Лермонтово





Юноша.



Ведь он в какой-то мере -

лодка с парусом у жизни на волнах

(в прошлых, да и в наших временах) -

нет ни компаса, ни прочих там снастей,

чтоб в чересполосице страстей

и слепой борьбе высокомерий

выдержать и штиль и лютый шквал.



...Но можно и просто - нарваться не на того...



Думаю, он здесь сто раз бывал,

раз - Лермонтово.





Но музыка - не заиграла.

Другие звуки.

Царица Ночи потирала

старушьи руки.



А тишина - сродни удавке.

На сыр в капкане

ползли зелёные козявки

по черной ткани.



Зашевелилась бесконечность.

И вечность - выше.



Я при гляделся и... -

конечно! -

ноктюрн услышал.





По над бездною без дна

бродит белая волна

и, не знаючи забот,

больно бьётся барже в борт.



Где темно и тишина,

прозябает глубина

в черном холоде - и ждёт,

что к ней с баржи упадёт.



А у нас здесь - ночь черна.

Выпьем белого вина?



Исчерпав запасы дури,

никнет море после бури.

Волны в белом неглиже

не стараются уже.

Ветер жив, но - иногда.

В тучах кончилась вода.

Да и в небе распласталась

осторожная усталость.



...По-другому не бывает:

все, что сбылось - убывает.



Доктор-Время - убивает.



х



Тревожат всуе ветры скорые

кривые горы и предгория,

а речка, жизни аллегория,

перебесившись, входит в море и -

в нём бесследно растворяется,

отдав последний всплеск волнам...



Всё, в назиданье глупым нам,

ежемгновенно повторяется.



х



Скользя, с небес сползает скатерть.

Ты посмотри - они, до дна,

синее ситца или льна!

У пирса плоская волна

слегка раскачивает катер.



Обывательская рать,

позабывши пить да жрать,

распласталась загорать.



...После шторма

это - норма.





Мои проблемы мне ясны:

я не считаю жизнью сны;

мне только мелочи важны;

любимой в свете нет страны;

не все родные мне родны;

зимой жду лета, не весны;

ослы получше, чем слоны;

лес начинается с сосны;

мне мир противен без жены...



Так я устроен в голове.



И - я не слышал тишины

недели две.





х



Посинела моря лужа.

Тормознулся ветра ток.

Розовея, пахнет ружа,

многочисленный цветок.



Зной. На трассе замер трафик.

В поле каменной плиты

муравей рисует график

бестолковой суеты.



Засмотревшись, я ел финик.

Постигал - и не постиг.

Вдруг - запрыгали дельфины

возле берега почти.



Финик.

Воздух.

Ружа.



...Тут

длинный

отдых -

тоже

труд.



х



Вечер. И чайки, крикливые изверги,

повыключали дурацкие выкрики

(точки-тире свои, иксы да игреки,

ругань да сплетни. А может, и лирики...

Больше похожие, впрочем, на зумеры.)

В небе - столкнулись две серые выкройки.

Ветер прогнал их с картинки - и в сумерки

сразу рассыпались синие искорки

из наклонённой тарелки Луны,

в стайки собрались...



Под шелест волны

я и не сплю -

и уже вижу сны.



Ночь - эфемерное ТВ

над Лермонтово.





* * *



Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/