Зимняя сказка
Рассказ в лицах
Автор: Мариэтта А. Роз
Жанр: драматургия
Объем: 52 599
http://vk.com/club_mariatta_a_ross
Я сегодня удар приняла,
Правда ранила сердце стрелою.
Эта жизнь ярким солнцем была,
Лишь когда мы встречались с тобою.
Не забуду я речи твои,
Твоя мудрость навеки гласила:
«У богов не просите любви…» -
Ты ее в небеса уносила…
Денисова Ксения1
Театр.
Каждая буква, каждый звук этого слова наполнены особой, совершенно особой магией. Магией, способной превращать реальный мир в иллюзию, а иллюзию – в реальность. Но нам нравится этот обман, мы погружаемся в него, совершенно забывая об опасности.
Театр опасен! Он на короткий миг – совершенно безумно короткий миг! – ослепляет глаза яркой вспышкой, и мы навсегда теряемся в иллюзорной реальности и в реальной иллюзии.
Потому что мы хотим быть обманутыми.
Театр.
Билеты куплены заранее, костюмы приготовлены с вечера. Кисточки, бантики, запонки и потерянные пуговицы.
О чем думает человек, когда собирается в театр? О внезапно пропавшей пуговице? Стоит ли брать с собой зонт? Действительно ли так будет хорош спектакль и действительно ли так хороша она?..
Но на этом мысли обрываются: когда идешь в театр, хочется думать только о хорошем и просто о простом.
Театр.
Почему всегда так сильно потеют руки, когда сдаешь в гардероб ненужный зонтик? А еще в голову лезут разные глупости. Например, почему тот парень в коричневом костюме так взволнован и с кем пришла та девушка в голубом?..
Но постепенно, неуклонно и безболезненно, все пришедшие в театр – и тот парень в коричневом костюме, и девушка в голубом – превращаются в единое существо, в Зрителя.
Первый звонок.
Многочисленные руки берут программки.
Второй звонок.
Зал постепенно заполняется. Шелест программок: «Трактир, зима».
Невольная дрожь. Зима! Как странно среди лета окунуться в звуки зимы! Да, действительно, театр создает эффект иллюзии. Хотя это отличный ход! После спектакля лето уже не будет казаться скучным: зима так надоедлива! Облегченный выдох.
Другой человек стоит в тени, у дверей, скрестив руки на груди, наблюдает. Его губ касается легкая усмешка, его глаза вычленяют каждый атом Зрителя, проникают в его клетчатую структуру, запоминают.
Третий звонок.
Свет гаснет.
Действие первое
Ненужный кто-то за окном стоял и требовал любви.
…
На сцене постепенно разгорается свет. Становится видна обстановка: слева – двери на улицу и на кухню, справа – лестница, ведущая на второй этаж, в комнаты, посередине – окно и камин. Как все обычно!
Но тут Зритель замечает у камина актера, который мгновенно меняет его мнение о спектакле. Он удивительно красив! Как удачно оттеняет цвет его кожи, волос игра огня, какой гордый у него профиль! Актер на миг бросает взгляд Зрителю. Он полон некой демонической силы, пронизывает нутро.
Это сам Демон!
… Да, это Демон. Так написано в программке. Зрителя это успокаивает.
Тут открывается дверь, и входит другой актер. Он в зеленом костюме, на его плечи наброшен дорожный плащ, в руках гитара. Его лицо, не лишенное привлекательности, отмечено маской печали и мудрости, волосы чуть тронуты сединой. Это Шут.
Демон (удивленно): Это ты?
Шут: Ты! и здесь?.. Я просто искал ночлега, но не новой встречи с тобой. А где хозяева?
Демон: Единственный хозяин здесь – я. Но я ждал другого гостя, хотя оставайся. Это может оказаться достаточно забавным.
Шут с улыбкой кланяется Демону, затем снимает плащ, кладет гитару, садится у камина. Он замерз и теперь греет руки.
Демон (с любопытством): Не ожидал тебя здесь увидеть, откуда ты?
Шут (с усмешкой): Не знаешь? А я думал: ты всемогущ.
Демон (восклицает): Он думал! Лучше скажи, как тебе моя буря?
Шут: Она твоя? Я так и подумал. Ты здесь один?
Демон: Нет. Есть один постоялец, некий Юноша. Представляешь, он поверил, что я хозяин трактира!
Шут: Почему бы и нет? У тебя достаточно хозяйский вид.
Демон и Шут обмениваются взглядами и улыбками.
Демон: Так все-таки, почему ты здесь? Всего лишь пару недель назад я видел тебя в бродячем театре, а до этого, кажется, в цирке, хотя я не уверен. Ты так часто меняешь труппы, что трудно уследить. Так все-таки, почему ты ушел? У тебя же была неплохая роль в спектакле… не помню… Но там был король с тремя собачками, и ты играл самого себя.
Шут (мрачно): Это был «Король Лир».
Демон: Да? Возможно. Но ты не ответил на мой вопрос. Ты был так удачен в той игре слов, а публике все это нравилось. Но ты ушел. Не жалеешь?
Шут: Нет! Я странник. Дорога позвала меня, вот я и ушел.
Демон (с усмешкой): Ах да! Прости про то, что ты еще и странник, я совсем забыл.
Шут: Прекрати! Мое счастье лишь в Дороге. Ты ведь сам знаешь: любовь – дым. А дым не греет, он всего лишь щиплет глаза.
Наверху появляется Юноша.
Юноша: Я услышал голоса. (Обращается к Шуту) Здравствуйте! Вы новый постоялец? Как я рад встречи с Вами! Простите, я не знаю Вашего имени…
Шут (быстро): Не надо имен! Останемся инкогнито. (С улыбкой) Как говорится, habeas tibi2. Но я тоже рад Вас видеть. (Жестом приглашает Юношу). Вы присоединитесь к нам?
Юноша: С удовольствием! (Спускается по лестнице). Вы тоже странник?
Шут (удивленно): Почему тоже?
Юноша: Ну, мне кажется, что наш дорогой хозяин – странник.
Демон: Интересно. Почему Вы так решили?
Юноша: Все странники ужасно молчаливы и грустны.
Демон (с удивлением, чуть нахмурившись): Я грустен?
Он встает, подходит к Юноше. Они долго смотрят друг другу в глаза. Шут наблюдает за ними.
Пауза.
Зритель пользуется ею, чтобы по достоинству оценить третьего актера. Разочарованный вздох: третий актер не красив, он просто миловиден. Молод, даже юн, одет просто, неброско. В нем нет ничего необычного! Он слишком прямодушен и прост. Это становится неинтересно! Но тут внимание Зрителя привлекает еще одно имя в программке: Девушка. Интрига становится простой и понятной.
Демон (с любопытством и вызовом одновременно): Так я грустен?
Юноша (с грустной улыбкой): Да, это видно в Ваших глазах. (Подходит к окну). Смотрите, буря все не унимается, похоже, она будет долгой.
Демон (с сарказмом): Вы думаете?
Они вновь долго и внимательно смотрят друг другу в глаза, лишь шум бури нарушает тишину. Тут Шут роняет гитару.
Демон: Вы так думаете?
Юноша (твердо): Да, я так думаю. (Он подходит к двери, оборачивается). Мне почему-то кажется… я думаю, что может еще кто-нибудь прийти. В такую погоду лучше никому не оставаться без защиты: зима, как и сама правда, весьма жестока. (Уходит).
Демон (зло): Почему ты это сделал?
Шут, стараясь не смотреть на Демона, сушит плащ у камина.
Шут: Мне перестает нравиться вся эта история: ты слишком долго смотрел в его глаза. Мне кажется, опять затевается что-то плохое. Ты устроил такую страшную бурю, этот Юноша… Чего ты опять хочешь? И насколько случайно здесь оказался я? Мне не нравится, как ты смотрел на него…
Демон: А чего ты хотел? Он не девушка, чтобы им любоваться. А на счет тебя, я ничего не могу сказать. Ты здесь, действительно, случайно: я не планировал твое появление. (Подходит к окну, смотрит на улицу). (Спокойно). Но теперь уже ничего нельзя изменить.
Шут (с порывом): Почему? (Спокойно) Здесь должна быть недалеко деревня…
Демон (убежденно): Ты погибнешь раньше, чем дойдешь до нее: буря усиливается. Скоро мы будем заперты здесь. (Сеется). Неплохое начало, не правда ли? Мой дорогой друг, ты вновь оказался втянут в историю, так что смирись! Хотя это не вызовет у тебя особых затруднений.
Шут (настороженно): Ты задумал что-то плохое?
Демон (с издевкой): «Я так часто краснел, признаваясь в этом, что постепенно перестал смущаться»3. Не волнуйся! Все будет, как обычно. Боюсь, что для тебя это окажется невыносимо скучным.
Голос (неожиданно, громко, утвердительно): Но все равно будет жестоко.
Зритель быстро начинает шуршать бумажками. Он в недоумении: о появлении некоего Голоса нет ни слова.
Демон: Это опять ты?! (Зло) Что тебе нужно на этот раз?
Голос: Я хочу остановить тебя, несчастный! Сколько ты будешь сеять зло по этой земле? Сколько сердец ты разбил, сколько жизней загубил! Неужели тебе всего этого мало!
Шут: Это Голос Матери?
Демон (сердито): Ну, раз знаешь, зачем спрашиваешь? Она, как обычно не во время.
Шут (тихо): В последний раз, когда она появилась, все закончилось трагедией…
Демон (зло, с вызовом): Да, в духе все умерли, а последний тоже кончил плохо – он женился! Не будь занудой. И не надо на меня смотреть так, словно осуждаешь. Ты ведь знаешь, что меня нельзя остановить.
Шут: Что ты задумал, о, несчастный!
Демон: Да, я несчастен, потому что мне скучно. (Менее эмоционально). Я ведь должен как-то себя развлекать! К тому же моя шутка будет вполне безобидной. Так, слегка пошалю, ничего серьезного.
Шут: Ты всегда так говоришь!
Демон: Говорю. Ну и что?
Шут: Что ты задумал?
Голос Матери: Он вновь решил разбить сердца.
Демон (устало, обращаясь к Матери): Не лезь в мои дела, Мама! Зачем ты так гремишь? И вообще, ты завела дурную манеру вмешиваться, постоянно лезешь, куда тебя не просят и даже не зовут.
Голос Матери: Опомнись, неверный! Любовь не прощает шуток и презрения. А ты все время смеешься над ней! Ты так глуп и уродлив в своем смехе! Ты ищешь развлечений, но не можешь насытиться собственном коварством. Ты вечно погружен в меланхолию. Ты никого не видишь, кроме себя. Но знай: Любовь не простит тебя, и ты на этот раз она тебе обязательно отомстит.
Демон (раздраженно): Кто? Чувство? Мама, когда ты успела стать шутом? Кажется, это была его роль в той комедии! Вы оба портите мне настроение.
Голос Матери: Опомнись! Достаточно страданий, разбитых сердец и пролитых слез. Зачем тебе это?
Демон (кричит): Я хочу доказать, что нет любви, и никогда не было! Это выдумка, бесплотный миф. Вот, мама, ты обвиняешь меня в слепоте, а кто здесь зряч? Весь этот мир слеп. Слеп, раз позволяет себе так верить в миф и умирать во имя пустоты! (Жестоко, утвердительно). Да, я жесток, но ведь я и по-своему справедлив. Да. Я приведу сюда обыкновенную девчонку, которую выбрал наугад, но здесь же по моей воле находится еще и обыкновенный смертный. Так что у нее будет возможность выбора. А это уже справедливо.
Шут: Это жестоко…
Демон (разочарованно): И ты?.. (Со злой усмешкой). Глупец! Разве она стала ждать тебя? Ответь! Неужели ты забыл?.. Тебя отвергали, потому что ты беден, и ты сам стал отвергать. А как ты ходил всегда и всюду! Разве не любовь гнала тебя? И разве это не жестоко? Почему ты отворачиваешься от меня?
Шут: Ты не хочешь знать правду, (срывается на крик, вскакивает) ты никогда не хотел ее знать! Если бы ты не вмешивался, все те люди были бы сейчас счастливы. Но ты не хочешь этого видеть! Ты гонишь «правду из своего дома, как сторожевую собаку, а лесть оставляешь лежать в комнате, и она воняет, как левретка»4.
Шут хочет уйти, но Демон останавливает его.
Демон (утвердительно): Ба! ты неплохо вошел в свою роль, да только выйти не можешь. Неужели ты забыл, что правда слишком прямодушна, чтобы быть нужной?
Шут: Нет, это ты слишком жесток. Пойми, я не хочу, чтобы вновь кто-нибудь пострадал…
Демон (успокаивает): Ты говоришь так, словно кто-то умрет. Ничего подобного! От этого не умирают. То, что вы называете любовью, пройдет само недели через две. Люди весьма быстро привыкают ко всему! И они оба всю жизнь будут вспоминать этот трактир, как единственное приключение в их пустых жизнях! (Бросает взгляд в окно). Да и поздно что-либо менять: она уже здесь.
Дверь открывается. В клубах пара и снега входят Юноша и Девушка.
Девушка одета просто: платье, дорожный плащ, грубые башмаки. Сам Юноша очень взволнован, он подводит гостью к камину, устраивает ее поближе к огню.
Юноша: Сейчас будет тепло. Боже, как ты замерзла! (Согревает дыханием ее ладони). Но все будет хорошо.
Шут набрасывает на ее плечи плащ, подносит вина. Девушка благодарно улыбается им.
Зритель внимательно разглядывает актрису. Его женская половина с умилением отмечает, что она хоть и хороша собой, но нет должного ухода ни за кожей, ни за волосами, простушка! Его мужская половина находит, что она чертовски мила.
Девушка (смущенно): Вы так добры ко мне! Я право не заслуживаю…
Шут (учтиво): Ваша улыбка лучшая награда для нас. Сейчас мы отведем вас в комнату и поможем устроиться
Шут подает знаки Юноше, но тот не замечает его, зато это настораживает Демона.
Демон (Девушке): Вы согрелись? Природа сегодня на редкость немилосердна!
Шут (зло): Да, такую бурю могло вызвать только истинное исчадие ада! (Девушке). Но пойдемте!
Демон: Постойте! Думаю, будет лучше, если комнату нашей гостье покажет молодой человек, а Шут тем временем посмотрит что-нибудь на кухне.
Юноша и Девушка уходят.
Демон (зло): Ты что решил мне помешать?
Шут (печально): Послушай, она так мила!..
Демон: Знаю. Я сам доволен своим выбором!
Шут (с жаром, мольбой): Выбери другую! Прекрати это пока не поздно!
Демон: Жребий брошен. Они уже встретились, буря замела все дороги, так что просто наслаждайся жизнью и хорошим вином, которое припасено в изобилии. Будь доволен и счастлив по мере возможностей.
Наверху появляется Юноша.
Демон: Как наша гостья?
Юноша: Она уснула.
Шут: Прекрасно! (Демону, быстро, с жаром). Надеюсь, что ты ей не приснишься. (Уходит).
Юноша (спускаясь по лестнице, печально): Вы, похоже, не слишком-то и ладите. Впрочем, это не мое дело.
Демон (с усмешкой): Пожалуй, это единственное, в чем вы оказались правы.
Юноша (задумчиво, с ноткой извинения): Я могу дать вам совет?
Демон (смеется): Это становится любопытно, попробуйте!
Юноша (уверенно): Я заметил, что вы давно знаете друг друга…
Демон: Вы на редкость наблюдательны!
Юноша (с жаром): И он любит вас! Пожалуйста, не смотрите на меня с таким изумлением, словно никогда не знали об этом. Вы просто немного поругались, но вскоре помиритесь. Вы ведь друг другу как братья!
Демон (смеется): Вы ошибаетесь! Шут всего лишь зенит наше знакомство. Мое покровительство помогает ему устроиться в любом месте.
Юноша: Нет, нет! Вы наговариваете на себя. Вы гораздо лучше, чем хотите казаться. Я видел Шута несколько раз и раньше. Смею заверить вас: он талантлив. Поверьте, он любит вас, и он ваш друг. И вы тоже любите его, только почему-то не признаетесь в этом (Заглядывает в окно). Какая страшная буря! Не дай Бог кому-либо оказаться сегодня улице. Посмотрите! Я даже не вижу своего отражения. Все бело-серое. Самое удачное время для жутких преступлений или появления демонов. Кстати, вы верите в демонов?
Демон (мрачно): Изредка.
Юноша (оживленно): Серьезно? А моя бабка верила. Она даже дала мне верный способ, как не поддаться ему.
Демон (с любопытством): И какой же?
Юноша: Не верить ему. (Уходит).
Демон (ошеломленно): Каков нахал! Что он возомнил о себе? Какая мерзость! Он хоть знает, с кем имеет дело! (С улыбкой). Ну, конечно же, нет, иначе это было бы неинтересно. (Задумчиво). Но мальчик не просто. (Восклицает). Дьявольщина! (Смеется). Не думал, что когда-нибудь всуе упомяну самого себя. (Задумывается). Но его глаза… Я впервые вижу такие глаза. Мне даже, кажется, что это я отражаюсь в них. Думаю, это пройдет! Но история становится все более забавной. Шут, Мама… Что они здесь делают, интересно? (Сердито). Черт, даже я не могу всего объяснить! Как это порой угнетает. (Наверху появляется Шут, но Демон его не замечает). Хорошо, что она добралась без особых затруднений. Она мила и достойна большего, чем ей уготовано. Хотя, что в ней такого? Нос картошкой, веснушки, губы самые обыкновенные, лицо круглое… разве что глаза… (С умилением). Как две звездочки… так и тянет загадать желание глядя в них. Наверное, действительно, все дело именно в глазах! Иногда кажется, что в них заточен огонь. (Резко). Но нет! Это все я придумал я сам. Видимо, буря располагает к романтическому настрою.
Шут стоит на лестнице, прислонившись к перилам, внимательно наблюдает за Демоном.
Шут (печально): Огонь… А что ты знаешь об огне, великий Демон?
Демон (все еще не замечая Шута, с нотками грусти): Я придумал эту шутку, когда увидел ее отражение в воде. Я брел по лесу, не зная, куда и зачем, когда услышал ее смех. Она смеялась, глядя на свое отражение в воде… Я пошел, чтобы узнать, кому может принадлежать такой волшебный голос, но увидел обыкновенную девушку.
Шут: И ты пленился ее чистотой.
Демон: Боюсь только, что все это будет невероятно скучным. Она всего лишь деревенская девчонка. Летом она ходит босиком, а зимой надевает грубые башмаки. Ее руки знают тяжелую работу. Наверное, она даже позволяет целовать себя за медную монетку… Да, она всего лишь глупая, смазливая девчонка… (Садится у камина, задумчиво смотрит на огонь).
Шут: А ты любил, великий Демон?
Демон (с презрением): Женщины! Они все ужасно пусты. А их глупость звучит в них, наподобие колокола. Боюсь, она окажется такой же. Чем ее любовь может отличаться от любви светских барышень? Те же повадки, слащавые ужимки. Как я этого не люблю! Правда, иногда бывает их жалко. В сущности, в чем они виноваты? Такими их сделала природа.
Шут (также печально): Но ты все равно не оставишь ее.
Демон (замечает Шута): Ты что-то сказал?
Шут (спускаясь по лестнице): Нет, тебе показалось.
Демон: Ты сказал им что хотел?
Шут (с легкой усмешкой): Разве это что-либо изменит? Я же просто сказал ей, что ты сам Дьявол. (Внезапно). Останови бурю – я ухожу.
Демон изумленно смотрит на Шута, затем согласно улыбается и щелкает пальцами – звук бури прекращается, в окне появляется солнце.
Шут уходит.
Голос Матери (любопытствует): Ты передумал?
Демон (спокойно): Нет.
Голос Матери: Ты печален. О чем ты думаешь?
Демон (устало): Все сегодня почему-то стремятся объяснить мне меня! Я начинаю подозревать заговор.
Голос Матери (с надеждой): Ты сомневаешься, это хорошо, значит, в тебе все-таки есть что-то хорошее…
Демон (зло): Мама, не изображай бога с машины, это весьма дурной ход, если не говорить о тоне. И вообще, какого черта ты вмешиваешься? Ты мне надоела, оставь меня! (Тихо, в сторону). О, если бы хоть кто-нибудь узнал, как я устал за эту вечность…
Свет гаснет.
Антракт.
Действие второе
Я скажу: «никогда»… Никогда! –
Но разве
Это мне помешает
быть с тобой?
…
Сцена погружена во мрак.
Голос Демона: Прошло полгода.
Включается свет. Все тот же трактир, все та же мебель. И даже все тот же кувшин со своими стаканами на столе! И Демон. Он стоит у камина, как и в самом начале, только на этот раз не горит огонь.
Демон (задумчиво): Как быстро летит время! Казалось бы, только вчера она переступила этот порог, а на самом деле прошла уже целая вечность… Когда я остановил бурю, Шут ушел и не вернулся. (С иронией). Воистину он верен только одной женщине! (Задумчиво). А вот они остались… И я тоже! Право, не знаю, почему тяну. Затянувшаяся шутка перестает быть смешной. Да, историю пора заканчивать, хотя бы потому, что все рано или поздно заканчивается…
Внезапно входит Шут. Он оживлен, его щеки горят. Шут кладет гитару, вешает плащ.
Демон (удивленно): Ты?
Шут (быстро): Решил узнать, чем все это закончится. Я не опоздал?
Демон (смеется): Нет! Я ждал тебя. Твоя комната свободна, располагайся!
Шут поднимается наверх, Демон провожает его взглядом.
Демон (с иронией): Да не послужит это дурной приметой! (Уходит вглубь сцены).
Входят Юноша и Девушка. Они веселы, счастливы, как может быть весела и счастлива молодость, и не замечают Демона.
Юноша: А потом он сказал, что я сумасшедший!
Девушка (садится у камина): А разве это не так?
Юноша: Ну разве я похож на сумасшедшего? (Садится у ее ног).
Девушка: Немножко!
Наверху появляется Шут.
Шут: Ах, это вы! Когда я услышал смех, то сразу подумал о вас. А знаете, здесь совсем ничего не изменилось! Такое впечатление, что я и не уходил отсюда. Разве что тогда была зима, а сейчас лето, но постояльцев все равно почти нет. Если он будет так и дальше вести свои дела, то я не знаю, чем все это закончится.
Девушка: Нам не хватало вас! И не только нам.
Шут (изумленно): Здесь есть кто-нибудь третий? (Замечает Демона, тот подает ему знак, чтобы Шут не выдавал его присутствия).
Юноша: Мы о хозяине. Вы знаете, последнее время он как-то по-особому задумчив.
Шут (не сводя глаз с Демона): Вы думаете?
Юноша: Да! А кого вы увидели?
Шут (шутливо): Мне показался черт. Вернее, маленький такой, безобидный чертенок с рожками и смешной рожицей.
Девушка: А что он делал?
Шут: Подслушивал.
Юноша (смеется): Как нехорошо!
Шут (отмахивается): Да он всегда так делает! Так что будьте бдительны. (Смотрит в окно). О Боже, посмотрите, опять портится погода. Ну, что такое! Стоит мне приехать, как тут же небо затягивают тучи, и это место превращается в сцену действия самого Дьявола! Так что я пойду отдыхать. (Юноше). Берегите ее, но еще больше берегите себя. (В сторону). Да, словно, действительно, не уходил… (Уходит).
Молодые люди обмениваются взглядами, улыбками. Слова им не нужны. Юноша хочет взять ее за руку, но Девушка краснеет и ускользает к окну.
Девушка: Как быстро стемнело! Я вижу себя, словно в зеркале.
Юноша: Будет гроза. (Подходит к Девушке).
Девушка (быстро): Зачем ты подошел так быстро? (Быстрее). Впрочем, не уходи: я всегда боялась грозы. Это глупо, да? Ведь нет ничего обычнее грозы! Она страшна только тогда, когда ты один. Хотя когда ты один – всегда страшно. Ведь когда кто-то есть рядом, то можно сделать вид, что не так уж и страшно, а потом, постепенно перестаешь замечать – где ты притворяешь, а где нет. А ты…
Юноша: Я не оставлю тебя.
Девушка: Не говори так!
Юноша: Почему?
Девушка: Слова – дым. Когда он рассеивается, то не остается абсолютно ничего.
Юноша: Я люблю тебя…
Девушка закрывает его губы ладонью. Юноша берет ее за руку.
Юноша: Люблю…
Девушка (с замиранием): Так не бывает…
Юноша (уверенно): Бывает. Бывает все! Абсолютно все, мой маленький снежный ангел. Я полюбил тебя в тот самый момент, когда увидел бредущую сквозь пелену снега. Если не веришь – посмотри в мои глаза. Только глаза знают правду. (Растерянно). Ты плачешь?
Девушка: Да, слезы мешают мне смотреть.
Юноша: Тогда смотри сердцем.
Девушка: Но мне страшно!
Юноша: Не бойся! Твоя рука в моей руке, и значит, у этой сказки будет счастливый конец. Он будет, обязательно будет! Посмотри в окно! Да, ты боишься грозы, но подумай: она не вечна! Утром ее уже не будет, останется лишь память о ней. Так любое зло отступит от нас, если мы не…
Раздается звон разбитого стекла.
Наверху появляется Шут.
Шут (пристально глядя на Демона): Что случилось?
Юноша: Кажется, что-то разбилось.
Шут: Как не вовремя! (Юноше). Пойдемте, надо посмотреть, что случилось! Идемте же! Не бойтесь оставить ее одну. (В сторону). А лучше бойтесь.
Шут и Юноша уходят.
Девушка: Как вовремя разбилось окно, так словно это было сделано специально. Правда, я теперь так и не узнаю, что же мы не должны делать. (Задумывается). А может, вообще ничего нельзя делать? Или сделать? Я уже запуталась абсолютно во всем, заблудилась, как тогда, зимой. (Улыбается). Но кто же знал, что я так удачно заблужусь! Когда я увидела его в первый раз, то мне показалось, что передо мной ангел. (Вновь задумывается). А может, все это происки Дьявола? Все слишком хорошо, чтобы быть правдой. Шут так любезен, а хозяин… Он очень красив, но в нем есть что-то странное. Моя бабка про таких людей говорила: они спустились с гор. А он с нее, кажется, и вовсе свалился! Так что же мне делать? Меня пугает гроза! Мне страшно. Я боюсь заглянуть в свое сердце: боюсь увидеть в нем…
Голос Демона: Вас не испугал звон разбитого стекла?
Девушка (вздрагивает, беспокойно оглядывается): Нет. А почему вы спросили?
Демон выходит из своего укрытия.
Демон: Я пришел узнать, в чем дело, и увидел вас одну. Так вы испугались?
Девушка: Нет.
Демон подходит к ней ближе, пытается заглянуть в ее глаза, но девушка отстраняется и подходит к лестнице.
Демон: О ком вы думали здесь?
Девушка: А почему вы решили, что я о ком-то думала? Я думала о грозе.
Девушка начинает подниматься по лестнице.
Демон (играет): Вы не находите, что он мил?
Девушка останавливается, бросает быстрый взгляд Демону.
Девушка: Кто?
Демон: Мне кажется, он вам нравится.
Девушка (быстро): Глупо. (Быстрее). Как глупо, что вы так подумали!
Демон: Да: Тогда почему вы так смутились?
Девушка (старается показаться беспечной): Я? Вам показалось.
Демон: Может быть! Здесь все время всем что-то кажется… Хотя я могу и ошибаться, мы ведь, в сущности, ничего не знаем о нем.
Девушка: О ком?
Демон делает шаг к Девушке.
Девушка отшатывается, хватается за перила. Она бледна.
Демон: О том, о ком вы думали, когда были одни.
Девушка (лукаво): Почему вы решили, что я думала о нем? Ведь я могла думать и о вас!
Демон: Да? Вы думали обо мне хорошо? Если нет, это будет непростительной ложью. Если да, то обычной лестью. Так что лучше молчите. А теперь подойдите ко мне.
Девушка (настороженно): Зачем?
Демон (властно): Я же сказал: молчать! Вы не послушны. Я хочу увидеть ваши глаза. (Девушка подходит к Демону). Вы боитесь меня? Не отвечайте! Любое слово будет ложью. Так вы боитесь меня? Молчите? Неужели вы и в самом деле послушались меня! А вы умеете красиво молчать. Вы удивительно красивы. Но будьте осторожны!
Свет начинает приглушаться. Исчезает все, остаются только двое: Демон и Девушка. Они смотрят друг другу в глаза.
Демон (таинственно): Вас ждут большие соблазны в этом доме. И самый большой из них…
Девушка (испуганно): Вы предупреждаете или угрожаете?
Демон (уверенно): Как хотите! Все будет именно так, как решите вы. Да, вы удивительно красивы и столь же беззащитны.
Девушка: Но что угрожает мне?
Демон: Все! Например, я (целует ее) или любовь (снова целует ее).
Раздается грохот, тут же загорается большой свет.
Становится, виден виновник шум – это Шут уронил вязанку дров.
Девушка в смущении убегает.
Демон (зло): Что ты здесь делаешь?
Шут (гневно): Я решил принести дров. Кто-то разбил стекло на кухне, к тому же собирается буря, вот я и подумал…
Демон (раздраженно): Тебя никто об этом не просил! Ты мешаешь мне!
Шут: Я и мешаю тебе! (С вызовом). Да как ты вообще смеешь…
Демон (удивленно): Это бунт?
Шут (громко, оживленно жестикулируя): Да! Да, это бунт. Мне надоело быть пешкой в твоих бесконечных играх. Тебе нужно немедленно сделать медицинское вскрытие, дабы удалить камень из твоей груди! Он всем живущим мешает дышать! Что отводишь глаза? Неужели правда занозит и тебя? Конечно! Ты ведь понимаешь только затхлый язык лжи и лести, а чистый воздух заставляет тебя чихать и кашлять. Ты мнишь себя королем, но сам ты – червь. Нет, даже хуже! Ты блоха, которую никак не может поймать собака. В тебе больше желчи, чем в старой деве, которая подглядывает за молодыми. Твои слова трепещут, как листья осины. Ты манишь невинных их трепетом, застилаешь глаза, чтобы они не видели, что вместо росы по ним стекает кровь.
Демон (зло): «Кукушка воробью пробила темя за то, что он кормил ее все время»5.
Шут (теряется): Что ты хочешь этим сказать?
Демон (уверенно): Ты ничего никому не скажешь.
Шут (испуганно): Ты угрожаешь мне?
Демон: Нет, я предупреждаю тебя. (С презрением). Ты не был пешкой в моих руках – ты был alter ego6. Но если ты настроен так решительно, что даже мое предупреждение не способно умерить твой пыл, то давай, действуй! Что же ты молчишь? Неужели боишься заглянуть в мои глаза? Или ты решил посмотреть в свое сердце? Иди же! Я не держу тебя, они поймут и простят твой уход. Но сперва дай мне ответ: чем ты лучше меня? Ты изменился в лице. Мои слова бросают тебя в дрожь? Ты ведь только что так громко кричал о великой силе правда и что-то там еще. Ах да! Ты что-то упомянул о предательстве, но кто же здесь Иуда? Я? А может, ты? Разве я разбил сердце той черноглазой циркачке? Хотя какая разница! Любовь – ведь дым, пелена. Как просто и легко ты однажды это сказал. Я понимал тебя тогда, но не сейчас. Твои поступки говорят, что ты признал Любовь. Хорошо. Но тогда тебе нужно признать и то, что ты все это время предавал ее. (Уходит в глубь сцены).
Свет гаснет, постепенно концентрируясь на фигуре Шута. Он бледен и потерян.
Шут: Как ловко… Боже, как ловко! Он все рассчитал, все продумал. (Садиться на ступеньку лестницы). А я? Что я? Я всего лишь человек, шут. Маленькое существо, у которого нет ни дома, ни уголка. Всего лишь крохотная блошка в этом громадном мире. Разве мне тягаться с ним? Разве я герой? Мое оружие – слово да гитара. Я не рыцарь! Я не рожден для боя. (С тоской). А как же они? Всего лишь дети, глупые, влюбленные дети. Я, действительно, ничем не могу им помочь. (С надеждой). А быть может, Демон – прав и все обойдется?
Голос Матери (громко, пророчески): Нет! И ты знаешь об этом.
Шут (убеждая): Но ведь раньше все заканчивалось хорошо. Ну, более или менее… Скорее менее, чем более. Но ведь никто не умирал!
Голос Матери: Но на этот раз все может случиться иначе.
Шут: разве опытный стрелок может промахнуться?
Голос Матери: Лишь юнец может выстрелить наугад и попасть.
Шут: Но он не юн.
Голос Матери (безапелляционно): Он глуп. А юность и глупость – это одно и тоже.
Шут (обреченно): Ну, что ж! давай тогда молить богов. (Демону). Если хочешь быть любимым – люби.
Свет гаснет.
Голос Матери: Он всю свою жизнь был трусом.
На несколько минут зал погружается в темноту.
Антракт? Непохоже! Зритель ждет дальнейших событий. Хотя все просто и предсказуемо. Третьего не дано. Третьего никогда не дано.
Загорается свет. Входит Юноша. Он внимательно оглядывает вязанку дров, заглядывает в окно, прислушивается к звукам с улицы. Он не замечает притаившегося Демона.
Юноша (сосредоточено): Так, окно я заделал, Шут дрова принес, все дома. Это хорошо. Это очень даже хорошо! Не дай Боже никому оказаться в такую погоду на улице! Этот дождь способен смыть человека. Надо поставить фонари на окна. Пусть поработают маяками! Дождь встал стеной. Да, Шут вернулся как нельзя кстати. (Задумывается). Правда, на этот раз он еще более странный. Хотя он бродячий актер, это объяснимо. Но почему он всегда предупреждает, что наш хозяин опасен? Для кого? Разве что для самого себя! У него странные глаза. Иногда мне кажется, что он вовсе не тот, за кого себя выдает. Во всяком случае, он уж явно абсолютно не то, что сам думает о себе! Хотя, наверное, я просто ревнивец: он так смотрит на нее. (Расплывается в улыбке). Она… Наверное, сами небеса послали нам эту встречу, чтобы мы больше никогда не расставались. О боги, да будет благословлен тот, кто направил ее именно сюда, именно в тот день, когда мы обрели друг друга! Да! Та буря стала твоим гимном, Любовь! Я никогда ее не оставлю.
Голос Демона (быстро): Я бы на это не рассчитывал. (Выходит из своего укрытия).
Юноша (укоряет): У вас дурная манера прятаться в тени.
Демон (с внутренней дрожью): Я знаю. Я как раз этим знаменит. Хотите вина? (Наливает себе).
Юноша: Нет.
Демон: Жаль, оно прекрасно и отлично согревает. Хотя я вижу: вас греет любовь…
Юноша (спокойно): Меня спасает любовь.
Демон: Отличный выбор! Браво. Запах терпких роз, росы и солнца. Вообще-то я о вине.
Юноша: У вас странное чувство юмора.
Демон: Да, этим я тоже знаменит.
Юноша хочет уйти.
Демон (быстро): Постойте! (С усмешкой). Юность всегда так нетерпелива.
Юноша (спокойно): Вы хотите мне что-то сказать?
Демон (в тон): Вы напрасно отказались от вина. (Наполняет второй стакан). Вам нравится аромат? Чудесное вино. А какая игра света! Похоже на огонь, вы не находите?
Юноша: Да, что-то есть.
Демон (успокаивается): Это ваша первая ошибка.
Юноша (изумленно): Простите…
Демон (смеется): Не обращайте внимания! Я иногда говорю странные вещи.
Юноша: А что вы хотели сказать мне нестранного?
Демон: Будьте осторожны. В этом доме слишком много иллюзий, чтобы верить хоть чему-либо. Даже дождь ненастоящий. Удивлены? Напрасно! А кто вам сказал, что я – это я?
Юноша: И кто же вы?
Демон (с гордостью): Primus inter pares7.
Юноша (любопытствует): Послушайте, а вы умеете говорить своими словами?
Демон (в тон): Это дерзость?
Юноша (с улыбкой): Моя бабка говорила: дерзость – это когда в глаза говорят ту правду, которую хотят скрыть.
Демон (в тон): Она была умной женщиной, а вот в вас я ошибся.
Юноша: Это немудрено! Ведь это дом иллюзий. Хотя, все зависит от того, как на это посмотреть: если я – иллюзия для вас, то это вовсе не означает, что вы – не тоже для меня.
Юноша начинает подниматься по лестнице.
Демон (неожиданно): Уходите отсюда.
Юноша останавливается.
Демон (горячо): Уходите, пока не случилось чего-то более страшного, чем уже случилось.
Юноша (изумленно): Я не понимаю вас…
Демон: Мальчишка! Что же ты способен понять? В этом мире все иллюзия! И ты, и я, и даже она! Особенно для них! (Указывает в сторону зрительного зала). Но они не знают, что они для нас просто не существуют! Точно также как мы не существуем для них. (Спокойнее). Она не сможет полюбить тебя. И ты не сможешь… (Внезапно замолкает).
Юноша (требовательно): Договаривайте, раз начали. Ну же!
Демон (горячо): Уходи. Все зашло слишком далеко, чтобы закончиться хорошо.
Юноша (растерянно): Я не понимаю вас.
Демон: Это немудрено! Молодость слишком слаба, чтобы сопротивляться; зрелость слишком умна чтобы верить; а старости не хватает и того, и другого. Уходи. Поверь мне: так будет лучше.
Юноша: Для кого?
Демон (в сторону, с тоской): Если бы я мог это знать… (Юноше, с жаром). Для вас!
Голос Матери (Демону, неожиданно, громко, утвердительно): Опомнись!
Юноша (в ужасе): Вы слышали?
Демон (быстро): Так шумит гроза.
Голос Матери: Лжец!
Юноша: Опять.
Демон: Это гром. Так вы уходите или нет?
Юноша (твердо): Нет.
Демон (утвердительно): Тогда я вас убью.
Голос Матери (удивленно, восклицает): Как?
Демон (кричит): Руками!
Юноша (в шоке): Вы слышите.
Демон (растерянно): Что?
Юноша: Голос.
Демон (быстро): Да? Но это не помешает мне вас убить. (С мольбой). Так вы уйдете или нет?
Юноша: А… я, пожалуй, действительно, пойду…
Демон (убеждает): Идите! Идите на улицу! Шут забыл принести дров.
Юноша: Разве?
Демон: Этих не хватит. Слышите, как гремит гром? Буря будет долгой, и дом быстро остынет. (Кричит). Что вы так смотрите на меня? Неужели вы хотите, чтобы я это сделала сам?
Юноша (быстро): Нет! Вам надо остаться здесь. Я позову кого-нибудь.
Демон (властно): Не надо. Заботьтесь лучше о себе. А теперь ступайте, я устал.
Юноша выбегает на улицу.
Голос Матери (с любопытством): Ты что и, правда, его убьешь?
Демон (зло, тихо): Замолчи! Ты уже сегодня натворила дел. Мне почти жаль его…
Голос Матери (презрительно): Не будь смешным.
Демон (тихо): Да, да… я смешон…
Голос Матери (с беспокойством): Что с тобой? Ты заболел? У тебя жар?
Демон (в забытьи): Да, да!.. Как все смешалось вдруг! Кажется, я болен. Впервые в жизни просто болен! Прекрасно болен! Как это порой бывает интересно: взять и заболеть.
Голос Матери: У тебя определенно бред.
Демон (вскакивает, раздраженно): Замолчи, замолчи! Что ты знаешь о жизни на земле, сидя там, наверху! Молчи! Все сказанное – ложь. Убереги свои слова для грешников и счастье для богов. А любовь припрячь в закромах, как баба самогон, и тайно пей сама. (Кричит). Молчи! А если захочешь что-то сказать, спустись сюда ко мне! (Внезапно тихо). И обагри слезами мое сердце…
Гаснет свет.
Голос Матери (задумчиво): Как странен он сегодня! Чудит, о чем-то говорит невнятно и без мысли. Он, действительно, утомлен, измотан. Хотя о нем есть кому позаботиться. А Юноша? Бедный мальчик! Кто позаботится о нем? Что же задумал этот злодей! А что будет с Девушкой? Бедняжка! Она так трогательно влюблена.
Загорается свет.
Входит Девушка. Она сразу замечает Демона, сидящего в кресле с бокалом вина, бросается к нему. Она опускается перед ним на колени, заглядывает ему в глаза. Демон ставит бокал на стол, берет ее за руки.
Демон (с грустной улыбкой): Как ты прекрасна сегодня!
Девушка (с беспокойством): Вы бледны! Какие у вас холодные руки. (Касается рукой его лба, восклицает). У вас жар!
Демон: Да, я болен, я прекрасно болен!
Девушка: Вам надо лечь и принять лекарство. (Ласково). Все будет хорошо.
Демон (с тоской): Нет, уже не будет.
Демон встает, обходит стол, вновь выпивает вина. Девушка с беспокойством наблюдает за ним.
Демон: Уже не будет… (Снова наливает себе вина).
Девушка берет из его рук бокал.
Девушка: Не надо. Вы больны!
Демон (с грустной улыбкой): Ты очень красива сегодня.
Зритель взволнованно вдыхает и выдыхает: наконец-то!
Демон хочет забрать свой бокал, но Девушка уверенно ставит его на стол, и результате чего ее рука оказывается в его руке. Девушка краснеет и делает несколько шагов назад. Демон подходит ближе, его руки скользят по ее рукам, касаются ее лица, волос.
Демон (тихо, с придыханием): Как хорошо, что ты здесь. Ты – самое прекрасное, что есть в моей жизни. (Наклоняется, чтобы поцеловать ее, но Девушка прикрывает его губы ладонью).
Девушка: Но я не люблю вас.
Демон опускает руки, начинает медленно отходить. Он бледен, губы сжаты в четкую черточку, глаза горят.
Девушка (испуганно): Вы больны. Я кого-нибудь позову! (Кидается к лестнице).
Демон (быстро): Не надо! (С горечью). Кого? Шута? Он наверху и гораздо выше, чем ты думаешь. Он в мире своих грез, слагает песни о любви, как будто в ней хоть что-то понимает! А если он вспоминает ту черноглазую циркачку, то еще выше! (Взволнованно ходит по сцене). Ее? Нет, не зовите ее! Она слишком далека и слишком… чужая. Она никогда не понимала меня и никогда не поймет. Юношу? (Внезапно останавливается). Юноша! (Кидается к окну, восклицает). Я совсем забыл про него! (В ужасе). Я только что его убил. (Поворачивается к Девушке, зло). Я теперь ужасен вам? Отвратителен! Мерзок! Почему вы так побледнели?
Шум бури внезапно усиливается, гремит гром. Свет на сцене начинает мерцать.
Демон (кричит): Убирайся прочь!
Демон отворачивается, прижимается лбом к стеклу. Девушка в растерянности замирает у лестницы.
Демон (взволнованно, тихо): Ты все еще здесь? Ну, почему ты так непослушна! А ведь я, правда, его убил! Я отправил его на улицу. (Девушка облегченно вздыхает, но она все еще взволнованна и начинает медленно подходить к Демону). Он очень умен, он понял… Тут совсем некстати появилась Мама – он ее услышал. Я потерял контроль над собой и отправил его на улицу, а потом выпил. Потом еще… Я совсем забыл про бурю и про него. Я забыл, что она может смыть человека. (Девушка касается рукой его плеча, Демон замирает). Ты все еще здесь. Ты близко. Скажи, ты бы смогла… если бы, конечно, не было его… (Восклицает). Но его уже нет!
Девушка (заботливо): Тебе холодно?
Демон поворачивается. Они смотрят друг другу в глаза.
Демон (горячо, с дрожью): Да, мне холодно. Мне ужасно холодно. Ты даже не представляешь, как мне холодно! (Целует ее).
Свет гаснет.
Зритель аплодирует.
Антракт.
* * *
Что такое театр без антракта? Так! Пустое развлечение. Но даже антракты должны быть уместны, впрочем, как и все в этой жизни.
Второй антракт вызывает легкое изумление. Ведь итак все ясно, все понятно! Зло торжествует, добродетель повержена. Это хороший спектакль, но зачем же так тянуть?
Зритель прогуливается в фойе, улыбается своему отражению в зеркале. Шелест платьев, шелест голосов. Все тихо, спокойно.
А он все стоит у стены, наблюдает.
Почему никто не замечает его? Почему никто не спешит за автографом? Почему он здесь? Но пусть это будет еще одной тайной театра.
Актер улыбается, еще раз обводит взглядом фойе и согласно кивает – раздается первый звонок… Зритель тут же приходит в движение. Он суетлив. Он проходит мимо актера и снова не замечает его. Второй звонок… Актер вздыхает, его взгляд отрывается от Зрителя – он погружается в другую, только ему ведомую реальность – третий звонок…
Действие третье
Кто-нибудь мог бы прийти и спасти мальчика от ужаса, но никто не пришел… Потому что никто никогда не приходит.
Томас Гарри
Темнота.
Лишь луч света блуждает по сцене, выхватывая на мгновенье то стул, то окно, то дверь – словно ищет кого-то.
Голос Демона: Прошло еще полгода.
Луч гаснет, раздается шум ветра. Он переходит от легкого завывания до грохота. Сквозь шум прорывается скрип двери.
Внезапно загорается огонь в камине, и Зритель видит у двери силуэт Шута.
Шут (устало): Ну, вот я и вернулся…
Внезапно включается свет.
Обстановка трактира совершенно не изменилась, у камина стоит Демон. Он с улыбкой наблюдает за Шутом.
Демон (с иронией): Заходи, я ждал тебя.
Шут: Ты все еще здесь! А я думал, что все уже закончилось…
Демон: Нет, ты успел, и твоя комната свободна. Посетителей нет, и опять буря – все, как всегда! Так что ты вовремя.
Шут: Хорошо, а то я боялся опоздать. (Уходит).
Демон (насмешливо, глядя ему вслед): Настоящий друг – редкая птица. (Уходит вглубь сцены).
Входит Девушка. Она одета в простое платье без пояса, волосы рассыпаны по плечам, босиком. Она бледна, круги под глазами. Ее голос тих, движения замедлены. Она похожа на тяжело больного человека. Она трогает гитару, заглядывает в окно. Демон внимательно наблюдает за ней из своего укрытия.
Девушка (встревожено): Мне показалось, что я слышала голоса. (С тоской). Нет, это не он. Буря… Как и в тот раз, когда я встретила его. Кажется, это было только вчера!.. Только вчера я могла прикоснуться к нему, услышать его голос, а сейчас его нет. Где же ты? Почему ты ушел? (С горечью). Я сама виновата!.. Хотя, что теперь говорить! (Испуганно). А может, он просто не любил меня? (Восклицает). О боги, как страшно сомненье! Незнание – еще страшней.
Наверху появляется Шут. Он искренне рад новой встрече с Девушкой, но, заметив ее бледность, с беспокойством бросается к ней.
Шут (с лаской): Девочка моя! Как же ты бледна, у тебя такие холодные руки! Ты больна?
Девушка (с надеждой): Вы видели его? Скажите, что вы видели его!
Шут (извиняясь): Милое дитя, мне нечего сказать тебе.
Девушка: Ах, если бы я могла хоть что-то изменить! Если бы я могла все вернуть!
Шут (успокаивает): Поверь мне, ты тут ни причем – это все происки высших сил. Успокойся, милая девочка, никому из нас не дано знать свою судьбу.
Девушка: Но ведь вы вернулись, может быть, и он?..
Шут: Не знаю, может быть…
Девушка уходит.
Шут (вздыхает): Бедное дитя!
Шут поворачивается к Демону, он пылает праведным гневом. Демон лишь снисходительно улыбается в ответ и спокойно занимает свое место у камина.
Шут (гневно): Ну что, теперь-то ты доволен? Молчишь. Опять молчишь! Неужели запас злословия иссяк? Иль совесть проснулась в твоем каменном сердце? А может, твои глаза съел смрад любви? Отчего же отводишь взгляд?
Демон (равнодушно): Ты мешаешь мне смотреть на огонь.
Шут: Презренный! Думаешь, ты велик? Нет, ты смешон. Зачем ты убил его? Так даже щенков не топят. А что будет с ней, ты подумал об этом? (Пауза). Как все глупо. И сам ты глупец! (Уходит).
Демон (насмешливо): И опять винят меня! Как все банально. Как все просто.
Голос Матери (смеется): Ты что-то имеешь против?
Демон: Да нет! Я вообще молчу.
Голос Матери (с любопытством): Ты скажешь ей?
Демон (задумывается): О нем? Ты думаешь, это верный ход?
Голос Матери (пророчески): мальчик, тебе надо завершить ту игру, которую начал.
Демон уходит в глубь сцены.
Приглушается свет, сильный порыв ветра распахивает дверь, заметая снег на пол, стол и даже лестницу.
Наверху появляется Девушка. Она медленно спускается по лестнице. Новый порыв ветра обдувает ее и без того бледное лицо, рвет платье, но она не замечает этого.
Девушка: Я слышала голоса. Кто здесь? Тишина в ответ. (Зовет). Кто здесь? (Подходит к краю сцены). Не бойтесь! Я всего лишь бедная девушка, я не причиню вам зла. Постойте! Поговорите со мной, выйдите на свет. Кто бы вы ни были… Что бы вы ни были… Только выйдете, не прячьтесь! Не пугайте меня еще больше! (Прислушивается). Молчат. Они всегда молчат. А может, их нет? А может, в этой темноте никого нет, и я зову зря? Но мне просто так хочется верить, что здесь хоть кто-то есть.
Дверь захлопывается, звук бури исчезает, словно она внезапно прекратилась.
Демон хочет сделать несколько шагов в сторону Девушки, но одумывается.
Свет постепенно превращается в белый луч, обрамляющий фигуру Девушки.
Девушка (отстраненно): Я не могу понять, почему он ушел. Я знаю, что виновата! Но ведь он говорил, что любит меня! Неужели его слова были ложью? (С жаром). Нет, нет! Он не мог мне врать! Я видела это в его глазах. Вы слышите меня? (Кричит). Вы, те, кто вечно прячется за маской тьмы, он не врал мне! Он любил меня… любит… Я верю, что он вернется! (Внезапно тихо). И простит меня. Но его нет… (С мольбой). О, если бы знать, где он, как он. Я бы все отдала за это. Если он с другой… пусть! Пусть будет счастлив с ней. Если мертв… если мертв, то скажите… Мне нужно это знать, чтобы жить дальше! Я готова на все ради правды. Ибо, что есть мир, если в нем нет любви? Он пуст, мертв. И я мертва!
Голос Демона (кричит): Не говори о том, чего ты не знаешь!
Синий луч выхватывает из темноты фигуру Демона.
Девушка (разочарованно): Это ты? (Укоряет). Почему ты вечно прячешься? Почему бы тебе не выйти не свет?
Демон (с полуулыбкой): Зачем? Что я там не видел?
Девушка: Откуда ты знаешь? Тебя же там не было. (Интересуется). А что ты делал там, в темноте?
Демон: Как обычно, ничего.
Девушка (утвердительно): Ты подслушивал. Так это ты пугал меня?
Демон подходит к Девушке, заглядывает в ее глаза. Она совершенно не боится его, на ее губах слабая улыбка.
Демон: Допустим, не только я. Но я, действительно, подслушивал.
Девушка (с улыбкой): И тебе не стыдно?
Демон: Отнюдь!
Девушка: Почему?
Демон: Такова моя роль в этой пьесе.
Девушка: А что еще входит в твою роль?
Демон (печально): Знание.
Девушка (настораживается): Знание? О чем?
Демон: О том, что здесь происходит на самом деле.
Девушка (отмахивается): Ты опять шутишь!
Демон (внезапно): А хочешь, я расскажу тебе…
Девушка (резко): Не нужно!
Девушка подходит к лестнице, поднимается на несколько ступенек.
Демон печально смотрит ей вслед.
Девушка (утвердительно): Ты опять солжешь.
Демон пожимает плечами и уходит к окну. Девушка внимательно смотрит на него.
Девушка (с дрожью): Ты… правда… знаешь?..
Демон (не поворачиваясь к ней): Голос выдал тебя, милое дитя.
Девушка: Как страшно не знать…
Демон (со вздохом): Знание, порой, страшней.
Девушка (бросаясь к Демону, умоляет): Нет, нет! Ты не понимаешь!
Демон (печально): Быть может.
Девушка: Страх камнем лежит на моей груди. А сомнения точат мое нутро. Я умираю!
Девушка хватает Демона за руки, падает на колени.
Демон (испуганно): Нет! Ты будешь жить вечно. (Поднимает Девушку, обнимает).
Девушка (заглядывая Демону в глаза): Дай ответ, кто бы ты ни был! Да будь ты хоть самим Дьяволом, дай же мне ответ! Почему ты молчишь? Ты же сам только что сказал, что знаешь ответ! Посмотри в мои глаза, что ты видишь в них? (Укоряет). Молчишь, ты опять молчишь! (Убегает от него). Как это просто – молчать! (С мольбой). Но скажи хоть что-нибудь! Если он полюбил другую, прощу: я сама виновата перед ним! Лишь бы знать…
Демон (с болью): А если он мертв?
Девушка на миг закрывает глаза.
Девушка (мужественно): Скажи только: он лгал мне тогда? Да? Нет? (С ужасом). Ты снова молчишь! А может, ты тоже лжешь мне? (Срывается на крик). Почему? За что? Что я сделала вам, судьбе!.. Я простая девушка, я просто хочу знать. Я умоляю тебя. Так кто же ты такой? Что же ты такое? Что ты хочешь от меня? Я отдам все! Только не томи меня! Не терзай меня еще больше! Меня есть кому казнить, так не будь еще больше жесток. Пощади…
Демон (растерянно): Я не знаю, что сказать…
Девушка (утвердительно): Тогда скажи правду! Он лгал мне?
Демон: Нет.
Девушка (с жаром): Нет? Ты лжешь! Тогда почему он ушел? Почему он бросил меня здесь? Он обещал, что никогда и ни за что не оставит меня! А сам ушел. Так просто, не сказав ни слова. Он соврал мне тогда, а ты – сейчас!
Демон (внезапно): Он умер! (Менее эмоционально). Он не лгал тебе, никогда не лгал, он просто умер. (В ужасе). Не смотри на меня так – твои глаза обжигают.
Девушка (бесцветно): Я не могу больше смотреть. (Уходит).
Зритель аплодирует.
Демон ждет, когда утихнет шум в зале.
Демон (Зрителю): История подходит к концу. Осталось подвести финальную черту, вывести мораль, так сказать. А мораль сей басни такова: лгать просто, молчать – еще проще. Потому что за ложь мы в ответе, как и за правду, и даже, порой, больше. Если поймают, конечно. (Утвердительно). А вот молчание не требует ответа. На то оно и молчание! Слово сказанное – есть ложь.
Свет гаснет, зал погружается в полнейшую темноту.
Голос Матери (печально): И все-таки ты сделал это…
Голос Демона (раздраженно): Да. Тебе еще есть что сказать мне?
Голос Матери: Я предупреждала тебя. Почему ты ослушался?
Голос Демона: Потому что я – Демон.
Шум бури усиливается и вновь стихает.
Голос Шута (сердито): Что за дьявол? Почему так темно? Такой мрак, словно похороны! Еще эта буря так и воет. Я уже потерял счет времени…
Раздается грохот. Свет загорается. Становится виден Шут и перевернутый стул, о который он споткнулся.
Шут: Ты здесь!
Демон (насмехается): А кого ты ожидал увидеть? Деву Марию?
Шут: А почему в темноте?
Демон: Так легче думается.
Шут (смеется): Интересно, о чем?
Демон: Смеешься! Хотя на то ты и шут, чтобы смеяться.
Шут: Будь осторожен! Думать опасно.
Демон (в тон): Не думать – вредно.
Шут (настороженно): Ты говоришь загадками.
Демон (с вызовом): А ты хотя бы раз понимал меня?
Шут: Что за меланхолия? Я не узнаю тебя!
Демон: Я сказал ей…
Шут: О чем?
Демон: О нем…
Шут (в ужасе): Но почему? Ты ведь обещал!
Демон: Обещал что?
Шут: Я не стал вмешиваться только потому, что ты обещал! Я бы мог…
Демон (интересуется): А что ты мог?
Шут: Ты ее погубил. Зачем ты сказал? Она же верила, что он вернется, и жила этим. (Жестко). На этот раз ты превзошел самого себя. Жестокость – вот твое имя! Или даже нет, равнодушие! Ибо тебе безразлично все в этом мире! Тебя интересует только твоя похоть, которую ты никак не можешь насытить. Ты обещал мне, что никто не погибнет. А что получилось? Его ты отдал на растерзание ветру, ее – растерзал словами. А что тогда ты сделаешь со мной? (Победоносно). Теперь ты не заставишь меня молчать. (С усмешкой). Неужели порвешь все струны на моей гитаре? (В экстазе). Мир все равно узнает о трагической любви этих двух людей и твоем черном коварстве! Весь мир осудит тебя, весь мир скажет, что ты – Зло. Тебя будут презирать, кидать в тебя камнями, натравливать собак. Тебя будут гнать отовсюду, где бы ты не появился! С этого дня нигде больше не найти тебе убежища, чудовище! И тебе не остановить меня! (Убегает).
Демон (изумленно): Интересно, что он имел в виду? (Уходит).
Воцаряется полумрак.
Входит Девушка. Она одета в длинную белую рубашку, волосы распущенны, босиком в ее руках горит свеча. Девушка подходит к краю сцены, пытается разглядеть Зрителя.
Девушка (Зрителю): Здравствуй, тот, кто прячется за маской тьмы! Я узнала тебя. (Успокаивает). Но не бойся! Я не назову твоего имени – ты ведь должен это сделать сам. Такова твоя роль в этом спектакле! Но помни: молчание страшнее лжи. Потому что это и есть ложь.
Девушка ставит свечу на стол, бросает взгляд в окно, на Зрителя – снова в окно, и снова на Зрителя.
Девушка (таинственно): Ночь, время снимать маски. (Зрителю). Так сними ее сам, иначе ее с тебя сорвут, ибо ночь не прощает лжи. (Уходит).
Свет гаснет полностью, но свеча продолжает гореть. Тут ветер вновь врывается в комнату и задувает огонек. Сцена погружается во мрак, звук бури нарастает. Создается впечатление, что за стенами театра, действительно, разыгралась непогода. Звук бури достигает кульминации и вдруг… замолкает. Все это действует на нервы Зрителю.
Загорается свет, входит Демон. Он доволен собой, улыбается.
Демон (объявляет): Последняя сцена! (Смеется). Все оказалось забавнее, чем я думал. А вообще многое оказалось не таким, как я думал. Воистину – это дом иллюзий! Но это уже последняя сцена, после которой актеры по своему обыкновению должны снять маски. (Немного грустно). Правда, жаль разрушать такую прекрасную иллюзию.
Входит Шут. Он мрачен. Медленно надевает плащ, берет гитару.
Демон (изумленно): Что я вижу! Ты уходишь? Постой же! Разве ты не выйдешь на аплодисменты? Это ведь победа! Смотри: зал все еще полон, и Зритель доволен, хотя мы и немного затянули. Но все равно это победа!
Шут (мрачно): Какая победа?
Демон (радостно): Моя! А заодно и твоя где-то. В любом случае, все получилось именно так, как я и говорил.
Шут: Так-то так, только не так…
Шут собирается уходить, Демон останавливает его.
Демон (гневно): Ты хочешь меня оскорбить? Безумец!
Шут (скидывая его руку со своего плеча): Ты сам безумен! Неужели ты не видишь, что проиграл? На этот раз ты проиграл. Наверное, впервые в жизни…
Демон: О чем ты говоришь? (С горечью). Как ты изменился за эти дни. Мне не узнать тебя. Неужели тебе стало их жаль?
Шут: Мне жаль тебя.
Демон (восклицает): Меня?! Но почему!
Голос Матери (неожиданно, громко, торжественно): Потому что она умерла.
Демон (не веря): Что?..
Шут: Она умерла… Все получилось не так, как ты хотел. Ты проиграл.
Демон: Я не понимаю… это такая шутка?
Шут: Ты все понимаешь – увидеть не хочешь.
Демон бледнеет, устало опускается на стул. Он растерян и подавлен.
Голос Матери (громко, гневно, праведно): Что ты молчишь, чудовище? Теперь-то ты доволен! Я говорила тебе, я предупреждала тебя! Но нет! Твоя гордыня слепила тебе глаза – подавай тебе беды в любом виде! Вот и получай блюдо с невинной кровью. Наслаждайся! И помни: виноват только ты. Только ты один виноват в этой трагедии! Но для тебя ведь это только слова. Я ведь с самого начала говорила, что из твоей затеи ничего хорошего не выйдет? И что? Разве ты послушал меня? Ты способен слушать только самого себя! Эгоист! Убийца! Нет, всего этого мало, слишком легко для тебя. У меня даже нет имени для тебя. Что же теперь ты молчишь? Ты так прекрасно говорил в начале, а теперь? Они умерли, Демон. Ты хоть это понимаешь? Ты понимаешь, что ты убил их собственными руками!
Демон (обреченно): Молчи. (Громко, с вызовом). Молчи! Что ты понимаешь в земной жизни? Ты сидишь на своих облаках и только взираешь на нас. Ты думаешь, что все знаешь, а что ты знаешь?! Что!! Ты ничего не знаешь! Я ведь любил ее! (Кричит). Любил!..
Шут роняет гитару.
Свет гаснет. Занавес закрывается. Тишина.
Антракт.
1999-2003 гг.
1 Стихотворение посвящено Бахаревой Дарье Николаевне (или Дианоре). Она родилась 14 сентября 1982г. и скончалась 23 марта 1999г. в Абакане от саркомы легкого, всего на полгода пережив своего возлюбленного. Она была единственной дочерью своих родителей и прекрасным другом.
2 (лат.) Держи про себя (буквальный перевод). Молчи о том, что знаешь (вольный перевод).
3 Шекспир, «Король Лир».
4 Шекспир, «Король Лир».
5 Шекспир «Король Лир».
6 (лат.) Другой я (мой близкий друг, двойник).
7 (лат.) Первый между равными.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/