Любовь

навеяно песней Валерия Сюткина

"Как жаль, что ты сегодня не со мной"

До сих пор не пойму, что было в ней такого, что завораживало. Увидев ее в первый раз, ребята завыли: - О у у! На ней короткий плащ и длинные сапоги. Светлые волосы затянуты в тугой узел.

Еще со школьных лет мы с ребятами встречаемся в восьмом часу на набережной. Покупаем в киоске кофе в пластиковых стаканчиках, пьем его, курим и неторопливо обсуждаем вчерашние события.

Она появилась в нашем дворе недавно. Каких-то недели две и каждое утро мы с нетерпением ожидали ее выхода. Ровно в 7.45 она появлялась в арке и слегка ссутулившись спешила к машине под вздохи, свист и улюлюканье. Я же молчал и ребята поняли, что я безнадежно влюблен. Но что толку? Она любовница старого хрыча, а я, Вася Воробьев - бездарь и лоботряс, гонщик-угонщик из семьи проктологов.

Мой отец профессор кафедры внутренних болезней, дед - профессор кафедры внутренних болезней, прадед - профессор кафедры внутренних болезней. Женщины в нашем роду не приживались. Моя мать, (царствие ей небесное), умерла во время родов, успев приказать отцу, чтобы имя дал сыну, то бишь мне, Василий, в честь Василия Блаженного. Она, видишь ли, обещала создателю, что назовет ребенка этим именем, если родится мальчик и будет здоровеньким.

Отец вверил меня заботам нянек, а сам полностью погрузился в науку. На семнадцатилетние он подарил мне "Шкоду" и настоятельно рекомендовал следовать по стопам предков и я, как благовоспитанный юноша, поступил в мединститут и проучившись целый год, бросил его и стал слоняться по набережной. Через некоторое время число "любителей свежего воздуха" возросло. Особо не морочась, мы пили кофе и курили. И все же была одна заморочка - все пацаны учились водить мою "Шкоду". Я был не против. А потом… Когда это было потом? Кто-то предложил угонять чужие тачки и проехав через весь город, возвращать их на место. Какой-то местный воротила обратил внимание на нашу стаю и предложил небольшие деньги за то, чтобы мы делали тоже самое, но с его условиями. Ну че там заморачиваться, мы согласились и под звуки милицейских сирен неслись, как угорелые, через весь город.

Радость от того, что свободен, как птица; оттого, что ты умеешь что-то делать хорошо.

Эээх, "лихие девяностые".

Однажды мы устроили, по желанию нашего благодетеля, грандиозное шоу – пятьдесят крутых тачек было угнано в один момент (мы нашли такое количество водил). Гаишники сбились с ног. Нам тогда повезло, все целы оказались и никого не поймали, но некоторые машины не были возвращены на место, а брошены и поэтому, вместо пяти тысяч баксов, мы получили две. Однажды Соловей с Тимохой разбились, а Валюха в тюрьме. Мы то с ребятами знаем, что он не расколется. Подкармливаем его. У него в камере телек сутками не выключается.

Вот на деньги нашего благодетеля мы и жили. А чё, чем они хуже "шахтерских"?

Вчера благодетель предложил украсть его личную тачку, перламутровый "Weisman" и пообещал 15 тысяч баксов, если у меня получится. Я согласился.

Когда машина с девушкой тронулась с места, ко мне подошел Женька Дроздов и предложил быть моим штурманом.

Я сказал категорично: - "Нет. Я работаю один".

- Давай тогда я буду хотя бы на расстоянии пасти тебя, на что я опять ответил "нет".

Мы еще немного поболтали с ребятами о том о сем и потихоньку стали расходиться. В голове она. Черт, что за наваждение?

Ровно в 15.00 я должен быть на площади имени Ф.Э.Дзержинского и стибрить перламутровый "Weisman". У меня было время и я прилег вздремнуть часок другой.

Как и было обещано, мне дали фору пятнадцать минут. Когда я уже открывал дверцу, сработала сигнализация. Это была плохая примета. Как только я нажал на газ, окна и двери автоматически заблокировались, а машина не двинулась с места. Прохожие стали обращать внимание на меня. Я оказался в ловушке. Меня не надо было догонять, я вот, тепленький, сижу, тут знаешь ли, на вашей вшивой площади и жду, когда меня сгребут. Вдруг заработала рация. От неожиданности я подскочил. Что за черт? А там уже идут во всю распоряжения, как деликатно со мне обойтись. Я расслабился и откинулся на спинку кресла. Моя глупая мечта сбылась - я в Вейсмане, вот так. Ну, наверное ребята и обо мне позаботятся, когда я окажусь в местах лишения… У правой ноги стался нервный тик и я ничего не мог поделать. В очередной раз дернувшись, она нажала на потайную пружину или кнопку и машина радостно взвизгнула. Открылись окна. У меня в запасе семь минут. Я направил машину в ближайший двор и вынырнул на противоположной улице. Улица имени Клары Цеткин не блистала роскошью, но зато имела множество лазеек. Не раз, ускользая от преследователей, я петлял по этой длинной улице с одноэтажными домами времен буржуинов. Высокие деревянные заборы и куча всяких проулков, досконально изученные мною в свое время, не раз выручали меня из беды.

"Боже помоги!" - мелькнуло в голове. Руки напряженно сжали руль.

Проехал один патруль, за ним другой. По рации верно сообщили, что я на улице имени Клары Цеткин и вдруг неожиданно прозвучала команда "убить".

Так значит, ты дружок, служишь в славных органах доблестной милиции? А знаешь, твой "Вейсман" дерьмо, да еще ходовая барахлит.

Я вырубил рацию и включил радио. Молодой баритон тут же отвлек мое внимание от хвоста:

- Сегодня впервые прозвучит песня в исполнении группы "Браво" "Как жаль, что ты сегодня не со мной"

На темный ряд домов Лишь одинокий свет в окне. И стук моих шагов Звучит в полночной тишине.

За мной тянулся хвост из шести машин. По узкой улице они вели себя не корректно по отношению друг к другу, то и дело, стараясь впереди идущего прижать к забору и обогнать. Ну прямо, как малые дети в детском саду. БМВ все же вырвался вперед, братки вылезли из окон и стали обстреливать меня из автоматов. Заднее стекло со звоном рассыпалось и свежий ветер ударил мне в затылок. Осколок стекла задел ухо и теперь из него хлестала кровь. БМВ был уже метрах в пяти и я отчетливо видел в зеркало ухмыляющиеся лица братков, которые не прекращали пальбу. Эдак и попадут ненароком. С крыши что-то посыпалось и стало бить меня по голове. Присмотревшись, я увидел пачки долларов, которые сыпались не только с потока, но и из всей внутренней обшивки. А ведь покрытие салона было из настоящей кожей. Добавив газку, я выехал на площадь имени Якова Свердлова. Возле арки во двор, по улице имени Виктора Абакумова стояло несколько машин, сквозь строй которых стоило прорваться.

По этой мостовой Вдоль этих скверов до утра. Бродили мы с тобой, И это было, как вчера.

Как жаль, Но ты сегодня не со мной, И только каждый раз, Когда иду по этой мостовой, Я думаю о нас.

Оценив ситуацию, я танком поперся во двор и не поверил собственным глазам! На меня был направлен автомат. Рядом с автоматчиком мой ангел что-то кричал и размахивал руками. Причем к одной руке был пристегнут цепочкой кейс. Вдруг ее любовник, как подкошенный, упал и мой ангел бултыхнулся на него.

Я затормозил возле них и не раздумывая бросился под свинцовый ливень.

Мой ангел орет во всю глотку: - "Папочка, я люблю тебя!" - и рукавом вытирает слезы. Я к ней, беру ее за плечи и так, деликатно, тяну к своей машине, из которой доносился последний куплет:

Все так же, как тогда, Такой же мягкий, лунный свет, Блестит в реке вода, И лишь тебя со мною нет.

- Давай быстрей! - кричу я ей в самое ухо.

Молодец девчонка, сразу сообразила, кто перед ней и заявляет нагло: - Я без папочки не поеду.

Пришлось и его тащить, прикрываясь им, как щитом. Похоже на них была облава. Да, и у меня не лучший день. Да и не выберемся мы из этого ада, но я все же нажал на газ. Чем черт не шутит? На скорости 180 я развернулся и попер в арку. Краем глаза заметил в разбитой "БМВшке" своего добродетеля, который в данную минуту уже имел беседу с господом богом. Братки кидались под машину, стараясь схватить меня или ее. Гвалт неимоверный, а у меня в голове только что услышанная песня. В арке несколько машин полыхало синим пламенем. Я схватил своего ангела за волосы и толкнул на пол. Зажмурил глаза и на очередь к господу богу хотел успеть записаться. Из нирваны меня вывел визжащий звук тормозов. Несущаяся по улице легендарного Якова Свердлова "Шевроле" сбила номер с моего "Вейсмана", а ее водила был в полном отпаде. Назад было страшно смотреть. Кривыми улочками я добрался до подпольного гаража. Треснутый пульт сработал и я впервые въехал в гараж на ворованной машине. Тут было все, чтобы прожить полгода не выходя наружу.

Я хотел помочь ангелу выйти из машины и уложить на кровать, но не тут то было. Она дала своему спасителю пощечину! Ну дела! Вот и спасай после этого барышень из огня.

- Ну и седи тут со своим папочкой, - крикнул я и пошел принимать душ. Ну душ, громко сказано, крошечная кабинка, на верху которой бак с дождевой холодной водой. Я переоделся в спортивный костюм и расчесался. Мой ангел не шелохнулся. Что же делать? Мне бы домой, а тут нервная барышня и ее мертвый папочка. Ну, я сделал вид, что труп для меня обычное дело и лег сам на кровать, прямо в мокасинах и стал накручивать колесико радио в поисках той песни, что сегодня впервые услышал.

Мой ангел наконец-то сдалась.

- Эй, - крикнула она, но я был непреклонен.

- Эй, - повторила она.

Я нашел песню, но она уже заканчивалась. Жаль. Я откинулся на подушки и закрыл глаза.

- Можно выйти? - спросил мой ангел. Я открыл глаза и не поверил, она была в трех шагах от меня. Я окинул ее взглядом.

- Это в таком-то виде вы хотите выйти? Ну и вкусы ж у вас, милая барышня!

- Но мне очень надо! - крикнула она.

- Ну что ж, - я нажал на пульт и дверь открылась.

- Да, и не забудьте папочку, - крикнул я вдогонку.

Она подошла ко мне вплотную и вмазала такую оплеуху, которую я никогда в жизни не забуду. Я вскочил с кровати.

- Прости, у меня, если ты заметила, был трудный день.

- У меня тоже, - еле выдавила из себя она и заревела, как самая настоящая баба.

- Твой рев ему не поможет. Иди в душ и приведи себя в порядок.

- Я не хочу жить. Он единственный, кто был у меня. У меня больше никого нет! Ты представляешь? В целом мире одна!

- Ты теперь всегда будешь со мной, - слова как-то сами произнеслись, без всяких моих мыслительных процессов. - Ты ведь знаешь, что я люблю тебя?

Я сорвал с кровати покрывало и постелил на заднее сиденье "Шкоды", а затем заботливо уложил ее отца на него. В багажник кинул лопату.

- Ты со мной или как?

Она молча села на заднее сиденье, положив голову отца себе на колени. Двенадцатый час ночи. Мы с милым ангелом крадемся по кладбищу в поисках подходящего места для могилы, но я ничего не могу с собой поделать - в голове песня, и образ любимой, которая, как в замедленной киносъемке, шла на встречу мне по набережной.

Я копал ямку 3х2, а она, примостившись рядом на корточках, стала рассказывать мне свою историю:

- Я росла избалованной любящими родителями, но наступили 90 годы, а тут мама заболела. Сердце прихватило. Папа уговорил ее обратиться к врачам и однажды она решилась и пошла в больницу. Обследовав ее, врач Кислюк рекомендовал ей сделать операцию и за услуги попросил три тысячи долларов. У нас таких денег никогда не было. Мама позвонила папе на работу и пересказала свою беседу с врачом и добавила, что нехорошо себя чувствует. Папа сказал, чтобы она отдохнула на скамейке в больнице и потихоньку шла домой. Маме было 39 лет. Как и посоветовал ей папа, она немного отдохнула и пошла домой, а в пути упала, прямо на площади, недалеко от больницы. На площади она пролежала около трех часов без сознания. И если бы хоть кто-нибудь поспешил оказать ей помощь. Потом, в морге, нам сказали, что если бы была сделана своевременно операция, она была бы живой.

Мы с папой пережили эту трагедию, но стали чужими. Он перестал бриться и стал похож на Карла Маркса с сединой в бороде и волосах. Так мы жили, пока однажды я не заметила, что в доме стали водиться большие деньги и заставила батю купить мне квартиру. Вот с тех пор я и живу в вашем дворе. А потом! А потом я стала шпионить за ним и однажды оказалась свидетелем, как бате вручали кейс. В тот вечер я приехала домой и потребовала, чтобы он взял меня в долю. Мы ругались до утра, но я победила. А бизнес наш семейный оказался до тошноты банальным. Мой батя вымогал деньги. Поначалу у врачей. Потом он стал охотиться на рыбу покрупнее. По профессии он иллюзионист и неплохо мог конспирироваться под других людей. Он снимал на видео грязные политические спекуляции, в гостинице некрасивые сцены с видными деятелями. Он присутствовал при даче взяток чиновникам. А что? Они от этого не обеднеют, а бороться бессмысленно. В газете батя давал крупным шрифтом объявление и если на следующий день, после подачи объявления в газете, "рыба не клевала", он отправлял компромат заинтересованным людям. Но, в основном, все шло гладко и мы собирались в ближайшие полгода покинуть страну и отправиться жить на берег океана. Мы разработали план, по которому и действовали. Машину батя останавливал метрах в десяти от "жертвы" и оставался в ней, а я шла за деньгами.

- Как же отец мог это допустить? - не выдержал я. Ветер гудел, лопата со звоном ударялась о камни, но я внимательно прислушивался к ее исповеди.

- А что со мной будет? – продолжила она. - Батя в любой момент мог подъехать и я в безопасности. А сегодня мы оказались во дворе. Все было как обычно, только количество братков было больше обычного. Но игра стоила свеч – 30 тысяч баксов наличными. Они заблокировали выход со двора. Я вышла из машины и направилась к ним. Братки стали обзывать меня и злобно ржать. Я крикнула, чтобы эта свора заткнулась, иначе ничего не получится и один псих в ответ дал очередь прямо под мои ноги. Я развернулась и побежала к машине. Батя стоял с автоматом, готовый стрелять и тут въезжаешь ты, а его убивают. Вот так глупо все и получилось.

- А в кейсе что у тебя было? Документы? – спустя несколько минут, спросил я.

- Угу.

- Покажешь?

- Угу.

Когда мы входили в наш двор, я спросил, как ее зовут.

- Зина, - просто ответила она.

У меня отпала челюсть. Моего ангела – шантажиста зовут Зиной. Внутренний голос напомнил мне, что меня-то зовут просто Васей.

Она развернулась ко мне всем корпусом и прочитала в моих глазах: - Вася + Зина = любовь.

Я закончил операцию без нее и получил 150 тысяч баксов. Вот это был кушь, скажу я вам. И мы уехали в один прекрасный день к океану и как говорится, стали жить поживать… Наши близняшки - Венерочка и Авророчка сегодня пошли в первый класс самой лучшей христианской школы.

Да! И не подумайте, что я не поделился "зеленью" со "стаей".