На страже
Гравий под ногами противно и крайне некомфортно скрипел и давил на ступни. Степан посмотрел на ноги — ну, так и есть, босиком... А он-то думает, почему так неудобно идти?.. Где он сейчас? После круговерти последних дней голова ещё шла кругом, но он уже потихоньку начинал приходить в себя.
Эта последняя схватка... Ох, и тяжело же она ему далась! Ему дважды приходилось уходить в предпортальный континуум, чтобы восстановить силы. Более того, он потерял из виду Чукина — своего друга и коллегу по их непростой службе, на которого он мог всегда положиться, которому он доверял свою спину в схватках, так же как тот ему. Где то он сейчас?.. Степан потерял его после второго возвращения из континуума. Видимо тот, почувствовав полный упадок сил, тоже ушел на восстановление, а потом, вернувшись, увидел, что всё кончено и ушел в портал вслед за ним, и его могло забросить в другое место. Но почему тогда Степан не слышит его?.. Ну, ладно, с этим он разберется...
А сейчас его гложили мысли о последней схватке. В этот раз тварей было как-то слишком много. И разных. И действовали они сообща... Или... нет, было похоже, что они выполняли чьи-то приказы, они подчинялись чьей-то воле. Морталы, кворки, заббары и даже не контактные ни с кем и довольно редко встречающиеся латенты — все они разом пытались прорваться в наш мир... «Представляю, что бы было, если бы они прорвались, да ещё и в материализованном виде... Журналисты были бы в восторге. И в ещё большем восторге они были бы, если бы кто-нибудь из этих тварей кого-нибудь разорвал на куски где-нибудь в укромном уголке, а может прямо на центральной площади» - Степан надеялся, что они с Чукиным никого не пропустили, но было похоже, что кто-то все-таки прорвался. Этого кого-то нужно было обязательно найти и ликвидировать.. Потому что одна тварь — это одна, а вот если их будет целая компания, то людям не поздоровится. Морталы просто будут рвать на части и жрать тела, кворки — эстеты — любят высасывать мозг, заббары выкачивают на расстоянии жизненную энергию, оставаясь незамеченными, латенты вселяются в разум человека и тот превращается в морального и иногда и в физического урода на то недолгое время, что остается ему жить. В общем люди, живущие на земле, даже и не представляли, сколько разных охотников до их сочных тел, мозгов, их разума существует в параллельных пространствах. И если бы не Служба...
Она существовала не всегда. Сначала просто были люди, способные делать странные вещи, которые независимо друг от друга, а часто и сами не сознавая того, охраняли наш мир от посягательств существ из других миров и пространств. Потом эти люди, наконец, поняли, что объединившись, они смогут более эффективно бороться со всё возрастающей угрозой миру, и была создана Служба, которая в разные времена именовалась и орденом и тайным обществом и уже в середине двадцатого века стала именоваться службой. Века сменялись веками, цивилизации рождались и умирали, войны и эпидемии сотрясали человечество, но Служба неизменно стояла на страже мира людей, прикрывая его от опасности с той стороны, о которой человечество даже и не подозревало, ничем себя не выдавая.
По мере того как развивалась человеческая цивилизация стражникам становилось работать все сложнее и сложнее. Не потому, что служба работала хуже, а потому, что твари становились активнее и... умнее, что ли. Они как будто развивались вместе с людьми, только в своих параллельных мирах. Хотя, Степан после этой последней схватки не мог отделаться от мысли, что ими кто-то управлял... Об этом он обязательно расскажет на ближайшем совете.
А пока он шел по проселочной дороге, и впереди уже показалась какая-то деревня. Сейчас ему предстояло выяснить, где он и, главное, в каком времени. Впрочем, где он — это было понятно — в России, уже хорошо. А вот когда?..
В центре села на площади стояла толпа гомонящих людей, судя по всему — колхозников. Степан огляделся вокруг, почитал лозунги на красных полотнах: «Догоним и перегоним Америку...», «Решения такого-то съезда — в жизнь...» и так далее. Время было похоже на 60-е годы двадцатого века. А толпа вместе с президиумом, похоже, прислушивалась к сообщению по радио, которое, между прочим, говорило о том, что «... первый в мире полет человека в космос...». Степан понял, что на дворе стоял славный для всех советских людей 61-й год.
Толпа людей взорвалась радостными возгласами, в воздух полетели шапки, рабочие рукавицы, женские платки... Люди, сидящие в президиуме, встали и яростно зааплодировали. «Да-а, вот люди были... Радуются так, словно у каждого личное счастье наступило. Теперь уже так радоваться за свою страну не умеют. Или не хотят...» - подумал Степан со смешанным чувством радости и сожаления. Но радость радостью, а у Степана здесь было своё дело. Проводник недвусмысленно сигнализировал о наличии в деревне следов энергетической активности. Где искать прорвавшуюся тварь, он примерно представлял, но все-равно это может занять много времени. Если тварь затаится и не станет охотиться на людей некоторое время, то и Степану придется ждать, пока та себя не проявит как-либо.
Он прокручивал в голове детали последней схватки. Перед глазами стояли мерцающие силовые линии магнитного поля, питающие тварь энергией, необходимой для перемещения. Тварь собиралась сделать прыжок. Степан быстро схватил с земли какой-то камень или ком земли и бросил его в сложнопереплетенную паутину силового кокона. Тот вспыхнул, отреагировав на посторонний предмет, нарушивший баланс напряженности силовых линий и сразу развернулся в обычную сетку, стелющуюся по земле. Степан нарушил планы твари, та приняла материальный вид и уставилась на него. Это был латент. Стелющаяся по земле паутина стала подбираться к Степану. Он вынужден был воткнуть в землю свой меч. Самое неприятное в схватке с латентами — их трудно уничтожить, просто смахнув мечом голову или головы, их нужно было уничтожать их же оружием, собирая и поляризуя их силовую сеть, скручивать её в комок и в определенный момент бросать этот комок в тварь. И тогда, если энергия комка окажется достаточно большой, тварь получает разряд уже чужеродной ей энергии, который либо убивает её, либо парализует. Ну а дальше... дальше банальный удар мечом — и всё.
Но так бывает не всегда. Иногда тварь просто принимает удар, как заправский боксер на ринге принимает жесткие удары соперника, не попадая в нокдаун, а бывает, что тварь просто отфутболивает комок обратно и тогда уже стражнику приходится испытывать на прочность свою выносливость в обороне.
Эта тварь, как и бывало обычно раньше, имела достаточно омерзительный вид, чтобы у нормального человека возникало чувство отвращения или даже тошноты, но Степан уже давно свыкся с необычайным разнообразием омерзительных обликов тварей. И никто не мог ему ответить, почему твари обязательно имеют омерзительный вид? Ну, ладно морталы или заббары — те питаются плотью, им положено иметь хищный, а потому устрашающий вид, но зачем это латентам или другим невидимкам? Может быть все дело было в том, какими мы, люди, подсознательно хотим их видеть или воспринимать...
Так вот эта тварь отбила комок силовых линий, собранный и посланный Степаном, ещё и усилив его так, что стражник на некоторое время оказался оглушенным, и вот в этот-то момент он и потерял Чукина. Может быть он ушел в параллели в погоне за тварью, а может... Может его утащили твари в свои обиталища. Такое иногда тоже случалось — стражники попадали в некое подобие плена — их сковывали силовыми полями и утаскивали в неизвестном направлении. И тогда начиналось самое страшное для любого стражника.
Убить стражника крайне проблематично, по крайней мере этого ещё никому не удавалось, теоретически стражник обладает способностями, позволяющими ему выжить даже в очаге ядерного взрыва, хотя проверить это ещё никому не доводилось, к счастью. Его кожа и ткани могут при необходимости стать хоть камнем, хоть сталью, хоть титановым бронелистом, хоть многометровым железобетонным монолитом — в зависимости от характера опасного воздействия. Но именно эту поразительную способность к сопротивлению любому внешнему воздействию и научились использовать твари. Они используют пленного стражника в качестве практически неиссякаемого источника энергии, которую тот вынужден вырабатывать, чтобы не погибнуть. Ведь стражник не может умереть, и его сущность даже против его воли качает и качает энергию земли, чтобы выжить. Такой вот замкнутый круг.
Степан представил себе, что чувствует стражник, когда его «доят» твари и по его телу пробежала инстинктивная судорога. Пленных стражников рано или поздно находили и освобождали, но в разном физическом и психическом состоянии. Если находили быстро, то стражник через некоторое время приходил в норму и возвращался на службу, если не быстро, то разум его претерпевал патологические изменения и он уже никогда не возвращался к работе в службе, живя в обычном мире жизнью обычного человека на пенсии по инвалидности, не привлекая к себе особого внимания.
Проводник привел его в это место, значит либо Чукин где-то здесь или был здесь совсем недавно, либо это тварь оставила след. И скоро это выяснится. Прибор, называемый проводником, помогал стражникам искать пропавших товарищей и тварей по следам, остающимся от характерных всплесков энергетической активности, и он по мере приближения к месту теперь уже совершенно однозначно показывал, что Чукин где-то здесь, а значит где-то здесь и твари, качающие из него энергию. Но вот странность, присутствия тварей Степан совсем не чувствовал и прибор этого не показывал.
Он подошел к дому, где мог находиться Чукин. Дом как дом, изнутри доносились звуки веселья — бравурная музыка и радостные, возбужденные голоса. «Ах, да... сегодня же 12 апреля 61-го..., - вспомнил Степан, - у людей праздник. Не похоже, чтобы в этом доме обосновались твари». Стражник некоторое время в нерешительности переступал с ноги на ногу босыми ступнями, потом открыл калитку и вошел во двор. Нужно было ещё куда-то спрятать свой меч, чтобы не пугать людей в доме. Он огляделся по сторонам и приметил стопку полуистлевших досок, сложенных под забором — их явно давно никто не трогал и была надежда, что и не тронут ближайшее время. Туда он и сунул свой меч.
Собака во дворе разрывалась от лая, натягивая до предела цепь, вызывая хозяина. Наконец, в дверях показался мужик с улыбкой на лице и уже с первыми признаками отмечания праздника. Он неровной походкой, покрикивая на собаку, подошел к Степану.
- Здравствуйте, извините, что вламываюсь к вам... - начал было говорить Степан, но мужик тут же сгрёб его руками за плечи и повел в дом со словами:
- Заходи в дом, посиди с нами... Праздник-то какой сегодня!
Степану ничего не оставалось, как подчиниться.
В доме за столом сидели ещё несколько человек, которые одновременно слушали громко говорившее радио и смотрели телевизор с линзой при этом ещё и говоря друг с другом. По телевизору диктор говорил примерно то же, что и по радио.
Дородная, упитанная женщина, хозяйка дома, увидев нового гостя, тут же с необычайной для своего телосложения легкостью вскочила с места и принялась без всяких лишних вопросов усаживать Степана за стол, мгновенно вытащив откуда-то тарелку, вилку с ложкой и рюмку, в которую хозяин дома уже что-то наливал. Тут же последовал тост:
- За наш космос!
Гости зазвенели рюмками и выпили. Пришлось выпить и Степану. Все-таки праздник...
А хозяин тем временем обратил внимания на внешний вид Степана:
- Слушай, друг, а что ж это ты такой... ободранный, босой, - Коля с улыбкой, но с недоумением оглядывал Степана.
- Да, понимаешь... поехал отдохнуть, порыбачить... Ну и сам понимаешь, природа, лес... Ну, в общем заблудился я. Потерял вот все вещи, поободрался весь за два дня...
- Так ты с Кузьминска чтоль?...
- Ну да, оттуда! - вынужденно соврал Степан, даже и не представляя где и что такое этот Кузьминск.
- Эка тебя забросило-то... Аж за семьдесят километров!
Жена Коли, которая внимательно слушала их разговор запричитала:
- Ох, ты боже мой! Это ж ты два дня без еды, в лесу... Да ты ж голодный, как волк. Ты давай, ешь, не стесняйся!- она стала пододвигать к нему миски и тарелки с разными угощениями.
- Да, кстати, - Коля снял улыбку с лица, - а волков-то не встретил в лесу пока бродил? Волчары тут у нас!.. Жуть какие свирепые! - он закатил рукав рубахи и показал шрамы от довольно серьёзных ран на руке, - чудом тогда отбился... Так что считай, что тебе повезло...
Степан не сдержался, чтобы не улыбнуться в ответ на поучительный рассказ Коли и повернул голову в сторону, подумав, что мог бы рассказать про таких зверюг, по сравнению с которыми самый свирепый местный хищник покажется... Что это!? На бревенчатой стене висел... боевой топор Чукина. Выполненный целиком из металла, с характерными, неповторимыми деталями ковки, этот топор был сделан на заказ. Его невозможно было спутать с другим похожим или подобным оружием. Правда топор имел такой вид, будто он долгое время пролежал в земле, хотя его и старательно почистили, перед тем как повесить на стену. Забыв обо всем, Степан смотрел на топор. Коля заметил это и понял по-своему.
- А-а... Заметил мою вещицу! - Коля с важным видом откинулся на спинку стула, сложив руки на груди, - это отец мой его откопал, ещё до войны... Ученые приезжали с области, предлагали мне за него большие деньги... Говорят, ценный исторический экспонат... Но я ни в какую... Не имеют право отнимать!.. Эта вещь, можно сказать, стала нашей семейной реликвией! И ещё знаешь, - Коля понизил голос и наклонился к Степану, - свойства у него необычные...
Выпитое спиртное явно слишком сильно развязало Коле язык и он принялся рассказывать про то, что этот топор постоянно теплый на ощупь и как быстро утихает боль и заживают раны, если держать его в руке... Ещё бы!... Этот топор ещё тысячелетия будет оставаться теплым, он на многие века вперед заряжен энергией своего носителя-хозяина. Он ещё что-то говорил, но Степан его уже не слышал. Про свойства преобразователя-катализатора он и так все знал, у него у самого такой был — в виде меча, который сейчас покоился в куче трухлявых досок у Коли во дворе. У каждого стражника был такой прибор, именно прибор, хотя прибор этот одновременно являлся и оружием. Ну а какой ему придать вид каждый стражник решал по-своему... Степана сейчас волновала другая мысль — что должно было произойти, чтобы Чукин расстался со своим топором?
Он сидел за столом и пытался понять, при каких обстоятельствах он бы расстался со своим мечом не на время, а навсегда. Стражник без преобразователя-катализатора бесполезен даже тварям, потому как без него они не смогут выкачивать энергию. Единственно возможное объяснение к которому пришел Степан было невозможным по сути своей, оно стучало у него в висках страшной догадкой, в которую не хочется верить, но — факты... Чукин мог потерять свой топор только после смерти. Смерть стражника, как результат борьбы с тварями?.. Такого не было никогда... Было в истории несколько случаев смерти стражников по своей воле, но это была их воля, об этом знали все. Но во время схватки или даже в плену стражники никогда не умирали. Степан почти физически ощутил, как его накрывает зловещая пелена неведомой надвигающейся беды. Это было что-то такое, чего не было ещё никогда.
- Эй, Степан, о чем задумался? - Коля оторвал его от тягостных мыслей.
Степан вздрогнул и, мельком оглядевшись кругом, поднялся со своего места со словами:
- Извините, мне нужно идти срочно...
- Как идти? Куда?.. Ты же только... - в один голос заговорили Коля со своей женой.
Но Степан уже выскочил во двор и пока Коля выбирался из-за стола вслед за ним, успел вытащить меч из кучи досок и выйти за калитку. Уже с улицы он крикнул вышедшему на порог обескураженному Коле:
- Спасибо тебе, добрый человек... Может ещё когда увидимся...
«Хотя это вряд ли, - думал Степан, - никогда они больше меня не увидят. А жаль, хорошие люди попались. И время хорошее...». Степану не раз приходилось сталкиваться с другим отношением со стороны людей. В других местах и временах приходилось терпеть все что угодно, никогда не обнаруживая своих способностей. Ни один человек не должен был заподозрить, что существуют стражники и все то, от чего они этих самых людей оберегают.
Стражник быстрым шагом направился в лес, отходя от деревни, чтобы не пугать людей вспышкой при перемещении. Он обязан сейчас же сообщить эту страшную весть Совету. Топор Чукина остался висеть на стене Колиного дома; забирать его оттуда не было уже никакого смысла, поскольку прибор этот был уникален и всегда служил только одному стражнику на уровне генетического кода идентифицируя хозяина. Простой человек ни в жизнь не догадается, что за вещь на самом деле висит у него на стене и заживляет раны каждому, кто возьмет её в руки.
Голубоватая вспышка озарила окраину леса на прощанье с этим временем и местом. Спустя мгновение такая же вспышка вспугнула щебечущих воробьев на крыше здания штаба службы. Степан явился в штаб без предупреждения, справедливо полагая, что весть, несомая им, заслуживает высшего внимания. Спустившись через крышу внутрь здания, в котором официально располагалась частная картинная галерея, он прошел знакомым ему путем вдоль рядов несуразных, по его мнению, картин и, остановившись перед неприметной дверью с ещё более неприметной надписью «тех. помещ.», приложил палец к датчику. Дверь открылась, приглашая его внутрь.
За дверью со скромной, полустертой надписью скрывалась многоуровневое помещение с площадью гораздо больше площади собственно самой галереи. Степан без остановки проследовал мимо попадающихся ему людей и других дверей с названиями технических служб прямо к комнате Совета. И с удивлением обнаружил, что дверь открыта, а в комнате царит необычное оживление. Несколько стражников в ранге Советников склонились над картой.
- У меня чрезвычайное сообщение! - прямо с порога начал было Степан.
Советники коротко обернулись к нему и, ничего не сказав, снова уставились на карту. Лишь один из них задержал свой взгляд на Степане и сказал:
- А, Степан... проходи, присядь пока... Знаем мы твою весть. Хочешь сказать, что Чукин мертв... - Советник уже отвернулся от Степана и говорил как будто сам с собой теперь, - и, к сожалению, не он один.
- Как не он один! - вскочил с места Степан.
Но порыв его остался без внимания. Только теперь он заметил, что суета царит во всех помещениях, а не только в комнате Совета. Но сейчас у него не укладывались в голове слова Советника. «Как это не один Чукин?! Сколько же ещё? Что произошло за время моего отсутствия?» - не понимал он.
- Послушайте, советник, я не понимаю...
Все тот же Советник с седой бородой наконец оторвался от стола и подошел к Степану.
- Да, сынок, ты не ослышался, мы получили известия о гибели ещё четверых стражников в разных местах мира. Грядет война... Твари нашли способ уничтожения стражников. Подойди к карте, я покажу тебе...
Степан подошел к карте Земли на большом экране.
- Вот, видишь... - Советник показал на отметки. - Здесь были убиты стражники. А эти красные области — места повышенной активности тварей. И этих областей становится всё больше и больше. И раз уж ты пришел сюда сам, то тебе сразу же будет новое дело. Да, времени на отдых теперь нет...
- Конечно, конечно... Я готов. - Поспешил заверить советника в своей работоспособности Степан.
- Но прежде, мы хотим быть уверены, что вы, молодой человек, осознаете насколько изменилась ситуация... Мы ведь пока не знаем, что придумали твари.
- Я понял. Буду осторожным.
- Ну, так вот, - советник сместился к другому краю стола и палица, висящая у него на поясе, стукнулась о ножку стола, он привычным движением поправил её и продолжил:
- Вот сюда мы послали двоих стражников, но от них нет никаких вестей. Тебе нужно выяснить, что с ними случилось.
- Я отправляюсь прямо сейчас!
- Нет, сначала зайди в 3-ий отдел технической поддержки, там тебя экипируют соответствующим ситуации образом. Всё. Удачи тебе, стражник Степан.
Степан ещё раз окинул взглядом комнату Совета и вышел. Что-то подсказывало ему, что вернется он сюда не скоро. В техническом отделе его встретили хмурые техники, которые уже наряжали ещё одного стражника.
- Привет, Егор! - поприветствовал Степан своего собрата по оружию.
- А-а, Степан... Тебя тоже направили...
- Да, нужно отыскать двоих стражников... - Степана уже окружили молчаливые техники и начали колдовать над его экипировкой.
Степан знал, что существуют специальное снаряжение для стражников, но оно почти никогда не применялось ввиду его ненадобности. А вот теперь видно пришло время...
- Как думаешь, что происходит? - спросил Егор, стоя обнаженным на небольшом постаменте с раскинутыми в стороны руками и стоически выдерживая манипуляции техников.
- Не знаю... Знаю только лишь, что умер мой друг и... - он на секунду запнулся, - и я заметил одну странность — у меня создалось впечатление, что ими кто-то управляет.
- Да! да, точно! Ты тоже это заметил... Ими кто-то манипулирует, собирает вместе.
- Что ж, - вздохнул Степан, - нам ничего не остается, как выяснить кто или что это такое.
Техники занялись Степаном, облепив его тело какими-то датчиками, они на некоторое время уставились на экран компьютера и, тихо переговариваясь, сняли их и подтащили к нему какую-то установку. Такая же стояла около Егора, обдавая его ровным светом со слегка зеленоватым оттенком
- Что это? - спросил Степан.
- Это то, что поможет тебе выжить. Некоторое время... - грустно и как-то обреченно взглянув на него ответил один из техников.
Спустя минут пять к Степану подтянули столик на колесиках с разложенными на нем ровными стопками кусками какого-то материала. Техники принялись вручную обкладывать все тело Степана этими пластинками, которые тут же притягивались, въедались в кожу, причиняя немалую боль.
- Больно! - непроизвольно вырвалось у Степана.
- Терпи... Это не даст им взять тебя в плен живым.
- Но как это работает?.. И почему эти средства не применялись раньше?
Техник посмотрел на него всё тем же странным взглядом и сказал:
- Есть кое-какие побочные эффекты. Да и разработка эта довольно новая. Совет до начала последних событий не решался массово применять это. Было проведено несколько испытаний... С разным успехом... Но этот вариант состава уже доработан, последствия его применения не должны быть слишком тяжелыми.
- А что это за последствия такие? - Степану от слов техника стало как-то немного не по себе.
- Лучше тебе этого и не знать. Поверь мне на слово.
- Ну что это хоть за состав-то такой? Могу я узнать, что вы вживляете в мое собственное тело, в конце концов!? - возмутился такой ненужной секретностью Степан.
- Этот состав создан на основе вытяжки из мозга латентов. - Сказал со своего места Егор.
Степан недоуменно перевел взгляд на техника.
- Да, это так... Последний можно сказать писк молекулярно-генетических технологий — подтвердил техник.
- Мы ещё не поняли, как они убили стражников, хотя некоторые соображения есть, но этот состав, по крайней мере, добавит тебе шансов выжить...
- У меня такое впечатление, что советники что-то мне не договорили. - Задумчиво произнес Степан, морщась от очередной и последней въедающейся пластины.
- А они и не должны говорить всем подряд то, в чем пока не уверены. - Сказал техник.
- Звучит не очень обнадеживающе... - пробормотал Степан уже надевая снаряжение.
- Ну, вот ты и готов, стражник... - техник осмотрел его с головы до ног все тем же грустным, прощающимся взглядом. - Что могли — сделали...
Он обнаружил пропавших стражников совсем не там, где они пропали. Да это было и понятно. Твари никогда не «консервировали» стражников там, где их захватили. Они держали их в труднодоступных местах, которые не сразу можно было обнаружить, используя средства Службы. Это могли быть то глубокие ущелья или пещеры, то, наоборот, укромное место где-нибудь высоко в горах. И не обязательно это место было в нашем мире.
Один стражник был уже мертв, но другой ещё жив. И они не были пленниками. И находящиеся неподалеку морталы не рвали их тела. Их просто бросили, хотя пара латентов держали живого стражника под контролем своими сетями. Все это выглядело как-то неестественно, но Степан не мог оставить здесь ещё живого стражника, даже если это была ловушка. Твари, почувствовав поле еще одного стражника, мгновенно на это отреагировали, вспыхнув своими силовыми сетями, но Степану удалось быстро подобраться к недвижно лежащему человеку и накрыть себя и его колпаком. На сколько хватит защиты он не знал, но на то чтобы задать хотя бы пару вопросов времени должно было хватить.
- Как это случилось? Соберись! - Степан ещё надеялся, что может удастся вместе с умирающим стражником уйти на восстановление. - Давай, приготовься!
- Нет... уже не получится. Они не выпустят... Мы расплачиваемся за грехи людей. Чем агрессивней люди, тем агрессивней и они... - стражник смотрел на Степана невидящим взглядом и речь его больше походила на шепот. Он умирал.
- Как они убивают? Слышишь?.. Скажи мне, как они убивают?!
- Ты сам узнаешь... все... Мы расплачиваемся... - шепот стражника смолк. Он умер.
Степан посмотрел на защитный экран, который из голубого уже стал красным — в любую секунду он должен был не выдержать и исчезнуть. Стражник приготовился — меч в земле, правая рука приготовилась к бою. Экрана, вдруг, не стало. Как ни готовился к этому Степан, но все равно это произошло неожиданно. Мортал кинулся на него сквозь силовые поля латентов, обступивших Степана кольцом. Степан еле успел среагировать — правая рука стражника встретила тварь, проткнув в её туловище дыру и тут же расплющивая голову. Латенты бросили «сети» - силовые поля особого свойства, которыми они и захватывали в плен стражников. Убитый Степаном мортал бросился на него, чтобы отвлечь, заставить воспользоваться мечом, вытащив его из земли. На эту уловку стражник не клюнул. Силовые линии тварей вокруг него смешались в одно гудящее поле напряженностей. Всполохи чистой энергии били его наотмашь, как волны хлестают какое-нибудь утлое суденышко в океанской пучине, накрывая его целиком. Степан посмотрел на индикатор уровня поля — тот показывал мигающий значок бесконечности, то есть в памяти прибора такой величины не было. Он посмотрел на меч — тот уже раскалился докрасна, отводя энергию тварей. «Интересно, надолго их хватит?.. Впрочем, их-то, похоже, хватит, а вот меня...» - невольно подумал Степан, видя все это немыслимое буйство энергетических полей тварей, и не без тревоги сознавая тот факт, что не имеет возможности даже попытаться составить комок и послать его во врага. Он мог только обороняться. Но самое плохое было другое — он не мог выйти из этой схватки, он не может осуществить переход. Эта схватка может завершиться только тогда, когда твари устанут. А морталы, тем временем, не переставали предпринимать попытки атаковать Степана. Около него дымилось уже несколько трупов. Он уже всерьез подумывал послать общий сигнал SOS, тут уж не до самолюбия. Не упустить бы момент.
В межпараллельный эфир вырвался сигнал тревоги. Это не означало, что к нему сейчас же со всех концов ринутся другие стражники, но на базах будут знать, что такой-то стражник пропал в схватке в таком-то месте.
Он уже ничего не слышал и глаза почти ничего не видели сквозь всполохи плотно сплетенных силовых линий. Лишь правая рука, намертво сжавшись в титановый кулак, механически реагировала на нападения морталов. В сознании пульсировала лишь одна мысль: «Стоять! Держать!..». Иначе — смерть.
Сколько это всё продолжалось он уже не представлял, но внезапно всё стихло. Он даже и не понял сразу, что его уже не атакуют. Всполохи силовых линий, сотканных в сплошное поле, колыхались в нескольких метрах от него, взяв его в кольцо. Степан тут же собрал комок и метнул его. Комок прошел через поле, потянув его за собой как комета тянет свой хвост, но на полпути он вспыхнул мириадами корпускул, как будто он был сделан изо льда, а не соткан из волн энергии. Холодная волна страха окатила его, ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы побороть ужас — твари разбили его волновой удар. Он безоружен. Степан попробовал ещё раз — то же самое.
- Это не они, это я... И уйти у тебя тоже не выйдет, не пытайся зря...
Степан услышал спокойный голос, не понимая, откуда он исходит.
- Да, человек, когда-нибудь это должно было произойти. Ваши ученые достигли некоторых успехов, иначе бы ты уже был мертв, но... лучше бы тебе было умереть в этой схватке...
Степан только сейчас осознал, что с ним говорит кто-то из тварей. Это было равносильно тому, как если бы с ним заговорило дерево в лесу. Но это было так. И он даже уже видел тварь, которая совсем не была тварью, это был... человек?.. По крайней мере существо имело тело человека. Две руки, две ноги, голова со вполне человеческими чертами лица (или морды?). У твари была даже одежда — вроде как кожаная.
- Нет, не льсти себе, я не человек. Ты же прекрасно знаешь, что мы такие, какими вы хотите нас видеть, чтобы бороться с нами. И не утешай себя напрасной надеждой — ты в плену. И ты умрешь, когда я захочу. Так же, как другие стражники.
- Кто ты? - сам собой вырвался банальный вопрос у Степана.
- Не так-то просто на это ответить, человек... Скажем так, я — новый этап в развитии существ антимиров. А поскольку я качественно отличаюсь от своих соплеменников, - он повел рукой по тварям, то твоё подсознание и создало меня для тебя в виде высшего разумного существа, по вашему мнению, - человека.
Тварь неторопливой походкой подходила к Степану.
- Тебе, наверное, очень интересно, откуда я такой взялся и что я вообще такое?
- Я это выясню... - угрюмо ответил Степан, глядя исподлобья.
- Да, ты это выяснишь... Но никому не сможешь уже рассказать …
- Поживем-увидим! - тон Степана совсем не соответствовал тому, что он на самом деле чувствовал.
- Ты собираешься жить долго?.. - с иронией спросила тварь.
- У тебя не спросил!..
Степан ждал, когда тварь подойдет достаточно близко, чтобы выдернуть меч из земли и попробовать смахнуть ей голову одним махом. Наконец, он дернул меч из земли и... он остался в земле как был. Степан дернул ещё раз — бесполезно.
- Забудь про него, от твари исходили фиолетовые волны, состоящие из силовых сеток. Натыкаясь на меч, они заставляли его гудеть и накаляться, и вскоре он просто стек на обугленную землю, образовав лужицу расплавленного металла, который кипел и проваливался сквозь растрескавшуюся землю. Степан такого ещё никогда не видел и смотрел на эту картину у себя под ногами как зачарованный. Он остался с голыми руками. «Интересно, почему у Чукина топор не расплавился? - подумал Степан, - видно он его просто выронил, а поднять уже было не судьба».
- Ну, вот и всё... - сказала тварь.
- Почему бы вам просто не убить меня? Зачем я вам без меча?..
- Нет, ты мне нужен. - Твердо и вполне серьезно на этот раз ответила тварь, - забирайте его!
Степан почувствовал, как сети окутывают его с ног до головы и потерял сознание.
Ему снился сон. Он боролся с тварями всех мастей, которых было много и которые одолевают его. И вот он уже пленник, от него тянутся жгуты силовых линий. Голова его безвольно болтается на груди, правая рука сжимает рукоять меча, воткнутого в землю. Твари наслаждаются чистой человеческой энергией...
Он открыл глаза. Прислушался. Пошевелил руками, ногами. Его ничего не сковывало. Он поднялся рывком с каменного пола. Помещение, в котором он находился было похоже на пещеру. Только здесь не было всех тех мелочей и специфических особенностей, присущих пещерам. Ни тебе капающей воды, ни летучих мышей, ни сталактитов со сталагмитами, ничего такого. Свод пещеры терялся в темноте, но стены были видны. В общем, большая каменная камера без потолка. Из-за спины Степана раздался голос:
- Ты быстро пришел в себя. Я не ошибся в тебе.
В затухающих фиолетовых волнах стоял или стояла та самая тварь-человек. Что-то было в этих его фиолетовых силовых полях такое чарующее, притягивающее взгляд. Никогда раньше Степан не видел силовых линий такого глубокого, насыщенного фиолетового цвета.
- Зачем я тебе? - задал он вопрос, на который до сих пор не получил ответа.
- Я буду использовать тебя в качестве носителя или проводника в твоем мире. - После некоторого молчания сказал «фиолетовый».
Степан смотрел прямо в глаза твари, пытаясь понять — кто он? Но видимо тварь была готова к этому. Потому как спокойно смотрела на Степана немигающим холодным взглядом, в котором, однако, читалась лютая злоба и твердость алмаза. При ближайшем рассмотрении зрачки твари все-таки оказались как у обычных тварей — вертикальные.
- Позволь, я расскажу тебе кое-что. И покажу.
Перед глазами Степана возникла картинка. Люди в меховых одеяниях, очень похожие на неандертальцев, совершали какие-то ритуальные телодвижения вокруг костра, а один из них, в центре, старался особенно, выписывая фортеля чуть ли не в самом пламени костра.
- Видишь, они прогоняют злого духа, чтобы тот не мешал им охотиться и не заражал их жилища болезнями — своим дыханием. И, что характерно было для того времени, этого хватало, чтобы предотвратить массовое проникновение нас в ваше пространственно-временное поле. Теперь смотри дальше.
Степан увидел рыцарей в латах, с копьями, едущих верхом на лошадях по дороге. За ними шла лошадь с повозкой, на которой была закреплена клетка. В клетке было какое-то существо, живое? Неживое? - непонятно. Один из рыцарей ткнул его копьем и существо злобно забормотало-зашипело-зарычало. Существо оказалось женщиной. Ведьмой. Настоящей.
- Среди миллионов сожженных на кострах ведьм, колдунов и разного рода чудовищ было и пару десятков настоящих наших... И физической расправы тогда вполне хватало, чтобы сдерживать нас. Пока хватало. Ведь ваше общество развивалось, и наше тоже... Ведь мы с вами как «+» и «-» одного магнитного диполя...
Картинка снова сменилась видами уже явно двадцатого века. Войны, войны... Катастрофы, техногенные аварии...
- А теперь нас уже было не взять одним оружием. Потребовалась наука. Служба. Она сдерживала нас, но вы уже были в одном шаге до того момента, когда начнется стадия перемены полюсов магнита. И вот - появились такие как я.
«Господи! Так он еще и не один! - ужаснулся Степан, - новый вид!».
- И что теперь? - спросил стражник.
- А теперь мы уничтожим службу и ваш мир будет готов к большим переменам. Хотя он и сам идет по этому пути, но мы поможем ему прийти гораздо быстрее.
- Тогда я в очередной раз не понимаю, почему ты не убил меня ?
- Потому что я буду выполнять свою часть работы по уничтожению Службы твоими руками.
- Вот оно что... А что, своими-то силами все-таки слабо? - Степан криво ухмыльнулся и даже почувствовал какое-то облегчение. Ведь если эти новые твари вынуждены прибегать к таким средствам, то значит существуют какие-то способы, чтобы их убить. Значит, надежда все-таки есть.
- Выходит, ты будешь использовать мой облик, чтобы свободно проникать в наш мир и ты, конечно же, будешь пытаться проникнуть в штабы службы.
- Нет, проникать будешь ты сам. Я лично не участвую в схватках. Ну, разве что в тех случаях, когда попадается какой-нибудь сильный стражник. Я управляю своими зверьками... Так гораздо эффективней.
- Глупец! Ты должен бы знать, что стражника невозможно заставить убивать своих. И даже если он сам этого захочет, все равно ничего не выйдет. Просто потому что наши силовые поля — это наши силовые поля и они для нас самих безвредны, а убить нас силой оружия... - Степан усмехнулся, - сам понимаешь...
- А что, если я поменяю структуру твоего поля? - слова Степана совсем не смутили тварь.
- Для того, чтобы поменять структуру поля, тебе придется поменять... - внезапная догадка ледяной лавиной обрушилась на Степана.
- Вот видишь, ты сам догадался! Я же говорил — я в тебе не ошибся. - Рассмеялась тварь.
Догадка Степана была сколь ужасна, столь и очевидна. Ему просто заменят мозг, или не заменят, а сделают гибрид его мозга и мозга тварей. И тогда... И тогда он станет оружием в их руках. Пока стражники разберутся в чем дело, он успеет перебить совет или обеспечить канал для других тварей, да мало ли что он сможет натворить. Нет!
- Хотя, и менять нам ничего не придется. Мы просто введем в твой мозг свою субстанцию и через несколько часов произойдет перерождение. Я думаю, ты не сомневаешься, что у меня хватит силы сломить твое сопротивление?
Степана охватило тошнотворное чувство отчаяния и безысходности. Он мог бы побороться с этим монстром-тварью, но чем эта борьба закончится было очевидно, он уже испытал это на себе. Разве что время потянуть. А потом - оставалось только одно.
Отправляя его на это задание, Совет предполагал, что может возникнуть ситуация вроде этой, на то он и Совет. Техники, готовя его, снабдили его устройством ухода в нуль — что-то вроде персонального термоядерного аннигилятора. На самый крайний случай. Достаточно было направить сильный импульс в область солнечного сплетения.
Он тоже умрет. Эта мысль не была для Степана слишком обыденной, чтобы ему не потребовалось время свыкнуться с ней. Тварь-монстр опять стал окутываться своим фиолетовым полем, концентрируя его в жгуты-путы, которые через мгновение обрушатся на стражника, обездвиживая его, чтобы когда он придет в сознание, уже не быть человеком-стражником. Значит, пора... Он сжал кулаки и выставил их перед собой. Вихри его собственного поля ожили, закрутились зеленоватым светом надежды человека, уже летящего в пропасть, но надеющегося на бешеной скорости зацепиться за что-нибудь, его поле дарило ему последние несколько секунд жизни — без меча ему больше было не продержаться против «фиолетового». Силовые линии его поля стали стягиваться в комок между его кулаками. Он поднес их к своей груди...
- ...твою мать! - услышал Степан откуда-то сверху чей-то знакомый голос.
И в то же мгновение пещера-камера наполнилась грохотом и нестерпимо красным сиянием полевых сгустков. Степан, вдруг, понял, что аннигиляция отменяется. Человек в каком-то невообразимом облачении с такой же невообразимой железякой в руках обрушился на тварь-монстра, моментально закутав того своим гипертрофированным полем, опираясь на воткнутую в пол железку. Борьба двух полевых образований продолжалась недолго. Красные сгустки плотно облепили фиолетовое безумство твари, которая то пыталась пробить силовой кокон своими комками энергии, то предпринимала попытки перехода в параллели. Однако все было тщетно. Степан вспомнил, что надо дышать и судорожно впустил воздух в легкие. И только тут рассмотрел, что этот фантастический стражник, обрушившийся им на голову, не кто иной как Чукин. А тот, убедившись, что тварь обессилена, разогнал на мгновение силовые сгустки и железякой смахнул твари голову.
- Ну, привет, Степа!- с радостной улыбкой повернулся к Степану Чукин.- Вот что значит бороться до конца! Я мог бы и не успеть...
- Ты как тут?.. - только и смог сказать Степан.
- Расскажу, все расскажу. Только нам сначала нужно выбраться отсюда. - Чукин говорил, а сам в это время проводил какие-то манипуляции с головой твари. - Послужишь теперь нашей науке, дружок...
- Беспрепятственно это можно сделать только тем путем, которым ты сюда попал. Но ведь ты сюда как-то попал, значит и выбраться можно.
- Э-э, нет... тут не все так просто. Сюда попасть можно вон оттуда, - он показал пальцем вверх, - но отсюда этим путем не выбраться.
- А где мы вообще?.. - спросил Степан.
- Где-то в неизвестном секторе, в их мире. - Развел руками Чукин.
- Как же ты меня нашел тогда, если сектор неизвестный?
Чукин посмотрел на своего друга, присел на остывающий труп твари и сказал:
- Ладно, слушай...
И он начал рассказывать историю своего спасения. Он рассказал как твари взяли его и как такая же вот тварь-человек объяснила ему зачем он нужен и что с ним теперь сделают. Однако Чукина поместили не в энергонепроницаемую пещеру, а в какую-то лабораторию с кучей оборудования. Кто знал, что у тварей тоже есть свои ученые? Чукин сразу понял, что силой тут ничего не решишь. А где нельзя взять силой, там берут умом, ну или хитростью, если и ума нет. В общем, решил Чукин сделать вид, что желает сам принять сторону тварей, чем немало озадачил тваречеловека, потому что такого случая не было за всю историю существования стражников. И когда тваречеловек уже готовился ввести ему субстанцию в мозг, Чукин взял да и долбанул комком в какую-то штуковину, напоминающую генератор полей, благо обездвиживать его не стали. Тут началось такое, что Чукин даже начал думать, что зря он так опрометчиво поступил. Силовые поля Чукина и тваречеловека стали произвольно «гулять» по лаборатории, творя хаос и разрушения, замысловато переплетаясь друг с другом, создавая совместные поля напряженностей и сгустки энергии чудовищной мощности. При этом, ни тваречеловек, ни Чукин не способны были что-либо сделать или как-либо повлиять на неуправляемый процесс синтеза чего-то пугающе нового. И каким будет это новое было непонятно ни одному ни другому. До тех пор, пока все не прекратилось.
Воле случая или судьбе было угодно, чтобы синтезированная полями субстанция в мозге Чукина оказалась с более сильным началом человека, а не твари. По сути, с ним произошло то, что хотел сделать с ним тваречеловек — Чукин был теперь гибридом, но гибридом с правильным началом. Миру был явлен Стражник нового поколения. Выбравшись из лаборатории, он, естественно, отправился домой, хотя это ему удалось и не с первой попытки. К тому же, ему походя приходилось сметать со своего пути тварей всех мастей и он с удовольствием отметил про себя, что теперь это стало делать несравненно проще даже без катализатора-преобразователя.
Железяку, с которой Чукин явился на помощь Степану, ему на скорую руку собрали уже в штабе, где он объявился как гром среди ясного неба. Когда ему рассказали все, он не рассуждая нацепил на себя то, что дали техники, взял железяку и начал осуществлять цепочку перемещений, пока не уловил «фиолетового». Ну а дальше было то, что было.
- Ты знаешь, а я ведь нашел твой топор! - вспомнил Степан про доброго колхозника с реликвией на стене в доме.
- Ну да!? - обрадовался Чукин, - вот класс! А то с этой... штуковиной я себя каким-то дебилом чувствую. Хотя... если разобраться, кто я такой теперь...
- А мой меч расплавился... - тихо сказал Степан.
- А я свой топор выложил, чтоб людей не пугать и тут меня человекотварь и спеленала. Только ведь теперь придется придумывать новые катализаторы, способные выдерживать поля напряженностей гораздо большей мощности. Фактически, это даже уже не поля, а что-то среднее между материей и полем. Нашим техникам есть над чем подумать.
- Да-а, выходит время просто-стражников прошло, теперь наступает время стражников-гибридов. Вот она, расплата о которой говорил перед смертью Пахоменко, - теперь, чтобы победить, нам придется становиться непонятно кем...
- Ничего, брат, разберемся... Ученые чего-нибудь там поколдуют... Авось и одолеем этих... и без трансмутаций. Ну а если нет, так что ж... один «новый стражник» у нас уже есть. И как минимум двоих тваречеловеков я уже замочил.
- Похоже, что это только начало.
- И кроме нас больше некому.
В этой простой фразе был весь смысл их работы и их жизни. Они никогда не задумывались вопросом «Зачем?», он не имел ни малейшего смысла. Это было все равно что спрашивать: зачем существует мироздание? Их предназначение было выше всяких вопросов и рассуждений.
- Ну так что... супермен, - улыбнулся Степан, - будем тогда выбираться.
- Да, давай... - встрепенулся задумавшийся было Чукин, - я держу оборону, а ты создавай кокон перемещения. Сможешь? Да, кстати... - он стал снимать с себя снаряжение, - это же тебе... Мне-то это уже практически не нужно, а тебе сейчас пригодится.
Степан облачился в нововыдуманное техниками службы снаряжение и вроде как даже почувствовал себя увереннее. Они переглянулись друг с другом и шагнули к выходу из пещеры.
За стенами пещеры-камеры их уже ждали сотни тварей, готовые обрушить на мир людей энергию своей черной злобы. Стражники были готовы. По-другому и быть не могло. Сколь ни увеличивало бы человечество количество своих пороков и грехов, у него всегда были те, кто стоял на страже, не требуя наград и поклонения и не нуждаясь в проповедях. Это были стражники, стоящие на входе в мир людей и защищающие его от беды, которую этот мир даже никогда и не осознает.
...12.10.11 г. Сергей Занкисов
Сконвертировано и опубликовано на http://SamoLit.com/