И Ш Ь Т Ы К А К О Н О !
( П У Б Л И Ц И С Т И К А )
— — — — —
Замечание
:
Эта книга огромная и потому здесь публикуется во многих отдельных книжечках порядка 50 КВ, содержащих в основном с трёх до пяти статьей. Здесь её начало с содержанием и введением, и первая порция из трёх статьей.
— — —
СОДЕРЖАНИЕ РАЗДЕЛОВ
Введение
I. Для журналов
II. Для газет
III. Фельетоны
IV. Другие
— — —
ВВЕДЕНИЕ
Эта книга содержит всю мою публицистику, писанную в периоде демократичного перехода в Болгарии, который начался в 1989 году, и должен был кончится тогда, когда наш жизненный уровень достигнет прежнего состояния. Судя по нашим темпам и путаницам это продлится более или менее одно поколение или 25 - 30 лет, но и за десяток лет уже набралось немало вещей, так что я решил собрать их в одно место. На базе времени, в котором их писал, огично ожидать, что они будут третировать в основном демократический феномен, который является одним интересным и устойчивым социальным феноменом (раз существует уже 25 веков), но, разумеется, он не представляет собой никакой панацеи, которая возьмёт да сразу поправит все проблемы (тем более, что пока она нас только больше запутала), да она имеет и свои необходимо-присущие (если можно использовать этот экономический термин) недостатки.
Иными словами, одна созидательная, даже если в некоторых случаях и утопическая или идеализированная, критика должна быть полезна для людей, которые задают себе вопросы о мире и обществе (хотя в теперешнем динамичном времени таких людей не так уж и много; да в какой же эпохе их было много?). А что она в самом деле созидательная можно было заключить хотя бы по тому, что автор не связан ни с какой политической группировкой или ведущей экономической или прочее структурой, так что он может быть максимально беспристрастным. По необходимости, однако, он имеет в основном левые убеждения, ибо они, хотя бы уже больше века, являются своего рода критерием здравого смысла. Это так потому что наш мир жесток и несправедлив по отношению к слабому индивиду и функция общества сделать его хоть немного более хорошим, что именно и есть квинтэссенция "социа" или права слабого. Это было ясно ещё с глубокой древности, но лишь в обществе всеобщего изобилия (или в постиндустриальном обществе, или развитого капитализма, или как там его назовёте) стало возможным претворить эти желания в действительность для народных масс. А, если хотите, примите, что автор не из сильных сего дня, и раз так, то он заступает интересы слабых.
Последовательность материалов, вообще-то хронологическая в рамках разделов, но сами разделы вещь относительная, где под материалами для журналов имеются в виду более длинные и более серьёзные разработки, в то время как для ежедневной прессы нужны более "прожёванные" вещи, где человеку не приходится много задумываться. Потому в газетах используются и более короткие колонки, чтобы можно было их быстрее пробегать взглядом, что сохранено и здесь. Фельетоны понятно что такое, хотя они в какой-то мере смех сквозь слёзы, в большинстве случаев, но ведь как раз потому и выдуман юмор -- чтобы легче было переносить тяготы каждого дня. В разделе "Другое" собраны такие вещи, для которых я не мог порешить куда их положить.
Где-то десяток вещей публиковались в некоторых газетах, хотя и чаще всего в урезанном (и искалеченном, я бы сказал) виде, много вещей я высылал по редакциям и они оставались без отзвука, но большинство из материалов писалось в основном ради удовольствия (ну, и для заполнения чем-то времени, потому что один "профессиональный" безработный располагает большим количеством этого особого "товара"). Здесь, разумеется, нельзя ожидать "открыть Америку", но наверняка вы найдёте какой-то
от официальной прессы (или пропаганды) взгляд, потому что автор не из тех, кто следит за медиями или средствами массовой информацией (СМИ), так что нет опасности начать говорить вам банальности. Многие из писаний уже не актуальные (а другие станут такими со временем), но она, публицистика, в принципе привязана к моменту действия и довольно быстро стареет, что не означает, что модель рассуждений или выводы меняются (т.е., при аналогичной ситуации мы опять будем поступать "туповато да по нашему", как оповещала одна фраза с тоталитарных времён) и потому они и оставлены для того, чтобы можно было получить более полное представление об авторе как независимый (на самом деле) творческий работник.
Ну, это всё, уважаемые будущие читатели, а если вам что-то случайно понравится, то выпейте рюмочку за "упокой души" автора, так как мало вероятно, что эта книга увидит свет пока автор ещё жив (если не по другой причине, то хотя бы потому что публицистика накапливается долгие годы и издаётся, эвентуально, после смерти). Лучше принять, что я называюсь так, как и подписываюсь (потому что -- а чем это имя вам не нравится?), и что дата снизу проставлена как момент, когда я решил собрать все эти вещи в одном месте, и вовсе не как начальная или конечная дата. Приятного чтения.
2001, София, Христо Мирский
— — — — —
ДЛЯ ЖУРНАЛОВ
Содержание этой части
1. Эссе о здравом смысле
2. О повороте налево
3. Сколько должна получать одна фирма чтобы не имела прибыли?
4. Наш народ опять запасся по завышенным ценам
5. Слишком хорошо -- уже не хорошо!
6. Свободны ли мы, или наоборот?
7. Политическая благодарность
8. Неомальтузианство, или рациональное мышление
9. Мифы о демократии
10. О собственности и её будущем
11. Правое кривосудие
12. In ovo e veritas
13. Ех манси, манси -пация!
14. Что мы хотим сказать миру?
15. В Болгарии всё спокойно
16. Партии в Болгарии
17. О разложении морали
18. Возможен ли умеренный коммунизм в Болгарии?
19. ... новые вещи
[ Материалы идут последовательно но в разных книжках, как указано в замечании в начале книги. ]
— — —
ЭССЕ О ЗДРАВОМ СМЫСЛЕ
*
[ * Этот материал совершенно различный от остальных в книге и оставлен с ретроспективной целью, но посмотрите и П.С. в конце. ]
Сравнительно недавно я услышал один старый анекдот, что социализм являлся "
победой всех прогрессивных сил над здравым смыслом
". Не абсолютизируя эту спорную мысль нельзя забывать и народную мудрость, что в каждой шутке доля правды, и давайте попытаемся поискать, действительно ли в этом случае существует доля правды.
Понятие "здравый смысл" обычно рассматривается как первичное и не дефинируемое. Оно означает что-то глубоко присущее человеческой природе, инстинкт о разумности при отсутствии достаточного количества данных и методов принятия решений, мотивировка на уровне
обыкновенного человеческого индивида, на уровне детской примитивности рассуждений. Чтобы быть более точными, то нужно добавить, что это определение автора о здравом смысле, извлечённое на основании ... его здравого смысла.
Любое общество, однако, накладывает наслоения к этому понятию, создавая какие-то нормы сожительства. Поскольку интересы индивида всегда входят, в одной или другой степени, в противоречие с интересами общества, то возможно что необходимое
среднего члена общества иногда противоречит здравому смыслу. При наличии определённых прослоек, групп, или класс, под понятием среднего члена общества нужно понимать усреднённое для каждой из этих групп. Прочее, я не собираюсь пересматривать исторический материализм, я только хочу указать, что чем точнее нормы поведения для большей части общества совпадают со здравым смыслом, тем более естественно эти люди выполняют свои обязанности к обществу. Поскольку основная цель любого общества (его управляющей прослойки) это
(как можно дольше) это общество, а здравый смысл каждого из членов общества характеризуется неизбежным эгоистическим уклоном, то решение, полученное по линии наименьшего сопротивления, в том, чтобы общество требовало норм поведения максимально близких к здравому смыслу каждого.
1.
Начнём простыми
примерами: о ненужных запрещениях.
Довольно часто мы привыкли видеть у нас надписи вида "Вход воспрещён" или "Показывай пропуск без напоминания" и тому подобные примеры, при том на местах, где это лишнее. Так как всем известно, что приказ формальный, то его никто и не соблюдает и не требует пропуска (с исключением нескольких дней в году, при очередной "акции активности" какого-то начальника). Вариант этой ситуации наблюдается когда охраняется главный вход, но наряду с ним существует и дырка в заборе, которую каждый желающий может научить. Логично чтобы, если что-то запрещено, было ясно кем, почему, и каковы последствия от несоблюдения данного запрета, но у нас это далеко не всегда так. В результате получается, что тот, кто включит в свой моральный кодекс правило "более нахальный выигрывает", то он обычно и в самом деле выигрывает
Другая разновидность наблюдается в ряде наших жилых комплексах. Общеизвестно, что пешеходные дорожки, чаше всего, не проведены на местах, где людской поток самый большой. Вместо того, однако, чтобы их провести там где они нужны, мы ставим таблички, проводим проволочные заграждения, или включаем общественность, чтобы она следила за тем кто ходит по газонам. Эффект, естественно, нулевой.
Аналогична ситуация и когда в коридорах или фойе, где люди обычно курят, вместо того, чтобы поставить металлические корзины или принять другие меры, предохраняющие от пожара, или улучшающие вентиляцию, там ставится табличка "Курить воспрещается". В результате этого там опять курят, но сигареты гасят на полу или где только можно, увеличивая таким образом и загрязнение и опасность от пожара.
Схожая ситуация существует и с обязательными экзаменационными сессиями в ВУЗ-ах. Выдумана сложная система, определяющая когда данный студент может явиться на экзамен и как он переходит в следующий курс, причём в то же время регламентируются и основания для исключений, которых оказывается так много, что примерно одна четверть студентов ими пользуется, и не считается, что это мешает процессу обучения. С точки зрения здравого смысла ясно, что или число исключений должно быть снижено, или правила должны быть изменены.
Может быть наиболее существенное проявление получают ненужные запрещения в области секретности. Автор не собирается оповещать "государственные тайны", приводя здесь конкретные примеры псевдо-секретности, так как каждый из нас мог бы указать ряд таких случаев. Как бы и нелогичным это не выглядело, но чаще всего применяется правило, что всё, что выдаёт нашу
, как в области экономики, так и в социальной и политической сферах, является государственной тайной, которая может дискредитировать систему.
2.
Другая более серьёзная категория
примеров
это те
,
которые
связаны с инициативностью.
Много раз у нас рассматривался вопрос о личной заинтересованности в выполнении некоторой общественно-полезной деятельности и соответственных материальных и моральных стимулах. Не смотря на это, примеров для неудовлетворительного решения вопроса и наличия ситуаций, когда для равного по количеству и качеству труда люди получают совершенно различные вознаграждения, довольно много, а то бывает даже и так, что для большего труда платят меньше. Здравый смысл не может воспринять ни почему одна медицинская сестра для 6 часов работы в поликлинике получает примерно 10 левов, а для одной инъекции дома — 5 левов; ни почему для одного учебного часа учитель получает 3 лв., а для частного урока — с 5 до 10 левов; аналогично и со строительными рабочими, авто-монтёрами, и прочее и прочее. На практике, это приводит к созданию личной незаинтересованности для выполнения основной работы.
Желание прогрессировать в служебной иерархии, называемое иногда неправильно карьеризмом, тоже имеет значение для инициативности человека. Логично чтобы тот, кто работает более совестно и эффективно, он продвигался быстрее наверх. К сожалению довольно часто решающим, если не единственным, оказывается критерий политической активности и идейности — т.е. ранжирование по шкале "наш человек".
Ясно, что молодёжь это самая революционная и инициативная часть каждого общества. В этом смысле надо было способствовать для повышения самостоятельности молодых, ввиду повышения их активности и чувства ответственности перед обществом. Наша система, однако, любым образом препятствует подобным опытам — и через финансовый механизм, и путём помех с жильём, и через единственность молодёжной организации, и через механизм распределения молодых специалистов, и прочее. В результате этого инициативность молодых прижимается и они продолжают хотеть получать всё наготове, как когда были маленькими.
Инициативность прижимается не только по отношению к отдельным личностям, но и к целым предприятиям. Сколько бы и не говорилось о самостоятельности фирм и о конкуренции между ними, то на практике это не проявляется. Давайте не будем дискутировать здесь связь между конкуренцией, рыночным механизмом, дефицитом, и социализмом. Достаточно подчеркнуть, что без конкуренции нет пространства для инициативности, нету возможности для адаптивного развития экономики.
Связан с вышеизложенным и достаточно важный, чтобы на нём остановиться, и вопрос о борьбе с монополиями. У нас не только что нет правовой базы для такой борьбы, но и считаем, что это чуть ли не борьба против строя (наверное потому что у нас государство это единственный монополист). Здравый смысл, однако, требует, чтобы чем крупнее данный производитель, тем больше с него и собирали (в то же время у нас всё ещё бензин продаётся дешевле государству, а дороже отдельному гражданину или мелкой фирме).
3.
Давайте теперь поищем и
примеры
для противоречия здравому смыслу по вопросам
, связанным с собственностью.
В последнее время у нас стали говорить о приравнивании форм собственности: государственной, кооперативной, групповой, личной, акционерной. Это вполне соответствует нормальной логике человека. Проблем в том, что пока только говорится (как о том, что все мы равны перед законом, но в ряде случаев требуется мнение партийной или комсомольской организации, подтверждающее это "равенство"). Так ведь у нас всё ещё номерные знаки на легковых автомобилях разные по цвету (и бензин продаётся по разным ценам), в зависимости от формы собственности. У нас существуют цены оптом и в розницу, но на практике это цены, по которым продаётся разным
собственников, где обычно применяется противоречащее здравому смыслу правило: более крупный владелец покупает дешевле, а обыкновенный гражданин — дороже всех. Оно верно, что таким образом доказывается преимущество крупного производства, но верно и то, что если у нас оно держится только на тенденциозном ценовом механизме, то, значит, оно ни на чём и не держится!
При определении личной собственности социализм исходит из правила для устранения эксплуатации человека человеком. Это логично. Плохи лишь разные деформации этого правила, ведущие к эксплуатации обыкновенного человека государством или некоторыми отдельными личностями в партийном и государственном аппарате. На практике получается так, что даже если у человека имеются средства для закупки жилища, то он не может приобрести такого меньше чем за 15 лет, или он должен закрепостить себя к данному предприятию, которое снабдило его квартирой. Все знают, что государство отпускает кредит в размере 15 тысяч левов
**
молодым семьям для закупки жилища, но не знают получили ли хоть 5% всех зарегистрированных такой кредит. Аналогична ситуация и с легковыми автомобилями — государственный аппарат использует наши деньги при
процентов для нас, а мы ждём так десяток лет. То же самое в силе и для сельско-хозяйственной техники или других средств мелкого производства — таких или не производят, или их не продают частным лицам, или они дефицитные. Иначе говоря, если гражданин всё таки имеет какие-то права на личную собственность, то делается всё возможное (по разным причинам), чтобы он её не получил.
[ ** Наши тоталитарные левы точно равнялись рублям. ]
Не лучше обстоит дело и с плодородной обрабатываемой землёй для личного пользования (1- 2 декаров, т.е 0.1- 0.2 гкт.). Такой земли на практике не дают. Граждане довольствуются неплодородными личными участками, которые к тому же могут быть всегда отняты у них государством. Неужели какой-то настоящий социалист думал, что одним декаром земли человек может превратиться в эксплуататора? В то же время, каждый год зима приходит "неожиданно" и часть урожая идёт "на удобрение". Здравый смысл не возражает против больших полей со пшеницей, кукурузой, или пальметтными насаждениями, но существует ряд культур, которые требуют преимущественно ручного труда и дают лучший урожай когда о них заботится один и тот же человек. Землю нужно обрабатывать с любовью, а, как бы и ни кривили свою душу, никакой родитель не любит чужих детей больше своих, фигурально выражаясь.
4.
Не можем обойти и ряд
примеров, связанных с образованием.
Наша образовательная система, с самого низкого и до самого верхнего уровня, ставит прежде всего на заучивание наизусть фактического материала, а не на особенно ценное свойство интеллекта
, делать выводы и заключения. Верно, что в почти каждой области науки имеются свои "таблички умножения", которые нужно запоминать, но никакая наука не состоит только из табличек и фактов. (Между впрочем, у нас лишь лет десять тому назад было разрешено использовать математические таблицы во время экзаменов.) Почему мы не используем более массово системы тестов, распространённых широко в ряде развитых стран? Нужно ли бояться, если кто-то скажет что-то разумное, которое может оказаться и спорным?
Общеизвестно, что у нас образование бесплатное и общедоступное. Что может быть лучше чего-то, что ничего не стоит? На практике, однако, оказывается, что это ведёт к некоторым ненормальным ситуациям, потому что образование, всё таки,
, и то много денег, государству! Получается так, что экзамены в ВУЗ-ах, в сущности, не в конце обучения, а в начале, когда данный студент имеет довольно туманное представление о выбранной ими профессии. Экзамены в конце в основном формальные, потому что государство уже потратило деньги, а ВУЗ хочет инимизировать процент "брака". Кроме того здравый смысл подсказывает, что то, что ничего не стоит, может быть и в самом деле "ничего не стоит"? Добавив к этому и принудительный характер обучения, который не нравится совершеннолетней молодёжи, ненормальную конкуренцию при выставлении своей кандидатуры, не смотря на перспективы для скромной жизни по окончании, перегруженность учебной программы идеологическими дисциплинами, и другие моменты, получается так, что студент редко выбирает свою специальность по призванию. Прочее, нужно подумать о такой форме бесплатности высшего образования, которая будет применяться только к прилежным студентам, а посредственные будут его оплачивать; о системе бонификации и штрафов; о специализированных экзаменах (скорее тестов) при поступлении, определяемые дифференцировано каждым ВУЗ-ом и для каждой специальности; и прочее меры, которые будут противодействовать минусам общедоступности и содействовать плюсам призвания как метод селекции.
Очень важный для каждого общества и вопрос о разумном определении различных образовательных степеней. Не важно название, а какой уровень образования получает человек после окончания данной степени. В моменте у нас существуют техникумы с уровнем выше среднего образования, языковые гимназии с уровнем высшего образования в отношении языка, полу-высшее с реальным весом среднего специального, защита кандидатских диссертаций с уровнем дипломных работ, формальное высшее партийное образование, и прочее образовательных диссонансов. В то же время ряд знаний (о вождении машины, о печатании на пишущей машинке, и прочее), необходимые каждому из нас, находятся вне сферы образовательной системы. Нереальные степени образования ведут к разным деформациям, связанным с формалным применением образовательного ценза и вносят ещё большую путаницу при определении (и без того размытого понятия) интеллигенции. Девальвация нашего образования прогрессирует.
5.
Давайте теперь рассмотрим другой круг
вопросов — связанных с финансовой политикой
государства
.
Финансы это деньги, которые исторически появились как универсальное средство для измерения различных ценностей. Давайте не будем дискутировать вопрос, могут ли они действительно служить для измерения
благ. Не можем, однако, не акцентировать на идею для сведения
пространства различных качеств к одной числовой оси — денег. Здравый смысл, не впадая в подробности, естественно, принимает более простую схему. Наша Партия и Правительство акцентировали на трудности сведения всех человеческих ценностей к деньгам, решили, что это невозможно, попытались ввести другие шкалы (как моральные стимулы, идейная убеждённость, и прочее), пока в конце остановились на шкалу "свой человек"! Многолетний опыт убедил нас, что это тоже не выход. Не подкрепить ли снова идею о деньгах, ограничив лишь их власть над людьми, вместо того, чтобы искать другой универсальный измеритель ценностей?
Автор не утверждает, что он знаком с вопросом о конвертируемости валюты, по отношению к какой валюте, на какие суммы, для кого и по какому курсу. Очевидно, что это сложные проблемы, которые нужно оставить специалистам. При всём при том не ясно, почему всё ещё нету одинакового курса и с обеих сторон математического равенства, а нарушаем его симметричность? Ни ясно, почему выдумываем нереальный курс болгарского лева и потом пытаемся его "реализировать", было бы то выплачиванием премий, было бы то путём запрещений, было бы то с помощью Корекомов (это болгарские "Берёзки"), было бы торгами валюты, организующимися Болгарским Народным Банком, было бы с использованием "чёрного рынка", или каким-то другим способом. Неужели мы не поняли, что из всех возможных решения это
?
Государственный аппарат нужно содержать, тем более в социалистическом государстве, где существуют большие социальные обеспечения и централизованное финансовое регулирование всего общества. Обложение всех налогами неизбежно. Здравый смысл, однако, требует собирать налоги и взносы за что-то произведённое или в целях стимулирования какого-то производства, а то в противном случае можем дойти до пресловутого "зубного налога", которым облагали наших прадед во время пятивекового османского рабства, за то что турецкие начальники терли себе зубы, когда их угощали богатые болгарские хозяева. Тем не менее у нас (насколько это известно автору), для того чтобы приписать дом или какое-то владение своему родственнику, нужно заплатить примерно 1,000 левов за бумажную работу, которая не может стоить больше 10 левов — платится наследственный налог. Цена одного заграничного паспорта порядка 100 левов, в то время как внутренний паспорт стоит 6 левов. Люди ещё припоминают себе время когда нужно было платить холостяцкий налог и родителям, чьи дети умерли. Нужно ли было свалиться одному самолёту, чтобы скорректировать этот анахронизм? Можно ли, чтобы, когда государство отпускает займ, собирать с 3,5 до 4 процентов, а когда мы вкладываем свои деньги давать нам только 1%? Не является ли это непрямым налогом порядка 3% для того, что у нас просто имеются деньги, которые
потратить? Волею-неволею набивается ассоциация с цитированным "зубным налогом".
Финансовая политика государства проявляется и по вопросу о пенсиях. Но я не имею в виду ни возраст ухода на пенсию, ни процент, а то, что пенсии, практически, не корректируются с учётом годовой инфляции. С точки зрения здравого смысла нужно, чтобы пенсии отпускались с учётом жизненного стандарта в данный момент (и независимо от зарплаты), или с учётом скорректированной согласно теперешнего стандарта заработной платы. Если человек спокоен насчёт размера его пенсии, то немало людей в возрасте 45-50 лет и заработавшие уже свои годы для пенсии, могли бы обеспечивать своё пропитание самыми разными общественно полезными способами, не занимая мест по штату, дав таким образом простор для изъявления молодых и амбициозных людей. Нужно чтобы человек не только мог, но и имел интерес поменять естество своей работы, если это идёт на пользу общества, или его здоровье в наш динамичный век требует такие меры.
Заработные платы интеллигенции (не только художественно-творческой, но и врачей, научных работников, инженеров, учителей, и прочее) определяются централизованно государством и выплачиваются в основном за счёт госбюджета. Здравый смысл (и принципы социализма) требуют чтобы зарплата являлась мерой общественной значимости личности. В то же время, однако, зарплаты интеллигенции ниже номинальных зарплат рабочих с низкой квалификацией, ниже или около средней заработной платы для страны, и в два раза ниже зарплат в милиции или армии. Кажется общеизвестным правило, что способность данного государства заботиться о своей интеллигенции это мера финансового благополучия и развития. У нас много говорится о ведущей роли интеллигенции в процессе перестройки, о заботах Партии и Правительства, для превращения науки в производительную силу, и прочее. На практике, однако, вовсе не редки случаи, когда один врач после (или до) работы садится за руль своего частного такси; когда филологи и другие специалисты с высшим образованием работают в бригадах красильщиков; когда кандидаты и доктора наук закрывают банки с овощами на зиму или ремонтируют свои легковые машины и т.п., чтобы заработать или сэкономить "пару рублей". С наших газет даже звучали хвалебные слова о том, как группа программистов пошли в деревню доить коров, чтобы выразить "единство и сплочённость" болгарского народа. Разумеется, каждое правило имеет свои исключения, но наши исключения стали правилом:
!
Это правило, кроме негативного воспитательного аспекта, ведёт и к снижению продуктивности интеллигенции, отнимая большую часть её времени на несвойственные деятельности. Куда делась пресловутая любовь болгарина к науке и знаниям — её заменили анекдотами об "учёном"! Вовсе и не ясно, когда наконец покончим с опытами проверить, может ли "учёное" выполнять работу "неучёного"? Обратные опыты не делаются, потому что ответ ясен! И чтобы не обвинить автора в пристрастности, пусть подчеркнём, что ситуация у нас далеко не такова, какой она была во время культа к Сталину в Советском Союзе, или во времена культурной революции в Китае, так что можно подождать немного и продолжать говорить о заботах Партии и Правительства, которые (хотя бы до сих пор) приходили с таким опозданием, что сразу после этого можно было ставить вопрос по новому на повестку дня.
Кроме того государство использует финансовый механизм для стимулирования развития некоторых отраслей, объявленных за стратегические и определяющие, что само по себе логично. У нас, однако, за стратегические были объявлены все отрасли промышленности, в которых у нас
никаких
: электроника, машиностроительная и металлообрабатывающая промышленность, "большая" химия, а теперь и биотехнологии. Если подобные меры принимаются в развитых странах, то это делается так, чтобы продукция стратегических отраслей была конкурентоспособной. Политика централизованного планирования и государственного монополизма, в особенности после пресловутого Апрельского Пленума ЦК с 1956 года, привели к значительным инвестициям в эти отрасли и ... больше ничего.
Если, говоря в среднем, стандарт жизни у нас
ниже того в ряде западных стран (потому что цены на пищевые продукты, на произведения лёгкой промышленности, на машины и жилья у нас, выраженные в болгарских левах, практически равняются соответственным ценам на Западе, выраженным в долларах США, с той "незначительной" разницей, что средние заработные платы у нас раз в 10 ниже), то в некоторых из указанных отраслей были поставлены "рекорды". Так например, персональный компьютер типа IBM-PC/AT стоит 2,000-2,500 долларов или одна средняя месячная зарплата там, в то время как у нас он стоит (болгарский и "высококачественный") порядка 35,000 левов или 10 средних
зарплат, что даёт отношение больше чем
! Подобным образом обстоят дела и с видеотехникой. Чуть лучше — с инструментами и продукцией машиностроительной промышленности. Что касается "большой" химии и металлообрабатывающей промышленности, если там соотношение меньшее, то это ценою наших лёгких, из за практического отсутствия модерных и дорогостоящих очищающих сооружений. За счёт этих отраслей мы очень "умело" прижимаем развитие сельского хозяйства, потому что в нём у нас
были традиции. Такие диспропорции не могут быть объяснены с позиций здравого смысла.
6.
Может быть уже время рассмотреть и
наше отношение к природе.
Автор не претендует на приоритет в утверждении, что каково наше отношение к себе-подобным, таково и наше отношение ко всему, что нас окружает, т.е. к природе. Простой крестьянин убивает некоторое животное или отсекает одно дерево, когда хочет поесть или согреться, но не для того, чтобы хвастаться, что он сильнее природы. Мы вырубили наши леса и заняли самую плодородную землю, чтобы воздвигнуть свои промышленные гиганты; загрязнили реки и озёра; превратили свои парки в мусорные ямы; наше Чёрное море стало в самом деле
; уровень загрязнённости воздуха в городах, промышленных областях, и в столице, достиг рекордные значения в мировом масштабе; мы дали свой "достойный вклад" и в радиационном загрязнении. Наряду с этим дорожный знак для велосипедной аллеи практически незнаком у нас; а если кто-то пожелает иметь домашнюю собаку, он должен заплатить соответственный (опять рекордный) взнос за свою любовь к животным и держать его в подходящей клетке, или научить его летать — это пока не воспрещается. Короче, мы научились относиться пренебрежительно ко
вокруг нас (во имя великой цели) и теперь природа мстит нам за нашу неразумную гордость.
Всё ещё не ясно, почему мы решили, что чем более развитыми становимся, тем больше нужно концентрировать и укрупнять всё. В природе вещи взаимно сбалансированы, но мы решили, что сильнее неё и должны её изменить. Нам было мало всех промышленных гигантов, мы должны были воздвигнуть их как раз ближе к большим городам, к самой столице. А может ли одна столица не быть лучше всего в любом отношении: в промышленном, административном, политическом, образовательном, и прочее? Правда, что в большинстве западных странах обосабливаются отдельные административные центры, отдельные университетские городишки, отдельные промышленные области, но может быть это так, потому что они не могут хорошо "планировать" вещи?
А что мы сделали с нашим жилищам? Мы наполнили города, а то и деревни, многоэтажными домами — дальше от земли, ближе к промышленности. Вместо того, чтобы делать "села городского типа" — с классическими двухэтажными домами и одним декаром земли вокруг них, но теплофицированные и телефонизированные, мы сделали "города сельского типа" — построили панельные дома и объявили села городами! Здравый смысл требует чтобы человек жил среди природы, чтобы
, если хотите, а мы прикрыли нашу неспособность в этом отношении громкими фразами о "заботах Партии и Правительства и лично товарища ...". В то же время, однако, некоторые "заслужившие товарищи" понастроили себе "дачки", а народу было объяснено, что если он хочет приобщиться к рабочему классу, то должен пойти в города, где может получить полагающийся ему "ящик" этак лет через 10- 20 упорных "дел и только дел" (известная фраза нашего Тодора Живкова — "дела, дела и само дела". О, народ неразумный, поради что ты стыдишься назваться крестьянином?
7.
В конце нужно остановиться и на
политическую жизнь у нас.
Общеизвестно, что самая прогрессивная, честная, идейно-убеждённая, способная, закалённая в битвах, и неспособная к никаким ошибкам часть болгарского народа это наша коммунистическая партия. Мы так долго повторяем эти фразы, что, с точки зрения здравого смысла, начинает налагать себя
утверждение, потому что "сверх меры святой Богу не мил"! С позиций идеологического монизма мы забыли древнюю истину, что человек грешен, а партия состоит из людей. Более того, мы заменили понятия честь и доблесть — идейной убеждённостью; демократию — демократическим централизмом, выродившимся в централизм и клакёрство; дела — словами о них; желание человека получить заслуженное вознаграждение за свой труд — социалистическим соревнованием; действительное — желанным. И пока перестройка выражалась только в замене одной личности другой, "дела" — "работой", "перестройки" — "новой" или "действительной" перестройкой, "развитого" социализма — "настоящим" таким, продолжая официально утверждать что в данный момент (как и в любом прошлом периоде) политика Партии была и остаётся единственно правильной, здравый смысл будет бунтоваться!
В последнее время был недвусмысленно поставлен и вопрос о многопартийности. Появились и делают свои первые шаги ряд независимых союзов и партий. Говорится о независимых выборах. В сущности, вещи очевидные: нельзя иметь устойчивое и адаптивное управление без отрицательной обратной связи, а обратная связь в области политической жизни это
легальная оппозиция
. Если одна партия не допускает официальную оппозицию, то она или чувствует себя слабой противостоять ей, или просто глупая — другой альтернативы просто нету!
Ясно, что теперь у нас совершаются бурные эволюционные изменения, целящие стабилизирование старой скомпрометировавшей себя системы. Это похвально, потому что если система успеет настроиться к новым условиям в мире, то значит она жизненна! Для этого, однако, для того чтобы можно было обновить органы управления, обновить нашу коммунистическую партию путём активной борьбы в ней самой, неизменное условие это отделение Партии от государства! Здравый смысл подсказывает нам, что как в экономике, так и в политике, в силе правило:
без конкуренции нету развития
!
У каждого различное представление о демократии, но в общих чертах это сводится к возможности народу открыто сказать своё слово по ряду вопросам жизненного для него интереса, чтобы дать управляющему аппарату возможность принимать правильные решения. Противно здравому смыслу у нас демократия была сведена к возможности человеку: или произнестись "за политику Партии и Правительства", или потом пинать на себя! Мы как будто забыли, что у каждого человека своё мнение и если о чём-то важном голосуют единодушно хотя бы 90% (а мы предпочитали круглую цифру 100), то значит люди вообще и
голосовали, потому что такое единство
, оно принудительное! Прочее, на сегодняшнем этапе можно спорить лишь о форме демократии, а не о самой демократии, так как
любая диктатура
(даже и та пролетариата)
выражает
и успехи диктатуры, они временные и сомнительные успехи!
Не можем не выделить несколько строчек и термину "
перестройка
", который вошёл уже в ряд западных языков литерально, с незначительными языковыми особенностями. Абстрагируясь фразёрских злоупотреблений, перестройка, это по существу:
опыт создания демократического общества в условиях унаследованного дефицита и тоталитарности "развитого" социализма
. Будем надеяться, что этот опыт окажется успешным!
В заключении
давайте вернёмся к мысли, затронутой в самом начале. Мы преднамеренно не рассматривали действительные причины для наступивших противоречий между здравым смыслом и нашим "развитым" социалистическим обществом — оставим разбор специалистам. Кроме того причины в самом деле комплексные: как субъективные, так и объективные, так и ошибки, порождённые самой диктатурой как формой управления. Некоторые из них были вовремя замечены и были приняты меры для их устранения (но они не были применены последовательно), другие остались незамеченными в атмосфере политического и экономического монополя государства, третьи будут лишь теперь признаны. Множество проблем остались вне нашего рассмотрения. Путей для разрешения этих противоречий тоже не было намечено здесь, хотя и в ряде случаев у автора имеются свои взгляды, затронутые изложенным.
В конечном итоге, если нам так уж и трудно построит действительно социалистическое общество, то давайте хотя бы попытаться построить одно демократическое общество, общество здравого смысла, без которого мы не сможем жить даже в "подвале" Общего Европейского Дома! Пусть не забываем это!
12.1989
П.С.
Как видно это мнение в духе перестройки и оно выглядит довольно наивно с высоты прошедших дюжину лет. Но оно полезно тем, что это умеренная и созидательная критика, целящая эволюционное реформирование социализма, потому что у него, ей Богу, свои огромные преимущества перед неморальным и грубым капитализмом, в который мы вернулись в результате тихого сумасшествия нашего народа. Прочее, эти вопросы дискутированы много раз на протяжении этой книги, так что не будем их теперь рассматривать, но производит впечатление незначительность поставленных проблем. Ну разумеется, наши проблемы при тоталитаризме не только выглядят теперь незначительными, но они и были такими, по сравнению с неразберихой нашего перехода к демократии. Это были проблемы не только нашего прошлого устройства, но и самого централизованного управления, и даже в одной Америке не обошлось без её "перестройки", где-то в 70-ых и 80-ых годах 20-го века, потому что она, как и любое уважающее себя государство, неизбежно располагает мощными централизованными структурами, как армия и полиция по крайней мере. Так что наши проблемы не были новыми, но они были для нас основными.
Потому что мы жили как бы в каком-то
, в одном стерильном обществе, или, если используем одно не очень приятное, но верное, сравнение: мы вели жизнь хорошо кормленных домашних любимцев — собак, к примеру. Мы были сытыми, причёсанными и наши хозяева (т.е. номенклатура) только и радовались нам, но, естественно, они требовали чтобы мы их слушались. В то время как, когда начался переход, то нам развязали ошейники и пустили нас по широкому миру. Да, но он, этот мир, и не был таким хорошим, как мы думали, когда нас кормили и держали в тепле, и теперь мы опять ищем себе новых хороших хозяев, да на этот раз среди экономически сильных западных стран. Как бы то ни было, важное то, что мы проявили все симптомы отвязанных собачонок, ввиду чего автор ещё в это время говорил о
как о нашей основной болезни, которую один великий болгарин (Иван Вазов) назвал в своё время "пьянством" одного народа. Ну, оно не плохо если человек иногда немного выпит, но всему своя мера, правда? Только что это не было в силе для нас, потому что если умеренность основное требование для спокойной жизни и, своего рода, критерий разумности, то мы проявляли всё что угодно, только не разумность!
Но имеется и что-то другое. Вопрос в этом материале вообще
поставлен, потому что
народ не может быть настолько разумным, как это хотелось бы одному технически образованному и думающему человеку как ваш автор. Т.е. разумное социальное управление, всё ещё, лишь одна большая утопия для масс и не существует нигде в мире! Но ведь это была приятная утопия и ничто не мешало одной сытой собачонке, как автор, мечтать о блаженной стране разумных собак. Или чтобы она ему снилась, потому что когда одна хорошо накормленная собака спит, то у неё приятные или "розовые" сны. Ну, теперь, потому что мы голодные, то у нас "синие" сны, ведь так?
2001
— — —
О ПОВОРОТЕ НАЛЕВО
(или импульсная политология)
Вряд ли в данный момент существует более комментированный вопрос в нашей политической жизни, чем вопрос об эвентуальном повороте налево: для партий и движений, для страны как целое, когда и будет ли вообще, в какой степени налево и на какое время, и прочее. Можно держать пари об этом, и не без основания, разумеется. И всё таки я не могу освободиться от ощущения, что это снова вопрос политической манипуляции (с которой мы свыклись до боли), потому что вопрос
ставится корректно. Потому что вопрос не стоит как "повернём ли мы налево", а "
повернём налево"? Более важные соображения об этом мнении следующие:
а)
Истина по середине — утверждение, о котором у нас сведения с более чем 25-вековой давностью, но которое, положительно, было известно и раньше. В одной динамической среде, если бы положение было не так по отношению к какому-то параметру, то мы достигли бы до одного из двух концов, и однажды приняв это значение, то дальше вещи просто не зависели бы от этого параметра (а здесь совсем очевидно, что много вещей зависят от того повернём ли мы налево или направо).
б)
Это движение непрерывное колебание. Имея в виду, что ещё древне-греческий философ Платон был, в сущности, бòльшим коммунистом чем Ленин (потому что он не только был против частной собственности, но считал, что даже и семьи должны совсем исчезнуть и человек должен жить не для себя, а только для государства), как и бòльшим утопистом, разумеется, то ясно, что левизна не со вчерашнего дня. А касательно правых крайностей, то не одно восстание или революция вспыхивали, чтобы с ними перебороться. Потому что сколько бы и правильно ни было, чтобы только в саду у Ивана падал дождь и росла капуста и картошка, а у соседа Петра — ни капельки, и только семья Ивана могла есть досыта, то всё равно приходит время, когда соседу Петру надоедает смотреть на свои голодные детишки и он отказывается от этой правды (нельзя забывать, что по английски, немецки, а даже и по русски, "правильно" и "право" одно и
слово), и он поднимается искать социальную справедливость на другой, т.е. левой (left, по английски, или оставшейся) стороне. Так что, одним словом, ни один, ни другой конец является чем-то раз и навсегда неоспоримым и народы всё время колеблются, а правительства балансируют между двумя крайностями.
в)
Исторический пример в развитии экс-коммунистических стран, которые впереди нас в экономическом отношении недвусмысленно показывает (пока) тенденцию к движению влево. И если эта тенденция не наблюдается в некоторых странах, то это только в таких как бывший "великий и нерушимый" Советский Союз, которая страна
не поправела достаточно! А перед фактами даже и политики должны замолчать.
Чтобы обобщить эти три момента проще всего использовать
модель затухающего колебания
(некоторого маятника, к примеру), которая является произведением экспоненциальной и синусоидальной функций и показана схематически на фигуре
*
(Фиг.1.), с помощью кривой "0" принятой за базисную. Разумеется в социологии нельзя говорить о таких точных зависимостей и нельзя определить на
точно налево или направо находимся (т.е. амплитуду колебания) в данный момент, так как у нас нету двух
левых и правых партий в Парламенте. Ни можно определить точно период, так что если с первой наиболее левой точки (скажем, в верхней части фигуры) до второй такой пройдут 10 (условных) лет, а со второй до третей — 15, то это можно считать приемлемой точностью. То, что мы не можем использовать этот метод для хороших количественных оценок, однако, не означает, что он не хорош в
отношении, так как он верно отражает постепенно уменьшающиеся колебания вокруг данного установившегося значения, которое естественно принять по середине.
[ * Картинки, к сожалению, нет, так что придётся поверить моим объяснениям в слепую (но она и не была очень точной, ибо рисовал мышью). ]
Что хорошо у этой качественной модели, прежде всего, то, что на основе неё можно делать интересные
выводы
. Первое и наиболее существенное наблюдение в случае то, что существуют два альтернативных способа для уменьшения крутизны движения (по отношению к горизонтальной временной оси), а именно:
1)
путём
кривой, которая определяет скорость затухания (не изображена на фиг.1), что соответствует кривой "1" (синей), которая падает более плавно, потому что у неё тот же период, но она не достигает таких больших амплитуд; или
2)
путём
на более длительный период, что соответствует кривой "2" (красной).
Оба способа ведут к приблизительно одинаковому наклону (крутизне) на
участках кривых 1 и 2 (или с начала до первого полупериода, до места чёрточек с номерками, где они падают; или потом, с нижнего положения до конца первого периода, где они поднимаются вверх — но везде на линейных участках они двигаются почти параллельно). Снова нужно уточнить, что можно спорить по вопросу насколько наклоны одинаковые, но во всех случаях они меньше, соответствующего наклона кривой 0 (чёрной). А мы обращаем такое внимание наклонам, потому что естественно принять, что цель любого такого движения это достичь максимально быстрое затухание, при возможно
, т.е. иметь плавное и бескризисное движение к новому равновесному положению (к горизонтальной оси). И, следовательно, такое движение можно получить, или когда кривая затухает (её амплитуда падает) абсолютно быстрее, т.е. кривая 1 (что самый лучший вариант), или когда она затухает относительно быстро, т.е. кривая 2 (где её амплитуда уменьшается слабее, но зато на протяжении более длительного времени), что в сущности происходит абсолютно медленнее другого варианта (но также безболезненно).
Давайте рассмотрим более углублённо эти два варианта, вызвав на помощь импульсную технику, где объясняется, что
период колебания характеристика системы
(к примеру, для маятника, это его длина), в то время как
затухание
экспоненты
характеристика среды
(к примеру, для маятника, это значит: в воздухе ли он двигается, или в воде). В нашем политическом случае "система" это весь народ, данная страна, с точки зрения как её экономических возможностей, так и социального сознания и единства избирателей, её природных условий, традиций, и прочее, т.е. это такая вещь, которую нельзя (хотя бы легко) изменить. С другой стороны, затухание экспоненты зависит от среды, а она в данном случае политическая, т.е. это партии, которые помогают (или мешают) данному народу достичь равновесное положение, и на эту среду можно, а и
, влиять и изменять её.
Иначе говоря, это означает, что в странах, где политическая среда быстрее конвергирует к центру, возможно постижение плавного перехода и при довольно коротком периоде колебания, говорящем о мощных экономиках, социально сознательных и единых избирателей (к примеру, для Венгрии полупериод порядка пяти лет, для Чехии и Словакии, если отнять года-два ввиду их разделения, как дополнительный проблем, с которым они должны были справиться, может выйти опять столько, или чуть больше). В то же время в странах с худшей конвергенцией политических сил единственная возможность для плавного и бескризисного перехода заключается в более продолжительном периоде колебания (т.е. у них худшая адаптивность системы, связанная и с бòльшими социальными разногласиями, которые выражаются и в худшей конвергенции политических сил, как например в Польше, если считаем как начало движения вправо приблизительно 1985 год, что даёт полупериод в 9-10 лет). В то время как в некоторых странах политическая среда настолько конфронтирована, социальное единство масс так слабое, что единственная возможность для удержания положения до катастрофического пропадания при переходе заключается в многократном растяжении (замедлении) колебательного процесса (например в России, точнее во всём бывшем Советском Союзе, где заслуга великого "Горби" в том, что он сумел порядочно
процесс в первых нескольких лет с помощью его перестройки, а то в противном случае, при практически нулевой экспоненте, получилось бы явное пропадание в гражданскую войну, которую пока удалось почти что избежать; так или иначе, однако, уже
колебания у них, даже вынимая 2-3 года на распадание их империи, достиг 6-7 лет, что даёт ожидаемый полупериод из примерно 15 лет). Смело можно утверждать, по видимому, что полупериод и при наиболее тяжёлых условиях
превышать одного поколения (20-25 лет.).
Давайте теперь вернёмся к нашей стране. Судя по ряду показателей (экономические, социальные, народностные, и другие) мы ближе всего к Польше и при полупериоде порядка 10 лет можно ожидать, что и следующий Парламент у нас будет всё ещё правым, а где-то, наверное, лишь в конце века мы повернём налево. В то же время, однако, мне кажется, что мы не должны стремиться к уровню (периоду) Чехии и Словакии, так что одно
Парламента, но оставаясь всё ещё
, было бы на мой взгляд выражение будних народных масс в данный момент. Это, наверное, самое лучшее, на что можно надеяться в предстоящих выборах, потому что было время (и когда-то опять станет так) когда вправо означало хорошо, но в настоящий момент левее значит лучше, более разумно и зрело!
Как дополнительный штрих к этому рассмотрению нужно обратить внимание и на тот факт, что в политическом случае (в отличии от механического) среда (партии) не является независимой от системы (от народа), потому что она часть народа, так что возможно и влияние со стороны политических сил на народ и наоборот. В этом смысле, лучше конвергирующая политическая среда ведёт к более быстрому экономическому развитию и к более единому социальному сознанию народа, что даёт возможность для достижения более короткого периода колебания, что, в конечном итоге, даёт ещё более быстрое затухание (т.е. некоторая положительная обратная связь).
И ещё одна подробность: чем лучше конвергенция в Парламенте (соответственно и среди народа), тем больше и помощь со стороны Запада, потому что естественно, когда кто-то вкладывает деньги где-то, чтобы он требовал и гарантии для спокойного и бескризисного развития. Иными словами,
западные инвестиции зависят
нашего отклонения от центра (в лево или в право),
, т.е. от конвергенции политических сил. Это единственная разумная позиция, потому что при небольшой дивергенция направление просто не имеет значения.
Иначе говоря: коли сами себе не поможем, то и Бог нам не поможет!
1995 ?
— — —
СКОЛЬКО ДОЛЖНА ПОЛУЧАТЬ ОДНА ФИРМА, ЧТОБЫ НЕ ИМЕЛА ПРИБЫЛИ?
Вопрос, который мы теперь себе ставим, следующий: какие должны быть прибыли одной мелкой фирмы (как, к примеру, одно-, дву-, или три-личное, чаще всего фамильное, Общество с ограниченной ответственностью, ООО), чтобы оказалось, что после выплаты налогов эта фирма будет иметь такой же выигрыш (или даже меньший), как если бы люди просто вложили себе деньги, израсходованные в фирме в течение года, под видом личных сбережений или государственных ценных бумаг (ГЦБ) в банках (которые, сверх того и гарантированы на 100% в случае банкрота, согласно нашему Закону защиты вложений, в то время как фирмы теряют ровно половину денег при банкроте банка), отчитывая таким образом, путём прироста своих сбережений, инфляцию, а лица, владеющие фирмой, вместо того чтобы работать в ней и зарабатывать таким образом, работали
, при средней в данный момент заработной плате? Это по моему означает, что фирма работает просто без прибыли (в холостую, "на ветер"), что у неё нет никакой финансовой выгоды от её существования, и что, в сущности, лучше, чтобы она и не функционировала, потому что такое производство не только, что не расширенное, а даже могло бы быть названным
!
И так, давайте сначала введём некоторые обозначения, начав буквой
, которой будем отмечать общую сумму приходов в левах. Буквой
обозначим
к прибыли или материалоёмкость производства (здесь в расходы входят все расходы, не только на материалы), где для более удобной записи выразим
не в процентах, а как часть целого (например,
вместо 20%
). Через
обозначим среднюю годовую прибыль от вкладов в левах (в моменте наиболее выгодно в ГЦБ) и опять как часть, а не процент (т.е. 0.5, а не 50%, к примеру).
, которую государство берёт под видом налогов обозначаем буквой
, а среднюю чистую годовую зарплату, т.е. без подоходного налога (ПДН) — буквой
. Тогда, приравняя прибыль фирмы после обложения налогами к возможной прибыли со средней заработной платы плюс банковский процент на
в фирме деньги (потому что они имелись у людей, чтобы могли их вложить в фирму и потратить на производство чего-то), то получаем (всё за целый год), как
характеристику работы "на ветер"
, следующее простое уравнение:
(1)
так как
это прибыль до обложения налогами;
— прибыль после обложения налогами; в то время как
это прибыль от расходов
, если они были вложены в банковские инстанции как вклады от частных лиц (от владельцев фирмы, которые и работают в ней) без необходимости существования фирмы. Иначе говоря, левая сторона даёт нам прибыли мелкой фирмы, а правая сторона это сумма средней зарплаты и прибылей от потраченных фирмой денег, если бы она не была фирмой и только потраченные в год деньги стояли на персональном вкладе. Если теперь оставим с одной стороны только букву
и решим это уравнение по отношению к ней, то получим:
(2)
что представляет нашу
окончательную формулу
.
Чтобы ответить себе на поставленный в начале вопрос, нужно уменьшить число неизвестных, задавая некоторым из них значения как можно ближе к действительным. Начнём сзади наперёд в очереди букв, т.е.:
лв в год — хорошее круглое число, максимально близкое к средней заработной плате для текущего года (она всё ещё не вычислена точно, так как год не кончился), что даёт по 8,000 лв чистых в месяц (или, иначе, 120,000 лв номинально в год).
, т.е. 30% — это налог на прибыль для
фирм с прибылью ниже 1 млн лв в год и для ново-регистрированных фирм, что самый низкий налог (обычно он 40%, а то и больше) и это, соответственно, самый выгодный вариант в нашем случае.
или 140%, что выглядит хорошим приближением к действительности, так как в начале года банковский процент за год был 40%, в середине года он стал примерно120% (для ГЦБ из портфельных эмиссий торговых банков), в сентябре самый надёжный банк, Национальный Банк (БНБ), эмитировал облигации годовым процентом в 130%, а торговые банки продавали ГЦБ со 170% в год. Таково было положение до конца сентября (революционный месяц, хотя бы для болгарского народа, как наши читатели знают), а теперь самая новая информация, что основная процентная ставка (ОПС) стала 300% и если она задержится так до конца года (т.е. "
, как говорят дурные языки) можно ожидать, что это даст усреднённую
прибыль около 160% за год (что больше прибыли от усреднённой ОПС), но мы "из скромности" будем работать со 140%, чтобы быть уверенными, что наша оценка не завышенная.
Тогда формула (2) принимает вид:
(3)
что представляет зависимость прибыли
мелкой фирмы в зависимости от материалоёмкости производства (часть расходов к прибыли)
.
Первый вывод
, который можно сделать это то, что
или
, и оно критичное, потому что знаменатель (3) обращается в ноль (а, как все учили в школе, на ноль делить нельзя) и максимальное, потому что для
, больших этого значения, знаменатель становится отрицательным и соответственно
становится отрицательным, что не имеет смысла, ибо отрицательные деньги означают, что фирма теряет, если работает. Иначе говоря, фирма начинает работать "на ветер" именно при максимальном значении
. В нашем (наиболее выгодном в отношении налогов) случае это значение:
или
33%.
Теперь давайте покажем эту зависимость в виде таблицы:
Табл.1. ЗАВИСИМОСТЬ
Так как не бывает фирм с меньшими чем 20% расходами (хотя бы 10% идут на самую дешёвую рекламу), ни кто-то с настолько "выветрившимися" мозгами, чтобы зарабатывать полтора миллиона (работая "на ветер", потому что мы это считаем!), то оказывается, что левый и правый конец таблицы неиспользуемые. (Кроме того, при прибыли свыше 1 млн. левов налоги
будут уже бòльшими, так что и выражение для
будет другим). При этом положении остаётся при материалоёмкости
25% получать приходы примерно в полмиллиона левов. Это, однако, теоретические результаты, так как, практически, нету фирмы, которая бы тратила меньше 30% (даже для свободных профессий признаются 30% необходимо-присущих расходов без предъявления документов). Говоря иначе, из изложенного недвусмысленно следует, что
у нас
вообще нету условий для мелкого бизнеса
при этом уровне инфляции, и если кто-то, всё таки, продолжает развивать такой, то это или по инерции, или потому что человек просто не может найти себе работу!
С первого взгляда здесь кроется какая-та "магия", потому что фирма не должна располагать всеми деньгами на расходы за весь год в начале года, и если она прокрутит 3-4 раза цикл производства, то получится, что можно работать и с меньшими наличными суммами (и, соответственно, приходы с банковского процента в наших вычислениях упадут), а если фирма печёт пирожки, к примеру, то будут прокручиваться сотни циклов в год. При этом положении, однако, мы вообще не отчитываем необходимость в наличии на складе, и расходов прежде всего основных средств (ОС), где человек должен "выбросить" сразу деньги хотя бы на пять лет и то в больших суммах, при чём
амортизация
прямо
съедается инфляцией
! А если говорим о производственных помещениях и сооружениях (а при наших климатических условиях, как известно, ничего нельзя производить под открытым небом), то срок амортизации уже целых 25 лет. И давайте не забывать, что при одной, в самом деле чистой бухгалтерии, торговец должен, после выплаты всех ОС при истечении срока амортизации, располагать как раз столькими собранными деньгами, чтобы мог купить себе
самый, уже практически израсходованный, ОС продукт, в то время как при этой инфляции он будет располагать в лучшем случае какими-то 10-15% суммы (а для построек наверное только 1-2% !). Таким образом фирма, в сущности, платит налоги на прибыли, которые
, но это предмет других вычислений, которыми пусть не отвлекаемся теперь.
И так, чтобы убедиться, что наши вычисления были близкими к реальным, давайте варьировать слегка некоторые из параметров в формуле (2). Например, для более приличной фирмы подоходный налог должен быть 40% (т.е.
) и тогда получаем
(4)
и
или 30%, что ещё хуже, как и нужно было ожидать. (Таблицу для
как функция
в этом случае не будем приводить, чтобы не отягчать читателей).
Если при этом более "нормальном"
принять и одну более приличную зарплату из 25,000 лв. номинальных в месяц (или 20,000 лв. чистых в месяц), то нужно варьировать
до 240,000 лв. в год, вещь, которую можно ожидать как
на следующий один год начиная с октября 1996, и тогда правильно принять
(т.е. 200%, с надеждой, что шоковая ОПС из 300%, всё таки, не задержится слишком долго) и при этом получим:
(5)
т.е.
или 23% (при
, как это в моменте, получаем
или 16% !). Это последнее, что
производство материалоёмкостью около 20%
неэффективно для его владельца, между нами говоря,
! Он немного "замарывается" фактом, что и крупные производства, очевидно (хотя и по другим причинам), тоже неэффективные, раз сотни предприятий приватизируются!
Эти расчёты делались для торговых компаний, которые платят налог на прибыль, а не для Индивидуальных предпринимателей (ИП), которые платят подоходный налог (ПДН), но, в сущности, и там вещи не очень разнятся, потому что при 430 тыс. лв. годовой прибыли, к примеру, нужно заплатить ПДН в размере 112 тыс. лв (по таблице для 3,500 лв. минимальной месячной заработной платы), что является налогом в 26%, а если добавить и минимальный взнос для обеспечения получается в общей сложности 28%, что практически равно прежним 30%. (Сравните с Табл.1, где для
имеем
лв. приходов, или прибыль, до обложения налогами
тыс. лв., т.е. как раз столько, сколько мы использовали только что при расчётах для Индивидуальных предпринимателей. Кроме того эти суммы вполне реальные как средние цифры для ИП, если не делать фальсификаций).
Можно ли что-то, всё таки, улучшить? К сожалению нет розовых перспектив, потому что даже снижение налога на прибыль до 20% для мелких фирм (вещь, которую вряд ли некоторое правительство, независимо какого цвета, могло бы себе позволить, потому что это отражается прямо на госбюджет) даст лишь
или 36% вместо прежних 33% (при прочее равных условиях), так что это почти не влияет на производство.
Единственный выход это снижение прибыли от вкладов в банках
(т.е. приостановление инфляции и стабилизирование экономики). При
, имеем
, что уже довольно хорошо. В то время как при
, или 30% (какова была амбиция коммунистических социалистов, БСП, да только оказалось, что эти "милые люди" — их излюбленное обращение — делали свои расчёты "без корчмаря", как говорится) получается
или целых 70%.
Так что нам не остаётся ничего другого как насвистывать себе песенку
, потому что и не существует никаких условий для какого бы то ни было мелкого бизнеса, а и мы обеднели вплоть до миски для попрошайничества (без кавычек), с нашей минимальной месячной заработной платой порядка 20 долларов США (или ниже одного доллара дневного заработка, если так вам больше нравится).
10.1996
— — —
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/