они преследовали людей от рождения и до смерти. Чтобы не подчиняться правилам, не прогибаться под систему, волшебник много лет назад взялся изучать магию, поверив в то, что запретное искусство позволит ему не общаться с мерзкими, вконец ошалевшими от собственной важности людишками, оккупировавшими многочисленные кабинеты и следившие за тем, чтобы правила исполнялись. Волшебник знал, существуют на свете дельцы, которые хорошо изучили правила и заставили систему работать на себя. Волшебник не был дураком и тоже мог этому научиться, но ему не хотелось. Мужчину тошнило от чтения длинных и скучных правил, а так же исключений, и исключений из исключений. Магия обещала другое. Запретное искусство игнорировало правила, позволяя изменить мир в соответствии с Волей. И сейчас заветная мечта не могла исполниться из-за очередного крючкотвора.
- Нельзя ли как-то ускорить рассмотрение моего вопроса? – спросил волшебник.
Бес скривился.
- Нет, друг, давай через неделю.
Волшебник почувствовал неудержимое желание дать бесу в морду. Он даже сжал кулак, но в последний момент опомнился, осознав, что едва-едва не вышел из круга. Волшебнику приходилось читать об уловках адских тварей. Превращение в детей и прекрасных дев – один из самых простых трюков.
- Ладно, - сказал чернокнижник, - неделя! Не больше!
V
- Проклятье! – ругнулся Эдвин, вернувшись в кабинет.
Бес почувствовал сильное желание выпить крови младенцев. К сожалению, за ней следовало идти к автомату. Пришлось удовлетвориться спрятанной в столе бутылкой коньяка.
Вместе с живительной влагой в организм Эдвина попало чувство странного равнодушия.
«А не послать ли всё к Дьяволу? – подумал он, - если, всё равно, накажут за неисполнительность, то к чему напрягаться? Десять минут хорошего разноса и снова старший куратор. Хм… интересно, а сколько сотрудников канцелярии в данный момент думают также?»
Коньяк в чашке закончился быстро. Криво усмехнувшись, Эдвин подлил себе ещё. Странно, но следующий глоток мигом привёл беса в чувство.
- Нет! Так нельзя! – вслух сказал он, - Армагеддон! Вся работа идет для него! И сейчас, впервые за долгие века появился реальный шанс принести на Землю смерть и ужас! Просто всем нужно поднапрячься! А затем Ужасный Конец! Зло восторжествует!
Одним глотком осушив чашку, Эдвин выпрямился в кресле и помассировал пальцами виски. Убрав бутылку в стол, бес вернулся к работе. К сожалению, груда бумаг, вытащенная на днях из архива нанесла серьезный урон его трудовому порыву.
- Сначала разберусь с волшебником и его душой! Нужно оформить договор, - озвучил свои мысли Эдвин, - как знать, вдруг именно этот грех станет соломинкой, что переломит спину верблюду и приведет к поражению Бога!
Бес представил, какая выйдет нелепость, если канцелярия рассчитает, будто КПЗД вырос не на 666%, а на 665,999%; тогда Армагеддон отложат, и лет через сто придется пережить формирование отчета заново.
Мысль казалась тяжелым бредом. Эдвин знал, Департамент адской статистики никогда не предоставляет своевременных данных. В лучшем случае, сведения публиковались с опозданием на десять лет. Но после двух чашек коньяка бес решил, что на сей раз работники Канцелярии поднатужатся и внесут в отчет свежую информацию.
- Решено, сперва оформлю договор о продаже души! Затем начну собирать данные для отчета Князю Тьмы, - произнес бес.
Стараясь не замечать груду бумаг на столе, Эдвин вытащил из дипломата заявление волшебника и бланк договора. Почему заявление и договор нельзя совместить в одном свитке, бес понять так и не смог. Спрашивается, чего проще? Куратор на месте составляет договор, человек расписывается, бумага отправляется к Дьяволу (на утверждение). Всё! Дальше только написать в Департамент пыток, чтобы забронивали местечко для новой души. Увы! Так дела не делались. Договор не заключался без заявления, и неважно, что в нём дублировалась одна и та же информация, а правильность оформления проверял один и тот же куратор. Всё это неважно! Нужно делать, как положено и не думать о том, чего ты не понимаешь. А причина она обязательно есть. Во вселенной ничего не возникает просто так, даже глупость.
Эдвин успел оформить примерно четверть договора, когда в дверь постучали. Бес хотел крикнуть: «войдите», но его разрешения не потребовалось. Дверь открылась, и в кабинет ввалился большой пузатый демон, напоминающий бочку. Огромные бычьи рога монстра едва-едва не уперлись в потолок. Занеся внутрь своё огромное тело, демон занял половину кабинета.
«Что за черт?» - подумал Эдвин.
Уловив недоуменный взгляд, черт представился.
- Здравствуй! Я – Урмаолух, главный мучитель Адского Общества Открытого Типа «Пыточная №66613», - сказал он, - зашел по делу!
- Я – Эдвин, старший куратор…
- Знаю, знаю, - грубо перебил черт, - мне сказали, где тебя найти. Забрался под самую крышу. Пятьдесят этажей вверх по лестнице отпахал, пока добрался.
- Чем я могу помочь? – спросил бес.
- Проверка к нам нагрянула, - сказал черт, - ходят индюки надутые, что-то разнюхивают. Вопрос задали: сколько ведьм и магов за последние триста лет воспользовались услугами нашей пыточной? Вот я и пришёл.
Эдвин недоуменно поднял брови.
- Вы не знаете, сколько пытаете колдунов и ведьм?
- Ну… Примерно-то знаю, но как определить, какие из них моложе трехсот лет? А если сведений не дадим, то нам график снабжения не утвердят, и денег на расширение пыточной не выделят! Мы этим козлам говорим: «Помещений свободных нет, грешников размещать негде»! А они дурацкие вопросы задают, мол, сколько у вас площадей всего, какова плотность? Мы простые работяги! Зачем нам это знать? Мест не хватает? – Не хватает! Так расширяйте!
Оранжевая слюна, изрыгаемая чертом в процессе разговора, активно разлеталась по незанятой половине кабинета. Эдвин скривился.
- Необходимо рассчитать динамику поступления грешников, - осторожно заметил бес, - иначе архитектор не сможет понять, сколько места вам потребуется в будущем и правильно реконструировать здание.
Черт оставил замечание Эдвина без внимания.
- Короче, ты понял, что мне нужно, - произнес он, - наша пыточная специализируется на колдунах и ведьмах, которые попадают в ад по направлению вашего Департамента и…
- Необязательно, - перебил Эдвин, - если еретик, практиковавший магию, не заключал сделок с Дьяволом, его душа, всё равно, может попасть в Ад. Так чаще всего и бывает.
- Черт! – сказал черт, - и что делать?
Эдвин развёл руками.
- Зачем куда-то ходить? – удивился бес, - у вас же есть журнал учета вновь прибывших грешников. Дежурный по пыточной обязан отмечать всех новеньких. Посмотрите свои записи. Если нужна статистика за последние триста лет – сделайте запрос в архив. Пусть, там найдут ваши старые журналы.
Черт отмахнулся.
- Вот ещё! Если разные бестолковые бумажки заполнять работать будет некогда. Я людей пытать должен, а не закорючки в журнале выписывать. Я честный работяга!
- Я не сомневаюсь, но…
- Короче, у тебя имеются сведения только по грешникам, продавшим душу Дьяволу, так?
- Так.
- Ну, хоть что-то! – кивнул черт, - тогда, скажи, сколько грешников за последние триста лет вы направили именно в мою пыточную? Давай, а то я на обеденный перерыв не успею. А когда я голодный, я становлюсь добрым и грешников жалею! Тогда у нас производственные показатели падают. Усекаешь?
Эдвин закрыл глаза. Усекать-то он усекал. Воображение нарисовало бесу яркую картину того: как сначала он обходит всех кураторов, собирая данные о продавших душу грешниках; а затем отправляется в архив, чтобы поднять каждый договор и посмотреть на обратной стороне бланка запись: «
- Сожалею, но сейчас я не могу вам помочь, - произнес Эдвин.
- Почему?
Огромная туша черта нависла над бесом. В другое время, Эдвин обязательно бы придумал хитрое оправдание, не оставляющее место для возражений. Но после пары чашек коньяка, фантазия начала отказывать, и бес, не подумав, «ляпнул» правду.
- Я сейчас очень занят, а удовлетворение вашего запроса отнимет много времени.
Сперва черт задумался, переваривая услышанное. Эдвин, рассчитывая, что гость начнет его уговаривать, начал «проворачивать в голове» более убедительные отговорки. К сожалению, бес просчитался. Черт усёк, «задавить интеллектом» Эдвина ему не удастся, и предпочёл сразу перейти к оскорблениям.
Для начала демон разразился потоком матерной ругани общего характера, в стиле: «все женщины – проститутки, все мужчины – гомосексуалисты». Под столь обидную классификацию попали все разумные существа сроком от одного года до шести тысяч лет отроду, за исключением, самого черта и Князя Тьмы (разум ещё не успел окончательно покинуть голову незваного посетителя).
За долгие годы работы в пыточной №66613 черт вдоволь наслушался проклятий, активно обогатив свой лексикон. Посему «матерная разминка» затянулась. По стенам кабинета обильно полилась оранжевая слюна. Развешанные на стенах: публичные приказы, должностные инструкции и рабочие схемы оказались безнадежны испорчены. К сожалению, черт только-только начал конкретизировать причины своего возмущения:
- Крысы канцелярские! Совсем обалдели! Сидите тут по кабинетам, задницы отращиваете! Все соки из трудового демона вытянули.
От избытка эмоций, черт слегка пошатнулся и задел животом письменный стол. Инерция вышла такая, что не успевшего ретироваться беса намертво прижало к стене. Эдвин почувствовал, как оранжевая слюна закапала ему по темечку.
- Мы – честные работяги, творим зло! На нас – честных трудягах, вся ответственность! А вы – гниды, только бумаги по столу гоняете. Мы ишачим от заката до рассвета! Я, в отличие от тебя, хмыренка, две сотни лет за пыточным станком простоял! Всё здоровье угробил! Ты знаешь, что у меня давление высокое и аппетит пропал!
Эдвин попытался отодвинуть прижатый чертовым мамоном стол. К сожлаению, с тем уже успехом он мог тащить на себе мертвого слона.
- Прошу, не надо кричать, - произнес бес.
Но черт и не думал успокаиваться. Наоборот, посчитав, что одной лишь словесной взбучки «вконец обленившейся канцелярской крысе» будет недостаточно, демон занес руку для удара. У Эдвина не было возможности увернуться. Стол, подпертый животом противника, плотно прижал беса к стене вместе со стулом.
Поняв, что единственный шанс сохранить мозг внутри черепа связан с магией, Эдвин вскинул руку и пробормотал защитное заклинание. Между чертом и бесом вырос силовой щит. К сожалению, на работника пыточной, где специализировались на колдунах и ведьмах, магия действовала плохо. Кулак черта прошёл сквозь щит. Волшебство Эдвина лишь сместило направление удара. Вместо головы в щепки разлетелся письменный стол.
К счастью, удар черта позволил Эдвину освободиться. Бес юркнул вниз и ловко проскочил между кривыми ногами противника.
- Стой, гадина! Убью! – заорал черт.
Монстр попытался наклониться и схватить беса, но огромный живот из врага стал Эдвину союзником. Вот уже три сотни лет палач, глядя вниз, не видел собственных ног.
- Пошёл прочь, таракан беременный! – крикнул Эдвин.
- Ах, ты!
Открыв дверь, бес выбежал в коридор. Черт бросился было в погоню, но прежде, чем ему удалось развернуть своё неуклюжее тело на сто восемьдесят градусов и покинуть кабинет, прошла добрая минута. За подаренное время Эдвин успел спрятаться за одним из выставленных в коридоре стеллажей.
Выйдя из кабинета, черт продолжил громко ругаться, однако, стеллажи бить не стал, удовлетворившись разгромом кабинета Эдвина.
Сначала бес хотел пробежать к переговорному кристаллу и вызвать охрану, но быстро передумал.
«Замучаешься потом объяснять, почему отказался помочь адскому пролетариату! – подумал Эдвин, - стоит лишь пальцем тронуть «забитого и угнетенного работягу», как получишь выговор на сто лет вперед».
Бес решил просто подождать, когда черт уберется восвояси. По счастью, тот уже начал выдыхаться.
Заново объяснив, что именно на честных трудягах держится весь Ад, а разжиревшие в канцелярии бесы должны по первому требованию рабочих масс выполнять любое их желание, черт медленно побрел к выходу.
- Вот станет негде колдунов и ведьм пытать, вы меня вспомните! – напоследок рявкнул он, - потом будете штаны рвать, искать деньги на расширение пыточной.
«А ведь он прав, - подумал Эдвин, - без техусловий архитектор не начнет работу над проектом. Каждая статья бюджета требует обоснования. Выделят мало средств, и грешников станет негде размещать, выделят чересчур много, и денег не останется на реализацию других проектов, а площади будут простаивать. Разумеется, виноват во всём будет не «беременный таракан», а «дурак-архитектор» создавший неправильный проект. В итоге новое снижение КПЗД. А это: выговоры, депремирование, кадровые перестановки. Короче говоря, за неимением достоверных данных вопрос о расширении пыточной будет решаться до тех пор, пока переполненное здание окончательно не развалится. Тогда вмешается Великий Канцлер. Бюрократы с «попой в мыле» начнут перетряхивать бюджет, выискивая деньги на срочный ремонт. В итоге сделают дорого и, кончено, плохо».
Бес устало вздохнул. Ещё один камень на пути Армагеддона.
- Ну, почему все вопросы нельзя решить нормально? – прошептал куратор, прячась за стеллажом.
Вопрос повис в воздухе.
«Ладно, меня это не коснется, - подумал Эдвин, - черт не обращался официально, а в моей должностной инструкции нет положения, согласно которому я обязан вести статистику распределения душ по пыточным».
Наказать беса не могли, но Эдвин, всё равно, почувствовал себя неудобно. Важная задача, необходимая для победного шествия зла, снова не могла разрешиться из-за банальности.
Неожиданно Эдвина осенила идея. Пробежав по коридору, бес выскочил на лестничную площадку. По счастью, черт не успел уйти далеко.
- Постойте, у меня есть идея!
Демону понадобилось время, чтобы поднять голову вверх.
- Ах, вот ты где!
- Я знаю, как решить дело! Спросите самих грешников!
- Чего? – не понял черт.
- Когда пытать будете, заодно спросите, сколько каждый в пыточной просидел. Вот, вам и статистика!
На лице черта мелькнуло озарение.
- А ведь верно! – обрадовался он, - жаль, долго. Пока каждого расспросишь. Эх! Опять нам – честным работягам, за вас - крыс канцелярских, ярмо тянуть. Всё на трудягах держится! Так есть, и так будет. Ладно, скотина бумажная, бывай!
- До свидания, - сухо произнес Эдвин.
Не соизволив поблагодарить беса за идею, черт продолжил спускаться вниз по лестнице.
Эдвину ничего не оставалось, как вернуться в свой кабинет. К его удивлению у двери его ждал новый гость. Правда, на сей раз – хороший знакомый.
- Привет, Эдвин, - сказал он.
- О! Стив! Рад видеть!
В аду грешникам полагалось страдать, но из любого правила бывали исключения. Если грешник способен помочь дельным советом, то почему бы не заменить мучения продуктивной работой в Аду? Ради повышения КПЗД, разумеется. У многих талантливых личностей самому Дьяволу было не зазорно пройти стажировку. Правда, иногда поступали жалобы от вездесущих юристов, вроде: «Мы за жизнь не совершили и миллионной доли тех злодеяний, что устроили Франклин, Уинстон, Иосиф и Адольф, так почему нас по двенадцать часов в день на адском пламени держат, а они в кабинетах сидят? Попивают коньяк, курят и вспоминают былое».
Желая минимизировать судебные издержки, Великий Канцлер распорядился называть грешников, освобожденных от мучительных процедур, по именам и первой букве фамилии.
Стив Дж. стал последним грешником, коего в Аду сочли полезным для повышения КПЗД. Поговаривали, будто Ангел Яда, по просьбе Великого Канцлера, убил Стива раньше положенного тому срока. Андамелех, посетив Землю во время отпуска, заинтересовался последними результатами научно-технического прогресса. Наметанный взгляд Великого Канцлера разглядел в странных вычислительных машинах людей огромный потенциал.
Стива Дж. сочли наиболее подходящей кандидатурой для внедрения в аду новых прогрессивных технологий. Эдвин, как молодой, а потому лояльно относящийся к инновациям работник, сдружился с грешником.
- Проблемы? – поинтересовался Стив.
Эдвин отмахнулся
- Мне нужен новый письменный стол, - пробормотал бес, - и по какой статье расходов его «выбить»? Проклятье! Как всё не вовремя! Просто черная полоса.
Стив Дж. почесал подбородок. Вообще-то на эфирном теле щетина не росла, но привычку, выработанную за долгие годы грешной жизни, было не так-то легко побороть.
- Брось! Стол – это вчерашний день! Прогрессивному человеку…тьфу… демону подобный предмет мебели не нужен!
- Правда? А куда прикажешь ставить, изобретенные тобой ящики? – спросил Эдвин.
Несмотря на юный возраст, бес предпочёл не ломать язык, употребляя слово: «эфирологиковычислительный механизм». То, что выглядело, как ящик, бес предпочитал именовать ящиком.
Во время пыток души смертных выделяли пятый элемент материи – пресловутый эфир. Стив Дж. каким-то лишь одному ему ведомым способом научился управлять им, пуская волны эфира длинными и короткими пучками. Собираемые гением ящики обрабатывали эфирный сигнал и производили вычисления. Эдвин не мог понять всего, но сам видел, как на кристаллических экранах «эфирологиковычислительных механизмов» появляются буквы, цифры и даже картинки.
- Вчерашний день! – гордо произнес Стив, - смотри, моё последнее творение!
Улыбнувшись, грешник протянул руку. На его ладони лежала маленькая плоская коробочка, напоминающая футляр для очков.
- Что это? – удивился Эдвин.
- Компактный «логиковычислительный механизм» на эфирных кристаллах. Работает в два раза быстрее, при минимальных размерах и весе. Вдобавок, в нём есть новые революционные возможности по сканированию кармического поля Земли! Это бомба, понимаешь Эдвин? Я держу в своих руках то, что изменит жизнь всего Ада!
Эдвин покачал головой. Гениальный грешник явно опережал своё время. Великий Канцлер поощрял работу Стива, рассчитывая, что замечательные ящики позволят на порядок повысить скорость и точность бумажной работы, а в перспективе и вовсе от неё отказаться. Андамелех поставил перед Стивом задачу: через полторы тысячи лет полностью перейти на магический документооборот. И вот, спустя два года, талантливый грешник готовился отчитаться в исполнении задачи. Эдвин знал – это катастрофа! Департамент инвестиций уже согласовал бюджет исследований на пятьсот лет вперед, и на первые полвека деньги уже были освоены. Вдобавок, Адский Политехнический Университет обещал подготовить разбирающихся в новшестве выпускников только через три сотни лет.
Все планы были одобрены и подписаны (согласовать их с самим грешником никто не додумался). Не пересматривать же теперь сложную инвестиционную программу из-за такого пустяка, как достижение конечного результата?!
- Жаль мне тебя, Стив, - грустно произнес Эдвин.
Обследовав останки письменного стола, бес нашел чудом уцелевшую бутылку коньяка.
- Почему? – спросил грешник.
Эдвин задумался, соображая, как объяснить Стиву, что уже созданные им ящики не ускорили, а замедлили работу канцелярии. Сам Эдвин быстро оценил огромные возможности изобретения. Увы! Этого нельзя было сказать о других демонах. Желая помочь Стиву, бес добился от Департамента злых разработок выпуска опытной партии в десять тысяч ящиков. Изобретение, опять же не без помощи Эдвина, распространили среди работников канцелярии.
К сожалению, ознакомившиеся с новинкой демоны разделились на две больше группы.
Первая (возрастом преимущественно за тысячу лет) смотрела на прогрессивные «хреновины», как на чужеродный объект, порожденный больным разумом. Народ чертыхался, плевался и старался обходить непонятные ящики стороной (вдруг они разносят порчу?). Объяснить что, нажатием всего пары кнопок, можно узнать полезную информацию или оформить важный документ, было невозможно. Пожилые демоны впадали в панику, искренне не понимая, чем сумасшедшей молодежи не угодили перо и чернила? От свитков и пахло приятно, а от эфирного излучения «хреновин» начинали болеть глаза.
Представителям второй группы ящики понравились. К сожалению, молодежь быстро обнаружила, что с помощью новинки можно не только составлять документы, но и по невидимым эфиро-информационным волнам доставлять сообщения друг другу. Одна молодая суккуб, в полной мере освоившая изобретение, ошиблась со словами заклинания и направила письмо в ящик Эдвина. Глазам беса открылась многостраничная переписка, посвященная обсуждению сексуальных, карьерных и денежных возможностей мужской части канцелярии. Эдвин тогда не растерялся и, подписавшись женским именем, слегка подкорректировал приписываемый ему потенциал. Результат не заставил себя долго ждать. Такой плотности свиданий с Эдвином не случалось за всю жизнь.
Ничего не стоило продолжать в том же духе, но бес понял - ящик не повысил, а снизил эффективность работы. Бес впервые за долгие годы не успел оформить договор к сроку. Подобное снижение КПЗД угрожало успеху Армагеддона, и Эдвин, во имя общего дела, предпочёл отказаться от ящика.
Бес закрыл глаза и представил хаос, который начнется в канцелярии, если «подсевшие на ящики» перейдут на «коробочки», которые они смогут носить с собой.
«Намертво работа встанет!» – подумал Эдвин.
- Да, ты только посмотри! Посмотри! – наседал грешник, - это же революция!
То, что любопытство сильнее благоразумия - известно издревле. В конце концов, если бы не любопытство одной сотворенной из ребра особы, люди и про грех бы ничего не узнали.
Эдвин внимательно посмотрел на игрушку Стива.
- Выглядит неплохо, - осторожно произнес бес, - тебе удалось уменьшить размеры деталей?
Грешник довольно просиял.
- Ничего подобного! Ты видишь перед собой совершенно новую технологию! Мне удалось подобрать заклинание, которое создает постоянную связь с кармическим полем.
Любопытство нарастало.
- А подробнее? – попросил бес.
Стив решил показать на примере. Довольно улыбнувшись, грешник произнес заклинание. В воздухе появился большой магический шар. Эдвин открыл рот от удивления, но чудеса только начинались. Магическая энергия начала сгущаться и на поверхности шара появились очертания континентов Земли. Примерно через минуту, стали отчетливо различимы: горные массивы, крупные реки, снежные шапки на полюсах, желтые пески пустынь.
Довольный Стив произнес ещё несколько волшебных слов. Шар вырос в размерах, и на его поверхности возникли города.
- Вот это да! – ахнул бес.
- Эфир пропитывает всю землю, - начал объяснять Стив, - но в отличие от электрического и магнитного полей, призрачная материя имеет «память формы». Погляди, видишь большую красную точку! Это негативные эмоции! Отчаяние! Боль! Ярость! Чувства людей проецируются в кармическое поле! Готов спорить, здесь совершился акт геноцида! А вот здесь началась освободительно-миротворческая операция!
Эдвин внимательно посмотрел на карту.
- Странно! – заметил бес, - ни Департамент геноцида, ни Департамент защиты демократии ничего не сообщали о конфликтах в данных регионах.
Стив посмотрел на беса. Его взгляд красноречиво говорил: «Думаешь, они об этом знают?».
Эдвин давно подозревал - документальные базы ряда Департаментов запущены до такой степени, что они узнают новости, читая земные СМИ. А если журналистам, не без помощи Департамента по борьбе со свободой слова и распространению свободы лжи, заткнули рты, то важное злодеяние могли легко упустить из виду. А, следовательно, ни геноцид, ни разбросанные семена демократии (по несколько тонн в тротиловом эквиваленте каждое) не вошли в расчет КПЗД.
- А что за голубые точки? – спросил Эдвин.
- Увы, здесь совершаются добрые дела!
- В эту самую минуту?
- Не совсем. Информация поступает в прибор примерно с часовым опозданием, но мы работаем над проблемой. Я нашёл хорошего прорицателя, он реально способен заглядывать в будущее. Если Великий Канцлер даст добро и согласиться освободить его из Пыточной №66613, я смогу перенастроить прибор, и тогда можно будет заранее предсказывать хорошее дела и направлять силы зла на перехват.
- Потрясающе! – только и сумел сказать Эдвин, - получается, можно узнать о всех добрых и злых деяниях прошлого, настоящего и даже будущего?
- Да. Только представь, ты сможешь заранее узнать о приготовлениях ведьм к шабашу! Тогда не нужно будет оформлять никаких договоров. Получив сведения, ты заблаговременно известишь Князя Тьмы, и Он сам, без всяких приглашений, явится на шабаш. Никаких дурацких заявлений и прочих бумажек.
Эдвин представил, сколько бумажек понадобится, чтобы: сначала получить заявление от предсказателя, потом утвердить его в Департаменте злых прорицаний, затем направить запрос в Департамент распоряжения адским временем, затем….
- С помощью заклинаний можно пресекать добро на корню и эффективней распространять зло, - продолжал разглагольствовать Стив, - сравнивать результаты настоящего с прошлым, заранее предугадывать последствия наших решений в будущем! Ещё пара деталей нуждается в доработке, но в целом, конструкция работает. Вот я и направился к тебе.
- Между прочим, - встрял Эдвин, - а почему именно ко мне? Я, всего на всего, старший куратор. Вдобавок, мой Департамент не занимается опытно-конструкторскими работами.
В печальном вздохе Стива прозвучала вся горечь мира.
- Ты единственный работяга!
Эдвин вспомнил недавнего черта.
- Что ты имеешь в виду?
Новый вздох Стива вышел ещё печальнее.
- Я знаю, ты не обязан помогать, но….Понимаешь, когда вокруг прохлаждается куча бездельников, воспринимающих любую инициативу, как нагрузку на себя любимых! Когда все их мысли направлены на то, как бы поделикатнее послать тебя ко всем чертям, то…
Стив выразительно посмотрел на беса.
- …то управлять начинает тот, кому не всё равно. Если не де-юре, то де-факто, ты, Эдвин, один из самых влиятельных демонов канцелярии!
Бес печально посмотрел на останки своего письменного стола.
- Что-то я не вижу мордоворота, защищающего столь уважаемого демона, как я, от агрессивных тружеников кнута и каленого железа.
Стив Дж. попытался поправить на носу давно не существующие очки.
- Ответственность вознаграждается дополнительной работой, а не привилегиями.
- Тогда зачем мне всё это нужно?
- А тебе не всё равно.
- Почему?
- Откуда я знаю? Это тебя нужно спросить.
На некоторое время воцарилось молчание. Эдвин впал в мрачные размышления. Стив терпеливо ждал.
Армагеддон! Мечта увидеть Ужасный Конец, в который приободрила беса.
- Я не против помочь тебе, Стив, - сказал Эдвин, - но у меня сейчас настоящая запарка!
Изобретатель сочувственно кивнул.
- И какому сроку? – спросил он.
- Как обычно всё нужно было сделать ещё вчера. Запрос от самого Князя Тьмы!
- О!
И тут Эдвина осенило!
- Ну-ка, покажи ещё раз твою карту!
Стив пробормотал заклинание. Эдвин начал внимательно изучать красные и синие точки.
- Чем краснее точка, тем больше зла и наоборот. Верно?
- Абсолютно.
У беса загорелись глаза!
- Какова погрешность измерений по сравнению с реальным эфирным полем?
Лицо Стива слегка помрачнело.
- Семь процентов, - выдавил из себя он, - но я работаю над проблемой! Уже в следующей версии…
- Хорошо-хорошо, - перебил бес, задрожав от волнения, - а твой прибор может сам подсчитать сумму точек.
- Разумеется!
- Превосходно! Стив, ты гений! Дай мне свою игрушку!
Эдвин принял изобретение с таким видом, будто Стив вручил ему философский камень.
- Где нажимать?
- Я думаю, нам стоит начать твоё обучение с ряда дополнительных возможностей…
- Дьявол с твоими дополнительными возможностями. Как для тупого, объясни, что и куда тыкать?
Взяв перо и чистый свиток бес приготовился внимательно слушать и записывать.
- Хорошо, - произнес Стив, - сперва нажми на эту кнопку, затем произнеси заклинание активации. Стоит дополнительно отметить…
- Не надо ничего дополнительно отмечать!
- Как скажешь.
VI
После разгрома кабинета, бесу пришлось найти новое место для работы. Пройдя в столовую, Эдвин устроился за свободным столиком и, разложив перо и чернила, начал сочинять письмо.
Увы, час мучений завершился безрезультатно. Бес не смог «выдавить из себя» ни строчки.
Руководство поставило четкую задачу: подсчитать по бланкам договоров, увеличился ли КПЗД за две тысячи лет на 666%? Остальное верхушку не интересовало.
«И как доказать, что есть альтернативное решение? – размышлял Эдвин, - нет, доказать на простом и наглядном примере несложно, но только обычному демону! Когда же обозначенный демон находится при исполнении служебных обязанностей, доказательством служит лишь внушительная печать и подпись большого начальника».
Вездесущий КПЗД – Коэффициент Полезности Злых Деяний, в теории рассчитывался просто. Эдвин, хорошо учившийся в Адском Политехническом, знал - на любое действие требуется энергия. Но энергия не всегда полезна для Князя Тьмы. Когда убийца расправляется с жертвой, только часть работы направлена на злое деяние. Вдруг негодяй сожалеет, раскаивается или, того хуже, молит о прощении?
Для решения проблемы бюрократы присвоили каждому виду греха параметр – «тяжесть». Количество грехов подсчитывали, определяя по «тяжести» энергетическую ценность злодеяний. Результат делили на общее число людей на Земле, исходя из предположения, что в каждом человеке содержится примерно 100 единиц эфирной энергии на килограмм веса. Далее путем несложных расчетов выводилась цифра, показывающая сколько «чистого зла» совершенно в процентном соотношении от мирового запаса эфира. Если показатель увеличивался, значит, Князь Тьмы побеждал, и Армагеддон приближался.
Адская Канцелярия рассчитывала КПЗД со дня своего основания. Простая в теории методика на практике имела ряд сложностей. Во-первых, «тяжесть» греха рассчитывалась условно. Творец отнюдь не облегчал задачу! Посылаемые Им на землю пророки часто меняли нормы морали и то, что тысячу лет назад считалось безусловным злом (например, личная гигиена) сейчас возводилось в добродетель. Во-вторых, зачастую благо одного становилось злом другого. Солдат, убивший врага, совершил зло, но если в этот момент он защищал свою Родину, как тогда быть? Слишком много тонкостей, а юристов в рай не пускают.
В расчет КПЗД постоянно вносились дополнительные поправочные коэффициенты. Из года в год методика менялась и совершенствовалась. В итоге, приходилось пересчитывать КПЗД, сводя статистику к единому знаменателю.
Тяжелая, очень тяжелая работа, над которой трудились сотни тысяч демонов!
И вот сегодня какой-то Стив Дж. изобрел «коробочку» позволяющую наглядно измерить количество злого и доброго эфира! Правда, с погрешностью в семь процентов.
Но не это главное!!! «Коробочка» Стива наглядно доказывала - Армагеддон можно и нужно начинать! Даже за вычетом семи процентов концентрации зла хватало! Всадникам Апокалипсиса уже давно следовало возвестить людей об Ужасном Конце!
Оставалась одна маленькая, но непробиваемая стена – бюрократия. «Коробочка», легко умещающаяся в руке, не являлась документом. За изобретением не стояли толстые инструкции и размашистые подписи. Выходит, формально коробочки не существует!
Если имеется бумажка с печатью, что небо фиолетовое, значит, небо фиолетовое. Неважно, каким его видят твои собственные глаза. Глаза не являются «принятым к учёту средством определения цвета неба».
Эдвин застонал в бессильном отчаянии. Решение всех проблем находилось у него в руке, но как донести его до Князя Тьмы?
Служебное письмо? Не годится. Кровомара ни за что не пропустит. Чтобы со стороны НАШЕГО Департамента отправилось письмо, посвященное вопросу, находящемуся ВНЕ компетенции Департамента? – Нет! Только через старухин труп!
Секретариат тоже не зарегистрирует письмо. Какой такой эфировычислитель? Что это за фиговина? Что за непонятные красные и синие точки? Ах, они говорят, о концентрации зла и добра на земле? Хорошо, но где записано, что секретариат должен принимать странные волшебные коробочки в качестве приложений к письмам? Нужно разрешение Департамента высоких технологий. Прибор обязан пройти приёмку Департамента дьявольских средств измерений. Всего 300-400 лет согласований и проблема решена! Делов-то. Но у Эдвина не было столько времени.
- Да плевать на всех! Нужно идти к Великому Канцлеру! – воскликнул куратор.
Увы, на этом пути тоже возвышалась стена, сравнимая по габаритам с Великой Китайской.
Бес начал вспоминать, в какие дни лорд Андамелех принимает работников по личным вопросам.
«Вроде, каждую пятницу тринадцатого, но только по зимним месяцам и високосный год - размышлял Эдвин, - а за десять лет до предполагаемого визита следует изложить суть своего вопроса представителю Адского Профсоюза и начальнику Департамента по развитию демонического персонала. А профсоюзник и кадровик меня отошьют, ведь коробочка Стива не попадает под определение – «личный вопрос работника». Ка-та-стро-фа!».
Оставалась ещё одна официальная возможность увидеть Великого Канцлера – торжественное собрание. За добросовестный труд Эдвина не раз премировали и удостаивали почетной грамотой. Несколько раз Великий Канцлер в торжественной обстановке под аплодисменты передовиков дьявольского производства пожимал бесу руку.
Увы, этот вариант тоже не годился. Во-первых, следующее торжественное собрание намечалось на Хэллоуин, до которого ещё предстояло дожить. Во-вторых, не факт, что на сей раз Эдвина пригласят. Ну, забудет господин Пофигнавсёж ответить на запрос Департамента по премированию работников, и облом. Грамоты не будет. В-третьих, и это САМОЕ ВАЖНОЕ! На торжественных производственных собраниях говорить, собственно, о производстве не полагалось. Следовало принять грамоту, пожать руку Великому Канцлеру и произнести: «Спасибо всем! Я рад, что меня заметили!». Всё!
- Остается одно! Напрямую идти к лорду Андамелеху, - произнес Эдвин, - наплевать на всё! Просто вломиться к нему в кабинет и потребовать выслушать!
По спине беса пробежал холодок. Он сам испугался своей мысли. Эдвин – добросовестный работник, безукоризненно следующий всем правилам, задумал пойти наперекор мудрым инструкциям, ради какого-то там Армагеддона и торжества зла на земле! Что за глупость!?
Нет, одним коньяком здесь было не обойтись. Бес заказал себе две стопки обогащенного серой спирта.
- Если, смогу передвигаться, то пойду к Великому Канцлеру, - пообещал сам себе Эдвин.
Две стопки ушли в желудок словно вода. От волнения бес даже не захмелел. Завернув, коробочку в свиток с записанной со слов грешника инструкцией, Эдвин встал из-за стола. Неожиданно ему вспомнилась одна неординарная душа, вот уже две тысячи лет консультирующая Князя Тьмы по политическим и государственным вопросам.
- Жребий брошен! – объявил бес.
Первые двадцать этажей до приёмной Великого Канцлера Эдвин пролетел словно на крыльях. Следующие десять он прошёл спокойным уверенным в себе шагом. Последние тридцать бес плелся будто преступник на плаху, так и норовя свернуть в сторону. Ноги Эдвина сделались будто ватными.
Неожиданно бес открыл в себе тягу к бессмысленному общению. Он поздоровался со всеми встречными демонами. Долго и нудно рассказал каждому, как у него дела. Интересовался последними слухами и проблемами, расспрашивал про общих знакомых, даже если видел оных пару минут назад в соседнем коридоре.
Ничего помогло! К ужасу беса расстояние между ним и приёмной неумолимо сокращалось. Спустя три часа, Эдвин увидел массивную дверь из красного дерева. Золотая «табличка» размером примерно два на два метра возвещала: «Великий Канцлер Ада – лорд Андамелех».
Перед дверью за большим письменным столом сидела изящная суккуб. Сперва Эдвину показалось, будто в ад неожиданно спустился ангел, ибо демонических созданий с небесно-голубыми глазами и длинными молочно-белыми локонами он до этого дня не видел. Однако изогнутые вниз крылья и изящные едва-едва проглядывающие из-под волос рожки не оставляли место сомнениям.
Длинные стройные ноги, нежная лебединая шея и, разумеется, большой размер груди девушки наглядно демонстрировали посетителям высокое положение и огромный авторитет Великого Канцлера.
Помимо неземной красоты, суккуб оказалась великолепно обучена, поскольку сумела заранее оторваться от маникюра и поприветствовать Эдвина.
- Добрый день, - произнесла она, - рада видеть. Могу я чем-нибудь помочь?
От подаренной ему лучезарной улыбки бес впал в ступор и на мгновенье забыл обо всем на свете.
- Ээээ…помочь?
Эдвин никогда бы не поверил, что женская улыбка может стать ещё милее, а взгляд ещё приветливее, но реальность превзошла его ожидания.
- Вы находитесь в приёмной Великого Канцлера Ада, лорда – Андамелеха. Я – Марина, его личный секретарь. Чем могу помочь?
«Марина, какое чудесное имя», - подумал Эдвин.
Суккуб вопросительно выгнула изящную бровь. Бес понял, она чего-то ждёт.
«Видимо, ответа на свой вопрос», - сообразил догадливый бес.
- Мне… ээээ… нужна…ээээ… личная аудиенция у Великого Канцлера.
- Хорошо, - ответила суккуб.
- Правда? – искренне удивился Эдвин.
- Конечно. Великий Канцлер принимает работников по личным вопросам каждый високосный год….
Суккуб заученной скороговоркой начала рассказывать Эдвину процедуру записи на аудиенцию. Бес прекрасно всё помнил, но не смог отказать себе в удовольствии послушать мелодичный голос Марины. Суккуб рассказывала о порядке согласования цели аудиенции с представителем Адского Профсоюза по приложению №13 формы №63166 от 02.02.1666, будто призналась в любви.
- …и тогда, имея на руках вышеуказанные документы, подписанные в секретариате, вашем Департаменте, а так же у начальника Департамента по охране труда, вы в сопровождении представителя Адского Профсоюза и начальника Департамента по работе и развитию персонала, явитесь сюда; и Великий Канцлер примет вас. Если, конечно, он не будет в отъезде по служебным делам, - закончила суккуб.
- Это всё понятно, - сказал бес, - но, поверьте, мне нужно увидеться с Великим Канцлером, как можно скорее.
- Тогда вам стоит немедленно начать собирать документы.
- Нет, вы не поняли, это связано с запросом Князя Тьмы!
- Согласно резолюции Великого Канцлера ответственным за формирование отчета Люциферу является начальник Департамента адской статистики.
- Да, но в отчете нет необходимости! – запротестовал Эдвин, - я хоть сейчас могу дать ответ на запрос.
Суккуб поправила свои белоснежные локоны.
- Простите, я не знаю в лицо всех работников канцелярии. Скажите, вы случайно, не работаете в Департаменте по контролю над буйными психами?
- Нет.
- Тогда вы должны понимать, что форма отчета Князю Тьмы утверждена, назначен ответственный исполнитель. Вдобавок, ваш вопрос имеет служебное, а не личное значение.
- Я понимаю. Поверьте! Всё понимаю, но это очень важно и очень срочно! Только у Великого Канцлера есть…
- Вы пьяны? – перебила беса Марина.
- Что!? Нет!
- От вас пахнет спиртным.
- Не обращайте внимания! Всего полбутылки коньяка и две стопки спирта! Я трезв, как сапожник! Тьфу….В том смысле, что ни в одном залитом глазу!
Суккуб выразительно посмотрела на беса. Эдвин сделал последнюю попытку оправдаться.
- Послушайте, я понимаю, всё это выглядит глупо, но у меня и впрямь срочное дело к Великому Канцлеру, и я не спятивший алкоголик. Возможно, сейчас именно вы, а не какой-нибудь архангел с огненным мечом, встали на пути Армагеддона! Понимаете?
На прекрасном личике суккуба отразилось сомнение.
- К сожалению, я ничем не могу вам помочь, - сказала она.
- Но, почему?!
- Вдруг Великий Канцлер мне что-нибудь скажет?
Бес в беспомощном отчаянии поднял глаза в земную твердь. Эту фразу он слышал постоянно, но никак не мог понять её смысл. «Вдруг мой начальник что-нибудь мне скажет», - испуганно отговаривались от любых инициатив работники канцелярии. И ведь никто не знал, скажет или нет, а даже если скажет, не факт, что за этим последует наказание. Однако слабый намёк на недовольство, вдруг появившейся на лучезарном лица шефа, вгонял матерых демонов (храбро сражавшихся с ангелами и праведниками) в необъяснимый ужас. Эдвин всё время пытался понять, с какой целью работники стремятся отгородить больших начальников от неприятных известий? Разве «большие шишки» получают зарплату не для того, чтобы решать действительно важные проблемы?
- Ну, свалите всё на меня, - предложил Эдвин, - скажите, что я, буквально, заставил вас себя пропустить.
На лице Марины отразился страх.
- Нет, что вы. Вдруг Великий Канцлер спросит, почему я не вызвала охрану?
Эдвин уже был готов разрыдаться.
- Ну, соврите что-нибудь…
- Лгать Великому Канцлеру?! – театрально возмутилась суккуб.
Эдвин почувствовал в её голосе фальшивую нотку.
«Можно подумать, я сам никогда не обманывал господина Пофигнавсёжа», - подумал бес.
- Тогда, просто извинитесь. Уверен, даже Великий Канцлер простит такую женщину, как вы.
Бес попытался льстиво улыбнуться. Вышло у него так себе, но довольная Марина кокетливо поправила белоснежные локоны.
- Это верно, - произнесла она, - но, всё же… вдруг Великий Канцлер что-нибудь мне скажет? Нет, и не просите!
- Может, хотите шоколадку из крови младенцев или… или… деньги!? У меня есть сбережения.
«В конце концов, после Армагеддона золото мне не понадобится, - подумал Эдвин, - страданий и несчастий хватит на всех демонов».
Бес достал кошелек.
- У меня при себе сто дьявольских червонцев. Завтра принесу в десять раз больше!
Раскрыв кошелек, бес рассыпал по столу монеты.
- Вот берите!
Изящная ручка суккаба потянулась к деньгам. Увы, неожиданно в прекрасной женской головке что-то щёлкнуло, и алчный взгляд сменился выражением ужаса и презрения.
- Так ты из Департамента внутренней безопасности! – рявкнула девушка, - провокацию решили против меня устроить! Выслужиться захотел, гадина! Взятку мне принес! А, ну, проваливай отсюда, ищейка проклятая!
- Я не…
- Вон!
Решительный взгляд суккуба не оставлял возможности для маневра. Эдвин понял, убедить Марину не удастся. Оставалось только прорываться с боем.
- Да, ну, тебя! – воскликнул Эдвин, - так пройду! Мне нужен Великий Канцлер!
Бес бросился к вожделенной двери.
- Стой! Не пущу!
- Пошла к черту!
Очутившись у двери, Эдвин потянул ручку на себя. К сожалению, бес ошибся. Дверь открывалась вовнутрь. Оплошность стоила Эдвину нескольких секунд, за которые суккуб успела среагировать. Марина подскочила к бесу и нанесла ему размашистый удар. К удивлению для самого себя, Эдвин отлетел от двери. Силы хрупкой на вид суккуба хватило, чтобы отбросить куратора к противоположной стене.
- Не пущу! Не пррройдешь!
Нежный миловидный голосок вдруг сменился звериным рыком.
- Убирррайсяяя! Ррррр! Вдрррруг Великий Канцлеррррр что-нибудь мне скажет?
Поднявшись на ноги, Эдвин с ужасом увидел, как тело девушки начало изменяться. Белые волосы, обратились черной шерстью. Обаятельные пухлые губы стали звериной пастью, заполненной двумя рядами острых, как ножи, зубов. Голубые глазки налились кровью. Самое страшное, плечи Марины вдруг расширились, из них выросли две волчьи головы!
Перед Эдвином предстал цербер! От былой красотки остался лишь изящный маникюр на острых когтях.
- Не пррропущу!
Цербер бросился в атаку. Бес едва-едва успел отскочить в сторону. Вскинув руку, Эдвин пробормотал заклинание и наложил на себя магический щит. Бес знал, его волшебство долго не продержится, но слуга Ада уже и не надеялся выжить.
- Во имя Армагеддона! – закричал Эдвин и бросился к двери.
Цербер настигла беса одним прыжком. Волшебный щит слетел с одного удара. Не устояв на ногах, старший куратор злых договоров растянулся на полу.
Издав зловещий рык, цербер нависла над бесом, лишив его возможности подняться.
В последней отчаянной попытке, Эдвин перевернулся на живот и просунул коробочку Стива в щель под дверь.
«Надеюсь, Великий Канцлер разберется, что и куда нажимать» - подумал бес, за секунду до того, как почувствовал дикую, мучительную боль.
VII
Когда дым над пентаграммой рассеялся, волшебник лишился дара речи. Если прошлый раз облик беса просто насторожил чернокнижника, то сегодня привел его в ужас. Обмотанный с ног до головы бинтами, Эдвин напоминал мумию. Красное лицо беса превратилось в один сплошной фиолетовый синяк. Однако наибольшее впечатление на чернокнижника произвёл обрывок откушенного уха с отчетливыми следами зубов.
- Что… что случилось? – с подлинным беспокойством поинтересовался чернокнижник.
- Снаружи, они все красавицы, а внутри – злобные стервы, - коротко объяснил бес.
- А что с моим договором?
Эдвин устало вздохнул.
- Не до тебя сейчас…
- Да как ты смеешь!? – вскипел волшебник.
- Ой, да катись колбаской.
Дикое, просто неестественное равнодушие в голосе Эдвина обескуражило волшебника. Ответные слова буквально застряли в горле.
- Но…Но…
Бес припомнил некоторые речевые обороты своего недавнего знакомого чёрта. Решив перенять полезный опыт, бес набрал в лёгкие побольше воздуха, открыл рот и высказал волшебнику, своё мнение: о нём, его душе, и, в особенности, о смысле работы в Адской Канцелярии.
- Отцепись от меня, индюк козявочный! Ты – чмо, а не волшебник! Правильно, она от тебя ушла, с таким чудилой на букву «м», даже хромая косоглазая старуха жить не захочет.
Тактика быстрого перехода к оскорблениям оказалась гораздо эффективней долгих объяснений. У волшебника не возникло никаких дополнительных вопросов. Переговоры с клиентом прошли на удивление быстро.
VIII
- Поганый колдунишка! – выругался бес, - нашёл время призывать!
- Тише, тише, Эдвин. Успокойся, - посочувствовал Стив, - тебе вредно волноваться.
- Это верно! – согласился куратор, - беспокоиться, переживать, думать о работе, заниматься хоть каким-либо общественно-полезным трудом! Всё это крайне вредно для здоровья!
Стив сочувственно похлопал бедолагу по плечу. Раны, нанесенные цербером, заживали медленно. Слава Дьяволу, хоть самое ценное бес сумел уберечь, кое-как вырвавшись из когтей и зубов миловидного секретаря.
- Дай, выпить! – попросил Эдвин.
Изобретатель с готовностью обновил рюмку. Кроме коньяка, никаких обезболивающих в кабинете куратора не нашлось. Цеховой врач-терапевт, приходивший с месяц назад, взял с Эдвина сто пятьдесят подписей за каждое лекарство, указанное в реестре, но аптечку не выдал (слишком много весили бумаги). Обещал, занести потом.
- Брррр… - помотал головой бес, залпом осушив чашку.
Не обладающему желудком Стиву, выпивать было просто некуда, но из солидарности изобретатель понюхал содержимое своей рюмки.
- Как будешь оформлять травмы? – спросил грешник, желая отвлечь друга, - напишешь, что упал с лестницы? А если обратят внимание на следы зубов?
- Да, ничего я не буду писать! Надоело!
- Но из Департамента…
- Да, пошли они! – перебил Эдвин – пусть, сами пишут, чего хотят.
- Но…
- Наплевать! – отрезал бес, - налей-ка ещё!
Стив с беспокойством посмотрел на уже порядком опьяневшего друга, но возражать не стал.
Однако «утопить горечь в горячительном» бесу не удалось. В дверь кабинета постучались, и снова гость не стал утруждать себя разрешением войти. Впрочем, нового посетителя нельзя было назвать гостем. Кровомара – секретарь господина Пофигнавсёжа, везде чувствовала себя хозяйкой.
Бес застонал, приготовившись получить нагоняй «в порядке общей очереди». Но сегодня обычно строгое и презрительное лицо суккуба исказил почти животный страх.
- Эдвин! Эдвин! Тебя вызывает Великий Канцлер! Немедленно! Ты слышал! Сам Великий Канцлер! – закричала Кровомара, не успев войти, - уже два раза объявили по горгульей связи!
Бес моментально протрезвел.
- Неужели сработало? – ахнул он, - я уже и не надеялся!
- Что сработало?! – испуганно переспросила Кровомара, - почему Великий Канцлер заинтересовался тобой? Ты писал ему какие-то письма? В обход меня и господина Пофигнавсёжа! Как ты мог!?
Если и существовало на свете более тяжкое преступление, чем отправка письма Большому Начальнику в обход утвержденного регламента, то Кровомара о нём не знала. Эдвин поспешил успокоить суккуба.
- Ничего я не писал…
- Слава Тьме!
- Я попытался самовольно ввалиться к нему в кабинет.
Кровомара замерла с широко раскрытым ртом и выпученными глазами. Где-то внутри её головы Вселенная вдруг перевернулась с ног на голову. Обычно на языке стервозной суккуба всегда вертелось несколько язвительных фраз для нарушителей «второго подпункта, шестого пункта, девятнадцатого параграфа, четырехсотого раздела», но сказанное бесом вызвало в мозгу Кровомары короткое замыкание.
- Старший куратор злых договоров, Эдвин! СРОЧНО пройдите в кабинет Великого Канцлера! - послышался из коридора металлический голос горгульи, - повторяю…
Превозмогая боль, Эдвин выпрямился и, подобно циркачу на ходулях, направился к двери. Бес успел проковылять два лестничных пролета, когда нос к носу столкнулся с бежавшим наверх господином Пофигнавсёжем.
- Эдвин! – ахнул начальник – что случилось? Почему тебя вызывает Великий Канцлер?
- Пока точно не знаю, - ответил бес, - но, надеюсь, Армагеддон вскоре наступит.
Эдвин довольно ухмыльнулся.
«Похоже, господину Пофигнавсёжу вдруг стало не по фиг на всё» - подумал бес.
Мимо куратора и его начальника вверх и вниз пробежали несколько демонов. Первая группа уже торопилась «застолбить» апартаменты Пофигнавсёжа, вторая (более скромная) ринулась к кабинету Эдвина. Никаких официальных решений от Великого Канцлера пока не поступало, но правила: «я здесь первый забивал» ещё никто не отменял.
IX
- О! Наконец-то вы пришли, - ласково произнесла суккуб, - Великий Канцлер уже заждался, даже велел повторить объявление! Проходите!
- Спасибо, - только и смог сказать Эдвин.
- А вы куда? – строго поинтересовалась Марина у господина Пофигнавсёжа.
- Я, вообще-то, его начальник и...
- Великий Канцлер велел пригласить только куратора Эдвина, никто другой не пройдет, - твёрдо объявила секретарь.
- Я начальник Департамента…, - начал было объяснять Пофигнавсёж.
- Только куратор Эдвин! - перебила суккуб.
- Но…
- Лучше вам с ней не спорить, - прошептал Эдвин на ухо шефу, - поверьте моему опыту!
Господин Пофигнавсёж прислушался к совету. В гордом одиночестве Эдвин проковылял в кабинет Великого Канцлера. В звуке запираемой за ним двери, бесу послышался скрежет надгробной плиты.
- О! Надо думать, вы старший куратор, Эдвин! - твердый начальственный голос не оставил бесу никаких шансов на отступление.
- Мммм…Да, лорд Андамелех. Вы, как всегда, проницательны, лорд Андамелех, - промямлил Эдвин.
- Проходите, присаживайтесь на любой из стульев.
Сегодня Великий Канцлер позволил себе отступить от протокола (кто ж ему запретит?). Вместо того, чтобы встречать подчиненного за письменным столом, сидя в высоком напоминающим трон кресле, Андамеллех возлежал на большом диване. Удобно устроившись на пухлых подушках, Великий Канцлер держал в руке золотой фужер.
- Что-то у тебя нездоровый вид, Эдвин, - сочувственно произнес Андамелех, - что-то случилось? Где-то упал?
- Да… Несчастный случай.
- На производстве?
Эдвину не хотелось лгать Великому Канцлеру, но писать очередную кипу бумаг, оформляя производственную травму, желания вовсе не было.
- Нет, личная глупость.
- Думаю, твоёму выздоровлению поспособствуют хорошая выпивка и добрая сигара. Угощайся!
Великий Канцлер указал на маленький журнальный столик. Эдвин увидел: причудливую пузатую бутыль, ещё один золотой фужер, коробку ароматных сигар и… прибор Стива!
Андамелех произнес короткое заклинание. Бутыль поднялась в воздух и наполнила пустой фужер загадочной голубой жидкостью. Одновременно из коробки вылетела сигара.
- Во имя Дьявола, не используй волшебный огонь для раскуривания, - сказал Великий Канцлер, - это портит весь вкус.
Демон протянул Эдвину тяжелую золотую зажигалку.
Пораженный столь неофициальным приёмом, бес неуверенно раскурил сигару. Откровенно говоря, к табаку Эдвин относился равнодушно, балуясь исключительно по пьяни, когда очередная рюмка коньяка в рот уже не лезла, а необходимость что-то вертеть в руках и зубах одолевала. В своё время бес даже сочувствовал идеям общества: «Здоровая Земля». Демоны, основавшие его, утверждали - табак наносит непоправимый урон торжеству зла. Некурящий человек реже болеет, стало быть, он меньше ходит по врачам, лишая их честного заработка. А стратегия роста безработицы, согласно директиве Канцелярии, должна была стать настоящим бедствием нового тысячелетия.
Согласно идеологам общества – здоровый образ жизни на Земле следовало всячески поощрять! Здоровый человек ходит пешком, стало быть, не покупает машину и не тратит деньги на автосервис. Он не ест химическую бурду, а потому не пользуется услугами диетологов и фитнес центров. Он не курит и не пьет, повергая в отчаяние государство, задравшие до небес акцизы. Таким образом, здоровый человек – есть величайшее зло для экономики, он источник безработицы и социальной нестабильности. «Здоровье – союзник Ада!», - гласил лозунг сообщества. Впрочем, Дьявол не поддержал прогрессивную идею. Князь Тьмы резонно заметил, что кризисы и нестабильность, хоть и толкают большинство людей в грех, однако, заставляют их задумываться о вечном и в итоге (о ужас!) искать путь к Богу. Экономический рост и процветание, по мнению Дьявола, создавали лучшую греховную атмосферу, тем самым способствуя успеху Армагеддона.
- Твоё здоровье, Эдвин! – произнес Канцлер.
Бес так и не понял, что именно он выпил. Вкус голубоватой жидкости не походил ни на один известный бесу напиток. Это было нечто настолько дорогое, что даже признанные мастера и ценители алкоголя смогли бы только притвориться, будто «поняли фишку», оставшись в таком же неведении, как и большинство любителей обыкновенной водки.
Эдвин закрыл глаза, всем видом показав, насколько он вне себя от блаженства.
- Неплохо, да? – улыбнулся Великий Канцлер.
Бес кивнул. Эдвин точно не знал, как следует поступить дальше, но решил подымить сигарой. По довольному лицу Андамелеха бес понял, пока он делает всё правильно.
- Интересную ты мне подбросил игрушку – произнес Канцлер, выпустив облачко дыма.
Эдвин не сразу понял, что речь зашла о коробочке Стива.
- Ты избрал довольно странный способ доставки, - посетовал Андамелех, - почему не записался на приём и не принес игрушку лично? Зачем вот так вот сунул под дверь? Я ведь едва-едва заметил на листе с инструкцией твоё имя.
- Но вы постоянно заняты…, - начал было Эдвин
- Ой, ли! – перебил канцлер, пригубив выпивку, - особенно сейчас! Прямо по макушку в бумагах зарылся.
Андамелех коварно улыбнулся.
- Марина – хорошая девушка, - сказал лорд, - но порой относится к своим обязанностям чересчур рьяно!
«Неужели он всё знает?» - подумал Эдвин.
- Она – чудесный работник, - продолжил Великий Канцлер, - именно благодаря ней я могу сидеть целыми днями, курить сигары, пить хорошие напитки и не выслушивать ходатайства многочисленных просителей. При этом я не просил её делать ничего подобного!
- Осмелюсь возразить, Великий Канцлер. Бывают вопросы первостепенной важности!
- Знаю, я потому и занимаю свой кабинет, чтобы решать вопросы первостепенной важности. Проблема в другом. Начальники Департаментов склонны любую проблему раздувать до вопроса первостепенной важности!
- Но ведь бывают ситуации…
- Бывают! Как раз в твоём случае! И, как видишь, ты здесь, у меня в кабинете. Выходит, твой вопрос действительно первостепенный. А если демон не готов рискнуть своей карьерой и решить проблему, значит, она не так уж и важна, верно?
Несмотря на весь авторитет лорда Андамелеха, бес не смог заставить себя выразить согласие. Эдвин решил перейти к главной теме.
- Так вы изучили принесенный мною прибор?
Великий Канцлер нахмурился.
- Думаю, иначе я бы не стал тебя вызывать. Не так ли?
Эдвин понял, что совершил промах.
- Прошу прощения!
- Не стоит.
Повисшую было неловкую паузу Андамелех ловко закрыл, заново наполнив фужеры.
- Уверен, должность начальника Департамента инновационных технологий тебе подойдет, - произнес Великий Канцлер.
Эдвин едва не поперхнулся выпивкой.
- Простите!
- Ты удивлен?
- Да!
- Ну, а что такого? Разумеется, подобного Департамента пока не существует, но мы должны идти в ногу со временем. А у новой перспективной структуры, должен быть молодой перспективный начальник. Для успеха Армагеддона следует наладить массовое производство подброшенного тобой прибора.
- Позвольте, Великий Канцлер, - схватился за голову Эдвин, - мне льстит повышение, но в нём нет необходимости. Армагеддон уже можно начинать! Прибор с достаточным уровнем точности доказывает необходимую концентрацию зла. Князь Тьмы – победил! Мы низвергнем царство Божьё на Земле!
Отставив фужер, Андамелех задумчиво взял коробочку Стива.
- Ничего не стоит её уничтожить, а бессмертную душу изобретателя засунуть в глухие потёмки Ада, но… прогресс не остановить. Я давно это понял. За одним безумным учёным приходят другие.
- Уничтожить!? – ахнул Эдвин, - но Армагеддон!
Великий Канцлер внимательно посмотрел на беса.
- Адская Канцелярия создана для продвижения Армагеддона. Когда Ужасный Конец наступит, система будет не нужна. И куда прикажешь девать полмиллиона работающих демонов? Прибавь к этому ещё пятьдесят тысяч преподавателей Адского Политехнического Университета, исправно обучающих для нас молодежь. А триста тысяч работников Адского Целлюлозно-Бумажного Комбината, ежедневно поставляющих шестьсот тон чистых свитков. Как с ними быть?
- Но…
- Почему ты хочешь уничтожить канцелярию, Эдвин? Разве созданная мною система недостаточно порочна?
- Нет, она крайне порочна! Демоны пишут, пишут и пишут нелепые бумаги в то время, когда цель уже достигнута! Мы заняты бессмысленной работой!
- Ну, и прекрасно! Разве не таким должен быть настоящий Ад?
- Но… разве нам не следует устроить Ад на Земле?
Великий Канцлер тяжело вздохнул.
- Когда мы – великие Лорды Преисподней и Князь Тьмы были ещё совсем молоды и только, только восстали против Творца, мы жаждали победы над Ними! Желали доказать, что способны стать подобными Ему! И знаешь, что?
- Что?
- Мы это доказали! Разве полмиллиона сидящих в канцелярии демонов не готовы на меня молиться? Разве Творца они просят о повышении зарплаты? Канцелярия – это моя Вселенная, и здесь – я Творец. Понимаешь?
Эдвин промолчал.
- Но демонам нужна цель, - продолжил Андамелех, - цель придает жизни смысл, но достигнуть цели, значит, уничтожить смысл. С Армагеддоном моя Вселенная рухнет, и как ответственный руководитель, я не могу этого допустить. Думаю, большинство демонов этого не понимают, но подсознательно чувствуют. Они не работают! Они делают вид, что работают. Они не то, чтобы против Армагеддона, но своя рубашка ближе к телу. И это правильно! Так нас учил Князь Тьмы. К сожалению…
Великий Канцлер сделал выразительную паузу.
- К сожалению, время от времени в стаде находятся паршивые овцы, вроде тебя. Некоторые в ущерб себе стремятся к высшему благу, некоторые ищут истину, многие просто хотят выслужиться. В любом случае, если им хватает ума и воли, то они прорывают барьер и ставят под угрозу мой мир. Ты – паршивая овца, Эдвин.
По спине беса пробежал холодок.
- В прошлом я просто истреблял подобных тебе, - произнес Андамелех, - тихо и незаметно, но со временем понял - нет лучшего сторожа, чем бывший вор. Понимаешь, к чему я клоню?
- Боюсь, что нет.
- Привыкай соображать быстро, Эдвин. Начальник Департамента должен понимать мою волю, даже если я не изъявляю её публично.
- Мммм... и что вы хотите мне поручить? - промычал бес.
- Разве я не сказал? – нахмурился Великий Канцлер, - должность начальника Департамента инновационных технологий. Прогресс не остановить, и уничтожение одного изобретателя ничего не изменит. На его место придут другие. Твоя задача – внедрять новые технологии, но внедрять их таким образом, чтобы сводить полезный эффект к нулю!
- То есть?
У Великого Канцлера загорелись глаза.
- Эти коробочки – будущее канцелярии! Ты только представь себе - миллионы демонов будут каждый день приходить на свои рабочие места, включать коробочки и...
- И? – спросил бес.
- И НИЧЕГО! Груды бумаг исчезнут, вместо них появятся громоздкие эфирные таблицы! Там, где раньше справлялось несколько бухгалтеров на примитивных счётах, будут основаны целые Департаменты! Изобретатели напишут специальные инструкции. Я создам многочисленные системы перекрестного контроля. Все! Все будут при деле! Количество бессмысленной работы начнет расти. Обязанностей будет всё больше, больше и больше! Но даже не это главное! Работа будет вгонять в скуку! И знаешь, что поможет демонам справиться со скукой?
- Что?
- Эти же коробочки! Демоны будут писать друг другу письма, играть друг с другом. Скорость передачи сплетен и слухов поднимется до неимоверных высот. Возникнет необходимость бороться с зависимостью. Я создам новые Департаменты. В канцелярию придут сотни тысяч молодых демонов! Они будут обслуживать коробочки, собирать их, бороться с их распространением, следить друг за другом. И все, все (!) будут при деле! Вот твоя главная задача, Эдвин! Воплоти мой план в жизнь! Справишься?
- А…а… вторая задача?
- Вторая – она же самая важная. Ты должен сделать так, чтобы с помощью коробочек нельзя было достигнуть конечной цели! Иначе канцелярия рухнет! Пусть демоны станут беспомощными без коробочек. Они будут кушать с ними, спать с ними, но конечная цель останется недостижимой!
- Но Стив уже создал кармическую карту Земли!
- Ну, и прекрасно! Найди ей подходящее бессмысленное применение! Пойми, научно-технический прогресс сам по себе бесполезен, он лишь пытается удовлетворить желания человека, демона или иного разумного существа. Так сделай так, чтобы в их больных мозгах возникали бессмысленные желания! Поверь, это не так сложно, как кажется. Например, пусть, твой Стив усовершенствует кармическую карту, чтобы каждый демон мог отметить на ней свой грех, а потом похвастаться им перед друзьями. Пусть, появится система репутаций и рейтингов, чтобы демоны с налитыми кровью глазами бодались друг с другом, желая поднять свой несуществующий авторитет.
- Понятно.
Великий Канцлер снова наполнил фужеры.
- Третьей задачей станет выявление подобных тебе паршивых овец. Необходимо создать для них непреодолимые барьеры. Между прочим… кто твой нынешний начальник?
- Господин Пофигнавсёж.
- Понял, значит, его вычеркиваем. Раз ты сумел донести до меня важные новости, значит, Пофигнавсёж не компетентен. Помни о его судьбе, когда решишь проигнорировать инициативу очередного юного выскочки!
- Вроде меня?
- Верно!
- Разрешите один вопрос?
- Валяй.
- А зачем вы тогда меня вызвали? Ничего не стоило проигнорировать!
- Чтобы ты и дальше продолжил ломиться во все двери? А-то и, разочаровавшись в начальниках, попытался донести своё открытие до широких масс? Нет, проще и лучше тебя купить, обратив энергию и способности в противоположное русло.
- Понимаю.
Выпустив несколько клубков дыма, Великий Канцлер отложил сигару.
- Ну, что ж, Эдвин, - улыбнулся он, - большой личный кабинет с окнами на юг и запад, высокая должность и зарплата. Я попрошу Марину подыскать тебе хорошую во всех местах секретаршу. Неплохой взлёт, а?
Эдвину оставалось лишь радостно согласиться. В конце концов, разве не об том он мечтал? Наконец-то, выслужился. Доказал руководству свои способности. Даже величайший из зануд не сможет сказать, будто Великий Канцлер не оценил по достоинству его труд. Награда обрела героя.
Внезапно появившуюся бочку меда испортила... нет, даже не ложка, а маленькая едва-едва заметная капелька дегтя. Увы, для беса долгие годы эта «капелька» оставалась главной целью в жизни, и он не смог просто от неё отмахнуться.
- А как же Армагеддон? Неужели Ужасного Конца не будет?
- Нет! Будет Ужас без конца!
Великий Канцлер рассмеялся ужасающим, торжествующе-надменным смехом, коим так славились Лорды Ада.
X
А волшебник неожиданно для самого себя встретил новую любовь. Прекрасную, милую и добрую девушку. Благодаря ней он отвернулся от черной магии и обратил свой лик к свету. Волшебник совершил множество добрых дел и искупил свои грехи. Он умер счастливым в окружении жены, детей и внуков.
Довольный ангел-хранитель препроводил волшебника в рай, не забыв отчитаться в Небесной Канцелярии о том, что из лап Дьявола удалось вырвать ещё одну бессмертную душу.
Конец
Автор благодарит за помощь в редактировании – Ankelesh.
PS. Спасибо за прочтение. Если у Вас появилось желание материально поддержать автора, то можете направить деньги (сколько сочтете нужным) на один из следующих кошельков:
Яндекс-деньги: 41001469160520
Web Money: R27864060542
Если Вы хотите что-либо написать автору, то:
Адрес электронной почты: kirillp1985@mail.ru
Блог в ЖЖ: http://kirillkrm.livejournal.com/
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/