Действующие лица:
Тихон – мальчик семи лет.
Мама Тихона
Гражданка Буфетова – квартирная хозяйка.
Уж Кошмарыч – её приятель.
Павлина – очень красивая девочка из богатой семьи.
Маэстро Гаддини – фокусник-мошенник.
Усорот – невероятно сказочный персонаж.
Капитан Сила – отважный полицейский.
Лейтенант Пчих – его помощник.
И другие почти сказочные персонажи.
Действие происходит в наши дни в большом городе и за его пределами.
Глава 1
Жила-была блестящая монетка, и звали ее копеечка. Родилась она в конце прошлого века на монетном дворе, среди таких же, как она металлических денег. Сияя от радости, она мечтала, как много всего хорошего совершит в этом мире. Ведь недаром на одной из ее сторон был отчеканен всадника, копьём повергающий злого змея!
С тех пор прошло много лет, где только она ни побывала, куда только ни забросила ее судьба: от Северного полюса, до жаркой Австралии. Носило ее и в карманах и в кошельках. Путешествовала она по миру и в поездах, и в самолетах, на машинах, велосипедах и даже собаках! Везде ей были рады: оплачивали телефонные переговоры, трамвайные билеты, почтовые марки и даже подарки! От кочевой жизни запылилась, потускнела копеечка и стала замечать, что все чаще не брали ее с собой, оставляли на прилавке, получая сдачу в магазине или банке. Никому не нужна она стала, ничего на нее не купишь, а таскать с собой, только карман оттягивать – мелочь, что за неё взять! Вот так и валялась то там, то тут в компании таких же, как она ненужных пятачков и копеек, пока не сгребут в кучку, да не сунут в «благотворительный» ящик или обратно в кассу.
А когда вдруг услышала, от оператора в банке, что больше не будет ни копеек, ни пятачков, упала в обморок, прямо на пол и упала. И никто за ней не нагнулся. Так и пролежала до вечера, пока уборщица не замела её веником на совок, да не выбросила на улицу, в грязь.
Лежала она в черной жиже и думала, что она самая несчастная в мире монетка! И жизнь свою прожила, а ничего замечательного так и не совершила.
Настало утро, весеннее и солнечное. Снежок подтаял, превратился в воду, и лучик отразился в отмытой монетке. Мимо шел мальчик, заметил монетку, поднял и стал рассматривать всадника с копьем.
– Мамочка, это кто?
– Это Георгий Победоносец разит дракона поганого.
– Какого? – удивился мальчик, услышав новое слово.
– Поганый, значит плохой.
– Он кого-то спасает?
– Пречистую Царевну, которую змей хотел съесть.
– Он спас её?
– Конечно, спас!
– И они поженились? И жили долго и счастливо?
– Подрастешь – узнаешь.
Мама взяла мальчика за руку, и они пошли через улицу, как только светофор подмигнул им зеленым глазом.
Монетка была счастлива. Намытая под горячей водой с шампунем, она посвежела и засияла давно забытым блеском. Семилетний Тиша, так звали мальчика, положил копеечку в крошечную пластиковую коробочку из-под маминого кольца, изнутри обитую пурпурным бархатом, так, что теперь она, словно принцесса, покоилась на мягких подушках.
Мама посмеивалась над Тихоном, а он отвечал ей, мол, Георгий спас Царевну, а я спас копеечку.
В большой город с метро и аэропортом из рабочего посёлка на краю света Тиша с мамой переехали совсем недавно. На краю света всегда холодно и круглый год лежит снег. Там живут белые медведи и северные олени. А в большом городе есть лето и солнце и веселые птички, поющие под окнами в черемухе. Там, откуда они уехали, остался папа. Правда, Тиша его никогда не видел. Мама сказала, что папа секретный водолаз и выполняет особо важное задание Родины. И когда оно будет выполнено, то они обязательно встретятся. Тиша, конечно, хотел встретиться раньше, но выныривать из океана по семейным обстоятельствам секретному водолазу не полагалось. И потому Тиша согласился ждать, сколько нужно, в тайне гордясь своим мужественным отцом.
В большом городе ему нравилось, хоть и жили они с мамой на самом его краю, но край города это не край света, где даже не было школы! А в школу Тихон собирался осенью и очень ждал этого события. У толстой, пахнущей чесноком женщины они сняли комнату в десять метров, и мама устроилась работать на доставку пиццы. Целый день она гоняла по городу в маленьком красном автомобиле с желтой надписью на боку «ПЕРЧИК-ПИЦЦА» и часто брала Тишку с собой на работу.
Иногда Тихон оставался дома, тогда мама просила присмотреть за ним хозяйку, гражданку Буфетову, занимавшую большую комнату в их двухкомнатной квартире. Тихон хозяйку побаивался. Глаза у нее были маленькие и злые, даже когда она гладила его по голове или протягивала конфетку. Гражданка нигде не работала, вечерами к ней приходил тощий и вертлявый приятель, они усаживались на кухне, включали громко музыку, играли в карты, пили чай и пели песни, пока соседи сверху не вызывали полицию. Ночью полицейские звонили в квартиру, им открывала мама, они заходили и ругали гражданку Буфетову, а иногда увозили ее приятеля в отделение для более сурового внушения. Но на следующий день он возвращался, и как ни в чем не бывало, играл в карты и орал песни, а когда был трезв, смотрел телевизор, через каждые пять минут, приговаривая: «ужас-кошмар»! Между собой они с мамой прозвали его Уж Кошмарыч.
Одним теплым июньским утром, Тихон вышел на улицу раньше мамы и застал, сидящего на скамейке возле подъезда Уж Кошмарыча, тот сонно щурился попивая из жестяной банки. Надо сказать, что квартира их располагалась на первом этаже, и если позволяла погода, приятель гражданки Буфетовой почти круглые сутки проводил на улице за разговорами с разными личностями. Вот и теперь он что-то бурчал в сторону сгорбленной старушки одетой в серый до пят халат и пятнистую длиннополую шляпу с сеткой, вроде той, что спасает от мошкары в лесу или от пчел их хозяев, решивших заглянуть в улей. На плечах у сгорбленной старушки болтался рюкзак, в него она собирала пустые жестяные банки. Вот и теперь, стояла рядом и ждала когда Уж Кошмарыч освободит свою. Тиша присел на край скамейки и тоже стал ждать, не банку, конечно, – маму.
Когда банка освободилась, вместо того чтобы протянуть ее старушке, Кошмарыч швырнул ее себе за голову. «Давай, бабка, догоняй!» – рассмеялся он, оголив пустые верхние десны. У Тихона, тоже не было двух передних зубов, но мама успокаивала: вырастут, если будешь остальные чистить. «Вот Уж Кошмарыч не чистил и все выпали», – пугала мама, но Тихон-то догадывался, что зубы тот потерял совсем по другим причинам. Тихон не был задирой и никогда не дрался, потому надеялся сохранить свои зубы до глубокой старости. Еще мама учила его уважительно относиться к старшим, поэтому он соскочил со скамейки и, подобрав на газоне пустую банку, принес старушке. В знак благодарности бабуся, приподняв длинный халат, изобразила реверанс-поклон: башмачки цвета звездного неба со сверкающими пряжками в виде рогатого полумесяца украшали ее ноги. Туфельки были просто сказочные. «Прямо, как у феи!» – изумился Тихон.
Принимая банку, она неожиданно проговорила:
– Береги монетку, она бесценная. На нее можно купить счастье.
– А мама говорит, что счастье за деньги не купишь.
– Ни за какие не купить, только за твою монетку.
Тихон совсем не удивился, что старушка знает о его сокровище, он был уверен – феи знают все и обо всех. Зато Уж Кошмарыч, ставший свидетелем их разговора, как только бабуся отошла, вцепился в Тихона с расспросами, – что за волшебная монетка!? Но тут подоспела мама, и Кошмарычу пришлось отступить.
Весь день, пока они разъезжали на ярком фургоне по городу из головы Тихона не шли слова старушки-феи. Дома первым делом он схватил бархатную коробочку с монеткой. Ему так хотелось рассказать обо всем случившемся маме, но Тихон опасался, что она не поверит. Мама точно знала – никаких волшебниц не существует и счастья за деньги не купить! А Тише так хотелось, чтобы мама была счастливой, а для этого нужно, чтобы вернулся к ним отец из секретной своей командировки, а еще, Тихону для счастья нужна была собака, небольшая, пусть самая маленькая, но живая, настоящая!
В то время как Тихон мечтал о счастье, вместе с мамой развозя по городу пиццу, Уж Кошмарыч с гражданкой Буфетовой разрабатывали план изъятия драгоценной монетки. План созрел не сразу. Сначала, хозяйка не поверила своему приятелю, решив, что тому напекло голову жгучее летнее солнышко и все ему послышалось и привиделось. Но Кошмарыч стоял на своем: может она и не волшебная, но драгоценная – точно! Решено было обыскать комнату, но сыщики из них оказались никудышные. Везде посмотрели: и в шкафу, и под кроватью, и в карманах, а под Тишкину подушку не заглянули!
Сели они на кухне и стали рассуждать так:
– Нужно мальчишку скрутить и пытать, где монета!
– Ничего он тебе не скажет, с ним лаской нужно, – прихлебывая чай, возразил приятель гражданке Буфетовой, – и хитростью. Давай торт купим, за торт он нам все расскажет.
– Это ты за торт все расскажешь, а вдруг он не любит тортов, а любит, к примеру, чипсы с газировкой.
Договорились купить и то и другое, и как только настанет день, когда Тихон останется дома один устроить ему допрос с угощением.
Долго ждать не пришлось. На следующее утро, после ухода мамы гражданка Буфетова оказалась у дверей комнаты. Тихон давно умылся, поел и теперь, сидя на диване, читал книжку Приключения капитана Врунгеля. Читал Тихон с пяти лет и очень любил всякие приключения и книжные и в жизни. Только в жизни особых приключений не случалось, разве оса залетит в окно или они с мамой в лифте застрянут, и то ненадолго. Потому книжные приключения с картинками были вроде его собственными приключениями.
– Тиша, – улыбающаяся голова гражданки Буфетовой, показалась в дверном проеме. – Вынеси, мусор, золотой мой, а то у меня ножки болят.
Пользуясь добротой и отзывчивостью мальчика, она выманила его из комнаты, вручила пакет с мусором, а сама уселась поджидать в коридоре, чтобы сразу зазвать на чай с расспросами и кремовым тортом.
Когда гражданка Буфетова с Тихоном появились на кухне, довольный Уж Кошмарыч облизывал пальцы, а на торте отсутствовали уже три кремовые розочки. Задержись они подольше, из цветочной клумбы торт превратился бы в пустую полянку! Это очень не понравилось хозяйке, и она исподтишка погрозила приятелю кулаком, а гостю улыбнулась и подвинула стул.
Тихон не так чтобы очень любил сладкое, ему больше нравилось соленое: огурцы, селедка и чипсы. Но из вежливости он согласился, и теперь с ужасом глядел на маленькую чашечку с кипятком и огромный кусок торта, чувствуя, что ему предстоит не торт запивать чаем, а чай заедать тортом!
Он отхлебнул из чашки и лизнул розочку.
– А правда ли, Тишенька,– умиленно проговорила хозяйка, – что у тебя есть волшебная денежка?
Тихон никогда не врал и теперь кивнул. Тогда гражданка заерзала на стуле от нетерпения и уже спросила напрямую:
– И где ж ты ее прячешь, золотенький?
– Под подушкой, – честно ответил Тихон, откусывая торт.
Гражданка Буфетова так и подскочила на стуле, сверкнув глазами в сторону приятеля, но тут же, опомнившись, почти пропела, гладя Тихона по каштановым вихрам:
– Ах! За всю свою жизнь я не встречала более честного и милого ребенка!
После этих слов она подхватила Тихона со стула, расцеловала и, поставив на пол, толкнула к выходу. Но у самой двери догнала и сунула пакет с чипсами: «Хрумкай! Заслужил!»
Глава 2
Следующий денёк выдался жарким. Солнце палило нещадно. Уж Кошмарыч прятался в кустах шиповника, то и дело, отмахиваясь от назойливых мух и шмелей, норовивших присесть на его розовый, облупленный нос, которые те по ошибке принимали за цветочек. Было часов восемь, в такую рань его подруга, наверняка, досматривала свой самый сладкий сон, и не думая просыпаться. А тем временем Тихон с мамой вышли из подъезда. Уж Кошмарыч подождал, пока они свернут за угол на своей красной машинке, и припустил в квартиру, надеясь раньше гражданки Буфетовой завладеть денежкой. Он отворил двери ключом и тут же наткнулся на выходящую из комнаты квартирантов подругу. По улыбке на ее заспанном круглом лице было ясно – денежка у неё!
– Отдай! Отдай монетку! – завопил Уж Кошмарыч прыгая на спину, пытавшейся убежать от него похитительницы. Словно мешок с картошкой он повис на широкой спине гражданки Буфетовой: ноги волочились по полу, а руки крепко сжимали её шею. Кряхтя и сопя, она таскала приятеля по квартире, но быстро выбилась из сил, ослабла и сдалась. А вскоре они уже сидели на кухне, рассуждая о ценности украденной денежки. В том, что она волшебная Уж Кошмарыч сильно сомневался, потому решено было для верности снести её в ломбард – а вдруг она из чистого золота!
Приемщик наотрез отказывался верить в то, что копейка из благородного металла, но, все же, поддавшись на уговоры, поскреб её и капнул специальным раствором. «Обычный сплав!» – огорчил он дожидавшуюся приговора парочку, но заметив разочарование на их лицах, посоветовал обратиться к нумизмату.
Старичок-коллекционер, торгующий на рынке монетами, взглянул на копейку через лупу с одной стороны, потом с другой и предложил за неё сто рублей.
– Вот! Я ж говорил! – обрадовался Уж Кошмарыч, но гражданку Буфетову такая сумма не устроила и она напирая на старичка огромным животом потребовала сто тысяч!
Старичок уронил из глаза лупу и завопил: «Караул! Грабят!» Уж Кошмарыч во время успел закрыть ему рот ладонью, а иначе бы вокруг них собрались толпы зевак.
– Тихо, дед! А, ну, рассказывай, почему за копейку сто рублей даешь!
Испуганный старичок признался, что в монетке есть изъян – под копытом лошади нет букв.
– Ну и ну! Бракованная значит?
– Да, без клейма дороже… – испуганный дед еле шевелил губами. – Тысяча, последняя цена. Отпустите меня, гражданин! – взмолился он. Уж Кошмарыч, все это время державший старичка за шиворот разжал кулак. Дед мгновенно подхватил свой чемоданчик с монетами и, прыгнув на велосипед, рванул с такой скоростью, будто за ним гналось стадо диких слонов!
День клонился к закату, а приятели так и не смогли отыскать того, кто бы купил у них монетку за сто тысяч. В такую сумму оценивала свое счастье гражданка Буфетова и ни копейкой меньше! Можно было бы и больше, только никто не давал, да и дед, обещавший за копейку тысячу, пропал из виду быстрее, чем они согласились. Решено было продолжить поиски покупателей завтра.
Вечером, перед сном заглянув под подушку и не обнаружив в коробочке монетки, Тихон удивился и спросил маму, не брала ли она его сокровище. «Наверное, ты её обронил где-нибудь, – предположила мама, зевнув, и выключила ночник. – Завтра поищем».
На завтра Тихон решил обшарить каждый сантиметр комнаты, но мама не оставила его дома, хотя он очень просил её об этом. «Подумаешь монетка! Возьми у меня в кошельке. Их там штук десять». Тихон чуть не расплакался от обиды и еле сдержался, чтобы не проговориться о том, что за все деньги в мире не заполучить того счастья, что можно купить за одну пропавшую монетку! Но ведь мама все равно не верит в фей и волшебство!
Глава 3
Следующее утро было хмурым. С востока нагнало стадо туч похожих на бегемотов. Несметное стадо заполонило небо, и к полудню разразилась гроза. На кухне у гражданки Буфетовой тоже было неспокойно. Она подозревала приятеля в обмане.
– Признавайся! Ты все это выдумал, чтобы поесть торта!? Не верю я в твои рассказки про копейку.
– Да, чтоб мне всю жизнь только горький шоколад есть! – клялся самой страшной клятвой Кошмарыч. – Так и сказала старуха, монета дорогая, бесценная. Счастье купить можно.
– А где продают? Она сказала, где купить-то?
– Нет.
– И правильно. Где это видано, чтобы счастье копейку стоило. За копейку и куска хлеба не купишь. Какое там счастье.
– Ну, да… – согласился Кошмарыч. – А может она все же волшебная? Ну, там потереть её или закопать…
– Ага. А еще лучше на лоб себе наклей и не нужно в страну дураков ходить.
Уж Кошмарыч взял со стола копейку и приложил к своему лбу. Монетка тотчас приклеилась. Кошмарыч потряс головой, но монетка держалась крепко.
– О! Гляди! – обрадовался он и ещё сильнее замотал головой из стороны в сторону – копейка будто впилась в лоб.
– А ну-ка дай сюда! – гражданка Буфетов насилу отлепила монету и сразу приклеила на свой лоб.
– Теперь говори заклинание.
– Кекс – фекс – пекс! Крибле – грабли – бумс! – немного подумав, произнесла она таинственным голосом.
– Не кекс, а крекс! И не грабли, а крабле! И желание, желание загадай!
– Не работает твоя монета! Загадала я.
– Может она иностранного языка не знает, – поскоблив затылок, предположил Кошмарыч, – может ей по-русски объяснить.
Гражданка Буфетова от волнения разрумянилась, раскинула руки в стороны и завопила, что есть мочи:
– По щучьему велению, по моему хотению желаю быть молодой, стройной и с косой до пояса!
Уж Кошмарыч на секунду замер, а потом так захохотал, что упал с табуретки.
Возможно, гражданка Буфетова и превратилась бы в Василису Прекрасную, но тут зазвонил телефон, и ей пришлось бежать в коридор отвечать, а по пути она обронила со лба монетку.
О монетке забыли, но прежде Уж Кошмарыч получил от подруги пару подзатыльников за насмешки над ее тайным желанием, открывшимся так неожиданно. А вечером Тиша, придя домой, сунул ногу в тапок и обнаружил монетку. С тех пор он всегда носил её с собой в кармане.
И вот в один прекрасный воскресный день они с мамой отправились с заказом за город.
Глава 4
– Непонятно кому тут понадобилась пицца! – удивилась мама, останавливаясь возле сторожки. Строгий охранник спросил кто они и зачем. Выяснив, нажал пульт и ворота, с двумя чугунными павлинами, вспорхнувшими на самую высокую перекладину, распахнулись, пропуская красную машинку внутрь поместья.
Широкая песчаная дорога вела к маячившему вдалеке розоватому зданию с колоннами. Рвы с водой, тянулись параллельно дороге. Кое-где над ними парили ажурные мостики. Слева зеленел лесок, а справа ухоженный парк с фонтанчиками, причудливо постриженными кустиками, цветниками и статуями – между ними по дорожкам, волоча за собою длинные хвосты, разгуливали величавые птицы с коронами на головах.
– Страна Павлиния! – воскликнул Тихон, любуясь внезапно раскинутым, мерцающим птичьим хвостом.
И тут машина резко вильнула и, выехав на обочину, встала. Пятнистый олень, с гордо поднятой рогатой головой прошествовал мимо, не обращая никакого внимания на застрявшую в песке их железную каракатицу.
Попытка тронуться с места не дала результатов.
– Ты тут посиди, а я за подмогой, – сказала мама.
Мама быстро удалялась и скоро совсем исчезла. Тихону надоело сидеть в машине раскаленной, словно жестяная банка под солнцем. Он отворил двери и вышел на дорогу и как-то незаметно, нога за ногу, дошел до сказочного дворца, перед которым бил радужный фонтан. Вокруг гуляли нарядные люди. Таких господ Тихон видел в фильмах про королевскую жизнь. Официанты в пурпурных с золотом ливреях ходили между гостей с подносами, разнося еду и напитки. Тихон не сомневался – он попал на бал. Где-то слева загудели трубы, и все потянулись на призывный звук.
Тихон пошел следом и очутился среди гостей на поляне. Плетеные кресла и столики, разместились под шелковым навесом, чуть впереди на возвышении укрытом темно-розовым бархатом стоял огромный розовый джип, сверкающий, как леденец.
– Аукцион! Аукцион! Аукцион! – прокричал оранжевый человек, будто из воздуха возникший рядом с джипом. Апельсиновым человек был от цилиндра до ботинок, и даже пушистые усы под его носом были ярко оранжевыми! – Аукцион! Аукцион! Аукцион! – кричал он и все вокруг улыбались и хлопали в ладоши.
Оркестр, расположившийся слева от помоста, грянул туш, совсем, как в цирке и Тихон решил, что оранжевый – это клоун или фокусник. Но вместо того чтобы вытянуть из своего цилиндра зайца, а лучше курицу, фокусник ударил деревянным молоточком в подвешенную на цепочке медную тарелку и люди вокруг стали выкрикивать разные цифры, а он повторял за ними: «Пять тысяч! Тысяча! Пятьсот справа!»
Тихон присел на свободное кресло рядом с девочкой в воздушно-голубом наряде. За ее спиной трепетали легкие перламутровые крылышки, а в солнечных волосах мерцали стрекозы-заколки. Девочка взглянула на него из-под золотистых ресниц глазами изумрудными, как море. Тихон никогда не был на южном море, но почему-то был уверен, что море, именно такого сияющего цвета!
– Привет! – не робея, сказал он девочке-эльфу. – Что такое аукцион?
Девочка оглядела его с призрением.
– Они бьются за ту машину!
«Сто! Пятьдесят! Десять! – выкрикивал оранжевый фокусник. – Кто меньше?!»
Девочка глядела на сцену и не желала поддерживать разговор, это было видно по ее поджатым губкам и вздернутому носику.
«Десять раз, десять два… Пять!» – продолжал фокусник и публику это веселило. Стоявший рядом с Тихоном господин зазвенел мелочью, перебирая ее на ладони. «Пять! Пять рублей!» – радостно выкрикнул он.
– А кому достанется эта машина? – спросил Тихон, только чтобы поддержать разговор. Девочка ему нравилась.
– Кто меньше заплати, тот и выиграл, – она произнесла это с безразличием, и Тихону стало обидно, что на него совсем не обращают внимания. И тут он вспомнил про свою копеечку. Коробочка лежал в кармане.
– У меня тоже есть деньги!
Девочка только хмыкнула в ответ:
– Так, покупай…
«Рубль раз! Рубль два!» – выкрикивал человек в цилиндре.
Тогда Тихон вскочил и подбежал к оранжевому фокуснику.
– Копеечка! У меня есть копеечка!
Публика, как по мановению волшебной палочки затихла, и все взгляды обратились на мальчика, протягивающего копеечку апельсиновому крикуше.
– Мальчик, ты с кем? – громко удивилась дама и даже сняла солнечные очки, чтобы лучше рассмотреть ребенка только, что перебившего её рублёвую ставку.
Тихон растерялся, но тут до него долетел голос девочки-эльфа:
– Со мной!
Со всех сторон зашумели и зааплодировали. Тихон на минуточку почувствовал себя центром вселенной. Ему наконец-то удалось обратить на себя внимание девочки с изумрудным взглядом.
– Тебя как зовут, счастливец? – оранжевый нагнулся к Тихону. – Итак! Копейка раз! Копейка два! Копейка три! Продано! Тихон побеждает! Его ставка копеечка! Ну, давай сюда свою деньгу!
Оранжевый подкинул в воздух полученную денежку, поймал ее, зажал в кулаке, а когда раскрыл, то вместо копеечки на ладони сидел крошечный полосатый хомячок.
Девочка-эльф подбежала и захлопала в ладоши. «Фокусы! Фокусы!» – завизжала она от удивления и удовольствия. А Тихон так и не понял: откуда взялся хомяк, и куда пропала копеечка.
Глава 5
Увлеченный и девочкой и аукционом и хомяком, Тихон совсем позабыл про маму. А она сначала рассерженная, а потом расстроенная уже три раза обошла вокруг фонтана. Вид у нее был такой несчастный, что официант предложил ей сладкой воды с пузырьками. Но мама ничего не взяла с подноса, она села на каменный ободок фонтана и зачерпнула воды, чтобы умыться. В рабочем комбинезоне с надписью «ПЕРЧИК-ПИЦЦА» на спине ей было неуютно среди разряженных дам и господ. На нее возмущенно косились и указывали пальцами и веерами, мол, кто это и откуда?!
Машинка давно стояла на дороге всеми четырьмя колесами, и пицца была доставлена по назначению: двум поварам-спорщикам итальянцу и русскому, желавшим найти десять отличий между русской и итальянской пиццей. Они так заспорили из-за величины оливок положенных в круглый итальянский пирог, что чуть не поубивали друг друга скалками. Их насилу растащили. Доставленная ПЕРЧИК-ПИЦЦА оказалась самой правильной, с оливками нужной величины. Проспорившему итальянцу на глазах у всей поварской братии пришлось есть свой колпак! Колпак оказался из карамели, потому есть его было вкусно и весело. И маме достался сладкий бело-перламутровый кусочек. Она даже сохранила его для Тихона, засунув в бумажный пакет. Вот только сына возле машины не оказалось.
– Мадам, вы кого-то ищите?
– Да, мальчика. Вы не видели здесь мальчика семи лет с каштановыми волосами и глазами, как отборные маслины!
Растерянная мама из примет указала еще одну, как ей показалось самую главную – он очень боится пауков!
– Боюсь, по этой примете мы его вряд ли найдем! Ну, что ж попробуем.
Дворецкий в черном фраке и белых перчатках протянул маме руку. Она ухватилась за нее, как за последнюю надежду отыскать пропавшего Тишку.
– Маэстро Гаддини и его иллюзион ЧЕРНЫЙ ЯЩИК. Все, что в него попадает, то навсегда пропадает!
На помосте там, где недавно стоял розовый джип, теперь разместился черный бархатный куб с серебряными звездами на боках. Оранжевый фокусник приглашал гостей избавляться от ненужного, а в замен получать необходимое:
– ЧЕРНЫЙ ЯЩИК поглотит ваш страх, а взамен вы получите бесстрашие. Вместо безденежья вы получите деньги! Много денег! Хотя почтеннейшая публика, собравшаяся здесь, я уверен, не нуждается, денег у нее предостаточно!
– Денег много не бывает! – выкрикнул кто-то весело и все зааплодировали в знак одобрения.
– Всех несчастных побывавших в магическом кубе ждет необыкновенное, сказочное счастье! Ну, же, смелее!
Тихон и Павлина, так звали девочку с изумрудным взглядом, сидели на корточках в клумбе густо поросшей маргаритками и пытались, накормит хомяка лепестками.
– Так вот ты где! – мама стояла, уперев руки в бока и раздувая от возмущения щеки! – Я с ног сбилась! А ты тут с хомяками обедаешь??? А ну, марш в машину!
– Здравствуйте, мадам! – Павлина вскочила и тут же сделала книксен, как всякая воспитанная гувернанткой девочка. – Прошу вас не ругайте Тихона. Это он из-за меня задержался.
Мама уже немного успокоилась и даже поцеловала Тишку в нагретую солнцем макушку.
– Хорошо. Я не стану его ругать, раз ты так просишь, но мы сейчас же уходим.
Тихону пришлось согласиться, хотя ему не хотелось расставаться ни с хомяком, ни с Павлиной. Но у него была надежда встретиться с ней через неделю, в следующую субботу на ее дне рождения. Приглашение было получено, оставалось уговорить маму. А чтобы она наверняка согласилась, он решил сделать ей сюрприз. Ведь машину, выигранную им на аукционе, обещали доставить завтра утром прямо к дому, он даже сообщил свой адрес господину в апельсиновом цилиндре. То-то мама обрадуется, думал Тихон всю дорогу назад. А еще он думал про девочку с крылышками эльфа, про полосатого хомяка, про оранжевого фокусника… мысли его путались, машину покачивало, как колыбель и оттого сон был очень сладким.
Он проснулся уже в городе и первое, что увидел, открыв глаза – огромный плакат, растянутый между фонарных столбов. С него подмигивала прохожим голова оранжевого фокусника. Пушистые, как помпоны усы оранжевели под его похожим на грушу носом. Оранжевый цилиндр он держал в руке, и из него торчали оранжевые заячьи уши. Машина стояла под светофором, и Тихон успел прочесть:
Маэстро Гаддини и его ЧЕРНЫЙ ЯЩИК
Сказочное счастье почти даром
Прощальная гастроль
– Ой, мамочка! Посмотри! Я этого фокусника сегодня видел там, в Павлинии!
Его так и распирало сказать маме еще кое-что, но он, чтобы не проговориться, вовремя закрыл свой рот обеими руками и так ехал до самого дома.
Глава 6
Назавтра, как и было обещано, под окнами квартиры гражданки Буфетовой остановился сияющий розовый джип. Он подъехал так тихо, что мирно дремавший на скамейке Уж Кошмарыч даже не проснулся. Если бы не мошка, залетевшая в ноздрю, он так бы и проспал все самое интересное. Уж Кошмарыч уже наморщил нос, приготовляясь вычихнуть незваную гостью, но приоткрыв глаз, передумал. Перед ним стоял человек в цилиндре, смокинге, ботинках и перчатках ярко-оранжевого цвета. На плече его сидела оранжевая белка.
Оранжевый человек улыбался, а Кошмарычу было не до смеха. Его мгновенно прошиб пот, и он что есть мочи завопил: «Мааа – мааа!» Вместо мамы прибежала гражданка Буфетова и тоже остолбенела от изумленная. Только глаза ее смотрели не на оранжевого гостя, а на джип!
– Доброе утро, господа! – мягким голосом поздоровался оранжевый и пальцами щелкнул себя по плечу, где сидела белка. Та мгновенно исчезла, оставив лишь легкий оранжевый дымок, который тотчас рассеялся. – Не подскажите ли мне, где я могу найти мальчика Тихона?
Потеряв дар речи, гражданка Буфетова лишь трясла головой в сторону подъезда, из которого только, что выскочила. А Уж Кошмарыч с выпученными глазами и вовсе застыл в ужасе, как замороженный хек.
Оранжевый поднялся по лестнице и скрылся в парадной. Минуты три приятели не шевелились, а опомнившись, рванули вслед за странным гостем, отталкивая друг друга и пытаясь добежать до квартиры раньше другого.
К их удивлению Тихон сидел за столом и читал книжку. Ничего подозрительного вокруг.
Приятели переглянулись. И тут Гражданка Буфетова, не выдержала – cхватилась за сердце и начала причитать:
– Дайте, дайте мне валерьянки! Вызовите доктора! И выпишите очки! У меня видения!
– И у меня… – задумчиво поскоблив подмышкой, поддержал подругу Кошмарыч. – Оранжевые человечки с белками…
– Успокойтесь, никакие это не видения, – освобождая стул для взволнованной женщины, сказал Тихон. Гражданка Буфетова плюхнулась на стул и схватила Тихона за руку, чтобы тот не удрал.
– А кто это?
– Маэстро Гаддини. Фокусник. Он доставил машину. Я купил ее вчера на аукционе.
– На аукционе?! – хором удивились приятели.
Тихон кивнул.
– Да ты знаешь, несносный врун, сколько стоит такая машина! – не на шутку вскипела гражданка Буфетова.
– Знаю. Копеечку.
– Копеечку?! Копеечку! У-ха-ха! – Уж Кошмарыч перегнулся пополам, так ему свело живот от хохота. – Ко-пе-еч-кууу…
Тихону стало страшно обидно, что ему не верят. Он вырвал свою руку из цепкого кулака хозяйки, утиравшей слезы хохота, катившиеся по ее толстым щекам.
– Я не вру! – он выдвинул ящик комода и достал оттуда пластиковую папку, закрытую на оранжевую кнопку, положил ее на стол перед всхлипывающей от хохота хозяйкой. – Это документы и ключи. Мне принес их маэстро Гаддини.
Приятели разом замолчали и уставились на прозрачную папку. Внутри лежали ключи с брелком и договор о покупке автомобиля, где в строке «стоимость» черным по белому было написано «одна копейка».
– Сегодня вечером я подарю её маме, – Тихон был доволен собой и тем, что сможет порадовать маму, с утра до вечера развозящую пиццу на маленьком автомобильчике. Маме должна понравиться такая огромная машина, ведь в неё можно загрузить сразу сто коробок с пиццей! А может и двести.
– Так мама еще не догадывается о подарочке? – вкрадчивым голосом поинтересовалась гражданка Буфетова и, услышав ответ, с облегчением вздохнула, потому что в её голове молниеносно созрел новый план.
Она схватила за майку Уж Кошмарыча и потянула за собой вон из комнаты. В коридоре прижала к вешалке, так что на его голову с полки посыпались шапки и шляпки. Одна из них женская, с полями из соломки повисла на его ухе. Но подруга будто и не замечала глуповатого вида своего приятеля и продолжила таинственным голосом:
– Ты веришь, что мальчишка заплатил за джип копейку? Чтобы этот розовый бегемот стоил копеечку! Ха-ха-ха! Мальчишка врёт! Или они выиграли миллион в лотерею или монетка, в самом деле, волшебная! Нужно вытрясти из него правду!
– Тссс! – зашипел на неё Кошмарыч и смахнул рукой шляпку с уха. – Тссс… Нужно вытрясти из него заклинание!
– А монета! – вдруг спохватилась гражданка Буфетова. – А где же мы теперь найдём монету!?
– Нужно украсть мальчишку и назначить за него выкуп… волшебную копейку! Пусть пока посидит на даче. Там мы его будем пытать… горьким шоколадом! Пока он нам не выдаст заклинание.
Сказано – сделано. Выманить Тихона на клубнику было несложно. Сам он считал крыжовник, особенно хрустящий и зеленый, самой вкусной ягодой, но мама почему-то не разделяла его вкуса, наоборот, сильно ругала, если ей удавалась застукать его за поеданием мохнатой ягоды, сорванной с дикого куста в их дворе. Зато клубники мама могла съесть сразу кило, и живот ее только радовался такому угощению, совсем не урчал и не булькал, как Тишкин после трех хрустящих крыжовин.
– Такой урожай, что нам не справиться. Бери самую большую корзину.
День только начинался и до вечера, когда мама вернется с работы, они должны были успеть возвратиться с клубникой.
Не мешкая, гражданка Буфетова подобрала с полу шляпу, надела себе на голову, на нос нацепила стрекозиные очки, чтобы скрыться под ними от ненужных взглядов. Уж Кошмарыч натянул на глаза козырек бейсболки, и троица вышла из подъезда. Тихон с гражданкой и двумя корзинками отправился на железнодорожный вокзал, а Уж Кошмарыч никуда не отправился. Он недолго посидел на скамейки и вернулся обратно. Ему было поручено написать письмо с требованием выкупа и доставить его по назначению, вернее подбросить.
На столе в комнате Тихона лежала книжка, тут же отыскались ножницы, клей и листок бумаги. Недолго думая, Кошмарыч настриг больших черных букв из заглавия и названия первой главы и соорудил записку. Некоторых букв не было вообще, а других оказалось с избытком и потому у него получилось так:
ребенок Нас
ВыкуП I копейка
волчеБнАя
станчия Грачи кот С карманом
второе июля тринадчат
Кошмарыч прочел записку и красным карандашом пририсовал мягкий знак к слову «тринадчат». Так будет понятнее, решил он.
Записку оставил на столе, изрезанную книжку спрятал на кухне в пустую кастрюлю, а сам отправился вслед за гражданкой Буфетовой и Тихоном в дачный поселок Грачи.
В электричке Кошмарыч размечтался. Он мечтал, что закажет копейке такой же джип, но не розовый, а например, красный… а если уж красный, то пусть не джип, а пожарную машину. В детстве у него была игрушечная, с выдвижной лесенкой. Пусть будет пожарная машина, настоящая! Он будет гонять по городу с включенной сиреной без всяких пробок. Пожарная машина – это здорово! А еще самолет и железную дорогу с поездами и станциями, со стрелками и шлагбаумами. С рельсами восьмеркой. Такая была у его одноклассника-жадины, не позволявшего никому переводить полосатую стрелку. И пусть. Зато теперь его назначат самым главным начальником железной дороги! Нет, не так. Самым главным начальником железных дорог всей страны! Представив себя в кителе железнодорожного генерала, он даже хрюкнул от удовольствия.
«Станция Грачи» – объявили диктор и поезд тронулся. Кошмарыч чуть не пропустил свою остановку, так замечтался.
Часы на башенке железнодорожного вокзала показывали без пяти час. В ожидании редких покупателей, рыбаки скучали над уловом. Рыба, пойманная ими на ближайшем озере, лежала возле ног на газетке и привлекала своим видом лишь мух, да окрестных котов. Те сидели неподалеку, тихо ожидая, что им перепадет захудалая рыбешка или голова от неё, да хотя бы плавник! Но был среди них кот своим невообразимым видом заставлявший неместных граждан в удивлении ахать и показывать на него пальцами. Кота звали Семафор. Абсолютно черный, с круглыми, горящими зеленым огнем глазами. Обычные серо-полосатые коты ему завидовали, потому что Семафор, всегда уходил с рыбой. Он уносил ее в карманах своей ярко-желтой железнодорожной жилетки, сшитой из хозяйской рабочей. Как не заметить такого кота! Да и хозяин на станции был не последний человек, потому самая лучшая рыба оседала в карманах Семафориного жилета. При всей своей важности кот был чрезвычайно дружелюбен и любой мог подойти к нему, чтобы погладить по лоснящейся черной голове или почесать за ушком.
Каждый день кот, как по расписанию без десяти час приходил на станцию. Дождавшись рыбы, Семафор непременно возвращался домой, где его хозяйка – жена начальника станции, варила из добычи наваристую уху для своего любимца.
Добрый кот и не подозревал, что уже втянут в невеселую игру, затеянную соседом его хозяев – Уж Кошмарычем!
Глава 7
– Ты шоколад привез? – с порога спросила гражданка Буфетова. Но Кошмарыч только плечами пожал.– Забыл, значит. А чем пытать будем?
– Так вот клубникой и будем. Будем кормить, пока не скажет заклинание, – не растерялся он, заметив на столе корзинки с ягодами. – А где мальчишка?
– Спит в саду, в гамаке. Я сказала ему, что тебя подождем и вместе вернемся.
– Мы едем домой? – за спиной Кошмарыча стоял заспанный Тихон, кулачками он тёр глаза, пытаясь поскорее проснуться.
– Никуда мы не едем! – Уж Кошмарыч схватил мальчика и усадил на стол между корзин. – Никуда! Пока не скажешь заклинание!
– Отвечай, тебе говорят! – поддержала приятеля гражданка Буфетова и взяла из корзинки самую большую и спелую ягоду.
Тихону стало страшно, но он не подал виду, а спокойно сказал:
– Я не знаю заклинаний.
– А как же монетка? Как она действует?! Должно быть заклинание, чтобы получить от нее все, что хочешь! Отвечай!
– Отвечай, тебе говорят! – грозно сверкнул глазами Кошмарыч и поднес ко рту Тихона вторую ягоду.
Тогда Тихон зажмурился, сжал губы и тут, вспомнив про всадника на монетке, копьем разящего поганого змея, закричал, что есть мочи:
– Георгий Победоносец, спаси меня!
От неожиданности Уж Кошмарыч присел боязливо оглядываясь, а гражданка Буфетова выбежала на крыльцо и стала пристально высматривать вдоль забора Георгия, которого призывал упрямый мальчишка не желавший говорить заклинание.
– Никого… – вернувшись, сообщила она приятелю, отчего-то спрятавшемуся под стол и дрожавшему там, как осиновый лист. – Вылезай! – скомандовала она. – Неси его в чулан. Пусть там вспоминает. Как вспомнишь – стучи! И живей вспоминай, пока тебя пауки не защекотали до икоты!
Пауки! Ничего страшнее в жизни Тихона не было! Многоногие чудовища, плетущие липкие паутины, в которых гибнут легкомысленные мушки и мотыльки!
В чулане пахло сушеными яблоками, и было бы совсем темно, если бы не полоска света под потолком. В полумраке Тихон нащупал что-то мягкое и присел. Он думал о страшных пауках, карауливших его в углах чулана, и в нетерпении перебиравших лохматыми лапками, желая поскорее защекотать его до икоты. Боясь пошевелиться, Тихон замер на своей мягкой подстилке и только шептал: «Георгий Победоносец, спаси меня от пауков!»
Сидя в саду под грушей приятели не могли договориться, кто из них пойдет на станцию караулить Семафора с копеечкой. Гражданка Буфетова настаивала, что пойти должен Уж Кошмарыч, потому что его за любой березкой не видно, а чтобы скрыться гражданке Буфетовой нужен сноп сена, не меньше! А где ж его взять. Снопов возле платформы не наблюдалось, и приятель согласился следить за котом, а в нужный момент перехватить его и изъять монетку.
– Только где монетка упрямец так и не сказал!
– Где, где… где вчера были, там и монетка… – удивившись своей сообразительности, предположил Кошмарыч.
– Точно! Где аукцион там и копейка! Ты про это в записке написал?
– Неа.. букв не хватило.
– Так езжай, дописывай! Или нет. Лучше на вот тебе телефон мамаши. Позвони и скажи чужим голосом, где искать копейку, балбес! – И гражданка Буфетова отвесила звонкий подзатыльник приятелю.
Повинуясь, Кошмарыч поплелся на станцию к телефону-автомату и писклявым голосом сообщил квартирантке:
– Ищите монетку на аукционе, а кота в Грачах. На всё про всё сутки и баста!
Мама от такого звонка встревожилась и, развернув свою красную машинку, помчалась домой.
А Уж Кошмарыч зашел в магазин, купил пачку печенья, воды с газом и отправился праздновать день рыбака на платформу Грачи. А заодно проверить карманы кота Семафора, нет ли в них дыр, а то прощай монетка!
Глава 8
Растревоженная мама примчалась к дому. От волнения она даже не заметила розовый джип, что стоял у подъезда.
Она забежала в комнату, но там было пусто и тихо. Где же Тихон! Закрытую хозяйскую дверь мама подергала несколько раз и снова громко позвала сына, заглянула под стол, за занавески, надеясь, вдруг он разыгрывает ее, хотя это было совсем на него не похоже и, убедившись, что никого нет, вернулась к себе. Глаза ее наполнились слезами, готовыми пролиться, но тут на столе среди тетрадей и книжек она заметила бумажку с наклеенными буквами. Перечитав записку несколько раз, она горько вздохнула и набрала 02.
На том конце ее внимательно выслушали и посоветовали не паниковать, а дождаться сотрудников для проведения следственных действий. Мама утерла слезы и стала дожидаться, как было ей приказано службой 02.
Через полчаса в дверь позвонили. На пороге стоял высокий плечистый мужчина в спортивной куртке и джинсах. Запазухой его что-то шевелилось, а потом показалось бежево-розовое мохнатое ухо непонятного зверя.
– Мы из полиции. Вызывали?
Мама удивилась и попросила предъявить документы подозрительного полицейского.
– Мне сказали, что пришлют двух сотрудников… – она взяла протянутую ей мужчиной в штатском красную книжечку удостоверения.
– Так точно! – отрапортовал мужчина. – Двое. Капитан Сила и лейтенант Пчих.
Мама взглянула в удостоверение: фото в форме и фамилия совпадают.
– А где же лейтенант Пчих? – все еще с недоверием разглядывая полицейского, поинтересовалась она.
– Так вот же он! – и капитан, расстегнул молнию куртки: крохотная бежевая собачка с огромными, торчащими ушами мирно дремала на его груди. Почувствовав на себе пристальный взгляд, лейтенант Пчих потянул черным кожаным носом воздух, приоткрыл глаза и громко чихнул, так, что мама подскочила от неожиданности.
– Ну, вот. Представился, – серьезно произнес капитан и шагнул в квартиру. – Так, что произошло? Рассказывайте.
Мама лишь горько вздохнула и протянула записку.
– Разберемся! – уверенно произнес капитан и углубился в чтение. – Вы кого-нибудь подозреваете? – спросил он, все еще внимательно изучая бумажку.
Мама никого не подозревала! Она и представить себе не могла, что кто-то мог похитить ее ребенка из-за копейки! Что копейка не простая, а «волчебная» она от волнения проглядела. Но капитан Сила, раскрывший не один десяток преступлений и даже получивший медаль за задержание особо опасного злодея сразу подметил эту удивительную деталь.
– Итак, – сказал он, усаживая всхлипывающую маму на диванчик. – Завтра, второго июля на станции Грачи в тринадцать часов вас будет ждать кот. В его карман нужно положить одну волшебную копейку. Ясно-понятно.
– Ничего не ясно, – мама заревела еще громче. – Где вы видели котов с карманами… ыыы.
– И не такое видели, разберемся, – попытался он успокоить маму. – Вот волшебных копеек за всю службу не встречал. В записке ясно наклеено «волчебная» копейка.
– Я вспомнила, – перестав всхлипывать, сказала мама, – была у него копейка, Тихон нашел ее на улице и носил с собой. В такой коробочке из-под кольца.
– В этой? – пока мама всхлипывала, капитан не терял времени и осмотрел комнату. За занавеской на подоконнике он нашел пустую коробочку из-под кольца и теперь предъявил ее маме на опознание.
– Она! – обрадовалась мама. – Но где же копейка?! И я не знаю ни про какой аукцион!
– Разберемся! А вы пока посмотрите у себя в кошельке, может найдете. Я мелочь не ношу. Карманы оттягивает.
У мамы в кошельке, действительно отыскалось три копейки. Капитан Сила велел маме не тратить их до окончания операции по освобождению Тихона и носить с собой. «Ясно», – кивнула мама.
– Ну, что ж. А теперь, лейтенант Пчих, приступайте к своим обязанностям, – с этими словами капитан Сила вытащил из-за пазухи своего напарника, размером меньше кошки и, опустив на пол, дал ему понюхать записку. Вдохнув пару раз, лейтенант звонко чихнул и рванул вон из комнаты прямо на кухню. Уткнув нос в пол, он сделал несколько кругов вокруг стола и сел напротив кухонной тумбы.
Полицейский достал из тумбы большую эмалированную кастрюлю в горошек, поставил ее на пол и открыл крышку. Лейтенант Пчих встал на задние лапы и, с трудом дотянувшись передними до верхнего края кастрюли, принялся радостно чихать и вилять длинным хвостом.
– Отлично, лейтенант!
На дне кастрюли лежала книжка.
– Приключение капитана Врунгеля, – прочел полицейский и достал книгу из кастрюли. – Ваша? – поинтересовался он у изумленной мамы.
– Наша.
Лейтенант Пчих снова встал на задние лапки, но теперь принялся передними, скрести джинсы напарника. Сила подхватил его и отправил на привычное место – запазуху.
– А вот и первая улика. Буковки-то отсюда вырезали! – довольный он погладил лейтенанта между ушей-локаторов. – Молодец! С меня бараний желудок.
– Неужели он съест целый желудок! – изумилась мама.
– Съесть не съест, но покусает, – тут он впервые улыбнулся маме. – Вы не расстраивайтесь. Найдем вашего мальчика. Обязательно найдем. Живым и невредимым.
И от этих слов маме как-то сразу стало спокойно на душе, и она слабо улыбнулась в ответ.
– Вы завтра сидите дома и ждите нашего звонка.
– Да, да… – согласилась мама. – Я уже и на работе отпросилась. Все равно не могу от волнения сосредоточиться на дороге…
– Вот и хорошо. А одну копейку мне все же дайте. Давно я копеек в руках не держал. Буду изучать.
Мама полезла в кошелек и достала монетку.
Глава 9
В девять утра капитан Сила был у мамы. Он вручил ей черный футляр. Когда она отрыла его, то очень удивилась и даже немного смутилась: в футляре лежали две металлические розочки, которыми женщины украшают свои уши.
– Спасибо, но я не ношу клипсы.
– Это не клипсы, – поправил маму капитан Сила. – Это приемно-передающее устройство радиосвязи. Мы вас услышим и вы нас. Наденете перед выходом из электрички. Мы с лейтенантом поедем на машине. Все дальнейшие распоряжения через устройство. Копейка при вас?
Мама показала копейку.
– Тогда до встречи в Грачах. Электричка прибывает в 12-45.
А в это время на даче Уж Кошмарыч и гражданка Буфетова подвязывали огурцы в теплице.
– Совсем огород запустил. Смотри, какие вымахали! Не огурцы – бананы какие-то! Отнеси мальчишке, а то он со вчерашнего утра не ел. Тут ему и еда и питье.
Гражданка Буфетова сорвала кривой огурец и дала приятелю.
Но не прошло и минуты, как он вылетел из дома, весь пунцовый от злости:
– Утёк! – кричал он. – Этот паршивец испарился!
– Не может быть! – гражданка Буфетова от удивления выронила из рук тяпку и шлепнулась задом на перевернутое ведро. – Ты хорошо смотрел?!
Не доверяя бестолковому приятелю, сопя и задыхаясь, она побежала к дому. В чулане осмотрела все углы. Перевернула корзины и даже заглянула под медное корыто, весящее на стене – нет! Пропал мальчишка.
Взмокшая гражданка Буфетова немного отдышалась и тычками погнала Кошмарыча из чулана на крыльцо:
– Говорила тебе ночью… сходи проверь, сходи проверь… А ты что? Куда он денется… куда он денется…– зло передразнивала она Кошмарыча. – У-у-у! Выхухоль ты этакая! Нужно было тебя с кровати столкнуть!
Уж Кошмарыч уже приготовился к очередной оплеухе, уши его заранее покраснели, но тут гражданка Буфетова, соображавшая резвее своего приятеля сменила гнев на милость:
– Пес с ним, с вруном этим! – выругалась она. – Даже и лучше. Не нужно дармоеда кормить огурцами. Нам больше достанется. Если он и утёк, то сообщить не успеет. Через полчаса монетка будет у нас. Собирайся. Скоро электричка приходит. И смотри там, у меня! За котом следи. Он обратно огородами пойдет. Тут ты его и перехватишь! Тссс!
Позади них хрустнула ветка, и показался Семафор, как положено в своем ярком рыболовном жилете. Не обращая внимания на следивших за его передвижениями, он невозмутимо проследовал мимо к конечному пункту назначения.
– Во, гляди! Не кот, а чисто Сапсан. Прёт по расписанию и никого не замечает! Пример бери! А тебя пошлёшь за хлебом в ближайшей ларек и жди сутки!
Гражданка Буфетова распахнула калитку перед приятелем. Уж Кошмарыч натянул кепочку пониже на нос, сунул руки в карманы и тихо насвистывая, отправился на станцию.
Уж Кошмарыч и гражданка Буфетова были уверены, что Тихон сбежал, а с ним случилось вот что.
Приглядываясь и прислушиваясь, – не окружают ли пауки, он просидел в чулане до вечера. От голода в животе у Тихона случился концерт тромбона с оркестром. И тогда, осмелев, он стал шарить по полкам. Из еды нашелся старый кожаный башмак и холщевый мешочек с дольками сушеных яблок. Тихон читал, что отчаянные путешественники могли съесть и башмак, но нужно было перед тем его, как следует отварить с солью. Ни соли, ни огня, ни котелка с водой у Тихона не было. И он стал грызть сушеные яблоки, замышляя побег.
Когда в доме стихли звуки, Тихон подумал, что его похитители уснули, а может и вовсе бросили его одного на съедение пауками. Тогда он решил: пора бежать! Глаза так привыкли к темноте, что стали различать обстановку в чулане. Одна из стен не доходила до потолка, и скудный свет проникал через щель наверху. Нужно было, во что бы то ни стало добраться до лаза под потолком.
Прибитые к стене полки стали спасительной лестницей. Цепляясь сбоку за перекладины, он как по ступенькам вскарабкался на самую верхнюю пустую полку и, лежа на ней, сунул голову в щель. И тут пригодились его книжные знания: если голова проходит в щель, то и все тело можно протиснуть, конечно же, если тело у тебя не как у гражданки Буфетовой.
Тихон думал увидеть внизу то, на что придется прыгать, но там, на той стороне за стеной оказалась такая же полка. Тогда он спокойно протиснулся в щель и опустился животом на холодную поверхность, только это была не полка, а верхняя часть огромного буфета. Такого огромного будто связали вместе двух гражданок Буфетовых и каждой на плечи еще по одной поставили!
Кое-как цепляясь руками и ногами за всевозможные выступы, Тихон спустился вниз, но сделав несколько шагов, почувствовал, что пол уходит из-под ног, а сам он летит куда-то в бездонную черную пропасть.
Глава 10
Тихон открыл глаза и первое, что увидел – пушистые оранжевые усы, висевшие напротив его лица. Усы покачивались в воздухе. Будто стараясь пристальней рассмотреть мальчика, они неожиданно приблизились, да так, что Тишкиному носу стало щекотно. Тихон чихнул и усы отлетели.
– Невероятно! – произнесли оранжевые губы, показавшиеся из-под оранжевых усов. За губами зубы, тоже оранжевые и, наконец, язык! Абсолютно оранжевый язык высунулся изо рта и сказал: «бе – бе – бе!»
Он явно дразнился.
–Ты кто?
– Усорот.
– А почему ты оранжевый? – удивился Тихон.
– Потому, что ел витаминки! Оранжевые витаминки счастья!
– Зачем?
– Как зачем?! – удивился Усорот. – Чтобы быть счастливым!
– Мне тоже нужны витаминки.
– А тебе зачем? Ты и так выглядишь вполне счастливым, если бы не эта шишка на лбу! – губы растянулись в улыбке.
Тихон потрогал лоб. Там действительно вздулся бугорок. Он попробовал подняться, но голова закружилась и тут же усы, губы и высунутый язык стали крутиться, как карусель в парке культуры.
– Ой-ё-ёй! – удивился Тихон и передумал вставать. – Это не мне, это для мамы. Ей очень надо.
– Маме? Я могу ей отсыпать кулечек, но вряд ли она обрадуется. Ты ведь не хочешь, чтобы мама стала оранжевой от волос до пяток! – и рот под усами громко расхохотался.
Тихон представил себе оранжевую, но счастливую маму и как-то засомневался.
– А можно чтобы она осталась такой же, но только счастливой?
– Можно! Нужно съесть плод дерева Тобуд.
– А где оно растет?
– Как где?! В горшке на подоконнике во дворце маэстро Гаддини.
– А где дворец?
– Пойдешь прямо и никуда не сворачивай. Даже если тебя будут звать и просить о чём-то – не слушай! Иди мимо, твоя цель – дворец и дерево Тобуд!
– А как я его узнаю?
– Хм… – язык спрятался за зубами. – Я и так разболтался. Прощай! И помни… никуда не сворачивай! Твоя цель – счастье…
Сказав это, губы, чмокнули воздух перед собой, вспорхнули над головой Тихона и улетели, помахивая усами, как крыльями.
Тихон полежал еще немного и поднялся. Голова уже не кружилась, и он внимательнее осмотрелся вокруг: под ногами влажный песок, каменные стены и низкий сводчатый потолок, как ковром устланы мерцающими жучками. Словно крошечные огоньки они освещали подземелье. Куда идти дальше он не знал и потому пошел прямо, как советовал ему оранжевый Усорот.
Тихон шел так долго, что совершенно выбился из сил, а песок под ногами и стены с потолком были все те же, будто и не шел он вовсе, а стоял на месте.
Тогда он присел у стены отдохнуть и подкрепиться: в кармане брюк нашелся сморщенный кусочек сушеного яблока. Тихон собрался сунуть его в рот, но тут услышал, будто кто-то тихонечко плачет и стонет. Он пополз на четвереньках к тому месту, откуда доносился звук и, приглядевшись, обнаружил крошечного полосатого хомячка, тот тёр лапками мордочку и жалобно причитал:
– Бедный, я бедный. Старый, больной хомяк. Никому-то я не нужен. Никто меня не любит. За щеками у меня давно пусто. Все съедено. Голодно мне, прямо хоть песок ешь. Когда я был веселый и здоровый, то бегал в колесе на радость детишкам и их родителям. А теперь я стар и лапки еле передвигаю. Вот меня и выкинули, – хомяк заплакал и захрюкал еще горче.
Несчастного хомяка было очень жалко, но и Тихон хотел есть. И этот сушеный кусочек его единственная пища. И неизвестно, когда он теперь сможет вдоволь наесться. Тихон смотрел то на хомяка, то на сморщенную дольку яблока. И, наконец, сделав выбор, протянул ее хомяку:
– Возьми.
Хомяк затих и настороженно посмотрел на отзывчивого мальчика.
– А как же ты? – перестав тереть глазки-бусинки лапками, спросил он.
– Да, я все равно не наемся. А тебе надолго хватит.
– Спасибо тебе, добрый мальчик, – хомяк ловко засунул за щеку кусочек яблока и тут же исчез.
Тихон даже не успел с ним проститься, но нужно было идти дальше, ведь его цель – плод счастья дерева Тобуд.
Сколько еще шел он по влажному песку, никому неизвестно. Ноги вязли, дорога все не кончалась, но и Тихон не сдавался. Мама обязательно будет счастлива. Он достанет ей ягоду счастья с дерева Тобуд.
Казалось, он совсем выбился из сил, но тут в тишине подземелья, где-то впереди послышалось слабое: «пи – пи – пи», похожее на сигнал занятой телефонной линии. Тихон прибавил шаг и вскоре вместо пиканья ясно различил: «Пить! Пить! Пить!»
Белки! Тихон пересчитал их по хвостам. Десять белок. Одни носились по огромной клетке, висли на прутьях и кричали: «Пить! Пить!» Другие лежали на полу совсем обессиленные. Их зубастые пасти пересохли от жажды, и потому звук выходил хриплым и слабым. Они тоже просили пить.
– Бедные белки! Что с вами случилось? – Тихон остановился напротив одной из них, повисшей вниз головой на прутьях. – Чем вам помочь?!
– Нам нужна вода! Без воды мы погибнем! Еды у нас достаточно, – и белка метнулась в угол клетки, где лежала гора лесных орехов. Она схватила один, оранжевой молнией вернулась к Тихону и просунула сквозь решетку когтистую лапку с орехом. Тихон обрадовался, потому что очень хотел есть. Но как только он потянулся за орехом, белка отдернула лапку и умчалась в другой угол клетки, оставив его ни с чем. Тихон сглотнул слюни, попросить он не осмелился. Ведь белкам очень плохо! Наверняка хуже, чем ему. Они в клетке и погибают от жажды.
Белки не унимались, носились взад-вперед и просили пить. Тихон хотел открыть клетку и выпустить белок, но ему не удалось отыскать дверцу.
– Белки! Давайте я принесу вам воды!
Все белки мгновенно замерли и посмотрели на Тихона изумленно. А после снова заверещали:
– Пить! Пить! Он принесет нам воды!
– А знаешь ли ты, добрый мальчик, что за водой нужно идти далеко, далеко и совсем в другую сторону? – повиснув на клетке рядом с Тихоном и, заглянув в его глаз, таинственным шепотом произнесла та самая белка, которая не дала ему ореха.
Тут Тихон вспомнил слова Усорота: «И помни… никуда не сворачивай!» и на мгновение задумался.
Тогда белка отцепилась от прутьев и, упав на спину в опилки, задрыгала в воздухе лапками и закатила перчинки-глазки.
– Я согласен! – Тихон не мог смотреть, как страдает белка.
Услышав его слова, белка вскочила и тут же очутилась возле Тихона. Держась лапками за клетку, она злорадно прокричала в его ухо:
– Но ведь тебе не в чем ее принести! И у нас ничего нет!
Тихон осмотрел клетку и, правда, ничего похожего на поилку там не наблюдалось.
Он даже расстроился. А потом вспомнил, как читал в книжке, что когда под рукой ничего не было, воду раненым носили в горсти.
– Я в руках принесу! – радостно сообщил он.
А белка, вроде, и не обрадовалась его смекалке, в глазах ее мелькнул злобный огонек.
– Куда идти? – спросил Тихон у отвернувшейся от него белки, но та лишь хвостом махнула в сторону, показав, где искать воду.
Тихону пришлось вернуться к несчастным зверькам несколько раз. В ладонях сложенных лодочкой он носил воду от маленького родничка, бившего из стены, пока не напоил каждую из них. А на прощание пообещал, что как только выберется из подземелья, обязательно пришлет к белкам слесаря с инструментами, чтобы тот открыл клетку и выпустил их на волю.
Тихон все шел и шел, но идти стало веселее: вдалеке забрезжил свет, а это верный признак впереди – выход! Так и случилось. Последние метры он несся во всю прыть и, запыхавшийся выбежал из подземного коридора, прямо на прогуливающегося мимо павлина. От неожиданности павлин заорал по-кошачьи «мааууу-мааууу» и перепуганной курицей бросился наутек, волоча за собой длинный, зеленый хвост.
Отдышавшись, Тихон оглянулся назад. За спиной был грот, через него он и вышел. А вокруг цвел и благоухал великолепный парк, он его сразу узнал – Павлиния!
Но нужно было спешить во дворец, и Тихон побежал вперед к своей цели.
Перед дворцом по-прежнему бил радужный фонтан, а вокруг пустынно и тихо.
На парадной лестнице тоже никого. Через высокие золоченые двери он вошел в торжественный и нарядный зал: паркет сиял, стены серебрились, потолок был расписан картинами. Ослепленный величественным сиянием Тихон стоял в нерешительности. На другом конце зала под балдахином бархатных штор на подоконнике стоял обычный цветочный горшок из коричневой глины. Тихон не мог различить, что в нем, но был уверен, что это и есть дерево счастья Тобуд!
Робкими шажками он пересек зал и очутился рядом с горшком.
– Вот это да! – раздосадовано воскликнул Тихон и понюхал бледный росточек. Из земли торчала длинная тонкая ножка, а на ее верхушке развернулись три крохотных листочка. – Похоже, счастье еще не выросло. Какое-то оно чахлое и ничем не пахнет. Разве это счастье?!
И тут в зал ворвались ветер, вой, скрежет, визг и хохот. Тихон обернулся.
В окружении оранжевых белок к нему приближался сам маэстро Гаддини. Он стремительно пересек зал и остановился напротив Тихона. Фалды его оранжевого плаща развивались. Белки суетились вокруг хозяина: запрыгивали с плеч на цилиндр и по спине возвращались на пол, а после снова облепляли его, две даже подрались за место на голове маэстро.
– Цыц! – прикрикнул на них маэстро Гаддини и белки замерли в оцепенении. И тут Тихон увидел, как из нагрудного кармана плаща маэстро выползает оранжевая голова хомяка и, уставившись на Тихона, начинает тихонечко скулить: «Ах, я несчастный, бедный-пребедный хомяк…» Услыхав хомячью песню, белки принялись заливисто хохотать, скаля острые зубки. – Цыц!
Утихомирив свиту злобных белок, маэстро Гаддини обратился к Тихону:
– Не ожидал тебя здесь увидеть! Хоть и старались мои помощники тебя сбить с пути, но ты дошел.
– Мы старались, старались! – дружно подхватили белки.
Тихону было обидно, что вместо милых, несчастных зверьков перед ним злобные обманщики, но он взял себя в руки и спросил у оранжевого повелителя белок:
– А где же дерево Тобуд?
– Так вот же оно! – указывая на чахлый росточек, улыбнулся ему маэстро Гаддини из-под своих оранжевых усов, и улыбка это показалась Тихону знакомой.
– Какое ж это дерево?! – не поверил Тихон. – И ягод на нем нет никаких!
– Правильно. Чтоб вызрел плод на дереве Тобуд его нужно полить.
– А почему вы не поливали?
– Тебя ждали. Твое счастье, тебе и поливать.
– Так давайте же скорее, я его полью! Где у вас лейка?
– Лейка здесь не подойдет.
Вытащив двумя пальцами хомяка из кармана, Маэстро Гаддини зажал его в кулаке и несколько раз дунул. Фокус удался – хомяк исчез, а на ладони стояла крохотная бутылочка.
– Такого флакончика слез вполне достаточно, чтобы дерево счастья Тобуд принесло плод.
– Слез?! – не поверив ушам, переспросил Тихон.
– Слез, слез. Ты ведь хочешь, чтобы мама была счастлива?
Конечно, Тихон хотел счастья, для того он и шел так долго к дереву Тобуд. Он взял флакон из рук маэстро, надеясь, что слезы не всамделишные, не настоящие.
– А где их взять?
– Белки тебя проводят!
– Проводим, проводим! – злобные зверьки облепили Тихона, но тут же дружно спрыгнули с его рук, головы и спины и побежали из зала вниз по лестнице, увлекая за собой растерянного мальчика.
– Иди за нами! Иди за нами! – кричали белки, то забегая вперед, то отставая. Самые шустрые бежали по стенам, другие взметнулись к потолку и уже неслись над головой Тихона.
Хомяк, сидя на хвосте одной из белок, раздувал щеки и лихо свистел, подгоняя оранжевых зверьков. По его довольной мордочке было видно, что он в восторге от путешествия на беличьем хвосте.
Миновав лестницу, они еще долго бежали сквозь дворцовые комнаты пока не остановились возле маленькой деревянной двери из дубовых досок, настолько маленькая, что туда могла пролезть только собака.
– Полезай! Полезай! – не унимались белки. – Дерни за железное кольцо!
Тихон послушался, и дверь отошла со скрипом. Изнутри пахнула сырым холодом.
На четвереньках Тихон заполз внутрь и дверь за ним захлопнулась.
Глава 11
Внутри, в вымощенной камнем каморке, он смог встать в полный рост. Там внутри спиной к нему за деревянным столом на деревянной скамейке сидела девочка, перламутровые крылышки на ее платье вздрагивали. Девочка плакала.
Тихон обошел девочку и взглянул ей в глаза.
– Павлина!
Девочка подняла на него свои чудесные изумрудные глаза, наполненные слезами, моргнула золотистыми ресницами и обронила слезу.
– Ну, вот! Из-за тебя я потеряла одну слезинку, – вторую, катившуюся по щеке, она успела поймать в хрустальную рюмку.
– Павлина! – не веря глазам, повторил Тихон. – Почему ты здесь?
– Не мешай мне, мальчик. Я тебя не знаю.
– Что ты делаешь?
– Разве не видишь. Я плачу. Мне нужно наплакать вот эту хрустальную рюмку до завтрашнего утра, а я еще и половины не наплакала.
– А что будет, если не наплачешь?
– Если не наплачу, – и тут она заревела еще громче, слезы градом покатились из ее глаз прямо в хрустальную посуду. – Я останусь навсегда в этом подземелье и тогда точно не успею на конкурс Принцесса Мира.
– Значит твоими слезами я должен полить дерево Тобуд?
– Я не знаю ни про какое дерево! – всхлипнула Павлина.
– А как ты здесь оказалась?
– Меня похитил маэстро Гаддини! Во время представления. Он посадил меня в свой ЧЕРНЫЙ ЯЩИК пообещав, что если я в нем окажусь, то стану абсолютно счастливой! Он обещал исполнить мою мечту!
– А какая у тебя мечта?
– Как какая! – девочка даже перестала всхлипывать и посмотрела на Тихона с недоумением. – Конечно же, стать Принцессой Мира!
– Ты хочешь повелевать миром? – простодушно спросил Тихон.
– Какой же ты дурачок, мальчик! Я хочу, чтобы меня выбрали самой красивой девочкой мира. Я хочу победить в конкурсе самая красивая девочка мира и получить титул Принцесса Мира. Понятно? – Павлина осуждающе взглянула на недогадливого Тихона.
– Понятно. И что? Маэстро Гаддини исполнил твою мечту?
– Нет! Он обманул меня, посадил в ЧЕРНЫЙ ЯЩИК, а потом я очутилась здесь… он заставил меня плакать… а я уже устала плакать…я уже ничего не хочу… я домой хочууу… – завыла Павлина так громко, что Тихон заткнул уши.
Получалось, что слезами Павлины он должен полить дерево Тобуд, чтобы на нем созрел плод счастья! Тихон достал из кармана флакончик, что вручил ему маэстро Гаддини.
«Странное дерево, – подумал он. – Разве может счастье вырасти на чьем-то горе». Тихону совсем не хотелось, чтобы Павлина плакала.
– Давай я за тебя поплачу, а ты пока отдохни, – предложил он. А про себя подумал: «Можно же и моими слезами полить, ведь они у всех одинаковые». Тихон попробовал заплакать, представляя в голове всякие жалостливые картинки, но у него ничего не выходило.
И тогда он зажмурился и представил самую жалостливую, которую видел совсем недавно: ворон клюет беззащитного голубя, а тот лишь крылышками взмахивает, пытаясь улететь, но только сил уже нет у голубя. И сразу в носу у Тихона защипало, готовые пролиться слезы смочили ресницы, он открыл глаза, чтобы выпустить их наружу, но тут увидел перед собой знакомые усы!
– Невероятно! – изумился Усорот. – Мальчик верит, что счастье мамы можно полить собственными слезами. Разве мама может быть счастлива, когда ты плачешь? Невероятно глупый ребенок! Да-да, Павлина права. Дурачок!
Павлина продолжала плакать, совсем не замечая странного третьего, появившегося в их компании. Похоже, Усорота видел только Тихон.
– Я не дурочок! – насупился Тихон. – И вообще, не нужно мне такого счастья, для которого все плачут!
– Ну, тогда сделай так, чтобы все радовались! – хохоча, Усорот взмыл под потолок и, ударившись об него, разлетелся оранжевыми искрами.
– Перестань плакать! – решительно заявил Тихон Павлине. – Бежим отсюда!
Он взял ее за руку и потащил за собой к двери. Выбравшись наружу, они помчались через комнаты, потом вниз по лестнице, вот уже и фонтан и парк!
«Свобода! Свобода!» – радостно гоняясь, друг за дружкой кричали они и брызгались водой из фонтана.
– Как здорово, что ты меня спас! – сияющие глаза Павлины с восхищением глядели на Тихона.
– Это не я. Ты сама себя спасла, – скромно ответил Тихон. – Я только показал тебе выход. А теперь мне пора… Пока, Павлина, до субботы…
На прощанье Тихон махнул ей рукой и побежал к гроту, затерянному в глубине парка.
Глава 12
Наручные часы показывали без пяти час. Электричка приближалась к станции Грачи. За окно замелькали дачные домики. Мама вышла в тамбур, достала футляр и, глядя в стекло двери, прицепила на уши передатчики. Стоящие вокруг нее садоводы-дачники, подумали, что мама ужасная модница, а одна женщина с лопатой в руке неодобрительно хмыкнула и подвинула маму от двери своим огромным рюкзаком, весящим у нее за спиной, и тут же заехала ей на ногу колесом от тележки, к которой были прикручены ящики с рассадой. Мама сказала:
«Извините, я вам помешала», – и отошла в сторонку.
Капитан Сила минут пятнадцать как расхаживал по платформе туда-сюда, вроде кого-то встречая. На самом деле он внимательно изучал обстановку. Рыбаков, сидящих неподалеку от платформы, он заприметил давно, котов сбившихся, в небольшую стайку тоже. Но все коты были, как коты: с усами, хвостами, лапами и ни одного с карманом! «Ясно-понятно»,– повторял про себя капитан, не выпуская ни одну деталь из-под прицела зорких глаз. Лейтенант Пчих был при нём – мирно посапывал запазухой его ветровки.
Редкие граждане расположившиеся на платформе подозрений не вызывали. И тут краем глаза он заметил яркое пятно. Капитан отошел к ограждению платформы и, облокотившись, стал, будто разглядывать окрестные пейзажи: домики, лесок, маячивший вдалеке, водонапорную башню…
А сам, тем временем, фотографировал, вставленной в солнечные очки камерой, черного кота, в ярком сигнальном жилете. Тут же это изображение проявилось на стеклах его очков, сдвинутых на кончик носа. Оно было увеличено, так, что капитан Сила смог разглядеть оба кармана на боках кота-курьера. «Ясно-понятно», – удовлетворенно произнес он и нажал на дужке очков секретную кнопочку.
Мгновенно из маминой левой клипсы послышался слабый писк, похожий на мяуканье. Женщина с рюкзаком оглянулась и, увидев за собой маму с большой сумкой через плечо, укоризненно покачала головой: «Ещё и животных мучат!»
– Вы меня слышите? – раздалось в мамином ухе, как только она ступила на платформу.– Если да, то помашите рукой.
Мама махнула рукой, вроде кому-то обрадовалась.
– Спускайтесь с платформы и идите направо к рыбакам. За ними в пяти метрах в траве увидите черного кота в жилете. Подойдите к нему, вроде, погладить и постарайтесь незаметно положить монетку.
Мама все исполнила. Семафор с удовольствием подставил смоляную голову, а от почесывания за ухом заурчал так громко, будто внутри него заработал моторчик маленькой машинки. Мама сумела незаметно сунуть копейку в его карман. «Я все сделала», – доложила она.
Капитан Сила велел маме идти к его машине, которую он оставил в укромном месте за зданием вокзала, а сам остался следить за котом.
В пять минут второго один из рыбаков взял с газетки две серебристых плотвички и поднялся со своего ящика. «Сем – Сем – Сем», – прокричал он, в сторону кошачьего хора, почуявшего рыбный дух и задрав хвосты, жалостливо запросившего: «мняу – мняу». Но отборная рыба предназначалась Семафору. Он это понимал и потому, не обращая внимания на жалких попрошаек, проследовал мимо них прямо к звавшему его рыболову и, подставив бока с карманами, загрузился рыбой.
Уж Кошмарыч, следивший за происходящим из-за куста сирени, довольно потер руки. Оставалось подловить Семафора и выпотрошить его карманы!
Кот никуда не спешил, он нес и себя и рыбу с достоинством, да и жилет обязывал держаться невозмутимо. Как-никак кот начальника железнодорожной станции! Кошмарыч, давно изучивший повадки пушистого задаваки, легко обогнал его и залег на кошачьей тропе в чужом огороде среди редиски и укропа.
Настало время решительных действий, и капитан Сила вынул из-за пазухи лейтенанта. Тот зевнул и, ожидая указаний, уставился на старшего по званию смышленым взглядом. На его ошейнике, пульсировал зеленый огонек. «Лейтенант Пчих! Ваша задача – курьер, держите дистанцию. На посторонних котов, птиц и крыс не отвлекаться!» Лейтенант слушал, молча, и только уши-локаторы постоянно двигались, отслеживая посторонние звуки.
С лейтенантом на руках, а для прохожих с крошкой чихуахуа, он спустился с платформы. Возле рыбаков по-прежнему вертелись коты. Лейтенант Пчих еле сдержался, чтобы не призвать их к порядку громким лаем, но он был при исполнении и потому промолчал.
Капитан Сила поднял с газетки за хвост рыбу и поднес к носу песика – так показалось продавцам. Тот внимательно понюхал и громко чихнул, мол, готов к исполнению. А рыбаки только головами покачали: «Не по вкусу песику плотвичка». Сила положил рыбу на место и, отойдя в сторонку от продавцов, пустил лейтенанта по следу курьера в жилетке.
Глава 13
Кошмарыч ухватил кота за заднюю лапу и притянул к себе: «Попался, котяра! Где тут у тебя деньга?! » Прижатый к земле Семафор на грубость неприятно пахнущего человека, так нахально обшаривающего его карманы, ответил кошачьим басом: «маааууу» и хотел было выпустить когти, но человек убежал, а Семафор никак не мог взять в толк, почему рыба, которая должна быть в карманах лежит на грядке в укропе. Семафор в задумчивости пожевал укроп. Укроп ему понравился. И он решил, что обязательно скажет хозяйке, чтобы добавляла укроп в уху!
Лейтенанта Пчиха вел запах рыбы. Здесь на грядке ею пахло сильней всего. Но был и еще один запах, чуть слабее и тоже рыбный, он улавливался где-то впереди, он и был ему нужен. Обнюхав мимоходом кота-зазнайку, так что тот даже не успел испугаться, лейтенант рванул вперед к цели.
Сидя в автомобиле, капитан Сила внимательно отслеживал передвижения лейтенанта. На экране его мобильного телефона высвечивалась панорама местности, а зеленая пульсирующая точка обозначала лейтенанта Пчиха, преследовавшего курьера. И тут точка замерла, а в динамике раздалось знакомое: «Пчих!» – это лейтенант дал знать напарнику, что на месте и задание выполнено.
«Тупичок Счастья 3», – прочел капитан Сила на экране.
– Вот так адрес! – удивился он и завел машину.
Мама нервно перебирала бусики на шее. Ей натерпелось поскорее обнять своего Тишку. Машина медленно катилась по деревенской улице и, не доезжая до нужного дома, нескольких метров остановилась. Капитан Сила приказал маме сидеть в машине, а сам выхватил из-за пояса пакет семечек и снял его с предохранителя.
На участке Кошмарыча творилось что-то несусветное! Гражданка Буфетова носилась за своим бестолковым приятелем вокруг стола, вкопанного под грушевым деревом, а догнав, начала охаживать его березовым веником по бокам и неразумной голове, распекая на все лады:
«Ах, ты ёж полосатый! Валенок небритый! Опять все на свете проспал! Счастье профукал! У-у-у, злодей!»
Она никак не могла смириться с тем, что копейка, принесенная Кошмарычем – не та! Мало того, что воняла рыбой, так еще и с буковками под копытом лошади. Хотя никаких буковок там быть не должно! Она это прекрасно помнила. Кошмарыч закрывал голову руками и тоненько выл, что он не виноват, что кот виноват, и что в карманах другой не было. Но гражданка Буфетова не унималась, так ей хотелось счастья, и так было обидно, что оно уплыло от нее к неизвестным берегам. Она даже села и заплакала, так ей стало себя жалко. Но как только Уж Кошмарыч захотел отползти подальше, она поставила на его живот ногу и погрозила веником.
В эту невеселую минуту жизни и застал горе-похитителей капитан Сила.
– Хозяйка! Дачников пускаете, – пробасил капитан и, не дожидаясь ответа, толкнул ногой калитку.
Гражданка Буфетова перестала обмахиваться веником, будто он совсем не веник, а веер и уставилась на непрошеного гостя, держащего перед собой пакет семечек.
– Не желаете ли семечек? – приближаясь к хозяйке, угрожающе поинтересовался капитан Сила и, приставив пакет к носу гражданки, добавил:
– Отвечайте где ребенок?
Уж Кошмарыч пользуясь замешательством подруги, стал отползать за бак с водой, но лейтенант Пчих, был начеку! Он вцепился в большой палец ноги преступника, торчащий из шлепанца, и не дал ему уйти. Кошмарыч взвыл, как пожарная сирена. Тут и Сила подоспел с наручниками. А гражданка Буфетова от неожиданности растерялась и не могла собраться, а только охала и клялась, что не виновата она, всё разбойник этот придумал, и она тыкала веником в сидящего рядом с ней на скамейке окольцованного наручниками приятеля.
– Так, где ребенок?
– Убёг ваш ребенок, – ответил Кошмарыч. – А мы его и не держали. Мы вообще за клубникой приехали. Он мамаше своей клубники привезти хотел. А нам не жалко. А он взял и убёг.
– А записка?! – это мама не выдержала ожиданий и примчалась к дому. – Записку кто писал?
– Не знаем ни про какую записку, – толкнула в бок Кошмарыча гражданка Буфетова. – А вы, мамаша, лучше бы за ребенком следили. Такого обормота воспитали! Всю клубнику и огурцы у нас пожрал, жук колорадский!
– А вы моего ребенка не ругайте, лучше отвечайте, куда его дели?!
Гражданка насупилась и отвернулась: «Ищите!»
– Вы злодеев покараульте, чтобы они никуда не сбежали, а я осмотрю дом, – капитан Сила протянул маме пакет семечек.
– Ой! – сказала мама. – Я никогда семечек в руках не держала!
– Ничего. Главное не просыпать!
И капитан Сила быстро вбежал на крыльцо и скрылся за дверью.
Минут через десять он вышел с Тишкой на руках.
– Вот. Нашел вашего Тихона.
– Где?! – хором изумились злодеи.
– В подполе отдыхал, – улыбнулся маме капитан Сила. – Да, живой он, живой. А то, что лоб разбил, так до свадьбы заживет.
– Мамочка… – слабым голосом позвал Тихон, она наклонилась к нему, и он обнял ее за шею. – Я живой. Я за счастьем тебе ходил…
– Ты мое счастье! И другого мне не надо… – целуя Тихона мокрыми от слез губами проговорила мама.
– А ты мой папа? – другой рукой Тихон обнял за шею капитана.
Капитан смущенно посмотрела на маму:
– Вообще-то, я не женат…
– Тогда может ты побудешь моим папой… Я знаю, маме для счастья нужен папа… а мне собака…
– А собака у нас имеется! – обрадовался капитан и пронзительно свистнул.
Из кустов выскочил лейтенант Пчих и, встав на задние лапки, передними принялся, вроде хлопать от счастья, радуясь, что все благополучно завершилось. Мальчик найден, злодеи пойманы, да и его напарник как-то подозрительно много улыбается вкусно пахнущей маме. Видно она пообещала его угостить бараньим желудком.
03.04.2013
Продолжение в процессе работы... рукопись разослана в издательства. ждем-с ответа)))
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/