- Фигня все это!

Наступила пауза, а потом мы засмеялись.

Впервые я взял в руки газету для определенной цели. Раньше не читая их, только просматривал мельком. Открыл на странице с пометкой «работа без специальной подготовки». Так, значит, уборщица – нет, курьер – скучно, агент по недвижимости тут что-то меня смущает, только не могу понять что. Дальше грузчик, - ну это совсем не мое. Вот оно – бармен! Территориально находилось недалеко, зарплата тоже устраивала. Я взял телефон и начал звонить, на том конце провода подняли трубку:

- Алло!

- Здравствуйте, меня интересует работа бармена. У вас еще свободна вакансия?

- А рост, у вас какой? - процедили в динамике неожиданно.

- Метр семьдесят пять, - ответил я, немного смутившись таким вопросом.

- А вес?

Тут меня еще больше насторожило, но на вопрос все-таки ответил. Очень уж хотелось поехать на первое свое собеседование и начать что-либо делать. Слоняться по улице без денег было уже как-то не в удовольствие. В итоге я терпеливо дал ответы на все вопросы и поехал к назначенному месту даже раньше, чем было условлено. Заявленный бар находился в центре города, на набережной, но в итоге по приезду туда оказалось, что это бывшая промышленная зона с большим количеством автомоек. Бар стоял на своем месте, непривлекательная окружающая обстановка еще больше настораживала меня. Войдя вовнутрь, я сразу увидел сидящего при входе молодого человека с галстуком-бабочкой на шее. Объяснив ему по какому поводу я здесь, отстранился немного назад. Ответ последовал нескоро. Молодой человек замялся. Потом позвонил своему напарнику и сказал: «Миш, приходи, объясни человеку суть работы». Пришел Миша, пригласил меня за барную стойку, место сразу начало производить на меня гнетущее впечатление. Ко всему прочему я узнал, что здесь не только бар, но еще и сауна. Об этом свидетельствовали закутанные в белые полотенца распаренные тела, сидевшие на деревянных скамейках. Я, стоя у бара, просто решил выслушать суть работы и уйти, как вдруг услышал нечто. Миша начал говорить о том, что требуется на самом деле не бармен, а массажист, да и место это слегка не традиционное. Тут у меня в голове воедино слились вопросы о росте и весе с тем, что я только что услышал. Затем я резко взглянул на сидящих возле меня людей, которыми были мужики под пятьдесят и в ужасе дал деру из злополучного места.

Шел по набережной и чуть ли не вслух разговаривал с собой. Казалось, что мысли приобрели форму, и я высказывал их автоматически на ходу. Это был самый настоящий испуг, какой я не испытывал с тех пор, когда увидел как наша учитель по физике поползла на коленях к однокласснице со словами: «Ну! Прости меня, прости!» из-за того, что та, обидевшись на ее слова, расплакалась. Я шел и думал: «А что я-то, я – ничего». Ведь в объявлении не было написано, в чем заключается суть работы. Да и как можно было обо всем догадаться сразу, судя по телефонному разговору. А потом отбрасывал все отговорки снова винил себя, за то, что повелся на столь дешевую уловку.

Дойдя не спеша до метро, я закурил, и мгновенно стало легче. Сигаретный дым был наполнен свежестью, окружающей своими мягкими синевато-серыми путами. Дым с легким оттенком сернистого газа и синтетическим привкусом поражал силой своего воздействия.

Так, быть может все-таки риэлтор, перелистывая газету, будучи уже дома, думалось мне. Подумаешь, какая разница кем работать ведь всегда можно отказаться и пойти на другую работу.

- Иди в институт поступай, лодырь. – выходя из соседней комнаты, резко кинул в мою сторону отец.

- А ты будешь взятки за меня давать ради хороших оценок?

- Никаких тебе. Учиться будешь!

- Ага, как же. Когда можно пойти и просто начать зарабатывать деньги.

- Ну-ну, - сказал он и продолжил свой путь на кухню.

Да какая мне разница, риэлтор - ни риэлтор. Надо попробовать, а там уже и решу. Дозвониться до компании в этот день не получилось. Бесполезно прогулявшись по улице вечером, я пришел домой слегка уставший и лег спать.

2

Солнце, стоящее в зените, легкими касаниями лучей согревало тело. Где-то недалеко плескалась вода, подо мной чувствовался рыхлый песок. Ослепительная живость окружающей природы поражала взгляд, и я начинал видеть все сплошь в красном цвете. Близ меня лежала сухая соломенная шляпа, возле нее нетронутая кисть винограда ее слабый запах долетал до ноздрей, тут же перемешиваясь с запахом соли. Невесть откуда, пахло гелиотропом. Я досчитал до четырех и увидел в небе летящего попугая. Его яркое оперение переливалось в лучах солнца. Иной раз он казался прозрачной кеглей, запушенной в небо. Наблюдать за ним становилось все сложнее из-за своей подвижности и блестящих переливов моря, которые временами отражались в небе. Все-таки потеряв из виду яркую птицу, я снова прикрыл глаза и начал всматриваться в красно-оранжевое свечение, проходящее сквозь закрытые веки. Открыв снова глаза, слегка удивившись летящему в небе объекту, я сначала не осознавал, что это. В небе парил полуголый юноша-атлет в пурпурном плаще. В голову после такого видения назойливо въелся вопрос: «Где я нахожусь?» Близ меня упал маленький кусочек горного хрусталя - его тут же подобрала зубами гиена с жесткой шерстью на теле; не успев схватить ее, я увидел, как она убежала, по золотому песку, мерзко хихикая. Вдруг на меня повеяло холодом, обернувшись, я увидел старика. Он достаточно напугал меня своим появлением, но в его взгляде было что-то еще более устрашающее. Несмотря на свой старый вид, у него были жилистые руки покрытые пеплом. Лицо с густой бородой серого цвета и капюшоном на голове.

- Что происходит? – спросил я спокойно у старика.

- Пойдем в лес, мерзкая жаба! – ответил он холодным голосом.

Погода резко изменилась, пляжный песок бурно вздымался к небу. Солнце еле выглядывало из-за тяжелых черных туч.

Не теряя спокойствия, я снова заговорил с моим спутником: «Чего тебе от меня нужно?» Неожиданно для меня старик слегка улыбнулся сухими губами.

- Мне от тебя не нужно ничего, всему свое время, – не договорив, он стал уходить прочь.

Проснувшись, я обнаружил себя поперек кровати. Окно в моей комнате было открыло, по всей видимости, сильным порывом ветра. Одеяло лежало где-то на полу близ кровати. По вискам стекал холодный пот.

Встав с постели, я медленно поплелся в ванную комнату, чтобы умыть лицо холодной водой, теряя по дороге остатки сна. За завтраком, рассказав отцу про пугающий сон, мне захотелось получить хоть какую-нибудь трактовку, но он мельком взглянув на меня, мягко ответил: «Очень интересный ты все-таки экземпляр у меня»

- Но пап, - вырвалось как-то по-детски у меня.

- До всего в этой жизни полезнее доходить самому, пока есть время. Ты же мне сам потом скажешь спасибо, сынок, - учтиво ответил отец. Я встал из-за стола и пошел к книжному шкафу. В комнате висели тяжелые шторы, а на потолке тряпичный плафон, с которого свисала искусно связанная бахрома. У стены стояли старые часы с маятником, каждый час издающие гулкий бой. Достались они по наследству, от прабабушки, а ей в свою очередь от ее бабушки. Впечатление они производили на меня гнетущее, и мириться с моим современным нравом никак не желали. Вернее, это я не хотел их видеть в папиной комнате, но желание мое ровным счетом ничего изменить не могло. Задумавшись о том, где бы сегодня провести время, я неожиданно осекся: денег-то нет. Просить у своих родных – что в колодец кричать. Ответа не дождешься. С одной стороны я уважал их решительную стойкость, с другой, она же меня толкала частенько к паразитическому образу жизни по отношению к окружающим меня людям. За что меня за глаза частенько недолюбливали. Решено – ищу снова работу. Окрыленный этой мыслью, я выбежал из отцовской комнаты с книжными шкафами и старинными часами, благополучно забыв о своем замысле.

Взяв в руки все ту же газету с объявлениями, стал звонить в агентство недвижимости. В объявлении значилось: агентство недвижимости «Старый свет», если Вы молодой энергичный, решивший заниматься собственным бизнесом человек и стремитесь обрести финансовую независимость – Вам стоит обратиться в наше агентство, и мы обязательно предоставим Вам достойную вакансию. Я стал звонить по телефону, трубку взяла женщина. Мы без особых препятствий договорились о встрече, и я незамедлительно выехал гонимый теплыми мыслями о предстоящей работе мечты.

Утренний город начинал постепенно нагреваться, со ржавых крыш испарялась ночная влага, а контрастные тени ложились на холодный асфальт. Продавец мороженого, высунувшись из своей кабинки, разговаривал о чем-то со стоящей рядом женщиной с зонтиком. Складывалось впечатление, что я иду на очередную тусовку, а не устраиваться на работу. Впрочем, оно и к лучшему, ведь когда лишний раз отягощаешь себя мыслями о предстоящем мероприятии, то все выходит из рук вон плохо.

3

Прошла ровно неделя с тех пор как я устроился посредником. Работать оказалось вполне интересным занятием. Коллектив состоял из двух начальников, сидящих у окна небольшого офисного помещения и остальных работников, которые занимались основной работой. Продолговатый кабинет, по бокам которого стояли компьютеры с офисными креслами, отдавал постсоветским настроением. Поддавшись атмосфере кабинета, можно было с легкостью представить выезжающий танк за окном, который со страшным грохотом стрелял по Белому дому. На стене висела карта Москвы и изредка подвешенные комнатные растения в горшках. Освещалось помещение скверно. Инесса Анатольевна и Владимир Степанович были так называемыми менеджерами-риэлторами. Их работа заключалась в том, чтобы следить за остальными работниками, давать наставления новеньким и забирать у каждого шестьдесят процентов выручки. Телефонная связь в офисе была бесплатная, как и интернет, за что офисные лентяи должны были говорить большое спасибо своему начальству. Работа моя состояла из того, чтобы находить новоиспеченным клиентам квартиру и заключать договор между хозяином квартиры и клиентом. Люди сами звонили в фирму и называли свои условия, а вот хозяев квартиры нужно было еще поискать. По сути, большого труда поиск владельца жилья не составлял. Надо было всего лишь зайти на определенный сайт с объявлениями и найти там подходящего человека, который так же являлся агентом вывесившим объявление. Получалась интересная история, на выручку с одной сданной квартиры претендовали уже два человека. Так же имелась база собственников жилья, которые сами по каким-то причинам обращались в риэлтерскую фирму, к примеру, в «Старый свет», но таких людей было крайне мало, а работающим агентам приходилось заводить дружбу, если это можно назвать дружбой, с собственниками жилья. Когда дружеский контакт был налажен, формировалась так называемая «клиентская база». Где-то в глубине души моя совесть засвербела от такого положения вещей, но протест был ее кратковременным и я с удовольствием включился в рабочий процесс.

Свой первый контракт я провел блестяще, как мне тогда показалось. Мужчина лет 47 с виду позвонил в нашу фирму. В Москву он приехал из города Минска по работе и нуждался в съемном жилье. Владимир Степанович, записав его мобильный номер телефона на небольшом листке, передал его мне со словами: «Вот тут мужчинке квартирочку надо подыскать». Сидящие рядом женщины-коллеги поерзали на своих рабочих местах, услышав такую фразу. Взяв лист с координатами клиента, с помощью нехитрых манипуляций мной была найдена квартира на окраине города. Проведя остальные манипуляции, начиная от контакта с хозяевами квартиры заканчивая телефонным разговором со своим первым клиентом, мы договорились о встрече. Пробежав от офиса по жаркой улице до метро, я приметил несколько девушек в легких нарядах и задумался снова о предстоящей сделке. Подходя к турникетам метро, вдруг вспомнил, что денег в кармане не хватит на поездку туда обратно. Не долго думая, я с радостным видом перемахнул через препятствие. Приняв после прыжка снова презентабельный вид под свист контролера сидящего у турникета, направился за поворот к эскалатору. Вид у меня действительно был что надо, потому что не так давно родители подарили мне что-то напоминающее костюм: брюки, строгая клетчатая рубашка и матовые туфли с притупленными носами как я любил. С виду такой человек как я, просто не был способен на мелкое хулиганство. Вдруг мой взгляд встретился с полицейским, который стоял за углом и высматривал нелегалов. На минуту по спине пробежали муравьи, а потом я направился дальше, ожидая окрика сотрудника полиции. Ничего подобного не последовало.

Приехав на место, мы встретились с мужчиной из Минска и пошли к назначенному месту. Он был чисто выбрит, в очках, улыбался и большую часть времени молчал. Я в свою очередь рассказывал о трудной ситуации на рынке жилья, о том, что если квартира вам нравится, то не стоит ее упускать и тут же заключать договор. Говорил все то, чтобы затуманить рассудок, но достаточно сообразительный человек и так раскусывал на корню эти уловки. Его молчание я расценивал как терпеливое чувство такта либо как глупость. В этой игре был еще один момент: если клиент затевал со мной спор, то тут же вступал в силу план Б. Врать я научился еще в школе, но каждый раз осознавал, что говорю, поэтому старался использовать свои черные навыки только в крайних случаях. За первую неделю работы в риэлтерской фирме я превысил свой лимит лжи, наверное, в десять раз. Вид у меня был весьма серьезный, иногда проскальзывала ухмылка. Каждый раз приходилось уходить от прямого ответа на вопрос клиентов, сколько мне лет и как давно работаю посредником. Потому что если была бы сказана правда, то следовал неминуемый провал. Вид у меня был вполне взрослый, а изобразить опытного агента не составляло особого труда.

Созвонившись с хозяевами квартиры, мы поднялись на пятый этаж. Дверь нам открыла миловидная пожилая женщина. Осмотрев квартиру, клиент-мужчина сказал, что жилье приходится ему по душе, но платить за квартиру он сегодня не готов. – Завтра в это же время мы будем на месте, - доброжелательным тоном произнес я. Выйдя на улицу, мы попрощались с клиентом и я занял выжидательную позицию. Присев на деревянную скамейку расслабился и закурил. Не прошло и пятнадцати минут, как на горизонте появился мой клиент. Совершенно точно рассчитав его приход я бросился на него, смотря прямо в глаза произнес резко: «Что-то забыл?» Совершенно не ожидая от себя такой грубости. На моего оппонента эти слова подействовали волшебным образом. Он в раз как будто сделался меньше ростом, покраснел и, не говоря ни слова, повернулся и пошел в обратном направлении. Торжествуя внутри себя, я окликнул его и с улыбкой напомнил еще раз, что завтра мы встречаемся в это же время. Дальше история развивалась как в кино – все по сценарию, автором которого был я. На следующий день он исправно оплатил все спрошенные с него деньги за два месяца аренды вперед, а мне - положенную сумму в виде ста процентов от сделки. Случаи, когда люди заключают сделки без агентов недвижимости - не редкость, о чем меня предупреждали в агентстве с самого начала. Резкая мера пресечения была впоследствии хорошо оплачена.

Неделя побежала за неделей. Окрыленный своей первой сделкой я включился в рабочий процесс всем своим естеством. В магазине канцелярских товаров были куплены наклеивающиеся листы ярко желтого цвета, на которые можно было писать телефоны и адреса. Через неделю рабочий компьютер был обклеен стикерами и напоминал осеннее дерево. Помимо номеров телефонов и имен однажды ради интереса решил написать на маленьком листе сумму от предстоящей сделки. Результат не заставил себя долго ждать. Оксана – женщина, работающая в фирме по причине отсутствия российского гражданства, была женщиной с железной хваткой и холодным рассудком. В риэлтерскую контору старались всегда брать самых отчаянных. Тем более для фирмы, в которой многие права работников являются всего лишь формальностью, такие люди как нельзя кстати подходили для работы. Каштановые волосы, убранные всегда в хвост. Сухие руки и холодный уставший взгляд резко обращали на себя внимание. Никаких симпатий к людям эта женщина уже давно не испытывала.

Оксана зашла в еще прохладное утреннее помещение офиса и обратила внимание на стикеры у компьютера этого неприятного выскочки новенького. Рассмотрев внимательно одну из надписей, она пришла в бешенство. Зубы крепко сжались, а воздух прорвалась шипящая, словно на змеином языке, фраза: сорок пять тысяч, скотина! Наклейка была в миг содрана, и контакт с семейной парой, нуждающейся в жилье, был непременно налажен. Моим привычным делом было проснуться позже и не спеша выехать на работу. В этот день изменять себе не стал. На работе все шло как обычно; сначала обзваниваешь клиентов, затем с учетом их пожеланий подыскиваешь им подходящее жилье в базе хозяев, а если такого не оказывается в списке, то переходишь на сайт, где остальные «коллеги» уже выложили свежие объявления, напечатанные зачастую с грамматическими ошибками. Все это меня поначалу забавляло, впоследствии же начало раздражать. Неожиданно послышался голос Оксаны, которая называла знакомые имена. Я насторожил слух, до меня снова и снова долетали знакомые фразы. Тут не выдержав такой явной наглости, я повернулся, и только было хотел сказать ей о чувстве стыда за подобную проделку, как услышал громкий смех над собой Инессы Анатольевны и самой Оксаны. Впечатление после такого было похожее на то, когда на тебя выливают из большого ведра ледяную воду с плавающими в ней кусками льда. Виду все же не подал. С того самого момента желтые листы пропали с экрана моего монитора. Стоило с самого начала присмотреться к окружающим меня людям, чего я, конечно не сделал. Такое бывает, обуреваемый впечатлениями о новом месте, человек в разы теряет обыкновенную бдительность.

Рядом со мной на рабочем месте сидел Костян. Он был худощавым парнем, с выцветшей прической пробор налево, впалыми глазами и ртом без одного зуба. Часто выходил курить и любил пофлиртовать с сорока пяти летней Софией, место которой находилось позади моего. Костян был простым Рязанским парнем, который приехал в Москву подзаработать, но устроился в посредническую фирму, попавшись на заманчивую надпись объявления, в прочем, как и я. Приходил он на работу по-разному. Иной раз раньше всех, а иногда позже. Минуты его позднего появления, сопровождались всегда фразой: «Ну что, бандерлоги, работаете? Солнце еще высоко!» Женщины, явно смущенные этим фактом в долгу не остались. Им стоило только поискать кое-что в интернете, как план был в миг разработан. В следующее утреннее появления Костяна, женщины хором ему ответили: «Работаем, Табаки»

- Да я покурил уже.

- Причем тут это, придурок. Это имя шакала из сказки «Маугли», - ответила раздраженно Софа. Костя втянул слегка голову в плечи и сел на свое рабочее место. Не просидев и пяти минут повернулся ко мне: «Пошли, может, закурим по одной?» Посмотрев на него, я ответил, что курить пока не хочу. Тот, явно раздраженный моим ответом, повернулся обратно к своему компьютеру. Пошарив в листах с телефонами клиентов, он выбрал самого значимого, по его мнению, и неожиданно протянул лист мне. На вопрос что это, он подождал пять секунд, как будто собираясь с силами:

- Держи, а если удастся заключить сделку, мои пятьдесят процентов!

Сдержавшись, я ответил ему: «Нет, спасибо, дружок. Такие штуки не по мне». Костян не унимался, - Ну хотя бы сорок. Тут, услышав мой смех в ответ на свое предложение, отдернул лист обратно.

Вечером, после рабочего дня, очередная сделка сорвалась, и голова кипела от мыслей. Денег с первой становилось все меньше, тем более, некоторую часть зарплаты я отдал своим родителям, но об этом не жалел. Возможно, остатки совести во мне все же присутствовали. Моя первая работа попросту была объектом изучения, соприкасающимся с окружающим миром - мне искренне хотелось верить, что он не настолько циничен, но среди посредников нет времени на рефлексию. Город дышал, словно поглощая своим жерлом вновь прибывших сюда людей, наполняя их головы двумя насущными вопросами – квартирным и поиском работы.

4

Толкая большую деревянную дверь своего университета, Устина оказалась на широком дворе, который обильно освещало летнее солнце. Последний экзамен был успешно написан, оставалось провести приятно очередное лето. Говорить об этом никому не хотелось, но денег на заграничную поездку не было. Из семьи не так давно ушел отец, что явилось потрясением для нее, в особенности для матери, так же пошатнулось и финансовое положение. Такое часто бывает в современных семьях, время проходит и взамен молодости у семейной пары остаются только долги и дети. Тут вступает в актуальность вопрос терпения и морали. Девушка расценивала поступок родителей как эгоистический в некоторой степени, с другой стороны поставить себя на место одного из родителей, при всем желании, никак не получалось. Все из-за того, что опыта семейных отношений у Устины еще не было. Девушке шел 21 год, а обременять себя такими условностями как семья, желания не возникало. Все вокруг, начиная с массмедиа, заканчивая собственными родственниками, которые любили заниматься нравоучениями, твердили одно: в твоей жизни должен появиться достойный. Это немного сковывало, и навязанная мораль мешала нормальным взаимоотношениям с окружающими мужчинами. В голове все сложившиеся обстоятельства вызывали бурю эмоций; ведь я же не продажная девица, почему нужно обязательно заключать успешную сделку. С другой стороны, все эти неуверенные в себе ребята со впалой грудью и узкими плечами, которые никогда в жизни не добьются успеха - особого доверия не внушали. У девушки были длинные тонкие руки, прямой нос, слегка вьющиеся светлые волосы и голубые глаза. С самого детства ребенка постоянно баловали и называли ангелом. Ангел вырос, и воздушный характер делся в небытие. Устина иной раз умела вспылить. Прохожие как будто обходили девушку стороной, а если среди них попадались мужчины, то те надолго задерживали свое внимание на ней.

Сидя за компьютером и лениво перебирая в интернете объявления о сдаче жилья, тихо ненавидя свою работу. Даже не знаю, зачем я тут все время что-то делал. Наверное просто хотелось доказать своим родителям, что я действительно взрослый, а еще не хотелось снова остаться без денег. Впрочем, я и так был без денег. Хотелось доказать себе, что могу. На уме вертелась только одна мысль: деньги действительно достаются с трудом, и этот труд немного легче каторжного. На днях завязалась новая сделка; семейная пара, состоящая из тридцатилетнего мужчины и его гражданской жены. Мы съездили с ними посмотреть квартиру, но, как известно, летом приходится пик среди нуждающихся в съемном жилье. С июля по август желающих становится слишком много и на одну квартиру выстраивается обычно большая очередь. Довольны такой ситуацией остаются собственники жилья и не спеша выбирают подходящих им клиентов. Мы встретились с ними в прохладном метро и поднялись на улицу. Гордый мужчина не спеша шел впереди. Рядом с ним под руку шла его жена. Она была настолько худой, что белое платье делало ее почти прозрачной. Придя к назначенному месту на двадцать минут раньше, подошли к подъезду, я созвонился с еще одним посредником, который находился невдалеке; подойдя ко мне, он объявил, что мы третьи по счету. Оставалось ждать. Невдалеке стояли еще несколько семейных пар со своими риэлторами. Все начали присматриваться друг к другу.

- А чего все ждем? – спросил я у одного посредника, который стоял молча со своей парой.

- Хозяюшка еще не подъехала, - улыбаясь, отвечал он. Во время этой улыбки оголились его зубы, и стал виден отсутствующий во рту один из жевательных. «У этих посредников мода на беззубые челюсти» - подумалось мне, и я отстранился от неприятного дядьки. Вдруг начало происходить некоторое волнение. Невдалеке появилась бодро вышагивающая дама в шелковом черном платье и солнцезащитных очках. Тут же к ней подбежал главный посредник и начал семенить как верная псина. Первыми оказалась пара молдаван – две женщины. Группа людей быстро зашла в подъезд, послышался звук открывающейся двери на первом этаже. Все произошло в считанные секунды. Неприятных минут ожидания вовсе не было. Кому-то позвонил телефон, и нам всем объявили, что квартира сдана. Мои клиенты переглянулись и растерянно заулыбались. Я начал было объяснять им, что такое бывает и какая сейчас ситуация с жильем. Сам же думал о том, что денег на проезд совершенно не осталось и придется снова прыгать через турникет в метро.

На следующий день мне снова пришлось связаться с теми же клиентами, так как с остальными дела не клеились. Сергей, так звали мужчину работал в интернет-магазине, и, не смотря на свой возраст, держался весьма моложаво. Носил разноцветные майки, прическу: подстрижено по бокам, а сзади отпущен небольшой хвост. Эта его особенность меня раздражала больше всего, но в остальном человек он был неплохой. Да и еще больших плюсов этой паре придавало в моих глазах то, что они всегда соглашались на мои предложения, а я в свою очередь всегда выслушивал их пожелания, но подобрать что-то должным образом у меня не получалось. Так как предложения на рынке жилья далеки от иллюзий людей, которые желают его арендовать. Причем, разница здесь настолько велика, что временами напоминает пропасть. «Не старайся всем угодить», - любимая фраза Инессы Анатольевны, постоянно противоречила моему нраву. На этот раз было подобрано весьма интересное предложение для пары – однокомнатная квартира в неплохом состоянии, как свидетельствовали фотографии на сайте с объявлениями. По приезду на место оказалось, что другого агента нет. Позвонив ей, мне сообщили телефон собственника жилья и предупредили, чтобы не увиливал с заработанными деньгами в случае заключения сделки. К дому через некоторое время подъехал черный джип и из него вышел лысый мужчина лет пятидесяти пяти в майке-борцовке. Подойдя к нам поздоровался, его рукопожатие было настолько сильным, что на моем лице отразилось некоторое недовольство. Он пригласил осмотреть свою квартиру, но в его движениях я сразу почувствовал некоторую спешку. Квартира оказалась в разы хуже, чем выглядела на фотографиях. В особенности меня смутил диван, на котором виднелись крупные пятна. Но мои клиенты были почему-то довольны. Найдя сразу с ними контакт, хозяин квартиры начал рассказывать о благах, которые имелись в маленькой квартирке. На замечания клиентов реагировал сдержанно и часто отшучивался, а потом и вовсе начал сбавлять цену: - Ну, давайте еще дешевле тогда, раз вас не устраивает состояние ванной, - говорил он скороговоркой. Меня такое положение вещей начало настораживать. Все же договорившись о сделке, выяснилось, что у хозяина квартиры нет на нее документов с собой. Всего лишь с собой, - успокаивал я себя в этот момент. Если бы сделка свершилась, то пришлось бы еще ждать другого риэлтора и отдавать ей половину от того процента, который получал посредник. То есть, множество агентов только усложняло работу самим агентам. Какой же я дурак, что устроился на эту работу, думалось все чаще мне. Мужчина пригласил нас проехаться на машине до его дома, а там пообещал вынести все необходимые документы на свою квартиру. Глаза Сергея заиграли яркой радостью, его жена тут же подхватила это восторженное состояние. Они были довольны, были довольны тому, что еще не свершилось. Цена на квартиру была опущена до такой низкой планки, что со стороны казалась просто смешной. Поэтому я пока занял выжидательную позицию. Мы подъехали к высотному дому, хозяин выбежал из машины, торопливо вытирая пот со лба, побежал к своему дому. Через пять минут мы уже видели этого мужчину перед нами, который потрясал ксерокопиями потертых документов. Впрочем, один из документов оказался подлинником, это был документ о собственности жилья. Владельцем квартиры значилась некая Мария Осташкова. – А кто это? – поинтересовался я. – Ну вот же, вот! – восклицал мужчина, показывая на ксерокопию. Это жена, она на даче, ксерокопия паспорта ее. Она владелец квартиры. – Простите за нескромный вопрос, а штамп в паспорте у вас есть о том, что вы женаты? Этим вопросом я привел в ярость хозяина квартиры, и он начал орать, что агенты в последнее время пошли совершенно безмозглые. Клиенты тоже смотрели на меня с укоризной, в купе с ярким солнцем бившем силой в глаза мой рассудок слегка помутнел, но обладания я все же терять не стал. – Покажите паспорт, пожалуйста, - повторил я. Паспорт мне передали и страничка с пометкой «семейное положение» была пуста. Впрочем, тут же предпринимать решительных действий я не стал и посмотрел на остальные страницы. Мужчина этот был прописан далеко не в Москве. Усмехнувшись сложившимся, обстоятельствам я произнес своим клиентам, отвернувшись от разгоряченного лысого мужика: «Вы как хотите ребята, но я вам договор составлять не стану».

По дороге к метро, впрочем, я расчувствовался и начал вести назидательную беседу, которая больше была похожа на жалобу. О том, что людям хочется верить в сказку, а сказок не существует. Что вокруг огромное количество обманщиков - каждый ищет себе наживы легкими способами. Со стороны это выглядело глупее некуда. Сергей с женой кидали друг на друга расстроенные взгляды. В душе каждый из них проклинал меня. На следующий день, когда я позвонил в очередной раз Сергею, он сказал, что семья их уезжает на отдых и поиски квартиры они пока приостановят. С тех пор мы больше не встречались.

5

Устина шла по аллее плотно усаженной кленовыми деревьями. В голове не было ни единой мысли и казалось иной раз, что сейчас с ней может заговорить кто-то извне, если она не прекратит думать ни о чем. Обдумывание повседневных проблем иной раз доводило ее до исступления. Успокоительной терапией, являлись неоткуда фантазии о небольшом острове, где проходит вечное веселье. Где люди не думают ни о чем, а просто придаются празднику жизни. Они всегда молоды и от них исходят сладкие запахи. По небу проносится стайка ласточек, а вокруг цветут фиалки и шалфей. Теплая и влажная погода ласкает своими прикосновениями, а на душе наступает неспешно спокойствие. Иной раз трудно было возвращаться на землю после стремительного вихря иллюзий. Потрепанность прохожих еще сильнее бросалась в глаза. Человек как будто состоял сплошь из недовольного лица и нечищеной обуви. Как будто острым ножом прилетали мысли о будущей старости, и тут уж совершенно не хотелось ни о чем думать. Возможно, именно они были индикатором всех фантазий и чрезмерной торопливости в действиях, а так же резкости в суждении об окружающем мире. Подходя к метро, она обратила внимание на вылетевшего из него взмыленного парня в клетчатой рубашке. Они на несколько секунд встретились взглядами, и разом все ее тело взяла оторопь. Устина на несколько секунд замедлила шаг, а потом взяла себя в руки, как она это обычно делала. В нем не было ничего примечательного, да и на вид он походил больше на очередного неудачника, нежели на героя из ее фантазий. Она резко отдернула носик и стала спускаться по лестнице в пахнущую криозотом подземку.

Работа с каждым днем все больше становилась в тягость. Ко всему прочему добавилась еще и критика от сотрудников о моем непрофессионализме. Не так давно, когда я отказался в очередной раз подставлять людей, риэлтор с красным лицом и трясущимися руками кричал мне: «Да ты же ведь зеленый!» На мне действительно была в тот момент зеленая рубашка.

Сидя в офисе в очередной раз подложили листков с заявками. В глаза бросился лист, на котором была написана круглая сумма денег – предел в который можно уложиться при поиске квартиры. Созвонившись с человеком, которому требовалась квартира, услышал в трубке женский голос. У нее был спокойный тон и правильное произношение. Их семье нужна была трехкомнатная квартира на короткий срок. По ее словам их семья состояла из двух человек и в тот же момент, как бы оправдываясь, начала говорить, что три комнаты нужны для увеличения личного пространства и для наиболее комфортабельного отдыха после работы. В их собственной квартире на этот момент проходил ремонт. Намереваясь провести неплохое дело, я незамедлительно нашел подходящие хоромы. Прибыв на место, пришлось прождать двадцать минут. Клиенты опаздывали. Меня встретил пожилой человек, который был вторым агентом и мы разговорились по душам. Мужчина был невысокого роста и худощав. Глаза его изредка щурились, а лицо озаряла добродушная улыбка. Сразу стало понятно, что такой человек на обман не пойдет. Из разговора выяснилось, что это пенсионер и подрабатывает он посредником. Наконец прибыла ожидаемая пара. Женщина лет сорока с виду, крашенная в блондинку с умело выведенным макияжем, а за ней не спеша ковылял дородный толстяк младше ее лет на семь. Общая ситуация постепенно начинала внушать мне доверие; по телу разливалось сладкое спокойствие. Мы неспешно зашли в просторную квартиру с шикарным ремонтом. Роскошный холл, гостиная с люстрой под старину. Ближе к стенам стояла со вкусом подобранная мебель.

- А туалет где? – поинтересовался толстяк и побежал осматривать кафельную уборную.

- У него из туалета сделан уже целый культ, - совершенно не стесняясь, говорила женщина, - особенно любит туда с телефоном ходить и просиживать часами. При этом она совершенно по-матерински посмотрела на своего мужа, а тот расплылся в отвратительной улыбке. Дальше семейная пара начала осматривать остальные комнаты, при этом приговаривая: «Ну так конечно, грязненько, помоечка, окна выходят на шоссе, пространства мало» - Да как же это мало, посмотрите вот на эту комнату, - не выдержал пенсионер.

- А вы нашу квартиру не видели, - презрительно произнесла она. В этот момент мне стало ясно, что провал не за горами. Я все же попытался исправить ситуацию, расхваливая достоинства квартиры, которые попадались мне на глаза, но на меня смотрели с усмешкой. Явным был тот факт, что понятия комфорта у нас расходятся. Выйдя на улицу, все четверо вздохнули с облегчением. Во вздохе пенсионера и моем чувствовалась печальная нота. Видя такую ситуацию, толстяк предложил довести меня до метро. Мы сели в автомобиль марки ягуар и не спеша, выехали со двора элитного многоэтажного дома. Стоило нам проехать на свободное шоссе, водитель нажал на педаль, и машина разогналась в миг до ста километров в час, а потом еще быстрее как мне показалось. Я уже перестал смотреть на спидометр, а голова моя оказалась вдавленной в спинку кресла. На светофоре мы плавно остановились. Послышался голос с заднего сидения: «это он так развлекается временами; ну совсем как дитя у меня». Я чертыхаясь вылез из машины позабыв поблагодарить клиентов за оказанную услугу, пошел к метро понурив голову. В кармане звенела мелочь.

Изо дня в день работа начинала раздражать все больше и больше. Постоянно недовольные коллеги и менеджеры как будто вытаскивали из меня остатки хорошего настроения с самого утра. Удивляли попеременные диалоги о домашних животных. Людмила - одна из риэлторов говорила: «Понабрали своих лабрадоров, а теперь хотят с ними квартиру снять; усыпила бы всех и хозяев, и собак!» Дело в том, что с домашними животными сдавалось только самое отвратительное жилье, а это несколько диссонировало с обеспеченными людьми, державшими дорогие породы собак. Получалось, что посредник мог заработать неплохие деньги, а этому мешали домашние животные. Я где-то прочел однажды тот факт, что ненависть к животным указывает напрямую на развитие шизофрении. Не знаю, что здесь было причиной и следствием, но развитие психических заболеваний в коллективе было налицо. С каждым днем я как будто собирал все новые и новые печальные подробности о людях, работающих в этой сфере. Вечером, после работы, я позвонил по домашнему телефону Самуилу и позвал его на прогулку. Сэм с удовольствием согласился и пожурил меня, что я совсем про него забыл и появляюсь всегда в самый неподходящий момент. Мы вышли на улицу, и пошли к турникам. Подтягивание и отжимание на брусьях всегда придавало хорошее настроение вечерней прогулке.

- А меня в армию забирают, - нехотя начал говорить Самуил.

- Вот это новости! Не страшно?

- Ни фига, знаешь, все окружающее мне настолько надоело, что я даже рад.

- Да ты герой!

- А то! – ухмыльнулся Самуил.

- Знаешь, а я даже завидую тебе. Вся эта нервная жизнь в последнее время настолько разочаровывает, что хоть волком вой. В определенный момент, я как будто оказался закованным в невидимые цепи.

- А ты их обдури. Кем ты работаешь, посредником?

- Ну да, после сделки приходится отдавать проценты своему начальству, - ответил я с нескрываемой обидой в голосе.

- Вот это да! Добродетель нашелся. И ты считаешь это нормальным?

- Ну, знаешь, меня учили с детства быть более-менее честным.

- А то, что ты обкрадываешь бедных людей, которые хотят снять квартиру, это честно? – нахмурился Самуил.

- Это моя работа.

- Да кто тебе сказал, что твоя работа вообще нужна людям? Без твоей медвежьей услуги они могли бы нормально справляться с поиском квартир. Ты и твоя контора - не нужны обществу. Поэтому от еще одного вранья от тебя не убудет.

- А мне вот кажется, что я занимаюсь чем-то естественным для нашего, как ты выражаешься, общества. Просто не хочу вдаваться в подробности, понимаешь.

- Какие еще подробности, как ты людей обманывал, лил им на уши вранье словно музыку?

- Знаешь, что Петр Мамонов про музыку говорил в своем интервью? – неожиданно вспомнилось мне. Спрашивают у него: а нравится ли вам, Петр Николаевич, современная музыка? А он отвечает: «Современная музыка говорите; пришел однажды ко мне сосед по даче и говорит: а давай я тебе забор поставлю. А я ему – нет, не нужен мне забор. Он все настаивает на своем и просит меня, дескать, давай поставлю забор. Так долго уговаривал, что аж голова разболелась. Давай, говорит, забор поставлю. Так и уговорил. А что по поводу музыки современной - с музыкой я завязал в последнее время» Самуил долго смотрел на меня, казалось, внутри у него происходит маленькая борьба. Лицо его было несколько сконфужено.

- Улыбнись, - вырвалось у меня, - Не стоит воспринимать весь мир настолько серьезно.

- Да пошел ты! – резко сказал мне друг, повернулся и прыгнул на турник для подтягивания.

C самого утра, как только я пришел на работу Владимир Степанович подозвал меня к себе и выждав паузу начал: «А на какие деньги ты живешь вообще? Если ты москвич, это еще не дает права бездельничать на работе. Ты сюда для чего приходишь, в компьютере посидеть…» Речь его была нудной до омерзения, дальше я уже просто не слушал. Начальник в моих глазах превратился в рыбу: рот его открывался, а звуки не успевали долетать до моих ушей, растворяясь где-то по пути. Казалось, что вот-вот из его носа и рта начнут выходить пузыри и подниматься к потолку. Ответив ему в этом же нудном стиле про последний шанс и получение надежды, я сел за рабочее место, к горлу подкатил ком обиды. Спустя три часа я заметил, что так ничего и не сделал сегодня. Руки как будто были отрафированы, голова набита ватой, а тело неожиданно стало легким, будто наполненное гелием. Не говоря ни слова, я поднялся со своего места и вышел на улицу. Дойдя до уличной лавки, остановился и купил себе мороженого. Так я прогулял примерно минут 20, вернувшись обратно в офис, услышал радостный голос Инессы Анатольевны: «А мы думали, что ты уже не вернешься» К тому моменту в помещении осталось совсем не много народу. Владимир Степанович уезжал всегда немного раньше, а остальные работники разъехались на показы квартир. Инесса Анатольевна подошла ко мне, похлопав легко по спине: «Ну, давай, поработай еще немного, может сегодня еще что-нибудь получится» Просидев за компьютером и выжав из себя некоторые усилия, мне неожиданно удалось договориться об одном просмотре квартиры. Неожиданно позвонила женщина, которая смотрела недавно одну из квартир, которую я ей отыскал, и сказала, что готова заключить договор. Силы ко мне стали возвращаться, а вместе с ними и хорошее настроение.

Тем днем сделка моя состоялась. Уже сидя и записывая в документ данные хозяина квартиры и женщины, которая решила ее снять со своей семьей, я твердо решил, что обратно в агентство не вернусь. Тем более мне согласилась подыграть вторая женщина-риэлтор, которая обещала подержать объявление еще несколько дней на сайте для отвода глаз. Из чего явно следовало, что работая в агентстве, она спокойно зарабатывает неплохие деньги, не отдавая лишних процентов в свою организацию. Наконец-то в руки мне попалась крупная сумма денег, которая принадлежала теперь только мне и больше никому. Уличить меня в мошенничестве фирма где я работал не имела ни малейшей возможности. Выйдя на улицу я свободно вздохнул. В кармане зазвонил мобильный телефон, я поднял трубку, послышался голос другого клиента, который спрашивал, скоро ли я приеду. Немного помедлив, я ответил, что скоро буду на месте и немного опоздаю. А что, собственно, можно ведь заработать еще больше? Все необходимые бланки для заключения договоров у меня имелись при себе. Да и прошлые неудачи так и подгоняли меня заработать как можно больше, как будто в стремлении компенсировать свою несостоятельность. В шаге моем появилась уверенность, а мир вокруг заиграл по-новому.

6

Послышался пронзительный скрип шин о поверхность дороги. Такой звук машина издает тогда, когда водитель резко ударяет по тормозам. На улице послышались голоса, и чей-то жалобный крик. Устина продолжала спускаться в подземку, но желание посмотреть, что же произошло на улице, пересилило. Перед глазами открылась странная картина. На дороге лежал парень в клетчатой рубашке, которого она только что видела, а черный джип который остановился перед ним, подал немного назад и уехал как ни в чем не бывало. Молодой человек делал попытки подняться, а прохожие шли мимо. Такая картина на секунду поразила Устину. Подбежав к молодому человеку, она попыталась его поднять, но сил у девушки на это не хватило.

- Спасибо, я сам поднимусь, - сказал парень.

- Все в порядке?

- Абсолютно! Отпрыгнул, когда он затормозил.

- Тебе нужно в травмпункт, - произнесла учтиво Устина.

- Думаю, не стоит.

Прошло несколько секунд молчания, и я спросил у девушки, не желает ли она зайти в кафе, чтобы я смог угостить ее чем нибудь в знак благодарности. Девушка улыбнулась, а шоковое состояние совершенно перемешало в моей голове все мысли. Эта авария произошла не просто так, твердил я себе. Да еще и этот водитель уехал куда-то. Мистика какая-то.

Сидя в кофейне друг напротив друга, мы смотрели то по сторонам, то друг другу в глаза. Беседа не клеилась. За окном садилось солнце и на столы в кофейне падали его последние лучи. От Устины исходил приятный аромат, а руки ее были тонкими и изящными. Сама она напоминала древнегреческую девушку, которую одели в современную одежду. Официантка принесла наш кофе.

Неожиданно раздался звонок, и я поднял трубку мобильного телефона. В ней слышался голос разгневанного клиента, который ждал меня уже полчаса.

- Извините, у меня возникли непредвиденные обстоятельства, - вырвалось только у меня, на том конце провода бросили трубку.

- По работе? – поинтересовалась девушка. Я кивнул головой. – А чего айфон себе не купишь? – глядя на мой потертый телефон сказала Устина. Во взгляде ее я почувствовал некоторое презрение.

- Да так, пока что не зарабатываю столько, - наивно вырвалось у меня.

Прошло минут двадцать. С момента, когда зазвонил мой телефон, девушка как будто бы начала куда-то торопиться и постоянно оглядывалась по сторонам. Кофе был допит, и она торопливо со мной попрощалась. На вопрос дать свой номер телефона, слегка улыбнулась и ушла. Я некоторое время просидел в кофейне. Начинала чувствоваться ноющая боль в ноге и где-то под боком.

7

Перелистывая книгу с яркими иллюстрациями, я наслаждался бездельем. На ее темно красного цвета обложке, золотыми буквами была вытеснена надпись «Мифы древнего Рима». – Что, нравится? – поинтересовался у меня отец.

- Даже не подозревал, что книги бывают настолько интересными.

- И на какие мысли они тебя наводят?

- Пожалуй ты прав… Мне стоит начать куда-нибудь готовиться и поступать.