ЗЛОЙ РОК
Взрыв. Прямым попаданием снаряд разворотил двигатель и расколол фюзеляж. Звездолёт сразу потерял управление, и теперь искорёженной грудой металла стремительно нёсся к планете. Это конец. И пилот знал об этом.
Кир с горькой усмешкой опустил руки и отрешённо наблюдал как смерть мчится навстречу. Вот и конец его такой невезучей жизни. И уже ничего не изменишь. Вся электроника сгорела, а без неё корабль всё равно, что тело без души.
Перед глазами вновь предстал образ Леи, единственной девушки, полюбившей его. Но и она не выдержала. “Прости меня, - сказала она. – Я буду проклинать себя всю жизнь, но больше так не могу”. Это случилось через год после их встречи. Лея выдержала тринадцать месяцев. При воспоминании о ней слёзы не выступили из глаз. Видимо, зарубцовывается и эта рана, которых бесчисленое количество в его исстрадавшейся душе.
Кир неудачник. И это ещё мягко сказано. Как ни крути, но это его рок, его несчастная судьба.
С самого детства, с семимесячного возраста, как остался без родителей и его взяла на воспитание тётка, невезение не оставляло Кира ни на минуту. Но, скорее, оно началось с самого рождения. Ведь появился он на свет недоношенным, болезненным, едва не умер в первые секунды жизни, и, к тому же, рано осиротел. Что это? Судьба?
Невезение. Оно стало неотъемлемой частью его жизни. Конечно, всё можно отнести к банальному стечению обстоятельств, или посчитать болезненным восприятием личностью собственных просчётов. Но стало аксиомой, что возле Кира всё оборудование портилось, даже такое, что вообще невозможно сломать. И об этом знало всё его окружение. Потому люди и сторонились юноши.
А ещё у него в руках с удивительной повторяемостью рассыпались стулья и прочая мебель, возле которой он находился какое-то время. Под ногами едва не каждый день проваливался пол, на его несчастную голову срывалась штукатурка, а то и вовсе обрушивался потолок. Особенно в старых домах. Кир свыкся и почти не обращал внимания, что перед ним часто не открывались двери, петли которых то отваливались, то удивительно быстро приржавливали друг к другу. И самое забавное, что кто-то только проходил через эту самую дверь.
Про деньги и говорить нечего. Кир старался вообще не держать их в руках, поскольку они его презирали и буквально кидали. То его обворовывали, даже если в кармане всего несколько монет. То случался пожар, и на нём сгорала вся одежда вместе с содержимым карманов. То прямо на тротуаре сбивала машина, и его обкрадывали. А частенько деньги и вовсе сами по себе просто куда-то пропадали.
В играх со сверстниками команда Кира всегда проигрывала, независимо от того, когда он выходил на поле, или садился за стол. Мяч спускал, биты и клюшки ломались. Поэтому ничего удивительного, что он всю жизнь был одинок.
Человек ко всему привыкает и со всем смиряется. Так и он. А что ещё остается? Кир для самоутешения решил, что так даже лучше: никто ему не мешает, никаких обязательств, а значит, меньше проблем. И всё бы ничего, но человек не может всю жизнь провести в одиночестве.
Со всеми странностями Кира смирялась лишь его старая тётка. Может, потому, что сама одинока, а в старом домике, где они жили на окраине города, уже давным-давно всё было сломано. А ещё она всё прощала Киру, может, потому, что искренне любила своего несчастного племянника.
Тётка ведь тоже была по-своему невезучей. Она так и не нашла свою любовь, не создала семью, не родила. А если всего этого нет в жизни человека, тем более женщины, то в чём ещё счастье?
Но тётка умерла, когда ему исполнилось девятнадцать. Это своеобразный рубеж в жизни Кира, согласно которому всё в ней теперь делилось до и после. Всё же когда рядом есть хоть одна родственная душа, к кому можно обратиться просто за добрым словом, жить намного легче. Но теперь он остался совсем один.
И всё же Кир находил утешение не только у своей тётки, которую тоже любил. У него имелась страсть. Может, единственное, в чём Киру хоть немного везло – это учёба. Он старался, как мог и, возможно, будь обыкновенным человеком, стал бы отличником. Но в обществе всегда срабатывает эффект предубеждения, напрямую зависящий от мнения окружающих. Так и с учителями Кира, всегда занижавшими ему отметки. Но, привыкший к своей жестокой судьбе, он не жаловался.
Кир получал удовольствие, постигая что-то новое. Все учебники, пока те не сгорали, не терялись, не тонули в реках, он прочитывал от корки до корки и, благодаря замечательной памяти, мог легко извлечь из головы всё необходимое. И даже не смотря на то, что много времени проводил то в больнице, то выздоравливая дома после очередного несчастного случая, учёба давалась ему легко. Но он был изгоем, и потому довольствовался тем, что имел.
По окончании школы Кир поступил в университет, на отлично сдав все экзамены. В тот момент он был по-настоящему счастлив. Впервые в жизни удача действительно улыбнулась ему. И как человеку, привыкшему к стабильному невезению, Киру просто не верилось, что всё может быть так хорошо.
Но, впрочем, и тут не обошлось без осложнений. Принимавшие экзамены преподаватели удивились столь обширными познаниями абитуриента и низкими отметками в школе. Они даже посчитали, что он каким-то образом их обманул. И Киру устроили буквально допрос с пристрастием по всей школьной программе. И он, с улыбкой на губах, без запинки пересказал наизусть почти все учебники. По окончании экзамена преподаватели аплодировали ему. И Киру было предоставлено обучение за счёт государства.
Удача окрылила его, и он буквально воспрял духом. Но, к сожалению, продлилось это недолго. Через два месяца умерла тётка. Для Кира это явилось страшным ударом. Ведь она была единственной опорой в жизни, настоящим другом и наставником. А теперь остался совсем один.
Душевная травма выбила молодого человека из колеи. Всему есть предел. И Кир, в конце концов, сломался. Похоронив тётку, он ушёл из университета. Ему казалось - поменяй имя, место жительства и жизнь потечёт в другом русле. Но, судьбу не изменишь.
Чего греха таить, Кир неоднократно подумывал о самоубийстве. Но какой-то внутренний голос постоянно нашептывал о его великом едва не божественном предназначении. Может, он это придумал, или у него действительно было предвидение?
Однажды в детстве тётка водила его к ведунье. Уже тогда она была напугана обилием неблагоприятных событий в жизни племянника. Ведунья долго разглядывала шестилетнего малыша. А потом сказала, что он рождён быть великим. Подумать только – он великий. Да единственно, в чём он был великим, так это в своих несчастьях. Ну, кому в жизни не везло ещё больше? И всё же Кир, почему-то хорошо запомнивший тот эпизод, упорно держался этой мысли, и она помогала ему выдержать все невзгоды, лавинами обрушивающимися на его голову.
При входе в атмосферу начала гореть обшивка звездолёта. Он сконструирован из лёгких металлов и предназначен для полётов в космосе. И теперь корабль, а вернее, его остатки походили на огромный факел, несущийся к планете. Кир стоически наблюдал, как смерть всё ближе подкрадывается к нему. Хорошо ещё, один на корабле, и гибель других не ляжет тяжёлым грузом на его несчастную душу.
Лея. Это особый эпизод в его жизни. Бросив институт, Кир начал работать разносчиком пицы. И вот тогда судьба и свела его с девушкой. Они встретились случайно на улице родного города. У Леи сломался каблук, и она подвернула ногу перед самым носом Кира. Он хорошо знал, что делать в таких случаях, и оказал помощь. И затем не мог ни дня прожить без неё. Казалось, это судьба их свела. Но она же и разлучила. “Прости меня, - сказала Лея. – Я буду проклинать себя всю жизнь, но больше так не могу”.
После разрыва с Леей Кир вновь круто изменил судьбу и пошёл в армию. К своему удивлению он сразу же попал в звёздный флот. Удача сделала ему необъяснимую поблажку. Служить пилотом было заветной мечтой большинства его ровесников. А он стал им легко, с первого же захода. Казалось, злая судьба, наконец, отпустила. А помогли снова знания и отменная память. Он на отлично сдал все тесты, и потому его зачислили в армейскую элиту.
Киру нравилось в звёздном флоте. У него пела душа, когда он бороздил космические просторы. Казалось, это и есть его призвание.
На удивление, истребитель Кира не ломался. А вот любая другая техника, возле которой стоило ему постоять, выходила из строя. Но это уже не волновало его. Правда, суеверные механики всегда гнали его подальше от своих кораблей, над чем весело посмеивались коллеги. Но он, как всегда, стоически переносил все неурядицы.
Как бы там ни было, но Кир считался лучшим пилотом штурмового крейсера, и командование не раз поощряло его. И для него это было главным. Он нашёл себя, его признало общество. А это почти счастье.
Закрылки оторвало ещё в космосе. Разгерметизация салона произошла тогда же, и теперь лишь считанные мгновения оставались до гибели. Крылья при входе в атмосферу оплавились довольно быстро. Они буквально растаяли в клубах пламени, словно изготовлены из масла. И теперь Кир наблюдал, как перед ним горит панель. Смерть уже рядом. До неё можно дотянуться рукой. К счастью, он в скафандре. Но надолго ли хватит его?
При столкновении с планетой останки истребителя разбросало в стороны, и Кир потерял сознание. Вероятно, жизнь ему спасло амортизационное кресло, принявшее на себя основную силу удара. И теперь перед ним открылась новая страница жизни.
Кир пришёл в себя и, открыв глаза, осмотрелся.
А сейчас вокруг полутьма и благодатная тишина. Кстати, тела он почти не ощущал. Никакой боли, а значит, кости целы и даже синяки привычно не саднят кожу. А может, я уже в раю?
Нос зачесался и Кир чихнул. Значит, всё-таки выжил. Неужели смерть испугалась его несчастной судьбы?
Кир лежал полностью обнажённым и терялся в догадках о местопребывании, пока не вспыхнул голубоватый свет. Небольшая лампочка под потолком не давала возможности что-либо рассмотреть. Но даже при её свете всё стало ясно.
Кир выжил, но это не тот случай, когда следует радоваться. Он в плену. А о жестокости врага нечего и говорить. Достаточно вспомнить колонистов этой планеты. Ицки при вторжении уничтожили всех подчистую. А это примерно двадцать тысяч человек.
Кир едва успел это вспомнить, как тут же распахнулась низкая дверца, и в неё вошёл ицк. У него шесть лап и мерзкая вытянутая собачья морда. Почему мерзкая? Что-то есть отталкивающее в этом существе. Может, исходящий чужой запах, или зловещий взгляд чёрных острых глаз, будто сверлящих тебя. А ещё от чужака буквально сквозит не прикрытой злобой. Как же он ненавидит человека.
Ицк остановился в паре шагов от пленника. Сейчас он похож на каракатицу, прижавшуюся к земле. Все формы и пропорции его тела имеют что-то аномальное и негармоничное. Одним словом – это чужой.
Ицк прогнулся и, оставшись на четырех задних лапах, две передние скрестил на груди. Теперь он стал выше на целый метр и приобрёл более солидный вид. Кир с неким философским безразличием наблюдал за иномирянином. Он впервые живьём увидел врага, с которым воевал уже несколько месяцев. Но отлично понимал - ничего хорошего ожидать не приходится. Ицки не берут пленных.
Окинув взглядом человека, пёсьеголовый выдал что-то несуразное на своём лающе шипящем языке, и показал на дверь. А в довершение громко пустил воздух из задней части, тем самым, вероятно, показывая отношение к пленному. Кир всё понял и без переводчика. Нужно куда-то идти. И он не спорил.
Неторопливо поднявшись, человек покорно двинулся в указанном направлении. Честно говоря, ему абсолютно безразлично, куда идёт, поскольку знает - от ицков не спастись. Разуверившись в жизни, в последние дни Кир искал смерти. Так есть ли разница, как она придёт?
Когда человек проходил под лампочкой, она, слабо мигнув, погасла. Кир усмехнулся в окутавшей его полутьме. Всё, как всегда.
Его долго вели бесконечными коридорами. Пришлось сильно пригибаться, так как эта станция не предназначена для человека. Вокруг, будто гигантские тараканы, на шести лапах сновали ицки, не без интереса разглядывая чужака. Вероятно, они с удовольствием вонзили бы хищные пасти ему в глотку. Но пока он считался пленным, и его терпели.
Год назад ицки вторглись в пределы космического пространства, освоенного людьми. Это в сражении с ними Кир и был сбит. Пёсьеглавые имеют метаболизм, сходный с человеческим, и потому возжелали отобрать у людей планеты, где сами могли бы жить. Таких миров ведь не так уж и много. Но пока ицкам удалось захватить лишь одну планету. Это Гера, названная в честь древнегреческой богини, может, за своеобразный климат, или ещё за что.
Кира ввели то ли в кабинет, то ли отсек, то ли пещеру. Собачья будка – сравнение показалось ему наиболее приемлемым, ввиду присутствия хозяев, и он криво усмехнулся.
Трое ицков важно разлеглись на возвышениях. Перед каждым ложем стоит более высокий стол. Разумные существа окружают себя различными полезными вещами, приспособленными под себя. Потому человек и не мог понять, что именно находится на столах. Впрочем, это его не волновало. Кир пребывал в странном оцепенении. Возможно, после катастрофы. И всё происходящее воспринималось им как-то отстранённо.
Всегда неудобно стоять пригнувшись, да и слабость давала о себе знать, и Кир присел на корточки. Ицки не возражали.
Полностью обнажённым он чувствовал себя очень неуютно. Человек, привыкший к одежде, порой неосознанно воспринимает её за свою вторую кожу, что обеспечивает тепло, комфорт и защиту. Но, видимо, пёсьеголовые не знают, для чего одежда нужна людям, поскольку сами не носят её. И на Кира вид их жирной шерсти производил неприятно-отталкивающее впечатление. Может, точно так же и они относились к нему, но это его не трогало.
Ицки немного посовещались, наполнив помещение гавкающе – шипящими звуками, и начали допрос. У них имелся электронный переводчик, задававший на человеческом языке простые однотипные вопросы, часто неправильно сформулированные, так что порой их с трудом можно было понять. Но всё же Кир что-то отвечал.
В их вопросах не было ничего, связанного с военными действиями. Поинтересовались его именем, затем количеством самок, которых имеет право оплодотворить. Весьма удивились ответу - сколько угодно. Потом ицки пытались разобраться, кто он на самом деле – не важная ли шишка, имеющая право убивать коллег. Но тут вышел из строя электронный переводчик и допрос прекратился. Вскоре погасли две лампы, освещавшие помещение. Находившийся справа от Кира ицк громко залаял, когда в его лапах сломался какой-то предмет.
Человека перевели в соседнее помещение. Те же, либо другие ицки продолжили допрос. Кир ещё не научился их различать. Но минут пять спустя всё оборудование снова оказалось сломано.
Вначале ицки не понимали, что происходит. Но вскоре заметили, что приборы выходят из строя в присутствии человека. К тому времени едва не половина станции была обесточена, изломана и приведена в негодность. Даже мебель, и та рассыпалась в прах.
И это всего за один день. На следующий Кира вывели за пределы базы. Там его заперли в деревянный сарай, оставшийся, по-видимому, ещё со времён проживания людей. Допросы больше не проводили ввиду того, что оборудование сразу же ломалось в его присутствии, а языка людей ни один ицк не знал. Видимо, слишком отличается речевой аппарат двух рас.
В том сарае Кира продержали голодным почти неделю. К счастью, шли дожди. Через дырявую крышу вода ручьём лилась внутрь, и он мог хоть напиться вволю, и тем самым продлить ещё на один день свою несчастную жизнь.
По его подсчётам шли восьмые сутки заточения, когда к нему вновь пришли ицки. Полуживого и измученного они буквально выволокли человека из сарая. Кир едва держался на ногах от слабости, но всё же гордо выпрямился и презрительно смотрел на иномирян.
Как же они ненавидели этот его взгляд. Своим видом человек показывал, что не сломлен голодом и одиночеством, на что рассчитывали захватчики, и потому они ещё больше озлобились.
Ицки непрерывно говорили меж собой. По-видимому, никак не могли прийти к какому-то соглашению, поскольку до Кира стало долетать всё больше резких лающих звуков, переходящих на визг. Но человек молча ждал. Он уже понял - решается его судьба.
Кир отвернулся от мерзких пёсьеголовых и осмотрелся. На Гере он впервые. Но даже сейчас, голодный и слабый, не мог не заметить удивительной прелести этого мира. С высоты холма, где располагался сарай, Кир смотрел: на теряющиеся в серо-голубой дымке своеобразные, не похожие на земные, горы; на густой лес, ковром покрывающий долину; на птиц, весело снующих в небе и издающих волшебные переливающиеся звуки. И душой ощутил всю прелесть этого мира. Ему нравится всё, что видят глаза. Да, здесь он хотел бы жить.
Резкий звук раздался сзади. Кир обернулся. Ицки стояли полукругом, наставив на него оружие. Человек не удивился - к этому всё и шло. Они хотели убить его, но оружие им не подчинялось.
Иномиряне залаяли, совсем как дикие псы. Внезапно у одного из них прямо в лапах взорвался лучемёт, и убил наповал. Это стало последней каплей, переполнившей чашу терпения пёсьеглавых. И они накинулись на голого человека, вгрызаясь хищными зубами в его мягкую плоть.
Кир умер сразу. Он был слишком слаб и истощён, чтобы бороться за жизнь. А ицки жадно глотали куски мяса, захлебываясь человеческой кровью и давая выход наружу своей врождённой звериной жестокости. Пёсьеголовые по своему обычаю попировали над останками врага, тем самым унижая его и приобретая, якобы, власть над его душой.
Обглоданные кости человека они разбросали по всему холму, а череп утопили в реке, протекавшей в низине.
Спустя примерно неделю люди отвоевали у ицков планету, не оказавшую, к всеобщему удивлению, никакого сопротивления. Атаки безоружных захватчиков не в счёт. Их просто сожгли лазерами.
Уже после высадки было обнаружено, что всё оборудование ицков полностью изломано. Причины тому не смогли найти. Долго тогда ходили слухи о каком-то сверхсекретном оружии спецслужб. Но о нём не знало даже начальство звёздного флота.
Занимающая важное стратегическое положение, эта планета имела огромное значение в ходе боевых действий. Победа на Гере стала переломным моментом в войне. Лишённые наземной базы, захватчики оказались вынуждены уйти. И вскоре люди полностью изгнали ицков из освоенного космоса.
Победив врага, человечество стремилось заново основать колонию на Гере. Но все попытки оказались безуспешны. Теперь здесь вся техника выходила из строя. Даже та, что вообще не должна ломаться, чего прежде не наблюдалось. Сами по себе рушились ещё недостроенные дома, взрывались боеприпасы, прямо в воздухе теряли управление и разбивались летательные аппараты. Даже еду стало невозможно приготовить. Она из состояния неполной готовности сразу же становилась подгоревшей, испорченной и негодной к употреблению.
Остатки колонистов, до последнего сражавшихся с планетой, но всё равно проигравших, были эвакуированы. И Гера осталась девственно чистым миром.
В документах звёздного флота значится, что лишь одна женщина не пожелала улетать. Её звали Лея. Она поселилась в маленьком домике недалеко от бывшей военной базы ицков. Провожая последнюю группу беженцев, она улыбалась, прижимая к себе детей близнецов.
Командир последнего звездолёта утверждал, что после старта, взглянув на экран заднего обзора, видел неясную тень мужчины, стоявшего возле Леи. Кто это, так и осталось загадкой, поскольку возвращаться в этот проклятый мир для выяснения его личности никто не пожелал.
С тех пор Гера является закрытым миром. Туда не решится совершить посадку ни один здравомыслящий пилот, ибо это неминуемо приведёт к поломке если не всего корабля, то каких-то узлов. А это в дальнем космосе чрезвычайно большая проблема. И только в звёздных каталогах всё ещё числится этот странный мир, столь негостеприимный к любой технике. Может, когда-нибудь найдётся смелая личность, кто вернёт людей на Геру и проклятие будет снято.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/