НЕПОБЕДИМОЕ ОРУЖИЕ.
Великий Ашарат! Могучий Ашарат! Непобедимый Ашарат!
Шум битвы у него в крови, лязг оружия - самая приятная музыка, а предсмертные крики поверженных врагов - наивысшее наслаждение. Количеству выигранных сражений он уже давно потерял счёт.
Кто-то о нём слагает эпические легенды, кто-то с оглядкой шёпотом поминает его имя. Всяко бывает. Но все единодушно сходятся в одном – Ашарат великий полководец, вполне заслуживший подобную славу. Его доблестные воины не знают поражения в битвах. Его неуёмная жестокость порой страшнее самых ужасных картин ада. А его имя в устах многих людей часто созвучно с именем самого дьявола.
Ашарат знает это. И такая слава согревала его зачерствевшую в боях душу лучше всяких костров. Тем более - сегодня. Ведь это великий день. Его войска разгромили ещё одну вражескую армию. А это значит, ещё одна держава покорилась божественному Ашарату. И он вправе торжествовать.
Да, всё это так. Но великому Ашарату этого мало. Его амбиции постоянно растут. Он просто не может остановиться на достигнутом. Божественный Ашарат маниакально жаждет всё больше власти, почестей, богатства. Непобедимый Ашарат лелеет мечты о том, чтобы при одном звуке его имени у людей от страха подгибались колени. Могущественный Ашарат поставил перед собой наивысочайшую цель: превзойти всех великих полководцев прошлого, настоящего и будущего, и завоевать весь мир. В своих грёзах он стремится достичь такой вершины в военной карьере, чтобы великого завоевателя Халина, покорившего едва не пол мира, даже в сравнение не ставили рядом с его именем все эти писаки и грамотеи, которые заносят на тленные бумажки исторические события для потомков.
Эти честолюбивые помыслы поглощают ум великого полководца с утра до вечера. Но он отнюдь не глупый мечтатель, жаждущий недостижимого. Он сам творит историю цивилизации по своим замыслам, и никто не может ему противостоять. Своей демонической натурой он подавлял, уничтожал и убирал всё и всех со своего пути, кто не желал подчиниться его воле. И так будет и впредь.
Но почему-то с каждой новой победой сама её ценность для Ашарата становилась всё менее значимой? Быть может, потому, что побеждать уже входило в привычку? Ведь пока ещё никто не смог противостоять его великому гению. Но Ашарат стоически отметал подобные мысли, считая их недостойными. А ещё он старался не задаваться такими глупыми вопросами, которые терзают более мудрых (а, по его мнению – более безумных) людей –
Впрочем, когда наступит этот предел, он знает хорошо – в тот день, когда великий Ашарат станет правителем всего мира. Но вот для чего это ему нужно, не знал, пожалуй, и он сам. Или знал? Порой бывали моменты в жизни великого полководца, когда он вдруг ощущал беспричинный ужас перед всем миром. И тогда ему хотелось бежать и прятаться ото всех.
В такие чёрные дни полководец не был похож на себя. Он всех гнал прочь, и глушил этот необъяснимый страх вином, выискивая отдохновение в пьяном забвении. Но потом, когда невыносимый ужас загонял его душу в самый дальний угол, и отступать становилось некуда, он начинал защищаться. И тогда Ашарат восставал против всей вселенной. И он снова шёл завоевывать. И любой ценой стремился подмять под себя всех, чтобы никто не смел угрожать его драгоценной жизни.
В неверном свете факелов опьяневший Ашарат пялился на карту. На ней кровавым цветом закрашивались уже завоеванные страны. И этот цвет радовал его душу. Это уже его собственность.
Но имелся на этой карте и другой цвет – белый. Им отмечались те края, которые великий полководец только мечтал покорить, и которых, к сожалению, оставалось ещё намного больше, чем тех, где он уже прошел огнём и мечом. Сравнив две территории, Ашарат пришёл в бурное негодование. Ведь ещё столько народов оставалось вне его власти. А значит, они угрожают ему, и их нужно покорить.
Ярость отразилась на лице божественного Ашарата, исказив его величественные черты, но он всё же сдержался. Ведь сегодня великий праздник, и негоже омрачать его невесёлыми мыслями. Для тяжелых дум будут иные дни, а сейчас надо развеять скуку. И тут он вспомнил.
-Эй, слуга! - кликнул Ашарат.
-Я здесь, - мгновенно упал ему в ноги перепуганный юноша. Гнева великого боялись пуще смерти.
-Слушай, пёс, - Ашарат пьяно икнул и откинулся на спину. - Убери карту, налей вина и приведи ко мне того старика, что подобрали вчера разведчики. Хочу с ним потолковать.
-Будет сделано, - облегчённо выдохнул слуга, и кинулся исполнять поручение. В этот раз, кажется, пронесло. Его оставили в живых и даже не избили, как бывало частенько.
Вскоре полог шатра откинулся, и два здоровенных бойца из личной охраны главнокомандующего внесли скрюченного оборванца. Поставив его на пол, они бегом покинули шатёр.
Только после этого великий открыл мутные глаза и испытующе уставился на гостя. Закованный в кандалы, тот нерешительно переминался с ноги на ногу. Лицо старика заросло густой щетиной, так что не представлялось возможным разглядеть его истинных черт. Но держался он прямо, и даже некое величие исходило от него. Или это только казалось в неверном свете факелов?
-А ты гордый, - сказал Ашарат.
-Каков есть, весь перед тобой, - отозвался тот, и даже тени страха не проскользнуло в его никчемной душонке. Значит, великий не ошибся в своих наблюдениях. Интересно, и чем это он так гордится, этот босяк? Или просто пытается стать в позу?
-Как имя твоё, старик? - спросил Ашарат тоном, каким господа, желая проявить расположение, говорят с чернью.
-Зачем великому человеку утруждать себя запоминанием моего ничтожного имени? Старик, и всё.
-Ишь ты, герой, - рассмеялся Ашарат. Чем-то симпатичен ему этот грязный, повидавший жизнь человек. Может, тем, что от страха не ползал у ног и подхалимски не заглядывал в глаза. Всё же, даже находясь на вершине, хочется хоть иногда побеседовать с тем, кто может вот так открыто смотреть тебе в лицо. Раболепствование тоже приедается.
-Эй, слуга! – снова кликнул хозяин.
-Я здесь, великий, - возник у входа юноша, словно и не покидал своего места.
-Усади гостя, - велел Ашарат. - Сними кандалы да накорми.
Пока слуга суетился, выполняя распоряжения, владыка расслаблено наблюдал за стариком: как тот двигается, сидит, ест. И что-то было в нём такое, в этом жалком оборванце, что никак не вязалось с его внешностью. В каждом скупом жесте, позе, произносимых речах чувствовались внутреннее достоинство и гордость. И полководец понял, что это не раб, привыкший пресмыкаться и безропотно гнуть спину на хозяина. Он, скорее, сам господин. Но эти понуро опущенные плечи, затравленный взгляд, изборождённое морщинами и постоянной печалью чело лучше всего говорили о страданиях. И личность старика заинтриговала Ашарата. Он никак не мог определить, кто этот человек.
Полководец поднялся с кресла. В одну руку взяв полупустой кубок, а в другую кувшин с вином, он подошёл к старику.
-Пей моего вина, - великодушно предложил владыка, собственноручно наливая напиток в пустой бокал, стоящий подле оборванца.
-Благодарю, великий, - с достоинством произнёс гость, слегка склонив голову. Затем, изысканным жестом пригубив вино, воздал тому должное: - Благородный напиток.
Опустошив свой бокал одним большим глотком, словно пил простую воду, Ашарат, пьяно пошатываясь, вернулся на ложе.
-Не хочешь говорить имя своё, я не в обиде, - сказал владыка, вновь откинувшись в удобном кресле. – Это твоё личное дело. Но хотя бы в благодарность за моё вино, расскажи ту легенду о непобедимом мече Халина, о которой говорил моим солдатам.
-Если бы это была только легенда, - печально прошептал старик.
-Я не слышу, - требовательно воскликнул Ашарат. – Говори громче.
-Хорошо, - вздохнул старик. Он уже понял, для какой цели пригласили его и, собравшись с духом, произнёс. – Великий, я расскажу тебе всё, как было. А ты уж сам решай: правда это или сказка.
Старик устало вздохнул, задумался на минуту и, чуть погодя, словно смирившись с чем-то неизбежным, неспешно повёл рассказ.
-Недалеко отсюда, примерно в дне езды, начинается хребет Демонов. Великий, может, уже слышал о нём и о той славе, которую имеет сей край.
-Слышал, - буркнул Ашарат, снедаемый нетерпением. Старик сумел заинтересовать его.
-Этот хребет, - продолжил рассказчик, - так называется, возможно, потому, что там очень крутые и бесплодные горы. К тому же они такого чёрного цвета, какие больше невозможно найти в мире. Я много чего повидал в жизни, но и мне не с чем их сравнить. Но, возможно, эти горы так названы ещё и потому, что испокон веков живет там тёмная сила.
-Кончай трепаться о горах, - нетерпеливо отрезал Ашарат. - Ты про меч говори.
-Хорошо, великий, - кивнул гость. – Воля ваша. Когда полководец Халин проходил здесь со своим войском, он посетил некую пещеру, что на Адской горе. Найти дорогу к ней просто, но не всякий рискнёт забраться в это логово нечистой силы. И именно там испокон веков и хранится заколдованный старинный меч, который некогда принадлежал и Халину. Это удивительное оружие. Такой тонкой и необычной работы нигде не найти. Кто его изготовил и когда, история не сохранилась. Но тот меч обладает таким могуществом, что противостоять владеющему им полководцу не может никто.
-Хм. Никто, - недоверчиво протянул Ашарат.
-Об этом здесь знает любой, - просто ответил старик. – Это история. Спроси кого хочешь. И имя есть у меча - Ашила.
-У меча женское имя? – скривился великий.
-Да, - подтвердил босяк. Затем по-старчески пожевал губу, тяжело вздохнул, и продолжил. - Получив Ашилу, Халин стал воистину непобедим. Больше десяти лет провел он в великих походах и завоеваниях, и покорил большую часть известного мира. Вот такая быль, - печально закончил рассказчик.
-Но это ещё не всё, старик, - возразил владыка. – Всё это я и сам знаю. Ты говори подробнее. Про меч.
-Да, это не всё, - угрюмо согласился оборванец. Он поскрёб немытой рукой густую бороду, почесал за ухом и, когда у владыки уже начало подходить к концу терпение, неторопливо продолжил. – История гласит, что по прошествии десяти лет завоевательных походов Халин вернулся на Демонов хребет в одиночестве, и вернул Ашилу в пещеру на Адской горе. С тех пор великого полководца больше никто не видел. Его войско, лишённое вождя, расселилось на завоёванных землях. Так что, великий Ашарат, когда будешь воевать в восточных странах, помни, что сражаешься с потомками непобедимых воинов Халина.
-С чего ты взял, что я буду там воевать? - подозрительно спросил Ашарат. О своих планах на будущее он пока ещё ни с кем не говорил.
А старик лишь обыденно пожал плечами.
-Когда-то на этих землях воевал полководец Баен. После него прошёл со своей армией завоеватель Кидил. История помнит так же славившегося своими громкими победами императора Мидата. И завершает этот далеко не полный список великих военачальников непревзойдённый Халин. А вот теперь ты идёшь их путем. Не ты первый, не ты последний.
-Да что ты понимаешь в полководцах и войнах, босяк!? - гневно воскликнул Ашарат. Простая мудрость старика вдруг разбередила ему душу. Да как он посмел, это убогий оборванец, ставить имя великого Ашарата рядом с ничтожествами типа Баена, Кидила либо Мидата. Они завоевали всего по несколько стран. А он в самом начале своего великого пути уже больше десятка. Конечно, империя Халина была самой великой и огромной. Тут не поспоришь. Но Ашарат создаст свою ещё больше. Он станет самым великим завоевателем в мире, с которым никто не сможет сравниться.
-Такого войска, как у меня, не было ни у Баена, ни даже у Халина, - рассуждал Ашарат. Он был пьян, и потому не замечал, что говорит вслух. – У меня есть новое оружие, какого не было прежде. Мои боевые колесницы быстры, как никогда. А, кроме того, метательные машины, порох, тараны. Всего этого не было ни в одном войске прежде, и мне никто не сможет противостоять. Слышишь, ты, старик? Никто!
-Никто, - не стал спорить оборванец.
-Пошел прочь! – раздражённо бросил Ашарат. - Эй, слуга, забери отсюда этого умника.
Юноша, словно бестелесный дух, по первому же зову материализовался в шатре, схватил старика за плечи и почти мгновенно исчез с ним.
А владыка ещё долго метался по шатру, не находя себе места. В своих мечтах он уже считал себя великим полководцем, думал, что многого достиг. А какой-то оборванец ставит его вровень с Баеном. Да кто он вообще такой, этот старик, осмелившийся хоть в чём-то перечить самому божественному Ашарату? Завтра же самолично он отрубит ему голову. Никто не вправе подвергать сомнению слова владыки. Он ещё докажет миру вместе со всеми его стариками, что именно он самый могущественный и непобедимый полководец.
Допив кувшин вина, Ашарат упал на пол, и захрапел в пьяном сне.
Весь следующий день великий полководец был не в духе. Старика он не казнил. Но всё время мысленно возвращался к его рассказу. Чем-то зацепил Ашарата этот странный босяк. Что-то в рассказе о волшебном мече затрагивало в его душе некие глубинные струны, которые всё звучали и звучали, не переставая, и не замолкая. И это его нервировало.
Как обычно после успешной компании полководец дал войску время для отдыха и грабежа завоёванных городов. Ведь ради этого они и отдавали свои жизни на поле брани. А сам заточился в шатре с огромным кувшином вина. Не любил он шумных празднеств и застолий. А в свободное между войнами время, когда сам себе давал передых, Ашарат уединялся, и именно в эти часы строил дальнейшие планы. Но сегодня всё не так. А виной тому всё тот же старик.
Когда вечером слуга появился в шатре чтобы зажечь факелы, Ашарат окинул того мрачным взглядом.
-Слышь, пёс, приведи ко мне старика, - устало буркнул владыка.
-Будет сделано, - выдохнул слуга. Он сразу понял, о ком речь. Дураков великий не любил и убивал на месте.
Через несколько минут вчерашний гость вновь вошёл в шатер и остановился у входа. Вежливо поздоровавшись, он отвёл глаза и молча ожидал, что скажет владыка.
-А, пришёл, - Ашарат окинул гостя внимательным изучающим взглядом. Ничего не изменилось во внешности старика – всё та же грязь и рвань.
-Ты мне вот что скажи, - чуть выждав, велел хозяин шатра. - Тот меч, о котором ты мне рассказывал вчера, всё еще находится на Адской горе?
-Да, - печально подтвердил старик, потупив взор.
-Его стерегут? - допытывался Ашарат.
-Да. У Ашилы есть хранительница.
-Кто? Хранительница? Женщина? - удивился владыка.
Старик промолчал и лишь слегка в подтверждение кивнул головой.
-И что, этот меч может взять любой?
-Тот, кто не боится, - едва слышно ответил старик. - А также тот, кому позволит хранительница.
Ашарат долго размышлял над услышанным. И вовсе не потому, что был тугодумом. Как раз, наоборот. Тут дело в другом. Судя по выражению его лица, разве тупой не догадается, что владыка пытается принять важное решение. Но почему-то не может. Словно что-то внутри противится, а разум желает настоять на своём. Он выпил почти кувшин вина, прежде чем вновь заговорил.
-Старик, ты можешь меня отвести туда? - наконец решился владыка. И голос выдал его внутреннюю борьбу.
-Могу, - прошептал тот, и плечи его, казалось, поникли ещё больше.
-Тогда утром отправляемся, - решил Ашарат. – А сейчас сгинь с моих глаз.
На следующий день, едва начало светать, Ашарат, переодевшийся простым воином, и старик в своих убогих обносках, двинулись в путь. Их не сопровождал никто, дабы не привлекать постороннего внимания. Великий полководец сам хорошо владел оружием, которое предусмотрительно прихватил с собой. Он не боялся ни засады, ни открытого боя даже в стане противника. Иногда, устав от обязанностей военачальника, Ашарат инкогнито выезжал в одиночестве за пределы лагеря и устраивал смотр боем своим силам. И пока ещё никто, из бросавших ему вызов, не смог противостоять напору и мастерству легендарного полководца.
Стояла тёплая весенняя погода. Но ещё достаточно свежо после зимних холодов. И потому дорога казалась даже приятной. Да и лошади бежали резво, радуясь прогулке. У Ашарата скакуны дорогих пород – выносливые и быстрые. Ведь именно эти качества больше всего ценятся в войне.
Когда солнце стало в зените, всадники спешились и сделали недолгий привал лишь для того, чтобы перекусить и размять ноги. А потом снова отправились в путь.
После полудня они увидели на горизонте хребет Демонов. Чёрной полосой протянулся он с севера на юг, пересекая равнину. А немного левее от основной гряды стояла одинокая Адская гора. Даже издали она наводила невыразимое мрачное ощущение какой-то неправильности самим своим существованием.
Всю дорогу Ашарат был мрачен и молчалив. Отчасти сказывались последствия двухдневной пьянки. И, кроме того, он чувствовал себя гораздо выше этого никчемного старикашки, и считал ниже своего достоинства снисходить до общения с ним. Скорее всего, он убьёт этого бродягу, как только тот отведёт его к заветной цели. Так зачем же обременять себя чужими проблемами? Из богатого боевого опыта Ашарату хорошо известно - чем меньше знаешь человека, тем легче его убить.
Проводник тоже молчал. Может, потому, что в душе вёл тяжёлую борьбу со своей совестью, обременённой тёмным прошлым, и ничто в этой жизни уже не волновало его. Ведь он не мог не догадываться, какую участь уготовил ему великий владыка, будущий покоритель мира.
Уже в сумерках путники подъехали к цели. Адская гора вполне соответствовала своему мрачному названию. Её отвесные склоны, словно стены храма, посвящённого самому повелителю хаоса, были безжизненны и неприступны. Холодный ветер зловеще завывал в проходах между пиками, венчающими вершину, отчего мороз пробегал по коже. А у самого подножия горы, словно огромная бездонная яма, дно которой терялось во тьме, притаилась пещера. Со стороны казалось, что это вход в саму преисподнюю. И если снаружи мороз пробегал по коже от прохладного вечернего ветра, то при входе в пещеру её холодное дыхание, казалось, леденило саму душу.
Старик спешился, и Ашарат последовал его примеру. Немного размявшись, они молча натянули на себя предусмотрительно прихваченные тёплые вещи. Всё же зима ещё давала о себе знать.
Великий полководец держался настороже, и внимательно присматривал за своим молчаливым проводником. В этом мрачном месте, у подножия Адской горы, казалось, всё пропитано злом, и рука невольно тянулась к оружию. Меч владыки, привычно ёрзавший по ноге, готов в любое мгновение выскользнуть из ножен и впиться беспощадным зубом в живую плоть. Дай только повод. Но пока ничто не угрожало жизни полководца, и меч оставался на своём привычном месте. Лишь где-то в глубине души что-то постоянно нашептывало о затаившейся угрозе.
Здесь, вблизи гор, ночь наступает практически мгновенно, лишь только последние лучи солнца скроются за дальней горой. И потому, закончив облачение в тёплые плащи, спутники сразу же зажгли факелы. При свете жить как-то веселей.
Стреножив усталых коней и прикормив овсом, мужчины привязали их к чахлому кустарнику, росшему недалеко от входа в пещеру, и затем скрылись в её ледяном зёве.
Немного пройдя вглубь, старик остановился.
-Здесь заночуем, - сказал он Ашарату.
-Ты что, совсем сдурел, старый? – недовольно бросил владыка. - В Адской пещере ночевать!
На это проводник лишь пожал плечами.
-Хочешь, иди сейчас. Но в темноте ничего не найдешь. Лишь при свете солнца можно получить меч.
Ашарат нервно сплюнул. Он не привык, чтобы ему перечили, и не терпел ни от кого. Но, видимо, проводник знал, о чём говорит. Всё-таки это особый волшебный меч. И, вполне вероятно, чтобы его заполучить, нужно пройти какое-то испытание. Помнится, старик что-то говорил на счёт хранительницы. И, немного поразмыслив, владыка смирился.
Перекусив холодным мясом и запив вином, усталые путники устроились на ночлег. Расположились они недалеко от выхода пещеры, чтобы было видно открытое небо. Адская гора не из числа приятных мест, где можно чувствовать себя комфортно. А привычный вид звёзд немного успокаивал. По крайней мере, Ашарата.
Удобно умостившись у стены, он спросил старика:
-Скажи, откуда ты знаешь про этот меч и про то, как его получить? Сам, наверно, хотел его взять? Признавайся.
-Знаю, - просто ответил старик, но так, что умудрённый жизнью военачальник понял, что тот больше ничего не скажет. Была какая-то внутренняя сила у этого странного оборванца, такая, что великий полководец чувствовал себя возле него несколько неуверенно, как в присутствии отца либо более опытного и мудрого наставника. Это его раздражало. Но почему-то он прощал этому человеку то, что никогда не спустил бы иному.
-Скажи мне, старик, - погодя спросил Ашарат. - Что ещё ты знаешь об этом мече?
-Я тебе почти уж всё и рассказал, - ответил проводник. Но, подумав немного, добавил. – Впрочем, тебе нужно знать ещё одно правило. Оно гласит, что пока жив старый хозяин, меч не может больше никому принадлежать. У Ашилы может быть лишь один господин. Любой другой, кто возьмёт меч в руки, умрёт мучительной смертью. Это ведь не простая палка из железа. Ашилу нужно беречь как женщину. И даже лучше, - едва слышно добавил он.
Потом старик тяжело вздохнул и замолчал. И вскоре Ашарат услышал, как тот захрапел. Сам же владыка долго не мог уснуть. Мысленно он вёл постоянную борьбу с самим собой.
Ашарат до сих пор не знал, правильно ли поступил, приехав сюда. Его мысли тревожно метались, не зная, за что зацепиться. То он представлял себя великим, могучим и непобедимым полководцем с Ашилой в руке, завоевывающим весь мир от Западного океана до Восточного.
То ему казалось, что старик заманил его в ловушку и убьёт, лишь только он сомкнёт глаза. Потом мысли полководца перекинулись на сам меч. В чём его секрет и могущество? Он и раньше слышал, что у Халина имелся особый меч, с которым тот никогда не расставался. Но тайну своего оружия старый военачальник не раскрыл никому.
Незаметно сон всё же сморил Ашарата. Но спал он в неудобной позе, и потому постоянно просыпался. После одного из таких пробуждений ему показалось, что кто-то плачет. Сперва он решил, что это чудится спросонья. Сама атмосфера внутри Адской горы угнетающе действовала на душу. Но всхлипывания не прекращались. И когда Ашарат, привлечённый звуками, осторожно подполз к старику, то с удивлением обнаружил, что тот плачет во сне. А его губы невнятным срывающимся голосом просят у кого-то прощения. Да, видать, хлебнул старый горя на веку, если так мучается. Но это не его дело - заглядывать в душу какому-то там босяку, рассудил великий полководец, и вернулся на своё место.
Ашарат проснулся утром, коченея от холода. Он был уставшим и злым. Сон не освежил его, и теперь голова буквально раскалывалась. Эта ночь оказалась не из самых приятных в его жизни.
Но, как ни рано пробудился полководец, старик был уже на ногах. И он, напротив, выглядел бодрым и отдохнувшим. Но в его душе этой ночью произошёл какой-то надлом, заметно изменивший черты лица. И это уже совсем иной человек. Он затравленным взглядом смотрел на Ашарата из-под своих нечесаных волос, словно забившийся в угол зверёк. И владыке казалось, что ноги старика вот-вот подломятся, и он упадёт.
Владыка встал, размялся, позавтракал сушёным мясом, запивая его вином. Холод адской пещеры, казалось, выморозил все косточки и саму душу. Ашарат, сколько ни закутывался в одеяла, никак не мог согреться, и даже вино не помогало. Ощущалось здесь нечто зловещее в самой атмосфере и в камнях пещеры.
Но задуманное нужно довести до конца. И, покончив с утренними делами, Ашарат спросил старика:
-Пойдём?
Проводник как-то испуганно взглянул на полководца и покачал головой.
-Когда солнце встанет над самой горой, - произнёс он, будто проглотив раскалённые угли. И это были единственные слова, произнесённые им за те пол дня, что они находились возле Адской горы.
Что ж. Придётся ещё подождать. Ашарат не стал спорить. Согревшись и уняв голод, он немного подобрел и решил отдохнуть. Не часто за последние несколько лет в его жизни случались такие вот отлучения от войска на несколько дней. Но иногда можно сделать и исключение.
Владыка вышел из пещеры, и тотчас будто камень свалился с его души. На открытом воздухе заметно теплее и свежее. Весеннее солнце пригревало всё сильнее и в воздухе пахло пробуждающейся жизнью. Где-то невдалеке пел ручеёк, наполняя окрестности своим зовом. И мир казался приятным и безопасным.
Почувствовав себя несколько лучше и расслабившись, Ашарат покормил лошадей. А потом просто бродил и осматривал окрестности, пока в полдень старик не окликнул его.
Пора. Солнце стояло прямо над Адской горой.
Ашарат вновь шёл за проводником. При свете факелов они немного углубились в пещеру, пока вокруг не воцарилась полная тьма. И лишь после этого на одном из перекрёстков подземных туннелей старик свернул в известном одному ему месте. Сюда никогда не проникали солнечные лучи, и потому здесь так холодно, что изо рта вырывался пар, а щёки пощипывало от мороза. Но старик по-прежнему уверенно вёл вперёд. Пройдя ещё немного после поворота, он остановился и передал спутнику факел. А затем принялся карабкаться вверх.
Ашарат больше ничему не удивлялся, молча следуя за стариком. В какой-то момент он полностью доверился ему, и больше не насиловал свой разум мнимыми подозрениями. Ведь у этого босяка была хорошая возможность ночью перерезать ему горло. Но он остался жив. Так чего же ещё бояться?
Когда старик исчез из поля зрения, Ашарат положил факелы, которые держал в руках, на пол пещеры, и последовал за проводником. А потом они долго поднимались по каменной полу тропе – полу лестнице, вырубленной прямо в отвесной стене скалы.
Сперва Ашарат карабкался вверх в почти полной тьме, на ощупь угадывая куда поставить ногу и где зацепиться рукой. Но вскоре откуда-то сверху просочился свет, и подниматься стало легче. И теперь Ашарат понял, что ночью с факелами они ни за что не поднялись бы этим путём. Цепляться приходилось буквально всеми частями тела. Несколько раз он едва не сорвался, и лишь чудом ему удалось удержаться на тропе. А старик молча, как бестелесный призрак, поднимался впереди, словно в его годы это восхождение и не составляло ему труда.
И вот подъём закончился. Первым старик, а за ним и Ашарат оказались в новой пещере. Не очень большая, но светлая. Солнце проникало сюда сквозь небольшую дыру в разорванном своде и на некоторое время полностью освещало этот сокрытый в глубине горы уголок.
Отдышавшись после тяжёлого подъёма, Ашарат брезгливо осмотрелся, На полу пещеры в разных позах лежало множество человеческих останков. Одни тела были обезглавлены, другие сохранились полностью. Но на некоторые из них невозможно смотреть без содрогания. Они неестественно выкручены, так, будто человек в момент своей смерти испытывал жестокие муки. Видимо, сюда приходило много желающих завладеть могучим оружием. Но не каждому хранительница меча оказывала почтение.
И вот сердце Ашарата радостно забилось. Не обманул старик. В солнечных лучах, прямо по центру пещеры, победно сверкал вставленный лезвием в выщербленный камень, великолепный меч. Он был необычной, удивительной работы, какой Ашарату ни разу не доводилось видеть. А ведь он считал себя знатоком холодного оружия.
С первого же взгляда видно, что это не подделка. Некое таинственное и неоспоримое величие исходило от меча, и сразу же чувствовалось, что он настоящий, именно тот, о котором рассказывал бродяга. И исходящая от него магическая сила, словно магнитом притягивала к себе.
На конце рукояти меча в лучах солнца сверкал кровавый рубин величиной в пол кисти руки. Такого огромного владыка ещё не видел. Сама рукоять выполнена в виде обнажённой женской фигурки, стоящей на рубине. Её руки разведены в стороны и немного приподняты вверх. Они обеспечивают защиту в битве для руки хозяина, чтобы вражеский клинок не соскользнул вниз. В каждой своей руке девушка так же держала по драгоценному камню. Они настолько ярко сверкали в лучах солнца, что на них больно смотреть.
-А, великий полководец Халин пожаловал, - вдруг раздался смешливый девичий голосок. - Давненько я не видела тебя.
Ашарат вздрогнул от неожиданности и удивлённо огляделся. Чуть левее меча он увидел красивую молодую девушку. Полководец готов поклясться, что мгновение назад её там не было.
Лёгкая прозрачная накидка прикрывала соблазнительные части тела очаровательной незнакомки, лишь подчёркивая их, но отнюдь не скрывая. Чёрные, как смоль, длинные волосы бурно развевались, словно на неё обрушился ураган. Таинственная соблазнительница кокетливо улыбалась, и её тёмные глаза игривыми искорками вспыхивали в лучах солнца.
Своим очарованием девушка ввела бы в искушение любого мужчину. Таких женщин Ашарат ещё не видел. Сейчас уже нет таких людей. До Ашарата доходили слухи, что волшебный меч Халина сделан в глубокой древности. Вероятно, и его хранительница (полководец не сомневался, что это именно она) относилась к давно вымершей расе, которая могла изготовлять волшебные вещи, и о которых до сих пор детям рассказывают в сказках.
-О, Ашила, - сдавленно произнёс старик, и опустился на колени.
-Халин? - удивлённо пробормотал Ашарат, и недоверчиво взглянул на старика. - Так ты и есть Халин?
-Да, - выдохнул тот, будто проглотил горячие угли.
-А ты кто? - вновь раздался игривый девчачий голосок. - Ты никак пришёл за мной, великий воин?
Ашарат сплюнул.
-Зачем мне нужна такая ведьма? - ответил он презрительно. Полководец мало интересовался женщинами. У него иная страсть. - Мне нужна Ашила.
-Ведьма?! - переспросила девушка, и её задорный звонкий смех разнёсся под сводами пещеры. – Значит, я ведьма?
Игриво двигая бёдрами, она приблизилась к мужчинам. Остановившись посреди пещеры, она загородила собой меч.
-А я и есть Ашила, - сказала девушка, будто произносила заклинание. - А ты кто?
-Я - Ашарат!
-Великий полководец Ашарат хочет получить Ашилу, - засмеялась девушка. - А достоин ли ты владеть мною?
Она откровенно насмехалась над ним, и Ашарат вскипел.
-Пошла прочь, ведьма. Я пришёл за мечом, и он будет моим. Никто не сможет мне помешать, даже такая уродина, как ты.
-Разве я уродина? Хм. Какой ты грозный, - насмешливо бросила девушка. Она нисколько не смутилась и вновь весело рассмеялась.
Ашарата пробрал гнев. Никто ещё так с ним не обращался.
-Не забывай, великий воин, что этот меч нужно заслужить, - отсмеявшись, произнесла девушка. - Докажи, что ты способен быть его хозяином.
Ашарат бросил разгневанный взгляд на несносную кокетку. Он не привык, чтобы так глумились над ним, особенно женщины, которых он считал нижайшими созданиями. Всё, с него хватит. Всему есть предел. И, потеряв терпение, он уверенно направился к мечу. Пусть попробует кто его остановить.
Но девушка стояла на пути великого полководца. Ашарат нисколько не колебался. Вытащив из ножен свой меч, он угрожающе занес его для удара, и выражение его разъярённого лица не сулило ей ничего хорошего.
А прелестная незнакомка, по-прежнему игриво улыбаясь, и бровью не повела. И даже тени страха не промелькнуло на её прелестном лице. Но всё же что-то неуловимо в нём изменилось. Надменная игривость вдруг растаяла, и на её месте проступила обворожительная похотливая страсть. «Возьми меня» - просили её бесстыжие глаза. И Ашарат вдруг ощутил, как его голова пошла кругом от внезапно нахлынувших эмоций. Да что же это вытворяет с ним эта ведьма?
Великий полководец на мгновения прикрыл глаза, стараясь избавиться от наваждения. Но когда он снова посмотрел на мир, девушка по-прежнему оставалась на своём месте – в шаге от него и на расстоянии удара от занесённого меча. Она томно смотрела в глаза разгневанному мужчине, и даже не пыталась защититься. А потом, уловив на себе его недоумённый взгляд, она неторопливо приспустила свою накидку, обнажая совершенной формы нежную грудь.
-И ты хочешь это убить из-за какого-то куска презренного металла? - вкрадчиво спросила она, будто собираясь лечь с ним в постель.
-Ах ты, стерва, - разъярённо воскликнул владыка и, не в силах больше сдерживаться, рубанул по ней клинком. Но меч прошёл в пустоту, не встретив никакого сопротивления, отчего сам Ашарат, потеряв равновесие, едва не упал.
А звонкий девичий смех громко перекатывался под сводами пещеры, измываясь над незадачливым воином. Он удивлённо осмотрелся. Девушка стояла на том же самом месте, чуть левее меча, где он впервые увидел её и, казалось, не могла остановиться от смеха.
-А ты настоящий мужчина, - игриво сказала она чуть погодя. - Да, я вижу, ты действительно достоин Ашилы. Ну, и как, я тебе всё еще не нравлюсь? - подмигнула она. – Ты по-прежнему считаешь меня ведьмой?
Не говоря ни слова, Ашарат направился к мечу, небрежно переступая через кости и скелеты, валяющиеся на полу. Им владело только одно желание – заполучить меч и поскорее уйти отсюда. Не нравилось ему здесь. Какой-то нелепый, неподконтрольный страх окутывал его душу и всё давил и давил.
-Как, Халин, ты разве не сказал великому Ашарату, что у Ашилы может быть только один хозяин? – по-заговорщицки, шёпотом, вопросила девушка, когда полководец уже хотел взяться за рукоять меча.
Он замер с протянутой рукой. А ведь забыл. И страх неприятным ручейком протёк по позвоночнику. Да, действительно, старик говорил нечто такое. И мысли стремительно заметались в голове в поисках выхода.
Если этот старик - настоящий Халин, то меч принадлежит ему. Но правило гласит, что лишь после смерти прежнего хозяина оружие может достаться другому. Да разве это задача для опытного воина? Единственно верное решение пришло само, и не встретило никакого внутреннего сопротивления.
В два прыжка владыка оказался возле старика. Тот сидел, закрыв глаза и опустив голову. Халин уже приготовился к смерти. Что ж, тем лучше. Всё равно Ашарат намеревался его убить. Взмах меча, ни тени сомнений в душе, и обезглавленный труп Халина безмолвно повалился на землю.
И весёлый девичий смех вновь взорвал пещеру.
-Великий Ашарат - я твоя, - радостно прощебетала она. – Теперь иди, возьми свою Ашилу.
Ашарат посмотрел на девушку как на безумную. Он пытался её убить, обезглавил Халина, а она веселится, будто перед ней выступают клоуны. Ладно, сейчас он заберёт меч, и покинет пещеру. Пусть до смерти замёрзнет здесь, бесстыдная ведьма.
Ашарат подобрал великолепной работы ножны, валявшиеся на полу. Они украшены драгоценными камнями и богатой резьбой по металлу. Таких сроду не было у великого полководца. Но сейчас не до любования искусством неведомых мастеров. Прицепив ножны на перевязь, он бережно взял Ашилу.
Меч, словно живой, затрепетал в руке. Хорошо сбалансированный и на удивление лёгкий. Идеальное оружие. Ашарат несколько раз взмахнул им. Чувство единства с мечом обрадовало его и словно вдохнуло новые силы. Он ощутил себя как бог – великим и всемогущим. Да, с этим оружием он непобедим.
-Ашила, - нежно произнёс Ашарат, любовно разглядывая меч.
-Ну, наконец-то я тебе понравилась, - прямо над ухом раздался довольный девичий голос.
Великий полководец вздрогнул и осмотрелся. Но нигде не увидел очаровательной развратницы. Ну и чёрт с ней. Она его больше не интересовала. Он получил то, за чем пришёл. И, словно ребёнок, радующийся новой игрушке, Ашарат взмахнул мечом несколько раз. Это оружие пришлось ему по руке, словно именно для него и было выковано неведомыми кузнецами. Никогда ещё владыка не держал в своих руках такого совершенства. Да, этот меч ему по вкусу, и он не жалел, что потратил пару дней, чтобы прийти сюда.
Довольный столь ценным приобретением, Ашарат вложил Ашилу в ножны и покинул пещеру.
Неделю спустя, отдохнувшее и насытившееся разнузданными грабежами и пьяным разгулом, непобедимое войско великого Ашарата вторглось в Ритавию.
Сам полководец на коне и с новым мечом в руке вёл армию в атаку. Соскучившиеся по ратному делу, воины с воодушевлением шли за своим грозным повелителем. Они мечтали о новом разгуле и предвкушали грядущие грабежи. И они боготворили своего лидера, позволявшего им бездумно разрушать и убивать.
Суровый военачальник пребывал сегодня в отличном настроении. Он шёл завоёвывать для себя империю с непобедимым оружием в руках. Он горд и велик и полон грандиозных планов.
Когда Ашарат извлёк из ножен новый меч, желая вдохновить воинов на новую резню, рядом с ним вдруг возникла девушка из пещеры. Она летела возле его коня, весело смеясь и играя в своём полупрозрачном одеянии, трепещущем на ветру.
Ашарат встревожено посмотрел на окружавших воинов. Но, похоже, больше никто не видел и не слышал ничего необычного. Лишь он один знал, что она летит рядом. Ничего не сказав, Ашарат гневно стиснул зубы и постарался не обращать внимания на проклятую ведьму.
И вот впереди показалось войско врага. Ашарат издал воинский клич, означавший - в атаку, и его непобедимая армия врезалась в строй защитников, сокрушая и подминая под себя шеренгу за шеренгой.
Меч Ашарата, как живой, вертелся в руке, повергая любого противника. А рядом была эта девушка. Она визжала от радости и завывала от счастья, когда очередная голова убитого летела под копыта коней. Сама смерть поверженных доставляла ей удовольствие, а убийство наслаждение. Никогда раньше великий полководец не разил столько врагов. Меч словно сам находил и убивал людей, где бы они ни находились.
Поражённый увиденным, и донельзя уставший, Ашарат хотел покинуть поле боя. Его войско и так уже побеждало, и вполне могло закончить сражение и без своего лидера. Но девушка не отпускала его. Она звала убивать ещё и ещё, она насмехалась над ним, дразнила, и он, сцепив зубы, молча рубил и рубил, начиная испытывать ненависть к страшному делу рук своих. И это адское действо продолжалось до тех пор, пока ни одного живого врага не осталось на поле боя.
Странная тишина вдруг окутала его, резко контрастировавшая с недавним боевым шумом. Озадаченный, Ашарат резко обернулся. Его войска стояли в отдалении, восторженно наблюдая за своим великим полководцем. Они явно чего-то ждали.
Разгорячённый битвой, Ашарат ближе подъехал к солдатам. Он высоко поднял в руке меч.
-Мы победили! - радостно закричал владыка. - Да здравствует победа!
-Ура! - раздалось в ответ. И сколько тысяч ртов открывались в этом победном крике, не знал даже он сам.
-Ты доволен Ашилой? - весёлым голосом спросила девушка.
-Доволен, - искренне ответил Ашарат.
И она радостно рассмеялась.
-Скажи, а ты долго будешь преследовать меня, ведьма? - спросил он её в свою очередь.
-До тех пор, пока меч будет с тобой, - ответила девушка и весело рассмеялась.
-Но, почему? Кто ты? – допытывался полководец.
-Потому, что я и есть Ашила, - ответила та. – Я - душа меча.
Ашарат раздражённо сунул меч в ножны, и в тот же миг его оглушили ужасные крики, шумы, стоны, плач. Казалось, он попал в ад.
Не в силах вынести страшных звуков, Ашарат вынул меч из ножен, и в тот же миг шум исчез, но вновь перед ним появилась Ашила. Она весело смеялась, глядя на него. Ну, нет, только не её. Ашарат попробовал вновь вложить меч в ножны и вынуть. И опять повторилось то же самое.
-Ведьма! - в сердцах воскликнул он. - Что ты вытворяешь? Что за адский шум появляется, когда я вкладываю меч в ножны?
-Как?! Ты его не узнаёшь? Это же самые сладкие звуки в мире, - весело ответила Ашила. - Это крики твоих умирающих врагов. Неужели тебе не приятно их слышать? Разве не к этому ты стремился, заполучив волшебный меч в свои руки? Ты только послушай, как они забавно стонут, так надрывно захлёбываются от слёз, так невыразимо обречёно просят пощады. Это же самое лучшее и правдивое искусство. Это чудо убийства.
И вновь девушка весело рассмеялась.
-Не хочешь их слушать, - бросила она с издевкой, - оставайся со мной. Давай порубим ещё чьи-нибудь головы.
-Но мы уже и так всех убили, - простонал Ашарат, начиная испытывать ненависть к чудовищной красавице. – Мы не взяли в плен ни одного врага. Все убиты.
-А вон те, - Ашила указала рукой на его собственную армию. – Мы можем их всех убить. Какая тебе разница, кому резать головы? - И вновь её весёлый беззаботный смех резанул его слух.
Ашарат, вне себя от ярости, резко вложил меч в ножны. И вновь стоны, крики, бормотания обрушились на него. Они жалобно просили пощады, они захлебывались кровью, они орали от боли, они завывали от ужаса.
Ашарат нервно рассмеялся, и ему показалось, что эти страшные голоса немного притихли. Нет, они не исчезли совсем, а просто немного отдалились. И тогда, вздохнув облегчённо, полководец поскакал к своему войску.
* * *
В небе летели аэропланы, по земле ползли, сотрясая всё вокруг, тяжёлые танки, где-то ухали пушки, автоматные очереди комариным писком вспарывали воздух.
Ровно в полдень к Адской горе, с которой начинается хребет Демонов, подкатила военная легковушка с открытым верхом. Она была довольно роскошной, ведь на ней ездило только высшее начальство.
Стояло жаркое лето. Но здесь, у отрогов Демонова хребта, росла лишь скудная трава, да изредка пробивались сквозь каменистый грунт унылые чахлые кустарники. Ни одно живое существо не селилось возле Адской горы, будто проклятой самой природой.
-Это здесь, старик? – лениво спросил развалившийся на заднем сидении генерал Гарет, вытирая обильный пот со лба.
-Да, - печально ответил старик, поникнув головой. Весь в грязных лохмотьях с длиной нечесаной бородой, скрывавшей лицо. Лишь его впалые исстрадавшиеся глаза с тоской взирали на мир.
-Ну, пошли, - решительно произнёс генерал, распахивая дверцу автомобиля. Он молодцевато спрыгнул на землю, оправляя свою щёгольскую, ладно подогнанную по фигуре форму.
Старик - проводник печально взглянул на небо. Солнце стояло прямо над вершиной горы. Самое время.
Оборванец пошёл впереди. Он уверено вёл за собой генерала.
Ледяное дыхание пещеры, в которую они вошли, не изменилось даже летом, и словно вымораживало саму душу. Пройдя немного вглубь при свете фонарика, старик повернул направо в известном ему одному месте, и вскоре начал карабкаться вверх.
Немного погодя, чтобы не сыпались сверху камешки из-под ног проводника, генерал последовал за ним. Поднимались они долго. Гарет едва не сорвался несколько раз. Но старик, несмотря на преклонный возраст, уверенно карабкался вверх. Постепенно становилось всё светлее. Это откуда-то с вышины пробивались солнечные лучи.
И вот они добрались до самого верха и оказались в просторной пещере, весь пол которой оказался сплошь завален костьми и скелетами людей. Солнечные лучи проникали сквозь дыру в своде, попадая прямо на меч, который во всём своём великолепии сиял так, что на него трудно смотреть.
-А, великий полководец Ашарат пожаловал, - неожиданно раздался весёлый девичий голос. - Давненько я тебя не видела.
-Ашила, - затравленно выдавил старик, подгибая колени.
Немного левее от меча стояла необыкновенно красивая девушка с чёрными развевающимися волосами. Вероятно, на неё дули ветры самого Ада.
Удивлённый услышанным, генерал перевёл взгляд с прекрасной незнакомки на грязного старика.
-Так ты и есть тот великий Ашарат, завоевавший почти весь мир? - спросил он.
-Да, - ответил, словно поперхнулся, старик. – Почти весь мир, - добавил он едва неслышно.
-А ты кто, воин? - задорный девичий голосок разнёсся по пещере.
-Я – Гарет, - ответил генерал, облапив жадными глазищами всю её такую соблазнительную стройную фигурку.
Игривой походкой, плавно двигая бёдрами, девушка прошла вперёд и остановилась в нескольких шагах от мужчин.
-И что же ты хочешь, полководец Гарет? - спросила она соблазнительным томным голосом, и заговорщицки подмигнула, словно приглашая разделить с ней постель.
Гарет едва сдержался, чтобы не ляпнуть - тебя. Но каким-то чутьём угадал, что это испытание, и ответил:
-Меч.
Девушка, не спеша, словно опытная стриптизёрша, играючи спустила со своих прекрасных плеч тонкие полоски ткани, поддерживавшие невесомое одеяние и, разведя руки, дала одеждам упасть к ногам, обнажив при этом всё своё совершенное тело.
Генерал возбуждённо уставился на эту очаровательную развратницу, от которой исходила опьяняющая аура женской страсти. Подобной красоты он не видел в жизни.
-Неужели ты хочешь какой-то презренный кусок металла, а не меня? – возбуждённо спросила девушка. И от её сладкого голоса у Гарета всё закружилось перед глазами, а в штанах стало очень даже тесно. Это дьявольское искушение. В самом деле, зачем ему какой-то, как она говорит, кусок презренного металла, когда рядом стоит такое чудо во плоти? Ведь подобной красоты он в жизни не видел. Стоит лишь протянуть руку, и он станет обладателем этой хрупкой божественной красоты. Нужно только решиться.
-Прочь с дороги, - грубо гаркнул Гарет. Всё же он устоял перед искушением плоти. Собравшись духом и отбросив всё, что было в нём человеческого, генерал пошёл прямо на девушку, решив столкнуть её с пути.
Он могуч и решителен, как идущий в атаку танк. Жаль, нет в его руках какой-нибудь дубины или меча, чтобы убрать со своего пути эту красотку. Но руки генерала, к его огромному удивлению, не ощутили плотности тела девушки, пройдя в пустоту. Изумлённый и озадаченный, Гарет остановился на месте, а весёлый девичий голос вновь разнёсся по пещере.
-А ты, Гарет, мужчина решительный.
Девушка вновь стояла немного левее от меча, где он увидел её впервые, и весело смеялась с какой-то скрытой издевкой в голосе.
Генерал взглянул на меч. Вот он, перед ним, всего в нескольких шагах. Стоит лишь подойти и взять. Он сделал решительный шаг, чтобы, наконец, осуществить задуманное. Как вдруг девушка перестала смеяться и серьёзно спросила:
-Ашарат, а ты разве не говорил, что у меча может быть только один хозяин?
Гарет всё понял. Не даром, что генерал. Он поворачивался к старику, а пистолет был уже в его руке. Дуло тупым взглядом уставилось на некогда великого полководца - божественного Ашарата. Ещё миг...
За этот миг вся жизнь прошла перед мысленным взором Ашарата. Его сиротское детство при живых родителях, которых он терпеть не мог; бесшабашная юность солдата; садистская жестокость к людям, через чьи трупы он спокойно переступал. И всё это ради одной только цели, чтобы добиться того, к чему жадно тянулась его душа – к власти.
Ашарат в этот краткий миг вспомнил, как стал полководцем. Как Халин всучил ему проклятый меч. Как он завоевал с ним почти весь мир. Как коварная Ашила сводила его с ума, и он, не в силах выносить влияния дьявольского оружия, отрёкся от власти и покинул войско, чтобы вернуть меч в пещеру. И с тех пор он неутомимо искал нового хозяина для Ашилы, дабы избавиться от её проклятья.
Его тело исполосовано множеством рубцов и шрамов – это следы бесчисленных попыток, которые он предпринимал, чтобы уйти из жизни. Но, сам навлёкший на себя проклятие, он не мог легко избавиться от него. Он должен до конца пройти путь, который уготовила ему бессердечная Ашила. Он должен испытать все муки, на которые обрёк себя сам. Это злой рок того, кто жаждал власти, так, как он, и шёл на всё ради достижения своей великой цели.
И чего он достиг? Великий Ашарат, от звука имени которого некогда дрожал весь мир, теперь унижено стоит на коленях, вымаливая смерть у безжалостной Ашилы, потому что больше не в силах слушать стоны умирающих, которые уже ничем не может заглушить в своём воспалённом мозгу, перед глазами которого постоянно стоят жуткие картины смерти, сотворённые его собственными руками.
Всё, к чему бы он ни прикасался, было отравлено ядом смерти. У него никогда не было женщин. Он не познал любви, потому что образ Ашилы лишил его страсти. У него никогда не было друзей, потому что звуки преисподней отравили ему жизнь. Он завоевал почти весь мир, но ни разу при этом не насладился радостью победы как человек, потому что не был им. Превращённый маниакальной страстью к власти и дьявольским мечом в чудовище, он мог лишь сеять смерть и нести беды целым народам своими бессмысленными завоеваниями.
Бессмысленными потому, что всё завоёванное им, само собой потом рассыпалось в прах. Порабощённые народы вновь обрели независимость, вместо убитых людей родились новые поколения, теперь проклинавшие имя великого Ашарата.
Что же осталось в истории после его великих деяний? Проклятия, слёзы матерей, ненависть мужей, забвение в памяти потомков. Лишь спустя тяжкие годы испытаний Ашарат понял, что на самом деле он ничего великого не совершил. Всё, некогда сотворённое им, забылось спустя всего несколько лет после того, как он отрёкся от власти. Народы, дрожавшие от одного имени грозного завоевателя, изгнали его образ из своей памяти. Даже соратники и те, кто всегда поддерживал великого военачальника, прокляли само имя Ашарата.
Скупая слеза вытекла из закрытых глаз. Не в силах смотреть на собственного убийцу, которого привёл сюда сам, Ашарат опустил вниз гордую голову.
А под радостный смех бездушной Ашилы бестолковая пуля уже несла смерть великому Ашарату, могучему Ашарату, непобедимому Ашарату, чьи войска когда-то...
Мёртвое тело Ашарата безвольно пало возле обезглавленного скелета некогда великого завоевателя Халина.
Здесь http://samlib.ru/s/slawinskij_a_a/ Вы можете найти другие мои произведения. Приятного чтения.
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/